Мы – мутанты

– Всё, – отрезал Панк и мерзко захихикал.

Официантка принесла нам на подносе тарелки с жаренными на гриле телячьими ребрами и, пожелав приятного аппетита, удалилась. Шумная компания в дальнем углу подняла бокалы в честь очередного тоста. И вот тогда, наклонившись поближе к столу, с видом заговорщика Орфей начал тихо и быстро говорить, глядя мне в глаза. Чтобы расслышать хоть что-нибудь, мне пришлось приблизиться к нему. Теперь заговорщиков за столом было двое. Турок и Панк же поглядывали по сторонам, будто наши телохранители.

Нервно трогая нашивку инструктора рукопашного боя, Орфей поведал, что они, то есть мы, планируют под видом военных проникнуть на Полигон со стороны Мохнача, там есть КПП. Почему именно там? Да потому что у главного КПП кое-кто недавно слишком уж шумно себя повел, после чего вояки там просто помешались на безопасности: через каждые десять метров пулеметы, плюс минные поля и проверка документов под микроскопом. Причем насчет микроскопа – это вовсе не шутка.

– Кстати, насчет документов… – намекнул я.

– Есть такие. – Положив истекающее соком мясо обратно на тарелку и обстоятельно вытерев жирные пальцы о салфетку, Турок протянул мне паспорт и военный билет.

Согласно паспорту меня звали Марк Васильевич Кровин. Имелся и штампик о браке. Так-с, а супругу мою почему-то зовут Баранова Екатерина Сергеевна. Это надо запомнить и ни в коем случае, если поинтересуются, не назвать ее Овцовой Елизаветой Семеновной… В военнике значилось, что я – полковник сухопутных войск, 25-ая отдельная Днепропетровская воздушно-десантная бригада… Список заграничных командировок впечатлял: полгода в Бразилии, год в Афганистане, потом аж три месяца пан Кровин подавлял Владивостокский бунт, где бы ранен в ногу (угу, это надо запомнить, придется чуток похромать). Еще я обнаружил в военнике аж семь шифрованных отметок об особых операциях, увидев которые любой сведущий сообразил бы, что полковник Кровин – не хрен с бугра, но птица хоть не особо важная, зато дюже хищная.

– Отличная работа, – похвалил я ксивы. – Прямо как настоящие.

– Спасибо, – на лице Турка дрогнула та самая мышца, которая выдает радостное смущение человека.

Ого, оказывается щекастому пошло на пользу выдворение из Чернобыля! Он на гражданке освоил серьезную, уважаемую в определенных кругах профессию. Если понадобятся качественно сделанные официальные бумажки, теперь я знаю, к кому обратиться.

Я поманил Турка пальцем, и он ко мне наклонился.

Тогда я прошептал ему на ухо так, чтобы услышали и Орфей с Панком:

– Работа отличная, дружище. Но даже самая крутая подделка не проведет нас на Полигон. Мало ли что мы вояки теперь. Вы думаете, если форму надели, так нас сразу пропустят через КПП?

– Мы так не думаем. Бо цель посещения Полигона указана в путевке. – Турок похлопал себя по нагрудному карману, намекая, что именно там у него много всего интересного хранится. – В электронной базе Минобороны наша миссия прописана, нужные люди на КПП проинформированы, ждут нас и готовы оказать содействие. Руководит операцией полковник Кровин.

Я еще больше зауважал Турка. Стрелять и руками махать может каждый умственно отсталый, а вот то, что он провернул… Для этого нужно иметь башку размером как у слона. Кстати, насчет слонов.

– Как с техническим обеспечением вообще и с оружием в частности? Я вам, друзья мои, скажу так: на Полигоне водятся ни хрена не маленькие мутанты с бивнями и рогами. И «калашом» тех зверьков не завалить.

– Обижаешь, Край. – Отложив обглоданное ребрышко, Орфей проводил взглядом рыжую официанточку, принесшую ему чашечку американо и теперь завилявшую бедрами в направлении кухни. – За стволы и прочее можешь не беспокоиться.

– Не беспокоиться, дружище, я в гробу буду. А по-ка – извини.

Я тоже оценил привлекательность девушки, ее заметные формы, молодость, бурление гормонов… И ничего не почувствовал. Не захотел ее, то есть вообще во мне не было полового влечения. Что на нее смотреть, что на чашку с кофе. Полное равнодушие. Вместе с Миленой умерла та часть моей души, которая отвечала за любовь.

Милена… Сердце в груди сжалось, в него будто одновременно воткнули сотню игл. Я заставил себя не думать о погибших жене и сыне. Иначе прямо здесь и сейчас умру. А я не закончил еще свои дела. Клуб. Мысль о клубе не давала мне покоя, занозой засела в мозгу, хрен выковыряешь. Я должен открыть клуб. А для этого мне нужны деньги. Так что с трагической кончиной Макса Края придется погодить.

Сначала – клуб. Потом – месть. А уж потом только можно и…

Оказывается, Орфей не просто так пялился на девицу, но с намеком.

Он поднялся из-за стола и последовал за ней. И жестом велел нам присоединиться.

Откровенно говоря, меня это удивило. Бородатый следопыт что, задумал развлечься с красоткой в нашем присутствии? И мало того – нуждается в помощи троих мужчин? Нет уж, Макс Край в грязных игрищах не участвует! Хотя любопытно, конечно…

Только мы прошли в кухню следом за рыжей девицей, повара, колдовавшие над кастрюльками и сковородками, тут же сняли их с огня и поспешили покинуть нас через черный выход. В дымном парком аду остались лишь двое парней в белых халатах и колпаках. Не смея поднять на посторонних глаза, они оттащили в сторону синтетическую циновку, до сего момента лежавшую в проходе между жарочными шкафами и рядом газовых печей. Девица наблюдала за действиями подручных, скрестив руки на обильной груди.

На полу под циновкой обнаружилась крышка люка полтора на два метра размером и с массивным чугунным кольцом, за которое парни в белом вцепились. Кряхтя и краснея, с трудом они подняли люк, отворив вход в подземелье.

Я заглянул вниз из-за спины Орфея – бетонные стены и ступеньки скрывались во тьме.

– Прошу, – предложила девица, игриво поведя рукой и наклонив прекрасную головку.

– Марго, только после вас! – якобы проявил галантность бородач.

На самом же деле он поосторожничал. Это основа основ сталкерского искусства выживания: не соваться незнамо куда.

Рыжая искусительница – зовут ее как французскую королеву – иного, похоже, от Орфея и не ожидала. Снисходительно кивнув, она без пререканий первой шагнула на лестницу. Марго опустилась ниже, и на десятой ступеньке подземелье осветилось лампами, подвешенными на потолке – видать, сработал датчик движения. Иллюминация была такой, что только слепой не заметил бы, что лестница винтом под довольно крутым углом вгрызается в твердь Вавилона.

Орфей первым последовал за девушкой.

Опередив Турка, следующим юркнул в лаз Панк. А замыкал нашу колонну я. И то, что за моей спиной с грохотом захлопнулся люк, мужества мне не добавило. Я дернулся было назад, уперся плечом в стальную плиту, отсекшую нас от поверхности, но куда там, даже не пошевелилась!..

Не то чтобы я занервничал, но перспектива быть замурованным в подземелье меня уж точно не обрадовала. Надеюсь, подельники Марго ценят свою подругу и отворят-таки нам люк. Пока же ничего не оставалось, как спускаться вместе с остальными.

С удивлением я отметил, что на лестнице было сухо и совсем не пыльно, никакой тебе паутины или же капель конденсата на стенах. Потолок был хоть и низким, но черепом я в него не упирался, наклоняться без надобности.

По моим ощущениям мы спустились метров на пятнадцать, прежде чем достигли относительно небольшого помещения, обстановка которого меня сразу напрягла. Судите сами, не везде в обиходе используется такая специфическая мебель, как деревянное кресло, сидение, подлокотники и спинку которого отнюдь не украшали многочисленные острые шипы. Я представил, каково это – сидеть на таком кресле, и содрогнулся. Рядом с креслом к деревянному столбу было приделано что-то вроде деревянных тисков или зажима, состоящего из двух половинок, в каждой из которых были полукруглые вырезы для головы и рук. То есть можно с помощью этой штуковины обездвижить человека, заставив его стоять в позе буквы «Г». Воображение тут же нарисовало мне неприглядную картину использования этих «тисков».

Прямо на полу в комнате валялись стальные и кожаные ошейники, наручники и устройства посложнее, способные сковать руки, ноги и голову человека, причем в весьма неудобной для него позе. На жаровне размером с кровать лежали огромных размеров щипцы и ножницы, которыми разве что толстый силовой кабель перекусывать. Демонстративно торчал посреди комнаты заточенный деревянный кол.

Мне все меньше и меньше нравилось в этом подземелье.

Марго сняла с подставки на стене плеть с девятью хвостами, оконцованными ржавыми крючьями, и щелкнула ею в воздухе, едва не зацепив Панка.

– Джентльмены, как вам моя коллекция? Правда, великолепно?

Все дружно – я тоже – закивали и заохали, мол, круто как, отлично, впечатляет, брависсимо. Глядя на Марго с плеткой в руках, нетрудно было мысленно представить ее с ловкостью орудующей у колеса или возле дыбы.

– Я знаю, джентльмены, что вы – люди занятые. Предлагаю моей коллекции уделить больше времени в следующий раз, а пока что прошу в зал для переговоров! – Виляя бедрами, она подошла к большой бронированной двери и легко, будто та была пушинкой, отворила ее. – Прошу за мной! – Памятуя о недоверии Орфея, Марго первой проследовала в помещение.

Я повидал множество армейских оружейных складов, официальных магазинов, торгующих лицензионным огнестрелом, и магазинов подпольных, где отоваривались только маргиналы, я покупал стволы у барыг в подворотнях, с грузовиков и просто на улице, но на такую точку я попал впервые. Никогда ничего подобного нигде не видел.

Стены здесь были шершаво-серые, будто бы сделанные из графита. И пол такой же. Потолок – сплошь белые панели, чередующиеся с такими же по размеру секторами освещения. В центре большой просторной комнаты стоял длинный дубовый стол, на котором ни царапинки, ни пылинки. Посреди стола блестела гранями хрустальная пепельница в виде черепа после трепанации, рядом с ней лежали четыре планшетных компа со встроенными сканерами. Вдоль стола ждали посетителей роскошные офисные сиденья, обтянутые натуральной кожей. На такую сидушку не побрезговал бы опустить задницу даже глава транснациональной корпорации.

Но это так, фон.

Главное, что на стенах на специальных креплениях висели всякие разные стволы и снаряга. Чего тут только не было! Глаза разбегались! Автоматы, штурмовые и снайперские винтовки, ручные пулеметы, пистолеты-пулеметы и просто пистолеты, гранатометы и ПЗРК, карабины, дробовики, ножи, гранаты ручные… Разгрузки, бронежилеты, тактические рюкзаки, фляги, перчатки, очки, защитные комбинезоны, противогазы…

Не один я впал в ступор от всей этой красоты.

К реальности нас вернул голос Марго.

– Что вам угодно, джентльмены? Куропаток пострелять или устроить войну? – Девушка обвела нас взглядом и, безошибочно определив главного, шагнула ко мне. Орфей уже больше не котировался. – Красавчик, пусть они выбирают железки, а тебе я хочу предложить самое смертельное оружие, которое здесь есть, – свое тело.

Турок сдавленно хрюкнул. Орфей обиженно закашлялся – похоже, он имел виды на рыжую милашку. Панк же не услышал ни слова из сказанного Марго – так увлеченно он разглядывал оружие. А может, ему вообще по жизни нет дела до женских прелестей?..

Значит, двое нас таких.

– Марго, ты обворожительна. – Я уж собрался потрепать ее за плечо эдак по-дружески, но в последний момент передумал. – Твое оружие круче водородной бомбы. Но с недавних пор я пацифист.

Услышав отказ, девица скривилась, будто ее заставили разжевать целый лайм за раз.

Впрочем, она быстро с собой справилась и уже спустя секунду улыбалась, как ни в чем не бывало.

– Джентльмены, предстоящая процедура предельно проста. Вы можете брать, щупать, кусать и нюхать все, что хотите. Затем, выбрав понравившееся, поднесите к этой вещи планшет-сканер. На каждой вещи наклеен штрих-код. Информация о вещи высветится на экране. Вы можете редактировать необходимое количество единиц, а то и вовсе удалить вещь из списка, если, к примеру, найдете что-нибудь более интересное. Я подожду вас в соседней комнате. Надеюсь, джентльмены, вам понравится иметь дело с кланом «Америка». In god we trust!

Так этот подземный бункер-склад принадлежит клану «Америка»?!

Достигнув призывного возраста, каждый гражданин Украины обязан явиться в военкомат, чтобы отправиться воевать бог знает куда: в Сомали или в Дакоту, на Байкал или в Австралию. Своей кровью он заплатит часть долга страны, хотя ни он, ни его отец, ни деды ни у кого и ничего не одалживали. Быть может, призывник с детства мечтал стать врачом и спасать людей, но его обрекли на роль мирового полицейского и уже завтра он окажется в любой точке земного шара, а послезавтра – вернется домой в цинковом гробу. Или получит в подарок от благодарного отечества инвалидную коляску.

А если ему совсем повезет и заграничная командировка пройдет без последствий для физического здоровья, мозги у него будут набекрень, это уж точно. Вон как у парочки двадцатилетних дембелей, которые обнялись, чтобы не поддаться земному притяжению. Оба пьяны до потери человеческого облика. У одного выбрит череп, зато на лице борода, он носит песчаный камуфляж, из кармана которого торчит сложенный трубочкой порножурнал. А у второго в длинные черные волосы вплетены орлиные перья – значит, он «американец».

Вернувшись на Родину, сотни тысяч таких же, как они, парней, сбились в преступные группировки. Те, кто прошел огонь и воду самых горячих точек планеты, поделили страну на секторы, над которыми взяли контроль. Так появились кланы – «Азия», «Африка», «Россия» и тому подобные. С тех пор служба в экспедиционных войсках перестала быть позорным ярмом, возложенным МВФ и Всемирным Банком. Война стала обязательной частью ритуала, без которой юноша – мужчина! – не имел права стать членом ОПГ.

Так вот, конкретно с кланом «Америка» отношения у меня не сложились. Более того, при моем непосредственном участии отправился на тот свет предыдущий главарь этой преступной группировки, одной из самых влиятельных в Вавилоне. И если верить слухам, у «американцев» нынче разброд и шатание…

Рыжая эффектно развернулась на месте и двинула к выходу.

– Марго, не покидайте нас, – Орфей преградил ей путь. – Это тусклое подземелье освещает лишь ваша красота!

– Вы мне льстите! – она не приняла его слова всерьез.

Однако старый развратник не желал так просто выкинуть белый флаг:

– Марго, не хочу настаивать, но… Нам может понадобиться ваша квалифицированная помощь.

Как по мне, шансов у него ноль без палочки, но своего он все-таки добился: рыжая красотка согласилась остаться с нами и помочь определиться с товаром, если возникнет такая необходимость.

Орфей сдержанно поблагодарил ее, и мы тут же деловито, без лишних слов принялись выбирать стволы и снарягу, поднося к образцам свои сканеры, попискивающие при определении кода. Вежливо, не принимая возражений, выбрать Панку аксессуары и огнестрел вызвался Турок, чем вновь подтвердил мою догадку насчет того, что спутник чудо-следопытов вовсе не нашего профиля спец. Отлученный от шопинга Панк заскучал рядом с Марго.

Быстро определившись со снарягой и 5,45-мм ручным пулеметом РПКС-74, я порекомендовал Орфею и Турку обратить особое внимание на противогазы и респираторы:

– И того и другого лучше взять с запасом. Там, куда мы собрались, полно растений, выбрасывающих в воздух тучи ядовитых спор, стоит только оказаться поблизости.

Говоря это, я чувствовал на себе заинтересованный взгляд Марго – запала на меня девка, факт. Макс Край еще способен кружить голову прекрасным дамам. Орфею пришлось кашлем обратить мое внимание, после чего он приставил к губам палец, намекая, что кое-кому следует заткнуться, и вообще болтун – находка для шпиона.

Кого он тут, в замкнутом пространстве подземелья, считает шпионом? Панка, что ли? Легким кивком я пообещал бородатому воздержаться от дальнейших проповедей. Клиент всегда прав. А если клиент заплатил более чем щедрый аванс, его просьба автоматически становится приказом…

Мое внимание привлек набор-минимум для выживания. Гражданских не впечатлит зеленый ребристый цилиндр с крышкой. Он всего-то сантиметров восемь длиной и диаметром сантиметра два с половиной. Я открыл крышку и осмотрел содержимое.

Первым номером у нас запаянные в полиэтилен пяток «охотничьих» спичек и терка. Надеюсь, понятно, зачем все это нужно?

Номер два: пластмассовая трубка с перманганатом калия, то есть кристаллами марганцовки. На кой? Ну, во-первых, если смешать перманганат калия и обычный сахар, а потом хорошенько растереть эту смесь, скажем, между двумя камнями, она воспламенится. А во-вторых, марганцовка отлично обеззараживает воду, не говоря уже о том, что она является антисептиком и помогает при отравлениях – если надо быстро и полноценно выблевать невкусное, из-за которого стало нехорошо.

Номер три: два свинцовых грузила, столько же рыболовных крючков и немного лески. Грузила и крючки – тут без вариантов. А леской можно не только рыбку ловить, но и одежду ремонтировать, силок из нее сделать, да мало ли… Сомневаюсь, что на Полигоне будем рыбачить, а потом вкушать уху… Разве что Панку захочется погурманствовать, чтобы принять потом вовнутрь марганцовку…

И последний пункт нашей программы – та-дам! – презерватив обыкновенный. Догадываетесь, для чего нужен? Ах, не маленькие, в курсе? Увы, я сомневаюсь, что ваше предположение верно. Презерватив можно использовать как емкость для воды. Засунуть его в носок, чтобы хоть как-то защитить от повреждений, и залить внутрь от литра до двух. Или использовать его в качестве жгута…

Я вернул все обратно в цилиндр и просканировал штрих-код. Презерватив в хозяйстве пригодится, сами понимаете.

Когда мы определились-таки, Орфей обратился к Марго:

– Уважаемая, мы готовы расплатиться.

– Да, пожалуйста. – Она протянула ему миниатюрный кассовый аппарат. И откуда только извлекла? Где прятала? Ведь не было же…

К моему огромному удивлению – челюсть так и отвисла – за стволы, которые мы лишь подержали в руках, Орфей расплатился банковской картой и даже получил от Марго отпечатанный чек.

Все это напоминало нездоровый фарс.

– Джентльмены, приятно иметь с вами дело. Напоминаю, что согласно «Закону о защите прав потребителей» приобретенный у нас товар можно вернуть или обменять в течение четырнадцати дней.

Сказать, что я от всего этого официоза охренел – все равно что промолчать и даже не подумать. Да меня это просто шокировало! Честное слово, я ждал, что Орфей и Турок вместе с Марго и Панком рассмеются, а потом Орфей порвет и выбросит чек, достанет из кармана солидную пачку нала и засунет Марго в глубины декольте. И пояснит, что, мол, так и так, извини, Максимушка, но не только ты у нас шутник, нам тоже хотелось тебя разыграть, помнишь, как ты обвел нас вокруг пальца в Чернобыле? А я кивну: «Еще бы я не помнил». А он тогда скажет: «Считай, мы квиты. Видел бы ты свое лицо!»

Но беда в том, что ржать и тыкать пальцами в меня никто не спешил.

Орфей и Марго обменялись рукопожатиями, – из разряда тех, которыми скрепляют сделки – после чего бородач сунул чек в карман, будто всерьез верил в том, что можно вернуть якобы купленные стволы. Стволов, кстати, – кроме тех, что на стенах – я так и не увидел. Орфей что, заплатил за право их потрогать и отсканировать штрих-код?!

– Машина? – спросил Турок у рыжей.

– Возле кафе, – ответила та.

– Приятно иметь с вами дело! – Панк порывисто схватил кисть девушки и припал к ней губами.

Ему повезло, что он не видел лица Марго, иначе у него пожизненно пропало бы желание выказывать знаки внимания юным особам прекрасного пола. Рыжая таким презрением наградила его затылок, задрапированный голубым беретом, что идиот сообразил бы: будь Панк последним самцом на планете, обзавестись потомством ему не светило бы.

Мы двинули вверх по лестнице, и на этот раз Орфей, позабыв о манерах, вырвался вперед.

Люк уже был открыт, и только массивная плита опустилась за последним из нас, то есть за мной, а следом и циновка вернулась на исконное место, кухню заполонили повара. Тут вмиг стало суетливо, громко, остро запахло жареным луком и чесноком, зашкворчали сковородки и забулькали кастрюльки на огне. Все будто кричало в радостной истерике: «Клиентов надо кормить, клиенты требуют пожрать и хотят заплатить нам много-много денег!»

Неожиданно для себя я хлопнул по заднице Марго, которая шла чуть впереди меня. Она хорошая девушка, а я ее обидел там, внизу, когда она в порыве искренности обозначила свою симпатию ко мне. Срочно надо было реабилитироваться. Так в тот момент я оправдал свой порыв.

Охнув, рыжая бестия резко обернулась ко мне.

И тут, сообразив, кто именно оказал ей знак внимания, она опустила сжатые кулаки и, прижавшись ко мне всем телом, впилась в мои губы так жарко и так страстно, что здоровый мужской организм на это просто не мог не отреагировать.

Но кто сказал, что я здоров?..

Спустя долгий миг она отлипла от меня и, призывно глядя в глаза, спросила:

– Полковник, как вам наше фирменное блюдо?

– Блюдо? Ну, оно наверняка так же прекрасно, как и ты. – Комплимент получился неуклюжим, но что вы хотели от сталкера, мозг которого выжгло чернобыльской радиацией? Про мозг и радиацию – это у меня универсальная отмазка на все случаи жизни, когда эдакое отчебучу, а потом думаю-гадаю: «А на кой я это вообще сделал?!»

– Наверняка? – Лицо Марго сразу поблекло, что ли, и стало печальным-печальным.

Чувствуя себя последним ослом, я виновато пожал плечами.