Король-Рысь

— Да будет так, — провозгласила Фрайя. — Отныне ты — королева, Пипин. — И она укрыла девушку дождевым покрывалом, из-под которого, отряхиваясь от капелек, вышла уже Королева-Рысь.

— Спасибо, Фрайя, — сказали ей Пипин и Шут. — А что же теперь будет с остальными? Они все исчезли…

— Не волнуйтесь. Ахмун Ра исполнил своё предназначение и перешёл на новый виток бытия, высшего уровня — он достиг радужного спектра. Ихмар вернул себе свою колдовскую силу, отобранную когда-то за его проступок, и вместе с Лормом находится уже в замке Бергара. Сам Бергар — там же, рядом с Грёзой, но пока он погружён в целительный сон. Я отнесу им Дара, — и Фрайя взяла улыбающегося младенца на руки. — Ты тоже славно сражался, — сказала она ему. — Я видела, как ты пытался лягнуть Маргиссу. Сразу видно, что ты будущий воин.

— Морана умерла? — с надеждой спросила Пипин.

— Нет, девочка, — печально улыбнулась Фрайя. — Морана — богиня, и она не может умереть. Просто она сейчас ослабела и потеряла шанс прорваться в ваш мир и завоевать его, но она будет искать себе новых слуг, которые смогут помочь ей в этом, и рано или поздно она их найдёт. Тогда ваш мир снова окажется под угрозой, но, думаю, что это произойдёт ещё не скоро и, скорее всего, где-нибудь в другом месте. Вы спасли Дара, который в будущем должен избавить мир от другой страшной угрозы, и за это вам честь и хвала.

— От какой угрозы, Фрайя? — поинтересовался Шут.

— Этого я вам не скажу. Нам запрещено предрекать события в этом мире, тем более ты знаешь, что всегда есть несколько вариантов пути, можно ошибиться, возвестив только один из них. Это закон Вселенной.

— А что произошло с Лизой? И куда нам идти?

— Лиза умерла. Веревка на её шее затянулась слишком туго. Она сама выбрала свою судьбу, и та покарала её за выбор. А куда вам идти, решайте сами, перед вами весь мир. В любом случае ваша дорога приведёт вас прямо в ваше королевство, ведь вы коронованные особы, так что ваш путь перед вами. Да, я думаю, тебе теперь нужно имя — ты его достоин. Я нарекаю тебя Мардаром. Мар — знак того, что ты победил Маргиссу и свои инстинкты, а Дар — потому что ты спас Дара. Пусть это имя принесёт тебе счастье, Король-Рысь. А теперь прощайте или, может быть, до свиданья.

И Фрайя исчезла.

Король-Рысь, вернее теперь уже Мардар, повернулся к своей спутнице и спросил:

— Ты уверена, что не пожалеешь о своём выборе?

— Ты же не жалеешь, что спас Дара?

— Нет.

— Я тоже не пожалею, — и она, мурлыкая, потёрлась головой о своего возлюбленного. — Пойдём?

— Куда?

— Не знаю. Туда, куда нам суждено попасть.

— Идём.

Весь следующий день Мардар и Пипин наслаждались покоем и своими новоприобретёнными возможностями, благо погода стояла тёплая и сухая. Денёк выдался погожий, и на небе не было ни единой тучки, ни одного облачка. Было так забавно лазить по деревьям, перепрыгивать с ветки на ветку, кувыркаться в палой шуршащей траве, вкусно и пряно пахнувшей осенью, солнцем, лесом. Зрение их обострилось, по-прежнему оставаясь цветным, — рыси, в отличие от многих других животных, прекрасно различают цвета и видят во много раз лучше человека. Слух тоже стал очень чутким — им было слышно, как далеко на поляне жужжит пчела, садясь на цветок, как качается от веса севшей птицы ветка на соседнем дереве, как плещет в реке разыгравшаяся рыба. Подушечки на лапах ощущали мягкость земли и шершавость сучков и листьев, а усы служили своего рода локаторами, улавливающими всю многоликость жизни леса с его опасностями и возможностями. На берегу реки Пипин и Мардар случайно наткнулись на горку свежепойманной рыбы, которую тут же с удовольствием съели. Это был улов косолапого, который, неведомо кого испугавшись, ломанулся прочь, так и не успев отведать добычи. Никакие заботы в тот день не посещали Пипин и Мардара, дав им необходимую передышку, а печаль и сомнения не закрадывались в их сердца, напротив, никогда ещё они не чувствовали себя такими свободными, сильными, могучими. Спать они улеглись под развесистым старым дубом, чтобы в случае опасности тут же взлететь на него и сверху оглядеть пришедшую угрозу. В лесах водились волки — давние враги рысей. Бывало, что волкам удавалось загрызть какую-либо рысь, особенно если они нападали стаями, да и двуногого хищника — человека тоже стоило сторониться.

Пророчество

Утром Мардар проснулся рано, когда его подруга ещё спала. Он пошёл умыться, размять лапы и заодно посмотреть, чего можно было бы добыть на завтрак. Вернувшись через три часа, голодный и злой, он обнаружил, что подруги рядом нет. Король-Рысь обежал окрестности, но так и не нашёл её. Вдруг, остановившись, он учуял чужой запах, запах потных, давно немытых тел, и запах их страха, человечьего страха, и запах отчаяния Пипин. Мардар бросился бежать, поминутно сверяя направление, чуя носом, что он на правильном пути. Хотя он бежал изо всех сил, но, утомлённый позавчерашней схваткой и вчерашними играми, в полную силу ещё не вошёл и продвигался гораздо медленнее, чем хотелось бы. Тем более что люди, похитившие Пипин, были на лошадях. Прошли сутки, прежде чем он добрался до окрестностей какого-то королевства. Обессиленный долгой дорогой и тем, что ему приходилось питаться только грибами и ягодами, найденными в лесу, он с трудом переводил дух. Притаившись в подлеске, Мардар слышал, как проходящие мимо крестьяне обсуждают последнюю новость.

— Да, король Гормилья очень рад. Мало того что ему удалось схватить государственную преступницу, так она ещё вдобавок оказалась ведьмой!

— А ты слышал, что когда на неё наткнулись господа королевские ловцы преступников, эта особа спала, но пробудившись, тут же превратилась в рысь?

— Да, они чуть не рехнулись со страху! Хорошо, что у них была с собой большая сеть, иначе бы им её было не одолеть. Эта мерзавка дралась, как десять стражников!

— Сегодня вечером ведьму сожгут на костре. Вот будет потеха!..

— Да, таких развлечений уже давненько не бывало. Последний раз, помню, казнили её отца Гартура Коффа. Тогда ещё Гормилья выставил всему народу вина. Ну и попойка же была — сутки шумели.

— Что касается того, чтобы выпить, тут наш король не дурак. Да и нам перепадёт, точно говорю, перепадёт.

— Надо прийти пораньше, чтобы занять хорошие места, а то потом на галёрке ничего и не увидим.

— Ты прав, да только повыше бы куда забраться, а то ведь потопчут. Прошлый раз, наверно, добрую сотню задавили. Так и пришлось всех в одной могиле хоронить, чтобы не морочиться.

— Угу. Давай, что ли, с колокольни посмотрим?

— Давай, только перекусим и сразу пойдём, а то даже на ступеньках мест не будет, уж больно место хорошее.

Крестьяне прошли мимо, а Мардар, сидя за кустом, пытался сообразить, как ему спасти Пипин. Ничего в голову не приходило, и он решил положиться на сообразительность и действовать по обстоятельствам. Как жаль, что нельзя было позвать на помощь Бергара! Уж он бы обязательно помог! Но ничего не поделаешь. В конце концов умирают тоже только один раз, и если ему суждено умереть, то лучше сделать это геройски, спасая свою королеву, а не сидя под кустом и сгорая от стыда. Когда стемнело, Мардар стал пробираться в город на центральную площадь по закоулкам и задним дворам. Сделать это оказалось достаточно трудно, потому что народ прибывал и прибывал — все спешили на площадь посмотреть, как будут сжигать ведьму. Весело переговариваясь и предвкушая зрелище и выпивку, толпа стягивалась к месту казни. Король-Рысь совершенно случайно нашёл наиболее подходящую для засады позицию — перед площадью в переулке стояли большие телеги с подпорченными овощами — очевидно, хозяин не боялся за своё добро и поэтому беспечно бросил его в укромном местечке. За ними-то и спрятался Мардар, ожидая удобного момента. Тут затрубили трубы, толпа расступилась, и на площади появился герольд со свитком.

— Слушайте, слушайте! Его Величество король Гормилья объявляет сегодня всенародный праздник. Его верными слугами была поймана страшная преступница и ужасная ведьма — девка Пипин, разбойница и воровка. За все преступления, а также за оборотничество она признана виновной и приговорена к сожжению на костре. Приговор будет приведён в исполнение немедленно. После исполнения приговора всех добрых граждан нашего города ожидает щедрое подношение от короля Гормильи — двести бочек лучшего гормильского вина! Ура Его Величеству наисправедливейшему и наидобрейшему королю Гормилье!

— Ура! — подхватила толпа.

— Ну погоди, ты у меня ещё попляшешь, — глухо прорычал Мардар.

Тут на площадь выехала телега, которую, взбрыкивая и взбудораженно косясь назад, испуганно тянули кони. В ней лежала связанная рысь — Пипин. Осторожно и нервно палач вместе с несколькими рыцарями стащили её с телеги и понесли к костру. Взойдя на высокий помост, палач привязал Пипин к шесту и быстро спустился вниз.

Пипин оглядела площадь и увидела Гормилью, который сидел перед дворцовой площадью на королевском помосте вместе с женой и дочерью. Поскольку ей удалось разгрызть ремешок, оплетавший морду на манер уздечки, то рысь смогла, нагло глядя прямо в глаза Гормилье, плюнуть в его сторону. Тот вздрогнул и отвернул голову. Даже связанная, полуживая, на эшафоте, она навевала на него дикий, первобытный страх, который пробирался под мантию и заставлял неметь даже кончики пальцев на ногах. Ужас заплескался в его глазах. Противный липкий пот стекал по лбу, и король постоянно утирал его белоснежным батистовым платком.

Король встал и хотел было подать знак приступать к казни, но раздавшийся вдалеке шум отвлёк его внимание. Раздражённо и нервно Гормилья приказал узнать, в чём там дело. Тут на площадь, расшвыривая всех, выехал большой отряд вооружённых людей. Мардар бросился через всю площадь к Пипин и уже посреди площади, оглянувшись, с радостью узнал Бергара и Лималота XIII. Вскочив на помост, он перегрыз верёвки. Освобождённая Пипин размяла затёкшие лапы и лизнула любимого в нос.

Дальше события развивались не менее стремительно. Гормилья попытался сбежать, но собственные слуги поймали его и, униженно улыбаясь, подвели к королю Бергару.

— Что вам надо? — прошипел Гормилья. — Я поймал ведьму и хочу её казнить.

— Эта ведьма — мой друг, — с достоинством ответил Бергар, — и я не дам её в обиду, тем более что издавна знаю твою дурную натуру. Ваше Величество, — обратился Бергар к королеве, супруге Гормильи, — любите ли вы своего мужа?

— Ненавижу, — в ту же секунду ответила та. — Он постоянно избивал меня и изменял, издевался надо мной и никогда, ни разу не сказал ни одного ласкового слова. Больше всего на свете я хочу уехать куда-нибудь, лучше всего обратно к отцу в моё родное королевство Лабурги, за морем, чтобы забыть ту несчастную жизнь, которую я прожила по его милости.

— Да будет так! — произнёс Бергар. — Вы с вашей дочерью уедете туда, куда так желаете попасть, а король Гормилья заплатит за все свои грехи смертью. Не зря же здесь подготовлен костёр — пусть же он очистит этот город от той мерзости, которая в нём процветала. Может быть, и нравы этого несчастного королевства тоже немного очистятся. На костёр его.

И собственные подданные короля Гормильи радостно потащили бывшего властителя на эшафот. Тело его в один миг вспыхнуло чёрным огнём и сгорело полностью, не оставив ни следа на этой земле. Ни один человек не пожалел Гормилью, не заплакал о нём. Вернее, один всё-таки плакал. Это был первый советник короля, плут, жмот и ворюга, который проливал слёзы по своей сладкой и необременительной должности, так хорошо его кормившей до последней минуты. Да ещё пара нахмурившихся советников тяжко вздыхала по той же самой причине.

И тут перед народом появилась богиня Фрайя.

— Вот вы и нашли своё королевство, — обратилась она к Пипин и Мардару. — Теперь это ваша забота. Правьте с добром и любовью. А вы, — посмотрела она на подданных, — любите ваших новых королей, иначе к вам опять придут такие, каким был Гормилья: жадные и злобные, низкие и чванливые, завистливые и ханжеские — одним словом, такие, каких заслуживают те, кто потакает порокам, не сопротивляясь такой власти. Я надеюсь, что вы оцените мой дар для вашего же блага. Помнишь предсказание Тогара, Пипин? Оно исполнилось, как и все остальные предсказания.

Для обновленья царства нужно жертвой Пути порока ныне заклеймить, И приговор придёт путями ветра, Чтоб жертву на другую заменить. Восстанут короли в сиянье славы, Благословят отчаявшийся люд, И радость восстановленной державы, Усталые, в правленье обретут.

— Спасибо, Фрайя, — сказал Мардар.

— Спасибо, Бергар, — добавила Пипин. — А как вы узнали, что нам нужна ваша помощь?

— Ну, дорогая, — улыбнулся Бергар, — не забывай, что я ещё и колдун, так что я такие вещи провижу. К тому же мы сами у вас в неоплатном долгу за нашего Дара, Фрайя всё рассказала. Теперь я отдаю вам долг и очень этому рад.

— Мне будет недоставать тебя, Шут, — вмешался в разговор Лималот. — Без твоих шуток я ужасно скучаю. Но думаю, ты будешь неплохим королём.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — поклонился Шут. — А что касается скуки, то у вас теперь есть внук, которого надо воспитывать, и сын, которого надо наставлять в премудростях управления королевством. И потом, вы всегда можете приехать ко мне погостить, и я с радостью вас повеселю.

— Ура Его Величеству королю Мардару Первому! — закричал народ. — Да здравствуют король Мардар и королева Пипин!

Тут толпа ахнула и подалась назад, потому что и Пипин, и Мардар вдруг вновь приняли человеческое обличье. Пророчество исполнилось, короли обрели дом.