Сенатор: человек, принимающий законы в те промежутки, когда не отбывает срок.
Избирательный бюллетень – единственный товар, которым можно торговать без патента.
Принципы не играют большой роли, разве что во время выборов. После выборов их можно развесить на веревке, чтобы они как следует проветрились и просушились.
Демократическая партия состоит из сумасшедших, но никто из членов демократической партии об этом не знает. Зато это знают республиканцы. Все республиканцы сумасшедшие, но об этом знают только демократы.
Все политические партии в конце концов умирают, подавившись собственной ложью.
Даже когда власть имущий хочет сделать добро одному человеку, он неизбежно причиняет вред другому.
Радикал одного века – консерватор следующего.
История учит, что всюду, где слабые и невежественные люди обладали чем-либо, что хотели иметь люди сильные и образованные, первые всегда уступали это по доброй воле.
Позвольте мне изготовлять предрассудки нации, и мне будет наплевать, кто изготовляет ее законы или ее песни.
Человеческий мозг – великолепная штука. Он работает до той самой минуты, когда ты встаешь, чтобы произнести речь.
Подлинный экспромт всегда хуже и бледнее заранее придуманного.
Всякая параллель уверена, что вполне может стать экватором, если бы ее не ущемляли в правах.
Учить себя самого – благородное дело, но еще более благородное – учить других; кстати, последнее куда легче.
Очень немногие грешники были спасены после первых двадцати минут проповеди.
Недостаточную глубину своей проповеди он восполнил ее длиной.
Я путешествовал очень много и пришел к выводу, что даже ангелы говорят по-английски с иностранным акцентом.
Познания гидов в английском языке как раз достаточны, чтобы всякое объяснение довести до полной неудобопонятности.
Наберите команду плыть в рай и попробуйте сделать стоянку в аду на какие-нибудь два с половиной часа, просто чтобы взять угля, и будь я проклят, если какой-нибудь сукин сын не останется на берегу.
Я отказался участвовать в его похоронах, но послал очень вежливое письмо, в котором одобрил это мероприятие.
Едва ли это достаточное утешение для трупа – знать, что динамит, разорвавший его на куски, был не столь хорошего качества, как следовало бы.
В рай принимают не по заслугам, а по протекции, иначе вы остались бы за порогом, а впустили бы вашу собаку.
Совесть нам очень надоедает. Она как ребенок.
Будь у меня собака, такая назойливая, как совесть, я бы ее отравил. Места она занимает больше, чем все прочие внутренности, а толку от нее никакого.
Нечистая совесть – это волос во рту.
Чувство нравственности помогает нам понять сущность нравственности и как от нее уклоняться.
Мы были маленькими христианскими мальчиками и рано узнали сладость запретных плодов.
Этика состоит из политической этики, коммерческой этики, церковной этики и этики.
Правильно вести себя легче, чем придумать правила поведения.
Есть несколько способов справиться с искушением; самый верный из них – трусость.
Будь добродетелен, и ты будешь одиноким.
Вздыбленные лошади на картинах старых мастеров походят на кенгуру.
Отправляясь в железнодорожное путешествие, совершенно незачем страховаться. Опасность заключается не в езде по железной дороге, а в сидении дома.
Закон труда крайне несправедлив, но уж таким он создан, и изменить его невозможно: чем больше радости получает труженик трудясь, тем больше денег ему платят за труд.
Тысячи гениев живут и умирают безвестными – либо неузнанными другими, либо неузнанными самими собой.
Самоучка редко знает что-нибудь как следует и обычно в десять раз меньше, чем узнал бы с учителем.
Воскресенье бывает только раз в неделю, и я жалею об этом. Человек так устроен, что он выдержал бы и два воскресенья.
Нет ничего более раздражающего, чем хороший пример.
Человек не должен критиковать других на той почве, на которой он сам не может стоять перпендикулярно.
Юмор приводит в действие механизм мысли.
Острота – это неожиданное бракосочетание двух идей, которые до свадьбы даже не были знакомы.
Шутки мои были так тонки, что никто их не заметил.
Древние остроты следует классифицировать по геологическим периодам.
Отличный способ испортить с человеком отношения – сказать: «Нет, вы не так рассказываете этот анекдот». Потом рассказать по-своему.
Двое нью-йоркских приятелей Твена, Брандер Маттьюз и Франсис Уилсон, решили отправить ему письмо. В то время Твен путешествовал и не имел постоянного адреса, поэтому на конверте они написали:
МАРКУ ТВЕНУ,
БОГ ЗНАЕТ ГДЕ.
Три недели спустя пришел ответ: «Да, Он знает».
Благоприятные пророчества подобны войнам ради благой цели: они настолько редки, что их можно не принимать в расчет.
Теории ничего не доказывают, зато позволяют выиграть время и отдохнуть, если ты совсем запутался, стараясь найти то, что найти невозможно.
Нельзя полагаться на свое суждение, если воображение не в фокусе.
Однажды Твен зашел в один из крупнейших нью-йоркских книжных магазинов.
– Мне, пожалуйста, последнюю книгу Марка Твена, – обратился он к продавщице.
Продавщица задумалась: