Для крутых закон не писан

— Сколько такая стоит? — спросил Осипов, шофер Давыдова.

— Сто тысяч долларов, не меньше, — ответил тот.

— Если не больше, — добавил Алексей.

Мужчины походили вокруг иномарки, заглянули в салон через большие тонированные стекла и наконец решились ее открыть.

— На ключах брелок сигнализации, — сказал Давыдов, — ты попробуй, щелкни им. Если машина Ральфа, то она откроется, а если не его — то нет.

Алексей достал ключи, повертел в пальцах брелок, направил его на переднее стекло и нажал на кнопку. Сигнализация пискнула, замки щелкнули, и оперативники с облегчением выдохнули.

— Открой дверцу, но осторожно, — посоветовал полковник.

Алексей медленно открыл левую дверь и заглянул внутрь, а Осипов присел и начал осматривать днище и колеса.

— Внизу чисто, никаких пакетов и свертков нет, — вскоре объявил он.

— В салоне тоже подозрительных предметов нет, — сказал Алексей. — Сейчас бардачок осмотрю. — Он открыл маленький багажник в торпеде, называемый в народе бардачком, но, к его глубочайшему удивлению, тот был абсолютно пуст.

— Капот подними и посмотри багажник, — посоветовал полковник. Он стоял поодаль и искоса поглядывал по сторонам — опасался что кому-то из жильцов дома их действия покажутся подозрительными и они вызовут милицию. Давыдов хотел, чтобы никто не узнал об этом деле.

— Чисто, — отрапортовал Осипов, когда закончил осмотр мотора и багажника.

— И в салоне ничего, — добавил Алексей, — даже пыли нет, видимо, недавно пылесосили.

— Сережа, ты веди «Волгу», а мы с Алексеем сядем в «Мерседес». Отгоним его в гараж управления и там распотрошим.

— Без понятых и протокола? — Капитан удивленно взглянул на шефа.

— Некогда понятых искать и протокол составлять. Задним числом оформим, — поморщился тот и открыл водительскую дверцу «мерина».

Все расселись по машинам и двинулись в путь.

Глава 3

Николай преследовал синюю «БМВ» уже час, но по-прежнему не был уверен — едут в ней убийцы или нет. Наконец иномарка свернула на узенькую глухую улочку на севере Москвы, заехала в подворотню и остановилась. Капитан был вынужден проехать мимо, чтобы не привлекать внимание ее пассажиров. Он припарковался в двадцати метрах от подворотни, быстро снял светлую парусиновую куртку, отстегнул кобуру, положил все на сиденье, затем достал из бардачка темные пижонские солнцезащитные очки и бейсболку. Вынул из кобуры пистолет, снял его с предохранителя, перезарядил и положил в целлофановый пакет. Сотовый и последнюю запасную обойму сунул в карман широких белых брюк. Надел очки и шапочку, взял в руку пакет с «макаровым» и посмотрел на себя в зеркальце на лобовом стекле.

Он надеялся, что пассажиры иномарки сразу его не узнают. Хотя не был уверен на сто процентов, что в ней именно те, кто ему нужен.

Бугров вылез из машины, захлопнул дверцу, включил сигнализацию и быстро пошел по улице в направлении подворотни. В правой руке он сжимал целлофановый пакет с пистолетом, а в левую взял из урны пустую пивную бутылку. Он стал похож на подвыпившего пижона в светлых брюках, футболке, бейсболке и темных очках, с пивом в руке и воблой в пакетике.

Капитан повернул за угол и увидел в глубине двора двух молодых мужчин в светлых брюках и светлых широченных рубахах, садящихся в роскошный спортивный «Мерседес-SL600», стоящий рядом с синей «БМВ». Они были коротко подстрижены, чисто выбриты и ничем не напоминали двух «художников»-киллеров, убивших Ральфа в кафе. Тем не менее это были они. Бугров их сразу узнал по походке и по тому, что у одного из них была перебинтована правая кисть. Видимо, выбитый пулей автомат травмировал пальцы и рассек кожу на ладони.

Чтобы не привлекать внимания, Николай быстро прошел в другую часть двора и спрятался за небольшим детским домиком. Парни подозрительно поглядели по сторонам и, не заметив его, сели в машину, завели мотор и не спеша выехали на проспект.

Бугров подождал, пока они скроются за углом, вскочил, кинулся к синей «БМВ» и заглянул в салон. Сквозь затемненное стекло он увидел на заднем сиденье джинсовые куртки, кроссовки, парики, бородки, автоматы и какой-то сверток. Киллеры тоже изменили внешность и стали походить на респектабельных бизнесменов.

Николай кинулся к своей машине, но не успел пробежать и нескольких метров, как за его спиной раздался сильный взрыв. Ударной волной его сбило с ног, откинуло к стене дома и швырнуло за какие-то ящики. Над ним пролетела оторванная взрывом дверца автомобиля, а огненный смерч взметнулся в небо и обдал капитана жаром. Из окон соседних домов повылетали все стекла, а поднятая с асфальта пыль грязным облаком начала расползаться по округе. Она окутала Бугрова, и ему стало трудно дышать. Сор набился в глаза и запершил в носу и горле. Капитан вскочил и бросился прочь. У «БМВ» взорвался бензобак, и огонь полностью поглотил обломки некогда красивой машины.

Выбежав из двора, Бугров вынул сотовый и позвонил Давыдову.

— Они уничтожили синюю «БМВ»! — на бегу кричал в трубку немного оглохший от взрыва капитан. — А сами укатили на «Мерседесе» «Н375МА 99 РУ». Надо выяснить, кому он принадлежит.

— Что там у тебя произошло? — заволновался полковник.

— Я повторяю, они взорвали «БМВ». Это киллеры, это были киллеры. — Николай открыл свою машину, влез в салон, завел двигатель, до конца утопил в пол педаль газа и рванул с места как заправский гонщик. С визгом шин об асфальт и небольшим заносом «Волга» помчалась по улице вслед за уезжающим «Мерседесом».

— Ты у них на хвосте? — спросил шеф.

— Нет, но скоро их нагоню. Может быть…

— Попробуй догнать, а я пока установлю, кому принадлежит иномарка, и отправлю данные в ГАИ, они ее задержат, и мы схватим киллеров.

— Может, не надо их пока задерживать, — высказал мнение Николай, — надо проследить, куда они отправятся, и потом выяснить, кто заказал убийство Ральфа. Может быть, мы узнаем и имя крота в нашей конторе, продавшего заказчику информацию о моей встрече с сексотом.

— Ну ты и замахнулся, — покачал головой Давыдов, — сначала киллеров возьми, а потом уже о заказчике и о кроте думай. Давай я вызову спецназ, и мы их накроем тепленькими. Потом надавим на них как следует и по горячим следам раскроем заказное убийство.

— Может, пока подождем? — предложил Бугров.

— Подождем? — переспросил полковник. — Хотя тебе на месте видней. Попробуй последить за ними еще немного, может, действительно выйдешь на посредника или на самого заказчика.

— Поживем — увидим, — усмехнулся Бугров. — Было бы здорово, если бы вы мне в подмогу выслали Толмачева.

— Ща, — буркнул полковник, и трубка замолчала.

Вслед за бандитами капитан вырулил на Ленинградский проспект и поехал в сторону центра. Впереди себя он видел тот самый «Мерседес» с убийцами и пристроился ему в хвост на расстоянии тридцати метров.

— Коля, это Алексей, повтори все, что ты сказал, — наконец трубку взял Толмачев.

— Леха, я их топчу, и, похоже, они меня не заметили. Собираюсь аккуратненько за ними последить и выяснить, куда они отправятся, что будут делать, с кем свяжутся. Может быть, они выведут меня на бригадира или на заказчика убийства.

— Отлично, — обрадовался Алексей. — Шеф выясняет, на кого записан «мерс», и на связи пока буду я. Ты где находишься?

— Еду в центр по Ленинградке.

— Где ты меня подхватишь?

— Черт его знает где, — наморщил лоб Коля. — Я не знаю, куда они свернут и что будут делать дальше. Давай пока горячиться не будем, ты выезжай в начало Ленинградского проспекта, а когда там будешь, мне сообщи.

— Хорошо, — ответил Толмачев и выключил связь.

Бандиты не спеша проехали весь Ленинградский, свернули на Садовое, добрались до Кропоткинской улицы и остановились возле храма Христа Спасителя. Припарковали «Мерседес» на стоянке возле него, вылезли и пошли в храм. По дороге одаривали мелочью каждую старушку-попрошайку, промышляющую у святого места. Они скрылись за высокими резными воротами храма и отсутствовали десять минут.

«Грехи замаливают, подонки, — подумал Николай. — Сначала пристрелили людей, а потом в церковь — молиться, свечки ставить за упокой убиенных. Так помолятся, успокоятся и на следующий день снова убивают. Здорово устроились, гады…»

Бандиты вышли из храма, сели в машину и поехали в центр. Николай завел двигатель и последовал за ними. Киллеры остановили машину возле закусочной «Макдоналдс», вышли и пешком направились на Старый Арбат. Николай оставил «Волгу» неподалеку от места их парковки и двинулся следом. На этот раз он достал из багажника старую просаленную рубаху черного цвета, в которой ремонтировал машину, и надел ее поверх футболки. Он немного изменил внешность, но не настолько, чтобы быть неузнанным. Поэтому решил на глаза киллерам вообще не попадаться. Пистолет и сотовый он прихватил с собой, а вот темные очки и бейсболку оставил — по ним его могли узнать.

Братки зашли в маленький дорогой ресторан, а войти за ними следом Николай не решился. Он перешел на другую сторону улицы, спрятался в подворотне и оттуда стал наблюдать за заведением. Он опасался только одного: что бандиты выйдут через заднюю дверь, уедут на другой машине, а их «Мерседес» заберет помощник. Вот тогда конец слежке и шансам раскрыть убийство Ральфа.

Но, к счастью, этого не произошло. Через полтора часа парни «вывалились» из кабака сытые, довольные и изрядно захмелевшие. Они сбросили нервное напряжение, насытили свои алчные утробы и заодно обмыли успешно выполненное дело. При ходьбе они размахивали руками и обсуждали что-то очень интересное, но что именно, Николай слышать не мог. Он стоял в узкой загаженной подворотне и с нетерпением ждал, когда братки сядут в машину.

Киллеры были одеты в великолепные шелковые рубахи от кутюр, сшитые по их угловатым фигурам черные брюки и в дорогие модные ботинки. Галстуков не было, рубашки были расстегнуты почти до пояса и на шеях у обоих болтались толстенные золотые цепи с массивными крестами, обрамленными по краям бриллиантами. На пальцах сверкали перстни с бриллиантами и изумрудами, а в визитках вместе с пачками долларов покоились их верные пистолеты. Это Николай понял по весу небольших, но толстеньких портмоне.

Оба они были коротко острижены, тренированы и на вид сильны. Вид у них был нагловатый, а манера держаться чересчур уверенная. Они вальяжно, показывая свое превосходство над окружающими, прошлись по бульвару, поглазели на проходящих мимо девочек в коротких юбках, выкурили по сигарете и направились к своему авто.

Николай все это время не выходил из подворотни и внимательно наблюдал за киллерами.

«Кто эти люди? — думал он. — Спортсмены, бывшие военные, работники какой-то спецслужбы? Цепи, кольца, дорогие часы, роскошная машина — это атрибуты представителей криминальной группы, но они могут их носить и для прикрытия. И что хотел мне передать Ральф? Почему спросил о деньгах и кто нас подставил?» — эти вопросы не давали покоя контрразведчику.

Глава 4

Николай Николаевич Бугров работал в контрразведке уже десять лет. Его пригласили туда после окончания института физкультуры и сначала использовали как бойца группы захвата, но потом перевели на оперативную работу. Начальники заметили в нем отменные умственные способности и аналитическое мышление.

— Стрелять и драться сможет любой, а вот правильно «разработать» противника, выяснить его связи, обхитрить и обдумать — это дано не каждому, — сказал ему тогда начальник отдела по борьбе с экономическими преступлениями полковник Давыдов.

Тренировки в стрельбе, спаррингам и по отработке боевых захватов стали проходить реже, зато служба стала интересней и ответственней. За плечами появилось много сложных дел — от «разработки» уголовных авторитетов, крупных мздоимцев и серийных убийц до коррумпированных депутатов и правительственных чиновников. Его работа с секретным источником информации — Ральфом — началась месяц назад с вечернего телефонного звонка.

Как обычно после службы, Николай приехал домой на своей «Волге», поставил ее в ракушку и поднялся в квартиру. Поцеловал жену Людмилу, четырехлетнего сынишку Павлика и девятилетнюю дочку Настеньку. Разулся, разделся, умылся и уже хотел идти ужинать, как в гостиной раздался телефонный звонок. Жена подошла к аппарату и через мгновение позвала мужа.

— Это тебя, — сказала она и пошла на кухню. Коля взял трубку и поднес ее к уху. Опасался, что его срочно вызовут на службу, на какое-нибудь ответственное задание. Так часто бывало в семье Бугровых, и к этому все давно привыкли. Но это был звонок не с работы.

— Здравствуйте, — произнес приятный женский голос.

— Добрый вечер, — ответил Николай.

— Запишите, пожалуйста, номер телефона, по которому вам надо срочно позвонить, но не из дома и не с сотового, а из уличного телефонного автомата.

— Зачем? — удивился капитан.

— Для вас есть важная информация.

— Какая?

— Я не знаю, меня просили — я передала. — Женщина произнесла номер, потом повторила его и повесила трубку.

Заинтригованный Николай записал телефон на бумажке и пошел ужинать. Во время еды думал, звонить по этому телефону или нет, и что значит вся эта непонятная игра.

«Может, это розыгрыш, — соображал он, — или очередной аноним хочет по секрету поведать сотруднику контрразведки, как хорошо живется соседу и плохо ему самому».

В раздумьях прошел час, но Бугров все-таки решил позвонить по указанному номеру и выяснить, чего от него хотят. С одной стороны, любопытство взяло верх над здравым смыслом, а с другой — сыграла профессиональная привычка контрразведчика выяснять о людях и их делах то, что они хотят скрыть.

Николай оделся, взял клочок бумаги с номером, пластиковую карточку и пошел на улицу. Прогулялся до ближайшего телефонного аппарата и позвонил.

На улице начался небольшой летний дождик, Бугров стоял в полуоткрытой телефонной будке и ждал, пока на том конце провода кто-то ответит. К телефону долго никто не подходил, и Бугров уже хотел уходить, как вдруг в трубке щелкнуло и бодрый голос ответил:

— Да.

— Я Николай, а вы просили позвонить.

— Не говорите лишнего, — сразу предупредил незнакомец. — Я знаю, кто вы и где работаете. Мне сказали, что вы принципиально честный, преданный родине человек, на которого можно положиться и которому можно доверять.

— Ну, я не знаю…

— Кто я такой, вам сказать пока не могу, зовите меня просто… — Незнакомец замялся. Он соображал, какое придумать себе прозвище, а Николай вдруг помог ему.

— Ральф, — произнес он.

Пятью минутами ранее Бугров шел к телефонной будке тихим двориком и услышал, как хозяйка подзывала к себе своего спаниеля:

— Ральф, Ральф, Ральф!

Поэтому он и назвал эту кличку.

— Ральф, — переспросил незнакомец, — почему Ральф? Хотя какая разница, буду Ральфом.

— Не все ли равно, — добавил капитан.

— Именно так вот будет лучше, если в вашей конторе никто пока не узнает о моем существовании и о нашем контакте. Потом вы поймете почему.

— Я хочу сейчас знать почему, — настоял Николай.

— Я не доверяю вашей системе в целом и вашему управлению в частности, — удивил его незнакомец.

— Я не могу обещать, что в ближайшее время не доложу о вас руководству, — парировал Бугров и замолчал.

Услышав эти слова, Ральф решил немного изменить позицию и пояснил:

— Я занимаю высокое положение в финансовой элите страны, и у меня есть информация о коррупции в высших эшелонах власти, о заказных убийствах и о крупных теневых сделках одной влиятельной особы. Сами понимаете, я не могу просто так прийти в вашу фирму и передать эти материалы. Меня вычислят и ликвидируют. А мириться с произволом этой особы я больше не могу, потому я и решил действовать через вас. А у меня с ним личные счеты.

— Интересно, — ответил Николай, — вы хотите тайно сотрудничать с офицером ФСБ, то есть со мной, и снабжать меня информацией о преступлениях в сфере бизнеса?

— Да, — ответил Ральф.

— А вы уверены, что эта информация меня заинтересует?

— Молодой человек, когда вы прочтете файлы и проверите их по своим каналам, то поймете, с чем имеете дело.

— Хорошо, я согласен с вами встретиться и взять у вас…

— Компьютерный диск с файлами, — уточнил незнакомец. — Но я с вами пока встречаться не буду, сами понимаете почему. Я положил посылку в автоматическую камеру хранения на Курском вокзале. Номер ячейки двести девяносто пять, а код — четыре ноль восемь три. Вам надо поехать туда и забрать ее.

— Я возьму, — подтвердил Николай. — Я вам должен что-нибудь за эту информацию?

Незнакомец в трубке засмеялся:

— Я очень обеспеченный человек, и вы мне ничего не должны, а если бы меня интересовали деньги, то я предложил бы эту информацию тем, кого она касается, и уверен, получил бы миллион долларов или больше. Хотя скорее всего пулю в лоб.

— Понял.