И вновь о женщине пою

Я тут заметил как-то вдруг,

Что среди трёх моих подруг

Одна мне ближе и дороже,

Хотя и держится всех строже,

Хотя и старше всех она

И как-то очень уж скромна.

Я не скажу, что был влюблён,

Но был, признаюсь, поражён

Её неброской красотой,

Её душевной теплотой,

Тем, что она при том – умна

И мужу верная жена.

За ней я долго наблюдал

И вот, чего не ожидал,

Чего и быть-то не могло,

Произошло!

Я думал поначалу – сон…

Но это правда – я влюблён!

* * *

Не дано человеку жизнь прожить без потерь,

Что нас ждёт впереди, мы не знаем —

Наугад открываем мы в жизнь свою дверь

И потом в жизни той проживаем.

Проживаем по-разному жизни свои,

Кто как может и как понимает,

Только вот, ни одной жизни нет без любви,

Без любви жизни нет! Не бывает!

* * *

Ты меня понимаешь лучше всех всякий раз,

Ты меня принимаешь каким есть, без прикрас.

Я с тобою «не парюсь», не играю ролей,

Не стараюсь «казаться» я милей, или злей.

По движениям губ ты слова узнаёшь,

В разговорах со мной никогда мне не врёшь.

Ты без дела не хвалишь, просто так не хамишь,

Не кричишь, не ругаешь, когда надо молчишь.

Ты красива всегда, тёмной ночью и днём,

Ты стройна, молода, у тебя «всё путём».

Вкусно борщ ты готовишь… ну, не жизнь – красота!

Но пора уж признаться, что моя ты – мечта!

* * *

Я тебя сравнил со сказкой,

Я такую в дом бы взял.

Называл бы ясноглазкой,

Целовал бы, целовал…

Только «бы» опять мешает,

Только я женат давно!

И другой вновь провожает

Тебя вечером в кино!

Прошедшая любовь

Моя любовь к тебе уже остыла,

Пожара отблески уж не дают огня.

И ты меня, казалось мне, забыла,

И есть другая в сердце у меня.

Цветёт рябина белым цветом,

Из-за цветов и листьев не видать,

А это значит, снова бабьим летом

Пожар здесь красный будет полыхать.

Зачем ты тот костёр разворошила,

Что пеплом уж подёрнулся седым?

Не возродить уже того, что было,

И никогда не быть мне молодым.

Цветёт рябина белым цветом,

Из-за цветов и листьев не видать,

А это значит, снова бабьим летом

Пожар здесь красный будет полыхать.

Жизнь никогда тебе не удавалась,

По сути, ты сейчас совсем одна.

Ты столько раз по жизни ошибалась,

Зачем тебе попытка вновь нужна?

Цветёт рябина белым цветом,

Из-за цветов и листьев не видать,

А это значит, снова бабьим летом

Пожар здесь красный будет полыхать.

Зачем ты тот костёр разворошила?

Лизнул огонь потухший уголёк.

И сердце снова сладостно заныло…

А, значит, я тебя забыть не смог.

Цветёт рябина белым цветом,

Из-за цветов и листьев не видать,

А это значит, снова бабьим летом

Пожар здесь красный будет полыхать.

* * *

Я всё время тобой восхищаюсь!..

Даже вздрогнул от этого «ты».

И всегда одному удивляюсь,

Что хочу подарить вам цветы!

Я хочу подарить вам гвоздики

С терпким запахом наших степей,

Чтоб в глазах ваших радости блики

Засветились на несколько дней!

Ревность

Что у вас с ним было? —

Не предполагаю!

Что у вас с ним будет? —

Я не предскажу.

Почему так глупо

Я всегда страдаю?

Почему ревную

И вослед гляжу?

Мог и сам пойти я

Провожать до дома,

Мог бы не смотреть я,

Вас ревнуя, вслед,

Мог бы не браниться

Я подобно грому…

Но, пока я думал,

Вас и следа нет…

Сумасшествие

Считаешь его воплощением зла,

Не можешь понять, как ему отдала

Ты молодость, лучшие годы…

Мужчины, вообще, все – уроды!

Считаешь, его виноватым во всём,

Уверена – он развалил этот дом,

В котором вы счастливо жили…

И как вы друг друга любили?

Бранишь ты, его не жалея,

Считаешь, что лишь здоровее

От этого станет мужик…

Несчастный совсем уже сник.

Тупица, чурбан, неуклюжий как слон,

Козёл, тунеядец… и всё это он,

Других просто слов ты не знаешь…

А вдруг ты его потеряешь?

Забыты тобой ваши светлые дни,

Забыто и то, что вы с ним не одни,

И дочь – ваша плоть, рядом с вами…

Вот так и растим смену сами.

Забыто и то, что он был дорогим,

Что был перед этим тобою любим

И в целом-то, грех обижаться…

А нужно ли так забываться?

Истошный твой крик заполняет весь двор,

Из окон квартиры летит всякий вздор —

Ты вспомнила всё, и всё сразу…

Разбил он нечаянно – вазу!

* * *

Отчего грустишь ты? – не понять!

И со мной, отнюдь, не откровенна.

Не желаешь ты меня обнять,

Поделиться тайной сокровенной.

Что с тобой? – тебя не узнаю

В море электрического света.

И обидно так осознаю,

Что вопросы будут без ответа.

Не молчи, скажи мне что-нибудь —

Слово глупое, ненужное, смешное.

Посмотри вокруг и не забудь —

В этом мире нас сегодня двое!

Я вас прошу…

Позвольте мне вам возразить —

Своё я мнение имею!

Не опасаясь нагрубить,

Всё объясню здесь, как сумею.

В душе у каждого мечта…

Мы строим замки и ломаем.

Жизнь так сложна и так проста…

Её мы знаем и не знаем.

Я создал вас и тем живу,

В любви своей не докучаю.

Но я увидел наяву

Всё то, о чём один мечтаю!

Молю теперь – не погубите

Нежнейший, тоненький росток!

Ещё прошу – не уходите,

Найдите в сердце уголок.

Просьба

Мне не важно, поверь, кто там был у тебя,

Мы с тобой не из детского сада,

Но и я не позволю плевать на себя,

Или сравнивать с кем-то, не надо!

Ты победами прежними мне не хвались,

Не ломай ты в истерике руки,

Отдавалась ты многим, молчи, не трепись,

Было то по любви, иль от скуки.

Всё, что было до встречи, навеки забудь,

Наша встреча уже как награда.

Об одном я прошу тебя – умницей будь

И не сравнивай с кем-то, не надо!

С праздником

Весна ворвалась в Исполком! [2]

Сквозь окна солнца луч пробился.

Повеселел наш общий дом,

Помолодел, преобразился.

Вдруг засверкал он, как алмаз,

И от улыбок заискрился,

Как будто в каждого из нас

Чертёнок озорной вселился!

В душе томленье и тоска,

И сердце бешеное скачет!

Весна прозрачна и легка…

И разве может быть иначе?

Всего лишь раз, один лишь раз

Мы в «бабах» женщин замечаем.

Их «открываем» всякий раз

И в восхищенье замолкаем!

Восьмого марта мужики

Для женщин землю «рогом роют»,

Цветы им дарят и стихи…

Со скрипом, но посуду моют!

Поздравить всех решил и я! —

И кто меня за то осудит?

Любите круглый год, друзья,

Мороз пусть сердце не остудит!

* * *

Как ты красива, как мила —

Я онемел от восхищенья,

Когда ты рядышком прошла,

Строга до умопомраченья!

Я не могу прийти в себя —

Ни встать спокойно и ни сесть…

Я вижу только лишь тебя —

Спасибо, что ты в мире есть!

Ты словно родничок чиста,

Так манишь всех своей прохладой,

Твои вишневые уста

Счастливцу выпадут наградой!

Сосед

Считала ты его своей «подругой»,

Вы жили на площадке с ним одной.

Сидели на горшках всей группой, кругом,

Вы в яслях, что напротив проходной.

Росла ты непоседливой девчонкой,

Шагала без оглядки по судьбе.

Он бегал за тобою собачонкой

И даже в рот заглядывал тебе.

Ну, а потом, в девятом где-то классе,

Когда к тебе прилипли женихи,

Он потерялся как-то в серой массе

И всё писал ненужные стихи.

Промчалось время, годы пролетели,

Ты вышла замуж, тут же развелась,

Его соседки за глаза жалели,

Он запил и мог запросто пропасть.

Потом мальчишку в армию призвали,

Он даже маме писем не писал.

Однажды только из далекой дали

С признанием письмо тебе прислал.

Ты снова над «подругой» посмеялась,

В ответе же звучал немой укор.

Шутя, ему опять ты признавалась,

Что у тебя вновь новый ухажёр.

Так больше и не встретились вы оба…

Ты на площадке, как-то по весне

Увидела простую крышку гроба

Соседа, что погиб тогда в Чечне.

* * *

Вчера ещё не знали мы друг друга,

Хотя живём мы в городе одном.

Но вырваться из замкнутого круга

Не позволяла жизнь, семья и дом.

И вдруг поездка на Урал, для дела…

Судьба определила всё за нас.

Судьба всё знала и она хотела,

Чтоб повстречались мы на этот раз.

Тот вечер, проведённый вместе с вами,

В душе своей я до сих пор храню,

И всё, что было на Урале с нами,

Я вспоминаю сотни раз на дню.

Не знаю, прав ли я, иль показалось,

Что мы друг другом оба увлеклись,

И правой ли судьба вновь оказалась,

И мудрой ли вам показалась жизнь?

* * *

Прикоснусь к волосам твоим

чёрным как смоль,

Буду молча их запах вдыхать.

И отпустит, уйдет

в глубину сердца боль,

Будет сердце мое отдыхать.

Я зароюсь лицом

в это чудо земли,

И душа улетит в бесконечность!

Буду тихо шептать я

слова о любви,

И подхватит нас звёздная вечность!

О жене

Я славлю женщин красоту,

Но сам люблю одну лишь ту,

Кого зову своей женой.

Она одна! Она со мной!

Вот ей стихов я не писал,

Я прозой ей всё рассказал

И с ней живу уж много лет,

Хотя и ветрен, как поэт.

Могу на сторону сходить —

Как можно женщин не любить?

Но возвращаюсь только к ней,

К любимой женушке своей.

Не болен я тобою

Не болен я тобою, это к счастью,

Не можешь повлиять ты на меня.

И не в твоей, милашка моя, власти

Гонять меня с огня, да в полымя.

Твоими чарами, отнюдь, не околдован,

Я не лежу, как все, у твоих ног.

Скорее я в тебе разочарован

И потому в оценках очень строг.

Не нравится твоя мне бессердечность,

Высокомерие твоё и красота,

Не нравится надменность и беспечность.

Мне кажется, ты внутренне пуста.

Поклонников своих ты презираешь

И, позволяя им себя любить,

Ты ими бесконечно помыкаешь

И заставляешь их тебе служить.

Когда-нибудь тебе всё возвернётся,

Бог даст, и повстречаешь ты ЕГО,

Который вслед тебе не обернётся,

А ты… ты просто влюбишься в него.

Тогда поймешь, как ты несправедлива

Ко всем несчастным, что вокруг тебя.

Что из того, что внешне ты красива?

В душе ты покопайся у себя…

Как хорошо, что я тобой не болен,

Ведь кто-то должен был тебе о том сказать,

Чтобы спустилась вниз ты с колоколен,

Которые всё продолжаешь воздвигать.

Ссора

Ты от меня бежишь, как от чумы,

Как будто денег у меня взяла взаймы,

Как будто я бродяга прокажённый,

А не твой муж, тобой заворожённый.

Уже неделю спишь ты где попало,

Худющая, как смерть, я видел, стала.

Одни глазищи только на лице,

Подумай ты о матери, отце…

Ты избегать стараешься меня,

Не отвечаешь на звонки в начале дня,

Не отвечаешь и в обед, и ночью тоже.

Как на тебя всё это не похоже?

Прошу тебя, одумайся, вернись,

Давай начнём сначала нашу жизнь,

Простим обиды прежние друг другу.

Ну сколько можно так ходить по кругу?

Остановись, нельзя жить на бегу,

Я объясниться даже не могу,

А уж коснуться губ твоих, о том нет речи,

Жена моя, ну, сделай шаг навстречу…

Жене

Свет моих ты очей,

Драгоценность земная!

Боль бессонных ночей,

Моя боль дорогая!

Припадаю к стопам

В благодарности лютой…

Жизнь позволила нам

Насладиться минутой.

Растворяюсь в тебе

До конца, без остатка,

И случайно слезу

Я роняю украдкой…

Сказка

Какой прекрасный день сегодня —

Всё оттого, что ты здесь, рядом.

И сказки дух предновогодний

Окутал нас дурманным ядом.

Принцессой кажешься ты мне,

Какой-то сказочной и зыбкой…

Узор мороза на окне

Вдруг засверкал твоей улыбкой.

А сказка – вот она, кругом

Сверкает золотом, искрится…

Назвать всё это можно сном,

Но только это мне не снится!

* * *

Хочу всё снова повторить,

Хочу всё снова испытать,

Чтобы из губ твоих испить

Вновь неземную благодать!

И, что бы в жизни ни случилось,

Тебя уже мне не забыть.

Куда бы ты опять ни скрылась,

Во мне останешься ты жить!

* * *

Хочешь?

Чтоб наш мир перевернулся —

Старый и седой уже от пыли,

Чтобы с миром он другим столкнулся,

Чтобы там такие ж люди были?

Хочешь?

Я сейчас одним букетом

Звёзды соберу со всей вселенной?

Превращу я эту зиму в лето…

Улыбнись… и стань обыкновенной!

Ты скажи —

Я горы с места сдвину,

Осушу глубокие моря,

На луне я посажу рябину,

Чтоб краснела, гроздьями горя!

Для меня —

Закон – твоё желанье!

Пред тобою раб, упавший ниц.

Я люблю тебя, моё Очарованье,

За дрожанье дорогих ресниц!

* * *

Ты, как всегда, сегодня занята,

Опять болтать мы будем всякий вздор.

Дел бесконечных дым и суета

Заставит нас плести из слов узор.

Как плохо, что мы оба при «постах»!

«Мундиры» нашу жизнь так обедняют…

Сказать бы мне всё то, что на устах,

А не могу, – «мундир» не позволяет!

И лишь себе признаться я могу,

Что рад я нашим встречам бесконечно!

Они, как остановки на бегу,

Напоминают мне, что жизнь не вечна.

Тоска

Сердце словно роза —

Лепестки вразбег.

Словно на морозе

С кровью смешан снег.

А тоска такая,

Что лишь Бог поймёт.

Душу мою ранит,

Словно утку, влёт!

Грусть для двоих

Сладка ты, грусть воспоминаний!

Сладка ты, как сама любовь.

Всю прелесть трепетных свиданий

Ты возвращаешь вновь и вновь.

Сладка ты, грусть былых страданий,

Сладка ты, боль надежд былых…

Вся прелесть трепетных свиданий

Вместилась в грусти для двоих!

Наблюдение

В цветах вся юбка на осиной талии,

Огонь в глазах, которые как ночь,

Влекут мужчин к Михайловой Наталии,

И эту тягу невозможно превозмочь.

Она, чертовка, это понимает,

Играет с ними и надежды подаёт.

Когда же, все-таки, Наталья повстречает,

Того, кто отомстить за всех придёт?

Мне встреча эта страшно интересна.

Ответит он взаимностью, иль нет?

Или играть с ней будет? Неизвестно,

Но тем и занимательней ответ.

И может ли любить сия девчонка,

Что всех мужчин не ставит ни во что,

Плетёт интриги так, злодейка, тонко,

Что в них не разбирается никто?

Слежу я за развитием сюжета,

Всё действо предо мной, как на ладони.

Есть тема для меня, как для поэта,

Как хорошо, что я тут посторонний.

* * *

Михайлова– колдунья?

Без сомненья!

Иначе, чем же можно объяснить

То непонятное волненье,

Что может вас при встрече охватить.

Глазищи у неё черны, как омут,

Призывно вас так манят и зовут.

В них «пачками»

Лихие люди тонут,

До берега никак не доплывут.

А чёрный волос так вас оплетает…

Не хватит слов об этом рассказать.

Михайлова– колдунья!

Всякий знает.

Но ещё больше тех, кто это хочет знать.

О разлуке

Разлука чувства обостряет,

Разлуки нам не избежать.

И каждый это понимает,

Но, вот готов ли то принять?

Как ни стараемся «казаться»

При расставаньях мы всегда.

Но каждый может и «сорваться»

Хотя бы раз, пусть иногда.

Мы расстаёмся все когда-то,

Иначе и не может быть.

Себе оставив то, что свято,

Что собираемся хранить.

Подростки-парни, те суровы:

При расставаниях молчат,

А сами жизнь свою готовы

Отдать за взгляд своих девчат.

Девчонок, хохотушек в жизни,

И летом может зазнобить,

Когда по призыву Отчизны

Уходят парни их служить.

И, позабыв приличья, стыд,

Мать может плакать бесконечно.

Да иногда ещё навзрыд,

Будто прощается навечно.

Отцы украдкою смахнут

Слезинку, что в глазу застряла.

Промолвят скупо, что, мол, ждут,

И прочь уходят от вокзала.

Друзья, подруги, те беспечны,

Легко друг с другом расстаются.

Их разговоры бесконечны,

Они не плачут, но смеются.

Влюблённым, тем всех тяжелее.

Их неестественна разлука —

Переплетутся, словно змеи…

Не расставания, а мука.

Дитё, и то в разлуке плачет,

Когда вдруг мама отойдёт

Пусть ненадолго от кровати…

И так вся жизнь наша течёт.

Разлука есть, и встреча будет,

Надежда есть на то всегда.

И вряд ли кто других осудит,

За эту слабость иногда?

Нурия

Нурия, Нурия!

Ах ты, девочка моя!

Ты наивная такая,

Что в тебя влюбился я!

Ты чиста, как та слезинка,

Ты, как первый снег, свежа!

Моя тонкая тростинка —

Безмятежная душа!

Ты такая, ты такая…

Что немножечко чудна.

Ах ты, девочка родная,

Почему же ты одна?

Татьяне Л

Вы просто прелесть, милая Татьяна,

Но этого боюсь я, как огня,

Все чары ваши облаком дурмана

При встречах накрывают вдруг меня.

Увидев вас, я будто бы немею.

Мне странно то осознавать,

Что я пред вами, кажется, робею

И не могу двух слов связать.

Теряюсь в мыслях, словно я мальчишка,

Смущаюсь почему-то и горю,

Стремительно глупею, даже слишком,

И кроме «здравствуй», ничего не говорю.

Я зол на вас, а на себя тем боле.

Ну, не идти же с вами под венец?

Спросить хочу я вас – доколе?

Когда наступит этому конец?

Елена

Елена прекрасная!

Елена лучистая!

Боюсь не напрасно я —

Ты сила нечистая.

Глаза колдовские

Черны, словно омут.

В них парни лихие

Ватагами тонут.

И мне невдомёк,

Что я сам пропадаю…

И как мотылёк

В этом взгляде сгораю!

Елене К

Кружевной твой воротник

Не даёт покоя мне.

В сердце он мое проник —

Даже видится во сне.

Ты всегда была, что фея!

Я всегда тебя желал!

Восхищаясь и немея,

Взглядом часто провожал.

Но сегодня в платье этом

Ты меня совсем сразила!

Я сегодня стал поэтом —

В красоте такая сила!

Романенко Н.Н

Вас с днём рожденья поздравляя,

Хочу сегодня пожелать,

Чтоб дети ваши, подрастая,

Любили крепче свою мать.

Чтобы ваш муж, придя с работы,

Вам руки нежно целовал,

Чтоб все домашние заботы,

Как и усталость, с вас снимал.

Чтоб среди женщин всех красивых

Он выбирал всегда одну.

И чтоб в глазах его счастливых

Читалось – Я ЛЮБЛЮ ЖЕНУ!

Жигалиной С.М

Заочно с вами я знаком,

Со слов подруги общей нашей.

Надеюсь, знаете о ком

Я говорю, мы дружим с Дашей.

Как много общего у нас,

Поступки, мироощущенье…

И всё же я не знаю вас

И вот прошу за то прощенья.

Хочу сегодня вас просить

В особый день – ваш день рожденья

За нерешительность простить

Меня и все мои сомненья.

Хочу сегодня вам сказать,

Что вас ценю и уважаю,

Что ближе вас хотел бы знать,

Надеюсь, может быть, узнаю.

Хотел бы с вами поболтать,

В ответ услышать ваши речи,

Нам есть друг другу что сказать,

Нам не хватает только встречи.

Вас с днём рожденья поздравляя,

Сегодня вам я признаюсь,

Что этой встречи избегаю…

Себя боюсь!

Москворецкой А.Ю

Листочек нежный на осине

Качнуло слабым ветерком,

Он мне шепнул о том, что ныне

Я должен сделать что-то днём.

Но мысль всё время ускользала

И убегала в никуда.

Я что-то должен? Стоп, сначала…

Какое дело? Что? Когда?

Покоя не было… сомненья…

Я столько раз ругал себя…

И вдруг я вспомнил – День рожденья!

Сегодня, Анна, у тебя!

П-о-з-д-р-а-в-л-я-ю!

Катерине

Как стремительно ты повзрослела.

Сколько нового нынче в тебе!?

Ты несёшь себя гордо и смело

По дороге – навстречу судьбе.

А найти комплимент я не в силах,

Потому я сейчас промолчу.

Еле теплится кровь в моих жилах…

Спать хочу.

* * *

Журавлёвой Н.Е.

Тебя я стал уже бояться!

Что ты придумаешь опять,

Во что заставишь наряжаться,

Каким козлом ещё скакать?

А если честно, – ты прелестна!

Держать так дальше, режиссёр!

С тобой нам очень интересно,

Как – будто царский у нас двор.

* * *

Тозепиной Т.Н.

Не будет генералом сын! —

Пусть воз вращается домой.

Он не один среди мужчин,

Кто носит званье – рядовой.

Пусть возвращается скорей —

Глаза невеста проглядела.

И мать тревожных сколь ночей

Недоспала из-за пострела.

Пусть возвращается скорей,

Развеет долгих дней ненастье.

Пусть из накрашенных очей

Прольются слёзы, слёзы счастья!

Оксана

Оксана! Имя-то какое!?.

Как небо чисто-голубое…

Как чёрный бешеный поток,

Как с родника воды глоток!

Оксана! Имя-то, какое!?

Так не похоже на другое…

Несёт, как вешняя вода,

В долину сказок, в никуда!

Оксана! Имя-то какое!?

Мне не даёт оно покоя…

Оно волнует и манит,

И от него душа болит!

Оксана, милая Оксана!

Ты укротила хулигана…

Тобой навеки он пленён,

А, может, это только сон?

* * *

Я умираю, любовь умирает…

Кто этой боли на сердце не знает?

Кто эту боль позабыл навсегда,

Тот не любил, не любил никогда.

Я умираю, и сердце страдает,

Тот, кто любил – тот меня понимает.

Боль раскалённым железом во мне,

Сердце кричит, как набат в тишине.

Я умираю, и мозг мой пылает,

Разум меня, признаюсь, покидает,

Что-то опять застилает глаза,

То против воли скатилась слеза.

Я умираю, он мне изменяет,

Нашу любовь он на деньги меняет.

Руки хочу на себя наложить…

Но понимаю, что надо мне жить!

* * *

Случайно с тобой мы забрались в постель,

Не ведая, что натворили.

Бурлил в головах наших принятый хмель,

Предметы по комнате плыли.

Я был никакой, в смысле, – пьяный совсем,

А ты лишь немного трезвее.

Спросил – как зовут? – больше не было тем,

И слов не нашёл я нежнее.

Проснулся я утром, тебя уже нет,

Реальность была ещё зыбкой…

На стуле лежал твой забытый браслет,

Записка – считай всё ошибкой!

Зачем ты ушла, не сказав ничего,

Была ли нужда торопиться?

Ведь после той ночи… ну, после всего…

Я просто обязан жениться!

* * *

В твои волосы я окунусь,

Захлестнёт меня сладкой волной.

Растворится в волне этой грусть,

Унесёт мои беды с собой.

Запах чистых волос опьянит,

Одурманит, закружит меня.

И сердечко моё улетит

В никуда, где ни ночи, ни дня.

M. A

Ярко-красные одежды

На тебе свежи, легки.

Но летят к тебе напрасно

На огонь тот мотыльки.

Все закончат путь печально,

Крылья все здесь опалят.

Это видно изначально,

Но они летят, летят.

Я их, где-то, понимаю,

Пламя их к тебе влечёт.

Но тебе вот проставляю —

НЕЗАЧЁТ!

Ну, нельзя же, в самом деле,

Быть красивой чересчур.

Затупить так может стрелы

Сам Амур!

И нельзя же всех, кто любит,

Пропускать сквозь жернова.

Их же чувство к тебе губит,

Тут, ты, Алла, не права.

И не надо так кичиться

Богом данной красотой.

Надо, милая, делиться

С мотыльками теплотой…

* * *

Мы с тобой не целовались, всегда были при делах.

Вне работы не общались, жили в разных городах.

Никогда ты не давала мне надежды никакой.

Не имел и я желанья волочиться за тобой.

Потому и удивляюсь своим мыслям о тебе,

Мы чужими расставались, я уверен был в себе…

Что же, всё-таки, случилось? Почему я сам не свой?

Что в судьбе моей сместилось? Где сегодня разум

мой?

Почему из женщин многих мне сейчас лишь ты видна?

Ты, я знаю, правил строгих и, к тому же, не одна.

Где, когда я поскользнулся, что в тебе открылось вдруг?

Почему не замечаю я теперь твоих подруг?

Хорошо, что ты не знаешь, что мне стала дорогой,

И пока не замечаешь, что ты сделала со мной.

Хорошо, что ты не рядом, может, всё само продет,

Может, кто-то, ненароком, меня раньше подберёт?

Насмешка

Луна яичницей желтела,

Мерцали звёзды, как огни.

Ты целоваться не хотела,

Хотя и были мы одни.

Крутил тебя я так и этак,

К губам твоим тянулся смело.

Ты ж уходила от ответа

И целоваться не хотела.

Удвоив прежние старанья,

Переборщил я, может статься?

И весь горел уж от желанья…

Ты ж не хотела целоваться!?

Себя считал я светским львом,

Но вот терпел здесь пораженье.

Имел я женщин ночью, днём,

Но никогда – сопротивленья!

А здесь осечка без причин,

Ну, что с тобой, на самом деле?

Не знала ты ещё мужчин?

Ну, значит, просто не умели…

Расслабься, милая моя,

Тебе здесь некого бояться.

Здесь только мы, лишь ты и я…

Ты что, сдурела – сразу драться!

Луна по небу вниз ползла,

На редких тучах спотыкаясь,

И за собою день везла,

Над нами, явно, надсмехаясь.

Заря над морем заалела,

Но всё не шёл ко мне успех.

Ты целоваться не хотела —

В глазах твоих таился СМЕХ.

Воспоминание

Ты помнишь Грецию, Афины,

Над морем пламенный закат?

Как хохотали без причины,

И каждый был друг другу рад?

Ты помнишь время золотое,

Когда бродили мы втроём,

Не находя себе покоя

Не только ночью, но и днём?

Тогда ты мне и приглянулась,

Тогда тебя я разглядел.

Ты невзначай мне улыбнулась,

И я вдруг точно онемел.

Увидел я тогда впервые,

Что рядом женщина со мной,

В которой краски внеземные

Играют все своей игрой.

Я не скажу, что я влюбился,

Но что-то вдруг произошло.

И вечер тот мне не забылся,

Хотя и время уж прошло.

Ты стала ближе и дороже,

Подруга, будто в тень ушла,

И в этот вечер ты, быть может,

В груди моей огонь зажгла?

Александра

Ты до сих пор перед глазами

Стоишь в проходе в светлом платье.

Ещё нет искры между нами,

Ещё не начал полыхать я.

Пока я только лишь любуюсь

Осиной талией твоей.

Пока ещё я не беснуюсь

В огне безудержных страстей.

И ты меня не замечаешь,

Толпой мужчин окружена…

Пока, я вижу, ты скучаешь

Среди поклонников одна.

Ты до сих пор передо мною

Паришь иконой в небесах,

С твоим смирением с судьбою

И с безысходностью в глазах…

* * *

Я просто видеть вас хотел

И, не найдя иной причины,

Я вам сказать о том посмел —

Так поступают все мужчины!

К чему лукавить без конца —

Недоговорки, те же мины,

И не достойны молодца,

А уж, тем более, мужчины?

Вы не прогнали меня прочь,

Не обозвали наглецом.

Пытаясь мягко мне помочь,

В грязь не ударили лицом.

Поговорили, как с больным,

И о себе всё рассказали,

Что сердце занято другим,

Что нашей встречи вы не ждали…

Беседа протекала так,

Что не испортила картины.

Вам удалось, не знаю как,

Но не задеть в ней честь мужчины?

Я вернулся