Популярная история мифологии

Считавшаяся олицетворением луны Диана впоследствии стала отождествляться с греческими Артемидой и Гекатой. Главным центром ее культа был город Арция. Рядом с ним лежало маленькое лесное озеро, называемое зеркалом Дианы, а на его берегу стояла священная роща со святилищем Дианы Немейской (Лесной). Одно из деревьев рощи охранялось царем-жрецом. Несмотря на такое громкое название, эта должность была доступна любому силачу, способному победить противника в открытом бою, поэтому царем-жрецом могли стать даже беглые рабы.

В легендах о Немейской роще (впрочем, как и во многих других римских сказаниях) отразилось влияние греческой мифологии. Согласному одному из мифов, основателем культа Дианы Немейской стал Орест , сын Агамемнона и Клитемнестры, бежавший из Тавриды вместе со своей сестрой. Другой миф рассказывает о том, что первым жрецом святилища Дианы стал греческий герой Ипполит, сын Тесея, погибший из-за навета своей мачехи Федры. Согласно этой версии, его оживил по просьбе Дианы Эскулап (у греков – Асклепий). Перенесенный своей покровительницей в Немейскую рощу, он воплотился к новой жизни под именем Вирбий. По мнению некоторых исследователей, Вирбий – дух дуба, женившийся на нимфе дуба Диане, который подвергался ритуальному уничтожению, после чего воскресал обновленным. В отличие от греческой Артемиды Диана не была богиней-девственницей, напротив, она считалась покровительницей деторождения и плодородия.

Празднества в честь Дианы проходили 13 августа, и в это время ее священная роща наполнялась людьми с горящими факелами в руках. На статуэтках, найденных в районе Немейской рощи, богиня также изображалась с факелом в руке. Это свидетельствует о том, что в ранние эпохи Диану отождествляли с Вестой.

Широкое распространение в Древнем Риме получил культ Венеры ( рис. 84 ). В древнейшие эпохи она считалась богиней садов. После распространения мифа об Энее ее стали отождествлять с греческой Афродитой, матерью героя. С этого времени Венера представлялась богиней красоты и любви, а также прародительницей римлян и покровительницей их города. Люди именовали ее прекрасной, лучезарной, милостивой, очищающей. Существовал еще один, несколько странный эпитет богини: иногда ее называли лысой – в память о подвиге римлянок, которые в период войны с галлами жертвовали свои длинные волосы на изготовление канатов. Своей покровительницей Венеру считали такие римские правители, как Сулла, Помпей и Цезарь.

...

Рис. 84. Венера и Марс

Когда в Риме распространились культы из покоренных стран Востока, богиню стали отождествлять с западно-семитской Астартой и египетской Исидой .

Из этрусского города Вольсиний в Рим пришел культ Вертумна ( Вортумна ), считавшегося богом изменения плодов до их созревания, а также божеством всяких перемен. Супругой его была Помона , богиня плодов и плодовых деревьев. По другой версии, она являлась женой Пика, бога полей и лесов. Праздник, посвященный Вертумну, римляне устраивали в августе. Миф о Вертумне и Помоне передал римский поэт Овидий в своих «Метаморфозах».

Красавица Помона проводила все свои дни в саду, ухаживая за плодовыми деревьями. Она не обращала никакого внимания на Венеру с ее дарами и потому отвергала всех, кто добивался любви прекрасной богини. Сатиры, фавны, старик Сильван (лесное божество, близкое Фавну) – все объяснялись ей в любви, но были отвергнуты.

Страсть к Помоне терзала душу прекрасного юного бога Вертумна, но и его девушка не замечала. Он приходил к ней, принимая облик воина, садовника, жнеца или рыбака, но каждый раз гордая красавица отвергала несчастного влюбленного. И тогда Вертумн придумал новую хитрость.

Явившись к предмету своих симпатий в образе старой женщины, он обнял Помону, поцеловал ее и уселся рядом на камень. Он сказал гордячке: «Посмотри на ясень, по которому вьется виноградная лоза. Если бы не она, ясень не был бы так красив, да и лоза лежала бы на земле, когда бы он не поддерживал ее. Неужели этот пример тебя не тронет и ты по-прежнему будешь избегать брака? У тебя так много женихов, больше, чем у прекрасной Елены. Выбери из них, иначе Венера и другие боги разгневаются».

Затем Вертумн, принявший облик старухи, рассказал Помоне о том, как боги покарали дочь Тифиса, Анаксарету , за то, что бессердечная отвергла любовь Ифиса . Ифис с горя покончил жизнь самоубийством, а когда его тело в день похорон проносили мимо дома Анаксареты, девушка подошла к окну.

Увидев своего поклонника на смертном ложе, она хотела отойти от окна, но внезапно почувствовала, что не может двинуться с места. Вскоре ее кровь застыла и взор потух. Так Анаксарета превратилась в камень, такой же холодный, каким было ее сердце, не знавшее любви.

Закончив рассказ, Вертумн принял свой обычный вид. Увидев перед собой прекрасного юношу, Помона поняла, как была не права, и согласилась стать его женой.

Богиней садов, плодов и урожая в древнейшие эпохи была Фортуна ( рис. 85 ). Она покровительствовала женщинам, которые лишь единственный раз выходили замуж. Праздник, посвященный ей, отмечался 11 июня и совпадал с празднованием дня Великой Матери (Матер Матута). Женщины обращались к ней с просьбами о ребенке и о легких родах. Позднее Фортуна стала воплощением судьбы и счастливого случая. По преданию, ее культ был введен в Риме правителем Сервием Туллием, который был сыном раба и по счастливому стечению обстоятельств (а также по воле богини Фортуны) стал римским царем. В благодарность он воздвиг в ее честь ряд святилищ. Алтари Фортуне ставили легионеры, выигравшие битвы, консулы и даже обычные римляне. Изображали ее по-разному: с рогом изобилия как дарующую богатство, на колесе, символизирующем переменчивость счастья, с повязкой на глазах. Нередко Фортуна представлялась рядом с пенатами, покровительствовавшими роду и фамилии.

...

Рис. 85. Фортуна

Образ Фортуны не оставлял воображение людей и по прошествии многих веков после падения Рима. Особенно популярной она была в эпоху Возрождения, когда деятели литературы и искусства стали придавать большое значение отдельной личности, способной противостоять обстоятельствам и проявлять свои дарования и таланты.

С миром растительности была связана и Флора – богиня цветов, садов и цветения колосьев. Считается, что ее культ был основан Титом Тацием, воздвигнувшим в честь Флоры алтарь. Таций дал ей фламина – своего жреца. С 28 апреля по 3 мая проводились празднества, посвященные Флоре, – флоралии. Люди украшали себя цветами и приносили в дар богине цветущие колосья. Позднее этот праздник был забыт, а в 173 году до н. э., после неурожаев, был восстановлен по указанию жрецов, разъяснявших сивиллины книги.

Распространен в Риме был и культ Геркулеса (греческого Геракла), так как многие его приключения происходили на Италийском полуострове. С одним из мифов о Геркулесе связано и само название «Италия». Перегоняя быков великана Гериона в Грецию, Геркулес заметил, что один теленок отбился от стада. Герой начал искать его, расспрашивая местное население, на языке которого телец назывался «витулус». От этого слова и пошло название «Виталия» – «страна тельцов». Со временем первая согласная исчезла, и появилась «Италия». Считается, что это сказание возникло в V веке до н. э. в среде греков, проживавших на территории Италийского полуострова.

Дионисий Галикарнасский, Ливий, Овидий и Вергилий выдвигают иную версию данного сюжета. По дороге в Грецию уставшего Геркулеса сморил сон. Он прилег под деревом, оставив быков пастись на поляне. Проснувшись, герой увидел, что исчезло несколько животных. Он начал их искать и вскоре обнаружил следы, ведущие в долину. Геркулес пошел по ним и оказался возле пещеры, которую охранял Какус (по древнейшим сказаниям – сын Вулкана, согласно более поздним мифам – разбойник, беглый раб царя Эвандра), имевший облик чудовища, изрыгавшего огонь. Вор затягивал быков под землю за хвосты, стремясь запутать следы, но герой, услышав мычание, бросился выручать свое стадо. Вступив с Какусом в бой, Геркулес убил его ударом дубины. Вскоре к месту сражения сбежались пастухи, поздравившие героя с победой. Прибыл и сам Эвандр , радующийся избавлению его земель от разбойника.

Позже на этом месте появился алтарь, на который сам Геркулес принес Юпитеру быка из своего стада. В дальнейшем жертвы возле этого святилища приносились уже самому Гераклу.

К фамильным римским культам имела отношение особая группа богов. Для Рима была характерна сплоченность родов, руководителями которых являлись патриархи – главы семей. Такой традиции соответствовал культ гения – бога-прародителя рода. Если у каждой женщины была своя юнона, то у каждого римского мужчины был собственный гений. Ему римлянин приносил дары в день своего рождения: венки, вина, цветы, и этот праздник отмечали все, кто жил вместе с ним в доме. Особенно значительным и важным был гений главы фамилии.

Позднее гений, мыслившийся как персонификация внутренних свойств, стал самостоятельным божеством, которое появлялось в мире вместе с человеком. Гений руководил мыслями и действиями своего подопечного, а когда тот умирал, блуждал недалеко от земли или присоединялся к другим богам. По убеждению древних римлян, гениев имели даже боги. Кроме того, известны гении легиона, колоний, театра, школы и т. д.

Символом гения являлась змея, но в более поздние эпохи это божество стало изображаться в антропоморфном виде. Гений римского народа был представлен как бородатый мужчина, одетый в плащ. В правой руке он держал рог изобилия, а в левой – чашу для жертвенных возлияний. Примерно таким образом выглядели и гении других городов, а также гении императоров ( рис. 86 ).

...

Рис. 86. Гений императора Октавиана Августа

Покровителями домов были пенаты , охранявшие жилища и кладовые, дававшие благосостояние. В древнейшие времена они являлись хранителями продовольствия, а позднее их влияние распространилось на весь дом и тех, кто живет в нем. Если семья переезжала на другое место, пенаты следовали за ней. Римляне помещали алтари, посвященные этим божествам, вблизи очага. Сюда они приносили дары, ставили маленькие глиняные фигурки богов. Существовали не только частные пенаты, но и государственные. Согласно легенде, их вывез из охваченной пожаром Трои Эней. С этого времени они стали бережно хранимыми святынями Рима и находились в храме Весты, где именно, знали лишь жрецы, которые никому не выдавали их имен и не показывали изображений. Пенаты покровительствовали лишь свободным гражданам, рабы же могли обращаться к другим богам – ларам ( рис. 87 ). Вероятно, культ ларов был связан с древнейшим обычаем хоронить умерших в их домах. Лары охраняли домашний очаг, а также земли фамилии, они наблюдали за соблюдением порядка в доме, обязанностей каждого члена семьи по отношению к детям, родителям, слугам и богам. Если кто-то нарушал правила, лары карали его. Алтарь ларов служил прибежищем для рабов, обижаемых хозяевами.

...

Рис. 87. Лар

Во время обеда лары тоже получали свою долю: еда для них ставилась в маленьких сосудах. Жертвы этим богам приносились в календы (первые числа каждого месяца), ноны (пятые числа) и иды (тринадцатые числа), кроме того, лары получали дары и во время важнейших для семьи событий – свадеб, рождения детей, отъезда или возвращения члена семьи из поездки.

Римляне поклонялись также ларам соседских общин. Их святилища были установлены на перекрестках дорог. Здесь устраивались жертвоприношения и праздники – компиталии, на которые собиралось все население местности. Существовали также лары дорог, защищающие путников; лары морского пути, покровительствующие мореплавателям; лары полей сражений.

Связь с ларами имели боги маны , принимавшие умершего в могиле. Вообще в древнейшее время римляне, в отличие от греков, не выработали достаточно четких представлений о загробной жизни. Царство Диса ( Плутона ) имеет отношение к подземному миру греческого Аида и его жены Персефоны (у римлян – Прозерпины). Но эти воззрения появились позднее, а на ранних этапах существования Рима его жители верили, что жизнь у человека забирает Морс , богиня смерти. Бог Цекул закрывает умирающему глаза, а Видуус исторгает душу из тела. Но наиболее почитаемыми все же были маны, которым во время похорон прямо на могиле приносились жертвы.

Умершие чтились римлянами так же, как и боги. Считалось, что они вместе с ларами и пенатами охраняют жилище. В их честь в феврале проходили празднества.

Согласно верованиям римлян, души умерших иногда могли возвращаться туда, где жили до своей кончины. Случалось такое, если их не погребали должным образом. Тогда они становились лемурами ( ларвами ) – привидениями, способными бродить по ночам по земле и приносить живым зло. В лемуров превращались также погибшие злодеи или невинно убиенные. Чтобы отвратить от себя этих злых духов, римляне 9, 11 и 13 мая устраивали праздники – лемурии. В эти дни двери храмов были закрыты, не заключались браки.

Если лемуры поселялись в доме, глава семьи мог их изгнать, совершив такой обряд. Встав ночью, он должен был омыть руки и взять в рот черные бобы, а затем, не оборачиваясь, бросать их через плечо. При этом следовало повторить девять раз, что бобами он искупает себя и своих близких. После этого нужно было девять раз ударить в медный таз и попросить злой дух уйти из дома. Считается, что этот обряд установил призрак убитого Ромулом Рема, явившийся своим воспитателям – пастуху Фаустулу и его жене Акке Ларентии .

Чтобы заручиться поддержкой богов, римляне совершали культовые обряды, приносили своим покровителям дары и жертвы. При этом следовало точно выполнять все этапы ритуальных действий и правильно произносить слова молитвы.

Если в чем-то допускалась ошибка, нужно было повторить обряд до тридцати раз. Именно от верований древних римлян идет хорошо знакомое и в наши дни слово «религия» (латинское religio), означающее «выполнение ритуала».

Римляне постоянно устраивали церемонии очищения храмов, домов, полей. При этом торжественная процессия обходила очищаемый объект, возносила богам молитвы и проводила жертвоприношения. Таким образом изгонялась нечистая сила и отвращались неприятности и беды.

Мифология города Рима и его властителей

Постепенное развитие государственности, а затем и завоевание стран Средиземноморья повлекли изменения в пантеоне богов. Древнейшие римские божества стали отождествляться с греческими. Некоторые из них, например Аполлон (Феб) ( рис. 88 ), не имевший в Риме аналогов, целиком были заимствованы из греческой мифологии. Усложнились и функции богов (Меркурий, бог торговли, стал проводником в царство мертвых, а Венера, богиня садов, трансформировалась в покровительницу любви).

...

Рис. 88. Аполлон

Значительное место в римской мифологии отводилось сказаниям об истории города Рима. В основе их лежала история Энея и его потомков, а также легенды о первых правителях города и его героях.

Широкое распространение получил миф о создании Рима. Классический вариант этого мифа пересказан Вергилием в его героическом эпосе «Энеида». Делая Энея своим родоначальником, римляне, таким образом, считали себя преемниками греческой цивилизации. Благодаря этому мифу Рим становился второй Троей, а его жители – потомками богини Афродиты, матери Энея.

Эней , сын пастуха Анхиса и богини Афродиты, воспитанный горными нимфами, в начале Троянской войны не принимал участия в сражениях. И лишь когда Ахилл изгнал его из родных мест, он встал в ряды защитников города. Спастись от смерти ему помогли Афина, Аполлон и Посейдон. Морской бог, враждебно относившийся к троянцам, все-таки помог одному из них – Энею. Мужественный и смелый Эней готов был разделить участь других героев, но, узнав волю богов, приказывавших ему оставить город, он взял с собой отца Анхиса и малолетнего сына Аскания (Юла). Прихватив также изображения троянских богов, Эней отправился искать место, где можно было бы начать новую жизнь.

Побывав во Фракии, Македонии, на островах Крит и Делос, в Лаконии и Аркадии, на островах Ионийского моря и в Эпире, он оказался у берегов Сицилии. Здесь Эней похоронил умершего отца. Чтобы почтить память Анхиса, он устроил на его могиле погребальный обряд с играми.

Затем его корабли, попавшие в страшный шторм, прибило к карфагенскому берегу. Здесь его встретила карфагенская царица Дидона, полюбившая героя. Но эта любовь для нее закончилась трагически. Боги велели Энею плыть дальше, а покинутая Дидона, взойдя на костер, вонзила себе в грудь меч своего бывшего возлюбленного. Гибель Дидоны объясняет войны, которые позднее Карфаген вел против Рима.

Следующую остановку путешественник совершил в италийском городе Кумы, где с помощью Кумской сивиллы оказался в царстве мертвых. Он узнал о своем будущем и о своих потомках.

Дальнейший путь Энея лежал в город Лаций. Его царь Латин согласился отдать герою в жены свою дочь Лавинию и предоставить место для постройки нового города. Герою пришлось сражаться с соперником, вождем местного племени рутулов Турном, который также мечтал стать мужем Лавинии. Мужество Энея и его воинов, а также помощь богов позволили ему одержать над Турном победу. На новом месте Эней выстроил город, названный в честь жены Лавинием. Он начал вести войну со своими соседями-этрусками и в одном из сражений погиб. Вскоре воины увидели своего предводителя, облаченного в сверкающие доспехи, и поняли, что боги оживили его и взяли к себе на небо.

Сын Энея Асканий ( Юл ) через некоторое время оставил Лавиний и недалеко от Альбанской горы выстроил новый город. Он получил название Альба-Лонга (Длинная Альба). А римские императоры, в том числе Юлий Цезарь и Октавиан Август, стали считать себя потомками Юла, объявив таким образом всем о своем божественном происхождении.

Троя пала в 1184 году до н. э., а Рим был основан несколько веков спустя, в 754 году до н. э. Поэтому римляне в дальнейшем стали приписывать основание великого города не Энею, а его потомкам, происходящим от царей Альба-Лонги.

Легенда об основании Рима связана с именем Ромула . Существовало несколько версий рождения Ромула и его брата-близнеца Рема . Согласно одной из них, они были внуками или даже сыновьями Энея, но хронологическое несоответствие стало причиной появления иных мифов. Первый представляет их сыновьями дочери (или рабыни) альбанского царя Тархетия и лара, духа домашнего очага. Второй гласит, что Ромул и Рем были детьми дочери царя Нумитора, Реи Сильвии, и Марса. Амулий отстранил от власти своего родного брата Нумитора, убил его сыновей, а дочь Рею Сильвию сделал весталкой. Когда у нее родились близнецы, злодей Амулий заточил ее в башне, а детей бросил в воды Тибра.

Течение реки вынесло младенцев на берег, и там, под большой смоковницей, их увидела волчица, вскормившая Ромула и Рема своим молоком. Затем мальчиков обнаружил пастух Фаустул и Акка Ларентия.

Когда Ромул и Рем выросли, они узнали о своем происхождении и отомстили Амулию. Собрав войско из разбойников и беглецов, они убили своего обидчика, освободили из заточения Рею Сильвию и вернули трон Альба-Лонги Нумитору, а сами решили основать новый город.

Но, прежде чем начать строительство, они стали ждать божественного знака, и вскоре боги послали им знамение – авгурий. Этим знамением стали коршуны, причем Рем увидел на Авентинском холме шесть птиц, а Ромул на Палатине – двенадцать. Последняя цифра означала двенадцать веков существования Рима. Таким образом, Ромул стал первым римским авгуром – жрецом, определявшим волю богов по поведению птиц. Авгуральный жезл Ромула, с помощью которого на небе отмечались зоны будущего полета птиц, римские жрецы свято хранили в курии салиев. Согласно легенде, этот жезл остался целым после сильного пожара, охватившего курию.

Божественное знамение стало причиной ссоры братьев: Рем позавидовал Ромулу, которому боги послали больше коршунов, и набросился на него. Между близнецами произошло сражение, в ходе которого Рем был убит.

После смерти Рема Ромул основал город, который, по этрусским обычаям, назвал своим именем и стал его первым правителем. Он создал сенат, всадничество и военные легионы и разделил все население Рима на патрициев и плебеев. Стремясь увеличить население города, царь основал в священной роще бога Лукариса убежище для беглых рабов и странников. Однако соседние племена не желали выдавать своих девушек за них замуж, поэтому Ромул разработал план похищения сабинянок, приглашенных на праздник. Из-за этого вскоре разгорелась война римлян с соседями. Женщинам удалось уговорить мужей прекратить войну, и после восстановления мира римляне и сабиняне объединились, а Ромул поделился властью с сабинским царем Титом Тацием. Объединившиеся племена стали именоваться «римским народом квиритов». А к римским женщинам с тех пор стали относиться с большим почтением, мужчины чествовали их на специально учрежденных праздниках – матроналиях.

После смерти Тита Тация Ромул стал управлять городом один. Он вел войны с соседними племенами, а завоеванные земли раздавал простому народу. Это возмущало патрициев, и когда на 38 году своего правления Ромул внезапно исчез, люди решили, что его убили сенаторы. Однако вскоре он явился своему другу, Юлию Прокулу, и сообщил, что боги взяли его на небо и сделали богом Квирином, покровителем Рима.

Римская мифология повествует о шести царях (вместе с Ромулом), избиравшихся свободными гражданами города. Следующим после Ромула правителем стал Нума Помпилий . Он был мудр и почитал богов, и потому во время его властвования народ Рима процветал. Эпидемии и войны обходили город стороной, а боги всегда покровительствовали ему. Они послали Нуме щит с неба, который и защитил город. По приказанию царя был возведен храм Весты, называемый храмом Верности. Возлюбленной Нумы после кончины его супруги стала нимфа источника Эгерия. Общаясь с ней, правитель стал еще более мудрым и гуманным. Когда же он умер, весь народ Рима оплакивал его.

Следующим на трон взошел Тулл Гостилий . Этот царь придерживался завоевательной политики, начатой самим Ромулом. Обвинив население жителей Альба-Лонги в краже у римлян скота, он стал организатором поединка братьев Горациев, уроженцев Рима, с альбанцами, братьями Курациями. В живых остался один из Горациев, он и стал победителем. В результате Альба-Лонга попала под власть Рима. Существует легенда о том, как сестра Горация, Камилла, оплакивала смерть своего жениха, одного из Курациев. Возмущенный отсутствием у сестры патриотических чувств, Гораций убил ее. Но после того, как он принес очистительные жертвы, Гораций был оправдан народом.

Жители Альба-Лонги, мечтая освободиться от римского ига, роптали и возмущались. Тулл Гостилий пошел на хитрость, убедив и римлян, и альбанцев в том, что во всех бедах виноват царь Альба-Лонги, Меттий. Он приказал схватить его и казнить как предателя. Затем царь Рима разрушил город соперника, а его жителей увел в Рим. Но тут возмутились боги. И хотя Тулл Гостилий пытался унять их гнев с помощью даров и жертв, вскоре он пал, сраженный молнией Юпитера.

После смерти третьего правителя Рима царем стал внук Нуна Помпилия, Анк Марций . Он был также умен и благочестив, как и его дед, но отличался и воинственностью. В годы его правления римляне воевали со своими соседями и захватывали их земли. Границы Рима расширялись, его население увеличивалось за счет жителей завоеванных городов. Анк Марций выстроил новый порт Остию в устье Тибра, перекинул с одного берега Тибра на другой деревянный мост, возвел храмы Юпитеру, Юноне и Минерве. Он ввел и новую церемонию, ранее неизвестную римлянам, – объявление войны другому государству. Ее составной частью было обращение к богам и ожидание их положительного или отрицательного ответа. Анк Марций царствовал 24 года и снискал себе в народе славу и уважение.

Следующим римским правителем стал этруск Тарквиний Древний . Он находился у власти 38 лет и оставил процветающее государство. Сформировав большое и сильное войско, он ввел в нем железную дисциплину. Погиб Тарквиний Древний от рук сыновей Анка Марция, когда-то отстраненных им от римского престола. Но следующим царем стал не потомок Анка Марция, а воспитанник Тарквиния Древнего, Сервий Туллий , которого возвела на престол вдова Тарквиния, Танаквиль, посчитавшая, что он будет лучше управлять страной, чем ее сыновья.

Этруск по происхождению, Сервий Туллий прославился тем, что одержал ряд крупных побед над этрусскими городами. Как и его предшественник, он умер не своей смертью. Его убийцами стали собственная дочь и ее муж Луций, сын Тарквиния Древнего.

Луций , прозванный Тарквинием Гордым, стал последним этрусским царем Древнего Рима. Его правление было ознаменовано страшными, кровавыми событиями. По собственному желанию, не советуясь ни с кем, он начинал войны и также внезапно прекращал их. Тарквиний Гордый расправлялся с неугодными, а порой уничтожал и собственных союзников. Такой же жестокостью отличались и сыновья царя. Народ начал роптать, а после преступления сына Тарквиния Гордого, Секста Тарквиния , обесчестившего благородную Лукрецию, жену Коллантина, и ее самоубийства, племянник царя Луций Юний по прозвищу Брут (Тупица), поднял восстание. Его семья погибла от рук тирана, а сам он остался в живых лишь потому, что притворился слабоумным. Брут призвал сограждан к действиям, и они лишили Тарквиния Гордого власти и вы-гнали из города вместе с семьей. С этого времени началась эпоха республики и вместо царя Римом стали управлять консулы Юний Луций Брут и Луций Тарквиний Коллантин .

Но Тарквиний Гордый не мог так просто смириться. Действуя подкупами, он организовал заговор, участником которого стали сыновья Брута. Когда заговор был раскрыт, по решению народа предателей казнили.

Но Тарквиний Гордый не успокоился и попытался вернуть власть с помощью этрусков. В сражении с ними погиб один из консулов, Юний Луций Брут, убитый сыном Тарквиния Гордого. Римляне отразили нападение врагов, а Брута похоронили с высочайшими почестями. Тогда Тарквиний направил на город еще большее войско во главе с этрусским царем Порсеной, и, не выдержав натиска, защитники Рима обратились в бегство. Этрусков остановил Гораций Коклес. Он приказал разрушить мост и в одиночку встретил неприятеля. Остановивший вражеское нашествие герой был встречен в Риме восхищенными гражданами, которые засыпали его своими дарами. На главной площади города вскоре появилась статуя Горация Коклеса.

Но войско этрусков, не сумевшее завладеть городом, осадило его, что привело к голоду и эпидемиям в Риме. Чтобы спасти свою страну, молодой римлянин Гай Муций пробрался в этрусский лагерь, надеясь убить царя Порсену. Но вскоре он был схвачен и предстал перед царем. Порсена потребовал от него сведений о планах защитников Рима, угрожая сжечь Гая Муция живьем, однако мужественный юноша подошел к костру и сунул свою правую руку в его пламя. Изумленный его отвагой и презрением к физическим страданиям, Порсена отпустил пленника. Начав переговоры с римлянами, он узнал, что триста жителей Рима дали клятву убить его. Это заставило этруска собрать войско и вернуться домой. А Гай Муций, прозванный Сцеволой (Левшой), в это время принимал от граждан Рима подарки и всяческие знаки любви и уважения.

В эпоху поздней республики, в 42 году до н. э., спустя всего два года после убийства Юлия Цезаря, по решению сената погибший император был причислен к богам и его культ стал распространяться на территории Италии. Следующего императора, Октавиана Августа, начали обожествлять еще при жизни. День его рождения объявили священным, а после смерти правителя его гений стал государственным божеством. В это время сформировалась даже новая коллегия жрецов-августалов, в обязанности которых входил контроль за соблюдением официальных обрядов и церемоний.

С 31 года до н. э., во времена империи, религиозные воззрения римлян в значительной степени изменились. Октавиан Август, поставивший цель возродить древние религиозные традиции, вновь вызвал к жизни коллегии жрецов и забытые праздники. По его приказу был построен храм Венеры и Марса.

С этого времени императоры стали отождествлять себя с богами, а их жены – с богинями. В то же время обострение социальных противоречий, отстранение народа от участия в управлении государством и утрата Римом статуса гражданской общины привели к тому, что римский миф перестал быть таким популярным, как прежде. Простой народ, потеряв интерес к официальным богам, продолжал поклоняться древнейшим божествам. Наиболее почитаемыми оставались Геркулес, Бона Деа, Сильван и др. В обиход вошли религиозные культы других государств: египетской Исиды, эллинистического Сераписа и греко-фригийской Кибелы.

Значение римской мифологии

Легенды и мифологические образы Древнего Рима оказали большое влияние на культуру многих европейских стран. У греков главное место занимали мифы о происхождении космоса и земли, а также сказания о богах и героях. Римляне же особое значение придавали истории самого Рима, сказаниям о его правителях и героях, а также совершенному для того времени гражданскому кодексу, который поддерживал в людях чувство патриотизма и долга перед своим государством и его народом.

Римские мифы рассказывали о подвигах консулов и простых граждан, показывали мужество людей, сплотившихся перед лицом грозной опасности.

Римская мифология необычна и тем, что в ней впервые появился образ великого города Рима, родины героев и славных традиций. Мифологизация римской истории помогала формировать национальное самосознание и воспитывать молодежь в духе патриотизма. Не случайно любимым жанром в римской литературе стал исторический.

Сюжеты и образы римской мифологии, равно как и истории, привлекали деятелей европейского искусства. Древнеримские герои обрели вторую жизнь в произведениях европейских драматургов XVI–XVII столетий (Ж. Расин, У. Шекспир и др.), а также литераторов более поздних эпох. К римским мифам часто обращались скульпторы и художники, особенно привлекали они мастеров эпохи Возрождения и классицистов.

ИНДИЙСКАЯ МИФОЛОГИЯ

Примерно к V тысячелетию до н. э. в долине Инда сформировалась протоиндийская, или хараппская, цивилизация. Ее путь развития оказался предопределен благодаря благоприятному для земледелия и скотоводства климату тех мест.

Центрами же протоиндийской цивилизации являлись города Хараппа и Мохенджо-Даро. Уже в то время в указанных населенных пунктах имелись достаточно совершенные (даже по сравнению с современными) системы водоснабжения и канализации. Купальни и туалеты были в каждом доме.

Хараппа имела тесные торговые отношения с государствами Двуречья. Несмотря на то что цивилизация исчезла примерно в первой половине II тысячелетия до н. э., следы ее заметны в истории различных народов Индостана.

Кастовая система, которая и в наши дни составляет основу структуры индийского общества, сформировалась в глубокой древности. Высшей кастой считалась каста жрецов, называвшихся брахманами, затем выделялись касты воинов, свободных ремесленников и земледельцев, зависимых ремесленников и земледельцев (кшатрии, вайшьи и шудры соответственно).

Следует заметить, что вообще индийская культура испытала немало влияний извне: так, в IV веке до н. э. индийцы столкнулись с армией Александра Македонского, а еще ранее через северо-западные индийские земли прошли персидские войска. Наивысший расцвет индийская цивилизация переживала во времена правления представителей династии Мауриев. Именно тогда, при царе Ашоке, государственной религией Индии становится буддизм, который со временем распространяется и за пределы этой страны – в Китай, Японию и страны Юго-Восточной Азии.

Насколько богата и разнообразна древнеиндийская культура в целом, настолько интересна и одна из малых ее составляющих – мифология. В индийских мифах нашли свое отражение и яркие краски природы, и сложная этническая история государства. Однако понять индийский миф – дело не простое, так как в данном случае приходится столкнуться не с одной, а с несколькими мифологиями, сохраняющими связь и преемственность и в то же время отличающимися друг от друга. Среди многочисленных вариаций выделяются три основные мифологии: ведийская, буддистская и индуистская , каждая из которых имеет собственные священные тексты.

Достаточно сложное соотношение трех перечисленных мифологических систем определяется сочетанием культурно-исторических, этнолингвистических, мировоззренческих и пространственно-временных факторов. Хотя они и располагают довольно обширным общим фондом мифологических сюжетов и персонажей, между этими системами существуют глубокие различия.

Все они обладают самостоятельностью и самодостаточностью. Однако, поскольку все три мифологические системы сосуществуют во времени, некоторые исследователи описывают индийскую мифологию как единую систему, различия между отдельными частями которой определяют как несущественные.

Ведийская мифология

Основным источником для изучения ведийской мифологии и, кроме того, самым древним памятником индийской словесности являются Веды. Они представляют собой сборники заклинаний, молитв и гимнов духам и богам, которые исполнялись во время жертвоприношений и других религиозных обрядов.

Формирование самих культов началось на рубеже II–I тысячелетий до н. э., т. е. в то время, когда арии, покинув места своего первоначального обитания в Пенджабе, переселились в долину Ганга.

Процессы становления первых государств ариев повлекли за собой складывание официальных культов и формирование жреческого сословия. Вероятно, сборники древних священных текстов составлялись на протяжении X–VI веков в специальных учебных заведениях, где готовили жрецов.

Наиболее архаический материал вошел в сборник под названием Ригведа , что означает «Веда гимнов». Гимны, естественно, не содержат связного рассказа о духах и богах, но само их существование говорит о том, что у создателей подобных текстов имелись вполне определенные представления о тех и о других.

В настоящее время ученые, основываясь на гимнах Ригведы и Ведах, воссоздают то, что мы называем мифами.

Самыми ранними мифами Вед являются легенды о происхождении мира, что неудивительно, так как на протяжении столетий в разных частях света люди не раз ломали себе голову над вопросами, откуда все, что нас окружает, и как появились мы сами.

Индийские мифы о происхождении мира можно разделить на две группы: о сотворении мира и о защите его от чудовищ, готовых его поглотить и ввергнуть в изначальный хаос. Приведем пример самого раннего описания создания мира, даваемого в Ведах.

«Вначале не было ни сущего, ни не сущего. Не было ни воздушного пространства, ни неба над ним. Не было ни смерти, ни бессмертия. Не было дня и ночи. Но было нечто, что дышало, не колебля воздуха. И не было ничего, кроме него. Мир был сокрыт мраком. Все было неразличимой пучиной, пустотой, порожденной силой жара. Первым пришло желание, семя мысли. Потом появились боги. Но создали ли они мир? Откуда это творение появилось? Не создало ли оно себя само? Надзирающий над миром в высшем мире может об этом знать, а может и не знать».

Данный отрывок является наиболее отвлеченным: не упоминается ни один бог, ни один персонаж. Вместе с тем этот текст опровергает довольно распространенное мнение о том, что люди, жившие в глубокой древности, не были способны к абстрактному мышлению. Но рассмотрим еще несколько более поздних мифов из Вед.

Воды возникли ранее всех иных творений. Они породили огонь. Огнем же в них рождено золотое яйцо. Неведомо, сколько лет оно плавало в безбрежном и бездонном океане. Из золотого зародыша в яйце возник прародитель Брахма. Он расколол яйцо. Верхняя часть скорлупы стала небом, нижняя – землей, а между ними Брахма поместил воздушное пространство. На земле, плавающей среди вод, он определил страны света, положил начало времени. Так была создана Вселенная.

Оглядев все вокруг, Брахма увидел, что он один. И стало ему страшно. Поэтому он силой мысли породил из своих глаз, своих уст, правого и левого уха, из ноздрей шестерых сыновей. От них пошли боги, демоны, люди, птицы и змеи, исполины и чудовища, жрецы и коровы и многие другие существа, населяющие все три мира.

Передав власть богам и демонам, Брахма отправился отдыхать в тени, под ветвями шелковичного дерева. Отдых Брахмы, его день, будет длиться миллиарды лет, пока не придет ночь Брахмы и созданный им мир вновь не станет огромной массой воды, которой придется ждать своего часа, рождения нового мирового яйца и появления нового творца Брахмы.

В связи с отрывком хотелось бы отметить, что мировое яйцо фигурирует во многих мифологиях: например, в египетском мифе мир возник из яйца, снесенного птицей великий Гоготун. Шелковичное дерево, упоминающееся в этом же тексте, не что иное, как Мировое древо, присутствующее во всех космогонических мифах.

Следующий отрывок из Ригведы объясняет не только то, как появился мир и люди, но как возникло социальное неравенство.

Сначала не было ничего живого, кроме первочеловека, тысячеголового, тысячеглазого, тысяченогого гиганта Пуруши. Лежал он, покрыв землю своим огромным телом, и еще возвышался над нею на десять пальцев. Ведь Пуруша – это Вселенная, которая была и которая будет. Таковы его величина и величие. Подступили к Пуруше боги, привязали, как животное при жертвоприношении, облили маслом и разделили на части. Его рот стал брахманом, руки сделались кшатрием, бедра – вайшьей, из ступней ног возник шудра. Луна родилась из его души, из глаз – солнце, из уст – Индра и Агни, из дыхания родился ветер, из пупа – воздушное пространство, из головы – небо, из ног – почва, из уха – стороны света. Так из первочеловека возникли миры.

С помощью Вед также удается узнать имена богов и выстроить их на иерархической лестнице. При этом первое, что бросается в глаза, – многочисленность божеств, олицетворявших различные силы природы, от которых всецело зависел человек.

Бог по имени Варуна предстает в Ведах не только владыкой вод, небесных, земных и подземных, но и их воплощением. Причем, поскольку индоарии считали воду первоосновой всего сущего, данного бога почитали также и как творца мира. Однако впоследствии многие его первоначальные функции переходят к богу-воителю Индре, а за Варуной остается звание хранителя космического порядка и человеческих законов, вершителя правосудия. Здесь следует заметить, что божеству, занимающему такое высокое положение, присущи и чисто человеческие черты. В подтверждение тому можно привести миф, главным действующим лицом которого как раз и выступает Варуна. Кроме того, с помощью данной легенды, как будет видно дальше, древние индийцы попытались объяснить и то, что их очень интересовало: почему одна из индийских рек не вливается в океан, как остальные.

Итак, Варуна, бог вод, на протяжении долгого времени любил прекрасную Бхадру, дочь Сомы, бога Луны, и мечтал сделать ее своей женой. Однако отец и дед девушки хотели выдать ее замуж за великого мудреца Утатхью. Тогда великий Брахма, главный в триаде верховных божеств индуистского пантеона, который в дальнейшем был также наделен титулом творца Вселенной, призвал к себе благочестивого мудреца и отдал ему дочь Сомы. Но Варуна не смирился с потерей любимой. Улучив момент, он выкрал ее из отшельнической обители Утатхьи и увел в свой великолепный дворец, украшенный драгоценными камнями и жемчугом и стоящий на дне морском.

Утатхья, узнав о похищении жены, послал к Варуне небесного мудреца Нараду, вестника богов. Тот спустился в подводное царство и предстал перед Варуной. «Ты – хранитель мира, а не разрушитель, о Варуна! – сказал он. – Зачем же ты похитил у мудрого Утатхьи жену, отданную ему по закону отцом и дедом ее? Ты должен вернуть ее немедля!»

На это Варуна ответил: «Я люблю ее и не могу с ней расстаться. Уходи прочь!» И, схватив Нараду за горло, он выбросил его из своего дома. Небесному мудрецу не оставалось ничего другого, как вернуться к Утатхье со словами: «Варуна не хочет возвращать твою жену. Он выгнал меня из своего дома. Возвращай ее сам, как знаешь, о великий подвижник!»

Утатхья выслушал Нараду, и овладел им гнев. Он обратился к священной реке Сарасвати и пожелал, чтобы она перестала течь в океан и затерялась в песках пустыни. И такова была сила его подвижничества, что Сарасвати подчинилась его желанию и затерялась в песках пустыни на своем пути к океану. Многие другие мелкие реки просто пересохли и перестали наполнять водой океан. Земле Утатхья повелел, чтобы в тех местах, где раньше были обширные озера, стала суша. И силой своего подвижничества он осушил и сам великий океан.

Данные бедствия, обрушившиеся на царство вод, повергли в уныние его владыку. Долго упорствовал он, но, когда лишился последних владений, покорился и отвел прекрасную Бхадру к Утатхье. Последний на радостях вернул Варуне его воды, только река Сарасвати с тех пор уже не достигает океана; обмелевшая, она кончает свой путь в пустыне.

Бог Индра заслуживает отдельного внимания не только потому, что со временем он занял место Варуны. В дальнейшем Индра также стал одним из локапал – божеств, управляющих сторонами света (востоком, западом и т. д.). Кроме того, он является наиболее популярным мифологическим персонажем Вед. Так, в Ригведе ему посвящено около 250 гимнов, т. е. больше, чем любому другому божеству.

Отдельным богам древние индийцы предписывали различные проявления солнечной активности. Так, главным солнечным богом считался Сурья ( рис. 89 ), чьим глазом и было, собственно, солнце. Именно он разгонял ночной мрак, передвигаясь по небу на солнечных лучах, наделял людей богатством и здоровьем. Другой солнечный бог, по имени Пушан, (расцветающий) олицетворял плодоносящую силу солнца, разъезжая по небу на колеснице, запряженной козлами и козами – животными, приносящими потомство в большом количестве. Еще одно божество солнца – Савитар , в чьи обязанности входит пробуждать Вселенную ото сна с помощью света.

...

Рис. 89. Бог Солнца Сурья

К группе солнечных богов принадлежит и Вишну – одно из главных космических существ высшего порядка, но в Ведах оно предстает как второразрядное божество и только со временем выходит на первый план, отодвигая Индру.

Одним из главных богов у индийцев считался Дьяус , повелитель неба, супруг богини земли Притхиви – старейшее, хотя и не самое могущественное из божеств. Его атрибутами были гром и молния. Изображали Дьяуса, как правило, в виде красного ревущего быка или в виде черного скакуна, украшенного жемчугом. В Ведах есть миф, повествующий о том, как бог лишился своей силы и на долгое время стал просто человеком. Случилось это, согласно древней легенде, следующим образом.

Однажды Дьяус вместе со своей женой пришел в заповедный лес, где он увидел чудесную корову Нандини, исполняющую все желания. Божественная корова была дарована великому мудрецу Васиштхе, владевшему тем лесом. В ту пору благочестивый Васиштха отлучился из своей обители.

«Взгляни, – сказал своей супруге Дьяус, – вот чудесная корова мудрого Васиштхи. Смертный, который отведает ее молока, будет жить 10 тысяч лет, не зная недугов и старости».

Тогда супруга Дьяуса загорелась желанием получить во владение корову, чье молоко дарует долголетие. «Есть у меня на земле среди смертных подруга, царевна племени ушинаров, – сказала она. – Ради нее я хочу иметь эту корову. Приведи ее мне!»

И, желая угодить своей лотосоокой жене, Дьяус похитил корову Васиштхи.

Вернувшись в свою обитель, Васиштха не нашел в лесу волшебной коровы Нандини. Внутренним зрением он обнаружил истину и узнал похитителя. Великий подвижник обрел умерщвлением плоти и благочестием безмерное могущество. Он проклял Дьяуса и вернул себе корову. Силой этого проклятия гордый бог лишился своей небесной обители и на долгие годы выпала ему доля смертного человека.

Как и другие индоевропейские народы, индийцы почитали зарю в виде юной девы, выезжающей на ночное небо на сверкающей колеснице. Деву эту звали Ушас , и была она матерью небесных близнецов Ашвинов , которые дарят мед пчелам, лечат им богов и людей. При этом их методы исцеления достаточно оригинальны: например, однажды они пришили кобылице железную ногу взамен сломанной.

В группу божеств воздуха входит бог Рудра , олицетворяющий разрушительную силу грозы и обладающий даром перевоплощения. Живет он в труднодоступном месте, привечая там у себя разбойников и бродяг. У порядочных людей Рудра пользуется недоброй славой, а потому на официальных жертвоприношениях ему достается довольно мало даров.

В целом Рудра – бог опасный, разящий людей и животных не только молниями, но и различными болезнями и ядами. Однако, распоряжаясь смертью, он вместе с тем волен даровать и жизнь по своему усмотрению, поэтому его почитают как царя трав, давшего людям тысячу лекарств.

Бог по имени Вайю является воплощением ветра. Откуда он родом, древние индийцы точно определить не берутся, но зато знают, как вы-глядит Вайю, и его привычки: этот бог тысячеок, разъезжает в колеснице, запряженной парой коней, но может впрягать в нее и 100 тысяч скакунов. Он очень проворен и никогда не отдыхает. В некоторых случаях Вайю предстает в роли возницы Индры.

Парджанья (дождевое облако) изображается в виде коровьего вымени, молочного ведра, бочки, бурдюка. Он оплодотворяет землю, обеспечивая богатый урожай. Парджанья – вечный спутник Индры и Вайю, помогающий им уничтожать демонов.

Собственно землю воплощает богиня по имени Притхиви. Ее функции многочисленны: она является основанием земли, опорой гор, держательницей деревьев, опекуншей душ умерших и детей. Она же – корова, дающая молоко, мед и топленое масло. Со временем ее многочисленное потомство стало выполнять ее функции и получило большую популярность, особенно среди простых людей.

Агни (огонь) является богом жрецов, и без него не может обойтись ни одна церемония жертвоприношения. У Агни нет ног и головы, поэтому его изображений в виде человека практически не встречается. Как огонь он прекрасен, способен изменять свои формы, стремиться ввысь, достигая небес, смотреть четырьмя глазами или тысячью. Приносящие жертву вливают в огонь топленое масло, и потому волосы, плечи, лицо и глаза Агни маслянисты. Он вооружен луком и разъезжает на огненной колеснице, запряженной лошадьми, чья шерсть по цвету напоминает золото.

Нельзя установить место рождения Агни, так как огонь может возникнуть где угодно.

Нет у этого бога и постоянного места жительства: блеснув в небе, он может в одно мгновение спуститься на землю в виде молнии и тут же поселиться в сухом дереве, а из него в виде пламени и дыма вновь взмыть в небо. Агни бессмертен, и вот как данное его свойство объясняет ведийская легенда.

Когда Агни появился на свет, без отца и матери, сам от себя, блистательные боги склонили перед ним головы в мольбе: «Ты, заполняющий пространство, ведающий все тайны и все пути, укрепляющий небо и землю, возноси за нас жертвы своим священным пламенем».

Мольба эта порядком напугала Агни, сообразившего, что вместе с пламенем, возносимым за богов, он иссякнет и утратит жизнь. Убежал Агни от богов и скрылся в вечных водах, великодушно давших ему приют.

На земле с уходом Агни воцарился мрак, чем не преминули воспользоваться демоны, провозгласившие себя повелителями ночи.

По всему миру искали беглеца боги во главе с Варуной, надеявшиеся уговорить его вернуться и разогнать своим светом тьму. Однако поиски их не давали никакого результата до тех пор, пока рыба, страдавшая от жары из-за Агни, укрывшегося в ее стихии, не рассказала богам о его местонахождении. Проклял с тех пор Агни предательницу и все ее бесчисленное потомство. Утратили рыбы речь и были обречены корчиться на сковородах или кипеть в котлах.

Узнав, где прячется Агни, Варуна обратился к нему от имени всех богов и от себя лично: «Вернись! Без тебя мы не можем возносить жертв».

«Я вернусь, – обещал Агни, – если вы дадите мне бессмертие».

«Ты никогда не умрешь!» – обещали ему боги от имени Брахмы.

И вернулся Агни в оставленный им мир, и с той поры безотлучно пылает, сияет, освещает, правит законом, переносясь с места на место, поражает тьму. Он дружествен к людям, особенно к тем, в чьих сердцах от его божественных искр разгорается пламя вдохновения. Ибо Агни – недруг мрака и покровитель знания.

Достаточно часто в Ведах упоминается имя бога Ямы , принадлежащее царю мертвых, причем согласно этим текстам он был «первым, кто умер» и открыл путь смерти для других. Яму, ставшего владыкой обители мертвых, сопровождают в качестве его стражей и вестников два четырехглазых пса с широкими ноздрями, которые бродят среди людей, высматривая свою добычу. В ведические времена индийцы обращались к Яме с просьбами даровать им долгую жизнь и избавить от смерти. Тех же, кто умирал, клали головой на юг, где находилось царство Ямы, а жрецу, совершавшему погребальный обряд, давали в дар корову, которая переправила бы умершего через реку Вайтарани, отделяющую владения царя мертвых от мира живых.

Следует заметить, что со временем представления индоариев о Яме стали более определенными. Грозному богу была отведена роль судьи, определяющего, куда должна отправиться душа после смерти: в рай предков, в одну из адских обителей или возродиться на земле в другом теле.

С именем Ямы связан и миф о возникновении дня и ночи, принадлежащий к ряду широко распространенных у разных народов так называемых календарных легенд, в которых повествуется еще и об установлении времен года. Интересно, что в отличие от библейского мифа, где день появляется после вечной ночи как части изначального хаоса, в индийском мифе был день, а ночь возникла потом.

В мифе говорится о том, что первоначально земля всегда была открыта лучам солнца и длился бесконечный день. Первыми на земле появились дети Света – Яма и Ями – близнецы, родившиеся в один день и миг. Брат и сестра стали мужем и женой. Свет увидело их потомство, расселившееся по земле. Но пришло Яме время умереть, и он умер. Первый из живших стал первым умершим, а Ями сделалась первой вдовой. Земля услышала первый плач, и не было этому плачу конца.

Боги, встревожившись, спустились на землю и стали уговаривать Ями успокоиться. Но прародительница все твердила сквозь слезы: «Но ведь он умер сегодня, только сегодня».

И это была правда. Ибо день рождения и день скорби, день плача, продолжался, и все время ослепительно сияло солнце.

Тогда Боги создали ночь, чтобы даровать Ями забвение, да и самим отдохнуть от ее плача, слышимого не только на земле, но и на небесах. С тех пор день сменяется ночью, а ночь – днем.

Следует заметить, что вообще Веды содержат имена более 30 богов, но в одном из священных текстов говорится о 3399 богах! Обилие различных божеств характерно и для других индоевропейских народов. Все божества выполняли определенные функции, которые, правда, иной раз пересекались между собой и смешивались. Так, были боги-покровители отдельных родов и племен, боги отдельных этапов человеческой жизни, культовых предметов, оружия, элементов природы. Причем образы этих богов довольно расплывчаты, в отличие, например, от греческой мифологии, где божества предстают в человеческом обличье. Ведийские же боги – то люди, то животные, то абстрактные понятия типа Вач (речь), Адити (несвязанность) и др. Иногда божества имеют сформировавшиеся голову и туловище, но у них отсутствуют ноги. У солнечного бога Савитара видны одни золотые руки, поднятые в благословении, но не связанные с туловищем. У бога-творца Тваштара одна рука.

Образам богов индоарии противопоставляли группы духов и демонов (асуров, дасов, ракшасов, гандхарвов, пишачей и др.), отличающихся от первых, по-видимому, своим более низким положением. Все эти существа являются главными действующими лицами многих мифов, где рассказывается об их войне с богами, в частности в сказании о битве повелителя ракшасов с Ямой, царем мертвых.

Подвиги Индры

Индра был любимым сыном Адити, матери богов, самым могучим из ее сыновей. Рассказывают, что он родился не так, как другие ее дети, а необычным путем, при рождении чуть было не погубив свою мать. Причем, едва появившись на свет, он схватился за оружие. Устрашенная необычным рождением сына и его грозным обликом, Адити спрятала Индру. Но он явился перед всеми в золотых доспехах сразу после рождения, наполнив собой Вселенную, и тогда мать преисполнилась гордостью за могучего сына. И он стал великим воином, перед которым трепетали и боги, и их соперники – асуры (низвергнутые с небес боги, превратившиеся в демонов).

Еще будучи совсем юным, Индра победил коварного демона Эмушу. Этот демон в облике вепря похитил некогда у богов зерно, предназначавшееся для жертвоприношения, и спрятал его среди сокровищ асуров, что хранились за трижды семью горами. Эмуша уже принялся варить из похищенного зерна кашу, когда Индра натянул свой лук, пронзил стрелой 21 гору и убил вепря Эмушу. Вишну же, младший из сыновей Адити, унес жертвенную пищу из владений асуров и вернул ее богам.

Другим подвигом Индры была победа над Шушной Иссушителем, рогатым змеем, который откладывал яйца, из коих плодилось зло, и который поглотил небесные воды. Индра убил его и освободил воды, изливающиеся с небес животворным дождем.

И еще многих злых и опасных врагов победил Индра благодаря своей отваге и силе. Он стал властелином небесного царства; сами боги просили Брахму поставить его над ними царем. Грозные Маруты (божества бури, ветра, грома и молнии, изображавшиеся в виде юношей, вооруженных золотыми топорами, копьями, стрелами и ножами) стали дружиной Индры. Брат его Тваштар сделал ему золотую колесницу и выковал громовое оружие – важдру. Это оружие сверкало, как солнце, и вызывало ужас у врагов Индры. Вайю, бог ветра, стал колесничим у Индры и сопровождал его в битвах.

Прекраснорукий Тваштар, искуснейший из небожителей, сделал также чудесную чашу для сомы, божественного напитка, который в незапамятные времена принес на землю орел, птица Индры. Последнему сома заменила материнское молоко.

В битвах богов с асурами, которые длились многие сотни и тысячи лет, Индра во главе воинства небожителей неоднократно сокрушал вражескую силу. Так, он одолел в единоборстве Шамбару, коварнейшего из асуров, ослеплявшего противника в бою с помощью колдовских уловок. Кроме того, Индра обратил в бегство полчища могучего Варчинна, победил страшного исполина Джамбху, сразил насмерть злого Пуломана. Дочь последнего, прекрасная Шачи, бежавшая от жестокого отца, стала женой своего избавителя, Индры, и повелительницей небесного царства.

Уничтожил Индра и Намучи, самого могучего из асуров, который ранее был его другом. Предыстория этого события такова. Намучи являлся непобедимым воином, первым в битве среди асуров, как Индра был первым среди богов. Некогда заключили они между собой союз и поклялись, что ни один не нанесет удара другому ни днем ни ночью, ни на воде ни на суше, ни сухим оружием, ни покрытым влагой. И долго продолжалась их дружба. Но Намучи являлся духом греховного хмельного напитка под названием сура, и однажды в шутку, а может и со злым умыслом, напоил своего друга смесью сомы с сурой, лишив тем самым его силы. Тогда Индра обратился за советом и помощью к Ашвинам, братьям-близнецам, сыновьям его брата Вивасвата, божествам предрассветных и вечерних сумерек и целителям.

«Что мне делать? – спросил их Индра. – Намучи предал нашу дружбу, он выпил мою силу. Но я дал клятву не поднимать на него оружия, ни сухого, ни покрытого влагой».

Ашвины нашли выход из положения, покрыв важдру Индры морской пеной. И вот в час сумерек – ни днем ни ночью, на берегу океана, у самого прибоя – ни на воде ни на суше – Индра убил Намучи, отрубив ему голову своей важдрой, покрытой морской пеной, – оружием ни сухим и ни мокрым. Ашвины из крови Намучи приготовили целебный напиток, вернувший силу Индре.

Борьба Индры с чудовищем Вритрой

Могуч разумом и силен руками Тваштар (бог-творец, предстающий ремесленником с топором и ножом в руках). Неоднократно обращались к нему за помощью другие боги, уверенные, что им он никогда не откажет. Супруга Тваштара была демоницей из рода асуров. Завидуя Индре, облагодетельствованному Тваштаром, она породила сына-чудовище, дракона о трех головах по имени Вишварапа (что значит «принимающий все образы»). Всевидящий Индра, узнав об этом, отсек три головы Вишварапы.

Проведав о гибели сына, Тваштар пришел в ярость и поклялся, что отомстит богам. Он создал из сомы (божественного напитка, дарующего бессмертие и силы для свершения подвигов) и огня страшное чудовище Вритру. Был Вритра змееобразен, без рук и ног, без плеч, с пастью, изрыгающей огонь.

Свернувшись как-то на горах в 99 колец, преградило это страшилище дорогу всем ручьям и рекам, которые сбегали к морю, как коровы к мычащему теленку. И потекли их воды в его чрево. Так он стал раздуваться, грозя поглотить все живое, всю Вселенную, всех богов.

В ужасе устремились боги к Индре и, представ перед ним, изрекли хором: «О, Индра! Поведи нас на Вритру!» Вняв этой мольбе, Индра, как разъяренный бык, ринулся на дракона, а боги с готовностью последовали за ним.

Однако чудовищной силой обладал Вритра. Приоткрыл он свою страшную пасть и со свистом выдохнул из нее огонь. Пали боги, один лишь Индра сумел удержаться на ногах. Видя это, Вритра втянул в себя воздух огромной грудью, и Индру понесло прямо в пасть монстра. Но для последнего такое напряжение не прошло даром: стал он засыпать. Воспользовался этим Шива и наслал на Вритру неудержимую зевоту, в результате чего Индру выбросило наружу. Не теряя ни мгновения, Индра нанес дракону удар важдрой по затылку. Вритра, издав громоподобный рев, опрокинулся на спину.

Не зная, что нанесенная им чудовищу рана смертельна и дракону никогда не подняться, Индра, как испуганный орел, улетел на край земли и укрылся в стебле лотоса. Прошло немало времени, пока он решился выбраться наружу и отправить слуг на разведку. Увидели посланцы Индры издалека, что дракон лежит мертвый, и от радости пустились в пляс. Ближе подойти они не смогли, так как воды, плененные в чреве дракона, вырвались наружу и, сметая все на своем пути, потекли к океану. И стал Индра править миром как царь.

Труп чудовища он рассек пополам, сделав верхнюю часть небом, а чрево и потроха раздал тем глупцам, главная забота которых – повкуснее поесть.

Если внимательно прочитать мифы об Индре, то можно понять, что его подвиги получают космогоническое истолкование: так, победа над Вритрой приравнивается к победе космического порядка над хаосом и к складыванию ведийского мира.

Миф о коровах также можно трактовать с космогонической точки зрения, ведь в нем есть упоминание о том, что Индра нашел свет, утреннюю зарю, что он разогнал тьму и выпустил воды. Но судите сами.

Миф о коровах

Одним из великих подвигов Индры было возвращение коров, похищенных у богов демонским племенем паниев, которое обитало в неведомых землях, за пределами мира богов и асуров. Пании угнали коров в далекую страну и спрятали их в горной пещере, тогда померкли небеса, ибо те божественные коровы были лучами зари. Индра послал на их поиски божественную собаку Сараму, выследившую коров, но столкнувшуюся при этом с паниями. Последние спросили ее: «Зачем ты пришла сюда, Сарама? Путь к нам далек и труден. Чего ты хочешь от нас?» На это Сарама ответила: «Я пришла как посланница Индры. Я хочу, чтобы вы отдали коров, о пании, чтобы вы вернули великие сокровища, которые вы награбили».

Пании задали следующий вопрос: «Как он выглядит, этот Индра, коим ты послана сюда издалека, о Сарама? Если он сам придет сюда, пусть будет он нашим другом, пусть будет пастырем наших стад».

Ответ Сарамы был суровым: «Он, пославший меня издалека, не из тех, кого можно перехитрить, о пании. Он тот, кто сам вводит в обман других. Убитые Индрой, вы будете лежать здесь, о пании!»

Тогда сказали пании: «Вот коровы, которых ты желаешь, о Сарама. Но кто же отдаст их без боя? Оружие наше остро, сокровища наши надежно сокрыты в горах, и пании сумеют охранить их. Напрасно проделала ты долгий путь».

Сарама возразила им: «Ваши слова, о пании, еще не войско. И когда придут сюда Индра и гневные мудрецы Ангирасы, они разделят между собой ваши стада, и вы проглотите свои хвастливые речи!»

Пании же продолжали уговаривать Сараму: «Если ты уже пришла сюда, о Сарама, повинуясь воле богов, останься с нами, будь нам сестрою. Не возвращайся к богам; мы дадим тебе долю в наших стадах, о красавица!»

Ответила божественная собака: «Не ищу я родства с вами. Я принадлежу Индре и грозным Ангирасам. Берегитесь их, пании! Не надо мне ваших стад. Но я отведала бы молока от тех коров, которых вы прячете в пещере».

И пании принесли ей молока. Не устояв перед искушением, Сарама выпила усладительную влагу, а затем пустилась в обратный путь. Когда вернулась она к Индре, спросил ее тот о коровах. Но собака, одурманенная демонским молоком, солгала Индре, ответив, что коров не видела. Индра, однако, понял, что Сарама говорит неправду, и ударил ее ногой. Собака изрыгнула заколдованное молоко и повела Индру вместе с мудрецами из рода Ангираса в страну паниев.

Когда они пришли в те места, что находятся на краю света, мудрые Ангирасы волшебными заклинаниями и песнопениями разверзли скалу и вывели коров из плена. И когда они сделали это, исчезла недобрая тьма, воссиял на небе свет Ушас, богини зари, и солнце явилось взорам живущих. Печалясь об утрате коров, Вала, демон пещеры, поднял из недр горы устрашающий вой, но он был насмерть сражен доблестным Индрой. И могучий сын Адити рассеял паниев, Ангирасы же забрали себе все достояние этого злого племени.

Миф о битве повелителя ракшасов с Ямой, царем мертвых

Однажды, в то время, когда Равана, повелитель ракшасов, победоносно шествовал из страны в страну, покоряя народы и нагоняя на них ужас, ему повстречался мудрец Нарада. На облаке, на котором он пролетал над землей, Нарада спустился к роще, где отдыхал Равана после одного из сражений, и сказал: «Своей отвагой и мощью ты завоевал великую славу, о Десятиглавый. Я восхищен твоими победами над гандхарвами, нагами и якшами. Но зачем ты тратишь теперь свои силы на жалких людей, которые все равно подвластны смерти, ты, коего не могут одолеть ни боги, ни асуры, ни гандхарвы, ни наги, ни якши? Зачем ты убиваешь людей, блуждающих во мраке невежества и не ведающих собственного блага?

Они и без тебя подвержены всяческим напастям, голоду, жажде, болезням и старости. Что тебе в искоренении племени, и без того угнетенного, истребляемого собственной своею судьбою? Вот если бы ты победил Яму, бога смерти, тогда можно было бы сказать, что все подвластно тебе во Вселенной!»

Усмехнулся Равана, услышав слова Нарады, и сказал: «Нет для меня недостижимого! О мудрый Нарада, радующийся спорам и битвам, я ведь уже поклялся победить четверых хранителей мира. Ныне владыка Севера познал мою мощь, а теперь я направлю свои стопы на юг, в царство предков, и убью их повелителя, сына Вивасвата». И, простившись с Нарадой, он отправился в путешествие на юг, сопровождаемый своими подчиненными.