Путь лекаря

– Попробую по порядку. Мы полагаем, что Серый Орден по каким-то своим причинам решил тебя уничтожить. Почему – не ясно, наши маги тебя обследовали и ничего демонического или связанного с темным колдовством не нашли. Так что, скорее всего, тут вмешалась политика. Поэтому нам пришлось держать тебя на вилле, скрывать твое путешествие в Сегию и здесь принимать меры предосторожности, чтобы охранить тебя от неприятностей. В Сегию почти одновременно прибыло еще четыре группы, в каждой из которых был наш человек, несущий на себе заклятие подобия с тобой. Но, видимо, Орден решил не мелочиться. По оружию и методам убийства получается, что они наняли пять групп ниндзя – наемных убийц из Ниххона. Так что ты спасся буквально чудом. Убийцы стреляли из эльфийских арбалетов болтами с наложенными на них заклятиями пробиваемости и самонаведения на определенного человека. Или у мага, наносящего заклятие, не было полного слепка твоей ауры, или ты смог как-то закрыться. В целом получилось совсем неплохо. Я договорился с сударем Хмелем… это глава местной полиции в звании урядника. Ты его видел… Короче, он объявил, что тебя тоже убили. Так что на пару дней мы в безопасности, а за это время мы как раз доберемся до Школы Ведовства. Сударь Вольх, это глава школы, заметил, что даже Серый Орден ничем не сможет навредить тебе, если ты станешь учеником. Так что все решилось в наилучшем для нас виде.

Олег в этом несколько сомневался, но решил промолчать. Конечно, автохтонам виднее, но как-то слабо верится, чтоб такая мощная организация ничего не могла предпринять.

Решив, что сейчас по такому поводу расстраиваться глупо, он предложил лучше пообедать. В фургоне оказался неплохой запас продуктов как свежих, так и магически сохраненных, так что обед получился знатный. Пока они обедали, убирались, разговаривали с возницами, которых было аж двое, любовались на окрестности, фургон, мягко покачиваясь на рессорах, вез их к цели.

«Не хотел учиться на врача там, так здесь от судьбы не убежал. Любопытно, а анатомию преподавать будут?» – засыпая под цоканье подкованных копыт по мощеной трассе, неожиданно сменившей грунтовку, подумал Олег…

От сессии до сессии живут студенты весело

Если не сведут с ума римляне и греки,

Сочинившие тома для библиотеки.

Если насмерть не упьюсь на хмельной пирушке…

Из вагантов

– Новики, подъем! – Начало обучения в Школе больше всего напомнило Олегу армейский курс молодого бойца, а не первый курс института, как будто из них собирались сделать воинов, а не магов. Подъем за время, пока догорит ветка, зарядка, состоявшая из бега на пяток верст и упражнений, похожих на китайскую гимнастику ушу, скудный завтрак, опять гимнастика, и только после обеда несколько часов занятий, прежде всего – изучение языка и письма, которыми были написаны трактаты по волшебству, потом – анатомия и физиология. Причем, к удивлению попаданца, и то и другое давалось вполне на уровне, изученном им на Земле. Как ни странно, уровень познаний местных магов мало уступал ученым начала двадцать первого века, хотя и излагались они несколько более примитивным языком, чем привычный попаданцу. Зато ему было намного легче, чем остальным семи новичкам, помогали старые, казалось бы навсегда погребенные в дальних уголках памяти, знания, которые он успел получить на медицинском факультете. Однажды он даже поспорил с учителем, обнаружив ошибки в лекции, посвященной роли и работе печени в организме. Спор имел продолжением приглашение поучаствовать в исследованиях, которые должны были доказать или опровергнуть его правоту. Олег согласился, о чем иногда, в минуты слабости, жалел. Поскольку исследования проводились в часы занятий, то изучать язык магии пришлось самому, за счет времени на сон. А язык давался ему очень трудно, слишком уж он не был похож ни на что, знакомое попаданцу. Но терпение и труд, как известно, всегда помогают тому, кто хочет достичь цели.

Так, в занятиях, тренировках и прочих мелких хлопотах незаметно пролетели три месяца. За это время новикам дали первоначальный курс магического языка, ознакомили с анатомией человека и немного с его физиологией, а заодно научили местному варианту рукопашного боя без оружия и некоторым приемам фехтования мечом. Все эти три месяца они не покидали стен школы, не видели никого, кроме нескольких наставников и служек, а в немногочисленные дни отдыха отсыпались или сидели в блаженном ничегонеделании в школьном парке, на травке, под всегда по-летнему светящим солнцем или искусно выполненной иллюзией, что ничуть не мешало им наслаждаться, а растениям в парке – расти, словно на родине.

Наконец сегодня наступил завершающий день этого затянувшегося трехмесячного карантина. Вчера старший наставник Дигга объявил, что после утренней зарядки их распределят по факультетам, а после обеда – дадут увольнение в поселок при школе, где они смогут встретиться с родственниками и друзьями. После этих известий и бег на дистанцию в сегийскую версту (по прикидкам Олега, где-то на морскую милю Земли-1) с набитым камнями мешком казался легкой прогулкой, тем более после предыдущих дней, когда бегали на несколько верст. Зарядка, завтрак, уроки языка и анатомии вместо физзарядки – день начинался совершенно необычно, да и время, похоже, неслось словно заколдованное. Казалось, не успел Олег проснуться, как уже наступил обед, а потом он, вместе с остальными новиками, оказался перед открывающимися воротами. После долгих дней взаперти, в окружении одних и тех же лиц, выход на улицу и радовал, и пугал одновременно.

Север Материка. Цитадель Серого Ордена. Аудитория Совета Модераторов

– Сегодня, как вы все знаете, в Школе Вольха день окончания карантина для абитуриентов, – Тел-Викс выглядел недовольным, словно все происходящее вокруг, включая это заседание, мешало ему заняться чем-то более важным для него. – В деревне их будут ждать. Я послал туда дюжину гардейцев под видом бродячих торговцев. Они снабжены «плащ-палатками»…

– Простите, уважайный мэтр, а сам Вольх или кто-то из его окружения не смогут обнаружить действие этих… ммм… амулетов? – Модератор Игор Тел-Тролл был больше политиком, чем знатоком технологии, и поэтому его вопрос никого не удивил.

– Нет. Эти «амулеты» работают на других частотах, обычные маги и их артефакты не могут засечь этот диапазон, – вместо замешкавшегося Тел-Викса ответил сам Тел-Натор, на корню задушив начавшуюся дискуссию. – Надеюсь, им даны необходимые указания?

– Да, Мэтр Председатель, они должны захватить либо нейтрализовать пришельца из-за Грани, затем вывезти его к нам для изучения.

– Противодействие магов Вольхи?

– Не ожидается. Для них приготовлено соответствующее объяснение, – Тел-Викс улыбнулся словно через силу, – что к ним в Школу пробрался демон из-за Серых Пределов. Но на всякий случай я держу в замке Ингольштадт два эскадрона Гарды с драконами. Сегийцам нечего и противопоставить, вчера они с трудом выиграли битву при Асперне и сейчас стягивают все оставшиеся резервы на границу с герцогством.

– Что же, я предлагаю перейти в зал и там, за бокалом кронарского и тушеным хвостом дракона подождать известий о результатах, – благодушно, словно не сомневаясь в успехе задуманного, предложил Алекс.

От сессии до сессии живут студенты весело (продолжение)

Перед выходом каждому вручили по кошельку с несколькими серебрушками и горстью медяков, поэтому четверо «студентов», точно знающих, что к ним никто не приедет, сразу отправились на рынок. Еще трое пошли к стоящей неподалеку от стен крепости, в которой размещалась школа ведунов, гостинице. Олег же, зная, что его ждет Макс, неторопливо побрел по тихой в этот час деревенской улочке к дому, в котором бывший (или еще действующий) его телохранитель снял комнату. Шел, разглядывая копошащихся в канаве кур, важно гуляющих на небольшой полянке жирных, откормленных гусей, тройку пацанов, которые тут же уставились на него, забыв о своих делах, кошку, словно плывущую в траве, подбирающуюся к стайке воробьев, храбро расклевывающих коровью лепешку прямо на проезжей части. И эта простая жизнь, на которую он раньше и не обратил бы внимания, сейчас почему-то наполняла его душу восторгом.

Настроение было даже лучше, чем во время увольнений в армии, поэтому расслабившийся Олег не сразу заметил странную пару, явно и целеустремленно следовавшую за ним. Только чувство какого-то дискомфорта, сразу сбившее благодушный настрой, заставило его напрячься и неожиданно осознать, что эта «сладкая парочка» идет за ним уже долго, никуда не сворачивая.

«Неужели опять? Черт побери, как же им не надоест… Ладно, что делать? Оружия у меня с собой нет, кинжал на поясе – признак статуса, не более, да и не умею я им пользоваться, как следует, – тревожные мысли никак не отразились на поведении Олега. Он шел все так же неторопливо, продолжая якобы рассматривать окружающее. – Чему-чему, а уж владеть собой за эти три месяца нас научили не хуже шаолиньского монаха. Вот только драться столь же эффективно против хорошо подготовленных наемных убийц у меня вряд ли получится. Если бы у меня был меч, – подумал он, вспоминая на ходу уроки самообороны без оружия. – Три месяца – это же так мало, чтобы реально овладеть мастерством. Эх, «ЗИЛ» сто пятьдесят семь крестовину марать! – И он вспомнил прочитанную не так давно книгу, в которой девчонка, находясь в смертельной опасности, представила себе меч, который сразу появился в ее руке. – Вот же, черт побери, как бы мне сейчас помог такой же «призрачный меч». Эх, ведь сейчас бросятся», – заметив, что его нагоняют, подумал Олег и представил, что он держит в руке катану. Почему катану? А кто ее знает, может быть, потому, что очень любил фильмы про самураев, или потому, что здешний, чуть изогнутый кавалерийский меч чем-то ее напоминал, а то и вовсе потому, что он незадолго до переноса прочитал в журнале «Оружие» статью про сорок восемь самураев. Катана виделась ему совсем реальной, со слегка изогнутым клинком, рукоятью, покрытой кожей ската, которую удобно держать двумя руками (но в отличие от классической японской катаны с утяжелением-противовесом в рукояти, позволяющим при необходимости драться и одноручным хватом), с клинком, по голубоватой стали которого пробегают мерцающие волны. Олег даже прищурил глаза, представляя, как бросившийся сзади враг напарывается на клинок. А он сделал приставной шаг, выдергивая меч, мягко развернулся на пятке, чувствуя в руке приятную тяжесть… и с удивлением обнаружив в руке точно такое, о каком мечтал, оружие, автоматически перехватил его двумя руками. Еще шаг, и он нанес, крикнув: «Кья!» – удар по застывшему от неожиданности второму нападающему. И тут же остановился, едва сумев справиться с позывом рвоты. Клинок неожиданно легко разрезал тело пополам, прорезал узкую канавку в земле и… исчез, как только Олег забыл о нем. Но Олег не обратил на это внимания, ему было очень нехорошо, так плохо, как не бывало давно, со времен Чечни. Ведь даже там он ни разу не видел человека, разрубленного надвое, и уж тем более не делал такого своими руками. Автоматически он сделал несколько шагов в сторону, оперся всем телом на забор и, наконец, решил показать всему миру то, что осталось в его желудке после завтрака. «Мне все показалось. Это искусно наведенный морок, иначе окружающие увидели бы, да и полиция была бы уже здесь. Не может быть, чтобы здесь, в центре силы, рядом со школой, могли действовать какие-то незаметные для местных магов заклинания. Их ДОЛЖНЫ видеть. Иначе мне все это чудится», – мысли ползли ленивыми червяками в такт содроганию пустого желудка и попыткам вытолкнуть из себя очередную порцию слизи. Казалось, Олегу сейчас все было безразлично, но глаза автоматически фиксировали переставшее биться в агонии тело второго нападающего, лежащие среди быстро впитывающейся в пыль крови и чего-то еще, неприятно-отталкивающего, две полутушки, некогда бывшие человеком, нескольких псов, настороженно принюхивающихся к неожиданно появившимся на улице запахам мясной лавки, шипящего кота, соскочившего с забора и в панике удирающего в глубь двора…

– Олег, – знакомый голос привел его в себя. Макс стоял, настороженно оглядывая улицу, в боевой стойке, с мечом и стилетом наготове. – Ты как себя чувствуешь?

– Я? – От неожиданности Олег рассмеялся, впрочем, тут же закашлявшись. – Да просто великолепно. Еще бы водки, так вообще отлично.

– Водки нет. – Макс убрал в ножны стилет и, отстегнув, протянул Олегу фляжку. – Пей. Не кронарское и тем более не фалернское, но тоже неплохое.

Прополоскав рот, Олег сделал пару больших глотков и, чувствуя, как вино горячим комком «падает» в желудок, осмотрелся. Посередине улицы уже стояло несколько местных «правоохранителей», увешанных оружием и амулетами. Убитых накрыли чем-то вроде покрывал, собак отогнали, и только пыль темно-красного оттенка, выглядывающая из-под покрывала, напоминала о происшествии.

– Ты как здесь оказался, Макс?

– Меня вызвал Вольх. Лично. Неожиданно в деревне обнаружили неизвестный отряд, похоже, ниндзя или кто-то подобный. Они охотились за новиками. Стража Школы уничтожила шестерых, один сбежал, а происшествие с тобой засекли слишком поздно. Кто их так разделал? Ты?

– Кажется. Помню плохо. Они меня пытались убить, ну я как-то выкрутился.

– Хех. Говорил же я, что ты живучий драконий сын. Ничего, стражники разберутся, что произошло. А сейчас…

– А сейчас мне надо выпить. – Олег действительно почувствовал, что ему надо расслабиться.

– Да? – с некоторым сомнением в голосе переспросил Макс, но еще раз посмотрев на побледневшего новика, ответил: – Подожди-ка. – И отошел к стражникам. Поговорив с одним из них, он вернулся повеселевшим. – Мы, оказывается, здесь уже не нужны. Пошли. Так, а куда?

– А что, у нас есть выбор?

– Ну, на рынок мы сейчас не попадем – там все Стражей оцеплено, так что «Кружка и тарелка» отпадает, а в гостинице при школе закрыто. Остается только кабак «Осиная талия». Пойдешь?

– В бордель? – Олег ненадолго задумался. – Пошли, эльф с ним!

Макс весело заржал, отчего Гордеева слегка перекосило. По-видимому, заметив это, Макс снова принял серьезный вид и повел Олега к месту предстоящей попойки.

Кабак «Осиная талия» стоял чуть в стороне от основного поселка, неподалеку от небольшой речушки с болотистыми берегами и характерно славянским названием Вобля. Местные жители рассказывали, что уже не один посетитель этой самой «Талии», разгоряченный выпитым и произошедшим, ухитрялся попасть на ее берег и выбираться обратно из болота, повторяя на все лады название этой речки. Именно поэтому хозяин заведения, бывший житель «имперского рая», а ныне вольный кабатчик княжества Сегийского, Фелек Корчмарь, завел аж двух вышибал, в обязанности которых дополнительно добавил проводы гостей до поворота на деревню.

Рассказ Макса о борделе, ограда которого была уже в нескольких шагах, отвлек Олега от размышлений о предыдущих событиях и даже несколько подбодрил. А уж когда они оказались внутри, уселись и приняли первую стопочку, закусив остро перченным мясом под каким-то кисло-сладким соусом, попаданцу стало совершенно не до предыдущих переживаний. Он даже не стал обращать внимания на попытки Макса ненавязчиво выяснить, что же все-таки произошло на самом деле. Не зря писали, что после боя солдату обязательно надо сбросить напряжение, не зря. Он это заметил еще в Чечне, а сейчас, наливая себе второй стопарик, а за ним и третий, почувствовал это особенно остро.

Очнулся Олег утром. С трудом открыв тяжелые, словно налитые свинцом веки, он обнаружил, как ни странно, что лежит в своей постели в Школе, а в окно врываются яркие лучи солнца. Как и когда он сюда пришел, воспоминаний не сохранилось, и было ему в принципе безразлично, поскольку голова гудела, во рту словно ночевал табун, а пить и отлить хотелось одновременно. Солнечный свет больно резал глаза, все вокруг словно плыло, мешая гудящей голове сосредоточиться. Подниматься не хотелось, но интуиция прямо-таки кричала, что сейчас его не только поднимут, а еще и погонят заниматься. С трудом присев на кровати, он несколько мучительно долгих секунд пытался сосредоточиться и сообразить, что делать в первую очередь. Тут до него наконец-то дошло, что на столике у кровати стоит большая, слегка парящая кружка, до краев полная неведомым напитком. Дрожащими руками, сразу обеими, чтоб не выронить, Олег подхватил кружку, поднес ко рту и начал пить, захлебываясь и не чувствуя ни вкуса, ни температуры жидкости. По мере того как уровень жидкости в кружке уменьшался, мир постепенно и почти незаметно для него приходил в норму. Сначала головная боль стала уменьшаться, потом свет перестал резать глаза, перестала качаться кровать…

Сделав последний глоток, Олег вдруг понял, что может вполне нормально двигаться, и взглянув на уже высоко поднимающееся солнце, подскочил и побежал заниматься утренним туалетом. Как ни странно, он успел даже побриться, и точно секунда в секунду встать на отведенное ему в строю новиков, вернее, уже учеников, место. Появившийся почти одновременно старший наставник ничего не сказал, глядя на поредевший строй, и лишь слегка поморщился, когда ветер переменился и донес до него исходящие от стоящих в строю ароматы. Зарядка, к удивлению Олега, была тоже короче обычной, а после легкого завтрака все разошлись по своим факультетам. Ему и еще одному из учеников, невысокому, полноватому жителю Сегии со странным для славянина именем Альберт, которое он, впрочем, всегда сокращал до Берта, достался общий. Гордеев вспомнил, как он вчера удивился, почему факультет общий и почему на него поступили всего два человека. Как оказалось, на этом факультете учили не только обычной и магической терапии, но и такой же хирургии и даже магической фармацевтике. Факультет считался самым трудным, и брали на него лишь учеников с задатками высшего мага.

Первый день прошел для попаданца как в тумане. Вводная лекция, потом занятия в анатомичке, больше напоминающие экзамен, притом что последствия вчерашних возлияний, хотя и ослабленные, все равно чувствовались, привели к тому, что вечером он завалился спать, чувствуя себя побывавшим в соковыжималке.

Север Материка. Цитадель Серого Ордена. Кабинет Председателя

– Итак, уважайный Тел-Викс, – тон голоса мэтра Председателя не сулил ничего хорошего, – что вы можете доложить мне сегодня? – выделенное слово словно повисло в воздухе, как жирная извивающаяся, шевелящая ножками рун сколопендра.

– Получено донесение от разведчиков. – Командор Гарды, неосознанно следуя всегдашней мудрой политике всех военных в любом обитаемом уголке вселенной, принял «вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим начальство не смущать». – Они обнаружили тело одного из посланных мною гардейцев. Убит магическим воздействием, со стиранием ауры, поэтому никаких данных о том, что произошло вчера, у нас так и… не появилось. Ясно только…

– Мне ясно только, что вы облажались и пришелец из-за Грани по-прежнему жив и здоров, – постукивая пальцами по столешнице, мэтр Председатель старательно смотрел куда-то мимо стоящего Тел-Викса, словно боялся испепелить того своим взглядом. – Простите, уважайный, присаживайтесь, – тон сменился на более нейтральный, что ничуть не успокоило командира гардейцев. Все в Ордене, вплоть до последнего меха, знали о мстительном и непредсказуемом характере главы.

– Простите, уважайный мэтр Председатель, а что говорят текны? – Следуя тому же инстинкту военного, Командор Гарды первым бросился на амбразуру.

– Что говорят, что говорят, – на этот раз мэтр явно сменил объект своей злости. – А ничего не говорят. В таких условиях, когда эмгератором управляет множество эмпатов, установить, кто и куда потратил эмергию, просто физически невозможно. Удалось установить только одно – кто-то или что-то отключило эмергию на частоте, питающей «плащ-накидки».

– Это он, пришелец, – мгновенно нашел козла отпущения Тел-Викс.

– Вероятнее всего. Но в том то и дело, что текны не дают полной гарантии, что это он. Возможно, это удалось сделать самому Вольху или произошел сбой в эмгераторе. Вы должны знать, что такое возможно… – Мэтр задумался, продолжая выбивать пальцами какой-то незамысловатый мотив. Попытка разгадать, что же настукивает расстроенный глава, несколько отвлекла командора от грустных мыслей. Он даже с трудом удержался от улыбки, узнав старую, незамысловатую солдатскую песню из Алая «Не злись, мамаша».

– Таак, – протянул Председатель, то ли собираясь озвучить новый приказ, то ли просто в задумчивости. Происшествие в Вольках явно расстроило его до крайности, раньше он столь открыто свои чувства не выражал.

– Продолжайте дальнее наблюдение. На территорию, где возможно наблюдение, – не заходить. К объекту не приближаться, никаких действий против него не предпринимать… без моего специального разрешения. Внедрить своего человека в окружение герцога ромеев. Легенду и способ внедрения разработать по разряду «прим». Вопросы?

– Выполним, вопросов нет. – Командор вскочил, словно подброшенной пружиной.

– Идите, – отпустил его мэтр, даже не угостив вином. Командор вышел с невозмутимым лицом, поклявшись про себя припомнить при случае все нанесенные ему сегодня оскорбления.

Новоромания. Замок Траяна. Кабинет Его Высочества

Герцог, высокий, слегка располневший, с обрюзгшим лицом человека, слишком увлекающегося излишествами, молча прошелся от стола до стоящей в углу вазы с цветами. Достал розу, понюхал, небрежно отщипнул несколько лепестков, роняя их на пол. Держа розу в руке, вернулся к столу и, положив ее поверх свитков, словно создавая какую-то, лишь одному ему ведомую художественную композицию, неожиданно резко повернулся к стоящим. Ольгерт и Алик невозмутимо ждали, внимательно глядя на Его Высочество.

– Значит, через три года мы можем получить мага, – Сэй шагнул ближе к Ольгерту, – способного в одиночку пересилить как минимум десяток магистров? И еще десяток обычных магов первой и второй категорий? Вести, конечно, хорошие. Только вот дадут ли нам эти три года? А, легат? – Теперь, резко развернувшись, герцог смотрел на Алика.

– Уверен, что да, Ваше Высочество, – ничуть не смутившись, ответил глава секретной службы. – Коннахтцы еще не пришли в себя после очередной междоусобицы, алайцы еще только начали реорганизацию армии, да и флот после разгрома у Нантакена не восстановили. К тому же наш торговый договор с гномами заканчивается через четыре года, а ссориться с гномами не станут ни те ни другие.

– А Империя?

– Империя, по известным мне данным, сейчас занята в Ниххоне. И будет занята не менее трех-четырех лет, ниххонцы так просто не сдадутся.

– Вы меня успокоили… слегка. – Герцог отошел к столу, постоял, раздумывая, сел. – Но если что-то пойдет не так, то вы ответите в первую очередь. Головами ответите, – грозно заметил герцог и, тут же сменив настроение, словно повернув переключатель, добавил ласково: – Садитесь. Мне сегодня прислали несколько амфор великолепного «афанасия». Попробуем.

От сессии до сессии живут студенты весело (продолжение)

Назавтра о происшедшем уже никто не вспоминал. Начинались обычные, ничем не примечательные учебные дни.

Учили в школе на совесть. Обычный учебный день продолжался часов двенадцать и включал одну-две лекции и несколько индивидуальных уроков, совмещающих теорию с практикой. Причем число лекций сокращалось с каждым месяцем, заменяясь уроками. И обязательно, без исключений, каждый день, даже в выходные – тренировка с оружием. После изучения старых манускриптов, уроков и зачетов, домашних заданий и тренировок в лабораториях, дни пролетали незаметно. Причем усталость после занятий была такая, что сил хватало лишь на самое необходимые действия. Возможно поэтому, а может, из-за индивидуальных занятий, ни с кем из учащихся Олег так и не подружился. Да что там подружился, даже не познакомился как следует. Нет, они неплохо проводили время в редкие выходные, помогали при случае друг другу книгами или решением типовых задач, но все равно каждый оставался сам по себе. Гордеев несколько раз пытался проанализировать причины, но забот хватало и без того, поэтому он просто списал все на особенность общества магов. Действительно, иерархия среди обычных людей мало заметна без внешних знаков отличия, да и стать, например, воину командиром вполне доступно. Зато магу второго уровня подняться до высшего или даже до следующего, первого, уровня практически невозможно. А в таком строго и навсегда структурированном иерархическом обществе откуда может появиться дружба? Скорее всего, только как исключение, решил Олег и выбросил этот вопрос из головы. И без него требовалось изучить столько всего, что просто не хватало времени.

Дни сливались в недели и месяцы, такие разнообразные на деле и настолько одинаковые в воспоминаниях, что совершенно не задерживались в памяти в отличие от изучаемого. И с каждым днем Олегу все больше и больше казалось, что все, произошедшее на улице, – всего лишь один большой глюк, привидевшийся ему в похмельном сне.

Обязательно вернусь к вам, друзья-подружки

Если те профессора, что студентов учат,

Горемыку школяра насмерть не замучат…

Олег отложил тяжелый, переплетенный в кожу том и потянулся. «Пожалуй, пора размяться», – подумал он и, посмотрев на часы, вскочил: «Вот черт, сейчас урок фехтования начнется, чуть не пропустил». Быстро переодевшись в тренировочный доспех, он подхватил стоящий у входа в специальной стойке меч и выбежал в коридор, по которому уже бежали в сторону тренировочных площадок ученики и наставники.

На тренировочной площадке его уже ждал напарник. Старший наставник Дигга посматривал на изображение часов, спроецированное на стене. Увидев вбегающего Олега, он молча метнул сюрикен и бросился в атаку. Отбив летящий в лицо сюрикен, Олег не успел парировать укол в ногу. Упав на одно колено, он отбил еще несколько раз меч Дигги, но не смог отразить удар, когда наставник неожиданно прыгнул в сторону и рубанул мечом сзади справа.

– Труп, – констатировал Дигга, поднимая маску. – Ошибку понял?

– Понял, старший, – поднимаясь с пола, ответил Олег. – Я расслабился и не ожидал нападения.

– Сколько раз я говорил тебе, что на войне расслабляться нельзя? – Лицо старшего наставника ничего не выражало. – Третий год… – протянул он, – третий год я вдалбливаю в тебя этот нехитрый тезис. Или ты думаешь, твое магичество тебе поможет? Не будь самоуверенным, Олег. Немало ведунов осознало в последний миг перед смертью, что на произнесение заклинания требуется время, а нанести удар… – произнося свои нравоучения, Дигга почти незаметно двигался вперед и вдруг, без замаха, нанес удар снизу вверх, целя Олегу в живот. Раздался звон столкнувшихся мечей, клинок наставника отлетел в сторону, отбитый быстрым ударом катаноида Олега.

– Чему-то я тебя научил, раздолбая, – опуская маску, улыбнулся Дигга, тотчас же словно взрываясь серией ударов, с трудом, но парируемых Олегом. Бой длился не больше пяти минут и опять закончился поражением Олега – Дигга, перейдя в клинч, внезапно подбил его подножкой и, отскочив, нанес удар, который Олег не смог отвести в сторону.

Наставник отошел в сторону и отсалютовал поднимающемуся Олегу мечом. С трудом поднявшись, Олег ответил ответным салютом. Посмотрев на обливающегося потом ученика, Дигга усмехнулся и приказал дальше отрабатывать «мельницу», а потом действия мечом в строю.

«Три года, по одному уроку в два-три дня, не считая ежедневных тренировок, и я могу удержаться в схватке с профессионалом не более пяти минут. Вот такие вот дела. Это вам не книги, в которых великим мечником становятся шутя», – стоя в строю с несколькими дублями и отбивая удар голема-«противника» щитом, Олег думал, что всегда недооценивал бойцов эпохи холодного оружия. Казалось бы, чего сложного в махании железками, подучил несколько основных ударов – и вперед. В действительности же, без непрерывных тренировок, начинаемых зачастую с детства, вооруженный и даже одоспешенный боец на поле боя представлял собой не более чем мясо для разделки. Не зря в Средневековье рыцари смотрели на пехоту, набираемую из полностью необученных людей, свысока.

Тренировка закончилась, и Олег бегом устремился вверх по лестнице – до лабораторной работы по заклятиям оставалось всего несколько минут. Давать время на отдых никто не собирался, настоящий ведун должен уметь создать заклинания в любом состоянии.

Вечером, приняв душ, Олег с облегчением улегся на постель и посмотрел на висящий на стене календарь. До завершения обучения оставалось меньше месяца. «Да, виртуозом стать я так и не успею», – подумал он, привычным заклинанием устанавливая защитный полог и засыпая.

Новоромания. Город. Кабинет легата тайных дел

– Осталась неделя, так что отправляйся. – Алик посмотрел на сидящего напротив гнома. Тот солидно кивнул, подтверждая. – Поедешь не один. Возьми с собой весь десяток и Магнеция.

– Плывем на «Борее»?

– Да, я уже отдал необходимые распоряжения.

– Все понял. Могу идти?

– Иди. «Со щитом или на щите». – Легат, внешне выглядевший невозмутимым, явно волновался, иначе не прибег бы к поговорке.

– Даже на щите, легат, – с заметным «оптимизмом» ответил Трор, салютуя на прощание.

Проводив своего фактотума, легат поднялся из-за стола и подошел к карте. По сравнению с увиденной Олегом тремя годами раньше она изменилась незначительно, но, если присмотреться, серьезно. Линия «лимеса» (границы) сместилась внутрь герцогства по всем направлениям. Несколько мгновений посмотрев на карту и что-то на ней пометив, легат выругался:

– Вот же веселый дракон, чтоб ему эльфы всю ночь канцоны пели. Любимец судьбы, чтоб его… – и было непонятно, относилось ли это к положению дел, ответу гнома (на щите, как известно, приносили убитых в бою воинов) или к недавней выходке герцога, заявившего на очередном приеме, что он никого не боится, поскольку он – Любимец судьбы.

Обязательно вернусь, к вам, друзья-подружки (продолжение)

Олег, лежа на кровати, читал, с трудом удерживая на весу, толстенный томище, переплетенный в кожу, с характерными извивами алголских рун на обложке. Перевод названия на русский, если бы кто-нибудь захотел его сделать, вполне соответствовал габаритам книги: «Физиологикус, или краткое изложение магических заклинаний, рецептов, а тако же трав лечебных, простых и магических, для лечения людей, гномов, эльфов и других гуманоидов подходящих, с разъяснениями по их подбору, сочетаниям и противопоказаниям на все дни лунного года и все случаи болей, болезней, ран, эпидемий и душевных расстройств, а также магических воздействий, проклятий и заклинаний». Самое интересное, что на алголе это название читалось в три раза быстрее. Олегу это напоминало прочитанную где-то байку о том, что немцы побеждали французов еще и потому, что у них на произнесение одной команды тратилось вдвое меньше времени из-за особенностей языка. Так и на алголе заклинание произносилось почти вдвое быстрее. Вот такой это был язык, как будто специально придуманный для колдовства.

В каморку Олега заглянул Берт и, увидев, что он читает, выразил свое возмущение недовольным бурчанием.

– Чем недоволен? – отложив в сторону оттянувший руки том, спросил Гордеев.

– Я тоже сию книгу перечитать хотел, – ответил Берт, по-прежнему недовольным тоном.

– Перестань ты, у меня завтра испытание, а у тебя послезавтра. Целый день будешь читать. – улыбнулся Олег.

Берт несколько секунд продолжал хмуро смотреть на него, потом присел и спросил:

– Слушай, Олег, а ты правда сдаешь послезавтра боевое испытание высшей категории?

– Ну, да. А что? – удивленно ответил Гордеев, спрашивать о личных планах в школе было почему-то не принято.

– Совет хочу дать, – Берт прошептал, наклонившись к Олегу, – смени на первый, пока не поздно. Я тут недавно кое с кем общался… и мне рассказали, что за последние пять лет ни один из учеников этот уровень не прошел. Ты не забыл, что это означает дополнительный год обучения и работу на оплату обучения по заданиям школы? Подумай… – И он многозначительно помолчал несколько мгновений, а потом перевел разговор на выпускную пирушку. Ее планировали устроить в памятном Гордееву кабаке. «Осиная талия» за это время стала самым популярным заведением в Вольке. Фелек каким-то образом сумел договориться о поставках через школьный портал свежего пива из Боэмии и кронарского вина, а среди его служанок появились две ниххонки и одна полуэльфийка. Вот и потянулся народ к вкусному пиву и свежим впечатлениям. К кабаку пристроили еще один зал для «чистой публики» и летнюю веранду. Заведение получило статус трактира, и в нем уже пару раз устраивали официальные мероприятия. Поэтому и выпускники решили отмечать окончание учебы в «Осиной талии», несмотря на то, что обрадованный наплывом посетителей владелец поднял цены. Обсудив предстоящее торжество, Берт ушел, оставив Олега в задумчивости.

Свои экзамены по магомедицине Гордеев сдал на «отлично», по крайней мере, так можно было перевести с алгола полученные им оценки. Но, если честно, он и не особо волновался. Зато предстоящий экзамен отчего-то заставлял переживать, особенно после предупреждения Берта…

– Ох, «ЗИЛ» сто пятьдесят семь крестовину мать! – невольно вырвалось у бегущего по бревну, переброшенному через реку, Олега. Мысленно же он помянул незлыми, но чрезвычайно непечатными словами не только самих экзаменаторов, но и их родственников до седьмого колена, одновременно пытаясь удержать равновесие и в то же время скандируя про себя заклинание «щит небес». Летящий с неба поток пламени облизнул невидимый щит, на несколько мгновений сделав видимым его очертания, и бессильно погас, но Олег едва не упал в овраг, прямо на торчащие острые сучья сломанных деревьев, от неожиданного толчка в щит. Как он понял позднее, кроме огненного выхлопа дракон ударил заклятьем «вентилятор», столкнувшим его с бревна. Тело сработало само, он резким прыжком подлетел вперед и грохнулся на землю, обдирая бок и щеку. «Твою дивизию! Сик дефициэнт!» – мысленно Олег еще ругался и переживал падение, а на самом деле уже вскочил, проверил щит и составил в уме заклинание «анестезия». Боль в боку и щеке незаметно растворилась, словно унесенная теплым ласковым ветерком. Вскочив, Гордеев обнаружил, что дракон еще только выходит из пике, словно время замедлилось. От неожиданности он даже несколько секунд проверял, не установил ли он случайно заклятье «акселератор» или ускоритель времени, очень опасное колдовство. Время для того, на кого его наложили, субъективно замедляется, то есть он двигается и реагирует очень быстро. Вот только организм остается прежним и от таких экспериментов вполне можно заработать переломы, разрывы связок или даже мышц, анорексию и прочие весьма неприятные последствия. Но никакого заклинания, как и следовало ожидать, Олег не наколдовывал, так что ускорение восприятия было вполне естественным.

Быстро опомнившись, Гордеев пустил в медленно заканчивавшего классический правый вираж и напоминавшего в этот момент штурмовик «Су-25» дракона пару огнешаров и «ледяное копье». Один из плазменных шаров пролетел мимо, второй практически бессильно растекся по чешуйчатому телу. Дракон попытался уклониться от столкновения, но возникшая из воздуха длинная острая стреловидная глыбина, блестящая, словно действительно состоящая из обычного льда, с необыкновенной легкостью пробила только слегка обуглившуюся от раскаленной плазмы огнешара драконью броню. Только что летевшее над вершинами деревьев огромное бронированное чудовище внезапно растаяло в воздухе, словно изображение в выключенном телевизоре.

Олег, приостановившись, отер пот и двумя словами создал перед глазами иллюзию карты, сбоку от которой повисла еще одна иллюзия в виде гигантских песочных часов. Времени оставалось мало, а бежать надо было еще примерно километр. А бежать не хотелось нисколько, не было желания двигаться, почему-то тянуло лечь и, забыв обо всем, отдохнуть, заснув на манящей зелени луга под ярким летним солнцем. Гордеев сделал шаг, затем второй к поросшему травой пригорку, когда где-то внутри словно зазвенел тревожный звоночек, а перед глазами замигал красный огонек. Какая-то скрытая в глубине часть сознания сопротивлялась неожиданному непонятному желанию. Медленно, словно продираясь сквозь заливающий мысли сладкий сироп, Олег пытался вспомнить что-то очень важное, нужное прямо сейчас, пока он не заснул на этой прелестной, мягкой кровати. «Кровати!» – словно вспышка молнии, разгоняющей мрак, пронзила его мысль: «Какая кровать, я же в лесу… А зачем в лесу? Ментальный щит, хочу ментальный щит». Заклинание никак не вспоминалось, но зато нарисованная мысленно картинка – стоящий с умным видом Трор в закрывающей голову сетчатой накидке и стоящий напротив него в такой же накидке Олег, заставила его засмеяться вслух. Словно от резкого смеха картинка перед глазами поплыла, рассеялась, и Гордеев увидел стоящую в нескольких метрах от него красавицу, которую не портили даже рожки и мотающийся из стороны в сторону хвост, оканчивающийся твердым, костяным на вид наконечником. «Эльф меня подстрели, суккуб! Пыталась меня заворожить». Обозленный Гордеев быстро ударил по демонессе сначала «ледяной статуей», а потом «экзорцистом». Раздался свист и застывшая ледяной статуей нечисть исчезла.

Олег еще раз вызвал иллюзию часов и выругался, времени с учетом неожиданной задержки на обычный бег не хватало. «Сейчас бы какую-нибудь левитацию применить, так нет такого заклинания. Вот если бы иметь за спиной такой рюкзачок, чтоб часть веса забирал, и можно было бы прыжками двигаться, как на Луне», – мысленно представляя висящий за спиной соответсвующий артефакт, рванул вперед со всей возможной скоростью Гордеев. Неожиданно он почувствовал, что первый же шаг превратился в длинный затяжной прыжок. Прыжок, затем второй, третий, ветки и сучья отлетают в стороны, сбитые «небесным щитом», и наконец впереди показалась группа наставников во главе с Вольхом Всеславичем.

Праздник намечался грандиозный. Традиционно выпускники скинулись, кто сколько может (как ни странно, у всех оказалось поровну, телепатией пользовались, что ли?), традиционно пригласили наставников и учителей, традиционно те согласились лишь после того, как в общий котел была добавлена и их лепта, весьма немалая, кстати. Так что положенные после сдачи испытаний три дня отдыха должны были пройти весело для всех. Для всех, кроме Олега. После экзамена на боевого мага, или, как здесь говорили, колдуна, его вызвал лично Вольх. Вот над полученной от главы школы информацией и ломал голову попаданец, пытаясь определить, откуда у него появилась способность к нетрадиционному колдовству и почему за ним продолжают следить, как выразился Глава, «доглядчики и праведчики Серого Ордена». Если последнее в принципе можно было объяснить его переносом из другого мира, то вот первое требовало серьезного осмысления. Конечно, попытка объяснить его способности опять же иномировым происхождением была самой простой, но никак не объясняла наличие у его отца прибора управления порталами. Такие, как теперь знал Олег, встречались в ранние времена у членов Серого Ордена, но чрезвычайно редко, в фолиантах библиотеки он нашел всего два упоминания о них и одно очень приблизительное словесное описание.