Поступь Инферно

   Доставать из инвентаря купленный накануне мольберт было слегка волнительно (и забавно: большая деревянная подставка в рюкзаке занимала одну ячейку, а вне его - была неудобной массивной конструкцией). С не меньшим трепетом извлекала она холст, краски, кисть... За все это удовольствие ей пришлось выложить почти все наличные деньги: товар был малопопулярный, но дорогой. Забывчивый лепрекон весь месяц отсутствия Хэйт монетки подкидывать... забывал, или, что вероятнее, действовала его сума только в те дни, когда владелец заходил в игру. Последнее предположение девушка считала справедливым: не должно быть такого, чтобы "не играть" выходило более выгодным, чем "играть".

   К виртуальным краскам приноровилась она не сразу, густота и структура их существенно отличались от привычных девушке материалов. Хэйт потому и выбрала для первой картины довольно строгую архитектуру, чтобы "набить руку", освоиться. Вскоре размышления и тревоги отступили, она просто писала здание в форме меча, вбитого в землю почти по самую рукоять, на фоне изумительного неба, ни на что не отвлекаясь...

   Закончив, она отступила на шаг. Вспомнила, какой растерянной была она, получив отпор у стражника-НПЦ, как создала свой первый в Восхождении рисунок... Капли пота, стекавшие по ее лицу и телу, когда она безостановочно лупила куклу. Свою первую маленькую победу: удачу, добавленную в копилку "пассивок"... Человека, купившего у нее эскиз этого самого здания и открывшего для нее дверь к удаче. Много было воспоминаний, и все - значимые.

   - Отличная работа! - сказал, как прокаркал, худенький брюнет своеобразной наружности. - Цена?

   Это был "ее клиент"; будучи оторванной от игры, девушка изучила теоретический "рынок сбыта" для плодов своего творчества: азиаты. Именно азиатский сектор по статистике чаще прочих приобретал наиболее дорогие, претенциозные дома, всячески украшая их изнутри. То, что многим игрокам казалось немыслимыми тратами, в данном случае воспринималось как "статусность", хотя, конечно же, далеко не ко всем относилось это утверждение.

   - Я писала ее, как дар городу, - вежливо покачала головой художница.

   О такой возможности она тоже узнала, пребывая вне Восхождения. Предметы роскоши, преподнесенные в дар представителям власти, повышали репутацию с анклавом. Незначительно, даже затрат не окупая, но, как обходной путь, если не удастся найти покупателя на картины, этот способ был вполне приемлем.

   - Хорошо заплачу! - уверил ее "клиент" с чуть раскосыми глазами (не иначе, создавал персонажа, исходя из собственной внешности). - Двадцать золотых.

   Хэйт еще раз покачала головой, на сей раз - слегка укоризненно.

   - Двадцать пять!

   - Я вложила в эту картину душу, - отозвалась она. - И создавая ее, преследовала определенную цель.

   Игрок (в этом у Хэйт сомнений не было) покивал, задумался на несколько секунд.

   - Сто.

   Девушка нахмурилась, изображая тяжелый мыслительный процесс.

   - Возможно, я заблуждалась, и картина будет лучше выглядеть в доме человека, способного ее оценить, чем в кабинете НПЦ, для которого она - ничто.

   - Сто пятьдесят!

   - Картина - единственная в своем роде, - продолжила Хэйт, как бы и не заметив повышения суммы. - Строгие линии, великолепный архитектурный замысел... Она сможет услаждать взор ваших гостей, а вы будете уверены, что другой такой не существует. Ведь это не штамповка НПЦ, а индивидуальная работа!

   - Двести, - решительно произнес "клиент", сурово сведя брови.

   "Больше вряд ли даст, вон, как вперился", - подумала адептка. Вокруг понемногу начали собираться зеваки, привлеченные как картиной, так и голосами. Никто из подошедших не пытался вмешаться в "торг", поэтому, улыбнувшись как можно лучезарнее, она кивнула покупателю.

   - Вы настоящий ценитель искусства. Я согласна на продажу картины.

   Заключив сделку, обогатившись ровно на двести золотых монет, Хэйт начала упаковывать инструменты. Цифра грела своей внушительностью: столько она и не рассчитывала "урвать" при первой же сделке, это был колоссальный успех!

   - А нарисуйте мой портрет! - подбежала к ней огненно-рыжая красотка. - Я заплачу!

   Хэйт покачала головой:

   - Простите, я не пишу на заказ.

   Для нее черта между продажей картины, созданной под влиянием вдохновения, написанной так, как она считала нужным, и рисованием портретиков взбалмошных девчонок, была настолько жирной, что больше походила на пропасть. Хотя и за тот, и за другой труд она получила бы деньги, в первом случае не была уязвлена ее гордость.

   Она убрала мольберт, снова ставший иконкой в инвентаре, а затем - спешно ретировалась, оставив зевак и недовольную девицу наедине с пересудами.

   Первая стадия "операции" была успешно завершена! Но это не значило, что Хэйт может отправиться отдыхать, последовав примеру компаньонов: до отбытия в земли орков следовало в обязательном порядке повысить навык ремонтного дела, а то мастер Гэхарт, поди, уже и забыл, как она выглядит!..

   Гэхарт ученицу помнил, хоть и пожурил за долгое отсутствие. Работой нагрузил он Хэйт по самое горлышко, как в старые добрые времена. Адептка, не разгибая спины, вкалывала до таймера, повысив силу и ловкость по пунктику, на два - выносливость, навык дополз до цифры 5.8. Вот теперь, с чувством выполненного долга, можно было отправляться в царство Морфея... Нет, сначала еще разок глянуть на статы новеньких наплечников, выпавших из лича.

   Наплечники смятения Годфри.

   Тип: тканая броня.

   Класс: легендарное.

   Защита: 38. Прочность: 100/100.

   Интеллект: +16.

   Живучесть: +8.

   Вероятность нанесения магического критического удара: +4%.

   Необходимый уровень: 15.

   Хэйт довольно сощурилась: собрать бы четыре предмета из этого комплекта (мантию, занимающую два слота, ботиночки, перчатки и наплечники, уже имеющиеся) и не смотреть даже в сторону аукциона. Поправка: оружие заменить необходимо, но на это она, определенно, заработает... В операции "Уличный Художник" запланирована далеко не одна стадия.

   - Выход! - с довольнейшим видом произнесла она: день, несомненно, проведен был результативно.

   Следующим утром Вероника позвонила Галке. В Ярославле она раз двадцать начинала писать подруге электронное послание и столько же раз стирала. Мириться было нужно и правильно, но - не письмом на "мыло", не тот человек Галина, чтобы оценить подобный подход к "мировой".

   Трубку взял Леша, сообщил, что жена кормит дочурку, ей несколько "не с руки" говорить. Минут десять девушка проболтала с другом, о его работе, о "погоде" в их с Галкой доме, о ее летней практике... Затем в мирную беседу ворвался ураган "Галина", затребовав в ультимативной форме участия Вероники в их семейном выезде за город. На выходные.

   - На лошадках покатаешься, позагораешь... Хотя бы лето ощутишь. Никаких возражений, поняла?!

   - Да, мэм, - обреченно ответила Вероника.

   Родители Галки жили за городом, воспитывая еще двоих отроков. Близнецы появились на свет, когда уже "никто не ждал", разница между старшей и младшими составляла без малого двадцать лет. Так что натуральное хозяйство, две лошади, птичник, свинарник и пара неугомонных сорванцов были неумолимой карой Веронике за необдуманное поведение в недавнем прошлом.

   На заднем фоне тяжко вздохнул Лешка, он не меньше Вероники недолюбливал эти семейные выезды. Послышался в трубке и Леськин плач.

   - У меня второй молочный заход, в субботу в одиннадцать утра у нас - как штык!

   Не повезло в этот раз Леше: супруга явно настояла на том, чтобы он сел за руль, что означало "сухой закон" на оба дня, а на трезвую голову тещу с тестем ему гораздо сложнее было "любить"...

   Как-то это все ломало планы девушки, но, зная Галю, единственной уважительной причиной для неявки теперь была бы, разве что, госпитализация Вероники, со справками от всего персонала больницы, включая главврача, и стрим-записью из палаты.

   - Прорвемся, - заверила сама себя Вероника.

   Затем, вспомнив, что кое-что прошлым вечером она-таки упустила, потопала к капсуле...

   Страннейший квест выдала ей жрица богини Ашшэа, называющийся: Двоебожие. И для начала следовало адептке явиться к храму... Балеона, просидеть возле него час игрового времени и молча уйти. Ни с кем из служителей или паломников заговаривать нельзя было. Хэйт был обещан в качестве вознаграждения малый лист древа познания - в случае, если она успешно воплотит два этапа (из скольких, и что будет, если сумеет она продвинуться дальше, жрица говорить наотрез отказалась). За столь лакомый приз посидеть на травке и не задавать лишних вопросов? Да запросто!

   К завершению часа в игру зашел Рэй, предложил пойти за город, попробовать силами питомцев заковырять какого-нибудь простенького моба: при таком раскладе, если хозяева не вмешивались в убиение (лечение своей живности не в счет), питомцы получали значительно больше опыта с монстра.

   - Слушай, а ускорить это действо никак нельзя? - спросил убивец, глядя на хилые попытки Салли и Геро растерзать землеройку.

   - Прирезать моба, чтоб не мучались... все трое. И мы в придачу, - уныло отозвалась Хэйт. Кинжальщику-то было хорошо - он расположился рядом с капустным полем в вольготной позе и позевывал, в то время как Хэйт приходилось подлечивать мелюзгу.

   - Тогда разбуди меня, когда они хотя бы с этой справятся...

   Первые пятнадцать землероек были сущей пыткой (для хозяев питомцев в первую очередь). Зато потом, после синхронного получения второго уровня живностью, лед, что называется, тронулся. Геро, похоже, качался в "милишника", статы (их живность получала по пять очков на каждом новом уровне) распределились между живучестью и силой, в соотношении три к двум. А вот Рэй ругался: его "огонек" стала мудрее да интеллектуальнее, а без магии это было ну совсем "не в кассу". Геро же, словно доказывая, что он не бесполое существо, а вполне себе мужик, с удвоенной силой начал лупить землероек.

   Порадоваться прогрессу живности помешало появление Маськи, а за нею и остальных компаньонов. Рэй собрал всех и объявил цель сегодняшнего похода: мини-босс, носящий звучное имя Хуп-Хоп-Гхым. Вожак гоблинов, "сожительствующий" с двумя гоблиншами-шаманками в одной пещере, и просто поганенький зеленый сморчок. Достоинством же гоблина был шанс выпадения из него щита эпического ранга, который бы не помешал как Барби, так и Маське.

   - Ушастая, это ж главнюк тех вонюченьких, на которых мы квестовые ожерелки били! - с восторгом восприняла новость гнома. - И живет, наверняка, под той пирамидкой - мы еще туда не стали соваться, помнишь?

   Хэйт помнила. Гоблины для них двоих, будучи социальными, были целями неприятными: без денежного задания она бы предпочла не сводить с ними "знакомства". Однако в те времена их было двое (плюс бесполезный мех), а теперь ажно шестеро.

   - Идем! - уверенно кивнула она.

   Возражений ни у кого не нашлось, команда дружно двинулась в поход...

   Спустя полчаса в круге воскрешения:

   - Что мы делаем не так? - размышлял вслух Рэй. - Сказано на форуме: залить как можно скорее одну из шаманок...

   Пять асинхронных кивков и столько же унылых вздохов послужили ему ответом.

   - В третий раз это почти удалось! В четвертый - удалось полностью. Но...

   Что значило это "но" все знали, потому только кисло скривились: шаманка-то откинулась, но еще умерли танк и оба хила - со стороны нападавших.

   - Не бывает неубиваемых боссов! А про "мини" и говорить нечего! - сурово сдвинул брови убивец. - Петов на них гнать бесполезно - помрут тут же... Арг-х!

   - Это тебя гоблинша покусала? - вяло осведомилась Барби. - Не дрейфь, завалим!

   Мася насупилась.

   - Жаль, големчик так бездарно умер в первый раз. Еще полчаса откат до активации нового...

   Гномка шмыгнула носом, ее ринулись жалеть все, включая Барби: в первую пробу бездарно пал не только голем, но и вообще вся группа... Кто ж знал, что "свита" из двух гоблинш агрессивная, и после прохождения через портал в пирамидке, нельзя шевелиться?.. Доброхотов, составивших бы детальный гайд, как с "милой дохлятинкой Годфри" (цитируя Маську), не нашлось, а разведка боем показала только бешеный урон шаманок без видимых усилителей ("ака тотемов или еще каких прибамбасов" - это, цитируя Хэйт). Что забавно, сам вождь даже зад свой зеленый не соизволил ни разу приподнять с лежанки!

   - Значит, у нас полчаса на размышления и разработку тактики, - решительно заявил Рэй. - Пятая попытка должна стать последней!

   Кен вдруг поднял голову, распрямил плечи, став как-то разом больше и значительнее.

   - В топку размышлизмы, - непререкаемым, твердым, как скала, тоном высказал лучник. - Мобы действуют по циклическому алгоритму. Прерывание на пятом такте: до него дожили только в последний раз. Откройте все расширенный режим характеристик при текущем эквипе, озвучьте показатель магической защиты.

   Хэйт на автомате проделала все, что потребовал Кен, столь велико было ее изумление: от смазливого молчаливого эльфа с вечной полуулыбкой такого она не ожидала никак. "Показал ли он свое "настоящее" лицо? Если да, то"... Мысль закруглилась на подзабытых школьных уроках информатики: если (условие), ветвление до конечного результата... "Может быть, Кен - программист? Тогда понятно, как он с такой деятельной девушкой уживается, они просто дополняют друг друга", - вероятное открытие заставило девушку улыбнуться... и понять, что часть разговора пролетела мимо ее ушей.

   - Что за чушь: значение цифр - решающее? - недоуменно и будто обиженно вопросила гнома. - А как же смекалка, и вообще, не числами едиными мил человек!

   Хэйт подсознательно ожидала, что эльф вспылит, как вспылила бы она сама, оспорь кто ее правоту в той области, где она, что та рыба в воде, а спрашивающий - как помянутый неоднократно тюлень на крыше небоскреба (зацепило чем-то ее то Маськино сравнение). Но Кен ответил с непринужденностью человека, познавшего дзэн[6]:

   - В конечном итоге, любой бой в вирте - это формулы и последовательности. Цифры. Показатели. Перевес одних цифр над другими. И, как бонус, красивая упаковка, за что мы и любим игры. В пользу игроков приплюсовываются еще системно неучтенные числа - показатель IQ владельцев персонажей. Если ты это подразумеваешь под смекалкой, то да, влияние очевидно. Только это тоже цифры.

   В финале реплики он так обезоруживающе улыбнулся, что все вопросы у Маси, да и у прочих, отпали сами собой, а спокойная уверенность неведомым образом передалась и другим. "Не иначе, воздушно-капельным", - подумалось Хэйт.

   План, предложенный Кеном, был строен и прост. Прост настолько, что был обречен на успех.

   Временным "танкующим" назначили голема. Ненадолго, на две секунды ровно: но за эти две секунды големчик, дитя камня и Маськиного труда, принял на себя четыре атаки "духов ненависти", направляемых шаманками. Рэй, изначально зашедший в пещеру в режиме скрытности, подобрался за эти две секунды за спину одной из шаманок. С треском развалился големчик - и это сработало, как сигнал убийце и лучнику атаковать правую гоблиншу; к левой же помчалась Маська. Не Барби, потому как духи наносили физический и магический урон, а к показателям от бижутерии (гноме сообща собрали на этот бой лучший комплект) прибавлялась в случае мелкой классовая пассивка - магический барьер, с двадцатипроцентным шансом отражающий "в никуда" любое заклинание.

   Как подсчитал Кен, шаманкам не нужны были дополнительные средства для усиления атаки, они резонировали друг с другом. Пока были живы обе гоблинши, урон от духов шел космический, но со смертью одной из них резался десятикратно. Монк, Хэйт и Барби должны были стоять, не шевелясь, пока Маськина шкала здоровья не сократится до трети, тогда "баба-танк" должна перехватить на себя левую "монстриху" (словечко авторства орчанки), благо, умений, вызывающих агрессию, у нее было целых три в арсенале. Задача хилов же сводилась к простому: "Выжить", - в идеале, простоять все время, пока обе шаманки в бою, неподвижно, как статуи.

   Разыграно все было, как по нотам: четыре предыдущих смерти научили группу осторожности. Кен, правда, оказался в какой-то момент на грани жизни и смерти, но Рэй как раз добил "свою" шаманку, и Монк смог начать лечение, не опасаясь за свое здоровье.

   На второй же гоблинше всем скопом выместили злость за прошлые смерти, и только тогда Хуп-Хоп-Гхым вступил в схватку.

   - Ленивое убожество, - фыркнула Мася, вбивая топорик в конечность мини-босса, который без своей свиты оказался... несостоятельным.

   Сюрпризы и ужасы закончились на этапе со свитой, сам же Вожак был туповат, хоть и "толст" - ковырять его пришлось долго.

   "Триумф расчета и логики над генератором случайных чисел" - так назвала бы портрет Кена квартеронка, если бы решила запечатлеть этот момент. Когда мини-босс испустил дух, эльф не сказал ничего, но выглядел он, как предводитель армии, выигравшей сражение под его руководством, причем ясно читалось, что в победе он был твердо уверен, от начала и до конца, ведь это он направлял "войско". И, что показательно: ни капли высокомерия в океане гордости и довольства!

   Барби вразвалку подошла к эльфу, ухмыльнувшись, смачно хлопнула его по плечу. По второму плечу заехал Рэй, пообещав:

   - С меня пиво! - и тут же передумал. - Нет, лучше коньяк. Ждите в субботу!

   - Приезжай, - согласился Кен. - Мне как раз презентовали отличные сигары.

   Хуп-Хоп-Гхым порадовал (посмертно): кроме того самого щита, на который надеялся Рэй (плюс пятьдесят процентов к шансу заблокировать удар и куча полезных стат), ушедшего Барби, выпал жезл, идеальный для лекаря: все исцеляющие умения получали надбавку к эффективности в десять процентов. Хэйт претендовать на него не стала, не с ее двумя скиллами было цепляться за вещь, полезную монаху. Монк же принял жезл молча, со скромной улыбкой...

   - Может, скажешь что-нибудь? - предложил Рэй, с интересом глядящий на невозмутимого монаха: так Галка порою рассматривала новые снимки горячо любимых ею горных вершин.

   - А что говорить, кроме спасибо? - пожал плечами Монк. - Все же нормально...

   - Так ты говоришь, только когда все плохо? - вскинул бровь убивец. - Занятно...

   - Я говорю, когда есть, что сказать, - не поддался на провокацию монах, вернув Рэю цепкий взгляд. - Это проблема?

   Пока длилась "игра в гляделки", Хэйт вспоминала, где она могла слышать подобную фразу... Ведь слышала, как пить дать, слышала! "В училище? Нет, раньше... Ян?!" - она испуганно взглянула на монаха, ища сходство между ним и человеком, которого почти не вспоминала несколько лет. "Нет, я притягиваю за уши, просто совпала одна фраза. И поза... И эта нелепая смесь уверенности и скромности... Я чертова фантазерка, не он это!" - пока Хэйт клинило, все уже собрались уходить из гоблинского логова, а она не успела применить навык картографа.

   Остаток дня вышел настолько сумбурным, что адептка не стала ни писать новую картину, ни качать навыки - вывалилась в реал, убеждать себя в несостоятельности "сравнительного анализа" в поисках сходства между реальной личностью, не виденной ею уже три года, и виртуальным лекарем...

   Они учились вместе с... пожалуй, с младших классов. Ян был очень тихим мальчиком, его голос был слышен, только когда вызывали его персонально; при этом он был умнее едва ли не всех остальных детей, вместе взятых. Классе в шестом даже был маленький детский "бунт", Яна пытались "учить" быть, как все, средствами грязными и... глупыми. Кнопки на стуле, компот, вылитый в портфель, уродливые карикатуры в его учебниках... Стандартные детские "шуточки". Вероника уже тогда была помешана на рисовании, ее не коснулись все эти гадости, она уже была "на своей волне"; саму девочку почему-то не трогали, видимо, одного "пугала" классу хватало. Через пару-тройку месяцев травля Яна прекратилась: он никак не реагировал, детям стало неинтересно.

   Ближе к выпускному классу им уже гордились: это с ними вместе учился "мега-мозг", давая лишний повод прихвастнуть перед сверстниками. Вероника так его и запомнила: скромность вперемешку с уверенностью, цепкий всезнающий взгляд, слова - только когда "есть, что сказать". Коктейль, как ей казалось, неповторимый. Вероника помнила, как если бы это было вчера, как им обоим вручали медали: торжественно, с помпой, гордость школы... Ян смотрел в одно окно, она - в другое.

   Но Ян никак не мог оказаться в Восхождении: он должен был сейчас учиться, как и она сама, на третьем курсе (что его зачислили на бюджет в СПбГУ, она знала), а в семье парня (если так можно было назвать пьющую мать-одиночку) денег не было отродясь.

   - Совпадение плюс моя буйная фантазия, - постановила Вероника, мысленно давя ногами "червячок сомнения".

   Просигналил о новом входящем сообщении мобильный, перепугав девушку (она аж вздрогнула). Объявился Стас с предложением встретиться, "когда ей будет удобно".