Помоги проекту - поделись книгой:
Томас Кромвель был не одинок в желании погубить Анну. Многие дворяне-католики при дворе ощутили на себе едкость ее злого языка и ненавидели за приверженность Реформации. Их планы шли далеко: вернуть права на престол католичке принцессе Марии, дочери Екатерины. Для этого нужно было, чтобы кто-то – пусть даже любовница короля – лишил Анну влияния. Генриху также следовало внушить, что Анна – ведьма и его страсть к ней – результат колдовства.
Смерть Екатерины позволяла Генриху порвать с Анной, не восстанавливая прежний брак. Было задумано устранить Анну и восстановить католичество. Дочь Анны Елизавету, как прежде дочь Екатерины Марию, предполагалось лишить всех прав на трон.
Джейн воплощала тюдоровский идеал жены. Она разительно отличалась от Анны, но не от других своих современниц. Она хотела подчиняться, а не бросать вызов, что в тот период было для Генриха обезоруживающе притягательным. Выбор новой подруги отражал перемены в его характере: привлекательный открытый принц эпохи Ренессанса превращался в короля-тирана. Мы никогда не узнаем, манипулировала ли Джейн королем сама либо по чьим-то указаниям или Генриха просто очаровали ее скромные манеры.
Когда король стал отдаляться от Анны, Джейн ощутила его все возрастающее внимание. Как и Анна, она выбрала для себя роль супруги, а не любовницы. В марте 1536 г. Генрих послал ей письмо и «кошелек, набитый соверенами». Джейн ухитрилась дать ему ответ, полный одновременно покорности и неуступчивости. Она упала на колени перед королевским посланцем и заявила, что ее честь и честь ее семьи важнее «величайших богатств» и что она умоляет короля найти для нее «какое-нибудь честное место». Джейн вернула деньги и невскрытое письмо.
Томас Кромвель, употребив свой изощренный и беспощадный ум на составление заговора против Анны, убедил Джейн, что она совсем скоро сможет стать женой короля. Тем не менее до ареста Анны в середине мая Джейн и Генрих не встречались. Для того чтобы имя Анны оказалось достаточно очернено, нельзя было бросать тень на репутацию короля. Естественно, события развивались благоприятно для Генриха и Джейн.
14 мая 1536 г. Джейн узнала от Генриха, что скоро Анне вынесут приговор. 17 мая архиепископ Кранмер объявил брак Генриха и Анны потерявшим законную силу. 19 мая – в день казни Анны – Кранмер выпустил документ, разрешавший Генриху и Джейн быть супругами перед Господом, поскольку они находились «в третьей степени родства», иными словами, были шестиюродными братом и сестрой. На следующий день после казни Анны Генрих и Джейн официально обручились, а 30 мая 1536 г. поженились во дворце Уайтхолл. Было решено провести коронацию осенью, но из-за эпидемии чумы, а позже из-за беременности Джейн церемония была отложена.
Братья Джейн Эдвард и Томас получили огромную выгоду от ее нового положения: каждый из них приобрел обширные земельные владения. В 1536 г. Эдвард стал виконтом Бошаном, а на следующий год – графом Хертфордширским. Томас вошел в число камергеров Ближней палаты, а в 1537 г. был возведен в рыцарское достоинство.
При всей своей домашней уютности и покорности Джейн Сеймур не всегда лишь подчинялась. Она добилась, чтобы принцессы Мария и Елизавета вернулись ко двору. Известна ее попытка повлиять на короля в вопросах религии, когда она сочла неправильными его решения по поводу мятежа, известного как Благодатное паломничество. Однако ее пыл охладило напоминание короля о судьбе Анны. Джейн притихла и полностью погрузилась в домашние заботы. Некоторые элементы католического богослужения были восстановлены, но так решил сам король.
Скоро Джейн была вознаграждена. В начале 1537 г. она забеременела, и весной об этом узнали все. В сентябре Джейн удалилась в свои покои и стала готовиться к родам. Несмотря на печальные прецеденты, все пребывали в радостном ожидании: родится непременно мальчик. Роды начались 9 октября. Король и двор ждали затаив дыхание. Ждать пришлось две ночи и три дня. Ребенок появился на свет лишь в два часа ночи 12 октября, это был принц Эдуард. Генрих ликовал.
15 октября 1537 г. мальчика крестили в Хэмптон-Корте. Крестной была его сводная сестра Мария, четырехлетняя принцесса Елизавета тоже участвовала в крестинах. 18 октября ребенка провозгласили принцем Уэльским, герцогом Корнуольским и графом Карнарвонским. В тот же день Джейн заболела – то ли это была родильная горячка, то ли кровотечение, вызванное тем, что в матке осталась часть плаценты. Во времена, когда о бактериях, инфекции и гигиене никто и не слышал, подобное часто приводило к родильной лихорадке, или, как теперь говорят, септицемии, то есть заражению крови.
Так и случилось. 23 октября у королевы начался бред. На следующее утро позвали исповедника. К полудню королевы не стало. Генрих искренне горевал. Свои переживания он выразил в письме французскому королю: «Божественное Провидение смешало мою радость с горечью от смерти той, что подарила мне это счастье».
Похороны Джейн состоялись 12 ноября в часовне Святого Георгия в Виндзорском замке. Генрих заказал прекрасный надгробный памятник (он так и не был закончен), который должен был изображать спящую, а не мертвую Джейн. Король собирался упокоиться в той же гробнице, когда придет его время. Траур при дворе продолжался до Рождества. Генрих ходил в черном до февраля 1538 г. Джейн так и не дождалась коронации. Всего семнадцать месяцев она была супругой короля и едва умерла, как Томас Кромвель приложил все усилия для того, чтобы европейские державы предложили вдовствующему королю достойную замену почившей жене.
Анна Клевская
Если предыдущие два раза Генрих женился по любви, то четвертый его брак был продиктован интересами внешней политики. Росли опасения, что католическая Франция сблизится со Священной Римской империей. Порвав с Римом, Англия оказывалась во все большей изоляции. Томас Кромвель первым обратил внимание на герцогство Юлих-Клеве-Берг, независимое протестантское государство в составе Священной Римской империи, с которым можно было заключить дружественный союз.
После смерти Джейн Генрих поначалу с трудом воспринимал планы Кромвеля, касающиеся будущего брака. Его сомнения подкреплялись тем, что многие из потенциальных европейских невест отнюдь не стремились выйти замуж за стареющего тирана. Вниманию Генриха было предложено девять претенденток, пока не сложился союз с Клевскими.
Клеве, территория на севере нынешней Германии, с XI в. была графством, а позже стала герцогством. В 1521 г., после женитьбы герцога Иоганна III на богатой, владеющей большими земельными угодьями Марии Юлих-Бергской, герцогство значительно увеличилось. У этой пары было четверо детей: Сибилла, Анна, Вильгельм и Амелия.
Итак, Анна происходила из семьи немецких аристократов. Ее предки также состояли в родстве с английским королем Эдуардом I и его супругой Элеонорой Кастильской. Клевский двор был скромным и непритязательным, в основном здесь любили выпить. Впрочем, Анна не пила, ее любимым занятием было рукоделие. Способностей к языкам, светской беседе и музыке у нее не отмечали. Анну описывали как скромную, стыдливую и неразговорчивую девушку. Она явно была плохо подготовлена к блистательному английскому двору и к жизни с человеком, который в свои сорок восемь лет считал себя галантным любовником.
В феврале 1539 г. умер отец Анны, и обязанность распоряжаться приданым девушки и выбирать для нее мужа перешла к ее честолюбивому брату Вильгельму. Томас Кромвель, стремившийся усилить в Англии протестантизм, умело приступил к переговорам, которые в конечном счете завершились успехом. За лето и осень Кромвель и его сторонники убедили короля, что союз с Клевскими – удачный вариант. Генрих послал своего придворного художника Ганса Гольбейна в Клеве, чтобы тот написал портреты и Анны, и Амелии Клевских.
В сентябре 1539 г. Генрих увидел портрет Анны и влюбился в идеальный образ. Он сразу отмел все вопросы относительно того, что Анну когда-то обручили с сыном герцога Лотарингского. Было определено приданое и подписан брачный договор. В начале декабря Анна приехала в Кале (принадлежавший тогда Англии), где ее встретили члены Тайного совета. Доверенные лица короля отметили, что у Анны приятные манеры и она стремится понравиться королю, поскольку желает выучить английский язык и освоить английские обычаи. 27 декабря 1539 г. Анна Клевская наконец прибыла в Англию, с Генрихом они увиделись на Новый год.
Первая встреча обернулась полным провалом, и стало ясно, что отношения между Анной и королем не сложатся. Анна была ошеломлена и слегка оскорблена, Генрих же почувствовал себя униженным. Он с несколькими кутилами вошел в комнату Анны переодетым: это предписывали условности куртуазной игры в случае, если король прежде не встречался с иностранной принцессой. Гости застали девушку в тот момент, когда она наблюдала в окно травлю быка собаками. Один из вошедших выступил вперед, поцеловал ее и протянул подарок, сказав, что это от короля. Анна застенчиво пробормотала «спасибо», устыдившись, что ее увидели за подглядыванием в окно. Кавалер, передавший подарок, попробовал продолжить любовную игру, но был отвергнут с твердой благопристойной скромностью.
Переодетым ухажером был Генрих. Неспособность Анны проявить «прозорливость» истинной любви и распознать короля в чужой одежде привела к фиаско. Гордость Генриха и его вера в романтические чувства были уязвлены. Анна встревожилась. Стало очевидно, что между ней и будущим мужем – культурная пропасть. Впрочем, эта пропасть так и не исчезла за время их брака. Обескураженный Генрих выразил недовольство внешностью и манерами Анны.
Несмотря на попытки советников избавить короля от помолвки, он понял, что очутился в ловушке. В надежде предотвратить брак тут же начались переговоры в связи с прежней помолвкой Анны и герцога Лотарингского. Но доказательств явно не хватало. Европа наблюдала за происходящим, и тогдашние законы и порядки не позволяли Генриху отступить. Меньше всего Англии хотелось приобрести в лице Клеве еще одного врага на континенте, так что 6 января 1549 г. король Генрих VIII, хоть и с неохотой, женился на Анне Клевской.
Поначалу Генрих, соблюдая приличия, окружил Анну роскошью, подобающей ее новому статусу, и двор, казалось, был счастлив. Но в личных покоях их брак так и не был консуммирован. Генриха не тянуло к Анне, и, без сомнения, это было взаимно, учитывая возраст и тучность короля. Как-то в беседе с одной из своих придворных дам, Джейн Болейн, леди Рочфорд, вдовой Джорджа Болейна, Анна проявила удивительную наивность. Оказывается, королева считала, что, с тех пор как король лег и заснул рядом с ней, она больше не девственница.
Коронация Анны была назначена на первую неделю после Троицы. Однако у Генриха созрел новый план. Он снова был влюблен, на этот раз в младшую кузину Анны Болейн Екатерину Говард, которая с 1539 г. была фрейлиной Анны Клевской. Брак Анны Клевской и ее жизнь оказались в опасности. Генрих со своими советниками стал искать свежие аргументы для развода и обретения свободы.
Для начала король объявил Анне, что считает их брак недействительным, поскольку он не был консуммирован, и удалил ее от двора, переселив в Ричмондский дворец. Генриху очень хотелось думать, что к моменту их свадьбы Анна не была девственницей и состояла в связи со своим женихом герцогом Лотарингским. О себе же он распространил слух, что временно лишился мужской силы. По некоторым сведениям, Анна сначала расстроилась от этих известий, но скоро взяла себя в руки. Притом что Генрих требовал письменного согласия на развод, она приняла смелое решение согласиться только устно. Это дало ей время, чтобы обдумать свои действия и дальнейшие предложения короля.
Устное согласие пришлось Генриху по вкусу. Выдержанное в духе покорности, оно подвигло его на щедрость. Предложенное соглашение обещало Анне статус более высокий, чем у любой другой женщины Англии (за исключением будущей королевы): несколько поместий, очень неплохую ежегодную ренту примерно в 4000 фунтов и почетное звание «сестры короля». И все это за развод без осложнений и обещание остаться в Англии. Генрих желал избежать каких-либо проблем и возможного недовольства иностранных дворов при возвращении Анны в Клеве. Анна быстро взвесила все за и против и приняла предложение. 9 июля 1540 г. королевский брак был аннулирован.
Анна оставалась в Англии до конца жизни и больше не выходила замуж. Когда завершился брак Генриха и Екатерины Говард, Клевские сделали формальную попытку восстановить супружество Анны, однако этот дипломатический ход был твердо отвергнут королем. Клевские не отчаивались, но королевский советник епископ Гардинер с горечью ответил их дипломатам, что король никогда не передумает. После смерти Генриха состояние Анны несколько уменьшилось, потому что Эдуард VI заменил два из подаренных ей Генрихом поместий – Ричмонд и Блетчингли – на Пенсхёрст и Дартфордский монастырь. Анна умерла в поместье Челси 16 июля 1557 г. Свои драгоценности она завещала обеим падчерицам – Марии и Елизавете. 4 августа Анна была похоронена в Вестминстерском аббатстве. Многие авторы отзывались о ней с большим уважением, один же особо отмечал ее мягкий нрав и благочестие.
Екатерина Говард
Аннулирование брака с Анной положило конец тайным ночным поездкам по реке к новой возлюбленной. Теперь Генрих мог спокойно жениться на Екатерине Говард.
Екатерина принадлежала к влиятельнейшему семейству Говардов. Родилась она предположительно в 1524 г. Ее отец – Эдмунд Говард, третий сын второго герцога Норфолка и дядя Анны и Джорджа Болейн. Но при всем этом детство Екатерины не было таким уж безмятежным. Матерью ее была Иокаста Калпепер Ли, и, хотя она принесла мужу значительное приданое, Эдмунд впоследствии жаловался кардиналу Уолси на непомерные долги. После смерти Иокасты племянница Эдмунда Анна Болейн подыскала ему должность в Кале. Екатерину тогда отправили к мачехе отца Агнес Тилни, вдовствующей герцогине Норфолкской. Та жила на два дома – в резиденции Хоршэм (Саррей) и доме Норфолков в Ламбете, на южном берегу Темзы, напротив Уайтхолла, дворца Генриха VIII.
Нравы в доме герцогини были довольно свободные. Девочка жила с другими незамужними женщинами знатного происхождения, и очень скоро у нее проявилась склонность к романтике. Екатерине нравилось нарушать правила. В самой ранней юности она обзавелась кругом преданных воздыхателей.
Первым в 1536 г. стал ее учитель музыки Генри Мэнокс. Хотя уступить его притязаниям Екатерина не успела, вдовствующая герцогиня, застав их вдвоем, прибегла к физическому наказанию. Им больше не разрешили оставаться наедине.
Увлечение Екатерины Мэноксом не было серьезным, она метила куда выше и поэтому явно не страдала от такого поворота событий. Когда ее познакомили с Фрэнсисом Деремом, она нашла в нем поклонника, состоявшего в родственных отношениях с Говардами и весьма обеспеченного. Дерему, человеку более решительному, чем Мэнокс, не стоило большого труда проникнуть в комнату, где жили девушки, после наступления темноты.
Мужчинам вход туда был заказан. Вдовствующая герцогиня запирала на ночь дверь, а ключ держала у себя в комнате. Екатерина легко обошла это препятствие. Она сумела договориться с Мэри Ласель, личной горничной вдовствующей герцогини, и та стала красть для нее ключ, так что все девушки могли принимать своих избранников, пока ревнивый Мэнокс не выдал их Агнес Тилни.
В 1539 г. Говарды пристроили Екатерину фрейлиной к Анне Клевской. Она с удовольствием отправилась ко двору и на радостях с легким сердцем дала отставку обескураженному Дерему.
Екатерине понравилась придворная жизнь. Тут было полно веселых молодых людей, любивших пошутить и пофлиртовать. Вскоре она привлекла внимание дальнего родственника – Томаса Калпепера, камергера Ближней палаты, который всегда пользовался благосклонностью дам. Роман Екатерины и Томаса Калпепера развивался и углублялся, дело, по слухам, шло к свадьбе, но ветреные влюбленные внезапно охладели друг к другу.
Примерно в 1540 г. в Екатерину влюбился король Генрих VIII. Она была моложе его на три десятка лет, но в нем вновь проснулись юношеская пылкость, веселость и мужественность. Он проникся безумной решимостью как можно скорее жениться на той, что делала его счастливым. Родные руководили Екатериной, чтобы та надежней заманила короля в свои сети. Генриху Говарды внушали, что Екатерина добродетельна, невинна и чиста, во что ему очень хотелось верить. В результате Генрих называл ее «розой без шипов» и «настоящим бриллиантом женственности».
Необычно жаркое и сухое лето 1540 г. способствовало их сближению. Потерявший голову монарх задаривал девушку драгоценными камнями и нарядами. 28 июля Генрих женился на Екатерине. В тот же день, в отместку за неудачу с Анной Клевской, был казнен Кромвель. Говарды ликовали: еще одна девица из их семейства оказалась на троне! Продвигая свою юную представительницу на столь рискованную позицию, они одновременно стремились усилить свой политический вес и восстановить католицизм.
Хотя Говарды были ярыми сторонниками католицизма, саму Екатерину вопросы религии не волновали. А Генрих словно помолодел. Стремление королевы к вечному празднику отражало ее душевную теплоту и заразило весельем и счастьем весь двор. Великодушие Екатерины проявилось в доброжелательности, которую она демонстрировала и по отношению к падчерицам – Марии и Елизавете.
Жизнь Екатерины складывалась прекрасно. Ей, как и всем женам Генриха, было позволено набирать себе в штат кого угодно по своему выбору. Королева стремилась поделиться невероятной удачей с теми, о ком заботилась, но приблизила к себе и тех, кто мог ей навредить. При дворе у нее оказались Кэтрин Тилни, с которой она некогда делила спальню в Ламбете, и Фрэнсис Дерем, только что вернувшийся из Ирландии, где он залечивал свои сердечные раны. В решении Екатерины пристроить своих близких знакомых не было ничего необычного или неожиданного, тем более что оба они состояли в родстве с Говардами. Но вскоре в придворных кулуарах стали распространяться слухи о прошлом Екатерины…
Летом 1541 г. Генрих и Екатерина отправились в поездку по стране, останавливаясь в разных замках. Именно в то время в спальне Екатерины поздней ночью не раз слышали подозрительные звуки. Но до официального расследования тогда дело не дошло.
Началом конца Екатерины стало 2 ноября 1541 г. Горничная Мэри Холл (урожденная Ласель) из дома вдовствующей герцогини Норфолк решила поделиться историей королевы со своим братом Джоном Ласелем. Джон был близким другом архиепископа Кранмера, протестанта и врага католического клана Говардов, но преданного слуги короля. Беседа Джона Ласеля и Кранмера пришлась кстати – прошлые романы Екатерины с Генри Мэноксом и Фрэнсисом Деремом быстро стали известны всему двору. Кранмер, сохраняя приличия, тайно известил обо всем короля в письме. Генрих слишком сильно любил Екатерину, чтобы поверить первым же обвинениям, но согласился на расследование, веря, что оно очистит имя королевы.
5 ноября 1541 г. были допрошены Мэри, Мэнокс и Дерем. Они сразу же развеяли все сомнения о прошлом королевы. Генрих был раздавлен: Екатерина не только при вступлении в брак уверила его в своей непорочности, но и позже успешно вводила мужа в заблуждение. Он решил отправить ее в бывшее Сионское аббатство, но не успел – дальнейшее расследование выявило не только грех, но и измену.
Выяснилось, что одна из придворных дам королевы, леди Джейн Рочфорд, вдова Джорджа Болейна, устраивала для Екатерины тайные свидания с любовником. Речь шла о романе, возникшем, видимо, во время летнего путешествия по стране. Были собраны свидетельства о том, что происходило тогда в покоях королевы. Под пыткой Фрэнсис Дерем заявил о своей невиновности в этом новом преступлении, но назвал настоящего виновника – Томаса Калпепера.
Арестованный Калпепер признался в намерении, но не в самом прелюбодеянии. Это признание было сделано не под пыткой. Он говорил о своей глубокой любви к Екатерине, с охотой рассказывая об их тайных ночных свиданиях, но настаивал на смягчающем обстоятельстве: они лишь беседовали. Позже Томас, однако, признал, что их взаимное желание и любовь с годами только росли, что и привело к неизбежной развязке.
1 декабря Томаса Калпепера и Фрэнсиса Дерема осудили за измену. Король отказался смягчить участь Дерема. 10 декабря 1541 г. человек, всего раз переспавший с незамужней девушкой, к тому же привечавшей его, был привезен в телеге к виселице, повешен не до смерти, кастрирован, выпотрошен, обезглавлен и четвертован. Калпепер, с которым королева изменяла своему королю, был по милости Генриха лишь обезглавлен.
В январе 1542 г. Екатерине и леди Рочфорд без суда вынесли смертный приговор на основании старинного закона, гласившего, что, если женщина, выходя замуж за короля, не объявит о своих прошлых любовных связях, она тем самым становится виновной в измене, то же касается любого, кто участвовал в подобных деяниях или знал о них. Джейн и Екатерина были приговорены к отсечению головы.
По слухам, заключенная в Тауэр королева Екатерина, которой не исполнилось и двадцати лет, готовясь к смерти, попросила принести ей колоду, чтобы научиться класть на нее голову. 13 февраля 1542 г. состоялась и сама казнь. Екатерину похоронили рядом с ее родственницей Анной в часовне Святого Петра-в-веригах. Тогда же казнили и леди Рочфорд.
Екатерина Парр
Семья шестой жены Генриха VIII еще со времен Эдуарда IV имела большое влияние при английском дворе. Эдуард вознаградил верность сэра Уильяма Парра, сделав его инспектором королевского двора и рыцарем ордена Подвязки, и благословил на брак с наследницей огромного состояния Элизабет Фицью.
Сын Уильяма Томас, унаследовав богатство и влияние отца, удачной женитьбой сумел еще больше укрепить свое положение. Вдобавок к землям Парров в Уэстморленде жена Томаса, Мод Грин, принесла в приданое огромные участки земли в Нортгемптоншире. Успешная карьера Томаса при дворах Генриха VII и Генриха VIII сопровождалась благополучным рождением детей – Екатерины, Уильяма и Анны.
Екатерина родилась в 1512 г., назвали ее в честь крестной – королевы Англии Екатерины Арагонской. В 1517 г. Томас Парр умер во время эпидемии чумы. Мод стала богатой вдовой, но замуж вторично не вышла, сосредоточив все свое внимание на образовании и воспитании детей. Похоже, она отличалась независимым характером и твердым ощущением собственной значимости, необычными в ту эпоху, когда женщины редко обладали высокой самооценкой. Мод была умной и образованной, и эта ее своеобычная женская сила, видимо, передалась ее дочерям, а позже была внушена Екатериной принцессе Елизавете.
Юная Екатерина тоже стремилась к интеллектуальному развитию. Под влиянием Томаса Мора и его окружения она учила языки, включая латынь, была сведуща в искусствах и придворном этикете.
Мод устроила брак Екатерины с лордом Эдвардом Боро, человеком знатным и влиятельным. Свадьба состоялась в 1529 г. В 1531 г. Мод умерла, завещав Екатерине многочисленные драгоценности. В 1533 г. умер престарелый лорд Боро, и Екатерина осталась вдовой и сиротой.
Летом 1534 г. она выходит замуж за Джона Невилла, лорда Латимера, и переезжает в его великолепный семейный замок Снейп-Касл в Йоркшире. Латимер почти на двадцать лет старше Екатерины, он уже дважды вдовец с двумя детьми. С новым пасынком Джоном у Екатерины отношения не складываются, зато она близко сходится с падчерицей Маргарет.
Джон и Екатерина разошлись во взглядах на Благодатное паломничество 1536 г. Джон сражался на стороне мятежников-католиков, но Екатерина отказалась поддержать решение мужа, сохраняя достойное молчание. По мнению некоторых исследователей, это доказывает ее приверженность протестантской вере.
Лорд Латимер умер 2 марта 1543 г. и, несмотря на разногласия с Екатериной, щедро одарил ее. Бездетная богатая тридцатилетняя вдова все еще была завидной партией. После двух браков по долгу и ради благополучия ей хотелось замужества по любви. Ее привлек удалой Томас Сеймур, брат покойной королевы Джейн Сеймур. Любовь вдовы не осталась безответной, но сэра Томаса убедили не жениться на Екатерине, потому что на нее положил глаз сам Генрих VIII.
Весной 1543 г. Генрих сделал ей предложение. Екатерина была категорически против. Она не питала иллюзий относительно положения королевы, и ей совершенно не улыбалось взять на себя роль, сопряженную с такой опасностью. Но все же она понимала, что в случае с Генрихом королевское предложение было равнозначно приказу. Говорят, она молилась о том, чтобы удачно выйти из этого положения.
Похоже, не только Бог, но и родственники-протестанты желали, чтобы она стала королевой. В результате Екатерина согласилась на этот брак с твердой верой, что Господь избрал ее, дабы окончательно утвердить в Англии Реформацию.
Генрих и Екатерина поженились 12 июля 1543 г., и в тот же день она была провозглашена королевой. Среди почетных гостей были дочери короля Мария и Елизавета. Екатерина стала любящей мачехой всем детям Генриха. Сначала она подружилась с принцессой Марией, которая была всего на четыре года моложе ее самой. Потом сблизилась с двумя младшими детьми, не без удовольствия взяв на себя заботу об их образовании. Под ее влиянием Генрих принял решение издать новый закон, определив очередность престолонаследия для всех своих детей. 16 января 1544 г. закон вступил в силу.
Что касается ее собственного двора, Екатерина окружила себя единомышленницами – девушками, с которыми она могла обсуждать вопросы религии. Она покровительствовала искусству и музыке и стала первой английской королевой, выпустившей книгу – «Молитвы, или медитации» (Prayers or Meditations, 1545). Она способствовала изданию детского букваря и ради продвижения Реформации участвовала в выпуске ряда недорогих изданий как на английском языке, так и на латыни. Екатерина помогала архиепископу Кранмеру в публикации его книг. В 1547 г., уже после смерти Генриха VIII, Екатерина издала вторую книгу – «Жалобы грешника» (The Lamentation of a Sinner), в которой заметно влияние одновременно лютеранства и кальвинизма. Она поручила Николасу Юдалу организовать и проконтролировать перевод книги «Парафразы Нового Завета» (Paraphrases upon the New Testament) голландского гуманиста Эразма Роттердамского, который был опубликован в 1548 г.
К 1546 г. католические силы при дворе были уже сыты по горло протестантским пылом Екатерины и стали плести заговор против нее и ее фрейлин. Было известно, что эти дамы читают запрещенные религиозные тексты. На английском языке разрешалось читать только небольшое количество религиозных текстов, да и то некоторые из них женщинам были заказаны. Дело пахло ересью, а за нее грозила смертная казнь.
Недруги Екатерины во главе с епископом Виндзорским Стивеном Гардинером попытались собрать против нее доказательства. Они подвергли пыткам одну из ее придворных дам, Энн Эскью, пылкую красноречивую протестантку, чтобы заставить ее обвинить королеву и отречься от своей веры. Но девушка ответила решительным отказом. Тем не менее было решено, что для ареста Екатерины свидетельств и так достаточно.
Спасла Екатерину невероятная случайность. Преданный королеве придворный врач прознал о готовящемся аресте. Точно неизвестно, как звали этого человека. Возможно, это был Роберт Хьюик. Получив предупреждение, королева внезапно заболела – то ли желая оттянуть время, то ли из-за реального приступа паники.
Узнав о ведущемся расследовании, король ощутил досаду – от того, что все делалось без его ведома, и от безрассудства королевы. Она стала слишком часто спорить с ним о религии, невольно напомнив ему Анну. Король явился в ее покои с допросом. Подготовленная к разговору, Екатерина легко провела свою партию, искусно использовав самолюбие Генриха. Она подчеркивала собственную слабость и ничтожность своих суждений – суждений всего лишь женщины. Пообещав впредь полностью подчиняться его высшей воле, она даже сказала, что просто хотела втянуть супруга в легкую религиозную дискуссию, желая отвлечь от сильных болей в его разъеденной язвами ноге и заодно поучиться у него мудрости. Вот и все, что потребовалось Екатерине, чтобы избежать гибели.
В конце декабря 1546 г. Генрих почувствовал себя плохо. Он собрался с несколькими ближайшими советниками, чтобы составить завещание, по которому Екатерина получала значительные богатства и титул вдовствующей королевы, а не регента. Он отстранил от участия в дальнейших своих действиях семейство Говардов и епископа Гардинера – последнего главным образом потому, что видел в нем источник возможных проблем. В январе 1547 г. король в последний раз встретился с иностранными послами, и, как только они уехали, его состояние ухудшилось. Послали за архиепископом Томасом Кранмером. 28 января король Генрих VIII скончался, крепко сжимая руку Томаса.
Отпевание, которое провел епископ Гардинер, состоялось 16 февраля. Генрих был похоронен рядом со своей любимой Джейн Сеймур в часовне Святого Георгия в Виндзоре. Принц Эдуард стал королем. Лордом-протектором при девятилетнем монархе стал его дядя Эдвард Сеймур.
Екатерина несколько поспешно вышла замуж за Томаса Сеймура и стала жить с ним и своей падчерицей Елизаветой. Это вызвало большое неудовольствие нового короля Эдуарда VI, что, впрочем, не помешало Екатерине взять на себя полное опекунство над принцессой Елизаветой. Томас же сумел добиться опеки над внучатой племянницей покойного Генриха VIII леди Джейн Грей.
Принцесса Елизавета скоро оказалась в центре придворного скандала. Загоревшись подростковой любовью к Томасу Сеймуру, она отважилась преследовать его с помощью своей воспитательницы Кэтрин Эстли. В декабре 1547 г., когда Екатерина объявила о своей беременности, слухи о предполагаемом неприглядном поведении Томаса и Елизаветы только усилились. Весной Екатерина отослала Елизавету в Херфордшир, к леди Денни, сестре Кэтрин Эстли.
Поделиться книгой: