Великолепный век. Все тайны знаменитого сериала

Синам-ага шагнул к темной фигуре и сорвал покрывало. Буйно потекло из-под черного шелка слепящее золото, ударило таким неистовым сиянием, что даже опытный Луиджи, которого трудно было чем-либо удивить, охнул и отступил от девушки, зато Ибрагима непостижимая сила как бы кинула к тем дивным волосам, он даже нагнулся над девушкой, уловил тонкий аромат, струившийся от нее (заботы опытного Синам-аги), ему передалась тревога чужестранки, ее подавленность и – странно, но это действительно так – ее ненависть и к нему, и к Грити, и к Синам-аге, и ко всему вокруг здесь, в затхлом мраке Бедестана и за его стенами, во всем Стамбуле.

– Как тебя зовут? – спросил он по-гречески, забыв, что девушка не может знать его язык.

– У нее греческое имя, эфенди, – мигом кинулся к нему Синам-ага. – Анастасия.

– Но ведь в ней нет ничего, что привлекало бы взгляды, разочарованно произнес Грити, уняв свое первое волнение. – Ты, старый обманщик, даже ступая одной ногой в ад, не откажешься от гнусной привычки околпачивать своих заказчиков.

– О достойный, – снова заскулил Синам-ага, – не надо смотреть на лицо этой гяурки, ибо что в том лице? Когда она разденется, то покажется тебе, что совсем не имеет лица из-за красоты того, что скрыто одеждой.

– Так показывай то, что скрыто у этой дочери диких роксоланов! Ты ведь роксолана? – обратился он уже к девушке и протянул руку, чтобы взять ее за подбородок.

Девушка вскочила на ноги, отшатнулась от Грити, но не испугалась его, не вскрикнула от неожиданности, а засмеялась. Может, смешон был ей этот глазастый турок с толстыми усами и пустой бородой?

– Не надо ее раздевать, – неожиданно сказал Ибрагим. – Но ведь мы должны посмотреть на эту роксоланку, чтобы знать ее истинную цену! – пробормотал Луиджи. Он схватил один из светильников и поднес его к лицу пленницы.

– Не надо. Я куплю ее и так. Я хочу ее купить. Сколько за нее?

<…>

– Я хочу, чтобы Синам-ага заработал, поэтому даю тысячу. – Ибрагим заслонил собой девушку от Грити и турка, шагнул к ней, она засмеялась ему еще более дерзко и с еще большим вызовом, чем перед тем Луиджи. Смеялась ему в лицо неудержимо, отчаянно, безнадежно, стряхивала на него волны своих буйных волос, полыхавших золотом неведомо и каким, райским или адским, не отступала, не боялась, выпрямилась, невысокая, стройная, откинула голову на длинной нежной шее, рассыпала меж холодных каменных стен Бедестана звонкое серебро прекрасного голоса: «Ха-ха-ха!»

Османский базар

Ибрагим вздрогнул от мрачного предчувствия, но поборол это движение души, заставил себя улыбнуться в ответ на смех загадочной чужестранки, которая не плакала, как все рабыни, не стонала, не ломала в отчаянье рук, а смеялась, точно издеваясь не только над ним, но и над всем этим жестоким миром, стремившимся покорить ее, сломать, уничтожить. Ибрагим заговорил с ней на ломаном языке – смеси из славянских слов, выученных от султана Сулеймана, хочет ли она к нему, именно к нему, а не к кому-либо другому. Девушка умолкла на мгновение. Словно бы даже посмотрела на Ибрагима пристальнее. Хотела ли бы? Еще может кто-то спрашивать в этой земле, хотела ли бы она? Ха-ха-ха!»

Мерьем Узерли: новая Хюррем. Биография актрисы

Сыгравшая в сериале «Великолепный век» Хюррем Султан (Роксалану) актриса Мерьем Узерли проснулась знаменитой, как только сериал вышел на экраны. Мерьем Сахра Узерли (тур. Meryem Sahra Uzerli) – немецкая актриса турецкого происхождения; играет в театре, кино, на телевидении.

Златовласая, как и описанная большинством авторов историческая героиня, актриса родилась 12 августа 1983 года в городе Касселе, что в Германии. Мерьем довольно высокая девушка, ее рост составляет 170 или 172 сантиметра.

Ее отец по национальности турок, а мать Урсула – немка. Также в этой семье у Мерьем есть два сводных брата Денни и Кристофер от первого брака матери, и сестра Джанан, которая на год младше ее и которую актриса называет своим самым близким человеком. Джанан – тоже творческая личность, она – джазовая солистка.

Венецианская гравюра с изображением Роксоланы-Хюррем

На вопрос о себе и своих родителях Мерьем отвечает так: – Я родилась в Германии. Моя мать немка, а отец турок, родом из Стамбула. История их знакомства удивительная, если учесть, что еще мой дедушка, так сказать, «проложил дорожку» в эту страну. Дело в том, что мой дед работал в Германии. Потом вернулся обратно в Турцию, женился, у него родилось четверо детей, мой отец самый старший из них. Мой папа всегда мечтал учиться в Европе и приехал в Германию. К нему в гости приехал младший брат, который первым познакомился с моей мамой, а потом познакомил ее с отцом. И мама влюбляется в него. Они вместе закончили университет, поженились, а потом родилась я. …Мои детские годы прошли в домике с садом, где всегда царило веселье, где всегда было шумно. У нас были кошка, поросенок и кролик…

Говоря о детских годах и своем характере, звезда турецкого кино говорит:

– я была застенчивым, замкнутым ребенком, живущим в своем собственном мире. Моя сестра иногда сердилась на меня, когда к нам приходили друзья, а через полчаса я уже спрашивала: «Когда же они уйдут? Я хочу побыть одна». Но, взрослея, я поняла, что быть такой замкнутой, нелюдимой не всегда хорошо, тем более что подсознательно я всегда хотела быть на виду.

В детстве и юности Мерьем ходила в специализированную школу с уклоном на искусства. И уже с пяти лет видная, озорная девочка выступала в театре знакомого ее отца в незавидных ролях привидения, деревца или другого бессловесного персонажа.

После окончания старшей школы Мерьем, как и большинство представителей немецкой молодежи, была волонтером, – девушка работала в больнице, ухаживая за тяжело больными пациентами. И выбор подобной «специальности» был не случаен. Уже в раннем возрасте она поняла, что такое борьба за жизнь, сочувствие и поддержка близких.

Мерьем Узерли

– Мама поддержала меня в желании стать актрисой. Моя мама потрясающая, сильная женщина! К своим 60 годам она и карьеру построила, и матерью стала замечательной, если возникает какая-то непростая ситуация, мы все до сих пор с ней советуемся. Ей диагностировали рак на ранней стадии, она мужественно боролась с болезнью, несколько месяцев пролежала в больнице, похудела на 38 килограммов… Врачи говорили, что ей осталось самое большое два месяца. Я жила в больнице, рядом с ее кроватью поставили кровать для меня, днем ходила в школу, потом опять приходила к ней. И случилось чудо – мама поправилась. Меня тогда так потрясла мамина болезнь, что после того, как мама выздоровела, я год работала с детьми, больными лейкемией…

Когда же и чудо свершилось, и Мерьем набралась опыта и сострадания к ближним, пришла пора выбрать университет. И тогда она (как признавалась впоследствии Мерьем) не задумываясь, разложила возле себя анкеты всех имеющихся в Германии университетов и, закрыв глаза, ткнула пальцем наугад. Вышло: актерская школа в Гамбурге. Будущая актриса послала туда резюме и начала готовиться к экзаменам. Ей предстояло продекларировать три отрывка из разных произведений, прочитать стихотворение и спеть песню. Конкурс предстоял умопомрачительный: из 300 претендентов студентами могли стать только пятеро! Рыжекудрой красавице повезло, она поступила.

Мерьем Узерли проснулась знаменитой, как только сериал вышел на экраны

Как признавалась впоследствии в одном из интервью Мерьем, дело происходило так.

– Мой брат, который старше меня на 12 лет, жил в Гамбурге. Сначала его испугало то, что я к нему перееду. Конечно, он не хотел за меня отвечать. Но я вышла с экзамена, а мне никто не перезвонил. Когда я сдавала экзамен, у меня были брекеты, прыщавое лицо, кудрявые волосы, еще и одета я была в гавайскую рубашку. Точно тинейджер. Они позвонили очень поздно. Спорили по моей кандидатуре. Говорили: «Ты еще очень молода, у тебя много времени, можешь приехать и в следующем году, но мы подумали, что все же не хотим тебя отправлять обратно. Как ты поняла, можешь открывать шампанское!» Да какое шампанское! У меня в голове один апельсиновый сок!

Первый год Узэрли в Гамбурге прошел между театральной школой Schauspielstudio Frese и… часовней. Оказывается, накануне отъезда дочери ее мать начала подыскивать ей подходящее жилье в чужом городе, и случайно позвонила не в студенческое общежитие, а в квартиру женщины-пастора, которая как раз подыскивала себе квартиранта, который жил бы в часовне, скрашивал ее одиночество, а заодно и присматривал бы за ее собакой. Помимо прочего, пасторша жила в пяти минутах ходьбы от учебного заведения, в котором должна была учиться Мерьем.

В Гамбурге Мерьем прожила 10 лет, и по завершении учебы в гамбургской Schauspielstudio Frese несколько раз участвовала в небольших театральных постановках. В этом же городе она познакомилась с турком, – парень, как и она сама, вырос в Германии. Их отношения продолжались 6 лет, но так ничем и не закончились… После разрыва с возлюбленным Мерьем принимает решение переехать в Берлин, чтобы добиться новых высоких целей в жизни и в творчестве.

По приезду в Берлин, Мерьем сразу же предложили роль в коротком военном фильме под названием Jetzt Aber Ballett. В течение трех месяцев она готовилась к своей премьере, усиленно посещая спортзал. После этого фильма ею заинтересовался другой режиссер и предложил роль специального агента в фильме Journey of No Return. Однако надежда оказалась напрасной, проект не состоялся. Что вызвало у впечатлительной актрисы сильную депрессию, девушка постоянно плакала и переживала…

Об этом нелегком периоде своей жизни актриса говорит так: – Началась осень, никаких проектов не намечалось. Я впала в депрессию. Все так хорошо начиналось, а потом я вдруг почувствовала себя чужой и одинокой. Все тихо. Я спрашивала себя: «Кто ты, где ты, Мерьем?» Я сидела неделями дома, выходила только за покупками, даже душ не принимала. Постоянно рыдала, будто я прощалась с чем-то в душе.

В Гамбурге Мерьем прожила 10 лет

Думается, истинные психологи объяснили бы это состояние актрисы предчувствием, когда душа отторгает то, что прежде было мило в преддверии значимых, но незнаемых еще перемен. Наверное подобным состоянием некие высшие силы показывают нам, что мы должны сделать какой-то решительный шаг навстречу судьбе, и не будь тяжести в сердце и депрессии, мы вряд ли решились бы на него…

А через полгода ей позвонила актриса и продюсер Хюлья Дуяр, с которой Мерьем Узерли еще прежде познакомилась в театре. Хюлья рассказала ей об одном проекте в Турции и пригласила поучаствовать в нем. Мерьем не особо радовалась, тем более что с турецким языком у нее было совсем неважно. Но уже через тридцать минут она была в самолете!

Впрочем, откуда ей было знать, что у ее персонажа тоже изначально было плохо с турецким?!

Хюррем Султан

Ибрагим-паша – фаворит повелителя

Великий паша, заполучивший пленницу, решил преподнести ее качестве подарка своему близкому другу – султану Сулейману. Если быть точными, и рассказывать обо всех подробностях таких сделок, что следует отметить, что подобные подарки не делались невзначай, без обиняков. Сначала «подарок» должны были осмотреть доверенные опытные врачи, и они подтверждали, что девушка абсолютно здорова и невинна, а значит может переступить Дом Радости, – как называли гарем султана.

Ибрагим-паша – любопытный персонаж турецкой истории, и не менее «экзотичный», чем сама славянка Хюррем, ставшая владычицей Османской империи.

Ибрагим-паша – одна из самых ярких и могущественных фигур периода правления Сулеймана I – был сыном моряка из Парги, что в Ионическом море, он был греком и христианином. Древние источники уверяют, будто этот грек счастливо родился в один и тот же год, и даже в ту же неделю, – что и сам будущий повелитель Сулейман. Захваченный еще ребенком турецкими корсарами, Ибрагим был продан в рабство некой вдове из Манисса (или Магнесии), что недалеко от Измира. Эта добрая турчанка дала мальчику хорошее образование, научила игре на музыкальном инструменте.

Через некоторое время, уже будучи юношей, Ибрагим встретил Сулеймана, в то время наследника трона и губернатора Магнесии, который был настолько очарован им и его талантами, что сделал его одним из своих личных пажей, затем доверенным лицом и близким фаворитом. Можно утверждать, что Ибрагим был близким другом Сулеймана, а можно смело утверждать, что являлся просто собственностью повелителя, но собственностью с особыми полномочиями.

Паргалы Ибрагим-паша

Впрочем, есть и иные версии пленения Ибрагима и знакомства его с будущим правителем Османской империи. Фундаментальные исторические источники сообщают нам:

Паргалы Ибрагим-паша (1493 или 1494–1536 гг.), также известный как Френк Ибрагим-паша. В 1523 году он заменил Пири Мехмед-пашу, который был назначен Великим визирем в 1518 году отцом Сулеймана Великолепного, предыдущим султаном – Селимом I, и оставался на этом посту в течение 13 лет. Он достиг уровня власти и влияния, с которым могли соперничать лишь несколько Великих визирей империи, но в 1536 году он был казнен султаном, а его имущество было конфисковано государством.

Он был сыном рыбака из Парги. В детстве он был похищен пиратами и продан в рабство во дворец в Манисе в Западной Анатолии, где наследные принцы (шах-заде) Османской империи получали образование. Там он подружился с наследным принцем Сулейманом, который был его сверстником. Ибрагим получил образование вместе с Сулейманом. Изучил множество языков и стал очень эрудирован. После вступления Сулеймана на Османской престол в 1520 году, он был удостоен различных званий. Ибрагим был блестящим полководцем, переговорщиком и дипломатом. Он доказал свое мастерство в многочисленных дипломатических встречах и военных кампаниях. Это способствовало его быстрому продвижению по службе.

По восшествии Сулеймана на трон молодой человек был назначен на пост старшего сокольничего, затем занимал ряд постов в имперских покоях, возносясь все выше и выше. В познавательных передачах, звучавших на турецком радио в период транслирования сериала «Великолепный век», об этом человеке говорилось следующее: «Ибрагим сумел установить со своим хозяином необычайно дружественные отношения, ночевав в апартаментах Сулеймана, обедал с ним за одним столом, делил с ним досуг, обменивался с ним записками через немых слуг. Сулейман, замкнутый по натуре, молчаливый и склонный к проявлениям меланхолии, нуждался именно в таком доверительном общении».

Дом Ибрагима-паши был построен в начале XVI века на площади Султанахмет

Уже знакомый нам писатель Павло Загребельный, к которому мы еще будем обращаться за характеристиками, показывает нам пашу именно таким, каким мы и увидели его на экране в сериале «Великолепный век». И тем любопытнее будет прочесть эту характеристику и сравнить свои личные впечатления от восприятия появления этого героя на экране.

«Его называли хитрым греком, никто при дворе не любил его, кроме Сулеймана и валиде, которой нравилось все, что мило сыну, а Ибрагим не проникался ничьими чувствами, весьма хорошо зная, что каждый выплывает из моря в одиночку, полагаясь лишь на собственную ловкость. Недаром же он родился и вырос на острове из твердого белого камня. Знал еще сызмалу: жизнь тверда, как камень, и окружена глубоким безжалостным морем. Дух островитянина жил в Ибрагиме всегда, хоть и глубоко затаенный. Если говорить правду, то Ибрагим глубоко презирал людей с материка, но презрение свое умело скрывал, ибо численное преимущество было не за островами, а за материком. Численное, но и только. Силой души он превосходил всех. Также и султана. Знал это давно, никому другому этого знать не полагалось. Поэтому должен был прикидываться предупредительным и даже унижаться перед султаном. Дух его, неспособный к унижению, страдал при этом безмерно, но Ибрагим ничего не мог с этим поделать, разве что истязать тем или иным способом свое тело».

Битва между германскими рыцарями и османами, XVI век

«Дерзости он не прощал никому. Даже султан Сулейман никогда бы не осмелился быть дерзким с Ибрагимом. Отношения между ними вот уже десять лет были чуть ли не братские. Старшим братом, как это ни удивительно, был Ибрагим. Сулейман подчинялся Ибрагиму во всем: в изобретательности, в капризах, в настроениях, в спорах, в конных состязаниях и на охоте. Шел за ним с удовольствием, словно бы даже радостно, Ибрагим опережал Сулеймана во всем, но придерживался разумной меры, не давал тому почувствовать, что в чем-то он ниже, менее одарен, менее ловок. Все это было, но все было в прошлом. Смерть султана Селима изменила все в один день. Ибрагим был слишком умным человеком, чтобы не знать, какая грозная вещь власть. Человек, облеченный властью, отличается от обыкновенного человека так же, как вооруженный от безоружного. Над султаном – лишь небо и аллах на нем. Аллах во всем присутствен, но все повеления исходят от султана. Теперь Ибрагим должен был оберегать Сулеймана, охранять его днем и ночью, удерживать в том состоянии и настроениях, в каких он был на протяжении десяти лет в Манисе, конечно же по отношению к себе, ибо зачем же ему было заботиться о ком-то еще на этом жестоком и неблагодарном свете? Напряжение было почти нечеловеческим. Быть присутствующим даже тогда, когда ты отсутствуешь. Появляться, чуть только султан подумает о тебе, и суметь так повлиять на султана, чтобы он не забывал о тебе ни на миг».

Окан Ялабык в роли Ибрагима-паши. Великий визирь

Киноартист Окан Ялабык (Okan Yalabik) родился в Стамбуле 13 декабря 1978 года. У него есть старший брат Озан. Окан стал известен благодаря роли Ибрагима-паши в телесериале «Великолепный век», хотя до этого он довольно плотно играл в фильмах и сериалах. С 2004 года его семья переехала в город Айвалык.

Дом Ибрагима-паши ныне является музеем турецкого и исламского искусства

Со школьных лет Окан мечтал стать киноактером. После школы парень стал студентом Стамбульского университета, факультета дополнительных искусств. В университете среди преподавателей было много профессиональных и талантливых актеров, которые ныне блистают в турецких кинолентах. Во время учебы Окан охотно принимал участие в съемках, самыми популярными из его первых работ считаются «Hatirla Sevgili» и «Serseri». Благодаря таланту у молодого актера сразу же появились и свои зрители, а многие турецкие девушки сделали Окана своим кумиром. Но только один его персонаж сделал Окан Ялабыка мировой знаменитостью. Конечно же, это роль Ибрагима-паши из «Великолепного века».

Всего за выход двух сезонов, актеры сериала «Великолепный век» заслужили награды, в их числе и Окан Ялабык, который получил премию «Анталья» в номинации «Лучшая мужская роль».

О нем пишут: «Иногда актеру может достаться идеальная для него роль, благодаря которой он может раскрыться полностью, показать все грани своего мастерства и характера, полностью слиться со своим персонажем, вникнуть в его переживания. Ибрагим-паша и Окан Ялабык – это как раз такой случай. У Окана много наград, за съемки в самом разном кино, и постоянно он растет и совершенствуется в своем мастерстве».

Окан Ялабык

Точно так же думают и его поклонники, видевшие его в русскоязычной версии эпопеи «Великолепный век». Следуя модным ныне тенденциям авторов обращаться к мнению пользователей Интернета, поищем высказывания наших соотечественниц о турецком актере.

Зрители – об Окане Ялабыке в роли Ибрагима-паши:

Надько: Колоритную личность сыграл… Очень талантлив…

Виктория: Талантливый, очень точно передает все нюансы настроения. Удачи ему в личной жизни.

Ковбой Джек: Ибрагим – паша. Хитрый, умный и расчетливый. Сам себе на уме. Серый кардинал, темная лошадка. За внешней показной порядочностью и покорностью скрывается тщеславный, алчный и опасный человек. Готовый пойти на убийство ради своих целей. Эта роль мне понравилась больше всего.

Евгения: В начале сериала очень нравился и внешностью и как актер. Но после роли брата Ибрагима немного разочаровалась. Умом понимаю, что персонаж требовал такой «босяковости» и простоты, но как-то все равно грустно. Видимо чисто женское разочарование.

Валиде-Валя: Он с 16 лет играет в театре, так что актерское мастерство у него в крови. Окан считается одним из самых красивых и успешных звезд турецкого шоу-биза. Женщины так и вешаются ему на шею, и не удивительно с такой-то внешностью. Просто красавчик, но при этом жутко талантливый.

Неизвестная2: Окан Ялабык (Ибрагим) просто находка! Я называю его главным секс-символом сериала. При достаточно «типовой» внешности у него очень выразительные красивые глаза. К тому же в русском дубляже его озвучивал Александр Гаврилин – голос Эдварда из «Сумерек», что, конечно же, придало Ибрагиму еще больший шарм. Я бы не назвала его отрицательным персонажем, но его поступки иногда бывают очень далекими от морали. Но он верен султану, любит свою жену, он хороший отец. К тому же Ибрагим – хороший стратег, принимает верные решения в плане укрепления империи и очень умен.

Тавус Шарапилова: Блестяще играет царедворца! Умный, молчаливый, сдержанный… Актер талантлив!!! При внешнем спокойствии и неподвижном лице – глаза выдают бушующие страсти, внутреннюю борьбу, боль, любовь… Роль сложная, образ богатый, исполнение – блестящее!!! Окан – мои Вам аплодисменты!!!

Подготовка к съемке

Marge Simpson: Мой самый любимый – Ибрагим-паша – самый сложный и разносторонний персонаж. Эволюция человека, попавшего из грязи в князи, во всей красе! Добившись своим умом, прилежанием и верностью должности второго лица империи, Ибрагим так и не вытравил из себя раба. Такой спокойный, тактичный, задумчивый в начале, потом он стал вести себя именно как дорвавшийся до власти раб – ему не вбивали в голову с рождения, как Сулейману, о его августейшем происхождении и великой миссии; он прекрасно понимал, что власть как к нему приплыла, так может и уплыть – отсюда и такие перепады в использовании этой власти, и такая реакция на тычки от жены. То, как это все показано зрителям – безусловно, целиком и полностью заслуга актера Окана Ялабыка. Очень интересный актер, скажу я вам – речь невнятная, половину звуков заглатывает, голос довольно высокий и скрипучий (зато как он шипит и шепчет – крыша улетает просто в неведомые дали!), ни лица особого (исключение – очень выразительные глаза), ни фигуры, а такая харизма (не люблю я это слово, но другого не подберешь) из него прет, что никакой красоты не нужно. Если бы меня попросили назвать самого привлекательного мужчину в сериале, то я бы не задумываясь отдала пальму первенства Ибрагиму. Да, кстати, и линия его отношений с женщинами, как по мне, даже интереснее, чем все эти склоки между Сулейманом, Хюррем, Махидевран и другими по ходу действия появляющимися дамами.

Сам же Окан Ялабык, тонко играющий возвеличенного и обласканного Повелителем грека, ставшего мусульманином, часто мыслит и высказывается так:

– Раб Ибрагим….