Царь славян

Таким образом, в евангельском рассказе Христос действительно снимает с себя тяжелый крест, поскольку не может его нести. Похоже, что именно это событие и отразилось, хотя и довольно смутно, в повествовании Никиты Хониата, см. выше.

25. ПИРАМИДАЛЬНАЯ ШАПКА АНДРОНИКА И ХРИСТИАНСКАЯ ПАПСКАЯ ТИАРА

Вот еще одно любопытное место в приведенном выше обширном фрагменте из Хониата. Сказано, что Андроник перед бегством «надевает на голову варварскую шапку, которая, оканчиваясь острием, похожа на пирамиду» [140], с. 354. Но шапка, похожая на пирамиду и заканчивающаяся острием, хорошо известна в христианстве. Это – папская тиара, см. рис. 2.40. Итак, мы начинаем понимать происхождение этого головного убора. Такую шапку носил Христос-Андроник.

Рис. 2.40. Остроконечные пирамидальные головные уборы на головах высших церковных иерархов христианской церкви. «Перенесение мощей Святого Зиновия». Ридольфо дель Гирландайо. Якобы 1516–1517 годы. Взято из [38], с. 187, илл. 233.

Кстати, она названа Хониатом «варварской шапкой». Следовательно, скорее всего, ее не носили в Царь-Граде. Вероятно, Андроник привык к ней на Руси, где провел много лет, см. выше. Это – один из видов старого русского колпака. На рис. 2.41 приведен фрагмент картины Карпаччо «Встреча Святой Урсулы с папой Кириаком». На голове папы мы видим пирамидальную шапку-колпак с острым верхом.

Рис. 2.41. Пирамидальные остроконечные головные уборы у папы Кириака и всех его приближенных. Шапка папы имеет вид колпака (никакого разреза здесь нет) и отделана, конечно, более богато, чем кардинальские шапки с разрезом. Фрагмент картины Карпаччо «Встреча Святой Урсулы с папой Кириаком». Взято из [71], с. 12.

26. ХРИСТОС ВЕРШИЛ СУД КАК ЧЕЛОВЕК, ИМЕЮЩИЙ ВЛАСТЬ

Хорошо известно, что многие правители, в том числе и византийские, довольно часто лично вершили суд. Но в Евангелиях мы встречаем прямые указания на то, что Христос после входа в Иерусалим, – то есть, как мы теперь понимаем, когда стал властителем Царь-Града, – ЛИЧНО ВЕРШИЛ СУД. Говорится, что Христос «утром опять пришел в храм, и весь народ шел к Нему. Он сел и учил их. Тут книжники и фарисеи привели к нему женщину, взятую в прелюбодеянии и, поставив ее посреди, сказали Ему: Учитель! эта женщина взята в прелюбодеянии; а Моисей в законе заповедал нам побивать таких камнями: Ты что скажешь?… Но Иисус, наклонившись низко, писал перстом на земле, не обращая на них внимания. Когда же продолжали спрашивать Его, Он, восклонившись, сказал им: кто из вас без греха, первый брось на нее камень. И опять, наклонившись низко, писал на земле… Они же, услышав то… стали уходить один за другим… и остался один Иисус и женщина, стоявшая посреди. Иисус, восклонившись, и не видя никого, кроме женщины, сказал ей: женщина! где твои обвинители? никто не осудил тебя? Она отвечала: никто, Господи. Иисус сказал ей: и Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши» (Иоанн 8:1 – 11).

Здесь мы видим описание облеченного властью судьи, который судит, сидя на некоем возвышенном месте, поскольку обращаясь к остальным, он «восклоняется». И вообще, Христос занят своими делами: что-то пишет, о чем-то думает и обращается к окружающим явно свысока. Они вынуждены терпеливо ожидать его ответа. Наконец он выносит решение и сообщает его окружающим. При этом обвиняемого ставят посреди и окружающие высказываются. Происходит суд. Любопытно, что именно так изображали данную евангельскую сцену некоторые художники еще и в XVII веке. На рис. 2.42 приведена картина Рембрандта «Христос и грешница». На первом плане показаны Христос-судья и грешница. А на втором плане, сзади, эта же сцена суда изображена еще раз, причем в куда более величественном виде, см. рис. 2.43. Христос-судья восседает высоко вверху, на гигантском золотом троне в огромном храме. Перед ним, чуть ниже, стоит та же грешница в белом одеянии, окруженная людьми. Многие – на коленях. Вся сцена изображена в точном соответствии с Евангелиями: «Пришел в храм, и весь народ шел к Нему. ОН СЕЛ И УЧИЛ ИХ» (Иоанн 8:2). Вероятно, во времена Рембрандта боролись две тенденции в изображении Христа. Одна – древняя и правильная – еще помнила, что Христос-Андроник был императором, судьей, восседал на роскошном престоле. Вторая тенденция – реформаторская, поздняя – была уже нацелена на упрощенное изображение Христа в виде праведника, далекого от реальной царской власти, скромно одетого. Таким образом, Рембрандт представил на своем полотне обе версии: Христос – царь и Христос – пророк. Напомним, что средневековые художники иногда изображали на одном и том же полотне «мультфильм», то есть две или даже несколько сменяющих друг друга сцен.

Рис. 2.42. «Христос и грешница». Рембрандт Харменс ван Рейн. 1644 год. Евангельская сцена изображена здесь два раза. Вверху Христос представлен как царь, судья, восседающий на золотом троне в огромном храме. А внизу тот же Христос изображен уже в духе «новых веяний» в эпоху Рембрандта, а именно, как скромно одетый пророк, далекий от светской царской власти. Взято из [10], с. 351, илл. 337.

Рис. 2.43. Фрагмент картины Рембрандта «Христос и грешница». Христос-царь восседает на золотом троне и вершит суд. Взято из [10], с. 351, илл. 337.

Вот еще один штрих: «И сказал Иисус: НА СУД пришел Я в мир сей, чтобы невидящие видели, а видящие стали слепы» (Иоанн 9:39). Возможно, здесь присутствует намек на настоящий суд и на распространенную в Византии казнь ослеплением. Никита Хониат возмущенно пишет, что Андроник, придя к власти, ослепил за различные прегрешения многих знатных лиц. Например: «Этот человек считал для себя тот день погибшим, когда он не захватил или не ослепил какого-нибудь вельможу» [140], с. 332. Туманный намек на ослепление противников Христа содержится также в старинных сказаниях о Христе (в так называемых апокрифах), например, в «Сказании Фомы Израильтянина о детстве Христа» («Евангелие от Фомы»). Сказано следующее: «Иисус сказал… они должны понести наказание. И ТОТЧАС ОБВИНЯВШИЕ ЕГО ОСЛЕПЛИ. А видевшие то были сильно испуганы и смущены, и говорили о Нем: каждое слово, которое Он произносит, доброе или злое, есть деяние и становится чудом» [62], с. 223.

27. АНГЕЛЫ СЛУЖАТ ХРИСТУ И АНГЕЛЫ СЛУЖАТ АНДРОНИКУ

Перед тем как Андроник вступил в Царь-Град, против него был выслан с войском Андроник Ангел. Хониат пишет: «Ангел, вступив в бой с неприятелем около небольшой крепости Харакса, был блистательно разбит… Так как вслед за этим поражением он тотчас же бесславно возвратился в Константинополь, то от него потребовали возврата денег, которые были ему отпущены для военных издержек. Видя, что его подвергают отчету… Ангел… сел на корабль и отправился к Андронику, который, увидев Ангела, говорят, сказал при его приближении: «Се аз посылаю Ангела моего пред лицом твоим иже уготовит путь твой пред тобою» [140], с. 260.

Таким образом, Андронику, перед его входом в Царь-Град, начинают служить Ангелы. А в Евангелиях говорится про Христа: «И се Ангелы приступили и служили Ему» (Матфей 4:11). До сих пор в христианской теологии есть учение об ангельском чине, служащем Богу. Не исключено, что христианские «ангельские чины» – это иерархия, установленная Андроником-Христом, когда он властвовал в Царь-Граде в XII веке. Затем в христианской традиции это было забыто и Ангелы стали восприниматься лишь как бесплотные духи.

Отметим, что «Ангелы – феодальная династия в Византии. Ее родоначальник – Константин Ангел» [117], с. 135.

28. ИСААК АНГЕЛ, ВОССТАВШИЙ НА АНДРОНИКА, И ВЕРХОВНЫЙ АНГЕЛ САТАНА, ВОССТАВШИЙ ПРОТИВ БОГА

28.1. ИСААК АНГЕЛ КАК САТАНА

Яркий след бурных событий при Андронике-Христе сквозит и в христианском учении об Ангелах. В самом деле, мы видели, что один из Ангелов, – а именно, Исаак Ангел, – впоследствии изменил ему и сам стал царем, см. выше [140], с. 349–354. А в христианской теологии утверждается, что верховный Ангел по имени Сатанаил возгордился и захотел стать равным Богу. То есть восстал против Бога. Так появился Сатана или падший Ангел. Здесь мы видим прямую аналогию между Исааком Ангелом и Сатаной. Ниже, при обсуждении египетских событий, мы убедимся, что аналогия отнюдь не случайная, и имя Сатана в одной из его форм действительно было именем Исаака Ангела.

Данный сюжет оказывается настолько интересным и важным, что мы остановимся на нем подробнее.

28.2. ХРИСТИАНСКОЕ УЧЕНИЕ О САТАНЕ

Напомним вкратце христианское учение о Сатане, см., например, «Большой Катехизис» [23].

Когда Бог создал мир, ему служили Ангелы. Главным Ангелом был Сатанаил или Сатана или Шайтан (переход С – Ш). Сатана возгордился и захотел стать равным Богу. Он увлек с собой часть Ангелов. Другими словами, Сатана поднял ангельский мятеж против Бога. Воинство Ангелов, защищающих Бога, возглавил архангел Михаил. Между восставшими Ангелами Сатаны и оставшимися верными Богу Ангелами произошла битва. Архангел Михаил победил, см. рис. 2.44 и рис. 2.45. Сатана, вместе со своими приверженцами, был низвергнут и «скован», см. рис. 2.46. Говорится, что перед концом света Сатана выйдет из оков и будет править миром до второго пришествия Христа.

Рис. 2.44. Архангел Михаил, победивший Сатану. Франческо Пагано. Якобы XV век. Полиптих Михаила Архангела. Взято из [5], с. 365. Вверху изображено распятие Христа. Таким образом, победа Михаила над Сатаной представлена здесь как отмщение за предательство и казнь Христа.

Рис. 2.45. Битва Михаила Архангела и Сатаны. Рисунок из лицевой рукописи «Сказания о Михаиле Архангеле». Датируется XVI веком, РГБ, Егор. № 1844, лист 229 оборот. Взято из [134], цветная вклейка после с. 160.

Рис. 2.46. «Падение восставших ангелов». Джорджо Вазари и Якопо Дзукки. (Ватикан). Взято из [114], с. 408, илл. 385.

Толковая Палея, например, сообщает о Сатане следующее: «О Сатанаиле. В сии убо день един от агглъ. нарицаемы Сатонаил. и[ж]е бе стариишина десятому чыну… развеличися гордостию. и рече в помысле свое[м]… прииду на землю и прииму ю. и обладаю его и буду и[м] як[о] бог… и ту сверже и Г[оспо]дь за гордость» [105], с. 139.

«САТАНА… под этим именем подразумеваются падшие духи… Глава их называется Вельзевулом (Лук. 11, 15), Велиаром (2 Кор. 6, 15), князем мира сего (Иоан. 12, 31)… Церковное учение о злых духах… злого духа признает… первоначально добрым ангелом… отпадшим от Бога… Только Ориген и вслед за ним весьма немногие, в противоположность общему мнению, допускали для злых духов возможность обращения и прощения… Средневековые ученые не отставали от народного суеверия и создали весьма сложные и уродливые теории о злых духах» [153].

Это учение считается сегодня чисто метафизическим. Другими словами, предполагается, что в его основе не лежали никакие земные события. Что это чисто духовная борьба между светлыми и темными силами.

Однако, как мы начинаем понимать, в основе этого учения все-таки лежали вполне реальные события конца XII века. По-видимому, мятеж падшего Ангела Сатаны против Бога – это восстание Исаака Ангела против Андроника-Христа в 1185 году. То есть мятеж против Бога.

В средневековых христианских сочинениях богомилов утверждалось, что Сатана был братом Иисуса Христа. Мы цитируем: «Средневековые богомилы… говорили о Сатанаиле (Сатана + иl, «бог») как сыне бога и брате Иисуса Христа… У раннехристианского писателя 2 в. Иринея Лионского зафиксировано предание, согласно которому Сатана и бесы достигли полной меры в злобе и отчаянии именно в результате прихода, деятельности, жертвенной смерти и воскресения Христа… С тех пор Сатана очевидным образом «осужден»… оставаясь до поры «князем мира сего»… Раннехристианский мыслитель… Ориген 2–3 вв. учил, что в конце времен все отпавшие от бога существа, включая Сатану, обратятся и будут спасены… но эта доктрина Оригена не получила признания… В «Божественной Комедии» Данте… зубы его (Сатаны – Авт.) пастей терзают Иуду Искариота, предателя высшего духовного авторитета, и Брута и Кассия – крамольников, посягнувших на высший государственный авторитет» [95], т. 2, с. 413.

Отсюда видно, что первоначально, по мнению христианских авторов, Сатана тесно связывался с Христом, см. рис. 2.47 и рис. 2.48. Более того, на некоторых старинных изображениях низвержение Сатаны архангелом Михаилом напрямую представлялось как наказание за казнь Христа, см., например, рис. 2.49. Но потом, когда подлинные события со временем были забыты, воспоминания о мятеже Сатаны – Исаака против Христа-Андроника стали непонятны и были названы еретическими. Их отвергли.

Рис. 2.47. «Падение восставших ангелов». Мастер восставших ангелов. Якобы 1340 год. Взято из [87], с. 38. Вверху на троне восседает Христос, а внизу – низвергаемые восставшие ангелы.

Рис. 2.48. Картина Петруса Кристуса. Якобы 1452 год. Взято из [150], с. 56, илл. 47. Вверху на троне восседает Христос, а внизу – низвергаемые восставшие ангелы. Архангел Михаил поражает Сатану.

Рис. 2.49. «Распятие». Йоссе Лиферинкс. Якобы 1493–1505/08 годы. На заднем плане, справа, за крестом Христа, мы видим низвержение Сатаны архангелом Михаилом. Тем самым, поражение Сатаны показано здесь как событие, непосредственно связанное с казнью Христа, происшедшее вскоре после распятия и, следовательно, как наказание за то, что Сатана предал Христа. Взято из [87], с. 76, илл. 76.

28.3. БРАТЬЯ ХРИСТА

Сравнивая сведения о Сатане с историей Андроника, мы видим хорошее соответствие. Действительно, Исаак Ангел был родственником Андроника, поскольку семейства Ангелов и Комнинов были родственными, см. родословные таблицы в [140]. То есть в каком-то смысле его «братом», хотя и не родным. Вообще, Никита Хониат подчеркивает, что недовольство против Андроника зрело в том числе и среди его родственников, которые были недовольны тем, что император не предоставляет им тех благ, на которые они рассчитывали, как члены его рода, см. выше. Такая же мысль громко звучит и в Евангелии от Иоанна. Он прямо пишет: «Ибо и братья Его не веровали в Него» (Иоанн 7:5). А также: «Род твой и архиерее предаша тя мне», – говорит Пилат Иисусу [127], лист 187 оборот. Более того, Иоанн фактически обвиняет братьев Иисуса в том, что те пытались уговорить его подвергнуть себя смертельной опасности и придти в Иерусалим в то время, когда иудеи искали его, чтобы убить. Иисус отказался (Иоанн 7:1–6).

Таким образом, восстание Исаака («Сатаны») против Андроника было восстанием брата. Отметим, что раньше словом «брат» называли не только родных братьев, но и вообще родственников, находящихся на одном уровне генеалогического дерева. Например, к двоюродным, троюродным, четвероюродным братьям обращались просто «брат». В этой связи обращает на себя внимание, что Данте в своей «Божественной Комедии» поместил в пасть Сатаны вместе с Иудой Искариотом также Брута и Кассия – убийц Солнечного Царя = Юлия Цезаря. Поясним, что ЮЛИЙ или ГЕЛИОС – это Солнце, а Цезарь – то же, что Царь. Но тогда сразу приходит в голову мысль, что БРУТ в данном случае означает просто БРАТ, а КАССИЙ – прочитанное в обратном направлении имя ИСААК. Поэтому знаменитая история об убийстве Юлия Цезаря (Солнечного Царя) Брутом и Кассием (Братом Исааком), скорее всего, является отражением евангельской истории о казни Андроника-Христа его родственником Исааком Ангелом. Событие, находящееся в самом начале истории христианства было настолько значительным, что впоследствии, когда христиане пришли к власти, оно «расползлось» по многочисленным летописям и хроникам и сегодня мы наталкиваемся на него в различных вариациях и отражениях.

28.4. ИСКУШЕНИЕ ХРИСТА ДЬЯВОЛОМ НА КРЫЛЕ ХРАМА

В книге Робера де Клари «Завоевание Константинополя» довольно много места посвящено Андронику. Робер де Клари подробно описывает мятеж Исаака Ангела, сообщая при этом интересные детали, отсутствующие в других источниках. В частности, он пишет следующее: «Когда Кирсак (то есть царь, кир Исаак – Авт.) был коронован, новости об этом разошлись повсюду. Так что и Андром проведал об этом и о том, что тот убил его бальи (то есть Стефана Агиохристофорита – Авт.); и он никак не хотел поверить этому, пока не направил своих соглядатаев… Когда император узнал, он встал, взял с собой много своих людей и направился к храму св. Софии по проходу, который вел от его дворца прямо к храму. Когда он подошел к храму, то сумел незаметно выйти на ГАЛЕРЕЮ ПОД СВОДАМИ СоБоРА и увидел того, кто был коронован. Когда он увидел его, то был сильно опечален этим и спросил у своих людей, нет ли у кого из них лука, и ему принесли лук и стрелу. И Андром взял этот лук и натянул его, думая поразить Кирсака, который был коронован, прямо в сердце. И как раз в то мгновение, когда он целился, тетива вдруг оборвалась, он был этим сильно ошеломлен и, растерявшись, впал в отчаяние; и он вернулся назад во дворец» [117], с. 21.

О чем здесь говорится? Андроник выходит на галерею под самой кровлей храма Святой Софии и видит внизу уже венчаного императора Исаака Ангела. Андроник хочет застрелить его из лука. Но почему-то он этого не делает. По мнению Робера де Клари из-за того, что оборвалась тетива. Андроник очень переживает и уходит, не повторив попытки.

Возникает вопрос – есть ли что-нибудь подобное в Евангелиях? Да, есть, причем в эффектном виде. Матфей и Лука говорят следующее. Христос был искушаем Сатаной. При этом, в частности, Сатана «повел Его в Иерусалим, и ПОСТАВИЛ еГо НА КРЫЛЕ ХРАМА и сказал Ему: если Ты Сын Божий, бросься отсюда вниз, ибо написано: АНГЕЛАМ СВОИМ заповедает о Тебе сохранить Тебя; и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею. Иисус сказал ему в ответ: сказано: HE ИСКУШАЙ ГОСПОДА ТВОЕГО. И, ОКОНЧИВ ВСЕ ИСКУШЕНИЕ, диавол отошел от Него до времени. И возвратился Иисус в силе духа в Галилею» (Лука 4:9 – 14). См. также (Матфей 4:5–7).

Матфей прибавляет следующее: «Опять берет Его диавол НА ВЕСЬМА ВЫСОКУЮ ГОРУ и показывает ему все царства мира и славу их и говорит Ему: все это дам Тебе, если, пав, ПОКЛОНИШЬСЯ МНЕ. Тогда Иисус говорит ему: отойди от Меня, Сатана, ибо написано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи» (Матфей 4:8 – 10).

Теперь мы уже понимаем, что под именем Сатаны здесь может выступать Исаак Ангел, поднявший мятеж против Андроника-Христа, и ставший этой ночью императором. К тому же Робер де Клари сообщает, что Андроник увидел Исаака Ангела как нового царя, находясь на высоком крыле (галерее) под куполом храма. Следовательно, приведенный выше евангельский рассказ приобретает совершенно иной и достаточно прозрачный смысл.

Возведение Христа на крыло храма Сатаной – это вынужденное прибытие Андроника в Царь-Град, когда он взошел на подкупольную галерею храма Святой Софии. Отсюда, сверху, он видит Исаака Ангела – нового царя. По-видимому, между ними произошел какой-то разговор. И ЕВАНГЕЛИЯ ПОДРОБНО ПЕРЕДАЮТ НАМ ЭТУ БЕСЕДУ В ВИДЕ РАЗГОВОРА ХРИСТА С САТАНОЙ. Рассказывается о том, как Сатана – Исаак предлагает Христу-Андронику высокие должности в обмен на то, что тот признает себя побежденным и поклонится ему. Христос-Андроник отказывается и уходит. На старинном рисунке мы видим изображение этой сцены, см. рис. 2.50. Христос стоит на самой крыше храма, а внизу, на площади, находится Сатана. Они беседуют.

Рис. 2.50. Сатана, искушающий Христа на крыле храма. Миниатюра греческой Хлудовской псалтыри. Якобы IX век. Москва, Исторический музей. Взято из [95], т. 2, с. 413.

Кроме того, Евангелия сообщают нам и о душевном искушении Андроника-Христа в тот момент. С одной стороны ему хочется взять лук и застрелить Исаака. Но по каким-то причинам он отказывается от своего намерения. Возможно, понимая его бессмысленность. Либо действительно лопнула тетива. Тут сказать трудно. Это и есть евангельское искушение Христа диаволом – Сатаной.

На рис. 2.51 приведена картина Боттичелли «Сцены из жизни Христа: Искушение Христа; Очищение прокаженного». В самом ее центре изображен храм, на крыше которого стоят Христос и искушающий его Сатана. Очень любопытно, что Сатана представлен здесь не в фантастически-сказочном виде (рога, копыта и т. п.), а как обычный человек, см. рис. 2.52. Он одет в монашеское одеяние, в его руках посох. Вероятно, во времена Боттичелли еще помнили (хотя уже смутно), что в Евангелиях описана беседа Исаака Ангела с Андроником.

Рис. 2.51. Боттичелли. «Сцены из жизни Христа: Искушение Христа; Очищение прокаженного». (Сикстинская капелла). Дьявол, искушающий Христа, представлен здесь обыкновенным человеком. Все правильно. Под именем «Сатаны» в Евангелиях выступает, скорее всего, Исаак Ангел. Взято из [114], с. 201, илл. 192.

Рис. 2.52. Фрагмент картины Боттичелли. Сатана (Исаак Ангел) и Иисус (Андроник) стоят «на крыле храма». В руках Сатаны – четки и посох, на голове – капюшон. Взято из [114], с. 201, илл. 192.

Кстати, по поводу слова «диавол». Оно состоит из двух частей: ДИА-ВОЛ, то есть Бог Вол или Бог – Бык. Напомним, что ДИА означает Бог, а вол – это бык. Такое имя вполне подходит к Исааку Ангелу. Дело в том, что, по словам Никиты Хониата, он считал себя «быкообразным царем». Мы цитируем: «Исаак Ангел… показал себя государем, по-видимому, в высшей степени правосудным, несправедливо, впрочем, ПРИМЕНЯЯ К СЕБЕ И ПОСТОЯННО ПОВТОРЯЯ стихи из песни о БЫКООБРАЗНОМ ЦАРЕ» [141], с. 5. Таким образом, он сам себя называл царь-БЫК, что могло быть передано как Диа-Вол, Бог-Вол.

28.5. ЛУК ХРИСТА-АНДРОНИКА

В описаниях Никиты Хониата, Робера де Клари и других авторов, рассказывавших о падении Андроника, довольно много места уделяется тому, как Андроник во время мятежа лично стрелял из лука. Выше мы уже привели слова Робера де Клари: «Когда он (Андроник – Авт.) увидел его (Исаака Ангела – Авт.), то был сильно опечален этим и спросил у своих, нет ли у кого из них лука, и ему принесли лук и стрелу. И Андром взял этот лук и натянул его, думая поразить Кирсака (то есть Исаака – Авт.), который был коронован, прямо в сердце. И как раз в то мгновение, когда он целился, тетива вдруг оборвалась… И он вернулся назад во дворец… Спустя день после того, как Кирсак стал императором, на портале храма изобразили, каким чудом Кирсак сделался императором… и как тетиву лука, из которого Андром хотел его убить, оборвал ангел, потому что, как говорили, род Кирсака назывался Ангелами» [117], с. 23.

Об этом неудачном выстреле Андроника из лука пишет не только Робер де Клари. «Примерно ту же версию излагают венецианские источники и продолжатели Гийома Тирского» [117], с. 136.

Никита Хониат также, по-видимому, рассказывает об этом событии, хотя и не пишет, что Андроник стрелял именно в Исаака. Тем не менее, он подчеркивает, что Андроник действительно лично стрелял из лука в момент мятежа. Мы цитируем: «Что же касается Андроника – он, по прибытии в Большой дворец… решился вступить в бой с народом и стал собирать и приготовлять к сражению бывших при нем людей… Он и сам принял участие в сражении, ВЗЯЛ В РУКИ ЛУК и сквозь щели огромной башни, которая называется Кентинарием, бросал в наступающих стрелы» [140], с. 354.

Таким образом, все основные летописи, описывающие свержение Андроника, хором говорят о том, что Андроник лично стрелял или пытался выстрелить из лука. Более того, как мы видели, придя к власти, Исаак изобразил лук с порванной тетивой на стенах храма. Следовательно, луку Андроника и вообще этому событию придавалось исключительно большое значение.

Возникает вопрос – а что мы знаем о луке в связи с Христом? Евангелия ни о чем таком не говорят. Тем не менее, нам удалось найти изображения, по-видимому, говорящие о том, что о луке Христа в средние века еще помнили. На рис. 2.53 и рис. 2.54 приведены все тринадцать пролетов так называемой второй Лоджии Сикстинской капеллы в Ватикане, известной как «Лоджия Рафаэля». Если посмотреть на центральные подкупольные изображения, то мы увидим, что по крайней мере шесть из них изображают ангела, несущего лук, см. рис. 2.55. Другие пять – ангела с неким предметом, напоминающим золотой царский венец с тремя перьями, см. рис. 2.56. Еще на одном центральном изображении мы видим герб с двумя ключами Святого апостола Петра и папской тиарой наверху, см. рис. 2.57. Одно изображение нам разглядеть не удалось, так как оно попало на сгиб альбома [114]. Остальные изображения на потолках Лоджии Рафаэля рассказывают об основных событиях Ветхого и Нового Заветов. В частности, на рис. 2.58 представлен потолок тринадцатого пролета Лоджии Рафаэля в Сикстинской Капелле Ватикана. Роспись называется «Сцены из жизни Христа». Мы видим здесь пять больших картин – одну в центре и четыре по сторонам. На четырех боковых картинах изображены следующие сцены: Рождество, Поклонение Волхвов, Крещение и Тайная Вечеря. То есть четыре важнейших события из жизни Христа. Все они вполне обычные и полностью соответствуют Евангелиям. А вот центральное изображение, самое главное, напротив, очень необычно. Мы видим здесь ангела в белоснежных одеждах с золотыми крыльями. Прямо перед собой, в обеих руках, он держит огромный лук. Лук большой, украшен тремя драгоценными камнями, см. рис. 2.55. Тетивы на луке нет (оборвана?).

Рис. 2.53. Пролеты в Лоджии Рафаэля. Левая половина. Ватикан, Сикстинская капелла. Взято из [114], с. 366, илл. 336.

Рис. 2.54. Пролеты в Лоджии Рафаэля. Правая половина. Ватикан, Сикстинская капелла. Взято из [114], с. 367, илл. 336.

Рис. 2.55. Центральное изображение тринадцатого пролета Лоджии Рафаэля. Ангел несет массивный боевой лук без тетивы. Взято из [114], с. 380, илл. 358.

Рис. 2.56. Центральное изображение восьмого пролета Лоджии Рафаэля. Ангел несет предмет, похожий на царский венец с тремя перьями. Взято из [114], с. 375, илл. 349.

Рис. 2.57. Центральное изображение седьмого пролета Лоджии Рафаэля. Герб с ключами Святого Петра и папской тиарой. Взято из [114], с. 373, им. 346.

Рис. 2.58. Потолок тринадцатого пролета Лоджии Рафаэля. Ватикан, Сикстинская капелла. «Сцены из жизни Христа». Взято из [114], с. 380, илл. 358.

Мы видим, что согласно потолочным изображениям Лоджии Рафаэля, через всю Священную историю красной нитью проходят два предмета – лук и царский венец. С общепринятой точки зрения такое выделение лука и венца как символов Священной истории выглядит совсем непонятно. Но с точки зрения обнаруженного нами соответствия между Христом и императором Андроником Комнином, легко понять – в чем тут дело. Напомним, что, согласно христианскому учению, Христос существовал всегда и незримо присутствовал при всех событиях Священной истории. Поэтому предметы, связанные с Христом, могли изображать не только в новозаветных, но и в ветхозаветных сценах. Именно это мы и видим.