Сокровища фараона

— Мне теперь все равно, — внезапно лицо девушки потемнело, — какая жизнь меня ждет, после того, как я была наложницей.

— Но ведь об этом ни кто не знает, кроме людей Омара!

— И кроме вас, — она немного помолчала и, посмотрев на Ллойда, опустила глаза. — Этого уже достаточно. Не сейчас, так потом меня найдут и вернут к господину Капу…

— Не расстраивайся, сегодня я уезжаю, — Флеминг погладил ее по щеке, вытирая слезы, — если хочешь, можешь поехать со мной.

— А куда? — в ее глазах блеснула надежда, и когда он рассказал ей обо всем, то девушка свела брови и спросила, — не гробницу ли фараона ищут эти люди?

— По — моему да, а какое мне дело до того, что в ней.

— Я поняла, это те люди, у которых карта господина… Но я слышала о каком-то ключе. Омар говорил, без него их ждет страшная смерть, проклятье какое-то.

Парень, засмеявшись, запрокинул голову:

— Какие глупости.

— Но вы все же предупредите их, на всякий случай. А я… я не поеду, я не смогу там… в такую жару.

— Ладно, — он вышел в другую комнату и вскоре вернулся с небольшим свертком, — вот, примерь, а то тебе совсем нечего одеть, только… халат и тот… Я выйду, а ты одень все это.

Ллойд подождал немного и, когда Лала позвала его, вошел и посмотрел, все ли пришлось ей впору.

На девушке была серая, в узкую белую полоску рубашка и темно-серые брюки. Черная меланья и длинная темная юбка лежали рядом на диване.

— Я решила одеть то, что мне понравилось, а это, — она показала на чадру, — я буду одевать перед выходом на улицу, чтобы меня не узнали. Спасибо, все пришлось как раз по мне.

— Ты такая красивая. — Флеминг в упор посмотрел на девушку, что заставило ее опустить глаза, — и, пожалуйста, не говори со мной на Вы.

— Не смотри на меня такими глазами, — тихо проговорила она.

Он взял ее за руку и прикоснулся губами к ее пальцам.

— Не бойся. Я никогда не обижу тебя, Лала, через час я уезжаю и вернусь не скоро… Можешь остаться здесь, если хочешь, тут тебе ни чего не угрожает.

Ллойд повернулся к окну и через секунду, на шее, почувствовал дыхание Лалы.

Она робко положила свою руку ему на плечо и, прижавшись к нему, вздрогнула, будто бы испугавшись своей минутной смелости. Он обернулся и поймал ее открытый, чистый искренний взгляд. Лала отвела глаза, и попыталась отойти в сторону, но Флеминг сжал ее запястье и притянул к себе так близко, что почти коснулся губами ее губ. Их глаза встретились и девушка, доверчиво улыбнувшись, прижалась к его широкой груди.

* * * *

Шел первый день пути, близился полдень, и до Лишта, города находившегося в Фаюмском оазисе, оставалось немного, к вечеру они должны были быть там. Сначала они двигались вдоль берега Нила, и было не так душно, после обеда путники двинулись вглубь пустыни, где начал чувствоваться истинный зной исходящий не только от раскаленного солнца, но и от песка. Было жарко, но их одежда хорошо спасала от палящей звезды и сухого ветра. Со стороны они были похожи на бедуинов в просторных, длинных одеждах и замотанных до глаз чалмах. Специальный сетчатый материал на лице служил хорошим защитником от пыли и песка, которые нес горячий ветер.

Ллойд ехал впереди, и все доверяли ему, в его руках была карта, и он знал, что там, по ту сторону Ливийской пустыни, находится ужасная и манящая тайна человечества.

Он рассказал своим новым знакомым о предостережении Лалы, но они, как и он, отнеслись к этому не серьезно.

— Что за детский лепет, верить в проклятия фараона, — скептически усмехнулась Джордан, — с такими мыслями там нечего делать.

— А мне в юности нагадали, что-то непонятное о том, что в стране, где пески…и что-то еще… меня ждет нечто ужасное. — Анна рассказала, как подруга Наташа водила ее к гадалке.

— И ты часто думала об этом здесь? — Леда сочувственно посмотрела на Анну, но Джо покачав головой, добавила.

— Мы с тобой говорили об этом в самолете, я ярый противник всех этих гаданий, даже если, эти чертовы ведьмы, не врут.

— Понимаете, у меня было виденье, какой-то мужчина в пустыне склонился надо мной и вытирает мне мокрым платком лицо. Когда мы познакомились с Петром, я не узнала в нем того человека из моего видения, но сейчас я точно вижу, что это он, на нем даже тот же белый балдахин…

— Не забивай себе голову всякой ерундой. — Джо пришпорила лошадь и поскакала к Марсело.

Леда посмотрела ей вслед и, улыбнувшись, заметила:

— Всегда она такая, сколько ее знаю, словно вихрь.

— Она нравится Марсело, — улыбнулась Аня.

— Да, это заметно, он так страдает…

— Когда Джо заигрывает с Сережей. — Аня покосилась на скачущих легкой рысью коней, несших на себе Петра и Сергея, — я хорошо знаю его жену, она моя подруга и мы учились вместе, он такой сердцеед, сколько она с ним слез пролила.

— Я бы так не сказала, — возразила Леда.

— Это он при Петре и мне такой скромный, но все равно, Сережа хороший. Он отличный друг, а все его амурные дела, это его личное дело, хотя я не одобряю все это.

Марсело подскакал к Ллойду и спросил, долго ли им еще добираться до Лишта. Тот посмотрел на карту, и немного подумав, сообщил, что наверняка мы сегодня к вечеру будем там.

Но это еще только начало. Нам предстоит еще долгий и опасный путь. Но со мной можете ни о чем не беспокоиться. Я не первый раз в пустыне и хорошо ориентируюсь на местности. Не даром Абу Нувас послал с вами именно меня.

— Надеюсь, что все, что вы говорите, не простое хвастовство.

— Не думайте, что я обижусь — улыбнулся Ллойд, — все будет хорошо, через несколько часов мы будем в Лиште. Здесь очень быстро наступает ночь, так что будет темно, когда мы остановимся в отеле Абу Нуваса.

За спиной, Марсело услышал голос Джордан:

— Марси, я хочу с тобой поговорить.

— Извините, я сейчас. — Виронни немного придержал лошадь, и когда Хоулл поравнялась с ним, спросил ее что ей нужно. Он сердился на нее и тайно ревновал ко всему, что движется, хотя это замечали все и сочувствовали ему в душе.

— Марсело, — засмеялась Джордан, — я соскучилась по тебе. Мы почти не общались все эти дни, как приехали в Мемфис.

— Ты сама так хотела — буркнул Виронни, — это все?

— Какой ты нетерпеливый, — девушка совсем близко подъехала к нему и, положив руку ему на колено, добавила, — прости меня, Марси, я не хотела тебя задеть, но кажется, сделала все, чтобы ты грустил…

— Ради всего святого, — Марсело скривил губы в усмешке, — перестань ломать комедию. Я не грущу. Просто у меня много мыслей о предстоящем пути, не до тебя мне и твоих объяснений, — он хлопнул коня по шее и поскакал к Флемингу. Джордан от удивления раскрыла рот, захлебнувшись словами упрека в его адрес и остановившись, выругалась.

— Что с тобой, Джо? — Леда засмеявшись, поравнялась с ней, — Марсело больше не хочет тебя слушать?

— Да пошли вы все! — она ударила лошадь по бокам, и поскакала вперед, обгоняя Ллойда и Марсело.

— Куда она? — Анне совсем не нравилось, что творилось с Джо.

— Я люблю ее, но у нее очень скверный характер, — констатировала Леда, — наверняка Марси не захотел с ней объясниться… Посмотри, что там случилось?!

Они пришпорили лошадей, и поскакали за кричащей Джо, скрывшейся за огромной дюной.

— Что там происходит? — спросили они у всполошившегося Ллойда, на что он, отмахнувшись, ни чего не ответил и только, хлестнув Нитокрис, помчался в сторону кричащей Хоулл.

Вскоре, когда они поднялись на дюну, Анна увидела нечто странное, лошадь Джордан наполовину стояла в песке. Ноги девушки застряли в стремени, и она не могла выскочить из седла.

— Не подходите сюда! — крикнул Ллойд, отгоняя Марсело и девушек. — Я постараюсь помочь ей.

Он снял, прикрепленную к седлу, веревку и бросил ее Джордан.

— Держись! Хорошо возьмись!

— Я не могу, у меня застряла нога! — голос Джо срывался, и Марсело, сжав кулаки, посмотрел на Ллойда.

— Я могу помочь, можно же ближе подойти?

— Нет, — отрезал проводник, — двоих мне уже не вытащить. Если хочешь жить, выбирайся из седла! — крикнул Ллойд девушке.

Марсело, вернувшись к своей лошади, снял с седла веревку и, подойдя к подоспевшим Петру и Сергею, попросил привязать один конец веревки к себе.

— Держите, меня, а я попробую помочь Джо.

— Не дури! — крикнул Ллойд.

— Я буду осторожен. — Марсело проверил веревку и осторожно стал приближаться к Джордан. Тут он почувствовал, что ноги, словно в болоте, Виронни отступил назад, с трудом, и ему удалось это, но до Джо еще было слишком далеко.

— Ребята… Петр, брось мне веревку, у тебя есть, да — да, вот эта быстрее, кинь мне ее!

Поймав веревку, Марсело отступил еще немного назад и, сделав лассо, бросил его Джордан. Еще попытка, опять безуспешно. Наконец она поймала лассо и, обмотав его вокруг уздечки, крепко затянула.

Джордан была уже по пояс в песке, а лошадь уже с трудом дышала. Флемингу помогал Петр, а остальные из последних сил вытаскивали лошадь. Пот градом стекал по их лицам и телам. Наконец. Джо удалось высвободить ногу и вскоре ее удалось вытащить из зыбучих песков. Однако лошадь увязла по самую шею и никакие усилия не могли ей помочь выбраться Ллойд, подобравшись как можно ближе, перерезал веревку и, вернувшись на безопасное место, достал револьвер.

— Что вы хотите сделать? — Анна в ужасе сжала его руку.

— Хочу облегчить страдания животного, — он вытянул руку и, выстрелив, лошади в голову отвернулся, — впредь спрашивайте меня, если захотите свести счеты с жизнью, Джордан, а так же все остальные. Эта лошадь была мне очень дорога, как и все эти. Я растил их с младенческих лет, когда они еще были жеребятами… Я думаю нам пора останавливаться на ночлег, только отъедем подальше отсюда в более безопасное место.

Через час они уже были в гостинице Абу Нуваса, здесь они должны были отдохнуть до следующего дня. Утром же им предстояло двинуться в Шедит.

Было уже поздно, когда хозяин кафе приготовил ужин. Они неспеша поели, никто не хотел говорить. Леда обняв Джордан, погладила ее по волосам.

— Когда ты будешь думать головой, Джо? Ничего не отвечай. Я хочу, чтобы ты во всем призналась Марсело. Не мучай себя и его. Ты видишь, Ллойд зол на тебя. Ему очень жаль лошадь, которую ему пришлось пристрелить.

— Ладно, Леда. — Хоулл высвободилась из-под ее руки, — ничего я не буду ему говорить. Я пыталась, а он…

— Он — он, — передразнила ее подруга, — сама виновата, а теперь обижаешься. Хочешь, я сама ему все скажу.

— Нет! — прошипела Джо, — не надо!

— Давайте-ка девушки спать, — подошедший Ллойд сел рядом и, протянув руку Джордан, улыбнулся, — если вы исправитесь, Джо, я не буду на вас держать зла. Я уже не сержусь на вас.

Она ничего, не сказав, встала и направилась в свою комнату.

— Ну и строптивая у вас подруга, — улыбнулся Флеминг, — спокойной ночи, Леда.

— Взаимно, — она пошла вслед за Хоулл, девушки спали в одной комнате. Там ее ждала Анна, Джо же легла, накрывшись одеялом с головой, и делала вид, что спит.

— Как она?

— Ничего, скоро все это пройдет, — Анна, потянувшись, легла на матрас, — давай спать.

— Хорошо.

Ночью все долго не могли уснуть, в предвкушении долгого перехода. И на следующее утро, еще до восхода солнца, плотно позавтракав, все двинулись в путь. Дорога была трудной, первый день пути казался гораздо легче. От жары ни чего не спасало, только Флеминг чувствовал себя прекрасно. Он посоветовал меньше пить, но далеко не всем это удавалось. За все время, Ллойд съел всего лишь маленький кусочек сыра и банан, запив все это чаем из термоса. Он сообщил, что в Шедит они попадут еще засветло, там они смогут отдохнуть в гостинице лучше той, чем в Лиште, где они провели ночь.

Утром мы отправимся в долгий путь, в оазис Бахария, только там мы сможем передохнуть и напоить верблюдов, а так же сдадим лошадей одному из подручных Нуваса. Нужно будет еще пополнить запасы питьевой воды и провизии.

— Долго ли до Бахарии? — Петр обеспокоено посмотрел на Анну, — мне кажется, что все очень плохо переносят это путешествие в пустыне.

— Ничего, — спокойно улыбнулся Ллойд, — как только мы выедем из Шедита, им станет легче. Все настраивают себя на короткий переход от одного оазиса к другому, долгий путь в пустыне будет казаться гораздо легче. А это всего два-три дня, если не будет ни каких происшествий. Все привыкнут к суровым условиям и особым правилам, когда проводник для вас и Бог, и отец.

— Надеюсь, вы не о случае с Джордан?

— И об этом тоже, — голубые глаза Флеминга стали холодными как льдинки. — Мне жаль лошадь, но если бы погибла девушка, было бы еще хуже. Я уже сказал вчера, что потребуется мое разрешение в случае, если им не захочется жить. Это было не совсем серьезно, но все же я не хочу, чтобы подобное повторилось. Все вы достаточно взрослые люди. Большинство гораздо старше меня, — он потер небритую щеку и, прищурившись, посмотрел на плетущихся лошадей с путниками — они совсем раскисли, — он недовольно покачал головой и добавил, — Через пару часов придется сделать привал.

Прошел час, ничто не приносило облегчения, все только и думали о прохладном оазисе, душе и о прогулке по твердой почве. Однако никто ни кому не жаловался, все старались держаться. Ллойд был прав, уже через час путешественники немного взбодрились и решили не останавливаться.

— Ты знаешь, чего я хочу, — Леда мечтательно закрыв глаза, покачала головой, — сейчас бы мороженого…

— Перестань, — сморщилась Аня, — не говори о еде, меня тошнит от этой бесконечной езды, и все тело затекло.

— У меня тоже. — Джордан выгнув спину, заерзала бедрами в седле, — кажется, у меня ниже спины все онемело.

Леда засмеявшись, откинулась назад:

— Я представляю, об этом месте все только и думают, — она мотнула головой в сторону Флеминга, — а он?

— Глядя на него можно подумать, что у него вообще нет задницы.

— Джордан как тебе не стыдно. — Леда еле сдерживала смех, — и это говорит профессор?

— О каком профессоре ты говоришь, — Хоулл тяжело вздохнув, охнула, надеюсь, мы скоро привыкнем к этим ужасным условиям.

— А мне кажется нам легче, если мы уже шутим, — заметила Аня.

Но все-таки у меня так ноет… — начала Джо, но Леда прервав ее, нахмурила брови: