Весь Хайнлайн. Ракетный корабль «Галилей» (сборник)

— Готов поспорить, что он хочет выкрасть ваш атомный двигатель, дядя Дон.

— Хотя это и весьма распространенный приключенческий сюжет, в такой краже мало смысла. Если кто-то узнал о моем двигателе, ему гораздо проще подать в комиссию заявку на лицензию и использовать патент по своему усмотрению.

— Может быть, он считает, что вы утаили от комиссии какие-либо секреты?

— В таком случае он может оставить залог и потребовать экспертизы, вместо того чтобы подделывать письма и взламывать замки. Если бы ему удалось доказать, что я мошенничаю, меня посадили бы в тюрьму.

— Нужно думать не о том, зачем он шпионит, — заявил Морри, — а о том, что мы можем сделать, чтобы его остановить. Мне кажется, стоит учредить ночные дежурства, — он посмотрел на винтовки.

— Нет, — возразил Каргрейвз. — Сигнализация, разработанная Артом, лучше всякой охраны. Ночью здесь ничего не видно, я сам в этом убедился.

— Скажите, — вмешался Арт, — а что если я установлю на крыше убежища навигационный радар? Сканируя поверхность площадки, мы могли бы видеть все, что на ней происходит.

— Нет, — ответил Каргрейвз. — Мне бы не хотелось рисковать оборудованием. Радар гораздо больше пригодится нам при посадке на Луну, чем при выслеживании шпионов.

— Но это совершенно не повредит радару!

— И все же я уверен, — настаивал Морри, — что лучшим средством был бы хороший заряд свинца!

— А еще лучше, — подхватил Арт, — надеть наушники со шнуром длиной метров в триста, и я берусь при помощи радара навести вас на шпиона даже в кромешной тьме.

— Звучит здраво, — согласился Морри.

— Не увлекайтесь, ребята, — успокоил их доктор. — Мы не на диком Западе. Если вы думаете, что можно пристрелить человека лишь за то, что он перелез через забор, то очень скоро увидите, что у суда на эти вещи совершенно другая точка зрения. Вы, похоже, начитались комиксов.

— Да я их и в руки-то никогда не беру, — сердито возразил Арт. А потом добавил: — По крайней мере, не часто.

— Если нам нельзя стрелять, то тогда зачем мы купили оружие? — допытывался Росс.

— Хороший вопрос. Стрелять можно, но только в целях самообороны; и вообще, я запру все оружие в мастерской, а то вскоре вы тут превратитесь в шайку дикарей с налитыми кровью глазами и непреодолимым желанием в кого-нибудь выстрелить. Оружие здесь для того, чтобы пугать непрошеных гостей. Вы можете стрелять, но до тех пор, пока они не откроют по вам огонь, стреляйте только в воздух.

— Хорошо.

— Согласен.

— Пусть только попробуют стрелять!

— Есть еще какие-нибудь предложения?

— Только одно, — ответил Арт. — А вдруг наш приятель обрежет электропроводку? Мы целиком зависим от нее — свет, радио, даже система сигнализации. Стоит нам лечь спать, и он сможет отключить энергию и спокойно разгуливать здесь, а мы даже знать об этом не будем.

Каргрейвз кивнул.

— Да, я должен был это предусмотреть, — он немного подумал. — Давайте-ка займемся резервной линией и подключим сигнализацию к ракетным аккумуляторам. А завтра проведем запасную линию освещения, — он поднялся на ноги. — Пошли, Арт. Остальные пусть садятся за учебники. Уже пора заниматься.

— Заниматься? — запротестовал Росс. — Сегодня мне никакая наука не полезет в голову!

— А ты запихивай через силу, — доктор был неумолим. — Были люди, которые умудрялись писать книги в ожидании виселицы.

Ночь прошла спокойно. Рано утром Росс и доктор отправились к ракете, оставив Морри и Арта подсоединять к автомобильной батарее линию освещения. Каргрейвз хотел закончить все приготовления до прибытия тория. Забравшись в корабль, они с жадностью принялись за работу. Доктор начал раскладывать инструменты, а Росс, фальшиво насвистывая какую-то мелодию, протиснулся к щиту.

Каргрейвз поднял взгляд и увидел ослепительно-яркую вспышку, а потом ударившая в лицо взрывная волна швырнула его о борт корабля.

7. НАС НИЧТО НЕ ОСТАНОВИТ!

Арт тряс его за плечо.

— Дядя! — умолял он. — Очнитесь! Вы ранены?

— Росс… — невнятно прошептал Каргрейвз.

— Это я, Арт!

— А Росс — что с ним? Он жив?

— Не знаю. С ним Морри.

— Пойди и узнай.

— Но вы…

— Я же говорю, пойди и посмотри…

Каргрейвз вновь впал в забытье. Когда он опять пришел в себя, то снова увидел склонившегося над ним Арта.

— Дядя, — сказал мальчик, — торий уже привезли. Что нам делать?

Торий… Торий? Голова его раскалывалась на части, и он никак не мог связать с этим словом ничего определенного.

— Сейчас… я приду… А что с Россом? Он жив?

— Жив.

— Сильно ранен?

— Кажется, больше всего пострадали глаза. Внешних повреждений он не получил, но ничего не видит. Так что делать с торием, дядя?

— К черту торий! Пусть его увозят обратно.

— Что?

Каргрейвз пытался подняться на ноги, но он был слишком слаб, голова кружилась. Он вновь уронил голову и попытался привести в порядок вихрь мыслей, проносившихся у него в мозгу.

— Не валяй дурака, Арт, — еле слышно пробормотал он. — Торий нам больше не понадобится. Путешествие закончено, и мой замысел был сплошным недоразумением. Отошли эту отраву назад.

Все плыло перед его глазами, и он зажмурился.

— Росс…

Он вновь пришел в сознание от прикосновения чьих-то рук. Арт и Морри осторожно, но настойчиво ощупывали его.

— Спокойно, док, — послышался голос Морри. — Ну, — юноша нахмурил брови, — с Россом, кажется, все в порядке, за исключением глаз. Но он говорит, что чувствует себя нормально.

Он… ослеп?

— В общем, он ничего не видит.

— Его нужно срочно отвезти в больницу. — Каргрейвз уселся и попытался встать на ноги. — Ох! — простонал он и вновь опустился на пол.

— Нога, — догадался Арт.

— Давай-ка посмотрим. Сидите спокойно, док.

Мальчики осторожно сняли ботинок с его левой ноги и стянули со ступни носок. Морри внимательно осмотрел ногу.

— Что думаешь, Арт?

— Или растяжение, или перелом, — ответил Арт, изучив ступню. — Хорошо бы сделать рентген.

— Где Росс? Надо его в больницу.!. — настаивал Каргрейвз.

— Конечно, конечно, — согласился Морри, — и вас вместе с ним. Мы уже перенесли Росса в помещение.

— Я хочу на него посмотреть.

— Сейчас. Подождите секунду, я только подгоню машину.

Доктор проковылял к люку, опираясь на здоровую ногу и плечо Арта. Спускаться на землю было очень больно и, добравшись до машины, доктор с большим облегчением опустился на сиденье.

— Кто там? — спросил Росс, когда доктор входил в комнату, опираясь на своих юных товарищей.

— Это мы, — ответил Арт.

Каргрейвз увидел Росса, лежащего на койке с носовым платком на глазах, и проковылял к мальчику.

— Как ты, парень? — обеспокоенно спросил он.

— А, это вы, док. Все в порядке. Я могу выдержать и не такое. А вы как себя чувствуете?

— Нормально. Что у тебя с глазами?

— Ну… Честно говоря, сейчас они работают неважно. Я вижу только пурпурные и зеленые вспышки.

Он старался говорить спокойно и даже весело, но на его шее часто пульсировала жилка. Каргрейвз потянулся к платку на его глазах. Морри взял его за руку.

— Оставьте платок в покое, док, — жестко сказал он. — Там нечего смотреть. Подождите, пока мы не доставим его в больницу.

— Но… хорошо, хорошо. Только давайте займемся этим поскорее.

— Мы только дожидались, пока вы не придете в себя. Арт отвезет вас в город.

— А что будешь делать ты?

— Лично я, — заявил Морри, — собираюсь засесть на крыше с запасом бутербродов и патронов. Когда вы вернетесь, найдете меня там.

— Но… — начал было Каргрейвз, но, пожав плечами, махнул рукой.

Когда они вернулись, Морри спустился и помог Каргрейвзу войти в помещение; вслед за ним Арт ввел в убежище Росса. Глаза юноши были забинтованы, а из кармана куртки торчали темные очки.

— Как дела? — спросил Морри, пристально разглядывая товарища.

— Слишком рано говорить что-либо определенное, — устало произнес доктор, опускаясь в кресло. — Видимых повреждений нет, но, кажется, парализован зрительный нерв.

Морри прищелкнул языком, но ничего не сказал. Росс нащупал стул и уселся.

— Успокойся, — сказал он Морри. — Все будет в порядке. Это что-то вроде шока от яркой вспышки. Доктор мне все рассказал. Порой такое длится до трех месяцев, но потом все проходит.

Каргрейвз закусил губу. Врач рассказал ему гораздо больше, чем Россу. «Это» проходило не всегда: порой слепота оставалась на всю жизнь.

— А вы как, доктор?

— Небольшое растяжение и ушиб спины. Но меня уже подлатали.

— И все?

— Еще нам обоим сделали противостолбнячный укол, но это так, на всякий случай.

— Ну и славно, — с облегчением заявил Морри. — Мне кажется, что мы очень скоро сможем возобновить работу.

— Нет, — ответил Каргрейвз. — На этом все кончено. Я пытался объяснить этим балбесам, пока мы ехали из больницы, но они не слушали. Так вот. Наша деятельность прекращается, фирма лопнула.

Ни один из мальчиков не проронил ни звука. Доктор продолжал, повысив голос:

— Полет на Луну отменяется, разве вам не ясно?

Морри посмотрел на него и невозмутимо спросил:

— Вы сказали: «фирма лопнула». Хотите сказать, что у вас больше нет денег?

— Ну, не то, чтобы совсем, дело в другом. Я хотел сказать, что…

— У меня есть несколько облигаций, — произнес Росс, поворачивая забинтованную голову.

— Не в этом дело, — мягко ответил Каргрейвз. — Я очень благодарен тебе за предложение, не думай, что я его не оценил. И не думайте, что я с легким сердцем отказываюсь от своих замыслов. Но мне открыли глаза. Я делал все неправильно — неправильно с самого начала. Все это было чистым безумием. Я позволил своим чувствам взять верх над разумом. Как я мог втянуть в эту авантюру вас, детей? Твой отец был прав. Теперь я должен подумать о том, как мне все это исправить.

Росс протестующе замотал головой. Морри взглянул на Арта и спросил: