Мудрые мысли о дружбе

...

Святитель Григорий Богослов

Многие скажут мне, что без дружбы не выжить человеку. Они имеют в виду не друга, а помощника, союзника. Конечно, друг, если нужно, даст нам денег, выходит нас во время болезни, защитит от врагов, поможет нашей вдове и детям. Но дружба не в этом. Это скорей помехи. В одном смысле эти дела очень важны, в другом – неважны. Они важны, ибо тот, кто их не сделает, окажется ложным другом. Они неважны, ибо роль благодетеля случайна в дружбе, даже чужда ей. Дружба совершенно свободна от «нужды, чтобы в тебе нуждались». Нам очень жаль, что представился случай оказать помощь, – ведь это значит, что друг был в беде, а теперь, ради Бога, забудем об этом и займемся чем-нибудь стоящим! Сама благодарность не нужна дружбе. Привычная фраза: «Да о чем тут говорить!..» – выражает наши истинные чувства. Знак истинной дружбы не в том, что друг помогает, а в том, что от этого ничего не изменится. Помощь отвлекает, мешает, на нее уходит время, которого и так всегда не хватает друзьям. У нас всего два часа, а целых двадцать минут пришлось потратить на «дело»!

...

К. С. Льюис

Дружба не услуга, за нее не благодарят.

...

Г. Р. Державин

Подлинный друг – это тот, с кем мы бываем самими собой, с кем мы ведем себя просто и естественно, не принимая на себя какой-то напыщенной роли, не скрывая свойственных нам немощей и недостатков.

Подлинный друг – тот, чье критическое замечание мы не боимся принять, поскольку знаем, что это останется между нами.

...

В. Н. Духанин

Не уязвляй брата намеками, чтобы и от него взаимно не получить подобного, и тем из обоих не изгнать расположения любви: но с любовью пойди и обличи его (Мф. 18:15), чтобы устранить причины огорчения, и себя и его избавить от тревоги и досады.

...

Преподобный Максим Исповедник

Великодушному человеку более свойственно принимать свободные речи от друзей, нежели ласкательства от врагов.

...

Святитель Григорий Богослов

Друг тем особенно и отличается от льстеца, что один для услаждения беседует, а другой не удерживается и от того, что может огорчить.

...

Святитель Василий Великий

Итак, не ропщите за мои слова. И я ведь про любящего меня сказал бы, что он не тогда, когда только хвалит меня, но когда и обличает с целью исправить, тогда-то особенно и любит меня. Хвалить без разбора все: доброе и худое – свойственно не другу, а льстецу и насмешнику; напротив, хвалить за доброе дело и упрекать за проступок – вот долг друга и доброжелателя. Итак, неприятен мне враг и когда он хвалит меня; но приятен друг и когда упрекает меня. Тот, хоть и целует меня, противен; этот, хоть и уязвляет меня, любезен. Искренни , – говорится, – укоризны от любящего, и лживы поцелуи ненавидящего (Притч. 27: 6). Один, правильно ли или неправильно упрекает, делает это не с тем, чтобы посрамить, но чтобы исправить; другой, хотя бы и справедливо упрекал, упрекает не с тем, чтобы исправить, а стараясь скорее обесславить.

...

Свт. Иоанн Златоуст

Друг, обличающий тайно, – мудрый врач, а врачующий пред глазами многих есть ругатель.

...

Преподобный Исаак Сирин

И то же скажу твоей учености, что, говорят, писал некто к своему другу: «Такого-то, если ничего не сделал он худого, прости ради самой правды, а если сделал, прости ради нашей дружбы».

...

Святитель Григорий Богослов

Господь не говорит: дай или предложи, или благотвори, или помоги; нет. Он говорит: приобрети друга. Но друга себе приобрести можно не единовременной щедротой, а долговременным общением. Потому и спасется не вера, не любовь, не терпение единого дня, нет; но претерпевший до конца (Мф. 10: 22).

...

Климент Александрийский

Случилось тебе искушение со стороны брата, и огорчение довело тебя до ненависти, не будь побежден ненавистью, но победи ненависть любовью. Победить же ее можешь так: искренно молясь о нем Богу, приемля приносимое от брата извинение, или сам себя врачуя извинением его, поставивши самого себя виновником искушения и положив терпеть, пока пройдет облако.

...

Преподобный Максим Исповедник

Предел любви – умножение дружеского расположения к тем, которые оскорбляют и поносят.

...

Блаженный Диадох

Душа разумная, питающая к человеку ненависть, не может быть в мире с Богом, давшему нам такую заповедь: если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших (Мф. 6: 15). Пусть брат не хочет мира, но ты сохрани себя от неприязни, искренно молясь за него и не злословя его ни перед кем.

...

Преподобный Максим Исповедник

Иногда может возникнуть ситуация, когда мы оказываемся для нашего друга тяжелы. Или он становится для нас тяжелым, потому что вдруг изменился – и не к лучшему. Что с этим делать? Просто терпеть, ничего человеку не говоря, или сказать об этом? Думаю, что если человек для нас близкий, дорогой, то говорить ему о своих чувствах, о своем беспокойстве нужно, потому что кроме нас, скорее всего, никто ему об этом не скажет. А мы – именно те, кто может его остановить, кто может ему дать импульс к обратному движению, к возвращению к себе самому. Это может произойти через конфликт, через болезненное объяснение, причем не единственное. Естественно, мы должны стремиться найти ту форму выражения, которая окажется оптимальной, которую подскажет нам наша любовь к человеку. Именно любовь, а не желание сказать, чем мы недовольны, потому что это мы недовольны и нам происходящее неприятно. Если на первое место поставить заботу о своем друге, то все, скорее всего, получится. Но если мы видим, что стучимся в наглухо запертую дверь, то нужно отступить, не говорить больше ни о чем, а просто терпеть человека таким, каков он есть. Вдруг и удастся перетерпеть. Может ли дружба разрушиться? Может. Ведь мы дружили с одним человеком, а сейчас перед нами – абсолютно другой. И тут так же, как с любовью: если мы видим, что человек к нам хочет вернуться, значит нужно не дать умереть в нашем сердце тому чувству, что в нем жило.

...

Игумен Нектарий (Морозов)

От дружбы должна быть устранена всякая подозрительность, и говорить с другом должно так, как бы с другим собой.

...

Преподобный Иероним Стридонский

Другу должно принадлежать высшее доверие и высшее прощение. Услышав слово на друга своего, расспроси друга твоего, может быть, не сделал он того; и если сделал, то пусть вперед не делает. Расспроси друга, может быть, не говорил он того; и если сказал, то пусть не повторит того. Расспроси друга, ибо часто бывает клевета. Не всякому слову верь (Сир 19: 13–16). Высшее доверие, какое можно оказать человеку, это, – несмотря на худые суждения о нем, несмотря на явные факты, свидетельствующие против него, несмотря на всю действительность, говорящую против него, – все же верить в него, то есть принимать на вид лишь суждение его собственной совести, его собственные слова. А высшее прощение – в том, чтобы, и это приняв, вести себя так, как если бы не было ничего, забыть о происшедшем. Такое доверие и такое прощение нужно оказывать другу.

...

Протоиерей Павел Флоренский

Тот еще не имеет бесстрастия, кто в случае искушения не может оставить без внимания погрешность друга, в самом ли деле она есть за ним, или только кажется, что есть. Ибо скрывающиеся в душе такого страсти, возбуждаясь, ослепляют ум и не дают усмотреть лучи истины и различить доброе от худого. Не следует ли положить, что таковой не стяжал еще и совершенной любви, изгоняющей вон страх суда (См.: 1 Ин. 4: 18).

...

Преподобный Максим Исповедник

Любовь – способность отдавать все, чем обладаешь, и самого себя, способность принимать другого в его инаковости, таким, какой он есть, благоговейно, почтительно, радостно, и способность также полагать жизнь за друзей, жить жертвенно.

...

Митрополит Антоний Сурожский

Взирающий на друга просветляется от радости, тает от удовольствия и соединяется с ним по душе каким-то особенным союзом, заключающим в себе неизъяснимое наслаждение. Он оживает духом и окрыляется даже при одном только воспоминании о нем. Я говорю о друзьях искренних, единодушных, готовых умереть друг за друга, горячо любящих друг друга. Не думайте опровергнуть мои слова, воображая себе обыкновенных приятелей, сообщников застольных, друзей по одному имени. Кто имеет такого друга, о каком говорю я, тот поймет мои слова. Хотя бы он видел его (друга) каждый день, он не пресытится; он желает ему того же, чего и себе самому, Я знал одного человека, который, призывая в молитве за друга святых Божиих мужей, молил их предстательствовать прежде за него, а потом уже за себя.

...

Святитель Иоанн Златоуст

Сущность дружбы – именно в погублении души своей ради друга своего. Это – жертва укладом всей своей организации, своею свободою, своим призванием. Кто хочет спасти душу свою, тот должен положить ее за друзей всю; и не оживет она, если не умрет.

...

Протоиерей Павел Флоренский

Так-то должен любить истинно любящий. Он не откажет даже в своей душе, если бы у него потребовали ее и если бы это было возможно. Но что я говорю: потребовали? Он сам вызовется на такое пожертвование. Ничего, подлинно ничего не может быть сладостнее такой любви. Для нее ничто не представляется прискорбным. Верный друг – поистине услада жизни. Верный друг – поистине твердый покров.

...

Святитель Иоанн Златоуст

Дружба заключается в том, чтобы быть верным, дружба заключается в том, чтобы быть готовым, если твоего друга порочат, гонят или преследуют, встать и сказать: «Я с ним!» Готовы ли мы на это? В хорошие минуты жизни мы говорим: да, готовы, но можем ли мы сказать без серьезного размышления, что это наш выбор?

...

Митрополит Антоний Сурожский

Верность раз завязавшейся дружбе, неразрывность дружбы, строгая, как неразрывность брака, твердость до конца, до «кровей мученических» – таков основной завет дружбы, и в соблюдении его – вся сила ее. Много соблазнов отступиться от Друга, много искушений остаться одному или завязать новые отношения. Но кто порвал одни, тот порвет и другие, и третьи, потому что путь подвига подменен у него стремлением к душевному комфорту; а последний не будет достигнут, не может и не должен быть достигнутым ни при какой дружбе. Напротив, каждый пройденный подвиг придает крепость дружбе. Как при кладке стен чем больше льют воды на кирпич, тем крепче стена, так и от слез, пролитых из-за дружбы, она делается лишь прочнее.

...

Протоиерей Павел Флоренский

Дружба – это взаимная верность, готовность за своего друга и жизнь отдать, если нужно. Дружить – значит искать того, чтобы быть похожим на друга, быть с ним в гармонии во всем и все время.

...

Митрополит Антоний Сурожский

И тебе выпал жребий к скорбям и подвигам за меня, а это служит доказательством мужественной души. Ибо располагающий делами нашими Бог способным перенести великие борения доставляет более важные случаи к прославлению. Поэтому и ты предоставил жизнь свою, как горнило для золота, для испытания твоей добродетели в отношении к друзьям. И молю Бога, чтобы прочие сделались лучшими, а ты пребыл подобным себе самому и не переставал обвинять в подобном тому, в чем теперь обвинил, скудость писем моих ставя в самую великую обиду. Ибо это – обвинение друга; и ты продолжай требовать от меня подобных долгов, потому что я не какой-нибудь вовсе безрасчетный должник дружбы.

...

Святитель Василий Великий

Мы часто говорим о любви во Христе, но не всегда готовы отвечать за это слово. Между тем любовь, как и дружба, несет в себе начало высочайшей ответственности, в том числе и ответственности за чужую душу.

...

Священник Владимир Зелинский

Верну другу несть измены (замены) (См.: Сир. 6: 15): он несчастия друга почитает своими и подъемлет их вместе с ним, страдая даже до смерти.

...

Преподобный Максим Исповедник

И мощь и трудность службы – не в фейерверочно-вспыхивающем подвиге минуты, а в неизменно-теплящемся терпении жизни. Это – тихое пламя елея, а не взрыв газа. Героизм – всегда лишь украшение, а не суть жизни, и, как украшение, он непременно имеет свою законную долю рисовки. Но, становясь на место жизни, он неизбежно вырождается в грим, в более или менее правдоподобную позу. Самый непосредственный героизм – в дружбе, в пафосе ее; но и тут героизм – лишь цветок дружбы, а не стебель и не корень ее. Героическое расточает, а не собирает; оно всегда живет за счет другого, питается соками, добытыми житейскостью. Тут, во тьме житейскости, кроются тончайшие и нежнейшие корни дружбы, добывающие истинную жизнь и сами не видные ничьему взору, порою даже не подозреваемые никем…

Ведь φιλία («филия» – любовь, дружба. – Прим. ред .) знает друга не по внешней обрисовке, не по платью героизма, а по его улыбке, по его тихим речам, по его слабостям, по тому, как он обращается с людьми в простой, человеческой жизни, – по тому, как он ест и спит. Можно риторически говорить речи – и обмануть. Можно риторически страдать, даже умереть можно риторически и – обмануть своею риторикою. Но нельзя обмануть повседневною жизнью, и истая проба подлинности души – чрез жизнь вместе, в дружеской любви. Тот или другой акт героизма может совершить всякий; интересным может быть всякий; но так улыбнуться, так сказать, так утешить, как делает это друг мой, может лишь он один, и никто более. Да, никто и ничто в мире не возместит мне потери его.

...

Протоиерей Павел Флоренский

Умовение ног – совсем не героическое деяние, это жест прислужника, повседневная работа раба, встречающего господина. Христос исполняет Свою же заповедь: Больший из вас да будет вам слуга (Мф. 23: 11). Умовение ног – самое высокое выражение дружбы как избрания: Не вы меня избрали, но я вас избрал… (См.: Ин. 15: 16).

...

Священник Владимир Зелинский