Чудо с хвостиком

Владимир Сотников

Чудо с хвостиком

* * *

Глава 1 Следы в лабиринте

Так и тянет к этой песочнице! И почему её устроили прямо у выхода из подъезда?

Можно сказать, что Веня в этой песочнице вырос. Но теперь ему казалось, что песочница стала меньше. А сам он, наоборот, больше. Впрочем, ничего в этом странного нет. Человек растёт – мир изменяется. И дом кажется меньше, и деревья, и двор. Сказочное место! Надо признаться, что Веня и относился к нему по-сказочному. То есть с ожиданием какого-нибудь чуда.

Он присмотрелся к песочнице. Всё-таки, в отличие от других окружающих предметов, не очень-то она уменьшилась. Бортики у неё были высокие, и от этого она напоминала чуть ли не хоккейную площадку. Раньше Веню удивляли такие высокие бортики. Можно подумать, что песочница предназначена для взрослых. И только недавно Веня понял, для чего это сделано. Он увидел, как две мамы отлучились в магазин, спокойно оставив своих детей в песочнице. Ведь дети не могли перелезть через высокие бортики. Удобная штука!

Хотя Вене было уже десять лет, иногда он тоже чувствовал себя совсем маленьким. И не прочь был посидеть в этой песочнице. Если нагнуть голову, в ней вообще можно было спрятаться. Или выстроить какую-нибудь чудесную песочную страну и представить себя её обитателем. Веня выстраивал замки, мосты, извилистые дороги, за каждым поворотом которых ему представлялась встреча с каким-нибудь неведомым существом. Он словно читал интересную историю, которую сам же одновременно и придумывал. Разве не чудо?

Венины мама и папа работали архитекторами. Наверное, они и приучили его с самого детства к песочному строительству.

Веня огляделся: нет ли кого во дворе? Он совсем не хотел, чтобы его заметили в песочнице. На двоих взрослых, сидевших в углу двора, можно было не обращать внимания, потому что они о чём-то спорили яростным шёпотом. Видно было, что им нет дела ни до чего.

Веня шагнул через бортик песочницы.

Вчера прошёл дождь, и песок лепился, как пластилин. На этот раз никаких башенок и замков Веня строить не стал. Настоящий лабиринт – вот что он собирался построить.

Веня недавно прочитал о лабиринтах интересную статью в каком-то журнале. Вот сейчас он и проверит, хорошая ли у него память! Сможет ли он начертить на песке эту сложную фигуру?

Сначала он взял дощечку, которая давно уже выпала из невысокого забора, окружавшего палисадник, и, как скребком, старательно разровнял ею всю песочницу. Получилась ровная площадка. Строй что угодно! Веня начертил крест, закруглил его верхний конец и стал продолжать рисунок так, как читал об этом в журнале. Лабиринт постепенно выстраивался, заполняя всю песочницу. Так Веня и хотел – чтобы по лабиринту можно было ходить. Строить так строить!

И тут Веня засомневался. Как сводить самые замысловатые линии в центре рисунка, он в точности не помнил. Может, дорисовать их лишь бы как, наугад? И так получается красиво. Но красиво – не значит правильно. А Веня, хоть и сидел в песочнице, занимался серьёзным делом.

Он понял, что без журнала не обойтись. Придётся идти за ним домой.

Спор в углу двора тем временем продолжался. Спорщики вскочили и стали размахивать руками над большой клетчатой сумкой, которая стояла на скамейке. Смешно же они выглядели! Один был кругленький, второй сухопарый. Вене показалось, такие люди никогда не смогут ни о чём договориться, до того они разные.

Сухопарый стучал по часам у себя на руке, а толстяк указывал на сумку.

Веня поднялся на ноги и огляделся. Спорщики сразу же затихли. Они смотрели на него и ждали, что он будет делать дальше. Когда Веня направился к подъезду, они с довольным видом подмигнули друг другу.

«Странно, чему они так обрадовались? – с недоумением подумал Веня. – Что я им песочницу освободил?»

Дом, в котором жил Веня, был маленький. В нём было всего четыре квартиры, две на первом и две на втором этаже. Веня жил на первом. Удобно! Два шага с улицы, и ты уже дома.

Где же лежит журнал? Надо признаться, Веня был не очень аккуратным человеком. Все вещи лежали у него в комнате не просто вверх тормашками, а в полном беспорядке.

– Ты самый настоящий Винни-Пух, – обычно вздыхала мама, оглядывая его комнату. – Какой же у тебя кавардак!

Веня почти не обижался на это прозвище. Во-первых, он к нему привык, потому что какое ещё может быть прозвище у Вени Пухова? А во-вторых, что поделаешь, если у тебя такой характер? Сколько ни пытался Веня быть аккуратным, у него ничего не получалось. К тому же он был очень неуклюжий.

Когда он поднимал с пола вещи, пытаясь разложить их по местам, они падали у него из рук обратно на пол.

Когда пылесосил комнату, то в пылесос попадали самые нужные предметы – ручки, ластики, даже деньги на школьные обеды.

Когда собирался в школу, то в рюкзаке почему-то оказывались не только книги, но и мыло или зубная щетка.

Вообще-то это было даже удобно. Веня знал, что нужные вещи надо искать не на положенных им местах, а наоборот, в самых неожиданных.

Вот и сейчас в поисках журнала он всего лишь минут пять-десять оглядывал книжные полки. А потом встал на четвереньки и заглянул под кровать.

Журнал там и лежал. Веня вытащил его из-под кровати и раскрыл на нужной странице. И даже не заметил, как зачитался статьёй под названием «ИГРА ИЛИ СИМВОЛ ЖИЗНИ?».

«Люди создавали лабиринты с древнейших времен, – читал он. – Высекали в виде рисунков на скалах, выкладывали из мозаики, врезали в пол, складывали из камней, высаживали кустами в садах или строили как стены. Был ли лабиринт с самого начала просто красивым узором, игрой с путаницей ходов? Или же у этого древнего символа имелось какое-то особое, магическое значение, и если да, то какое?

Даже простой перечень знаменитых древних лабиринтов доказывает, что они были созданы в самых различных местах и в самые разные времена. Значит, представители всех народностей независимо друг от друга испытывали потребность в строительстве лабиринтов. Причём все они имели в основе так называемый «пралабиринт», рисунок одного-единственного, самого древнего типа. На первый взгляд в нём нет ничего особенного: симметричная фигура, напоминающая спираль. Однако тот, кто попытается повторить рисунок, скоро убедится, что фигура эта не простая, а сделанная по определённому плану. В основу плана брался… крест! Его окончания закруглялись плавными замкнутыми окружностями по строгому принципу, оставляя внизу, у основания креста, вход в лабиринт. Получившаяся фигура обладает некоторыми необычными свойствами. Во-первых, она со всех сторон абсолютно закрыта, если не считать, конечно, входа. Во-вторых, путь от этого входа неизбежно, хотя далеко не прямо, приводит к центру, расположенному между левой горизонтальной и верхней вертикальной перекладинами креста. Отклоняясь то вправо, то влево, то приближаясь к центру, то отдаляясь, путь проходит по всей площади фигуры и только после этого достигает цели.

И самое интересное, что число получившихся окружностей у пралабиринта – строго семь! А это число издревле считалось одним из основных в мироздании. Поэтому можно истолковать пралабиринт как схему лунного календаря: четыре четверти (недели) и семь петель (по числу дней в каждой). Или как схему Солнечной системы: Солнце в центре и планеты, движущиеся вокруг него по окружностям-орбитам.

Но самое распространённое толкование заключается в том, что лабиринт является символом жизни. Он показывает нам непростой путь познания, проникновения в иной, высший, мир, очень сложный и красивый по сравнению с тем, в который превращается наша жизнь без усилий и трудолюбия.

Во всяком случае, попытки выяснить, в чём кроется первоначальный смысл всех построенных людьми лабиринтов, так же бесконечны, как и замкнутые линии самого лабиринта. Что это за символ, своей таинственной значительностью волнующий человечество уже многие тысячелетия? Ведь сколько историй, легенд и мифов связано с ним! Самый известный – древнегреческий миф о герое Тезее и Минотавре, чудовище с бычьей головой и человеческим телом, жившем в лабиринте на острове Крит. Минотавр питался человечиной, и чтобы его кормить, царь Крита требовал от Афин ежегодную дань – семерых юношей и семерых девушек. Тезей, решивший избавить родину от подобной повинности, вызвался убить чудовище. Чтобы он не заблудился в лабиринте, дочь критского царя Ариадна дала ему нить, с помощью которой он сумел, убив Минотавра, выбраться из лабиринта.

Но, кстати сказать, в том, что по лабиринту надо обязательно «блуждать», как раз кроется самое главное заблуждение. Совсем не обязательно иметь при себе нить Ариадны! Ведь на самом деле лабиринт обязательно приведёт к цели. Заблудиться в нём невозможно. Конечно, если неутомимо двигаться вперёд. Наверное, всё-таки именно в этом кроется главный секрет лабиринта: цель обязательно будет достигнута, если с упорством идти по сложному пути…

А ведь можно и самому разгадать эту тайну! Достаточно выложить из камней лабиринт где-нибудь на лужайке и пройти по нему. Оказывается, это непросто. Но разве разгадка смысла и красоты бывает простой?»

Веня дочитал статью, ещё раз рассмотрел рисунок и вздохнул. Действительно, непросто! Оказывается, не такая уж у него хорошая память.

Надо было изучить рисунок повнимательнее. Веня даже несколько раз закрывал журнал, чтобы проверить, запомнил ли узор, но понял, что это бесполезно. А что ему мешает взять журнал с собой? Он будет сверяться с рисунком прямо на месте.

Лишь совсем недавно Веня научился с разбегу запрыгивать в песочницу. Вот и сейчас он разогнался ещё от подъезда, чтобы прыжок получился выше, и… затормозил у самого бортика. Так, что чуть не кувыркнулся через него.

Его лабиринт был уничтожен. Он выглядел, как после землетрясения. Но даже не это изумило Веню.

Лабиринт был испещрён странными следами. Они ниоткуда не вели и никуда не уходили. Они словно появились с неба. И это были совсем не человеческие следы…

Глава 2 Небесное создание

Каждый след неизвестного Вене существа представлял собой три вмятинки: две, поглубже и побольше, впереди и одна, маленькая, в сантиметре позади. И все-таки это были не случайные вмятинки, а, несомненно, именно следы. Потому что они извивались по песочнице замысловатой, но одинаковой на всём протяжении цепочкой. Но где её начало, а где конец? Ведь у всех следов есть одно обязательное свойство: они откуда-то приходят и куда-то уходят. А тут – словно с неба сбросили новый рисунок, который лёг прямо поверх неоконченного лабиринта, исковеркав его. А ещё… Мало того, что неведомое существо наследило, так оно к тому же и пользовалось каким-то орудием вроде тупого совка, изрыв песок вдоль и поперёк!

«Что ещё за небесное создание опустилось на землю и опять улетело?» – подумал Веня.

Он разозлился на непрошеного и неведомого гостя. Ну ладно, приземляйся ты хоть на парашюте прямо в песочницу, если уж пришлось. Но зачем же расковыривать чужие рисунки? Беспорядки, устроенные не им самим, Веня не любил. Тем более такие странные и непонятные.

Достраивать лабиринт уже не хотелось. Да и что тут можно было достраивать? Пришлось бы заново расчищать площадку в песочнице. А Вене почему-то очень не хотелось уничтожать странные следы. Наоборот, он был готов снова и снова рассматривать их. Чуть ли не обнюхивать. Такой уж у него был характер: не то чтобы упорный, но любопытный. Если Веня встречал что-нибудь непонятное, он никогда не отступался, пока не разбирался в этом.

– Ты много внимания уделяешь мелочам, – говорил ему по этому поводу папа.

– Какие же это мелочи, если они меня интересуют? – отвечал Веня. – Значит, они необычные. Вон сколько вокруг вещей и предметов, но я же не обратил внимания на все.

Странные следы были как раз из числа таких необычностей.

Веня перелез через бортик и стал исследовать песок, будто находился на месте посадки и взлёта инопланетного корабля. Что ещё интересного кроме следов здесь осталось?

Он поводил ладошкой по взрыхлённому песку. И вдруг зацепился за кожаный шнурок. За шнурком выдернулась пёстрая кожаная бирка. Внутри бирки, за пластмассовым окошком, виднелась какая-то бумажка. Веня присмотрелся. Где-то он уже видел эту пёструю расцветку… Сумка! Двое спорщиков, Кругляш и Сухопарый, держали точно такую же сумку ромашкового цвета! Значит, бирка от той сумки? Сомнений в этом не было.

Веня вспомнил, как он ровнял песок, когда готовил песочницу для строительства лабиринта. Ни одной лишней щепочки в песке не было. А сейчас вдруг лежит эта бирка. Значит, Кругляш и Сухопарый зачем-то побывали в песочнице после Вени? Вот у кого стоило спросить про существо, которое оставило странные следы!

Веня посмотрел на шнурок бирки. Перетёрся? Оборвался? Какая разница – главное, что бирка потеряна. Он быстро вытащил из-за пластмассового окошечка белый бумажный квадратик. Это была визитная карточка.

«Иванов Иван Иванович, доктор биологических наук, профессор», – было написано на ней.

«Ну и имечко! – усмехнулся Веня. – Кто же из них профессор, Кругляш или Сухопарый? Может, оба?»

Вообще-то Веня думал, что профессора выглядят иначе: благообразно, с бородками, в очках. В общем, интеллигентно. А Кругляш с Сухопарым на интеллигентных людей, мягко говоря, были похожи не очень. Веня вспомнил, как они курили и затаптывали окурки прямо в землю возле лавочки.

Он ещё раз посмотрел на визитную карточку. На ней значились номер телефона и адрес. Профессор жил на улице Беговая Аллея. Веня чуть не подпрыгнул. Да это же совсем рядом! А может, всё-таки вначале позвонить? Но тут он представил, как будет долго объяснять, чего хочет от профессора. Не лучше ли просто вернуть бирку её владельцу? При этом будет вполне уместно задать несколько вопросов.

И, освободив голову от всех мыслей, Веня побежал по направлению к Беговой Аллее.

Правда, как он уже давно замечал за собой, голова его всё равно не могла оставаться пустой. Например, сейчас в неё влетела мысль о том, что он и бежит только потому, что так называется эта аллея – Беговая.

Но все остальные мысли оставили его голову в покое. На время. На то время, пока он бежал от песочницы в своём дворе до квартиры профессора Ивана Ивановича Иванова.

Вене повезло: дверь подъезда была открыта, потому что кто-то переезжал и грузчики носили мебель в стоящий рядом с домом фургон. Лифт был занят, но Вене ничего не стоило взлететь на пятый этаж.

Дверь открылась после первого же звонка.

– Здравствуйте! – сказал Веня.

И подумал, что даже не сказал это, а выкрикнул. И сразу же пожалел об этом. Ему показалось, что с таким человеком, какой стоял перед ним, надо обращаться как можно осторожнее. Как с одуванчиком – не размахивать руками, не кричать и не топать.

Топать Веня не собирался. Он повторил уже почти шёпотом:

– Здравствуйте! Здесь живёт профессор Иван Иванович Иванов?

На пороге стоял если не одуванчик, то человечек настолько маленький и тоненький, что казалось странным, как он открыл такую тяжёлую дверь. И волосы его были похожи на белый одуванчиковый пух.

«Вот это и есть настоящее небесное создание. Наверное, весит, как облачко, – подумал Веня. – Но не он же песочницу изрыл!»

Тут Веня представил, как профессор Иван Иванович Иванов приземляется в виде одуванчика в песочницу, поправляет очки, копается совком в песке, уничтожает лабиринт, оставляет странные следы… Воображаемая картинка получилась до того забавной, что Веня не удержался от смеха.

– Здравствуйте, – сказал профессор. – Это я. Иван Иванович Иванов. А чему вы, собственно, смеётесь, молодой человек? Обычное имя. Одно из самых распространённых, между прочим. А вот вас как, например, зовут?

– Веня Пухов, – растерянно пробормотал Веня.

– Как-как? Винни-Пух? – удивился профессор. – Это друзья-товарищи вас так зовут?

– Вениамин Пухов! – сердито отчеканил Веня.

– Извините, я ослышался, – смутился профессор. – Представляю, сколько неприятностей доставляет вам ваше имя. Но вы не обращайте внимания. Меня, например, на работе в институте все называют Одуванчиком. Конечно, за моей спиной. Но я же об этом знаю.

Тут Веня фыркнул опять.

– Конечно, смешно, – согласился профессор.

– Да нет, я просто… Получается, угадал. И вы тоже угадали. Меня в самом деле все Винни-Пухом называют.

– Получается, мы с вами в чём-то коллеги, – грустно улыбнулся профессор. – С чем же вы ко мне пришли?

Веня смутился. Разве надо обязательно с чем-то приходить? С тортом, например, или с конфетами. Он именно так расценил вопрос профессора. И растерянно пробормотал:

– Да я… не коллега. И не знаю, с чем надо приходить. И вообще, я не привык, чтобы ко мне как ко взрослому обращались.

Профессор вздохнул:

– Тут уж ничего не поделать, дорогой Веня Пухов! Придётся привыкать. Ведь вы не станете отрицать, что собираетесь вот именно становиться взрослым, а не возвращаться в детство?

– Не… не стану, – всё так же растерянно ответил Веня.

Ну никак не мог он привыкнуть к профессорской манере речи! Оттого и растерялся. А Одуванчик продолжал:

– А как ещё мне прикажете к вам обращаться? На «ты»? Нет уж, дорогой коллега, у меня это просто не получится. Я даже мысленно всех людей называю на «вы». И даже не людей. Даже… Даже Пятачка.

Почему-то при этих словах Одуванчик шмыгнул носом, как маленький. Словно заплакать собрался.

– Какого ещё Пятачка? – насторожился Веня.

До чего же надоели ему всякие намёки на его виннипуховое имя! А ещё показалось, что Одуванчик шмыгнул носом как раз из-за этого намёка. Ведь всем известна парочка Винни-Пух и Пятачок.

– Поросёнка, – подтвердил его подозрения профессор. – Поросёнка по имени Пятачок. Только его… нет.

При этих словах Одуванчик развёл руками и вздохнул так тяжело, что показалось, ещё мгновение, и он расплачется.

Веня оторопело уставился на профессора. Чересчур странно ведёт себя этот Одуванчик! С одной стороны – вежливо, а с другой – издевается. Один раз назвал Веню Винни-Пухом, но извинился. А второй раз… Намекает, что рядом с Веней нет… Пятачка! Это уж слишком.

– Да вы просто смеётесь надо мной! – обиженно воскликнул Веня. – Я не Винни, а Веня, и никакого Пятачка за собой не вожу. Как мне надоели эти шуточки… А к вам я пришёл потому, что… вот!

И Веня протянул профессору бирку с его визитной карточкой. При этом он вновь пожалел, что повысил голос. Одуванчик так удивлённо замотал головой, что показалось, с его головы слетит сейчас весь пух.

– Не может быть! – пробормотал он, схватив карточку. – Не может быть… Та самая, с моей сумки! Где вы её взяли, молодой человек?

– Не взял, а нашёл, – ответил Веня. – В песочнице рядом с моим домом. И недалеко от вашего, между прочим.

Одуванчика как ветром сдуло. Он так стремительно выскочил за дверь, что Веня едва успел спросить:

– Куда вы?

– Как куда? В песочницу! – воскликнул уже с лестничной площадки профессор.

Странно, странно было слышать от пожилого человека такое восклицание! Но, если признаться, это была не самая большая странность, с которой столкнулся Веня Пухов за сегодняшний день.

Он в растерянности огляделся, не зная, что делать. Бежать за профессором? Но ведь дверь оставалась распахнутой, значит, кто угодно сможет войти в квартиру. Хорошо, что взгляд упал на ключи, которые лежали на тумбочке у двери. Веня схватил их, быстро запер дверь и ринулся вслед за Одуванчиком. Надо было обогнать его, чтобы показать дорогу к песочнице.

Но обогнать Одуванчика у Вени так и не получилось.

Глава 3 Пятачок, которого нет

По Беговой Аллее бежала странная парочка. Впереди – маленький пожилой человек, а за ним мальчик. Тоже, между прочим, небольшой. Но мальчикам ведь положено быть такими, и бегать они могут сколько вздумается. А вот пожилой человек небольшого росточка, бегущий быстрее самого шустрого мальчишки, вызывал у прохожих изумление. Они шарахались в стороны и провожали удивлёнными взглядами Одуванчика, который на бегу, не оборачиваясь, выкрикивал:

– Направо или налево?

И мальчик, то есть Веня, командовал, куда бежать дальше. Наверное, прохожие думали, что происходит какая-то странная тренировка. Может быть, дедушка учит своего внука, какое направление правое, а какое левое? Но ведь для этого вовсе не обязательно бежать сломя голову! Можно и на месте показать. И тем более странным было, что мальчик чаще всего командовал: «Прямо!» Для чего тогда спрашивать?

Прохожим и в голову не могло прийти, что нетерпение Одуванчика было так велико, что он не мог подождать Веню и спокойно бежать рядом. И в первую очередь это, конечно же, удивляло самого Веню. Куда можно так спешить? На пожар? Но никакого пожара в песочнице не было. Да и вообще там ничего не было. Но на такой скорости он этого, конечно же, объяснить не мог.

А ещё Веню удивляло, что он, как ни старался, не мог догнать Одуванчика.

«Хорошо быть таким лёгеньким!» – с завистью думал он.

Дело в том, что Веня Пухов… немножко соответствовал своей фамилии. Если из неё составить слово «пухленький». Нет, толстым Веня никогда не был, но бегать так быстро всё-таки не умел. Скорее, во всём он предпочитал неспешность. Как и его почти тёзка Винни-Пух.

– Всё! – наконец выкрикнул Веня. – Вот он, мой двор. И вот песочница.

Одуванчик долетел до песочницы, перегнулся через бортик… Что он там собирался увидеть? В песочнице лежал лишь забытый Веней журнал со статьей о лабиринтах.

– Это он… – пробормотал Одуванчик, указывая на изрытый песок. – Конечно же, это он!

– Что? – не понял Веня. – Лабиринт?

– Да, – машинально ответил профессор. – Мой Пятачок попал в лабиринт. И я боюсь, ему из него не выбраться.

Веня с опаской посмотрел на профессора. А может, перед ним вовсе не профессор, а просто сумасшедший?

Все слова Одуванчика, да и всё его поведение были по меньшей мере странными.

– Уф… – вздохнул профессор и устало присел на бортик. – А ведь я бежал так потому, что думал его застать. – Он обвёл взглядом песочницу. – Но здесь нет ни сумки, ни его самого. Значит… – Он всхлипнул. – Его утащили. И теперь, возможно, просто съедят.

Веня широко открытыми глазами уставился на профессора.

– Вы о ком?.. О чём?..

Одуванчик встрепенулся и посмотрел на Веню так, как будто только что его увидел.

– А, Веня Пухов… А ведь вы, наверное, ничего не понимаете.

– Ещё бы! – хмыкнул Веня.

Наконец-то он услышал от Одуванчика разумную фразу.

– Значит, вы нашли мою визитку вот здесь? – спросил профессор. – Рядом со следами Пятачка?

– Со следами Пятачка? – удивлённо повторил Веня. – Значит, вот эти следы…

Он указал на разрушенный лабиринт.

– Да, – сокрушённо закивал профессор. – Это следы моего Пятачка.

– Поросёнка Пятачка?

– Да. Точнее, не поросёнка, а минипига.

Веня не знал, что такое минипиг, и хотел уже спросить об этом, но профессор сам стал объяснять:

– Минипиг – это маленькая свинка. Можно сказать, карликовая.

– Ничего себе! – Веня посмотрел на следы. – Всё так просто объясняется?

– Разве просто? – удивился Одуванчик. – А что вы имеете в виду, Веня? Я, например, ничего не понимаю.

– Ну, я не понимал, чьи это следы, – начал объяснять Веня. – И для меня было загадкой, кто разрушил лабиринт, который я построил. И когда вы говорили про Пятачка, я обижался – думал, что намекаете на моё прозвище Винни-Пух. А теперь я всё понял. Вот эти следы принадлежат поросёнку по имени Пятачок.

И Веня засмеялся.

– Почему вы смеётесь? – дрогнувшим голосом спросил Одуванчик.

Вене стало неловко.

– Да потому что… Ну, просто всегда становится радостно, когда разгадываешь какую-нибудь загадку.

– Да ничего ведь не разгадалось! – воскликнул профессор. – Как он сюда попал?

– А я думал, вы знаете. Я думал, вы с ним гуляли и он от вас убежал. Прибежал сюда, перерыл песочницу и побежал дальше, – пожал плечами Веня. – Почему бы не так?

– Потому что, – профессор обвёл руками песочницу, – он не мог сюда прибежать. Его могли только принести. И… унести.

– Точно!

Веня хлопнул себя ладонью по лбу. Ведь он и сам заметил, что следы появляются в песочнице и в ней же исчезают. Молодец профессор, умеет делать выводы. Понял, что это возможно, только если Пятачка опустили в песочницу и вынули из неё.

– И это были не вы? – спросил Веня. – Не вы принесли сюда Пятачка?

– Молодой человек, вы меня удивляете, – сказал профессор. – Отсутствием способностей к дедукции.

– К чему? – не понял Веня.

– К умению делать выводы. Кстати, я в вашем возрасте уже знал, что такое дедукция. Потому что читал книжки о великом сыщике Шерлоке Холмсе.

Веня смутился. Папа показывал ему на полке книжки про Шерлока Холмса и говорил, что они очень интересные. Но, пролистав несколько страниц, Веня решил, что такие книжки – про Шерлока Холмса, про трёх мушкетёров, про Всадника без головы – были интересными много лет назад, когда папа был маленький. А сейчас жизнь совсем другая, и эти книжки стали скучными. Потому что они несовременные.

Получается, он ошибся?

– И как вы думаете, что сделал бы сейчас Шерлок Холмс? – осторожно спросил Веня.

– Он бы расспросил, что видели вы, что знаю я, и сделал бы выводы.

– Так давайте так и поступим! – воскликнул Веня.

– Тогда начинайте вы, – предложил Одуванчик. – Как главный свидетель.

И Веня рассказал всё с самого начала, с того момента, как он вышел во двор и начал строить лабиринт. Он старался не упустить ни одной мелочи, тем более что об этом попросил его профессор. Рассказал о Кругляше и Сухопаром, которые спорили над ромашковой сумкой, и о странных следах в лабиринте, и о найденной в песочнице бирке с визитной карточкой.

– Получается, лабиринт действительно обладает необыкновенными свойствами, – заключил Веня. – Я начал его строить, и жизнь сразу стала таинственной.

– Может быть, может быть… – проговорил профессор. – Хотя я лабиринта не строил, а тайн в моей жизни теперь всё равно достаточно. А может быть, никакой тайны и нет, – грустно добавил он.

– Как? – изумился Веня. – Вы уже всё поняли? Как Шерлок Холмс?

Профессор вздохнул и долго молчал.

– Понимаете, Веня, – наконец сказал он, – когда я увидел бирку, потом увидел следы Пятачка, у меня ещё оставалась надежда, что он просто выскочил на улицу и потерялся. Но после того как вы описали этих людей, надежда пропала. Я понял, что это те самые люди, которые уже однажды приходили ко мне. Они пытались купить у меня Пятачка. Конечно, я отказал им. И вот они… Украли! Но каким образом?

Веня вздохнул. Он достал из кармана ключи и протянул профессору.

– Это, между прочим, ключи от вашей квартиры, – произнёс он. – Вы выскочили, даже не захлопнув дверь. Так что без всякого Шерлока Холмса понятно, каким образом можно было утащить Пятачка. Вы куда-нибудь вышли, дверь оставалась незапертой, вот и…

– Да, вероятно, вероятно, – закивал Одуванчик.

Вене показалось, что от горя голова у профессора ещё больше побелела. Сейчас дунет ветерок, и Одуванчик улетит. Чтобы не оставлять его в горестных раздумьях, Веня поспешил сказать:

– Ну вот мы и разобрались во всём. Пора делать выводы.

– Какие тут выводы? – махнул рукой профессор. – Я не прощу себе этого никогда.

– Да что вы! – воскликнул Веня. – Наверное, все книги на свете прочитали, а ничему не научились, – сердито добавил он. – Воры могут подстеречь кого угодно. Теперь главное – их найти.

– А что толку? Даже если мы их найдём… Через какое-то время, – уточнил профессор, – то этого времени им будет вполне достаточно, чтобы…

Профессор замолчал.

– Чтобы что? – переспросил Веня.

– Я даже не хочу об этом говорить. Это и так понятно.

«Съесть! – понял Веня. – Одуванчик думает, что Пятачка украли, чтобы съесть».

– Я уверен, что вы ошибаетесь, – решительно сказал он. – Ведь они приходили к вам, и вы их запомнили. Для чего же им было так рисковать? Из-за обыкновенной еды? Да они бы просто обворовали вашу квартиру и купили всё, что им вздумается. Нет! Пятачок им был нужен для какой-то непонятной цели. И, кстати, – поднял палец Веня, – мы забыли самое важное! Зачем им понадобилась песочница? Для чего им надо было дождаться, чтобы я ушёл, и только после этого выпустить здесь Пятачка? Просто чтобы прогулять его? Вряд ли, – сам себе ответил он.

Профессор приободрился при этих словах. С уважением посмотрев на Веню, он спросил:

– И как вы думаете, для чего?

– Вот это и надо понять! – воскликнул Веня. И грустно добавил: – Но я пока не понимаю. Надо подумать, а для этого требуется время.

Дело в том, что Веня не умел думать быстро. Быстро в его голову влетали только глупые мысли. А такие сейчас были ни к чему.

– Я согласен с вами, уважаемый коллега, – совершенно серьёзным тоном сказал профессор. – Надо успокоиться и хорошенько подумать. Если вы правы и Пятачка украли с какой-то особенной целью, а не для…

– Конечно, не для, – совершенно невежливо перебил Веня. – Вы и думать об этом не думайте. Знаете что? Мы вот летом были на даче. Так я там видел рядом с деревней огромный свинарник. Там сотни пятачков гуляют за невысоким забором без всякой охраны. Думаете, ваши воры об этом не знают? Ещё как знают. И если бы им понадобилось украсть просто свинку, они бы отправились в какую-нибудь деревню. Разве не так?

Профессор с ещё большим уважением посмотрел на Веню.

– Знаете, Веня, в ваших рассуждениях есть логика. Скорее всего вы правы. Только… Я немного обиделся за моего Пятачка. Вы сказали: «Сотни пятачков гуляют». Понимаете, он один такой. Умнее его я ещё не встречал живого существа. То есть, – смущённо поправился профессор, – я хотел сказать, животного. Он совсем как человек! Только говорить не умеет.

– Извините, я совсем не хотел обидеть вашего Пятачка, – вежливо произнёс Веня. – Я хотел сказать: сотни свинок. Вот вы говорите, что Пятачок один такой. Наверное, и воры об этом узнали. Думаете, они такие дураки, чтобы такого умного съесть? Нет, его украли для чего-то другого!

Веня испугался, что опять обидел Одуванчика, и осторожно взглянул на него. Но тот даже повеселел.

– Да, Веня, вы определённо правы, – закивал профессор. – Будем надеяться, что Пятачок жив. Но что же мы будем делать?

– Как что? – удивился Веня. – Искать! Прямо сейчас.

Он развёл руками, словно показывая, где искать. Во всём окружающем пространстве. Но как это делать?

Профессор растерянно огляделся. Между прочим, наступал вечер и начинало смеркаться. Ведь был уже конец сентября, а в это время года вечер наступает раньше, чем летом.

– Постойте-постойте, – вдруг встрепенулся профессор. – Ведь вам, Веня, наверняка завтра в школу? А уроки? И родители будут беспокоиться. Да?

– Да, – грустно согласился Веня. – И в школу, и уроки, и родители… Но ведь дело важное!

– Важное, – согласился профессор. – А мы даже не знаем, с чего начать. Помните, вы предлагали подумать? Вот и подумаем. А завтра встретимся и обменяемся своими мыслями. Позвоните мне – вот, возьмите обратно визитку. После школы, конечно. Ну, коллега, до свидания. Приятно было познакомиться. Большое, большое спасибо.

Сейчас профессор, наверное, был похож на Шерлока Холмса. Потому что говорил спокойным и уверенным голосом. Веня оглянулся на свой дом. В окнах его квартиры горел свет. Значит, родители уже вернулись с работы. Что ж, придётся согласиться с профессором. А что ещё остаётся?

Глава 4 Свежая голова

Конечно, Веня понял, почему профессор не согласился продолжать поиски немедленно. Это произошло, как только вспомнились школа, уроки, родители…

«Что ж, вежливый и мудрый этот Одуванчик», – с уважением подумал он, глядя в окно и провожая взглядом маленького печального человека, который выходил со двора на улицу.

– Гулял? – весело спросил папа. – А почему такой грустный?

– Да так просто, – как можно безразличнее ответил Веня. – Вот, не смог лабиринт построить. В песочнице.

Он протянул папе журнал. Папа полистал, улыбнулся.

– Ерунда, построим. Как-нибудь в выходные. Ты пока потренируйся на бумаге его рисовать. Это несложно.

Странно, почему папа не задал своего любимого вопроса: «А уроки?»

– А уроки? – спросил папа.

Веня засмеялся:

– Чуть-чуть осталось!

– А почему ты об этом так весело объявляешь? – выглянула из кухни мама. – Уже ужинать пора, а ты ещё уроки не сделал. Погулять успел, какой-то лабиринт построил… Безобразие!

И почему взрослые всегда говорят таким скучно-поучительным тоном? Неужели им кажется, что так можно чему-то научить? У Вени, например, как только он слышал подобный тон, даже слух отключался. Поэтому он молча и быстро проглотил ужин и ушмыгнул в свою комнату.

В другой день он потратил бы на завершение уроков полчаса. Но сегодня хватило и пяти минут. Веня с удовольствием захлопнул учебник, бросил его в рюкзак и включил компьютер.

«Та-ак… Где тут про нашего Пятачка?» – подумал он.

Он стал искать статьи о карликовых свинках – минипигах. Оказалось, что про них имеется целый сайт! На заставке красовался симпатичный поросёнок, сидящий за компьютером.

– С каких это пор уроки на компьютере делают? – услышал он у себя за спиной мамин голос.

– Да я уже сделал. Там всё, в рюкзаке, – махнул рукой Веня.

– А рюкзак на полу, под ногами. И не только рюкзак. Разве у вас завтра нет математики?

Почему-то на этот раз Венин слух не успел отключиться. Наверное, пока он читал статью о минипигах, внимание его слишком обострилось.

– Есть математика, – вздохнул он.

– Тогда почему учебник валяется под столом? И не только учебник. Журнал какой-то, тетради. – Называя все эти предметы, мама поднимала их с пола и раскладывала по местам. – И кровать с утра не застелена.

– Так сейчас уже спать пора. Вот и хорошо, что не застелил.

– Какая экономия сил! – с иронией воскликнула мама. – Может, тогда и в школу не надо ходить? Всё равно ведь возвращаться.

– Нельзя же путать ерунду с серьёзными вещами, – заметил Веня. – Постель одно, а школа совсем другое.

– И вообще, заканчивай посиделки, – сказала мама. – Спать пора.

Веня вздохнул и включил принтер. Он решил распечатать статью и прочитать завтра на каком-нибудь уроке.

Засыпая, он мечтал увидеть во сне маленькую свинку. Вдруг она подскажет, как её искать? Но перед глазами то и дело всплывал лабиринт, да и то неправильный. Обыкновенная спираль вертелась, вертелась… А во сне Веня вообще ничего не увидел.

Первым уроком была литература. Оказалось, что надо было выучить стихотворение Пушкина «Осень». А Веня не выучил. Он слышал, как одноклассники по очереди читают стихотворение, и понимал, что сейчас получит двойку. Уже смирившись с этой мыслью, он уткнулся в листки со статьёй о минипигах.

– Что это у тебя? – спросила Варя, соседка по парте.

– Отстань, – отмахнулся Веня. – Сейчас тебя вызовут.

И действительно, вызвали Варю. Пока она читала стихотворение, Веня перевернул листки и прикрыл их руками, потому что Елена Константиновна остановилась рядом с его партой, слушая Варю.

– А теперь ответит Веня, – сказала учительница. – Только, пожалуйста, выйди к доске. Так получится более торжественно.

Веня незаметным движением смахнул листки в парту и медленно побрёл к доске.

«Да уж, торжественно», – думал он по дороге.

И почему сразу не признался, что не выучил?

И вдруг Веню осенило.

– А я, – воскликнул он, – перепутал и выучил другую «Осень»! Только не помню, кто её написал.

– Другую? – удивилась Елена Константиновна. – Ну что ж, расскажи другую. Даже интересно. И если это хорошее стихотворение, я, так и быть, не буду снижать оценку. Но всё-таки хочу, чтобы впредь ты выполнял то, что я задаю.

Стихотворение было хорошее. Веня его любил. И папа любил. Это он как-то на прогулке прочитал его, вот Веня и запомнил.

– «Тихо в чаще можжевеля по обрыву, осень – рыжая кобыла – чешет гриву, – читал Веня. – Над речным покровом берегов слышен синий лязг её подков».

Он увлёкся, представив, как по лесу ходит красивая рыжая лошадка… И поэтому не сразу заметил, что Варя вытаскивает из парты и быстро просматривает его листки. При этом у неё от удивления даже глаза расширились. Веня нахмурился от такого её бесцеремонного поведения, но дочитал стихотворение до конца. Хорошо, что он знал его назубок.

– Молодец, Веня, – похвалила учительница. – Автор этого стихотворения Сергей Есенин. Хорошо, что ты знаешь литературу не только по программе. И читал ты с выражением. И в словах, и на лице. Но давай договоримся, что ты выучишь и «Осень» Пушкина. Тогда я и поставлю тебе оценку.

Веня пожал плечами.

«Обещала одно, а говорит другое», – подумал он.

Ну что ж, и так хорошо. Всё-таки не двойка.

– Ты чего без спроса взяла? – шикнул он на Варю, забирая у неё свои листки.

– Ой, Веня, так интересно! – зашептала она. – А это тебе зачем? Ты свинку купить хочешь?

– Отстань, – ещё раз сказал Веня. – Потом как-нибудь расскажу.

И понял, что ошибся. Говорить «потом» было не надо. Для Вари это означало «через минуту». Она сидела как на иголках, то и дело дёргая к себе листки и поглядывая в них.

– Да успокойся ты! – зашипел Веня. – Привлекаешь внимание Ёлки. Сейчас листки отберёт!

Минуту, всего минуту Варя смогла усидеть спокойно. А потом опять склонилась над листками, ничего не замечая вокруг. Вот любопытная девчонка! Веня вздохнул и спрятал листки в рюкзак.

– Всё, чтение закончено, – сердито шепнул он. – Не умеешь ты себя вести по-человечески. И не расскажу я тебе ничего.

На Варю жалко было смотреть. Если бы она с таким выражением лица прочитала стихотворение про какую-нибудь студёную зиму, отличная отметка была бы ей обеспечена.

– Ладно, успокойся, – оттаял Веня. – Дождись переменки.

Варя замерла. По её лицу было видно, что в голове у неё уже звенит долгожданный звонок.

Когда он наконец прозвенел наяву, ребята отошли в дальний конец коридора.

– А что, – сразу предложила Варя, – давай вместе свинку купим!

– Купим! – передразнил её Веня. – Минипиг уже есть, существует.

– И ты мне его не показал? – обиделась Варя.

Минипига ей Веня, конечно, показал бы. Куда бы он делся? Дело в том, что с Варей они жили в одном подъезде, дверь в дверь. И в детский сад когда-то вместе ходили в одну группу, и в школе с первого класса сидели за одной партой. Дружили, одним словом.

Веня вздохнул:

– Не мог я показать. Нет его.

– Так есть или нет? Ты понятней говори, а то скоро звонок прозвенит.

И Варя показала пальцем куда-то в потолок.

Веня понял: не даст ему Варя спокойно сидеть и думать на втором уроке. И на втором, и на третьем – до конца жизни. Такая она дотошная девчонка: если не узнает какой-нибудь секрет, не успокоится. Пока не узнает.

И тут Веня хлопнул себя ладошкой по лбу. Он понял: единственный способ отвязаться от Вари – рассказать ей всю историю с самого начала! Пусть сидит себе после этого спокойненько и ломает голову над тем, как найти выход. Хватит ей времени на размышления до самого конца уроков.

– …вот я и думаю, с чего начать поиски, – закончил Веня свой рассказ.

Последние его слова как раз совпали со звонком на урок.

Сработало! Варя сидела, как мышка. То есть мышки, конечно, не умеют так сосредоточенно думать. А Варя умела. Веня вообще удивлялся её умению думать как-то… подробно. Если они вместе обсуждали какую-нибудь задачу, то Веня хотел сразу найти решение, а Варя всё раскладывала по полочкам. Казалось, что при этом она вспоминала всю математику – с самого первого класса.

– Быстрей ты! – обычно торопил её Веня. – Как думаешь, какой способ решения подходит?

– Подожди, – обычно отвечала Варя. – Надо перебрать все возможные способы.

Так они всегда и решали самые сложные задачи. Веня пытался сразу угадать решение, а Варя терпеливо перебирала варианты. И надо признать, у неё получалось лучше.

– Ты, Веня, хочешь – раз, и решить, – смеялась Варя. – А надо постепенно. Помнишь, как мы кубики в садике складывали? Складываешь, складываешь, а потом и получается домик.

– Надо понять, какой это домик получится, вот в чём главный вопрос, – возражал Веня. – На него и надо ответить. А ты все формулы подряд вспоминаешь. Даже ненужные. Только время теряешь.

Но сейчас… Пусть Варя теряет время, складывает свои кубики. Задача, что и говорить, непростая.

«Поломай, поломай голову, – хмыкнул про себя Веня. – Вместо того чтобы меня отвлекать».

На уроке математики Варя даже двойку получила – за невнимательность. Учительница задала ей какой-то вопрос, а она только хлопала ресницами.

Вене стало немного стыдно. Получалось, что это он подвёл соседку.

– Ладно, забудь про этого минипига, – шепнул он Варе. – А то столько двоек нахватаешь, что домой не унесёшь.

– Отстань, – отмахнулась на этот раз Варя.

Веня с удивлением посмотрел на неё. Ничего себе! А вдруг она и впрямь додумается до какого-нибудь решения? Сам-то он уже почти потерял надежду на то, что придумает, с чего начать поиски минипига. Он даже с трудом представлял себе, как позвонит профессору. Позвонит и скажет, что ничего не придумал? Расстроится Одуванчик…

Так и прошли ещё четыре урока. Веня больше не обращался к Варе. Не хватало ещё раз услышать от девчонки: «Отстань»!

Наконец они вышли на улицу.

– Ну что, пойдём к твоему Одуванчику? – спросила Варя.

Веня вздохнул:

– Вообще-то позвонить сначала надо. Но можно и сразу зайти, ведь по дороге. Только вот что мы ему скажем?

Варя беззаботно пожала плечами:

– Что-нибудь скажем! В крайнем случае все вместе посоветуемся.

– Мы с ним вчера уже советовались. Без толку.

– И ты ничего не придумал? – удивилась Варя. – Ни одного варианта?

– Да так… – Веня не хотел признаваться, что голова его пуста, как воздушный шарик. – Кое-какие варианты наклёвываются…

Открыв дверь, профессор удивлённо уставился на Варю.

– Так-так, – пробормотал он. – Помощников у меня всё больше. Свежая голова?

– Это Варя, – поспешил представить Веня. – Извините, что мы не позвонили, но школа совсем рядом. А Варя… Я подумал, что лишний человек для наших поисков не будет… лишним.

– Что ж, проходите, – пригласил Одуванчик.

По его виду было понятно: никаких особенных решений он тоже не придумал.

В кухне профессор начал было заваривать чай, но Варя смело взяла у него чайник и сказала:

– Вы садитесь, я всё сделаю. И учтите, у нас мало времени.

Одуванчик удивлённо вскинул брови:

– Да? Значит, вы считаете, мы что-нибудь предпримем?

– А как же, – бодро ответила Варя. – Вот попьём чаю и всё решим. Ты, Веня, что предлагаешь?

– Вообще-то я думал… – Веня зачарованно смотрел, как Варя быстро расставляет чашки, как включает чайник, достаёт из сумки пачку печенья. – Я просто думал, что Иван Иванович более подробно расскажет про Пятачка. Где они гуляли, с кем встречались. Может, появится какая-нибудь подсказка?

– Да, пожалуй, особенных подробностей в нашей жизни не было, – пожал плечами профессор. – Гуляли по нашей аллее, как обычно. Я выносил Пятачка в сумке, потом выпускал где-нибудь. Он рыть землю очень любит. Ну и, конечно, многие прохожие на него смотрели. Но я же не обращал на них внимания.

– А вот это зря, – заметила Варя, уже разливая чай. – Плохие взгляды всегда надо улавливать.

Профессор грустно улыбнулся:

– Может быть, может быть… Но я этого не умею.

– А знаете что? – Наконец-то Вене пришла в голову догадка. – Давайте поступим самым простым образом. Что делают люди, когда у них пропадают кошки и собаки? Развешивают объявления. И мы так сделаем! Вдруг кто-то видел этих воришек с Пятачком? Выпускали же они его в нашу песочницу. Может, и ещё в каком-нибудь месте доставали из сумки. А кто-нибудь на это обратил внимание, вот и отзовётся на наше объявление.

– Я думал об этом, – закивал профессор. – Но мне кажется, это мало что даст. Ну, сообщат нам, что видели Пятачка с этими… Но ведь мы и сами это знаем.

– Зато узнаем, например, в какую сторону они направились! – настаивал Веня.

– Ну да, ну да, – согласился профессор. – Что ж, можно попробовать. Конечно, без объявления начинать поиски – значит совсем ничего не делать. А может… Знаете, уважаемые коллеги, я ещё надеюсь, хотя это глупо, конечно… Надеюсь, что эти воры сами мне позвонят.

– Как это? – не понял Веня, поперхнувшись чаем.

– Позвонят, предложат выкупить Пятачка, – объяснил профессор. – Знаете, как бы я этому обрадовался!

– Так что же, просто ждать? – удивилась Варя. – Нет, этот вариант не подходит. То есть ждать мы, конечно, будем. И Веня правильно говорит, надо развесить объявления. Но… объявления наоборот!

– Как это? – уже в два голоса переспросили Веня с Одуванчиком.

– Как это, объявление наоборот? – ещё раз повторил один Одуванчик.

Варя неторопливо надкусила печенье, запила большим глотком чая… Казалось, она дразнит своих нетерпеливых собеседников.

– Всё очень просто, – сказала она наконец. – Веня предлагает развесить объявления о том, что Пятачок пропал. А мы напишем наоборот: что Пятачок – продаётся.

– Как? – изумился Веня. – Ты что, ничего не поняла? Я же тебе всё рассказал. Украли Пятачка, нет его! Как же он может продаваться?

– Мы сделаем обманное объявление, – спокойно объяснила Варя. – Для этих самых воров. Если им нужен был именно минипиг, они скорее всего захотят ещё одного. Вот и обратятся к нам, по моему или Вениному телефону. На объявление о пропаже они не отзовутся, а вот о продаже – обязательно.

Профессор внимательно посмотрел на Варю. Глаза его за стёклами очков прояснились.

– Вы, Варя, действительно свежая голова, – сказал он. – Я бы до такого никогда не додумался. Неожиданное, неординарное решение! Знаете, так мыслили все великие учёные, сделавшие серьёзные открытия.

Веня с завистью посмотрел на «великого учёного». А Варя беззаботно, но всё же торопливо допивала чай.

«Только бы не зазналась!» – подумал Веня.

Глава 5 Ловушка для старушки

Свежая голова, то есть Варя, не остановилась на достигнутом. Она придумала ещё одну хитрость.

– Какого цвета Пятачок? – спросила она у профессора.

– Чёрненький, – вздохнул Одуванчик.

– Вот! – воскликнула Варя. – Давайте напишем, что, кроме продажи, мы готовы поменять двух очень умных и обученных разноцветных минипигов на одного обыкновенного, но чёрненького.

– Но Пятачок не обыкновенный, – обиделся профессор. – Он как раз умный и обученный.

– И у нас нет разноцветных минипигов для обмена, – удивился Веня. – Как и для продажи. Может, не стоит так завираться?

– Вы опять ничего не поняли, – отмахнулась Варя. – Конечно, у нас никого нет. Но нам же надо найти Пятачка. Мне кажется, эти похитители не очень-то умеют обращаться с минипигами. И с Пятачком не умеют. А прочитают в объявлении, что можно заполучить двух свинок, умных и обученных, взамен одной – сразу отзовутся. Мы ещё напишем, что расскажем, какие команды умеют выполнять наши минипиги. Которых, как вы сами понимаете, нет.

– Так объявления не пишутся, – хмыкнул Веня.

– А ты откуда знаешь? Пишутся!

– Будем слушаться Варю, – улыбнулся Одуванчик. – Что ж, остаётся только сочинить объявление. Кстати, у меня в компьютере есть фотография Пятачка. Мы сделаем несколько копий, изменим цвет, и выйдет правдоподобно. Жалко, конечно, что врать приходится…

– Это не враньё, а ловушка для воришек, – успокоила его Варя.

Через десять минут объявление было готово. Для пущей привлекательности трёх маленьких свинок разукрасили на компьютере в такие цвета, которых, наверное, не существует в природе. То есть сами цвета, может, в природе и существуют, но минипигов таких цветов уж точно нет. Разве кто-нибудь видел свинок красного цвета? А зелёного? Ну, розового цвета минипиги, конечно, бывают.

– Хорошие поросята получились, – довольно сказала Варя. – Лучше, чем в жизни.

– Ну уж позвольте с вами не согласиться, – возразил профессор. – Лучше, чем в жизни, быть не может. Особенно если речь идёт о Пятачке.

Всё-таки три красно-зелёно-розовых поросёнка выглядели просто сказочно! Профессор разместил их на объявлении таким образом, будто свинки сами читали про себя: «Продаются чудесные минипиги. Образованные, обученные всем-всем-всем командам». А чуть ниже было добавлено: «Для нашей коллекции нужен чёрненький минипиг. За него мы бесплатно отдадим двух самых умных и обученных. Вдобавок научим и нового хозяина командовать нашими питомцами».

Какой же телефон указать на объявлении?

– Мой, – тоном, не терпящим возражений, сказала Варя. – Номер Ивана Ивановича воришки знают. Веню видели в песочнице. А если по телефону ответит девчачий голос, это не вызовет никаких подозрений.

Иван Иванович улыбнулся в знак согласия и покрутил головой. Этот жест означал: «Ну и девчонка! Отлично соображает».

А Варя в ответ вздёрнула нос. Этот жест тоже был красноречивым: «А что вы думали? Конечно, соображаю!»

– Веня, не будем терять время, – продолжала командовать Варя. – Побежали! Надо быстрее развесить все эти ловушки.

По дороге ребята купили в киоске клей и принялись за работу. Она была несложной. Выбирались приметные столбы и деревья – Варя мазала клеем объявление с обратной стороны, а Веня нашлёпывал его на самое видное место.

– Видел? – оглядывалась Варя. – Прохожие сразу читают.

– Прохожие-то читают, – ворчал Веня, – но что-то я не видел тех, кто нам нужен.

– А они сейчас осторожно прогуливаются по улицам, – объяснила Варя. – Боятся столкнуться нос к носу с Одуванчиком. Не беспокойся, прочитают. Мы же весь район обклеили. Скоро зазвонит мой телефончик!

Но телефон молчал, хотя Варя всё время держала его в руке.

Когда все объявления были расклеены, Веня с Варей присели отдохнуть на скамейку. Заодно они смотрели вдоль Беговой Аллеи – от скамейки виднелись три пятна объявлений на столбах. А вдруг Кругляш и Сухопарый появятся прямо сейчас? Бывает же в жизни везение.

Но нет, на такую скорую удачу рассчитывать не приходилось.

– Что-то не работают твои ловушки, – вздохнул Веня.

Варя молчала. Что она могла ответить?

И вдруг её телефон зазвонил! Варя быстро прижала его к уху и торопливо спросила:

– Вы по объявлению?

Веня тоже наклонился поближе к трубке. Но услышал голос Одуванчика:

– Да, наверное, по объявлению. – Слышно было, что профессор улыбнулся. – Не терпится узнать, не звонил ли кто-нибудь. Я первый?

– Пока да, – ответила Варя. – Но вы не думайте, мы ведь только недавно их повесили. Звонки ещё будут!

Веня вздохнул. Ему казалось, что прошло много времени. Вот и профессору так кажется. А результата всё нет и нет. Вдруг так ничего и не выйдет из Вариной затеи?

Но тут он снова взглянул на аллею и сразу толкнул Варю локтем:

– Смотри!

У объявлений стали собираться люди.

– …восемь, девять, десять… – считал Веня. – Что же мы будем делать? Такой обман!

– Во-первых, необязательно все они позвонят, – спокойно ответила Варя. – Многие просто из любопытства читают. А во-вторых, я назначу встречу, а скажу, что минипиги… закончились. На всех не хватило.

– Всё равно это нехорошо, – вздохнул Веня. – Ладно, ты придумала, ты и будешь выпутываться. Я на эту встречу не пойду.

– А тебе и не надо, – сказала Варя. – Тебя же эти воры узнают, если придут. Кругляш и Сухопарый. Тебе надо будет из-за кустов наблюдать. Если они появятся, твоё дело будет проследить за ними. Ведь наша задача – узнать, где они живут. И где Пятачка прячут.

Веня в знак согласия пожал плечами. Что ж, если так случится, он не против того, чтобы выследить Кругляша с Сухопарым. Только бы появилась эта парочка!

Варя продолжала держать телефон наготове, но он по-прежнему молчал. Зря беспокоился Веня. Никто не заинтересовался приобретением диковинных животных. Постепенно людей возле объявлений становилось всё меньше, и вот осталась одна старушка. Она даже переходила от одного столба к другому, словно сверяя объявления.

– Вот эта бабушка точно позвонит, – усмехнулся Веня. – Попалась старушка в твои ловушки. Наверное, хочет купить красного поросёнка. Будет купать его у себя на даче.

– Почему купать? – не поняла Варя.

– Есть такая картина «Купание красного коня». А что, если есть красный конь, может, и минипиги красные бывают?

– Бывают, – машинально ответила Варя. – У нас на объявлении. Знаешь, Веня, мне жалко эту старушку. Может, у неё и телефона нет. Подойду-ка я к ней.

И Варя направилась к старушке. Веня нехотя поплёлся следом. Что и говорить, не очень весёлое было у него настроение.

Но телефон у старушки имелся. Она уже старательно набирала номер, близоруко щурясь.

– Бабушка, не звоните, – сказала Варя. – Это мы повесили объявления. Только… свинки уже закончились.

– Неужто? – встрепенулась бабушка. – Вот незадача… Опоздала, значит. О-хо-хо…

Старушка и впрямь выглядела расстроенной. И действительно, её было жалко.

– Мы… Мы что-нибудь придумаем! – сказал Веня. – Вы приходите завтра к трём часам вон к той скамейке, которая рядом с детской площадкой. Мы для вас узнаем, где можно купить такую свинку. А зачем она вам?

– Как зачем? – улыбнулась старушка. – Вот написано, умные они. А мне и надо, чтобы все слова мои понимала. Одиноко мне одной-то.

– Не волнуйтесь, обязательно что-нибудь придумаем, – успокоил её Веня. – До завтра.

– Спасибо, спасибо, детки, – закивала старушка и засеменила по тротуару.

– И зачем ты так? – удивилась Варя. – Чем мы ей поможем?

– А ты зачем? – проворчал Веня. – Понимаешь, Варь, не нравится мне обманывать. Начнёшь врать, так потом не знаешь, как остановиться. Спросим у Одуванчика, он скажет, где на самом деле можно купить минипига. Пусть старушка с ним разговаривает, если ей скучно живётся.

– Вообще-то надо одним делом заниматься, а не отвлекаться… – нравоучительным тоном начала Варя.

Но Веня её перебил:

– Вот и занимайся. Только не учи меня постоянно. Всё, Варя, пошли домой. Ты будешь на телефоне сидеть, похитителей караулить, а я буду твоего звонка ждать. Надоело здесь торчать.

Совсем испортилось у Вени настроение! Может, из-за старушки? Неприятно добрых людей в ловушки ловить.

Варя всю дорогу обиженно молчала. Так же, как и её телефон. Но он молчал не от обиды. Просто никто пока не звонил.

Веня давно заметил, что плохое настроение помогает делать уроки. Он сидел над ними дольше обычного. Наверное, от излишней сосредоточенности. И вот, когда уже все учебники были отодвинуты в сторону и Веня сидел просто так, глядя в окно, за которым густели сумерки, раздался звонок.

– Есть! – прокричала в трубку Варя. – Есть чёрный минипиг! Звонков было несколько, но один был от Пятачка! То есть, конечно, не он звонил, а кто-то из этих двоих. Даже торговался, хотел не двух, а трёх. Но я не уступила.

От волнения и внезапно нахлынувшей радости Веня уронил трубку на пол. Но с телефоном ничего не случилось – он лишь отключился. Тоже, наверное, от радости.

Глава 6 Театр трёх актёров

Наконец-то! Закончились сомнения, ожидания, тревоги. Подтвердились надежды на то, что Пятачок жив. И теперь должны были начаться действия.

Веня соображал изо всех сил. Обычно он не умел думать быстро и не задумывался о мелочах, а стремился к решению любой задачи в самом главном, по существу. И в начале истории с Пятачком было именно так. С самого начала Веня был уверен, что они разыщут его. И даже не думал, каким образом. Хорошо, что Варя умела сочинять подробные решения! Но теперь вот и Веня задумался именно о подробностях.

Как вернуть Пятачка? Отнять? Предложить ворам деньги? Позвать полицию? Все эти варианты Веню не устраивали. Какая-то тайна тревожила его, не давая покоя ни вечером, ни ночью. Он даже спал, то и дело просыпаясь и возвращаясь к своим размышлениям. Для чего же Кругляш и Сухопарый похитили минипига? Веня думал только об этом, как будто Пятачок был уже на свободе.

Конечно, он понимал, что сейчас самое главное – это возвращение Пятачка законному владельцу. Но так уж он был устроен, что всё равно думал о будущем. Папа называл это «думать на несколько ходов вперёд». Так он говорил во время их игры в шахматы:

– Молодец, Веня, ты всегда продумываешь свои ходы наперёд. Целую комбинацию выстраиваешь. Не просто фигуру забираешь, а знаешь, что за этим последует.

Вот сейчас папа уж точно не похвалил бы Веню. Потому что всё смешалось у него в голове. И мелкие решения, и самая главная тайна. Как отнять? А для чего похитили? Эти два вопроса поочерёдно выпрыгивали перед Веней, и он уже не знал, который из них важнее.

«Да, ситуация с Пятачком сложнее, чем любая шахматная партия», – думал Веня по дороге в школу.

Они шли вместе с Варей. Та сияла, как минипиги на объявлениях. Видно было, что мучительные раздумья ей и не снились.

– Ну и дурачок же этот твой воришка, – смеялась она. – Решил, что я занимаюсь разведением поросят. Я ему столько всякой ерунды понавыдумывала!

– Ты бы лучше спросила, для чего они им, – недовольно проворчал Веня.

– А зачем спрашивать? Всё равно бы он не сказал, – ответила Варя. – Главное, выманить их на встречу. Вместе с Пятачком.

Веня с завистью посмотрел на неё. Умеет же она не загружать свою голову большими проблемами! Решает всё по очереди, маленькими шажками. Может, так и надо?

– Знаешь, Варя, – сказал Веня, – ты, конечно, молодец… Но я никак не пойму: чем же так привлёк их Пятачок?

– А для чего это сейчас понимать? – удивилась Варя. – Потом поймём, когда всё закончится.

Так они и провели все уроки. Варя выглядела радостной и беззаботной. Она даже руку поднимала, чтобы её вызвали. А Вене было не до руки и не до ответов. Урок за уроком он решал задачу с одним неизвестным: для чего понадобился минипиг обычным ворам? И даже приблизительного ответа у него не имелось.

В половине третьего они уже были у профессора. Звонить ему с вечера Веня не стал. Он решил: от известия о том, что дали о себе знать похитители Пятачка, Иван Иванович, пожалуй, всю ночь не уснёт.

От радостной новости профессор стал летать по квартире, как самый настоящий одуванчик.

– Неужели, неужели… – проговаривал он в волнении. – Неужели я сегодня увижу своего Пятачка?

– Вполне возможно, – улыбнулась Варя. – Но знаете, Иван Иванович, вам надо как следует морально подготовиться.

– В каком смысле? – не понял профессор.

– Всё может быть, – объяснила Варя. – Этот звонивший был очень недоверчивым. Когда я уточнила: «Так вы принесёте чёрненького минипига?» – он долго молчал, а потом сказал: «Принесу, не волнуйся. Только сначала встретиться надо».

– Да он просто удостовериться хочет, что у нас есть минипиги для обмена! – догадался Веня. – И что теперь делать? Живых свинок мы не нарисуем. Я так и знал, Варька, что ты раньше времени обрадовалась! Не только воришек обманула, но и нас с Иваном Ивановичем.

– Ничего, Веня, ничего, – успокоил его профессор не очень весёлым тоном. – Это тоже хорошо. Варя молодец. Было бы чудом, если бы так просто всё завершилось. Только бы пришёл этот… звонивший.

– Вот именно! – воскликнула Варя. – Не так всё плохо. Тебе, Веня, всё сразу подавай. На блюдечке. А все сложности, может быть, только начинаются. Постараться надо!

Веня посмотрел на часы:

– И ничего не на блюдечке. Разве я против того, чтобы постараться? Вон, уже только двадцать минут осталось. Раз ты такая сообразительная, придумывай, как мы на встречу пойдём.

– А что тут придумывать? – пожала плечами Варя. – Я пойду. А вы с Иваном Ивановичем замаскируетесь в кустах и наблюдать будете. А потом и следить за этим, как его… Кругляшом или Сухопарым. А может, они вместе придут.

– Следить? – удивился Веня. – Это же не в кустах на одном месте сидеть. Они один раз оглянутся и сразу же нас узнают.

Варя задумалась на несколько секунд. Многовато для неё! И сразу же выдала решение:

– А вы переоденьтесь. Так, чтобы никто вас не узнал. Это ведь обычное дело – те, кто не хочет быть узнанным, переодеваются.

Одуванчик даже крякнул от неожиданности:

– Как переодеться?

– Да очень просто. – Варя нетерпеливо прыгала на месте от такого непонимания. – Чёрные очки, какую-нибудь шляпу, плащ – и готово! А Веня… Мы с ним поменяемся. Он мою одежду наденет, а я его.

Варя шмыгнула в соседнюю комнату. Через полминуты оттуда вылетели её водолазка, джинсовый сарафан и босоножки. Все эти предметы сопровождались криком:

– Вень, лови! И давай мне свои джинсы и рубашку.

Иван Иванович с улыбкой наблюдал за процессом переодевания.

– Вообще-то почти ничего не изменилось, – хмыкнул он, когда Веня натянул на себя сарафан, а Варя вышла из другой комнаты в его джинсах. – Те же Веня и Варя, только наоборот.

– Это вам только кажется, – не согласилась Варя. – Веню уж точно никто не узнает.

– Примут за сумасшедшего, – проворчал Веня.

– Тоже неплохо, – хихикнула Варя. – Главное, чтобы не разоблачили. Вот с головой у тебя непорядок. В смысле, она незамаскированная.

Причёска у Вени, мягко говоря, отсутствовала. В парикмахерскую он ходить не любил, а причёсываться забывал. Поэтому у него просто торчали во все стороны давно не стриженные волосы.

Варя достала из рюкзака ярко-зелёную резинку, быстро собрала Венины волосы в пучок на макушке… Из зеркала на Веню глянуло чудовище. Он даже присел от неожиданности.

– И я так выйду к людям?! – ужаснулся он.

– Ну, если тебе стыдно, надень тёмные очки, – разрешила Варя.

Иван Иванович уже держал их наготове. Наверное, он сразу догадался, что Вене новый образ не очень понравится.

– А с кем же мне одеждой поменяться? – задумчиво проговорил Одуванчик.

– С соседкой, – сердито хмыкнул Веня.

– Это идея! – воскликнул Одуванчик. – У меня есть одежда моей сестры, она иногда приходит помочь с уборкой.

Он вышел из комнаты. Через несколько минут Веня забыл о недовольстве собственным видом. Потому что вернувшийся Одуванчик был похож на огородное пугало. Его сестра занималась уборкой в халате и косынке. В сочетании с джинсами и кедами этот наряд выглядел похлеще Вениного.

– А вы не перестарались? – осторожно спросила Варя.

– Ну что вы! Переодеваться так переодеваться, – махнул рукой Одуванчик. Он посмотрел в зеркало. – Только придётся побриться. Согласитесь, небритая старушка может вызвать подозрение.

Что ж, с этим было трудно не согласиться.

Без пяти минут три на Беговую Аллею вышла компания из трёх человек: старушка и две девчонки. Конечно, в этом ничего странного не было. Странным был их вид: старушка и одна девчонка были в тёмных очках, и казалось, что в этих очках они и напяливали на себя всю одежду. Потому что так нарядиться можно было только впопыхах и вслепую. Вторая девчонка была самая обыкновенная. Такую одежду, как у неё – джинсы, рубашку и кроссовки, – мог носить кто угодно, даже обезьяна в цирке. Но видно было, что эти вещи девчонке не по размеру – великоваты.

Оглядев отражения своё и своих спутниц в витрине магазина, старушка, то есть Иван Иванович, прокряхтела:

– О-хо-хо! Театр трёх актёров! Вот теперь-то уж точно мы привлечём к себе всеобщее внимание.

Девчонка в джинсах, то есть Варя, сказала:

– А нам не надо быть вместе. Я пойду одна, а вы… Да хоть в кусты спрячьтесь или газетку почитайте на скамейке.

В сквере у детской площадки уже толпились люди. Среди них была и одинокая старушка, которая мечтала об умном друге.

– Ого! – воскликнул Веня. – Так много? Ты же говорила, что было всего три звонка.

– Зато эти три человека позвонили своим тридцати трём знакомым, – вздохнула Варя. – Всё-таки неприятно обманывать такое большое количество народу.

– Обман всегда обман, – назидательно заметил Веня. – Он не может быть больше или меньше.

– Не переживайте, – успокоил их профессор. – Никакого обмана не будет. Я захватил с собой адрес питомника, в котором можно приобрести замечательных минипигов. Пятачка-то мне из Германии привезли, но потом мои друзья, которые тоже захотели карликовую свинку, выяснили, что они продаются и в Москве. Так что Варя сообщит всем этим людям адрес, и все они будут счастливы.

– Значит, мы и старушку не обманули. – Веня радостно толкнул Варю локтем. – Давай, вперёд – успокаивай народ!

Профессор достал из кармана халата бумажку с адресом, отдал её Варе, и она поспешила к народу.

Иван Иванович оглядывался по сторонам, выискивая кусты погуще. Веня заметил именно такое местечко. Он хотел уж было туда юркнуть и позвать за собой Одуванчика, но вдруг замер на месте. Кусты… шевелились! В них определённо кто-то прятался. Но прятался не затаившись, а как-то беспокойно. Как будто устраивался поудобнее.

Тут ветки раздвинулись, и Веня увидел лицо Кругляша. Тот уставился на людей, собравшихся у детской площадки, и стал наводить на них бинокль. Наверное, хотел получше рассмотреть разноцветных минипигов.

– Иван Иванович, – шепнул Веня, – прихрамывайте! А то нас узнают. Один из воров уже здесь. И не смотрите по сторонам.

Вовремя, очень вовремя сказал Веня последнюю фразу! Потому что профессор уже сдёрнул очки и завертел головой, как подсолнух в ускоренной съёмке. Веня сам напялил очки обратно ему на нос и потащил его к скамейке.

– Смотрим вокруг исподлобья, – шепнул он. – И не распрямляйтесь, не распрямляйтесь! Сидите, как старушка на солнышке. Где же его сообщник? Этот Сухопарый.

Никакого Сухопарого нигде не было. Кругляш несколько раз менял местоположение, чтобы получше разглядеть столпившихся вокруг Вари людей, и было видно, что он один.

– Сейчас он убедится, что нет у нас никаких минипигов, – отчаянно зашептал Веня. – И всё пропало! И Пятачка с ним нет.

– Нет? – переспросил Иван Иванович. – Вы это точно видите? А вдруг там в кустах сумка?

Веня пожал плечами. Что он, ясновидящий? Откуда ему знать, что находится в кустах?

Кругляш действительно всё понял. Уже совсем не прячась, он выбрался из кустов, ухмыльнулся, спрятал бинокль и спокойно пошёл по аллее. Прочь… Никакой сумки у него в руках не было.

– Иван Иванович, побежали за ним! – воскликнул Веня, срываясь с места.

– Внучек, – скрипучим голосом проговорил профессор, – не зови меня Иваном Ивановичем! Я ведь твоя бабушка.

Веня прыснул. Вовремя напомнил ему профессор их роли! Странно будет кому-нибудь из прохожих услышать, что старушку могут звать Иваном Ивановичем.

– Ладно, бабушка, побежали, – хихикнул Веня. И добавил: – Только и вы меня не зовите на «вы». Я ведь ваша внучка.

До чего же, оказывается, неудобно бегать в девчачьей одежде! Джинсовый сарафан комкался на коленях, босоножки норовили соскочить с ног, а за волосы, стянутые резинкой, казалось, кто-то держал не отпуская. Бабушке было не легче. Её халат цеплялся за джинсы, и это очень мешало бежать. Тем не менее бабушка и внучка развили такую скорость, что обогнали Кругляша в считаные секунды. Он ведь не бежал, а просто шёл.

На бегу им удалось услышать, как Кругляш разговаривал по телефону:

– Да никаких свиней там нету! Зря поверили девчонке! Что?.. Куда?.. Да узнают меня, кто-нибудь сразу узнает! Что я, дурак, соваться? Хватит с нас одного свина. Лучше с ним больше поработать. Всё, домой еду!

Веня и профессор переглянулись. Они не сговариваясь поняли, что им надо делать. Конечно же, следить за Кругляшом! Всё-таки их дела не так уж плохи. Если Пятачка не принесли сюда, то надо хотя бы узнать, где его прячут.

Кругляш вёл своих преследователей всё дальше от Беговой Аллеи. Он оглянулся несколько раз только вначале. И при этом не обратил никакого внимания на старушку и девчонку.

– Ну что, внученька, хорошо придумала Варя? – весело спросил профессор старушечьим голосом. – В этих нарядах мы как в шапках-невидимках.

В знак согласия Веня даже попрыгал на тротуарных плитках, как прыгают самые настоящие девчонки при игре в классики. Он сейчас был готов притвориться кем угодно. Только бы узнать дорогу к Пятачку!