Нежнорогий возвращается в лес

Лесничий хотел как следует напугать Нежнорогого. Чтобы он не подпускал к себе близко любого встречного человека. Чтобы с первого дня понял, что лесной зверь должен быть очень осторожным. Пусть бежит Нежнорогий! Пусть лес станет его родным домом.

Звук выстрела и в самом деле не понравился Нежнорогому. Не понравился ему и запах порохового дыма. И то, что Гнедая шла прямо на него… Но почему нужно бояться людей? Подпрыгнув, он остановился. Вокруг никого не было. И появились уже другие запахи. Это благоухал лес.

Пела, звенела вода. Сверкая, текла она по камешкам. Лесной ручеек выбегал из темной чащи, где орешник, покрытый сережками, осыпал золотую пыль. Сквозь редкие вершины падали солнечные лучи. Ручеек ловил и уносил их. Он блистал и сверкал, исчезая в темном ельнике.

Нежнорогий поднял голову и прислушался. Он услышал, как журчит вода, а в чаще звучит птичья песня. Нежнорогий вглядывался в лес. А лес своими большими зелеными глазами взирал на него.

Звонко журча, текла вода. Тихо шумел лес. Звери понимают гул леса лучше, чем люди. А в самый тихий день речь леса понимают только звери. Ведь звери — тоже лес.

Нежнорогий перешел ручеек, скользя по камням копытами. Надо осторожно ступать! Вода вкусная и холодная, даже нос мерзнет. И такая светлая…

Может, вернуться на поляну, где он расстался с лесничим? Тот грохот с дымом не был приятным, но не такой уж он и страшный, чтобы из-за него совсем не хотеть видеть людей, которые были к нему так добры.

Если бы Нежнорогий встретил знакомого человека, он не убегал бы от него, нет! Но сам он уже никогда не будет искать людей. Особенно теперь. Сейчас его зовут тени ельников, манят высокие сосны, вершины которых что-то шепчут ему.

Козел вырос у людей, и законы леса ему не были знакомы. И все же он, как и все козлы, потерся своими нежными рогами о ствол молодого дубка. Прекрасный был этот дубок! Скоро придет пора чистки рогов. Он будет искать высокие дубки, рябину, пряно благоухающую черемуху и крушину и будет тереть о них свои рога, пока они не станут гладкими, твердыми и блестящими…

Все дальше и дальше шел Нежнорогий. Ему казалось, что он идет в глубину леса, хотя козел не знал, где середина и где конец леса. Пройдет еще много времени, и он узнает все тропинки, болота и лесные луга. А пока он идет все дальше.

…Прошел день. Прекрасный, солнечный день. И ночь миновала. И снова наступил день… А Нежнорогий все брел, не задерживаясь долго на одном месте. Он еще не отыскал места возле источника или густого молодняка, где ему захотелось бы найти себе пристанище. У всех косуль есть свои любимые места, где они прячутся и пасутся.

В лес уже пришла настоящая весна. Вернулись почти все птицы. Наступили теплые солнечные дни. Из-под коры деревьев, из-под гнилых пней вылезли первые тощие комары. Жалобно жужжа, они стали искать жертву, в которую можно было запустить свое тонкое жало. Только сядет солнце за болото, а комар уже тут как тут. Но нигде никого! Торчат кочки болотного мха да рыжеет багульник… Покрутится такой комар вокруг уха Нежнорогого, пожужжит-пожужжит и улетает голодный.

Весной в заболоченном леске не найдешь сухого места. Нежнорогому заболоченный лесок не понравился. Он пересек обширный разросшийся молодняк и остановился у края луга.

Луг был огромный, его окружали выбежавшие из лесу березы. Все стройные и белые, склоняя к земле свои кудрявые головы, они как будто к чему-то прислушивались. Может быть, они слышали, как мимо месяца пролетали журавли. Может быть, они чувствовали, как из корней к их листве поднимается живительный сок. Поднимется сок еще выше, и зазеленеет березовая голова, покрываясь маленькими молодыми листочками.

Молодой месяц уже расхаживает по небу, но Нежнорогий все равно не видит пролетающих в небе журавлей. Только слышит, как далеко в заболоченном леске трубит журавль. Вечереет… Солнце скрылось за деревьями, как будто отправилось через красные вечерние ворота спать.

Над лугом с криком кружит чибис. Этот конец луга весь в кочках, поэтому там и живут чибисы. Вот один взлетел вверх, победоносно закричал, перевернулся в воздухе, заломил крылья и камнем упал вниз. Убьется! Но нет! Только прошумели и выровнялись крылья, и снова, закричав, чибис взмыл ввысь.

На том краю луга еще стояла вода. Она как зеркало, в котором можно видеть и край багрового неба, и белые березы. Если подойти к этому озерку, то увидишь и свое отражение — так спокойна и ровна весенняя вода. Скоро сумерки выползут из лесной чащи, застелют луга и поднимутся до самых вершин елей. Не достанут они только до звезд. Звезды будут сверкать всю ночь.

Певчий дрозд вцепился в макушку высокой ели. И не какую-нибудь выбрал ель, а самую высокую. Сидит там и поет нескончаемую вечернюю песню. Прислушается и засвистит снова. Таков уж обычай у этих певчих птиц: если они поют, то так, чтобы все вокруг слышали. Да и откуда еще раздаваться песне, если не с самой макушки ели!

Нежнорогому тоже нравится песня дрозда. Это не скрипка, которую он часто слышал в лесничестве. Скорее, это флейта, звучащая весенним свистком с десятью разными голосами, двумя десятками различных песен, которые кончаются и снова начинаются.

Стоит Нежнорогий на окраине луга и слушает. А чибис все не умолкает, а дрозд все поет. Чуткое ухо у Нежнорогого, оно само поворачивается в направлении нового звука. «Псип!..» А вот и новый звук! Не только: «Псип!.. Псип!..» И: «Ххор! Ххор!» Все ближе и ближе. Теперь уже ясно слышно.

Две птицы одна за другой летят над самыми вершинами деревьев. Они гонятся друг за другом, и никак не могут догнать. Хотят обогнать друг друга, но не обгоняют. Издали кажется, что они дерутся. Или играют. У них огромные загнутые клювы. И они быстро-быстро машут своими короткими крыльями… Улетели! Но вот вернулись обратно. Но теперь птица уже не одна. «Ххор!.. Ххор!.. Псип!.. Псип!..» Тоже песня. Но как она отличается от песни дрозда! Весной каждая птица играет на своем собственном инструменте.

Нежнорогий первый раз видит вечерних птиц — вальдшнепов. Он будет видеть их долгими весенними вечерами. Когда садится солнце, длинноклювые вальдшнепы летают над лесом туда и обратно, кричат, пищат, ищут друг друга. А потом, когда становится темно, опускаются под темными елями в свой влажный лес, разрывают носами рыхлую землю, ища в ней червей и ожидая наступления утра.

Вот пролетают две другие птицы. Их острые треугольные клювы дрожат от свиста. На фоне темного неба птицы кажутся еще чернее, а их шеи длинными и вытянутыми. Видимо, так им летать быстрее и легче. Птицы спускаются и падают в воду. Вода рябит. Птицы гоняются друг за другом в воде. «Кря-кря-кря!..» — это кличут друг друга играющие утки. На какой-нибудь болотной кочке утки смастерят себе гнездо. А потом будут по тихой летней воде прогуливать пушистых утят…

Быстро темнеет. Одна за другой зажигаются в вечернем небе звезды… Острый серп месяца уже поднялся на небесную крышу и, наклонившись к земле, засветился ясным и блестящим от вечерней росы светом.

Скоро проходит весенняя ночь. Смотри, скоро перед зарей затрубят журавли, и сразу же после их первого звука побелеет восточная сторона неба.

Нежнорогий побрел в сосновый молодняк. Там песок, и ночью там теплей.

Далеко в лесу ухает сова. Неизвестно, зовет ли она друга или просто любуется своим голосом.

Нежнорогий слышит, как под крыльями бекаса свистит воздух. Совсем небольшой бекас.

Когда он поднимается над лугом, то его даже не видно, а потом, когда устремляется вниз к земле, так шумит своим хвостом и крыльями, что этот звук почему-то напоминает блеяние.

Ночь пахнет бором и нагретым за день песком. Спокойно и легко дышит старый сосняк, от которого веет приятной вечерней прохладой. У Нежнорогого такое хорошее настроение, что он начинает прыгать, топает всеми четырьмя копытами и громко, во весь голос лает самым настоящим голосом самца косули. Обычно в такие прекрасные весенние вечера так же ведут себя и его дикие братья.

Нежнорогий, пробравшись в густой молодняк, слушает, как высоко над лугом, почти у самого месяца, веселится молодой бекас.

Такой росы еще никогда не было. Поникла прошлогодняя серебряная высохшая полевица. На голых сухих горках побелел рыжий вереск. А в других местах роса крупная, словно бусы. Молодые березки точно вымытые. На каждой паутинке сверкают мелкие бусинки росы.

Темно-синий пушистый прострел опустил отяжелевшие от росы головки. На его синие тарелочки упали солнечные лучи и позолотили их донышки.

Взошедшее солнце согрело косогор, и из-под старого сухого пня вылезла ящерка. Вылезла и вытянулась на песке, на самом солнцепеке. Наверное, никто так не соскучился по солнечному теплу, как она. Насколько нагрело солнышко землю, настолько нагрелась и она. Когда в воздухе становится прохладно, она тоже остывает. Лежит ящерица на теплом песке и шевелит от удовольствия своей зеленой головкой — так ей хорошо. Но вдруг она задвигалась и шмыг к своему пню. Это прошел мимо, изящно переставляя ноги, козел, но он даже не заметил ящерицу. Нежнорогий набрел на удобное деревце и начал тереться о него своими рогами. Он уже научился тереться рогами о дерево. Наверное, почувствовал, что пришла пора их вылощить. Что-то стукнуло рядом с ним.

…А в это время охотник, по имени Стяпонас, собрался на охоту. В то утро он добрался из отдаленной деревни Кукуряй на лучшее место в лесу, где собираются тетерева.

Далеко нужно было ему идти. Потому-то он и отправился пораньше, когда петухи еще спали. Журавли тоже молчали, потому что заря настанет еще не скоро. Он шагал по песчаной дорожке, потом по тропинке, пока не пришел к Толстой сосне. От сосны через густые кусты к болоту, и вот он уже на месте.

Вокруг тихо-тихо. Только далеко, в старом бору, ночная птица козодой, немного помолчав, начинает кричать странным голосом. Прокричит долго, монотонно и снова умолкнет. Лес спит не дыша. С вечера светил месяц, но после полуночи он сразу же отошел ко сну, и только звезды остались светить. Они светят и теперь, спокойные и большие.

Стяпонас был хорошим охотником. Он мог уйти очень далеко, не спать ночь и две, если захотел добыть зверя или птицу. Правда, он никогда не стремился набить много дичи. Ведь на охоте не это самое важное. Но какой же охотник без добычи! Потому и хотел Стяпонас подстрелить хотя бы одного тетерева во время их весенних игр и танцев. Поднявшись еще до первых петухов, он проделал длинный ночной путь на тетеревиный ток. Здесь он быстро нашел обтыканную пышными ветвями сосны яму. Это устроенный охотниками тайник, который нелегко отыскать в зарослях густых молодых сосен.

Ночь ясная, можно пересчитать все звезды. А заря будет еще ясней. Наверное, ударит небольшой морозец. Затокуют тетерева, задрожат у них ноги. Лучшего утра и быть не может! Тетерева особенно любят такие холодные, ясные рассветы. Охотник Стяпонас забрался в яму, устроился поудобнее и начал ждать.

Он ждет. А утро приближается. Даже нос у Стяпонаса покрылся росой. Медленно гаснут звезды. Звучат серебром, возвещая зарю, журавлиные трубы. Едва брезжит утро.

Проснулась и закуковала первая кукушка. Охотник Стяпонас стал прислушиваться еще внимательнее. Скоро должны прилететь тетерева, черные птицы с красными головами. Да!.. В болоте уже послышалось шипение… Странный у тетеревов голос. Тому, кто не слышал его, он может показаться даже несколько страшным. Но сердце охотника от этого голоса начинает биться тише, а то вдруг услышат…

«Ш-ш-шш…» Шипит и там, и здесь, и близко, и далеко. Это на болоте просыпаются тетерева. Вчера они весь день поклевывали на кочках клюкву, где застала их ночь, там и заночевали, а теперь наступила пора готовиться к танцам и дракам. Один поднялся, зашумел крыльями и сел на полянку, в середине которой росли густые сосенки. Сел и прислушивается. Охотник Стяпонас тоже прислушивается. Не шелохнется. Прилетел первый тетерев, самый ярый ворчун. И другие тоже, колотя крыльями, слетаются на полянку. Около охотничьего тайника спустилось уже, наверное, семь тетеревов. Тот, который прилетел первым, зашипел, высоко подскочил и забил крыльями. Другие тоже вскочили и начали бить крыльями. У брода затрелил и полетел вдоль реки бекас. Тетерева, распустив свои разноцветные хвосты и бормоча, начали ходить по песчаной поляне. Они подпрыгивали, шипели, били крыльями и опять что-то бормотали, словно журчащий по камням ручеек.

А охотник Стяпонас притаился в своем укрытии и слушал. Слушал и никак не мог наслушаться: так была прекрасна игра тетеревов. Он смотрел сквозь ветки, но ни в одного тетерева не выстрелил. Темно, и до восхода солнца еще успеется. Кроме того, тетерева довольно далеко, ни один не мелькает на расстоянии выстрела. Хороший охотник не торопится стрелять.

И Нежнорогий слышит тетеревов. Но он — не лиса и тетеревов не ловит. Правда, он и не любуется их игрой, как охотник. Но и ему что-то понадобилось в той стороне. Нежнорогий, не дожидаясь долго, продрался через чащу и вышел на поляну. На поляне, хлопая крыльями, играли и танцевали тетерева. Нежнорогий смотрит, ему нравятся эти красивые, словно цветы, птицы. Но вдруг Нежнорогий почуял какой-то запах. Это хорошо знакомый ему запах. Где-то совсем рядом человек. А он так давно не видел людей!..

Нежнорогий втянул ноздрями воздух и пошел прямо на запах. Может быть, здесь? А может быть, там?.. Нежнорогий принюхивается и ждет. Вот он ступил на поляну. Тетерева притихли. Самца косули они видят не первый раз и не боятся его. Но все-таки неплохо присмотреться, для чего он пришел сюда. Нежнорогий направился к заросшей соснами яме. Нет, нюх его не обманул!

Он подошел к яме и остановился. Ему очень интересно. Он просунул между ветвями голову… Он еще не видел таких странных вещей! В яме прятался человек! И этот человек вдруг зашевелился, заволновался… То ли он пытался схватить Нежнорогого за рога, то ли хотел ударить его по лбу…

Нежнорогий отпрыгнул назад, словно ткнул носом в горячий уголь… От резкого движения он упал, но вскочил на ноги и понесся галопом, полетел, словно птица, через поляну, мимо тетеревов. Тетерева в один миг сложили свои хвосты и разбежались кто куда. Ни одного не осталось.

Но Нежнорогий далеко не убежал. Он остановился и с любопытством оглянулся. Никого. Надо вернуться и посмотреть еще разок. Неужели там действительно был человек?

У охотника Стяпонаса чуть не оборвалось сердце. Будет теперь, что друзьям рассказать: чуть самца косули за рога не поймал! Но этот негодяй козел всех тетеревов разогнал! А ведь сегодня последнее утро тетеревиного тока! Завтра уже все — кончается охота на тетеревов. Смотрит Стяпонас, а этот негодник опять подошел. Идет как ни в чем не бывало прямо на него. Не выдержал охотник, встал, вылез из укрытия и как закричит:

— Пули захотел, козел рогатый?!

Видит Нежнорогий, шутки плохи: машет человек какой-то палкой, похожей на ту, из которой раздается гром и идет дым. Повернулся и ускакал прочь.

Продираясь сквозь кусты, Нежнорогий слышал несшиеся ему вслед слова:

— Чтоб тебя волк задрал! Чтоб тебя ястреб растерзал!

Об этом происшествии Стяпонас рассказал всем охотникам. В трех селах говорили, что в лесу появился какой-то странный козел. Весть о нем дошла до самого лесничества. Услыхав об этом, обрадовались лесничий и оба мальчика. Значит, Нежнорогий в лесу живет. Никуда из лесу не ушел.

И, кажется, ему пока везет.

Хорошо в лесу, когда светит солнце. Но сегодня утром взошло не такое ясное солнце, по небу медленно поползли серые тучи. Их становилось все больше, они собрались в стаю. Небо сделалось серым, полил первый весенний обильный дождь. Теплый, щедрый, весенний дождь! Березы протянули свои ветки и с удовольствием зашелестели. Им очень нужен дождь. Они его давно ждут. Хорошо соснам и елям! Скоро они начнут выпускать первые нежные зеленые побеги. Без солнца и дождя не может вырасти ни трава, ни деревья.

Шумят ели, пьют дождь. Дождь густой, он прямыми струями падает на землю, потому что нет ветра.

Птицы прячутся от него. А вот утки совсем не боятся воды. Тетерева залезли куда-то в вересковые заросли. Устроившийся в гуще ветвей черный дрозд даже запел гимн теплому дождю. Радуясь вместе с деревьями, он насвистывал медленную лесную мелодию.

Нежнорогий весь промок. Дождь настиг его на открытом месте. Нежнорогий долго жил у людей. Во время сильного дождя он прятался под крышу кормушки. А здесь нет кормушки. И Нежнорогий не умеет найти в лесу сухое место. Промокший и невеселый, он идет, осторожно ступая по лесу. Ему еще придется многому научиться, пока он станет настоящим лесным козлом.

Нежнорогий прячется в густой ельник, под небольшой, уже немолодой развесистой елкой. Здесь суше, чем вокруг. Ветви елки обросли серым пушистым лишаем. Густая хвоя задерживает дождь, а сухой мох впитывает воду. Долго должен идти дождь, чтобы Нежнорогому здесь намокнуть. Вот и для Нежнорогого нашлось сухое место, он повертелся, повертелся и улегся. Свернулся в клубок и слушает сквозь сон, как шумит обильный весенний дождь, как насвистывает тихую песню черный дрозд…

Зазеленели листья. После такого дождя из почек выскочили зеленые листочки, которые покрыли все ветки. Березы после дождя издают такое благоухание, как могут благоухать только одни березы.

У Нежнорогого уже есть любимое местечко, от которого он не отходит далеко. Попасется вокруг и возвращается обратно. Это тот самый густой ельник, который приютил его во время дождя. Очень удобное место! Рядом бьет ключ, и, когда захочешь, можешь напиться. Над ключом сплелись густые ветки. Можно спрятаться в них и быть спокойным.

Нежнорогий знает своих соседей. Они все живут в том же ельнике, они все любят чащу, никогда не враждовали и не будут враждовать друг с другом.

А вот и певчий дрозд, грудь которого вся в мелких крапинках. Тот самый дрозд, который весенними вечерами до самой темноты распевает на вершинах елей. Он рано выводит птенцов, когда деревья еще не распустили своих листьев. Поэтому дрозд и вьет свое гнездо на елке, где густые ветки, и крепко приклеивает его к стволу. Его гнездо зеленое, покрытое мхом, теплое и сухое внутри. Интересно строит свое гнездо дрозд. Соберет с пеньков гнилушек, растолчет их клювом и оклеит ими гнездо изнутри. Когда гнездо высыхает, кажется, что оно оклеено бумагой. Потом дрозд кладет пять голубых яичек. Вылупляются маленькие дроздята… Сколько забот, сколько страха, пока малыши вырастут и улетят из гнезда! Самый опасный враг дроздов — сойка. Это яркая, с виду веселая и смелая, с красивым оперением птица — жестокий крылатый разбойник. Злодейка лазит по чащам, и горе дрозду, зеленушке, зарянке или пеночке, если их гнездо попадется ей на глаза. Сойка ограбит гнездо и слопает все яички. А если найдет маленьких птенчиков, не пожалеет и их. Дрозды, увидев недалеко от гнезда сойку, со всех сил набрасываются на нее. Если рядом высиживают яйца другие дрозды, то, услыхав шум, они спешат на помощь. Хорошо, если им удастся прогнать сойку.

Нежнорогий не раз слышал в ельнике такой шум. До сих пор дроздам везло. И теперь Нежнорогий лежит под елкой и видит, как прилетает с насекомым в клюве быстрый дрозд, а в гнезде его ждут пять разинутых клювиков. Покормит одного и мигом улетит, чтобы принести другим, а дроздята, высунув из гнезда головки, с любопытством глядят на мир черными глазенками.

Серый королек тоже сосед Нежнорогого. С утра до вечера, как нежный колокольчик, звенит он, и серебряные капельки капают из его неутомимого клюва. Нежнорогому нравится песня этой птички. Она говорит ему о том, что в лесу много солнца и листьев, о том, что в лес пришла весна.

Распевая, королек летает между кустов, ветвей и вершин деревьев, часто спускается на солнечную поляну, исчезает в густой траве. Если бы кто-нибудь очень внимательно обшарил эту поляну, то, наверное, нашел бы маленькое, с дырочкой на боку, выстланное мягкими перьями, очень хорошо спрятанное в траве у старого пня гнездо королька. Нежнорогий не ищет это гнездо. Насытившись, он лежит под елкой и слушает пение птиц. Птицы поют спокойно, значит, и в лесу все спокойно.

Только одно плохо: в сыром ельнике нестерпимо кусают комары, некуда от них деться. Может быть, на песчаных горках и в сухих сосновых лесочках их меньше? Чего доброго, придется другое место искать.

Нежнорогий уже знает все лесные тропы. Знает, как пройти на край леса и как вернуться в спокойные места. Знает, на каком лугу растет трава, а на каком клевер. Клевер растет и на лесных лужайках, но самый сочный — на далекой окраине леса, на большом поле, где ночи напролет стрекочет коростель. Любит Нежнорогий ходить на то поле.

Тихими вечерами, когда ложбины окутывает туман, а коростель, поточив косу, начинает со стрекотом ходить с одного края луга на другой, на опушку леса выходят косули. Они осторожно останавливаются и прислушиваются. Потом щиплют траву. Если вокруг тихо и спокойно, они идут дальше, где трава самая вкусная. Больше всего косули любят клевер. И если на опушке много клевера, они так и тянутся туда.

На опушку леса выходят старые осторожные козлы. Поточив рога о деревья, они долго стоят, насторожив уши. Только когда темнеет, они начинают смелей щипать траву. Косули приводят детенышей, которые чуть выше клевера. Они собирают вкусные цветочки и жуют их. И никто не причиняет косулям зла, никто не пугает их… Идут люди, видят в клевере косуль, считают маленьких и радуются. Ночью косули возвращаются в лес. И утром, на заре, они снова уходят в клевера. Щедрое лето принесло всем полный дом подарков. Ведь лето — самое прекрасное время года!

Нежнорогий тоже любит клевер. Он приходит из леса на то далекое поле, где клевер самый лучший, и, будучи смелее других козлов, потому что людей он почти не боится, пасется, пока не стемнеет. А потом, как и все косули, во второй раз выходит на заре в клевера. Люди здесь привыкли к косулям, а косули к людям, и уже не удивляются друг другу. Но вот по округе пронесся слух о странном, невиданном козле.

Рядом с полем клевера, на широком огороженном пастбище, пасутся коровы. По утрам, когда чуть высунется край солнца, когда луга окутаны туманом, а коровы лежат и жуют жвачку, позвякивая ведрами, на пастбище приходят доярки. Нежнорогий видит их каждое утро, и ему нравится слышать это бряцание ведер. Оно напоминает ему утренние работы в лесничестве, и он снова чувствует запах своего доброго дома.

Утром Нежнорогий услыхал приближение доярок, поднял голову и внимательно всмотрелся: рядом с доярками бежала собачка. Такая же маленькая, как и его бывший друг. Только та была пестрая, а эта — черная.

Собачка тоже увидела козла. Она раз-другой тявкнула, но козел не испугался. Собачка очень удивилась, даже остановилась. Козел не только не боится ее, но спокойно продолжает щипать клевер.

Нежнорогий видит, как к нему, высоко прыгая в клевере, бежит мокрая от росы собачка. Доярки тоже это увидели.

— Назад, Саргис, назад! — услыхал он, как закричала одна из доярок.

Доярки не хотели, чтобы собака прогнала такого красивого козла.

А Саргис — куда там! Он, как и полагается настоящему сторожевому псу, продолжал лаять на этого козла.

А Нежнорогий думал, что собачка бежит с ним играть. Он перестал щипать клевер и, взмахивая рогами, запрыгал перед собачкой.

Куда девалась смелость собачки — козел не только не боится ее, он еще сам нападает. Собачка взвизгнула и удрала назад к дояркам… А Нежнорогому очень хотелось поиграть, он не отстает, бежит следом. Доярки перепугались: вдруг на них нападет!

Зазвенели ведра, закричали доярки, и Нежнорогий поскакал в лес.

Испугавшись, собачка завизжала, прижалась к дояркам и никуда больше от них не отходила, пока они не вернулись домой. И доярки тоже рассказывали всем, что они видели какого-то странного козла. Охотники пожимали плечами. Что от маленьких собачек козлы иногда не убегают — это знают все, но чтобы козел сам бросался на собаку?!

Темным-темна темная ночь, молодой месяц не выходит прогуляться по небу. Нежнорогий не любит таких ночей. Он устраивается где-нибудь в удобной ложбинке и ожидает наступления зари. В такую ночь листья деревьев не шелохнутся…

Нежнорогий и сам не знает, куда принесли его быстрые ноги. Он летел в темноте таким галопом, что больно ударился об осину. А теперь у него болит бок!.. Нежнорогий очень устал и тяжело дышит. И не столько от усталости, сколько от страха и боли.

Не так уж все хорошо в лесу, как ему казалось до сих пор. Да и не так уж спокойно! Хотя его рога уже давно потеряли свою нежность, давно очищены и блестят, но все же не могут защитить его от врага. Правда, пока его спасают только одни ноги да уши. Спасают, если он вовремя услышит опасность.

Нежнорогий весь вечер пасся в клеверах и, вернувшись в лес, прилег отдохнуть. Он любил отдыхать под елкой и на этот раз устроился там.

Может быть, подул ветер, может быть, беспокойно зашевелились листья, но Нежнорогий почуял приближающуюся опасность. Он навострил уши, поднял голову, но никакой опасности не заметил. Враг крался впереди легкого ветерка, и козел его не учуял.

Но шепот ветерка оказал Нежнорогому самую большую услугу. Теперь он ловил малейший шорох. А вдруг?.. После встречи с лисой Нежнорогий не пережил ничего неприятного, но, снова очутившись в лесу, он обрел чутье лесного жителя.

Нежнорогий прислушивался. Его ноги были готовы к прыжку. И вот в ночной темноте под мягкой лапой крадущегося хищника хрустнула спасительная ветка… Что было потом, Нежнорогий почти не помнил. Ноги сами выбросили его наверх. В один миг взметнулись оба: Нежнорогий и наводящая ужас на всех зайцев и косуль огромная кошка. Растопыренные когти рыси, которые одним ударом могут пронзить шею косули, угодили не в Нежнорогого, а в его теплое логовище.

Когда ноги легко отталкиваются от земли, легко убежать. Рысь — не волк: никогда не гонится далеко. Она делает несколько ловких прыжков, но тотчас же устает и упускает свою жертву. Пусть!.. Найдется другая.