Иван III

И спалили новгородцы все посады вокруг Новгорода, а в Зверинце церковь новая святого Симеона погорела, и Антониев монастырь, и Полянка вся, и Юрьев монастырь, и Городище все, и Рождественский монастырь с церковью погорел. И многие беды обрушились на новгородцев: и хлеб вздорожал, и не было ржи в продаже в то время, ни ржаного хлеба, только пшеничный, да и того скудно. И поднялся на знатных людей ропот, будто те привели великого князя на Новгород, за то Бог-сердцевед им судья, зачинающим рать и обижающим нас.

В то же время князь великий Иван Васильевич послал войско свое за Волок, и князь Василий Васильевич и воевода заволоцкий Василий Никифорович вышли навстречу со своим войском и с жителями Заволочья и Печеры. И сошлись они в ратном бою, и пало многое множество с обеих сторон, а двиняне не пошли за князем за Василием Васильевичем и за воеводой за Василием Никифоровичем, и ополченье выбилось их сил, и заволоцких порубили, и двинян порубили тоже. А князя Василия ВАсильевича и воеводу Василий Никифоровича Бог сохранил, и прибыли в Новгород с небольшой дружиной, а князь великий хотел пойти на Новгород.

И поехал избранный на владычество архиепископ Феофил с посадниками новгородскими и с житьими людьми на Коростынь и заключил мир с князем великим; и дали князю великому Ивану Васильевичу новгородцы пятнадцать с половиною тысяч рублей, и целовали новгородцы крест князю великому в том, что королю новгородцам не предаваться и князей из Литвы не принимать; а все то случилось божьим попущением за наши грехи.

А изменника Упадыша новгородцы казнили, потому что изменил Новгороду и хотел зла Великому Новгороду со своими единомышленниками: пять пушек железом забил, за что, награду принял от искусителя-беса, в напасть впал и в заблуждение пагубное, света лишаясь, как Павел сказал: «Желающие обогатиться впадают во зло». Как не вострепетал, замышляя зло на Великий Новгород, ты, исполненный коварства? Ради мзды предаешь врагам Новгород, о Упадыш, сладкой жизни вкусив в Великом Новгороде! О, столько добра не вспомнив, немногого умом достиг ты! О беда, сказать, и беззаконная власть тогда обрела коварное зломыслие и обман нечестивый, не ранами поразить кого-то, но всех в городе в городе погубить и сонму лукавых предать, с которыми тогда сражались. И злочестивому злосчастная гибель. Лучше бы тебе, Упадыш, не бывать в утробе материнской, и не был бы ты назван предателем Новгорода. Но не смог ни достичь свершения своих желаний, ни благословения не захотел, но предпочел проклятье и получил его; а христианская вера не гибнет, как погибли обманы те непотребные и безуспешное злодейство; Бог по милосердию щедрот своих человеколюбивое долготерпение и незлобивое око от нас не отвратит, – и не оставит благой Бог наш, не предаст нас в сети их и в помышление нечестивых. Проклятия устрашились, братья, плоды покаяния принесем.

Ты же, милостивый Спас, простри руку свою невидимую, отведи нас от всякого зла и будь нам мирным помощником в день печали нашей, когда вострепещет душа наша, видя враждебные силы. Ты же, милостивый Господь, пошли нам от вышнего честного престола твоего помощь и оружие непобедимое, святой крест, молитвами святой Богородицы и всех святых. Христос начало спасению, конец заблуждению.

Коростынский договор 1471 года Великого Новгорода с великим князем Иваном III Васильевичем о мире

Печатается по изданию: Русские повести XV–XVI веков. М, 1958.

Грамота новгородская.

По благословению нареченного на архиепископство Великого Новгорода и Пскова священноинока Феофила.

Се приехаша к великому князю Иоанну Васильевичу всея Руси и к его сыну великому князю Иоанну Иоанновичу всеа Руси от посадника новогородского Тимофея Остафьевича, и от тысяцкого новгородского Василия Максимовича, от всего Великого Новагорода посадники новогородские, посадник Иван Лукинич, посадник Яков Александрович, посадник Феофилакт Захарьинич, посадник Лука Федорович, посадник Иван Васильевич, а от житьих Лука Остафьевич, Александр Клементьевич, Феодор Иевлич, Окинф Васильевич, Дмитреи Михаилович, и добили челом своеи господе великим князем, и кончали мир по крестным грамотам с великим князем Иоанном Васильевичем и с его сыном великим князем Иоанном Иоанновичем.

1. Как целовал князь велики Андреи, и князь велики Иоанн, и князь велики Семен, и прадед твои князь велики Дмитреи, и дед твои князь велики Василеи, и отец твои князь велики Василеи, целуи, господине князь велики Иван Васильевич и князь велики Иван Иванович, по тому же крест ко всему Великому Новгороду и по сеи грамоте.

2. Новгород, господине, держати вам в старине, по пошлине, без обиды, а нам, мужем новогородцом, княжение ваше держати чесно и грозно, без обиды.

3. А за короля и за великого князя литовского, кто король или великий князь на Литве не буди, от вас, от великих князеи, нам, вашеи отчине Великому Новгороду, мужем волным не отдатися ни которою хитростью, а быти нам от вас, от великих князеи, неотступным ни к кому.

4. А князеи нам у короля великого князя литовского собе на пригороды не просити, ни приимати из Литвы князеи в Великии Новгород.

5. Также нам, Великому Новугороду, отчине вашеи, недругов ваших, великих князеи, князя Ивана Можаиского, и князя иоанна Шемякина, и князя Василья Ярославича и их зятии к собе в Новгород не приимати.

6. А после сего докончания и из Московскои земли из великого княжениа кто лиходеи великих князеи приедет в Великии Новгород, а Новугороду их не примати; или хто лиходеи великих князеи побежит из Московскои земли в Литву или в Немци, а из Литвы или из Немец прибежит в Новгород, и Новугороду их не приимати.

7. А на владычество нам, Великому Новугороду, избирати нам собе по своеи старине; а ставитися нашему владыце в дому Пречистые и у Гроба святого Петра чудотворца на Москве у вас, у великих князеи, и у вашего отца, у митрополита, которыи митрополит у вас, у великих князеи ни будет; а инде нам владыки, опроче московского митрополита, нигде не ставити.

8. А пошлины вам, великим князем, и вашему отцу митрополиту от владыки имати по старине; а лишнего не прибавливати. А на Волоце и на Вологде владжыце церкви и десятина и пошлина своя ведати по старине.

9. А что Юрьевского монастыря земля на Волоце и та земля к Юрьеву монастырю по старине.

10. А пошлин ваших, великих князеи, нам, Великому Новгороду, не таити, по крестному целованью.

11. А что волостеи новогородских всех, вам не держати своими мужи, держати вам мужи новогородскими, и дар имати от тех волостеи.

12. А без посадника вам, великим князем, суда не судити, ни волостеи не раздавати, ни грамот давати.

13. А что вам, великим князем пошлина в Торжку: тиуны свои держати на своеи части, а Новугороду на своеи части.

14. А в Бежичах вам, великим князем, ни вашим княгиням, ни вашим бояром, ни вашим слугам сел не держати, ни купити, ни даром не примати, по всеи волости Новугородскои.

15. А се вы волости новугородскии: Торжок, Бежичи, Городец Палец, Шипина, Мелеча, Егна, Заволочие, Тирг, Пермь, Печера, Югра.

16. А в Русу вам, великим князем, ездити на третью зиму. А лете ездити на Взвад звереи гонити.

17. А в Ладогу вам слати осетренники и медовары по старым грамотам по крестным.

18. А в Ладогу вам, великим князем, ездити на третие лето.

19. А из Бежич вам, великие князи, не выводити, в свою волость, ни из иных волостеи новогородских, ни грамот давати, ни закладнеи не держати, ни приимати ни вашим княгиням, ни вашим бояром, ни купчины.

20. А без вины вам, великие князи, мужа волости не лишати, ни грамот ни посужати.

21. А пожни, великии князи, ваши и ваших мужеи, то ваши и ваших мужеи; а што пожни новогородские, а то к Новугороду, как пошло.

22. А дворяном нашим, как пошло, погон имати: ото князя по пяти кун, а от тиуна по две куны.

23. А что мыт по Суздвльскои земли в вашеи волости: от воза имати по две векши, и от лодьи, и от хмельна короба, и ото лняна.

24. А дворяном вашим у купцов повоза не имати, развее ратные вести.

25. А слобод и сел князеи великие сступилися Великому Новугороду; на Новогородскои земли сел не ставити.

26. А на Имоволожском погосте куны имати.

27. А холоп или роба иметь на господу вадити, тому вам веры не яти.

28. Ни на Низу новогородца не судити, ни дани роздавати, ни приставов вам не всылати во всю волость Новогородскую, с Низу не всылати.

29. Также нам, новогородцем, ваших, великих князеи, торговцев изо всего великого княжения вашего в в Новегороди не судити.

30. а что вам, великие князи, гнев на владыку, и на посадника, и на тысяцкого, и на весь Новгород, то вам, великие князи, нелюбие отложити.

31. А кто почнет вам вадити, тому вам веры не яти.

32. А про послы и про купцы новогородские, тех вам не приимати.

33. А в Немецком дворе торговати нашеи братие новогородцом; а приставов вам не приставливати.

34. А гостем гостити без рубежа, по цесареве грамоте.

35. А судеи слати по волостем на Петров день, как пошло.

36. А вывода межи Суздальскои земли и Новугородскои не чинити.

37. А закладнем вам, великие князи, и вашим княгиням и вашим бояром в Торжку не держати, ни во всеи волости Новугородскои; а купец поедет во сто, а смерд потянет в свои потуг, как пошло, к Новугороду.

38. А на том на всем, господине князь велики Иоанн Васильевич всея Руси, целуите господине, крест ко всему Великому Новгороду, безо всякого извета; также и мы, посадники, и тысяцкие, и весь Великии Новгород, целуем крест ко своеи господе, к великим князем, к великому князю Ивану Васильевичу всея Руси и к великому князю Ивану Ивановичу всея Руси, по любви в правду, безо всякие хитрости.

А писана в лето 79 августа 11.

Грамота московская.

А се другая с того же вместе, а печати и подписи опрочь собе.

А се за то ялися послове Великого Новагорода к великому князю Ивану Васильевичу всея Руси и к его сыну, к великому князю Ивану Ивановичу всея Руси, по новугородскому слову и по новугородской грамоте, на чем послали к великим князем посадника Ивана Лукинича, посадника Феофилата Захарьинича, посадника Луку Федоровича, посадника Ивана Васильевича, а от житьих Луку Остафьевича, Олександра Клементьевича, Федора Иевлевича, Окинфа Васильевича, Дмитрия Михаиловича.

1. Повелехом суд дати на Городище: от великих князеи боярин судьею, а от Великого Новагорода боярин. Судити им князеи великих человека с новогородцом, а судити им как право, по крестному целованью.

2. А оже ся сопрут о какове деле, а не возмогут управити, и коли будет князь великии в Новегороде, или великого князя сын, или великого князя брат, и тому делу тогда учинить на Городище с посадником конец.

3. А что заклад в рядных грамотах, а то имати великиим князем с владыкого на виноватом от сего докончания.

4. А крюк великим князем по старине на третеи год.

5. А от волостей дар имати по старине.

6. А печати быти князеи великих.

7. А виры имати князем великим по старине, а новогородцом не таити.

8. А с новоторжцев и с демонцов князи великие целованье сложили.

9. А что серебро и хлеб великим князем в Торжку или на губах, а то великим князем не надобе.

10. А кто будет на поруце дан в серебре или в хлебе, в с тех порука доловь; а что собрано, а то великим князем, а Новугороду о том на новоторжцев нелюбия не держати, ни мщатися им ни коею хитростью.

11. А что воина была князеи великих над новгородскими волостьми, или новогородская воина была над великих князеи волостьми, тому всему погреб.

12. А после сего крестного целования аже доспеется воина с обе половине, а не ведая сего докончания, иманое назад отдати со обе половине.

13. А учинится мертвои, а почнут клепати мертвыми или грабежом с обе половины, ино суд тому на Городищи перед теми судьями.

14. А суда нам у великих князеи наместникове не отнимати, опроче ратные вести, или коли имут город делати, без хитрости.

15. А вечным грамотам не быти.

16. А в Вотцкую землю слати князем великим ежегод по старине.

17. А коли приведется князем великим взяти чернои бор, и нам черном бор дати по старине.

18. А позов по волостем новогородским позывати позовников великих князеи да новугородским; а в городе позывати князеи великих подвоискои, а новугородцкои подвоискои также.

19. Что наши братья новогородци покупили земли ростовские и белозхерские, или даром поимали, и нам, обыскав тех земель, вам, великим князем, отступитися, по крестному целованью; а кто которые земли запрится, и тому суд и исправа, по крестному целованию.

20. А приедут к нам, к великим князем, от великого Новагорода послы новугородские о каких обидных делах исправы просити, а наедут нас, великих князеи, обою в Рускои земли, ино им посольство правити обема великим князем, и исправы просити у обоих у великих князеи; а им исправа дати Великому Новугороду по крестному целованью, а ответ дати Великому Новгороду. А наедут одиного великого князя в Рускои земли, ино одиному посольство правити; а ему исправа дати Великому Новгороду по тому же крестному целованью, и ответ дати Великому Новугороду.

21. А коих людеи привели к целованью за великих князеи, которыи живут на Новугородскои земли в Торжку, или за Волоком, или инде, где ни есть, и с тех людеи великих князеи целование сложили, а земли и воды к Великому Новугороду по старине и по старым крестным грамотам, и по сеи грамоте; а на тех людеи Великому Новугороду нелюбия не держати, по крестному целованию.

22. А псковским послом ездити к великим князем, также и от великих князеи назад ко Пскову, через Новугородскую землю, путь чист, добровольно; также и новугородским послом ездити через Псковскую землю, где ни есть, путь чист из Новагорода и в Новгород.

23. А учинится татба или разбои в великом княжение новугородцу, ино великим князем обыскати то дело в правду, по крестному целованию. А доспеется великого княжения торговцу в Новугородскои земли татба или розбои, ино то дело Новугороду обыскати в правду, по крестному целованию.

24. А что грамота докончальная в Новегороде ромежь собе о суде, ино у тои грамоты быти имени и печати великих князеи.

25. А что заклад в тои в новугородскои грамоте в докончальнои написан на наездщиков, и на грабежщиков, и на наводщиков, ино князем великим взяти половина, по Новогородскои грамоте, а Великому Новугороду половина.

26. А кто имет посул давати или кто и почнет имати по концем, и по рядом, и по стам, и по улицам у грабежщиков, и у наводщика, и у наездщика, ино взяти на том тои же заклад, великим князем половина, по Новгородскои грамоте, а Великому Новугороду половина.

27. А сотцким и рядовичам безо князеи великих наместника и без посадника не судити нигде.

28. А что у нас, у великих князеи, нятцов и полону, и мы, великии князи, пожаловали свою отчину Великии Новгород, тех есмы нятцов новугородских всех и полон весь велели отпустити.

29. А на всем на том, господине князь велики Иоанн Васильевич всея Руси и князь велики Иван Иванович всея Руси целуите, господине, крест ко всему Великому Новгороду, безо всякого извета; также и мы, посадники, и тысяцкие, и весь Велики Новгород, целуем крест к своеи господе к великим князем, к великому князю Ивану Васильевичу всея Руси и к великому князю Ивану Ивановичу всея Руси, по любви и правду, безо всякие хитрости.

А писана августа 11 в лето 70 девятое.

Послание на Угру Вассиана Рыло

Печатается по изданию: Русские повести XV–XVI веков. М, 1958.

Благоверному и христолюбивому, благородному и Богом венчаному, Богом утвержденному, в благочестии во всех концах вселенной воссиявшему, самому среди царей пресветлейшему и преславному государю нашему всея Руси Ивану Васильевичу, богомолец твой, господин, архиепископ Вассиан ростовский шлет благословение и челом бьет.

Молю величество твое, о боголюбивый государь, не прогневайся на меня, смиренного, что первым дерзнул я заговорить с твоим величеством откровенно, твоего ради спасения. Нам подобает, государь великий, помнить о твоих делах, а вам, государям, нас слушать. Ныне дерзнул я написать твоему благородству, хочу кое-что напомнить из Священного писания, как Бог вразумит меня, на крепость и утверждение твоей державе.

По божьему изволению, наших ради согрешений, охватили нас скорби и беды от безбожных варваров. И ты, государь, приехал в царствующий город Москву за помощью и заступлением ко всемилостивейшей госпоже Богородице и к святым чудотворцам, к отцу своему митрополиту, и к матери своей, великой княгине, к благоверным князьям и богобоязливым боярам, за добрым советом – как крепко постоять за православное христианство, за свое отечество против безбожных басурман. Ты, государь, повинуясь нашим молениям и добрым советам, обещал крепко стоять за благочестивую нашу веру православную и оборонять свое отечество от басурман; льстецы же нашептывают в ухо твоей власти, чтобы предать христианство, не считаясь с тем, что ты обещал. А митрополит со всем священным и боголюбивым собором тебя, государя нашего, благословил на царство и к тому же так тебе сказал: «Бог да сохранит царство твое силою чесного креста своего, и даст тебе победу над врагами, и покорит под ноги тебе всех противников твоих, как в древности Давиду и Константину, молитвами пречистой его матери и всех святых». Только мужайся и крепись, духовный сын мой, как добрый воин Христов, по великому слову Господа нашего в Евангелии: «Ты, пастырь добрый. Пастырь добрый полагает жизнь свою за овец. А наемник, непастырь, которому овцы не свои, видит приходящего волка, и оставляет овец, и бежит; и волк расхищает овец и разгоняет их. А наемник бежит, потому что наемник, и не заботится об овцах». Ты же, государь, сын мой духовный, не как наемник, но как истинный пастырь постарайся избавить врученное тебе от Бога словесное стадо духовных овец от приближающегося волка. А Господь Бог укрепит тебя и поможет тебе и всему твоему христолюбивому воинству. Мы же все вместе скажем: «Аминь», то есть: «Да будет так».

Господь поможет тебе, если ты, государь наш, все это возьмешь на сердце свое, как истинный добрый пастырь. Призвав Бога на помощь, и пречистую его Матерь, и святых его, и святительское благословение и всенародную молитву, крепко вооружившись силою честного креста, выходи против окаянного мысленного волка, как называю я ужасного Ахмата, чтобы вырвать из пасти его словесное стадо Христовых овец. А когда ты уйдешь, государь наш, святители, митрополит и мы все вместе с ними, молящиеся за ваше высокородие, со всем боголюбивым собором будем молитву непрестанно творить, по всем святым церквам всегда молебны и святую службу совершать по всей нашей отчизне о вашей победе, и все христиане непрестанно будут Бога молить, чтобы даровал он тебе победу над супротивными врагами, и надеемся получить ее от всемилостивого Бога. Ныне же слыхали мы, что басурманин Ахмат уже приближается и губит христиан, и более всего похваляется одолеть твое отечество, а ты перед ним смиряешься, и молишь о мире, и послал к нему послов. А он, окаянный, все равно гневом дышит и моления твоего не слушает, желая до конца разорить христианство. Но ты не унывай, но возложи на господа печаль твою, и он тебя укрепит. Ибо Господь гордым противится, а смиренным дает благодать. А еще дошло до нас, что прежние смутьяны не перестают шептать в ухо твое слова обманные и советуют тебе не противиться супостатам, но отступить и предать на расхищение врагам словесное стадо Христовых овец. Подумай о себе и о своем стаде, к которому тебя дух святой поставил.

О боголюбивый вседержавный государь, молим мы твое могущество, не слушай таких советов их, послушай лучше учителя вселенной Павла, сказавшего о таковых: «Разразится гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдой; осуетились они в умствованиях своих, и омрачилось несмысленное их сердце. Называя себя мудрыми, обезумели, и так как они не заботились иметь Бога в разуме, то предал их Бог превратному уму – делать непосредства». А также и сам Господь сказал: «Если глас твой тебя соблазняет, выколи его», а если рука или нога, то отсечь повелевают. Но понимай под этим не плотскую, видимую руку, или ногу, или глаз, но ближних твоих, которые советуют тебе совершить неправое дело, отринь далеко их, то есть отсеки, и не слушай их советов. А что советуют тебе эти обманщики лжеименитые, мнящие себя христианами? Одно лишь – побросать щиты и, нимало не сопротивляясь этим окаянным сыроядцам, предав христианство и отечество, изгнанниками скитаться по другим странам. Подумай же, великомудрый государь, от какой славы к какому бесчестью сводят они твое величество! Когда такие тьмы народа погибли и церкви божии разорены и осквернены, кто настолько каменносердечен, что не восплачется о их погибели! Устрашись же и ты, о пастырь – не с тебя ли взышет Бог кровь их, согласно словам пророка? И куда ты надеешься убежать и где воцариться, погубив врученное тебе Богом стадо? Слышишь, что пророк говорит: «Если вознемешься, как орел, и даже если посреди звезд гнездо совьешь, то и оттуда свергну тебя, говорит Господь». А другой пророк говорит: «Куда пойду от духа твоего и от лица твоего кудв убегу? Взойду ли на небо – ты там; и на краю земли направит рука божья и десница удержит». Куда же ты уходишь, пастырь добрый, кому оставляешь нас, словно овец, не имеющих пастыря? Мы же надеемся, что Господь не оттолкнет людей своих и и достояния своего не оставит. Не слушай же, государь, тех, кто хочет твою честь и бесчестье и славу в бесславье превратить, и чтобы стал ты изгнанником и предателем христиан назывался. Отложи весь страх, будь силен помощью Господа, его властью и силой, ведь «один разгонит тысячу, а двое – тьму», по пророческому слову. Их боги – совсем не то, что наш Бог. Господь сказал: «Где боги их, на которых они надеялись? Близок день их погибели». И еще он сказал: «Лук сильных ослабел, а немощные препоясались силою»; «Господь живит и мертвит»; «Он даст крепость князьям нашим и вознесет рог помазанника своего». И еще «Близок Господь к призывающим его, всем призывающим его воистину» и «Не на силу коня смотрит он, не к быстроте ног человеческих благоволит, благоволит Господь к боящимися его и уповающим на милость его». Слышал, что сказал Демокрит, древнейший из философов: «Князь должен трезво рассуждать о всем происходящем, а против супостатов быть крепким и мужественным и храбрым, а к своей дружине иметь любовь и ласку». Вспоминай сказанное неложными устами Господа Бога нашего Иисуса Христа: «Хоть человек и весь мир приобретет, а душе своей повредит, какой даст выкуп за свою душу?» И еще: «Блажен человек, который положит душу свою за друзей своих».

А это, как мы слышим, безбожное племя агарян приблизилось к земле нашей, к вотчине твоей. Уже многие соседние с нами земли захватили они и движутся на нас. Выходи же скорее навстречу, призвав Бога на помощь и пречистую Богородицу, нам, христианам, помощницу и заступницу, и всех святых его. Последуй примеру прежде бывших прародителей твоих, великих князей, которые не только обороняли Русскую землю от поганых, но и иные страны подчиняли; я имею в виду Игоря, и Святослава, и Владимира, которые с греческих царей дань брали, а также Владимира Мономаха, – как и сколько раз бился он с окаянными половцами за Русскую землю, и иных многих, о которых ты лучше нас знаешь. А достойный похвал великий князь Дмитрий, прадед твой, какое мужество и храбрость показал за Доном над теми же окаянными сыроядцами – сам он впереди бился и не пощадил жизни своей ради избавления христиан. И видел милосердный человеколюбивый Бог твердое его намерение, что хочет он не только до крови, но и до смерти страдать за веру и за святые церкви, за врученное ему Богом словесное стадо Христовых овец, как истинный пастырь, уподобиться древним мученикам, ибо святые мученики ради любви божией на страдания и раны как на пир шли. Так и этот боголюбивый и крепкий смерть за приобретение считал. Он не усомнился, не убоялся татарского множества, не обратился вспять, не сказал в сердце своем: «У меня жена, и дети, и богатство многое; если и возьмут мою землю, поселюсь где-нибудь в другом месте». Не без сомнения устремился он на подвиг, и вперед выехал, лицом к лицу встретил окаянного разумного волка Мамая, чтобы вырвать из его пасти словесное стадо христовых овец. Поэтому, за его отвагу, всемилостивейший Бог не замедлил, не задержался, не вспомнил его прежних грехов, но быстро послал ему свою помощь – ангелов и святых мучеников, помогать ему против его врагов. Поэтому он, пошедший на подвиг Господа ради, и доныне похваляем и славим не только людьми, но и Богом. Ангелов он удивил и людей возвеселил своим мужеством, а те, что подвизались вместе с ним до смерти, от Бога получили оставление грехов и мученическими венцами почтены были, так же как и древние мученики, которые за веру пострадали от мучителей, за исповедание веры Христовой умерли. А эти, также, в последние времена, за веру и за церкви божии умерли и равно с теми венцы приняли. Те же, которые тогда были ранены врагами и после победы остались живы, те кровью своей омыли прежние грехи и как победители великие врагов явились и были достойны великой хвалы и чести не только от людей, но и от Бога. Так и теперь, если последуешь примеру прародителя своего, великого и достойного похвал Димитрия, и постараешься избавить стадо Христово от мысленного волка, то Господь, увидев твое дерзновение, также поможет тебе и покорит врагов твоих под ноги твои. И здрав и невредим победоносцем будешь перед Богом, который сохранит тебя, и покроет Господь главу твою своею сенью в день брани. Если бы ты, о крепкий и храбрый царь, и твое христолюбивое воинство до крови и смерти пострадали за православную веру христианскую и за божии церкви, как истинные во всем чада церкви, в которой породились духовно банею нетления, святым крещением, как мученики своею кровью, – блаженны и преблаженны будут в вечном наследии, получив это крещение, и после него не смогут согрешить, но получат от Вседержителя-Бога венцы нетленные и радость неизреченную, какой око не видело, и ухо не слышало, и на сердце человеку не входило. Как первые мученики и исповедники, так и эти последние будут, ибо сказал Господь: «Первые – последние, и последние – первые». Если же ты будешь спорить и говорить: «У нас запрет от прародителей – не поднимать руку против царя, как же я могу нарушить клятву и против царя стать?» – послушай же, боголюбивый царь, – если клятва бывает вынужденной, прощать и разрешать от таких клятв нам повелено, и мы прощаем, и разрешаем, и благословляем – как святейший митрополит, так и мы и весь боголюбивый собор: не как на царя пойдешь, но как на разбойника, хищника и богоборца. Уж лучше тебе солгать и приобрести жизнь вечную, чем остаться верным клятве и погибнуть, то есть пустить их в землю нашу на разрушение и истребление всему христианству, на святых церквей запустение и осквернение. Не следует уподобляться окаянному тому Ироду, который не хотел клятвы нарушить и погиб. А это что – какой-то пророк пророчествовал, или апостол какой-то, или святитель научил этому богомерзкому и скверному самозваному царю повиноваться тебе, великому страны Русской христианскому царю! И не только ради наших прегрешений и проступков перед Богом, но особенно за отчаяние и маловерие попустил Бог на твоих прародителей и на всю нашу землю окаянного Батыя, который пришел по-разбойничьи и захватил все землю нашу, и поработил, и воцарился над нами, хотя он и не царь и не из царского рода. Мы ведь тогда прогневили Бога, и он прогневался на нас и наказал нас, как чадолюбивый отец, по словам апостола: «Кого любит Господь, того он наказывает; бьет всякого сына, которого принимает». И так вот – тогда, и теперь, и вовеки тот же Бог, который потопил фараона, и избавил израильтян, и преславное совершил. Покайся, государь, от всего сердца и прибегни под крепкую руку его, и обещай всем умом и всей душою своею отказаться от того, что было прежде, когда случилось тебе, как человеку согрешать. Человеку свойственно согрешать, то есть падать, и через покаяние восставать, а ангелам свойственно не падать, а бесам – не восставать и отчаиваться. «Да сотворишь ты суд праведный посреди земли». Нужно иметь любовь к ближним, никого не притеснять и быть милостивым к виноватым – да обрящешь Господа милостивым в страшный день.

Не словом кайся, в сердце об ином помышляя, – не приемлет Бог такого покаяния – но только если в словах будет то же, что и в сердце. Как благоразумный разбойник на кресте сразу же, лишь за одно только слово спасся, ибо он истинно, всем сердцем познал свое согрешение и к творцу возопил: «Помяни меня, Господи, когда приидеши во царствие твое!» А милостивый и щедрый Господь не только согрешения ему простил, но и сделал его наследником рая. Такому покаянию подражай, ибо истинное покаяние – отречься от греха. Если мы так покаемся, то так же помилует нас милосердный Господь, и не только освободит и избавит нас, как некогда израильтян от лютого и гордого фараона, – нас, нового Израиля, христианских людей от этого нового фараона, поганого измаилова сына Ахмета, – но и нам их поработит. Так же енкогда согрешили израильтяне перед Богом, и отдал их Бог в рабство иноплеменникам; когда же каялись они, тогда ставил им Бог от племени их правителей и избавлял их от рабства иноплеменников, и были иноплеменники у них в рабстве. Так же, когда были израильтяне в рабстве в Египте, избавил их Господь от египетского рабства через Моисея, раба своего. Потом даровал им Господь Иисуса Навина, который привел их в землю обетованную, захватил двадцать девять царств и вселился туда. А после этого согрешили сыны Израиля перед Господом Богом, и Господь Бог предал их в руки врагов их. И снова покаялись они, и поставил им Господь Бог Иуду из рода их, и он разбил хананеян и ферезеев, и захватил царя их Адонивезека. И повелел иуда отсечь Адонивезеку руку по запястье и ступню ноги его. Этот же Адонивезек сам сказал: «Семидесяти царям отсек я кисти рук их, и они, покалеченные, собирали крохи под столом моим; как я сделал, так и воздал мне Бог». И привели его в Иерусалим, и умер он там. Иуда же не усомнился, не сказал, что, мол, не царь я, и не из рода царского, и как мне царю сопротивляться – он на Бога упование и надежду имел и царя царей победил. Поймав его, он повелел его казнить, и взял землю их, и поработил их сынам Израилевым. И снова, когда согрешили сыны Израиля перед Богом, тогда предавал он их в руки врагов их, и были они в рабстве у них. А когда каялись, тогда ставил им правителя из их рода – я имею в виду Гофониила, и Аода, и Девору с Вараком, и Гедеона, погубившего тремястами воинов много тысяч мадиамлян, и кончая Самсоном, который убил ослиной челюстью тысячу человек. И многих других правителей ставил им Бог, и избавлял их от рабства у иноплеменников, и были у них в рабстве иноплеменники.

И ныне этот же Господь, и если покаемся от всей души и отречемся от греха, то поставит нам Господь тебя, государя нашего, как некогда Моисея и Иисуса и иных, освободивших Израиль. Тебя даст нам Господь как освободителя нового Израиля, христианских людей, от этого окаянного, возносящегося над нами нового фараона, поганого Ахмата. Но его похвальбу обрушит Господь под ноги твои и пошлет тебе пособников, ангелов своих и святых мучеников, и сметут они их, и те погибнут. И пророки сказали бы: Богом утвержденный царь, соберись с силой, преуспей и царствуй истины ради, и кротости, и правды. И Бог чудесным образом направит твою десницу, престол твой правдой, кротостью и судом истинным создан будет, и жезл силы пошлет тебе Господь от Сиона, и одолеешь ты окруживших тебя врагов. Так говорил Господь: «Я воздвиг тебя, царя правды, призвал тебя правдой, взял тебя за руку правую, укрепил тебя, чтобы покорились тебе народы. Силу царей я разрушу, и отворю тебе ворота, и города не затворятся. Я пойду перед тобой, сравняю горы, двери медные сокрушу и затворы железные сломаю». И тогда непоколебимую и безупречную царскую власть даст Господь Бог в руки твои, Богом утвержденный государь, и сыновей сынов твоих в род и род вовеки.

Итак, от чистой веры молитвою к Богу день и ночь, в молитвах и мольбах, литиями и соборами святительскими, божественными возношениями нашими необходимое и подобающее поминовение о благочестивой державе вашей и царской вашей победе совершим за литургией, чтобы покорены были враги ваши под ноги ваши, чтобы одолели вы их в сражениях. Да рассыплются поганые страны, рвущиеся в бой, ослепляемые божьей молнией, и пусть они, как псы голодные, языками своими землю лижут, и ангел господень погоняет их.

Радуемся и веселимся, слыша о доблести и крепости твоей и о победе твоего сына, данной Богом и о великом мужестве и храбрости твоего брата, – государей наших, ставших против безбожных этих агарян. Но по евангельскому великому слову: «Претерпевший до конца спасется». Молю же твое царское многоумие и Богом данную тебе премудрость, да не пренебрежешь моим худоумием. Ибо сказано: «Дай наставление мудрому, и он будет еще мудрее, научи правдивого, и он приумножит знание, потому что познание святыни – разум. Таким образом много лет проживешь и прибавится тебе лет жизни». И с этим всем да будет милость великого Бога Господа нашего Иисуса Христа, молитвами пречистой его Матери и всех святых, и великих чудотворцев земли нашей, преосвященных митрополитов русских Петра, Алексия, и Ионы, и Леонтия, епископа ростовского, чудотворцев Исайи и Игнатия, преподобных и богоносных отцов наших Сергия, Варлаама и Кирилла, и прочих, и нашего смирения благословение на тебе, нашем государе, и на сыне твоем, и на твоем государстве, и на твоей братии, и на всех князьях, и боярах, и воеводах, и на всем вашем христолюбивом воинстве. И мирно и многолетно да будет ваше государство, победно со всеми послушающими вас христолюбивыми людьми, да пребудет во все дни жизни вашей и во веки веков. Аминь. В год 89 (1481).

Повесть о стоянии на Угре

Печатается по изданию: Русские повести XV–XVI веков. М, 1958.

Пришла весть к великому князю, что царь Ахмат идет в полном сборе, со всей ордой и царевичами, с уланами и князьями, да еще в соглашении с королем Казимиром – ибо король и направил его против великого князя, желая сокрушить христианство. Князь великий пошел на Коломну и стал у Коломны, а сына своего великого князя Ивана поставил у Серпухова, а князя Андрея Васильевича Меньшого в Тарусе, а прочих князей и воевод в иных местах, а других – по берегу. Царь Ахмат, услышав, что князь великий стоит у Оки на берегу со всеми силами, пошел к Литовской земле, обходя реку Оку и ожидая на помощь себе короля или его силы, и опытные проводники вели его к реке Угре на броды. Князь же великий сына своего, и брата, и воевод послал на Угру со всеми силами, и, придя, они стали на Угре и заняли броды и перевозы. А сам князь великий поехал из Коломны на Москву к церквам Спаса и Пречистой Богородицы и к святым чудотворцам, прося помощи и защиты православному христианству, желая обсудить и обдумать это с отцом своим митрополитом Геронтием, и со своею матерью великой княгиней Марфой, и своим дядей Михаилом Андреевичем, и со своим духовным отцом архиепископом ростовским Вассианом, и со своими боярами – ибо все они тогда пребывали в осаде в Москве. И молили его великим молением, чтобы он крепко стоял за православное христианство против басурман. Князь великий послушался их мольбы: взяв благословение, пошел на Угру и, придя, стал у Кременца с небольшим числом людей, а всех остальных людей отпустил на Угру. Тогда же в Москве мать его великая княгиня с митрополитом Геронтием, и архиепископ Вассиан, и троицкий игумен Паисий просили великого князя пожаловать его братьев. Князь же принял их просьбу и повелел своей матери, великой княгине, послать за ними, пообещав пожаловать их. Княгиня же послала к ним, веля им прямо отправиться к великому князю поскорее на помощь.

Царь же со всеми татарами пошел по Литовской земле мимо Мценска, Любутска и Одоева и, придя, стал у Воротынска, ожидая, что король придет к нему на помощь. Король же не пришел к нему и сил своих не послал – были у него свои междоусобия, воевал тогда Менгли-Гирей, царь перекопский, королевскую Подольскую землю, помогая великому князю. Ахмат же пришел к Угре со всеми силами, хотя перейти реку. И пришли татары, начали стрелять, а наши – в них, одни наступали на войска князя Андрея, другие многие – на великого князя, а третьи внезапно нападали на воевод. Наши поразили многих стрелами и из пищалей, а их стрелы падали между нашими и никого не задевали. И отбили их от берега. И много дней наступали, сражаясь, и не одолели, ждали, пока станет река. Были же тогда великие морозы, река начала замерзать. И был страх с обеих сторон – одни других боялись. И пришли тогда братья к великому князю в Кременец – князь Андрей и князь Борис. Князь же великий принял их с любовью. Когда же река стала, тогда князь великий повелел своему сыну, великому князю, и брату своему Андрею, и всем воеводам со всеми силами перейти к себе в Кременец, боясь наступления татар – чтобы, соединившись, вступить в битву с противником.

В городе же Москве в это время все пребывали в страхе, помнили о неизбежной участи всех людей и ни от кого не ожидали помощи, только непрестанно молились со слезами и воздыханиями Спасу-Вседержителю и Господу Богу нашему Иисусу Христу и пречистой его Матери, преславной Богородице. Тогда-то и свершилось преславное чудо пречистой Богородицы: когда наши отступали от берега, татары, думая, что русские уступают им берег, чтобы с ними сражаться, одержимые страхом, побежали. А наши, думая, что татары перешли реку и следуют за ними, пришли в Кременец. Князь же великий с сыном своим и братией и со всеми воеводами отошел к Боровску, говоря, что «на этих полях будем с ними сражаться», а на самом деле слушая злых людей – сребролюбцев богатых и брюхатых, предателей христианских и угодников басурманских, которые говорят: «Беги, не можешь с ними стать на бой». Сам дьявол их устами говорил, тот, кто некогда вошел в змея и прельстил Адама и Еву. Вот тут-то и случилось чудо пречистой: одни от других бежали, и никто никого не преследовал.

Царь же бежал в Орду, и пришел на него ногайский царь Ивак, и Орду взял, и его убил. Один только царевич хотел захватить окраинные земли за рекой Окой, князь же великий послал братьев своих, даух Андреев, услышали это татары и побежали. И так избавил Бог и Пречистая Русскую землю от нехристей. Был же тогда холод и великие морозы. Царь побежал 11 ноября.