— Надеюсь, он будет добрым, — пошутил отец Салены. — Пока еще рано судить об этом.

Англичанин засмеялся, понимая, что лорд намекает на карты, и прошел мимо.

— Кто это был? — спросила Салена, глядя ему вслед.

Он был так же хорошо одет, как и другие мужчины в казино, но костюм сидел на нем как-то по-особенному и казался частью его самого в отличие от одежд блестящих дам и джентльменов, наряды которых производили впечатление всего лишь красивой упаковки.

— Герцог Темплекомский, — ответил отец.

— Это его яхту мы видели по дороге! — с живостью сказала Салена.

— Да, «Афродиту»! — кивнул лорд Карденхэм. — Жаль, что у меня нет возможности взглянуть на нее. Я слышал, что это одно из лучших судов такого типа во всем мире.

— Я бы тоже хотела ее увидеть, — сказала Салена.

Салена надеялась, что герцог вступит в беседу с отцом, но ни на следующий вечер, ни вечером позже он не появлялся в казино.

— Я должен кое-что тебе сообщить, — сказал Салене отец.

По его тону она поняла, что он чувствует себя виноватым.

— Что случилось, папа?

— Князь хочет, чтобы ты вышла за него замуж прямо сейчас!

— Сейчас? О нет! Это же невозможно!

— Он настаивает, — ответил отец. — И, честно признаться, мне крайне необходимы деньги, которые он обещал.

— Но… как же так? Как можно играть свадьбу… так быстро? — жалобно спросила Салена и добавила: — А что скажет мадам Версон?

Даже неопытной Салене было понятно, что мадам Версон считала князя своей собственностью.

Она не отходила от него ни на шаг, а на вилле вела себя как хозяйка. И несмотря на то, что князь не сводил глаз с Салены, дочь лорда Карденхэма не сомневалась, что его избранницей будет мадам Версон.

На вилле говорили в основном по-русски, а Салена этого языка не знала и поэтому не могла на основе кем-то оброненных фраз сделать вывод о симпатиях князя. И разумеется, ей и в голову не приходило считать князя подходящей для себя партией.

Если Салена была потрясена, узнав, что князь хочет на ней жениться, то известие о том, что свадьба должна состояться прямо сейчас, привело ее в ужас.

— Но… как же так? — вновь повторила она растерянно.

— Князь уже обо всем позаботился, — ответил лорд Карденхэм. — Он сообщил тем, кто сейчас живет на вилле, что его личный слуга заболел скарлатиной, а эта болезнь очень заразна. В данную минуту его высочество занят организацией переезда гостей в отель «Париж», он уже снял там два этажа. А когда ты выйдешь замуж и вы отправитесь в свадебное путешествие, я останусь хозяином на вилле.

— Послушай, папа… — начала Салена, но поняла, что ей нечего сказать, и замолчала, а лорд Карденхэм продолжал:

— Предполагается, что во избежание распространения инфекции на вилле должны провести специальную санитарную обработку. Через несколько дней гости вернутся, но вы к этому времени уже уедете.

Он подошел к окну и добавил:

— Не представляю, как сообщить всем о том, что князь расстался с мадам Версон. А она? Она просто умрет от злости! Хотя, надеюсь, князь своей щедростью успокоит ее оскорбленные чувства.

— Но… что я… буду делать? И куда князь меня повезет? — спросила Салена.

— О том, что вы сегодня поженитесь, никто не должен узнать. Видишь ли, Салена, князь обязан испросить разрешения на брак у царя, но поездка в Россию и обратно займет слишком много времени.

— Н-но… быть может, для него лучше сделать именно так? — сказала Салена.

— Зато для меня не лучше! — воскликнул лорд Карденхэм.

— Да… разумеется, папа. Прости, я забыла! — поспешно проговорила Салена.

— Так что изволь сохранить все в секрете, — сказал отец. — И потом все равно тебе будет весьма неприятно обсуждать эту тему со знакомыми князя, не говоря уже о мадам Версон.

— Да… конечно… мне вовсе не хочется об этом ни с кем говорить.

Салена побаивалась мадам Версон, и ей было не по себе под завистливыми и злобными взглядами других дам.

Все они как одна принадлежали к числу таких, с которыми мать Салены держалась бы очень сдержанно, холодно и безразлично.

Леди Карденхэм никогда не обсуждала знакомых своего мужа, но если они приходили в дом, она становилась молчаливой, чопорной и не улыбалась обворожительно, как обычно.

Салена часто вспоминала мать, и по сравнению с ней все женщины, которых она видела на вилле или в казино, казались вульгарными.

«Мужчинам такие нравятся, — как-то раз заметила мать об одной даме, поведения которой она не одобряла. — Но эта женщина чересчур легкомысленна, и я надеюсь, что больше ее не увижу!»

Несомненно, леди Карденхэм отозвалась бы так обо всех дамах, с которыми познакомилась Салена в Монте-Карло, и в особенности о мадам Версон.

В то же время Салена старалась не осуждать их вслух, чтобы не расстраивать отца.

Сейчас она вдруг подумала, что ей, вероятно, придется всю жизнь общаться с такими женщинами, и это будет ужасно противно.

Конечно, не все они были такими язвительными и надменными, как мадам Версон, но Салена чувствовала их лицемерие и неискренность. Кружась вокруг князя — да и любого другого мужчины, включая и ее отца, — эти женщины будто исполняли некие роли, благодаря которым надеялись скрыть отсутствие истинных чувств и желание получить то, что им нужно любой ценой. Но Салена об этом догадывалась.

— Нет… папа, — сказала она вслух. — Я не хочу… чтобы кто-то узнал… о моей свадьбе.

И, помолчав, добавила:

— А она… действительно должна состояться так скоро… Сегодня?

— Какой смысл ждать? — пожал плечами лорд Карденхэм. — Князь уже все устроил, и ни у кого не возникло никаких вопросов.

— Но ты… останешься со мной, папа?

— Боюсь, дорогая, что это невозможно, — ответил отец. — Князь настаивает, чтобы во избежание заражения все покинули виллу.

— Но… папа… как же я останусь… одна?

— Я задержусь, насколько это получится, — ответил отец. — И, разумеется, уеду последним.

— Но разве… не покажется странным, что я не еду с тобой?

— Князь позаботился и об этом. Гостям уже сказано, что твоя подруга из пансионата пригласила тебя к себе на виллу, и я дал согласие.

Салена подумала, что и впрямь неплохо было бы встретиться с подругами, а не оставаться один на один с отвратительным пожилым мужчиной, который будет называться мужем.

— Прости, моя дорогая, — сказал отец. — Прости, что все вышло так неожиданно, но поверь: если бы князь не сделал тебе предложение, я бы не знал, как сделать так, чтобы нам не пришлось ночевать в сточной канаве!

Лорд Карденхэм взглянул на платяной шкаф Салены.

Он был забит новыми платьями, которые мадам Иветт сшила для его дочери.

Платья присылали каждый день, а вместе с ними — кружевные ночные сорочки, нижние юбки, шелковые чулки, туфельки в тон платьев и накидки с меховой оторочкой.

Сначала Салена пыталась возражать, говоря, что ей не нужно так много одежды.

Но отец был с ней не согласен и настаивал, чтобы она с благодарностью принимала подарки и не забывала выражать эту благодарность в словах.

Словно прочитав ее мысли, лорд Карденхэм достал из кармана небольшую коробочку.

— Его высочество просил передать тебе это, — сказал лорд. — Он подумал, что этот скромный подарок понравится тебе и облегчит твои переживания по поводу поспешной женитьбы.

Отец протянул коробочку Салене, и ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы взять ее в руки.

Она догадывалась, что там внутри — «цепь», которая навеки приковывает ее к ненавистному мужчине.

Медленно, дрожащими пальцами Салена открыла коробочку и увидела массивное золотое кольцо с огромным рубином в окружении бриллиантов.

Кольцо явно было старинное, и лорд Карденхэм пояснил:

— Без сомнения, оно из фамильной коллекции, и я уверен, Салена, что князь осыплет тебя драгоценностями, потому что он просто с ума по тебе сходит.

Салена не ответила. Она смотрела на рубин, и ей казалось, что он горит дьявольским пламенем. Она сразу же возненавидела этот камень.

— По существу, князь признался мне, — продолжал лорд Карденхэм, — что он еще никогда не был до такой степени очарован ни одной женщиной.

И, словно говоря сам с собой, лорд добавил:

— Я думаю, князь заплатил бы за тебя любую цену.

Салена взглянула на отца и тихо произнесла:

— Он получит меня, папа, и мне… стыдно, что он и так уже заплатил… слишком много.

— Тебе совершенно нечего стыдиться, — внезапно рассердившись, ответил отец. — Ты прекрасна Салена — прекрасна, юна и невинна! Любой мужчина был бы счастлив овладеть тобой.

Он посмотрел на дочь и тяжело вздохнул:

— Если бы у нас было больше времени!

Салена закрыла коробочку и положила ее на туалетный столик.

— К какому времени я должна быть готова?

— Свадьба состоится только после обеда: князь хочет быть уверен, что все гости покинули виллу. Дамам нужно время, чтобы собраться, а князю предстоит уладить еще кое-какие дела.

— Какие… дела? — с замиранием сердца спросила Салена.

— Ему нужно подготовить яхту, — ответил лорд Карденхэм. — Я сказал ему, что ты мечтаешь увидеть Грецию. В это время года там очень красиво.

На мгновение у Салены загорелись глаза.

Греция! Но тут она вспомнила, кто будет рядом с нею, и ее радость померкла.

— Князь сам тебе все расскажет. И, кстати, я полагаю, что до обеда тебе лучше не выходить из комнаты. А потом все разъедутся, и тогда…

— Не уезжай, папа! Скажи, что ты не уедешь до самой последней минуты! Пожалуйста! — взмолилась Салена.

— Ну конечно же, нет, — ответил он. — Но я бы выпил чего-нибудь. Давай-ка устроимся на балконе в соседней комнате. Я знаю, она пустует.

Открыв дверь, он выглянул наружу с таким видом, будто скрывался от кого-то, а потом потянул за собой Салену.

Соседняя комната располагалась над садом, а с балкона открывался великолепный вид на море. Балкон был задернут занавесками, и жара здесь не так ощущалась.

Лорд Карденхэм позвонил в колокольчик и, когда явился слуга, заказал шампанское. Потом он вышел на балкон, и Салена пошла за ним.

— Тебе тоже необходимо немного выпить, — сказал лорд Карденхэм. — Я понимаю, какое огромное потрясение ты испытала, но шампанское поможет тебе смотреть на происходящее не так мрачно.

Салена ничего не ответила.

Она боролась с желанием опять начать умолять отца о спасении, просить, чтобы он разрешил ей уехать одной и спрятаться где-нибудь.

Но разве можно разрушить планы отца из-за своего, как ей представлялось, эгоизма?

Мать частенько говорила Салене:

«Мужчины как дети, Салена, и мы должны за ними присматривать, даже если им кажется, что это они присматривают за нами».

«И ты правда присматриваешь за папой?» — с интересом спросила Салена.

«Разумеется, хотя он этого не замечает, — отвечала мать. — Скажу честно, моя дорогая: если бы не я, у него было бы намного больше проблем».

Салена подумала, что так оно и случилось. Мать умерла, а отец сам не в состоянии следить за собой.

«Я должна его оберегать, — решила она. — Чего бы мне это ни стоило, я должна оберегать его ради мамы».

Салена понимала, что отец себя чувствует неловко, и нежно взяла его за руку.

— Все будет… хорошо, папа. Вот увидишь, — сказала она, стараясь его утешить.