До смерти красива

Его хитрый ответ озадачил журналистку. Почему он поспешил ее заверить, что не в курсе происходящего? Просто потому, что это правда, или шофер боялся сболтнуть лишнее?

– Да, наверное, вы правы, – успокоила его женщина. – Я здесь действительно для этого.

– А посему наслаждайтесь нашими крымскими красотами, – посоветовал водитель. – Потом вы будете заняты и вряд ли полюбуетесь на божественную природу.

Катя решила внять его совету и снова приникла к окну. Машина поднималась в гору по серпантинной дороге. Внизу, с левой стороны, плескалось лазурное море, а справа, у подножия скалы, покрытой жидкой растительностью, примостились коттеджи.

– Дача Савичева поразит ваше воображение, – сказал шофер. – По сравнению с ней эти домики выглядят сараями.

Зорина улыбнулась:

– Это просто здорово, что я поживу в таком месте.

– Верно, – согласился шофер. – Вы уже можете видеть дачу. Вон, дом на плато.

Журналистка увидела большой белый дом с красной крышей за огромным забором. Он стоял особняком от остальных коттеджей и представлял собой два трехэтажных корпуса, соединенных застекленной верандой. Водитель притормозил у черных ворот, вышел из машины и нажал кнопку звонка. Ворота тотчас распахнулись, и накачанный охранник в серой униформе раздвинул створки для проезда автомобиля. Паренек загнал джип в уютный дворик с бассейном, скамейками и столиками. Зеленая травка на газонах радовала глаз. Экзотические цветы издавали божественный аромат. Женщина подумала: «Крымская природа еще никак не отреагировала на приход осени». Деревья на склонах горы не тронула желтизна, трава выглядела свежей. С моря дул легкий ветерок, но в воздухе разливалось тепло.

– Приехали, – сказал шофер и помог Кате выйти.

Навстречу уже спешил хозяин – плотный загорелый светловолосый мужчина небольшого роста в белых брюках и рубашке. Его открытая белозубая улыбка понравилась Зориной.

– Значит, вы знаменитая журналистка Екатерина Зорина? – он крепко пожал ей руку. – А я Юрий Петрович Савичев. Мой друг мне все уши прожужжал: дескать, вы творите чудеса и поможете нашему Сергею. Такому гостю я готов предоставить загородный дом. Отдохните с дороги и выпейте чайку. Мы накрыли для вас вон тот столик, – Юрий Петрович взял ее за руку и повел к столу, на котором высилась горка бутербродов, дымились чайники. – Присаживайтесь.

– Огромное вам спасибо, но сначала я хотела бы немного привести себя в порядок, – попросила женщина.

Савичев кивнул:

– Как же я раньше не догадался! Это нам, мужикам, лишь бы скорее набить свое брюхо и выпить. А вы, женщины, заботитесь о чистоте. Это похвально. Арсений, – обратился он к охраннику, – покажи Екатерине ее комнату.

Мощный Арсений выдавил улыбку, которая смахивала на гримасу боли, и повел журналистку в дом. Катя ожидала увидеть чудеса европейского дизайна, но скромность обстановки ее поразила. В большой комнате, явно гостиной, не было ничего лишнего – буфет, большой стол, впрочем из дорогого дерева, стулья, диван, кресла, плазменный телевизор и кондиционер. Охранник поднялся на второй этаж и распахнул дверь одной из комнат:

– Это ваша.

Зорина поблагодарила его и вошла внутрь. Здесь тоже не было ничего лишнего – только кровать, стол со стульями, маленький холодильник, кондиционер, телевизор, на сей раз не плазменный, и душевая комната со всеми удобствами, даже с биде. Журналистка с радостью посидела в ванне, с наслаждением смывая с усталого тела дорожную пыль, облачилась в легкие голубые джинсы и белую футболку, причесала свои белокурые волосы, подкрасилась и, оглядев себя, осталась довольна.

– Теперь можно и пообщаться с мужчинами, – пошутила она, брызнула на себя духами «Черутти» и вышла на участок.

Юрий Петрович терпеливо ждал ее за столом, но не один, а со светловолосым парнем, очень на него похожим. Увидев гостью, он развел руками:

– А я уже начал беспокоиться, куда вы пропали! Ну не растворились же в воздухе!

Катя расхохоталась:

– Это невозможно. Я давно не созерцала такую красоту. Последний раз мы приезжали сюда с мужем четыре года назад, вернее, не совсем сюда, а в Мидас. Один знакомый так же, как и вы, предложил пожить на его даче.

Савичев хлопнул в ладоши:

– Держу пари, вы не отдыхали.

Зорина кивнула:

– Да, хотя я и не собиралась ничего расследовать. Но получилось по-другому.

Мужчина повернулся к молодому человеку, который смотрел на журналистку во все глаза:

– Познакомьтесь, это мой сын Максим, моя правая рука. Несмотря на молодость, во многом он уже разбирается лучше меня.

Максим снисходительно поклонился. Катя взглянула в его синие глаза и вздрогнула. Они были холодные как лед.

«С этим парнем нужно быть осторожной», – подумала она, но вслух сказала:

– Максим, наверное, ровесник Сергея Маратова.

Молодой человек развел руками:

– Кажется, я старше на два года. А впрочем, не выяснил – не получилось. Видите ли, мы почти не общались с Сережей, и теперь я жалею об этом. Возможно, если бы мы подружились, с ним бы не случилось этого несчастья. Я был бы рядом и отвел бы от него беду.

Отец положил руку ему на плечо:

– Что ты такое говоришь, сынок? Ты же сам жаловался мне, что Сережа не хочет с тобой общаться из-за Инны. Твоей вины здесь нет. Парень оказывал внимание своей девушке.

Максим опустил голову:

– Это правда. Сережа никого не видел, кроме нее.

– Значит, он любил эту девушку? – поинтересовалась Катя.

Мужчины дружно ответили:

– Конечно.

– И вы не верите в его виновность? – уточнила Зорина.

Юрий Петрович крякнул:

– Ясно, как день, что сын моего друга ни при чем. На турбазе случилось какое-то недоразумение, которое не смогла раскрутить наша доблестная милиция. Я надеюсь на вас, Катюша.

– Я постараюсь оправдать ваши ожидания, – вздохнула Зорина. – Но почему нанятый вами адвокат отказался защищать Сергея?

Савичев пожал плечами:

– А вот это мне до сих пор непонятно. Василия Борисовича Давиденко – так его зовут – я знаю давно. Он прекрасно зарекомендовал себя и выиграл не одно дело.

– Как он сам объяснил свой отказ? – продолжала спрашивать журналистка.

Юрий Петрович щелкнул пальцами:

– Да как-то странно. Его, видите ли, убедил следователь Поленов, и он не хочет браться за дело, которое проиграет.

– Какие же он привел доказательства виновности Сергея? – полюбопытствовала Катя.

Юрий Петрович хмыкнул:

– Те же, о которых говорил мне и следователь. Поверьте, Катя, из его уст все звучало крайне неубедительно, этот человек умеет ловить на слове и смотреть в корень. Вообще, если бы я не был знаком с Давиденко, у меня бы сложилось впечатление, что он чего-то или кого-то боится.

Зорина откинулась на спинку стула:

– Кого же он может бояться, имея такого покровителя, как вы?

Савичев скривился:

– Я не хозяин полуострова, моя дорогая. Есть люди и могущественней меня. Однако настораживает, что таким людям зачем-то понадобился приреченский студент.

– Вот именно, – согласилась женщина. – Это более чем странно!

– А вот следователь почему-то так не считает, – нахмурился Юрий Петрович. – Для него все было ясно с самого начала. Хотя что мне вам говорить? Есть гады, которые рады закрыть дело и хватают первого попавшегося.

– Девушку, как я поняла, так и не нашли, – задумчиво произнесла Катя. – Где же она может быть, по-вашему?

Хозяин закашлялся:

– Да где угодно. Впрочем, тот же самый следователь Поленов полагает, что в крымском лесу с ней ничего не могло случиться, как и на дороге, где она ловила машину.

– А вы считаете иначе? – спросила Зорина.

Савичев кивнул:

– Разумеется! Лес есть лес, хоть это не тайга. Знаете, в начале лета в Крыму был такой случай. Туристка из далекого Санкт-Петербурга приехала в Крым на отдых. Но, как оказалось, крымские горы нерадушно приняли отдыхающую. Она решила спуститься с горы Куш-Кая на параплане, подошла с группой приятелей к месту встречи с такими же желающими полетать, однако в самый последний момент испугалась и сказала: «Знаете, ребята, пожалуй, я подожду вас внизу».

Они, разумеется, не были против. Девушка отправилась вниз, и больше ее никто не видел. Сорваться в пропасть она не могла, по дороге и пропасти-то нет, только тот же пресловутый крымский лес. Ее друзья припомнили, как проходили мимо заброшенной воинской части. Спасатели, волонтеры, лесничие неустанно прочесывали огромную территорию, опросили множество людей, но безрезультатно – она как в воду канула. Почему же в случае с Инной нужно обязательно обвинить этого бедного парня?

– Папа, – вдруг перебил его Максим, – своими разговорами мы мешаем Екатерине поесть. Вы не съели еще ни одного бутерброда и даже чай не допили!

– Спасибо, я еще не проголодалась, – Зорина отставила чашку. – Юрий Петрович, давайте поговорим о деле. Я не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством и прохлаждаться на вашей даче неопределенное время. Мне хотелось бы как можно скорее увидеть Сергея.

Савичев наморщил лоб:

– Я узнаю, кого ему дали взамен Давиденко, наверняка общественного защитника. Впрочем, и среди них попадаются толковые ребята. – Он встал. – Одну секунду, я сделаю звонок.

Зорина посмотрела на Максима:

– А в чем выражалась любовь Сергея к Инне?

Молодой человек провел рукой по смуглому лицу:

– Он старался быть с ней каждую минуту… Жил ею… Знаете, это трудно объяснить словами. Ему было хорошо только с ней.

– А ей с ним? – спросила журналистка.

Максим помедлил:

– Думаю, и ей с ним. Иначе она вряд ли находилась бы рядом.

Катя собиралась еще что-то спросить, но в их беседу вклинился Юрий Петрович:

– По своим каналам мне удалось выяснить, кто назначен его адвокатом, – сказал он. – Это некий Сабанов Олег Иванович. Я никогда не слышал о нем и не могу ничего сказать – ни плохого, ни хорошего. Если хотите, Катя, мы можем прямо сейчас отправиться к нему, и вы побеседуете о том, как пообщаться с задержанным.

– Спасибо, – поблагодарила Зорина. – Юрий Петрович, мне потребуется машина.

– Я могу предоставлять в ваше распоряжение своего водителя Эдика, – ответил хозяин. – Он имел честь познакомиться с вами сегодня.

Журналистка покачала головой:

– Лучшего водителя, наверное, не сыскать, однако мне предстоит много работы и разъездов. Кроме того, мне нужно побыть одной – так лучше думается. В общем, вы, наверное, поняли, куда я клоню…

– Вы водите машину? – полюбопытствовал Юрий Петрович.

Катя кивнула:

– Да.

– Давно?

– Восемь лет, – отозвалась Зорина.

Савичев всплеснул руками:

– Солидный стаж. Что вы скажете о «Дэу-Ланос»? Она без дела простаивает в гараже, все не найду времени продать. Вы могли бы воспользоваться ею. Доверенность сделаем сегодня. Я позвоню своему нотариусу.

– Еще раз спасибо, – поблагодарила Зорина. – О лучшем я и не мечтала!

Савичев еще раз поднес к уху телефон:

– Денис? Ты свободен? Приезжай ко мне немедленно. Мне нужно оформить доверенность на одну очаровательную особу. Да, я тебя жду, – он повернулся к журналистке. – Денис обитает неподалеку, у него офис в двадцати минутах езды на автомобиле. Когда он оформит на вас доверенность, мы отправимся к адвокату.

– Вы волшебник, – откликнулась Катя.

– А теперь, дорогая гостья, наливайте чай, – невзирая на протесты, Савичев налил в ее кружку заварку и кипяток. – И берите бутерброды. Я решил все ваши проблемы, во всяком случае пока, и вы просто обязаны подкрепиться.

Зорина покорно взяла бутерброд с семгой.

* * *

Нотариус, маленький черноволосый мужчина лет тридцати пяти, судя по всему, татарской национальности, продемонстрировал белые ровные зубы:

– Я все понял, Юрий Петрович. Сделаем в лучшем виде. Пишите.

Через десять минут все было закончено. Савичев пожал журналистке руку: