Помоги проекту - поделись книгой:
— До встречи через час. — И, положив поварёшку рядом с котлом, он с громким хлопком исчез.
Парень тяжело вздохнул и сел на стоявший тут же стул. Ожидание казалось вечностью.
От нечего делать Гарри поднял подарок Дамблдора и начал его листать. Записи делились на шесть глав, каждая из которых была посвящена одному крестражу: от того, чем он может быть, до того, где может находиться. Здесь были описаны: дневник, чаша, диадема, кольцо и неизвестный предмет. Раздел о неизвестном крестраже был в два раза толще, чем остальные, и содержал несколько гипотез. Но окончательного ответа — что же это — так и не давалось. Гарри обратил внимание, что некоторые теории — нежизнеспособны, и места им отдали мало, в то время как рассуждения о том, что последний крестраж — Нагини, занимали внушительное количество страниц. Но, тем не менее, Дамблдор был явно в этом не уверен. И на последней странице высказывал предположение, что вполне возможно существует ещё один — седьмой — крестраж.
Юноша машинально потёр шрам и на мгновение задумался. Когда Волдеморт направил свою палочку на маленького Гарри, он ведь только что совершил убийство. Помимо этого, насколько знал Поттер, успешно отбитое проклятье не оставляет на теле жертвы никаких следов. Поэтому гипотетически он должен был остаться невредимым.
Но его шрам доказывает обратное…
И это очень странно.
Шрам никогда не заживал полностью, реагировал на перепады настроения Тёмного Лорда, а необыкновенная ментальная связь между убийцей и жертвой — вообще из ряда вон. Мысли Гарри крутились вокруг этой идеи, вызывая панический страх. Неожиданно он вспомнил об ужасной статье Риты Скиттер. Она писала, что эксперты Св. Мунго вполне серьёзно рассматривали такую возможность и заявили, что одержимость Мальчика-Который-Выжил Тёмным Лордом возможна. Слово «возможна» журналистка тогда поместила в кавычки, но сейчас в голову парня пришла дикая мысль: а что, если это — правда?
Раньше никто и никогда не получал от несработавшего проклятия шрам с довеском в виде особых способностей напавшего.
Гарри по привычке решил приписать все свои сомнения нехватке знаний в этой области. Но с другой стороны, если бы кто-то слышал или читал о чём-то подобном… неужели бы ему не сообщили? Поттер не сомневался, что настойчивая Гермиона исследовала эту тему вдоль и поперёк. И, тем не менее, подруга ни разу ему не говорила, что это нормально, и бывали прецеденты. Вместо этого каждый раз, когда он упоминал о своих приступах, видениях и болях в шраме, она выглядела на редкость взволнованной и обеспокоенной.
Несмотря на все попытки запереть эти мысли в самый дальний ящик, парень всё-таки пришёл к выводу, что с той ночи, когда Волдеморт пришёл его убить, он — седьмой крестраж Тёмного Лорда. В памяти юного мага всплыли слова пророчества, которые неожиданно предстали в новом свете.
Пока жив Поттер, Волдеморт не сможет умереть.
За этими тяжелыми и страшными размышлениями час пролетел незаметно.
Гарри так глубоко погрузился в собственные мысли, что даже не услышал, как позади него раздался хлопок. Очнулся он только в тот момент, когда на соседний стул опустился тяжело дышавший директор. Увидев бледного, как смерть, наставника, юноша моментально оказался рядом.
— Профессор! Вы в порядке?
Дамблдор улыбнулся и показал студенту часы. Те отставали ровно на час. Зелье работало… но почему директор выглядит таким ослабевшим? Поттер не задал вопрос вслух, но, тем не менее, получил на него ответ.
— Я стар, Гарри. И слаб больше, чем мне казалось. Моя рука... — Директор поднял почерневшую руку, — меня убивает. Я умираю. Вот почему я решил взвалить эту миссию на себя — она, скорее всего, обернётся самоубийством и… я всё равно умру. Какая разница, как… — голос пожилого волшебника звучал еле слышно, но он всё-таки попробовал выпрямиться на стуле. — Но боюсь, эта миссия мне теперь не по плечу — даже такой коротенький скачок выпил из меня почти все силы.
— А Вы уверены, что… — начал Поттер, но директор его прервал:
— Уверен ли я, что это не зелье стало причиной моего состояния? Не до конца. Не хочешь ли, Гарри, помочь старику? Давай теперь ты попробуешь прыгнуть на час вперёд. Тогда мы точно узнаем.
Тот кивнул и, сделав шаг, моментально оказался около котла. Взяв в руки ковш, парень помедлил. Он по-прежнему не доверял Снейпу, но им было необходимо убедиться. Возможно, это его шанс спасти родителей. В таком случае, не имеет значения, насколько это опасно. Решительно сделав глоток, Гарри, старательно сосредоточившись, аппарировал на час вперёд в будущее. Несколько мгновений он думал, что у него ничего не получилось, поскольку стоял на том же самом месте и никаких неприятных ощущений (будто тебя протащили сквозь узкую трубку) не испытывал.
— Гарри! — окликнул его директор, не вставая со стула. — Как ты себя чувствуешь?
Прислушиваясь к своим ощущениям и всё ещё не веря, что оказался в будущем, Поттер нахмурился.
— Прекрасно, сэр. — Он смущённо посмотрел на Дамблора и всё-таки решил уточнить: — У меня получилось?
Старец улыбнулся, голубые глаза за очками половинками хитро сверкнули, а потом кивнул. После чего протянул парню часы-луковицу. Гарри сравнил оба циферблата и с удивлением обнаружил, что теперь на них одно и то же время. Бросив взгляд на настенные часы, он заметил, что теперь и его и директора часы-луковицы отстают на час.
— Ничего себе. Я совсем ничего не почувствовал и был уверен, что зелье не сработало.
— Я так и подозревал, — в голосе Дамблдора слышалось сожаление. — К сожалению, моё увлекательное приключение длиною в жизнь закончено, зато оно ожидает тебя, мой мальчик.
Гарри удивлённо посмотрел на профессора. До последнего момента он был уверен, что именно директор отправится в прошлое. Парень и представить не мог, что Дамблдор остановится на его кандидатуре. Набрав в грудь побольше воздуха и собравшись задать один из вопросов, которые буквально атаковали его голову, он бросил взгляд в окно и похолодел от ужаса: в ночном небе полыхала Тёмная метка.
— Сэр! — воскликнул Поттер и, чувствуя, как перехватывает дыхание, указал на метку в окне.
— Да, Гарри. Она висит там уже несколько минут. Я жду тех, кто её бросил. Уверен, что он или они будут тут в любой момент. Я должен попросить тебя надеть мантию-невидимку.
— Но сэр… — начал, было, Гарри, но директор снова его прервал:
— Это не обсуждается. Это моя последняя просьба к тебе. Больше я ни разу ни о чём тебя не попрошу.
Юноша хотел поспорить, сказать, что Дамблдор не умрёт, и у него ещё будет куча времени, и он сможет попросить ещё много о чём, но тут увидел, с каким трудом директор поднялся на ноги и тяжело опёрся о спинку кресла. При виде этой картины у парня от сострадания сжалось сердце, и он понял, что слова старца о последней просьбе, скорее всего, правда. Нехотя он надел мантию-невидимку. И едва он это сделал, как дверь распахнулась и кто-то прокричал: «Expelliarmus!»
В тот же момент тело Гарри окаменело. Его плечо упиралось в стену кабинета, а во всём остальном он чувствовал себя статуей, неспособной двигаться и говорить. Юный маг не мог понять, что произошло. Ведь Expelliarmus — не замораживающее заклинание…
Он бросил взгляд в сторону директора и заметил в свете огня под котлом и метки, вздымающейся в небе, как Старшая палочка вылетела из руки старца и упала под стол. И в эту секунду его пронзила страшная мысль — Дамблдор невербально произнёс заклинание заморозки и спас ему, Гарри, жизнь. Но тем самым потерял драгоценные мгновения, которые могли спасти жизнь ему самому.
Поднявшись из-за стола, очень бледный Дамблдор не выказал ни малейшего страха или волнения. Он выглядел… обычно. Будто к нему каждый день врываются в кабинет и обезоруживают.
— Добрый вечер, Драко.
Тот вошёл в кабинет и первым делом быстро огляделся, чтобы удостовериться, что директор один. Когда ему на глаза попался второй стул около котла, он тут же резко спросил:
— Кто ещё здесь?
— Этот вопрос я мог бы задать и тебе. Или ты действуешь в одиночку?
Малфой появился в поле зрения Поттера, и гриффиндорец отметил мертвенную бледность школьного врага, который после вопроса Дамблдора метнул испуганный взгляд в окно — на метку.
— Нет, — Драко, как обычно, презрительно растягивал слова. — У меня есть для вас сюрприз. Сегодня ночью в школе будут резвиться Пожиратели. Они уже здесь.
— Хорошо, — произнёс директор так спокойно, будто Малфой только что в срок сдал домашнюю работу. — На самом деле, это очень хорошо. Вы нашли способ их впустить, не так ли?
— Да, — С вызовом бросил Драко. — Прямо у вас под носом, а вы ничего и не заметили!
— Изобретательно, — восхитился директор. — Но всё же… позволь маленькую стариковскую слабость… где они сейчас? У тебя за спиной их что-то не видно.
— Они повстречались с частью вашей охраны. Внизу сейчас идет бой. Но он не продлится долго… Я же просто ускользнул через один из секретных проходов. Мне нельзя было отвлекаться. Меня здесь ждёт важное дело.
— Хорошо. Тогда ты должен очень постараться, чтобы у тебя всё получилось, мой мальчик, — мягко сказал Дамблдор.
Воцарилась тишина. Гарри стоял у стены, заключённый в тюрьму собственного тела, и, будучи абсолютно невидимым и недвижимым, тем не менее, разрывался между двумя желаниями: узнать, что происходит внизу, и как продвигается борьба между Пожирателями и Орденцами, но в тоже время ему очень хотелось выяснить, как будут разворачиваться события здесь.
В этот самый момент под поражённым взглядом Малфоя директор широко улыбнулся.
— Драко-Драко, ты ведь не убийца.
— Откуда вы знаете? — немного отшатнувшись, спросил слизеринец.
Он, казалось, не понимал, что происходит, настолько по-детски обиженно прозвучал его вопрос. Но тут Гарри заметил, как глаза Малфоя полыхнули странным светом.
— Вы и представить себе не можете, на что я способен, — голос Драко на этот раз прозвучал более уверенно. — Вы понятия не имеете, что я сделал!
— О, я вполне представляю, — тихо произнёс Дамблдор. — Ты чуть не убил Кэти Белл и Рональда Уизли. Весь этот год твои попытки убить меня становились всё отчаяннее. Прости, Драко, но это были очень слабые попытки… настолько слабые, что я сомневаюсь, что ты сам действительно этого хочешь…
— Это всё, чего я хочу! — с напором заявил Малфой. — Почти целый год я упорно трудился и сегодня вечером…
Откуда-то издалека раздался приглушённый вопль. Слизеринец дёрнулся и мельком оглянулся через плечо.
— У кого-то сегодня жаркий бой, — благодушно заметил директор. — Ты сказал…. Ах, да, что смог провести в мою школу Пожирателей Смерти. Я считал, что это невозможно… как же тебе удалось?
Но собеседник ничего не ответил: он продолжал напряжённо прислушиваться к звукам, которые доносились снизу, и сейчас казался такой же статуей, как и Поттер.
— Возможно, тебе стоит продолжить свою миссию? — спросил Дамблдор. — Вдруг твой эскорт потерпит поражение от моих людей? Поскольку, как ты уже, наверно, догадался, сегодня вечером здесь присутствуют и члены Ордена Феникса. В конце концов, тебе ведь не нужна помощь, правда? … Я лишён своей палочки… и не могу защищаться.
Драко недоумённо уставился на директора.
— Мне кажется, — доброжелательно продолжил пожилой маг, когда прошло несколько секунд, а Малфой не сдвинулся с места ни на дюйм, — ты боишься действовать, пока они к нам не присоединятся.
— Я не боюсь! — зарычал слизеринец, по-прежнему не предпринимая ни единой попытки навредить старцу. — Это вы должны бояться!
— Почему? Не думаю, что ты убьёшь меня, Драко. Убить — это вовсе не так легко, как может показаться непосвященному… так скажи мне, пока мы дожидаемся твоих друзей… как тебе удалось их сюда провести? Мне кажется, это заняло у тебя немало времени.
Малфой выглядел так, будто хотел рвать и метать, громко крича на всю школу. Но, сделав глубокий вдох, он взял себя в руки и вперил в директора цепкий взгляд, направив тому палочку прямо в сердце. А потом заговорил с таким видом, будто его что-то вынуждало:
— Я воспользовался сломанным Исчезающим Шкафом, который несколько лет стоял никому не нужный. Мне пришлось его починить. Речь о том самом шкафе, где в прошлом году потерялся Монтегю.
— Ааа, — с губ Дамблдора сорвался полустон-полувздох, и на пару мгновений он даже прикрыл глаза.
— Это было умно… полагаю, у него имеется пара?
— Второй находится в «Горбин и Бек», — пояснил Малфой. — Между ними существует своеобразный проход. Монтегю рассказал, что, попав в шкаф в Хогвартсе, он иногда слышал, что творится в школе, а иногда — что происходит в магазине Горбина. Ему казалось, что шкаф будто путешествует между Хогвартсом и магазином, но его самого никто не видел и не слышал… в конце-концов, у него получилось аппарировать оттуда, хотя он даже не сдавал экзамена. При этом он чуть не погиб. Все подумали, что это — просто интересная сказка, но только я понял настоящую ценность его рассказа. Даже Горбин не в курсе этой особенности шкафа. Я понял, что если мне удастся починить здешний Исчезающий шкаф, то через него можно будет попасть в Хогвартс.
— Очень хорошо, — тихо промолвил Дамблдор. — Значит, Пожиратели Смерти смогли через «Горбин и Бек» пройти в школу, чтобы помочь тебе… умно, очень умно… и, как ты правильно мне указал, прямо под моим носом…
— Да, — кивнул Малфой, который, казалось, от этой похвалы стал в два раза храбрее. — Да, именно так!
— Но ведь временами, — продолжил директор, — ты не был уверен, что тебе удастся починить шкаф, да? И потому решил разработать запасные варианты, вроде проклятого ожерелья, к которому нельзя прикасаться…. или отравленной медовухи, которую я, кстати, вряд ли бы получил…
— Верно. Но ведь вы так и не поняли, кто организовал все эти несчастные случаи, правда? — с издёвкой протянул слизеринец, заметив, как директор опёрся о стол, поскольку ноги его больше не держали. Гарри пытался бороться с заклятием, чтобы броситься на выручку наставнику, но всё было тщетно.
— На самом деле, я был уверен, что за всем этим стоишь именно ты, — голос Дамблдора звучал тихо, но твёрдо.
— Тогда почему вы меня не остановили? — потребовал Малфой.
— Я пробовал, Драко. По моему приказу за тобой внимательно следил профессор Снейп …
— Он игнорировал ваши дурацкие приказы, потому что пообещал моей матери…
— Конечно, именно так он тебе и сказал, Драко, но…
— Он — двойной шпион, а вы — просто глупый старик! Только вы думаете, что он работает на вас. Это не так. Он верен Тёмному Лорду!
— Что ж, в этом мы отличаемся, Драко. Я доверяю профессору Снейпу…
— Отлично, в таком случае вы сошли с ума! — с сарказмом бросил Малфой. — Он предлагал мне помощь, причём не единожды — видимо, хотел урвать свою долю славы. Спрашивал: «Что ты хочешь сделать?» А я скармливал ему историю о проклятом ожерелье. «Но это же глупо — вряд ли оно попадёт сразу в руки к директору…» А я тем временем пропадал в Выручай-Комнате. Он и не в курсе. Завтра, когда он проснётся, всё будет кончено. Он больше не будет фаворитом Тёмного Лорда, а по сравнению со мной станет просто ничтожеством!
— Очень хорошо, — тихо произнёс Дамблдор. — Все мы высоко ценим проделанную нами работу. Конечно, тебе был нужен сообщник… кто-то в Хогсмиде, кто был в состоянии, не привлекая внимания, наложить на Кэти… Аааа… — директор закрыл глаза и медленно кивнул. У него был такой вид, будто он решил уснуть прямо посреди разговора, — …конечно… Розмерта. Как давно она под Империусом?
— Наконец-то догадался, да? — спросил Малфой так издевательски, что Гарри в очередной раз дёрнулся, пытаясь вырваться из-под заклятия и врезать слизеринцу по наглой физиономии.
Снизу донесся ещё один вопль — ещё громче предыдущего. Драко нервно оглянулся через плечо, но тут же вновь перевёл взгляд обратно на Дамблдора, который, как ни в чём ни бывало, продолжал свою речь:
— Значит, это бедная Розмерта скрывалась в женском туалете или коридоре, ведущем к нему, чтобы вручить ожерелье любому студенту Хогвартса, который появится там в одиночку? И отравленная медовуха… естественно, Розмерта была в состоянии добавить в напиток яд и послать Горацию, предполагая, что тот подарит мне его на Рождество… да, всё ясно… всё просто… бедный мистер Филч, конечно, не стал бы проверять бутылку, которую прислала старая знакомая… а как же вы общались с Розмертой? Я думал, что контролировал все способы, при помощи которых из школы можно было связаться с внешним миром…
— Зачарованный монеты, — криво усмехнулся Драко, но, тем не менее, Гарри видел со своего места, как мелко трясётся палочка в его руке. — У меня был один галлеон, у неё — второй, и она получала приказы именно так.
— Это, случаем, не тот секретный способ связи, который использовала группа учеников, называющая себя Армией Дамблдора? — казалось, директор ведёт лёгкую непринужденную светскую беседу. Тем не менее, Гарри видел, что тот всё больше и больше опирается на стол, будто из профессора по капле вытекают силы.
— Да, я позаимствовал идею именно у них, — губы Малфоя презрительно изогнулись. — А идею отравить медовуху мне подала грязнокровка Грейнджер, как-то обсуждавшая в библиотеке, что Филч не может распознавать зелья в напитках…
— Пожалуйста, не используй при мне это слово, — попросил Дамблдор.
Слизеринец нервно хохотнул.
— Вас волнует, что я произношу «грязнокровка» в то время, как собираюсь вас убить?
— Да, — заявил Дамблдор, а Гарри увидел, как ноги директора подкосились, и он чуть не упал. И теперь стоял только потому, что изо всех сил вцепился в стол. — А что касается твоего намерения убить меня, Драко — так у тебя уже было достаточно времени. Мы с тобой одни. Я в данный момент беззащитен настолько, насколько ты и мечтать не мог и, тем не менее, ты так и не сделал ни единого движения, приближающего тебя к выполнению задания…
Малфой скривился так, будто съел что-то горькое.
— Что касается сегодняшнего вечера... — продолжил пожилой маг, но тут раздались взрыв, удар и громкие крики снизу, и все эти звуки прозвучали так громко и отчётливо, что казалось, будто бой происходит непосредственно на лестнице перед кабинетом директора.
— И всё же у нас есть немного времени, — произнёс Дамблдор. — Так что давай обсудим твои варианты, Драко.
— Мои варианты?! — воскликнул тот. — Я стою здесь с палочкой наизготовку, готовый вас убить…
— Мой дорогой мальчик, позволь указать тебе на твои же слова. Если бы ты собирался меня убить, то сделал бы это сразу после того, как разоружил меня, не отвлекаясь на разговор о своих достижениях.
Слизеринец замер с открытым ртом, а палочка в его руке по-прежнему дрожала. А потом Гарри показалось, что она начала медленно опускаться…
Но внезапно на лестнице раздался топот ног, и секунду спустя, взорвав дверь, в кабинет ворвались четверо Пожирателей в масках. Будучи ещё под обездвиживающим заклятием, Гарри со всевозрастающим страхом смотрел на фигуры Упиванцев, окруживших Драко, и подумал, что фениксовцы проиграли бой.
Заметив директора, один из «гостей» (кстати, вид у него был довольно потрёпанный) мерзко ухмыльнулся.
— Дамблдора загнали в угол! — с хриплым смешком выкрикнул он и повернулся к невысокой женщине, которая явно пребывала в нетерпении.
— Дамблдор проиграл! Дамблдор один! Хорошая работа, Драко, просто отличная! — знакомый женский голос пронзил всё существо гриффиндорца. Если бы не заклинание, он бы просто накинулся на неё с кулаками.
Теперь Малфой стал ещё нерешительней. Он испуганно смотрел в лицо Дамблдору, который был крайне бледен и уже еле держался на ногах. Похоже, директор не падал только потому, что буквально вцепился в стол.
Поделиться книгой: