Без суеты: Как перестать спешить и начать жить

– Для креативной работы это очень важно: разум успокаивается и проясняется, – говорит он. – Я часто вижу, как медитация помогает понять проблему. Или же у меня появляются хорошие идеи.

Схожие результаты обнаруживаются и при других методах медитации. Более 5 млн людей по всему миру практикуют трансцендентальную медитацию – это простая техника, на которую уходит дважды в день по 15–20 минут. Она была изобретена в 1957 г. индийским йогом, но по большому счету ни к какой религиозной традиции не привязана и потому вполне подходит таким людям, как Майк Родригес, чикагский консультант по менеджменту.

– Меня привлекла идея успокаивать разум, не обременяя себя духовным или религиозным «багажом», – говорит он. Прежде Родригесу казались непосильными темп и нагрузки на работе, но теперь он сделался непобедимым корпоративным рыцарем.

– Пусть вокруг меня все кружится со скоростью сто миль в час, звонят телефоны, письма прилетают одно за другим, запросы клиентов – а я уже не подгружаюсь, как прежде. Я словно остров спокойствия в безумствующем океане.

И еще Родригес стал более креативным:

– Теперь я нахожу для клиентов более творческие решения. Позвольте своему разуму замедлиться, и он придумает что-нибудь полезное.

Более того, медитация способствует счастью. В 2003 г. ученые из Висконсинского университета сканировали мозг людей, давно занимающихся буддистскими практиками. Обнаружилось, что левая префронтальная доля мозга, т. е. область, отвечающая за хорошее самоощущение, у таких людей чрезвычайно активна. Иными словами, эти люди даже физиологически счастливее. По-видимому, регулярная медитация действительно стимулирует левую префронтальную область.

Роберта Холфорда такими находками не удивишь. Каждый год этот 65-летний психоаналитик выделяет в своем напряженном расписании время для участия в десятидневном ретрите IMC в Уилтшире. В остальное время он старается не пропускать ни дня без медитации. Медитация помогает ему освободиться от неприятных мыслей.

– Спокойный разум – это и есть свобода, – говорит он. – Я словно сижу на берегу реки. Нет, я продолжаю делать свое дело, но в то же время у меня есть и более широкая перспектива. И я чувствую себя легче, счастливее.

Вопреки моему первоначальному скептицизму, я тоже ввел эту практику в свой распорядок дня. Посреди дня короткие, минут по десять, медитативные паузы существенно улучшают мое состояние. Я возвращаюсь к работе, отдохнув и с ясной головой. Хотя такие параметры плохо поддаются измерению, но мне кажется, медитация помогает сосредоточиться и насладиться текущим моментом, т. е. я замедляюсь.

Медитация приносит пользу и телу. В XVII в., после Рене Декарта, западная философия вбила клин между разумом и телом, но ведь на самом деле они едины. Клинические исследования показывают, что медитация поддерживает тело в хорошем состоянии. Врачи все чаще рекомендуют медитацию как способ совладать со многими недугами: мигренями, сердечными заболеваниями, СПИДом, раком, бесплодием, высоким давлением, проблемами с кишечником, бессонницей, спазмами в желудке, ПМС и даже депрессией. Наблюдения, проводившиеся в США на протяжении пяти лет, подтвердили, что люди, практикующие трансцендентную медитацию, попадают в больницу на 56 % реже, чем контрольная группа{40}.

В фитнесе тоже начали использовать связь разума и тела и оценили, как важна неспешность для поддержания и того и другого в хорошем состоянии. Конечно, «медленные» упражнения противоречат основной современной тенденции. Тренажерный зал XXI в. – сплошь шум и ярость. Под грохочущий саундтрек люди пыхтят на кардиотренажерах или занимаются аэробикой. Однажды мне попался инструктор в футболке с надписью «Делай быстро, делай резко или уходи». То есть чтобы накачать хорошее тело, нужно загнать пульс в красную зону. Или все же необязательно?

В Азии сотни лет назад были разработаны системы упражнений, в основе которых – медленное движение и душевное равновесие. Очевидно, это полезнее, чем литрами проливать пот на тренажере StairMaster.

Взять хотя бы йогу, древний индийский путь физических и духовных упражнений к гармонии тела, разума и духа. Само слово «йога» на санскрите значит «союз». Мы, на Западе, усвоили только физическую часть – контроль дыхания, медленные плавные движения, определенные позы, или асаны. Йога может великолепно преобразить тело, укрепить и привести в тонус мышцы, активизировать иммунитет, улучшить циркуляцию крови и гибкость тела.

Однако физическая составляющая – только начало. Многие восточные системы учат растягивать момент, входя в состояние расслабленной готовности. Даже в боевых искусствах (карате, дзюдо, кендо) при молниеносных ударах руками и ногами внутри этого вихря бойцов учат оставаться «медленными». Когда разум пускается вскачь, когда человек позволяет тревоге и спешке взять верх, его нетрудно победить. Мастера боевых искусств умеют, сохраняя внутренний покой, «замедлить» противника и спокойно парировать его удары. Чтобы внешне быть быстрым, внутри нужно оставаться «медленным».

Даже проявляя чудеса скорости, эти спортсмены не торопятся и не нервничают. Джон Броди, некогда звездный квотербек «Форти Найнерс», не хуже наставника дзен рассуждает о безмятежности духа в разгар матча: «Время как-то странно замедляется, как будто все движутся в замедленной съемке. Мне кажется, будто времени у меня сколько угодно, чтобы проследить, куда бегут защитники. При этом я знаю, что линия обороны движется наперехват так же стремительно, как и всегда».

Йога помогает достичь этого состояния{41}. Она поддерживает ци – жизненную силу или энергию, которую подавляют стрессы, тревоги, болезни и перегрузки. Даже те, кто считает разговоры о ци мистической чушью, заметили, что йога помогает им замедлиться. Эти неспешные, контролируемые движения усиливают самосознание, концентрацию и способность терпеть.

Спокойствие души необходимо человеку не менее физического совершенства, так что йога для нас – прямо-таки манна небесная. Ныне йогу практикуют повсюду – в офисах и больницах, на заводах и в пожарных депо. Число американцев, заинтересовавшихся йогой, с 1998 г. утроилось и достигло 15 млн человек, причем среди них много профессиональных спортсменов{42}. Среди рекламы путешествий непременно встретится множество предложений провести отпуск, занимаясь йогой в экзотической обстановке. Мой сын занимается йогой в лондонском детском саду. Во многих тренажерных залах йога потеснила аэробику: теперь гораздо больше клиентов записываются именно на нее. Даже Джейн Фонда, некогда поклонница принципа «Делай или умри», выпускает видеоуроки по йоге.

Марк Коэн утверждает, что йога сделала его здоровым и «медленным». Этот 34-летний брокер с Уолл-стрит вынужден жить стремительно. На работе приходится принимать решения за долю секунды, а на досуге он играет в два самых скоростных вида командных игр: в хоккей и баскетбол. Вместе со многими соотечественниками он презирал йогу, советуя заниматься ею тем, кто неспособен к «настоящему» спорту. Однако приглянувшаяся Марку девушка пригласила его на занятие – ну что ж, он пошел. И страшно удивился двум вещам: во-первых, как трудно принять некоторые позы, а во-вторых, как хорошо он после этого себя чувствовал. С девушкой отношения не сложились, зато Марк записался в студию йоги недалеко от своего дома. Несколько месяцев занятий вернули его телу гибкость. Марк стал сильнее, осанка улучшилась. Марк выбросил валик, который привык подкладывать себе за спину в офисное кресло. Он стал быстрее бегать на баскетбольном поле и хоккейном катке и точнее забивать. Но больше всего Коэна привлекла в йоге расслабленность, медитативность.

– Когда я принимаю позу, все во мне замедляется, – говорит он. – После занятия я весь такой мягкий внутри, голова проясняется.

И это ощущение распространяется на все аспекты жизни.

– Видели бы вы, как я теперь работаю, – говорит Марк. – Вокруг безумие, а я – сама безмятежность.

Благодаря йоге Марк переключился на «медленное мышление». На занятия он часто приходит озабоченный проблемами, связанными с работой. Через час медленных движений, когда тело перетекает из одной позы в другую, разум расслабляется, и решение приходит само собой.

– Видимо, когда я занимаюсь йогой, разум анализирует проблему на подсознательном уровне, – полагает Марк. – Лучшие идеи приходят в голову, когда я иду после занятий домой.

Для многих йога – это прилив энергии. Далия Тил работает в парикмахерском салоне в Новом Орлеане. Раньше она ходила в спортивный клуб четыре раза в неделю – на аэробику и на кардиотренажеры. В 2002 г. она вместе с подругой записалась на йогу и тут же почувствовала заметную прибавку сил.

– Из тренажерного зала я выползала без сил, – говорит она, – а с йогой наоборот: меня переполняет энергия, и ее хватает надолго.

Тил отказалась от спортклуба, теперь ей для поддержания формы достаточно йоги, прогулок и катания на велосипеде. Она сбросила 2,5 кг.

Есть еще одна восточная система, соединяющая разум и тело и помогающая «замедлиться», – цигун. Она также набирает все больше приверженцев.

Цигун (эту дыхательную практику часто называют «йогой с медитацией и движением») объединяет множество древнекитайских техник, которые поддерживают здоровье, обеспечивая циркуляцию ци. В положении стоя, сосредоточив внимание на области таза, адепты цигуна медленно принимают ряд поз, вытягивающих члены тела. При этом важно медленно и глубоко дышать. Не нужно пыхтеть и потеть, главное – контроль и осознанность. Основа этой системы – равновесие, сила, осанка и ритм. Она даже лучше, чем йога, помогает достичь спокойствия ума в активном состоянии. Цигун имеет множество вариантов: и боевое искусство кунг-фу, и кроткое тайцзи.

На Западе эта система используется для подготовки к другим видам спорта. Майк Холл дает в Эдинбурге уроки гольфа и сквоша, и неспешность для него – ключевое слово. Он уверяет, что с помощью цигуна успокаивает разум настолько, что видит желтую точку на летящем в него мячике. Выполняя медленные, контролируемые движение, ученики Майка привыкают плавно перемещаться на площадке для сквоша, а не метаться из стороны в сторону. Они обретают спокойствие духа и чувствуют, что времени на розыгрыш мяча им хватит с избытком.

– Парадокс в том, что ты и движешься, и замедляешься, – сказал мне по телефону Холл.

Я решил поглядеть на парадокс вживую и приехал в эдинбургский сквош-клуб. Холл, в молодости профессиональный футболист, в свои сорок пять коренаст и крепок, светлые волосы, слегка шепелявит. Я приехал к концу урока и сразу заприметил его в толпе. Все носились и скакали по корту, а Холл двигался с текучей грацией танцора танго. Даже в прыжке за косо летящим мячом он струился. Я вспомнил знаменитый «странный совет» Джеки Стюарта, героя «Формулы-1»: порой, чтобы стать быстрее, нужно стать медленнее.

Закончив общий урок, Холл продемонстрировал мне несколько упражнений цигуна, уговаривая сосредоточиться на движениях и выполнять их плавно. Он постоянно подчеркивает необходимость соблюдать баланс и в теле, и в разуме.

– Проблема большинства игроков в сквош не в том, что они недостаточно быстры, – говорит он, – а в том, что они недостаточно медленны.

Мне эти рассуждения показались заумными, и я решил: проучу Холла на корте. Но в первом же розыгрыше я понял, что мне не светит: почти без усилий Холл держал под контролем всю площадку. Он выиграл со счетом 9:2.

Подошел следующий ученик, 72-летний, в отличной форме преподаватель бизнеса Джим Хьюз и рассказал, что с помощью цигуна преодолел привычку спешить.

– Конечно, не сразу, но постепенно занятия с Майком помогли намного улучшить игру, – сказал он. – Я перестал без толку носиться по площадке, как прежде.

Цигун избавил Хьюза от поспешности и в работе. В качестве бизнес-консультанта Хьюз обычно торопился дать совет. Лекции он читал скороговоркой, поглядывая на часы. Теперь же благодаря цигуну он замедлился. Уделяет достаточно времени на внятную лекцию и ждет подходящего момента, чтобы обсудить уязвимые места клиента.

– Я не поддаюсь первому порыву действовать скорее. Теперь я замедляюсь, предоставляя себе минутку обдумать все возможности, – говорит Хьюз. – Думаю, я стал лучшим преподавателем и лучшим консультантом.

Наутро после состязания в сквош (если это можно назвать состязанием) Холл позвал меня поиграть в гольф в парке. Погода – настоящая эдинбургская, сырая и серая. Холл посмотрел, как я луплю девяткой, а потом мы вместе проделали несколько упражнений из цигуна. Холл еще раз объяснил, как важно сохранять внутреннее спокойствие. Он также поделился результатами недавних исследований: слишком сильный размах притормаживает клюшку в тот самый момент, когда она бьет по мячику. Медленный, ритмичный замах обеспечивает контроль и силу удара. Я взял девятку и решил применить совет на деле. И правда – удар вышел ровнее, сильнее.

Позднее я сравнил свои впечатления и впечатления Линдси Монтгомери, 50-летнего руководителя шотландского Совета юридической помощи и заядлого гольфиста. Когда Монтгомери пришел к Холлу, цигун и «медленная» идеология не внушали ему доверия. Прошло полгода – и, к изумлению Монтгомери, его гандикап уменьшился на три удара!

– Цигун изменяет ощущение времени, темпа, – говорит Монтгомери. – Раньше я делал все быстро, это в моем характере. Но замедленный удар оказался плавным и точным. Практика цигуна приучила меня не спешить, и я стал лучше играть в гольф.

Не только на Востоке придумывают медленные и вдумчивые упражнения. В 1930-е гг. в Великобритании Джозеф Пилатес разработал систему, основанную на трех принципах йоги: точность движений, сосредоточенность и контроль дыхания. В современных классах пилатеса выполняются специальные упражнения для укрепления мышц, поддерживающих позвоночник, – таким образом улучшается осанка, гибкость и выносливость. Хотя пилатес не связан с духовной или медитативной традицией, он все же способствует и концентрации ума. Американский гольфист Тайгер Вудс практикует и пилатес, и медитацию.

Теоретики спорта на Западе также начинают понимать, что медленные движения дают хороший результат. Когда человек работает под нагрузкой, сердце бьется быстрее и сгорает лишний жир, но с определенного момента принцип «быстрее значит лучше» перестает действовать. Доктор Юл Ахтен из Бирмингемского университета установил (последующие исследования это подтвердили), что больше всего жира сгорает при частоте пульса 70–75 % от максимума. Такое учащение пульса происходит при быстрой ходьбе или беге трусцой. При более напряженных физических нагрузках пульс подскакивает до максимума, и тело начинает потреблять больше углеводов, поскольку испытывает в них потребность. Иными словами, фанатик фитнеса, маниакально отрабатывающий шаги на StairMaster, теряет меньше жира, чем та бледная немочь, которая еле-еле ковыляет на тренажере по соседству. Вспомним снова зайца и черепаху.

– Кажется, будто заяц добивается большего, потому что бежит быстрее, – посмеивается доктор Ахтен. – Но если цель – избавиться от жира, я бы поставил на черепаху.

Вот почему вновь возвращается мода на древнейшее упражнение – ходьбу. В доиндустриальные века люди по большей части путешествовали пешком и были крепки. А потом явились паровозы, моторы – и человечество обленилось. Ходить пешком мы предпочитаем в исключительных случаях. Это «забытое искусство», как утверждает Всемирная организация здравоохранения.

Однако в последней главе мы рассказывали о том, как пригороды и городские центры преобразуются в пользу пешеходов. В моем районе Лондона, Уондсворте, появилась собственная Стратегия для пешеходов. Множество причин побуждает нас ходить пешком. Во-первых, это бесплатно: чтобы научиться гулять в парке, вам не потребуются занятия в зале или личный тренер. Вместо того чтобы ехать на автомобиле в соседний квартал, мы могли бы добраться туда пешком, зачастую даже быстрее. Прогулки укрепляют здоровье, уберегают от сердечных заболеваний, инсульта, остеопороза, возможно, даже от рака. И травмы при этом случаются гораздо реже, чем на интенсивных спортивных занятиях.

Пешие прогулки хорошо совмещаются с медитацией, замедляют ум. Когда мы шагаем, мы подмечаем множество деталей на пути: видим птиц и деревья, небо, магазины, дома, других людей. Складываются связи с миром.

Пешая прогулка помогает унять зуд скорости. Когда мы едем на машине или на поезде, летим в самолете, возникает искушение двигаться быстрее (на то ведь и придуман мотор), и любая задержка воспринимается как личное оскорбление. В человеческое тело, однако, от рождения встроен ограничитель скорости, и пешая прогулка приучает нас к отказу от ускорения. Она по самой сути своей «медленная». Как говорит Эдвард Эбби, enfant terrible американского экологического движения: «Многое можно сказать в пользу прогулок… Например, это самый неспешный способ передвижения – медленнее только ползком. Значит, ходьба растягивает время и удлиняет жизнь. Жизнь слишком коротка, чтобы растрачивать ее на спешку… Благодаря ходьбе мир становится намного больше, а значит – интереснее. Появляется время и возможность подмечать детали»{43}.

Алекс Подборски мог бы подписаться под каждым словом. Этот молодой человек двадцати с небольшим лет ездил на работу в турагентство, расположенное в центре Лондона, на скутере. Затем, в 2002 г., когда «веспу» украли в третий раз, он вынужден был добираться до работы пешком – понадобилось всего 25 минут. Теперь он проделывает этот путь ежедневно, туда и обратно. Маршрут пролегает через Гайд-парк, где так хорошо думается. Алекс идет, улыбается людям, чувствует связь с городом и горожанами. Раньше он влетал в офис взмыленный после езды по пробкам, а теперь входит спокойный, готовый к тяготам рабочего дня.

– Прогулка – это отдых, – говорит он. – Утренняя – заряд бодрости на весь день, обратно из офиса – разрядка в конце дня.

И для здоровья полезно. С тех пор как вместо мотоцикла ему служит собственная пара ног, Подборски стал стройнее и здоровее.

– Кельвин Кляйн не позовет меня в модели для демонстрации нижнего белья, – ухмыляется он, – но пивной животик помаленьку подтягивается.

Появились и новые вариации медленных упражнений: Северную Америку охватило увлечение SuperSlow, сверхмедленным подниманием весов, и распространилось за пределы континента. Но погодите листать страницы, устремляясь к следующей главе: для начала развеем известный предрассудок, будто каждый, кто работает с весами, непременно превращается в Халка. Благодаря SuperSlow человек становится сильнее и стройнее, однако вовсе не смахивает на гору мышц. Поскольку мышцы занимают на 30 % меньше объема, чем жир, всерьез занявшись этим видом спорта, можно и впрямь влезть в штаны на размер, а то и на два меньше. Vanity Fair, настольная книга для тех, кто предпочитает красоту, а не устрашающее обилие плоти, называет SuperSlow в числе самых модных направлений 2002 г. Newsweek, Men’s Health, Sports Illustrated for Women и New York Times тоже заинтересовались.

Когда я читал эти газетные и журнальные статьи, они показались чересчур восторженными. Работа со штангой в обычном режиме не принесла никакой пользы ни мне, ни кому-либо из моих знакомых. Неужели что-то существенно изменится, если выполнять те же упражнения медленно?

Штаб-квартира SuperSlow отыскалась в безликом стрит-молле неподалеку от аэропорта Орландо (Флорида). Когда я переступил порог офиса, Кен Хатчинс, человек, основавший SuperSlow в начале 1980-х гг., по телефону объяснял коллеге из Сиэтла, как получить лицензию тренера. Тогда я принялся рассматривать фотографии на стенах офиса, демонстрирующие состояния «до» и «после». Вот бородатый, средних лет Тед – за десять недель его талия уменьшилась в объеме на 15 см. Энн, чуть за тридцать, – 20 см с бедер долой за три месяца. Фотографии сделаны словно в медицинских учебниках: без ретуши, без подсветки и прикрас. Это мне понравилось: SuperSlow не занимается дешевой рекламой, а гарантирует результат.

Сам Хатчинс высок, с выправкой боевого генерала (когда-то он работал ассистентом хирурга в ВВС). Подтянут, но мышцы не выпирают. Мы сели и с удовольствием обсудили безумие культуры скорости.

– С современной точки зрения «медленный» ленив или непродуктивен, – рассуждал Хатчинс. – Этот предрассудок распространяется и на фитнес и спорт. Люди думают, нужно дергаться изо всех сил, иначе никакой пользы. На самом же деле все наоборот. Продуктивны только медленные упражнения.

Как это делается? SuperSlow отводит 20 секунд на то, чтобы поднять и опустить штангу. На традиционных занятиях укладываются в шесть секунд. Замедленное движение устраняет инерцию, мышцы напрягаются до предела. При такой нагрузке мышцы быстрее и основательнее перестраиваются, кости становятся плотнее и прочнее, что так важно для молодых и старых. Исследование, опубликованное в июне 2001 г. в Journal of Sports Medicine and Physical Fitness, показало, что, занимаясь по методике SuperSlow, человек становится на 50 % сильнее, чем при традиционной работе со штангой, – по крайней мере, такова статистика за ограниченный период времени. Однако тут важна не только сила. Укрепляя мышцы, человек начинает худеть, потому что ускоряется обмен веществ, за день сгорает больше калорий. Накачай мышцы, соблюдай строгий режим питания – и жир начнет уходить.

Еще одно преимущество: SuperSlow требует очень немного времени. Нагрузка столь интенсивна, что занятие длится не более 20 минут. Новичкам требуется перерыв три – пять дней, опытные спортсмены отдыхают даже дольше. Поскольку во время такого занятия человек почти не потеет – зал хорошо проветривается, многие занимаются прямо в офисном костюме, не переодеваясь. Так «медленное» оказывается «быстрым». Быстрым и безопасным – плавные контролируемые движения практически исключают риск травмы.

Занятия по системе SuperSlow приносят и другую пользу для здоровья: повышается уровень полезного холестерола, суставы становятся крепче и подвижнее{44}. Хатчинс уверен, что этих занятий достаточно для поддержания хорошей формы, а дополнительный спорт – лишь помеха. Вспомните при нем о кардиотренажерах, и он раздраженно поморщится. В этом смысле он «сектант» – Американская ассоциация кардиологов и Служба здравоохранения США рекомендуют сочетать силовой тренинг с традиционной аэробикой.

Хотя клинические исследования методики SuperSlow еще не проводились, чтобы привлечь людей, оказалось достаточно и слухов. А по слухам, в США профессиональные и университетские спортивные компании включили в тренировку элементы SuperSlow, и их примеру последовали спецназ, ФБР, полиция и спасатели. Врачи и физиотерапевты в восторге. По всему континенту в тренажерные залы SuperSlow стекаются пенсионеры и подростки, привыкшие к сидячему образу жизни, и женщины, которые позволяют себе кушать ланч. Чуть ли не каждый день в штаб-квартиру в Орландо звонят люди, мечтающие получить лицензию тренера. Залы открываются в Австралии, Норвегии, Индии, Израиле и Тайване.

Почему SuperSlow столь медленно – целых 20 лет – пробивался в мейнстрим? Возможно, потому, что эту систему не так-то просто полюбить. Быстрые упражнения способствуют выделению эндорфинов, при замедленном подъеме тяжестей на физиологическое ощущение удовольствия рассчитывать не приходится. К тому же мышцы при этом отчаянно болят. Если в точности следовать всем принципам SuperSlow, то обеспечено чувство выполненного долга, но никак не восторг. Вот как Хатчинс представляет себе идеальную обстановку для занятий: «…Пастельного цвета стены, ничто не отвлекает, ни музыки, ни растений, ни зеркал, никакого общения, приглушенный свет, хорошая вентиляция, низкая температура помещения, низкая влажность… Обязательное условие – вести себя строго, как в больнице».

В завершение нашего разговора Хатчинс проводил меня в свой спортивный зал. Прохладный, немой, стерильный – цех для производства чипов? Хатчинс – в его руках хронометр и таблица – подвел меня к тренажеру для ног. Едва я попытался что-то сказать, как он тут же оборвал:

– Мы сюда не болтать пришли! Отвечайте только «да» или «нет», когда я спрошу!

Я заткнулся и принялся работать. Сначала веса показались мне легкими, но их приходилось удерживать, и с каждой секундой они становились все тяжелее. Уже при втором подходе бедра дрожали, мышцы горели огнем. Мне хотелось выполнять все поскорее, чтобы разделаться, но Хатчинс не позволил:

– Медленнее! – командовал он. – Не возбуждайтесь. Спокойно, ровно дышите. Сосредоточьтесь – и станет легче.

Я выполнил упражнение шесть раз – и бедра отказали. На следующих трех тренажерах та же участь постигла мои бицепсы, икры и грудные мышцы. На том занятие и закончилось.

– Пятнадцать минут тридцать секунд, – щелкнул секундомером Хатчинс. – Как чувствуете себя?

Как? Я разбит. Изнурен. Выжат. Выбирайте определение по вкусу. Ноги как желе, в глотке пересохло. Но какая-то непривычная форма усталости после занятий – я не пыхчу, дыхание ровное, я даже не вспотел. Несколько минут отдыха – и я пружинистой походкой направляюсь к машине.

На обратном пути я спрашивал себя, хотелось бы мне и дальше посещать эти занятия? По правде говоря, нет. Результат впечатляющий, но, пользуясь выражением самого Хатчинса, «строго, как в больнице». Говорят, правда, что другие специалисты SuperSlow держатся помягче. Я решил проверить и слетал в Нью-Йорк, где процветает еще одна студия, работающая по принципам SuperSlow. Посреди Манхэттена, на седьмом этаже над Мэдисон-авеню, Ultimate Training Centre куда более похож на привычные нам тренажерные залы: тут и зеркала на стенах, и музыкальный фон, и люди переговариваются между собой. Хозяин Лу Абато волосы собирает в хвостик, улыбка не сходит с его лица. Почетное место на подоконнике возле рабочего стола занимает фотография Лу со Шварценеггером, рядом – стеллаж, забитый спортивными журналами. У самого Абато внешность супермена, он участвует в соревнованиях по бодибилдингу, хотя режим тренировок у него сводится к минимуму: одно занятие по системе SuperSlow в неделю – и все.

– В это трудно поверить, но на самом деле больше ничего не нужно, – сказал он мне.

Его центр предназначен не для мускулистых спортсменов, а в основном для работающих на Манхэттене специалистов. Первым, в 8:30 утра, является средних лет юрист Джек Осборн: он уже три года занимается по системе SuperSlow. Джек переодевается в белую футболку и синие шорты. Небольшой животик намечается, но в целом мужчина выглядит неплохо. Абато провожает его на тот самый тренажер, которым меня пытал Хатчинс. Работа пошла: Осборн пыхтит, гримасничает, дыхание ускоряется, глаза у него вылезают из орбит, руки-ноги трясутся. Я чувствую, как же человеку плохо. Абато запрещает ему торопиться:

– Медленнее, медленнее! Никуда не торопимся!

Так оно и идет. Двадцать минут спустя Осборн переодевается в дорогой черный костюм и сообщает мне, что благодаря SuperSlow сбросил 5 кг, избавился от боли в спине и обрел неисчерпаемый запас энергии.

– Как будто мое тело обновилось, – сказал он.

Не заметил ли он психологических улучшений от замедленного поднятия тяжестей, спросил я и своим вопросом явно порадовал собеседника.

– Изначально я занялся SuperSlow не поэтому, но такого рода преимущества тоже ощутил. Здесь я обретаю медитативное спокойствие, и мне его хватает на весь день. Если на день занятий приходится серьезная встреча или заседание суда, я все равно еду утром заниматься, чтобы сохранить сосредоточенность, ясность ума и контроль.

Недавно Осборн блистательно справился с очень сложным делом и по крайней мере отчасти связывает свой успех с медленным поднятием тяжестей.

– Даже когда все идет наперекосяк, что часто случается на суде, я уравновешен и спокоен. Могу совладать и с клиентом, и с судьей, и с другими адвокатами, – говорит он. – Я получаю от SuperSlow пользу не только для здоровья – я чаще выигрываю в суде.

Отличная рекомендация! Подтвердят ли ее другие клиенты Абато? Да, они тоже в восторге. Вслед за Осборном пришел Майк Марино, 50-летний консультант по менеджменту. Он сообщил мне, что за девять месяцев занятий жир у него сократился на 10 %. Высокий, стройный, загорелый – точно сошел со страницы журнала мужской моды. И для него, как для Осборна, SuperSlow стал лучшим лекарством от нью-йоркской привычки торопиться.

– Изменился в целом мой образ жизни, – рассказывает он. – Раньше, сталкиваясь с проблемой, я начинал дергаться, хотелось поскорее все решить. Теперь я научился медлить и медитировать – очень правильное умение для консультанта.

Один за другим клиенты повторяли одну и ту же историю – они стали сильнее, избавились от боли, многие обрели внутреннее спокойствие и не теряют головы в суете Манхэттена. SuperSlow, по-видимому, вполне соответствует «медленной» философии.

Я поблагодарил Абато и вышел на улицу. На тротуаре модная молодая женщина с дорогой прической пела в мобильный телефон осанну SuperSlow. Я притворился, будто копаюсь в сумке, а сам навострил уши:

– Честное слово, ты будешь в восторге, – ворковала она в трубку. – Медленно – это еще лучше, чем быстро.

Глава 6

Медицина: доктор, пациент и терпение

Время лечит.

Пословица

Приемный покой районной больницы Челси и Вестминстера, Лондон. Я обратился к специалисту в связи с сильной болью в правой ноге. Хотя нога уже несколько месяцев опухает и болит, здесь, в приемном покое, ко мне вернулось хорошее настроение. В этой больнице родились мои дети, к тому же здешнее ортопедическое отделение считается одним из лучших в стране.

Приемная переполнена. Люди ковыляют на костылях то в туалет, то к журнальной стойке. Ерзают нетерпеливо на сиденьях, а кто-то и в инвалидной коляске. Над дверью висит электронное табло, которое извещает, что клиника на 45 минут отстает от графика. Я уткнулся в старый номер Cosmopolitan и почти не замечаю, как приходят и уходят пациенты.

Меня вызвали. Медсестра проводила в кабинет, где сидит за столом молодой врач. Сердце в пятки. Все в облике этого врача, вплоть до пятна на галстуке, внятно говорило: «Поторопись!» Он пробормотал приветствие и принялся осыпать меня вопросами: «Где болит? Когда заболело? В каких ситуациях боль усиливается?» Отвечать нужно быстро и точно. Я пускаюсь в подробности – он обрывает и жестким тоном повторяет тот же вопрос. Нашла коса на камень. Я-то хотел полностью прояснить картину: что изменилось в моих спортивных занятиях, как постепенно усиливалась боль, как действуют на нее обезболивающие и как – растягивание, как это отражается на осанке, в то время как доктору Быстродею требуется проставить галочки и вызвать следующего. Осматривая мою ногу, он дважды исподтишка глянул на часы. Причину боли так и не установил, посоветовал и дальше глотать таблетки, записал меня на МРТ и велел сдать анализ крови. У меня остались вопросы, зато времени не осталось. Я покинул больницу, размышляя, насколько опасны для здоровья такие вот недоконсультации.

Знакомое чувство? В поликлиниках и больницах всего мира доктора вынуждены побыстрее разделываться с пациентами. Система государственного здравоохранения в Великобритании перегружена настолько, что в среднем визит к терапевту длится 6 минут. Даже в частных больницах с прекрасным финансированием врачей покусала та же муха. Постоянно верещит пейджер, подгоняя врача, – уже появилось понятие «бип-бип медицины»{45}. Вся врачебная помощь ныне направлена на то, чтобы как можно быстрее решить проблему. Врачу некогда выслушивать пациента, вдумываться в его состояние, образ жизни – ему подавай симптомы, и точка. И тут же в ход идут современные технологии: сканирование, сильнодействующие лекарства, операции. Плотное расписание, неотложный результат, пациенты ведь тоже спешат. В нашем мире дорога́ каждая минута, мы все хотим – да что там, требуем – мгновенного диагноза, лечения и исцеления.

Понятно, что в иных случаях медицина должна действовать быстро. «Скорую помощь» мы все смотрели. Если не удалить вовремя воспалившийся аппендикс, не зашить рану от пули, не сделать диабетику укол инсулина – пациент умрет. Но и в этой области, как во многих других, быстрее не всегда значит лучше. Многие врачи и многие пациенты уже увидели, как порой окупается неспешность, и оппозиция «быстрой» медицине растет. Врачи настаивают на том, чтобы больше времени отводилось для общения с пациентами. В мединститутах делается акцент на необходимости выслушать пациента и лишь тогда ставить диагноз. Все больше исследований подтверждают: зачастую лучше набраться терпения, выждать и посмотреть. Например, зачатие. Если за год у супругов ничего не получилось, врачи обычно советуют прибегнуть к искусственному оплодотворению. Но в 2002 г. исследование, обобщившее данные по 7 европейским городам, установило: порой года попросту недостаточно. Предоставьте здоровой женщине еще год – и, скорее всего, зачатие произойдет естественным путем. Более чем у 90 % женщин в возрасте около 40 лет при наличии партнера также моложе 40 беременность наступает в пределах двух лет{46}.

Разочаровавшись в официальном здравоохранении, миллионы людей обращаются к дополнительной и альтернативной медицине, которая опирается на принципы холистического, неспешного лечения – они все еще живы во многих уголках развивающегося мира. Альтернативная медицина – довольно широкое явление, которое включает в себя и традиционные китайские методы, и индийскую аюрведу, и арабскую унани. Хорошо известны такие ее направления, как гомеопатия, лечение травами, ароматерапия, иглоукалывание, массаж и направление потоков энергии. К числу специалистов альтернативной медицины относятся остеопаты и хиропрактики.

Работает ли альтернативная медицина? Об этом яростно спорят. Научных доказательств безопасности и эффективности этих методов пока мало. Скептики (имя же им легион) отвергают нетрадиционную медицину как шаманство со свечами и магическими шарами. Если она и действует, говорят они, то в качестве плацебо: человек верит в исцеление, вот ему и становится лучше. Тем не менее официальная медицина уделяет альтернативной все большее внимание. По всему миру в больницах и научных институтах проводят испытание различных традиционных методов. И хотя приговор пока не вынесен, предварительные результаты свидетельствуют, что по крайней мере некоторые из этих методов могут быть использованы. Например, многие врачи подтверждают, что иглоукалывание смягчает боль и улучшает самочувствие, хотя объяснить этого толком не умеют.

Пока эксперты в своих лабораториях ищут доказательства, пациенты голосуют ногами. Альтернативная медицина в мировых масштабах зарабатывает $60 млрд в год. Половина населения Северной Америки уже сейчас ищет помощи не у официального здравоохранения. В Германии, где нетрадиционные методы давно в почете, 80 % клиник предлагают иглоукалывание. В Великобритании специалистов по альтернативному лечению больше, чем врачей общего профиля{47}. Не найдя желаемого у себя в стране, жители Запада устремляются в Китай и другие страны, не отказавшиеся от «шаманства». В одной из пекинских больниц целый корпус выделили только для иностранцев. Появились в продаже комплексные туры: осмотр Великой стены плюс консультация китайского травника.

Тем не менее даже самые ревностные поклонники альтернативной медицины не считают, что она должна (или может) полностью заменить накопленный Западом опытом. С рядом проблем (инфекционными заболеваниями, травмами) наша медицина научилась справляться весьма эффективно. Даже в Китае травники не выезжают к месту автомобильной аварии. Сторонники альтернативной медицины считают, что лучше всего она помогает там, где западная медицина почти бессильна: в лечении хронических заболеваний – от астмы и проблем с сердцем до боли в спине и депрессии. В данный момент основная тенденция – объединять западные и традиционные методики в новую систему «интегрированной медицины». В медицинских институтах развитых стран появились курсы альтернативной медицины, центры интегрированной медицины есть теперь в самых знаменитых университетах США: в Гарварде, Коламбии и Дьюке. В 2002 г. Всемирная организация здравоохранения начала широкомасштабную кампанию включения лучших альтернативных методик в мейнстрим.

Одним из ведущих центров интегрированной медицины в Европе считается клиника Hale, которая располагается в четырехэтажном здании эпохи Регентства, в сердце Лондона. Открылась эта клиника в 1987 г., и тогда она служила прибежищем для адептов нью-эйджа. Ныне в клинику приходят и директора компаний, и преподаватели естествознания – кому акупунктуру, кому ароматерапию, а кому и чакры в равновесие привести. Посетители – и молодые, и пожилые – роются в книгах на первом этаже, стоят в очереди за травяными и гомеопатическими средствами из аптечного пункта.

– Когда мы только открылись, альтернативная медицина была чем-то странным, революционным, для отчаянных, – говорит основательница клиники Тереза Хейл, – а теперь мы вошли в моду. К нам даже из больниц пациентов направляют.

Среди сотни специалистов, составляющих штат клиники, есть и несколько «обычных» врачей, в том числе и терапевты. В 2003 г. лондонская больница пригласила одного из целителей поработать с раковыми больными.

Привлекает эта методика и отказом от быстрого решения, и тем, что пациент чувствует себя личностью, а не мешком с симптомами. В основном альтернативная медицина «медленная» по определению. Целитель старается вернуть гармонию души и тела, он не совершает насилия над пациентом, а легонько его подталкивает. Для снижения артериального давления, устранения боли, тревожности, депрессии часто применяется релаксация, пациентов учат жить в более спокойном ритме. Все практикующие специалисты клиники Hale в первую очередь помогают пациентам замедлиться – меньше работать, спокойно и со вкусом принимать пищу, медитировать, больше времени проводить с родными и близкими, приобрести хобби или попросту каждый день прогуливаться в парке. Они уделяют своим пациентам гораздо больше времени, чем обычные врачи: те лишним временем не располагают. Визит к гомеопату может длиться и два часа: нужно добиться взаимопонимания, врач внимательно выслушивает пациента, доискивается до корней проблемы. Сеансы массажа или иглоукалывания длятся не меньше часа, причем массажист и разговаривает с пациентом, и прикасается к нему. Банальность вроде бы, но в мире, где все носятся как безумные, а подлинные отношения возникают так редко, ласковое прикосновение может многое дать, может запустить в организме механизмы выздоровления. Говоря словами Ингрид Коллинз, британского психолога-консультанта, «предоставьте пациенту внимание и время, он расслабится и, может быть, пойдет на поправку».