Мечта футболистки

– А пока давайте сделаем разминку! – решила снова взять инициативу в свои руки Лиса.

В каждой спортивной секции, которые она посещала, всегда перед занятиями делали разминку. Из каждой разминки она взяла на вооружение лучшие, как ей казалось, упражнения и сейчас готова была поделиться ими с членами своей команды. Но закончить разминку не удалось – на спортплощадке стали собираться мальчишки, с которыми девчонкам предстояло играть.

Первым появился Славик, который важно поздоровался с Танчиком и небрежно кивнул остальным, потом другие. Парням на вид было лет по двенадцать-тринадцать, все они были ростом ниже девчонок и показались им совсем детишками.

– И мы с ними будем игра-ать? – разочарованно протянула Маша.

– Да мы вас сделаем на раз-два! – тут же обиделся Славик.

– Тихо, тихо! – постаралась успокоить начавшие было разгораться страсти Лиса. – Давайте просто начнем играть!

Но тут же выяснилось, что мальчишек собралось всего семеро, а девчонок пришло восемь. Злата среагировала первая – юркнула за большой камень, слева у ворот:

– Я буду запасной.

Но и Лиса моментально приняла решение:

– Ты будешь судьей. Это очень важно! Тебе надо смотреть за тем, чтобы…

Но ее перебил Славик, который с важным видом изложил правила. Лиса сначала расстроилась из-за того, что ее авторитет лидера снова уронили, а потом успокоилась: парнишка говорил по делу, внятно и доходчиво, и в том числе помог самой Лисе до конца уяснить все нюансы.

– А теперь мы вас сделаем! – бодро выкрикнул он, когда все разобрались с правилами.

– А мы – вас! – дружно откликнулись девчонки.

С этого дня девчонки начали активно тренироваться. Хотя и не столь активно, как хотелось бы Лисе. Сама она, привыкшая к нагрузкам, имея опыт разных спортивных секций, готова была торчать на поле круглыми сутками, благо спортплощадка освещалась и играть можно было и после наступления темноты. Но ее футболистки имели на этот счет собственное мнение.

Аня Кузнецова постоянно пропадала в музыкальной школе, Илона Мацур занималась с репетиторами, у Маши Прохоровой были занятия фитнесом, а Лариса посещала курсы парикмахеров. Они упорно не хотели тренироваться все свое свободное время не только в команде, но и индивидуально, отрабатывая, например, удар по воротам с разных точек поля. А ведь это было очень важно: представлять себе нужную траекторию полета мяча, научиться бить в определенную точку. Лиса выходила из себя, но поделать с этим ничего не могла. И только верная Танчик всегда была рядом, готовая успокоить, поддержать и составить компанию в тренировках.

Танчик поддерживала Лису, а Лиса – общий моральный дух своей команды.

В пятницу Лешка Морозов снова выступил:

– Ну что, команда «Мармеладки», готовитесь к позорному проигрышу нам? – ехидно поинтересовался он, когда девчонки обсуждали очередную тренировку в холле.

– Сам ты мармеладка! – огрызнулись Аня с Машей.

– Сбейся в тюбик, – высказалась Танчик.

– Иди, иди, капитан команды «Сникерсы», готовь своим друзьям «Памперсы», – не совсем удачно пошутила в ответ Лиса и покраснела.

Но потом взяла себя в руки и похвалила себя: «Я все-таки не растерялась! Я смогла ему ответить!»

– А че? Мне по фигу, какое название. Давайте будем «Мармеладками», – высказалась Света.

– Мы – команда «Мармелад»!

– Вам устроим Сталинград! – тут же придумала Илона, которая, хоть и была отличницей по всем предметам, больше всего любила историю.

– Мы – команда «Мармелад»!

– Мы дойдем до ваших врат! – включилась в придумывание речевок неформалка Аня.

– Мы – команда «Мармелад»!

– Мы сильнее во сто крат!

– Нападешь на «Мармелад»…

– Будешь сам тому не рад! – откликнулись слоганами Танчик и Лариса.

– Хорошо, давайте будем называться «мармеладками», – согласилась с коллективом Лиса.

Следуя мудрости Яндекса: лидер – не тот, кто больше говорит, а тот – кто подводит итог сказанному.

А вечером, после тренировки, они с Танчиком сидели у нее дома и обсуждали «мармеладок».

– Что-то мне все равно боязно. Плохо я знаю девчонок, – переживала Лиса. – А вдруг кто-то из них передумает, вдруг кто-то откажется?

– Кто? В ком ты не уверена?

– В Злате. Она какая-то ни рыба ни мясо. Да и Лада настраивает ее против. А еще я не уверена в Ане: она вся в своей музыке.

– По-моему, за Аню ты зря переживаешь, – подумав, высказалась Танчик. – Аня втянулась. Она азартна, ей нравится побеждать. И к тому же Маша про Кузнецову говорила, что она давно хотела то ли на фитнес с ней пойти, то ли каким-то спортом заняться. Ей Филимонова сказала, что она толстая.

– С этой Филимоновой все как-то странно, – улыбнулась Лиса. – Вечно она скажет гадость, а окажется – во благо. Помнишь, как она тебе про ворота сказала?

– Ага. Я даже не обиделась. Ведь здравая же была идея. И мне нравится быть вратаршей. Круто я вчера мяч поймала, да? Хлопнулась моськой в песок, но поймала!

– Да, ты вчера была героиней!

– А в Златке я тоже сомневаюсь. Ну да ладно. Уйдет так уйдет. Будем всемером играть. Все равно парни большее количество игроков, чем у нас, не смогут выставить.

– Может, всем еще «вКонтакте» напомнить про завтрашнюю тренировку? – спохватилась Лиса. – А то опять кто-нибудь забудет или проспит. Никакой дисциплины.

– Давай я напомню. Я все равно собиралась от тебя «вКонтакте» вылезти. Мне двоюродный брат обещал ссылку на игру про футбол скинуть.

– Хорошо, – разрешила Лиса, включая свой компьютер. – Интересно, а парни тоже старательно тренируются?

– Надо у Машки спросить, пусть она у Игната выведает.

– Ага, – согласилась Лиса и тут же испугалась: – Слушай, а вдруг Машка Игнату про наши тренировки рассказала? И как я могла забыть, что она же с нашим соперником встречается! Я не хочу, чтобы они знали, что мы готовимся!

– Так скажи ей, чтобы молчала. – Перед Танчиком открылась страница ее почты «вКонтакте»: – Ой, мне письмо. Только не от брата…

Почувствовав в тоне подруги волнение, Лиса в один прыжок подскочила к монитору. На котором высветилось:

Александр Тимофеев

Привет, Танчик!

Мы с Лехой приглашаем тебя и Ирку-Лису завтра утром покататься на великах. Мы вам такое место покажем…

У Лисы чуть сердце не выпрыгнуло из груди.

ЗАВТРА!

СВИДАНИЕ!

С МОРОЗОВЫМ!

Точно так, как она и мечтала…

Любовь, отношения, первый поцелуй…

– Завтра утром у нас тренировка, – вернула ее в реальность Танчик.

Глава 6, О самом настоящем, первом в жизни Лисы свидании

Что важнее: любовь или футбол?

Еще два месяца назад в жизни Лисы не было ли того, ни другого. Сердце ее забилось, готовое разорваться на части.

– Но ведь мы так об этом мечтали! – не удержалась она. – Танчик, зайчик мой, ну как же мы можем не согласиться?! А вдруг они передумают?!

– Ага, то есть ты уже не ненавидишь Морозова? – хитро прищурилась та.

– Я… – растерялась Лиса, – я…

А и правда, как она относилась к Лешке, что она чувствовала? Мысли тут же запрыгали в голове…

– Я не знаю, я совсем не понимаю, что со мной…

– Ты его любишь? Ты его все-таки любишь? И даже после того, как он обозвал нас «мармеладками»?

– Да… нет… Он же не со зла. Он… Может, он так заигрывает со мной? Он ведь точно ко мне неравнодушен! Он ведь меня пригласил.

– Не он, а Тимка. И не тебя, а нас, – конкретизировала Танчик.

– Да, но… И как же теперь быть? – совсем растерялась Лиса.

– Я напишу, что мы с утра не можем, – и Танчик застучала по клавишам, пояснив через плечо: – Это Аня может прогулять тренировку из-за урока в музыкальной школе. Лариса может из-за своих курсов. Даже Машка может ради свидания с Игнатом. А ты – нет. Ты – капитанша. Ты – лидерша. Ты – наш образец и идеал. Если ты начнешь нарушать дисциплину, то тогда совсем все развалится.

Подруга была права, Лиса это понимала. Но Лешка Морозов, он ведь ее позвал…

– Что они пишут?

– Спрашивают, почему мы не можем. И настаивают на этом времени. Потому что вечером у них дела.

– И что же нам делать?! – Лисе вдруг захотелось расплакаться.

– А ты как думаешь?

Лиса понятия не имела, как быть. Слушать свое сердце, которое рвалось на ее первое в жизни свидание, или разум, который говорил, что она не может предать свою команду?

Минуты три Лиса молчала, а потом медленно проговорила:

– Если парни хотят с нами увидеться, они найдут время, которое устроит нас всех. А мы завтра будем на тренировке.

– Я тобой горжусь! – Танчик неловко ее обняла. – Я уже было испугалась, что ты готова бросить футбол ради Морозова…

С парнями встретились в воскресенье.

День выдался странным: то сбегались тучки, поднимался ветер и начинал накрапывать дождик, то снова показывалось солнце, и яркая – желтая, оранжевая, красная – листва начинала сиять во всей своей красе. Запоздалая осень пришла в город. Точнее, нарядное, теплое, но переменчивое бабье лето.

– Поедем туда. Я вам кое-что покажу, – заговорщицки пригласил девчонок Тимка после того, как они прокатились по новой велодорожке вдоль реки.

Все дружно поднажали на педали. Тимофеев ехал впереди, за ним – Танчик, следом – Морозов, а Лиса держалась в хвосте. Смотрела на спину Лешки и все не верила, что это она, Ира Лисицына, катится на велосипеде за парнем своей мечты, который сам – САМ! – пригласил ее на свидание.

Тимка свернул куда-то в кусты, потом спрыгнул с седла, кинул «велик» на землю и потащил всех дальше, в сторону реки.

– Смотрите!

На склоне среди бурелома стояли огромные ярко-желтые подсолнухи. Целый подсолнуховый лес. Тяжелые головы склонились к земле. Семечки созрели и начали осыпаться.

– Красиво?

Лиса стояла и смотрела, как завороженная. Пять лет она жила на юге и все пять лет не могла привыкнуть к тому, что подсолнухи могут расти просто на берегу, как одуванчики. Да и к тому, что растения вообще могут быть такими высокими…

– Это кто-то пакет семечек просыпал случайно, – зачем-то пояснил Морозов. – А они выросли…

Лисе было не важно, откуда цветы. Она стояла и любовалась.

А Танчик полезла в бурелом, чтобы побродить среди подсолнухов. Тимофеев кинулся следом с криком:

– Осторожно! Не упади!

Морозов остался рядом с Лисой.

Ей мучительно захотелось сказать что-нибудь важное. Но она не смогла придумать что.

Потом сидели в кафе, которое когда-то запланировали для посещения девчонки. Пили кто чай, кто сок. Болтали о школе, учителях, только тему предстоящего матча старательно обходили стороной.

Лиса наконец расслабилась. Оказалось, что свидание – это совсем не страшно и не волнительно. Просто сиди, пей любимый зеленый чай, болтай о чем хочешь. Оказалось, что она знает много анекдотов и, как заверил ее Морозов, умеет их рассказывать.

Танчик тоже вела себя непринужденно. Болтала, поглядывала на Тимку, чаще обращалась к нему, чем к Морозову. И Лиса была ей за это благодарна. Все получилось именно так, как она и мечтала. Только совершенно неожиданно.

Она уже и не помнила, как парень ее мечты поддержал в глупой шутке противного физкультурника, как попытался заставить ее перестать играть в футбол. Все это вдруг оказалось неважным. А важным – то, что можно вот так сидеть рядом с любимым парнем, поглядывать на него, потом испуганно отводить взгляд, смотреть в кружку, болтать без умолку, рассказывать глупые анекдоты, над которыми он старательно смеется, и чувствовать себя совершенно счастливой…

– А что у вас вчера за дела были с утра? – поинтересовался Морозов как бы между прочим.

Лиса с Танчиком переглянулись. Лиса ответила:

– Мы не можем вас сказать. Это – тайна.

– А ты, Танчик, а ты? Ты мне не доверяешь? – Тимка посмотрел ей в глаза и… накрыл ее руку своей рукой.

Подключился Морозов:

– Эта хитрая Лиса, я знаю, ничего не скажет. Танька, а ты-то, к чему тебе детские игры в тайны? Расскажи!..

Танчик выдернула руку из-под ладони Тимки и вцепилась в кружку:

– На мне вы готовы играть; вам кажется,

что мои лады вы знаете; вы хотели бы исторгнуть сердце

моей тайны; вы хотели бы испытать

от самой низкой моей ноты

до самой вершины моего звука;

а вот в этом маленьком снаряде —

много музыки, отличный голос;

однако вы не можете сделать так,

чтобы он заговорил.

Черт возьми, или, по-вашему, на мне легче играть,

чем на дудке?

Назовите меня, каким угодно инструментом, 

– вы хоть и можете меня терзать,

но играть на мне не можете [4] .

– Чего? – не понял Морозов.

– Это из «Гамлета», – пояснил Тимка.

– Самохина, ты что умничаешь? Давай еще начни: ту би ор нот ту би…

Танчик смерила его презрительным взглядом:

…that is the question:

Whether \'tis nobler in the mind to suffer

The slings and arrows of outrageous fortune,

Or to take arms against a sea of troubles,

And by opposing end them? To die: to sleep;

No more; and by a sleep to say we end

The heart-ache and the thousand natural shocks

That flesh is beir to, \'tis a consummation

Devoutly to be wish\'d. To die, to sleep;

To sleep: perchance to dream: ay, there\'s the rub;

For in that sleep of death what dreams may come

When we have shuffled off this mortal coil,

Must give us pause: there\'s the respect

That makes calamity of so long life,

– Танчик перевела дух. И тут вдруг, к всеобщему удивлению, продолжил монолог Тимофеев:

– For who would bear the whips and scorns of time,

The oppressor\'s wrong, the proud man\'s contumely,

The pangs of despised love, the law\'s delay,

The insolence of office and the spurns

That patient merit of the unworthy takes,

When he himself might his quietus make

With a bare bodkin? who would fardels bear,

To grunt and sweat under a weary life,

But that the dread of something after death,

The undiscover\'d country from whose bourn

No traveller returns, puzzles the will

And makes us rather bear those ills we have

Than fly to others that we know not of? [5]

Он тоже читал долго и с выражением, стараясь не уступить Танчику.

Пока не взбунтовался, не выдержав, Морозов:

– Хватит! Достали! Я расслабляюсь, а вы мне урок русского с иностранным в одном флаконе тут устроили! Я Шекспира не люблю. Я Паланика читаю. На русском.

– Я тоже читала Паланика, – обрадовалась Лиса.

– И как тебе? – поинтересовался Морозов. – Что ты читала?

И дальше заговорили о книгах.

Глава 7 Матч

Чем ближе время подходило к матчу с парнями, тем больше дергалась Лиса. И тем труднее ей давалось держаться «бодрячком» перед своей командой. Ведь волновались все. И Маша Прохорова, которая все реже подпускала команду Славика к воротам, и Лариска Глущенко, которая все чаще забивала им мячи, и Танчик, которая вроде бы уже уверовала в себя как в великую вратаршу. Однако о возможном проигрыше никто не заговаривал: все нарочито оптимистично верили в победу.

Лисе же нервозности добавлял и тот факт, что после воскресного свидания, после которого Морозов, как и положено, проводил ее до дома, он больше не проявлялся: не писал «вКонтакте», не звонил, не подходил на переменах. Разве пару раз в своей обычной манере напомнил, что в воскресенье их ожидает самое большое фиаско в их жизни.

А ведь как все могло бы быть замечательно! Он – капитан команды мальчишек, она – капитан команды девчонок. Они – две звезды их класса: самые яркие, сильные, ловкие, умные! И они – вместе. Самая замечательная пара. Образец. Эталон. Объект для зависти…

И ПОЧЕМУ ОН ЕЙ НЕ ЗВОНИЛ?! Лиса не знала, что и думать. Зачем он пригласил ее на свидание? Хочет ли он и дальше с ней встречаться? Любит ли он ее? Но даже с верной Танчиком она не решалась заговорить на эту тему. Ведь она была капитаншей, образцом, а потому в голове у нее должен был быть только футбол и никакой любви. Но из этого мало что получалось…

В последний раз перед матчем решили сыграть в пятницу, чтобы в субботу не перетрудиться, а наоборот, хорошенько отдохнуть и набраться сил. Славик привел на спортплощадку аж девять игроков, поэтому решили играть восемь на восемь. Златке Лиса предложила встать в полузащиту, а судьей назначили самого мелкого из мальчишек – веснушчатого Генку. Он сначала покапризничал, но быстро согласился. Златка снова начала ныть, что ей должно обязательно влететь мячом по голове, и Лисе пришлось долго ее успокаивать и вдохновлять. Едва начали играть, как Генка тут же заорал, что Машка схватила мяч руками. Игру пришлось останавливать и разбираться. Сама Лиса этого момента не видела, а Прохорова оправдывалась, что Славик случайно пнул ей мяч прямо в руки, но она его не хватала, он сам отскочил. Спорили долго и нервно. Напряжение и волнение, скопившееся у девчонок, неожиданно выплеснулось злостью на мальчишек. Аня уже почти пошла в рукопашную с каким-то долговязым малолеткой, а скромница-отличница Илона попыталась наподдавать невысокому крепышу, обозвавшему ее «овцой». Лиса, с трудом сдерживая собственные эмоции, едва сумела всех утихомирить. Но стоило вернуться к игре, как Злата, конечно же, получила мячом по голове.

– Все будет хорошо, все будет хорошо, – успокаивала, скорее, саму себя, чем Злату с разбитым носом, Лиса.

Они сидели у нее в кухне и пытались остановить кровь. Вокруг близняшки суетились Танчик, Маша и Аня, прикладывая ей к носу то курицу из морозилки, то ватку с перекисью водорода.

– Я же говорила, я говорила! А вы мне не верили! – ревела та.

– Ты сама себе своим нытьем накаркала! – не выдержала и сорвалась Лиса.

И тут же почувствовала жгучий стыд: человеку и так больно, а она? А ведь она – капитанша команды! Образец!

– Иди ты знаешь куда! – вдруг злобно высказалась Златка, моментально перестав плакать. – Иди ты знаешь куда со своим футболом! Раскомандовалась! Права была Лада, говорила она мне: к добру это все не приведет.

– Баба с возу – кобыле легче! – снова понесло Лису. – Как не было у тебя своего мнения – так и нету! Знаешь, кто ты? Ты…

Но договорить ей не дала Танчик: она вцепилась в подругу мертвой хваткой:

– Ежик Женя! Молчи! Успокойся! Мы все на нервах. Не надо ругаться!

– Я, пожалуй, пойду, – направилась к выходу Аня. – Я вдруг поняла, что я так устала с этим вашим футболом…

– Не уходи, пожалуйста, не уходи! Мы будем пить чай! – подскочила Лиса: ей стало страшно, что сейчас все уйдут и оставят ее, такую нервную, злую и глупую, одну.

– Ладно, девчонки, давайте все успокоимся. Попьем чаю, – предложила Маша, вручая мороженую курицу Танчику. – Злата, прости Лису, ей тяжело. А ты еще подумай, уходить тебе из команды или нет.

– Спасибо… – Лиса неловко прикоснулась к руке Прохоровой.

А потом наступил день матча.

Лиса с Танчиком первые пришли на футбольное поле у школы и, чтобы не сойти с ума, стали разминаться. Потом появилась Маша Прохорова, Аня Кузнецова, Лариса Глущенко… У Лисы каждый раз сердце екало, когда она видела очередную свою футболистку. Ей почему-то до последнего не верилось, что придут все, что ее не бросят, не предадут. Илона Мацур, Света Селиванова… Близняшка Злата не пришла. Но Лиса решила, что это уже не важно.

На другом конце поля собирались и тоже разминались парни. Глазели на них и периодически что-то кричали. Что-то обидное. Но Лиса старательно не слушала.

Собирались и болельщики. Приплыли расфуфыренные красотки Яна Филимонова и Инна Журба. И что-то Лисе подсказывало, что болеть они будут вовсе не за девчонок… Равно как и все остальные, кто собирался поглазеть на матч. Все это были парни, друзья их противников. «Почему мы не подумали об этом?» – взвыла про себя Лиса. – «Почему Я не подумала об этом? Ведь играть без болельщиков, когда все зрители – против тебя, тяжело!..»

Но делать было нечего. «Мармеладки» собрались в кружок и взялись за руки.

– Мы – команда «Мармелад»! – начала Лиса.

И все хором подхватили:

– Вам устроим Сталинград!

– Мы – команда «Мармелад»!

– Мы дойдем до ваших врат!

– Мы – команда «Мармелад»!

– Мы сильнее во сто крат!

– Нападешь на «Мармелад»…

– Будешь сам тому не рад!

Девчонки расцепили руки. А по полю к ним уже бежал Морозов – капитан команды парней, которые, не скромничая, обозвали себя «Победителями». Лиса с подгибающимися коленками направилась к нему навстречу.

Ей хотелось бежать. Бежать к нему. Кинуться на шею. Обнять. Прикоснуться к нему… Спросить, почему он больше не приглашает ее на свидание. Любит ли он ее?..

Но вместо этого ей пришлось усилием воли справиться с эмоциями и сдержанно протянуть ему руку для приветствия.

Договорились об условиях. Играть решили в один тридцатиминутный тайм. Парни выбрали ворота, а команде девчонок уступили выполнить начальный удар.

И час настал.

…Потом уже, вспоминая и обсуждая с Танчиком игру, Лиса воссоздала более или менее связанную картину событий. А тогда, во время матча, она как будто выпала из одной реальности и попала в какую-то другую.

Вот с мячом вперед, как герой на танки, кидается Лариска. Зачем-то рядом бежит Аня и кричит хорошо поставленным голосом непонятно что. Столбом стоит растерявшаяся отличница Илона Мацур в новом красивом спортивном костюме. Где-то за спиной прыгает Света, уже совершенно забыв, что она должна делать, как защитница. Сама она, Лиса, тоже куда-то бежит.

И на них обрушиваются одноклассники, которые после Славки и его компании оказываются не просто большими, а какими-то огромными: высоченными, широкоплечими, страшными…

Но обрушиваются они как-то бестолково, вполсилы, с ухмылкой.

И вот уже, не успела Лиса что-нибудь сообразить, как где-то рядом кто-то орет «Го-о-ол!», и она видит растерянного вратаря «Победителей» и мяч в воротах.

Лису распирает от счастья. Девчонки кругом кричат, визжат и кидаются на Лариску. Потом долго не могут утихомириться и вернуться к игре.

«Я так и знала! Я на это и надеялась! – стучит в висках у Лисы. – Они не воспринимают нас как достойных противников, а потому и не могут напрячься, собраться… И мы…. выиграем? Выиграем? Выиграем!»

А потом снова мяч в игре, и парни начинают появляться из самых удивительных мест, резко, яростно. Вот уже катается по траве, держась за ногу и прикусив губу, Илона Мацур. Ее новый спортивный костюм весь в грязи.

Лиса доказывает с пеной у рта, что было нарушение, что Ваня Попов специально ударил ее по ноге, чтобы не дать добраться до мяча, но парни только скалятся и ржут, и ничего невозможно доказать.

Потом снова доносится: «Го-о-ол!», и теперь уже Танчик потирает ушибленный от падения бок и растерянно смотрит на мяч в своих воротах.

– Мы вас сделаем! Сделаем! Сделаем! – восторженно кричат одноклассники.

Злая Лиса кидается в атаку, сшибается с Морозовым, не узнавая его, получает локтем в глаз, но вскакивает и бежит дальше, правда, уже без мяча…

Оборачивается, видит, что ворота открыты, кидается на помощь Танчику, ищет глазами Машу со Светой, кричит им, чтобы вернулись на место, но они ее не слышат. Маша посылает мощный пас, но куда-то в ярко-синее небо, мимо ворот.

– Лешенька, порви их! – доносится девчоночий визг.

Лиса ищет глазами Морозова… И невольно начинает любоваться им, раскрасневшимся, сосредоточенным, с блестящими глазами и упруго выступившими мускулами.

И тут же кто-то сбивает ее с ног. Мяч снова в игре, и есть две секунды, чтобы вскочить, несмотря на ушиб, сообразить, где мяч, кто и куда собирается его передавать, и бежать, бежать, бежать…

Проиграли со счетом три-один.

Лиса понимала, что нужно что-то сказать девчонкам. Ободрить их, убедить, что для первого раза неплохо, поблагодарить, наконец, за достойную игру, но… Сил не было. Она подхватила с травы свою сумку, накинула кофту, поискала глазами Танчика, но почему-то не нашла ее. Совсем растерялась. Куда-то надо было идти. Наверное, домой.

И тут вдруг откуда-то рядом с ней появился Морозов.

– Что, Лиса, сделали мы вас, ага? – довольно улыбнулся он.

– Поглумиться подошел? – спокойно, без сил и эмоций, поинтересовалась она.

– Нет. Подошел, чтобы пригласить тебя на свидание. Сколько тебе нужно времени, чтобы привести себя дома в порядок?

И снова в голове у Лисы мир перевернулся с ног на голову.

Глава 8 Удар под дых

– Девчонки, вы – молодцы! Мы – молодцы! – строчила в группе, созданной с началом футбольных тренировок, Лиса. – Мы сделали это! Мы не струсили! Мы вышли против парней! И пусть мы проиграли, мы все равно выиграли. Мы можем играть, мы не боимся мяча, мы боролись до последнего. Мы – бойцы! Мы – героини!

Сердце Лисы пело.

Ведь она только что вернулась со свидания. Со своего собственного, настоящего свидания. Они с Лешкой Морозовым сидели в том же кафе, только теперь без Танчика и Тимки, один на один, как парень и девушка, которые любят друг друга. И Морозов ни словом не обмолвился об их проигрыше. Нет, он рассказывал о себе, о своих друзьях, увлечениях. Она тоже говорила о себе, о Мурманске, в котором прожила большую часть своей жизни, рассказывала, как здорово кататься на лыжах и коньках, а он ее внимательно слушал.

А самое главное, она сказал ей, что она – красивая . Лисе до этого никто не говорил, что она красивая. А он сказал, что ему нравятся ее рыжие волосы. И еще – веснушки. И сказал, что в детстве слышал песенку, в которой были такие строчки: «А девчонка без веснушек – как фонарь без батарейки», и именно тогда он решил, что, когда вырастет, найдет себе обязательно девчонку с веснушками.

«Почему – фонарь без батарейки?» – не поняла Лиса, а он улыбнулся: «Потому что фонарь без батарейки не светит. А ты – светишься».

«Ты светишься!» Лиса и правда вся светилась. От счастья. Потому что это оказалось замечательно: сидеть с парнем в кафе и слушать, какая ты красивая и замечательная. И как она раньше не интересовалась парнями? Как она жила без любви? Почему всего этого не было в ее жизни, ведь это так здорово! А теперь вот вдруг появилось.