Аттила - царь русов

Этот справедливый упрек лежит не столько на древних историках, сколько на историках времен истинно варварских, когда, существовавшия некогда, добросовестность и отчетливость в переписке рукописей, заменились подлогами, умышленными и невежественными изменениями, для потребностей времени, и для укоренения в недрах Истории генеалогическаго древа не только пришлых личностей, но и народов.

Чтоб избежать упомянутой Люденом смуты в изысканиях истины, мы обращаемся прямо к простому смыслу преданий, боясь не столько темноты их, сколько затемнения.

В изданном опыте свода и поверки сказаний о первобытных населенцах Германии, ([97]) объяснено, что известные истории Свевы, суть Славяне; ([98]) а также определено время переселении ГоӨов, Готов или ГотӨов из Дации на острова Балтийскаго моря. Следует теперь обратить внимание на водворение их и распространение по всему Северу.

Но повторим причины переселения.

В самом исходе 1-го столетия по Р. X. Император Траян поднял повсеместное гонение на Иудеев.

Первосвященник Готов в Дации, Фридульфзон, называемый вообще Оденом, начал заботиться о переселении на Север с своими Дроттарами (жрецами), Диарами (вельможами) и народом, разделявшимся уже на Остроготов и Визиготов; но это переселение относится преимущественно до Визиготов. ([99])

Мы упомянули во вступлении, по сказанию Эдды, о Гильве, владетеле Скандии, первом прозелите Готов, когда еще их Годгейм был в недрах Карпатских гор. По тому же преданию Эдды, Оден предварительно послал к Гильфу просить земли для поселения. Послом была сладкоглаголивая Гефиона. ([100]) Она так пленила Гильва своими речами, что владетель Скандии дозволил занять ей столько земли, сколько можно обойдти в сутки плугом. Гефиона была не глупее Дидоны: ([101]) она запрягла в плуг четырех сыновей своих, добрых волов, рожденных ею от некоего великана ([102]) (Risar), отмежевала огромное пространство земли, и в дополнение свезла его в море, от чего и образовался остров Зеланд (Seeland).

Вот предание определяющее местность водворения Готов-Дациян ([103]) на севере. Кроме этого сведения, оно определяет даже количество приобретенных Гефионой сынов (т. е. русских племен) со стороны, которых она могла уже запрягать в ярмо, и которые, должно заметить, составляя прозелитов Готских, продолжали носить свои народныя собственныя имена, как Руссы, по принятии Христианской религии, и как ныне Сербы и прочие при-Дунайские Славяне.

Таким образом остров Зеланд и есть та исходная точка, которую Иорнанд принял за Скандию, откуда «Готы, подобно рою пчел налетели на твердую Европейскую землю.»

Действительно с острова Зеландии началось их распространение посредством пропаганды верования, за которою следовали и победы. Их правление было Феократическое, как у Израильтян до преобразования в царственное; следовательно оно было противоположно правлению древних Германов и Скандинавов. Готы управлялись первосвященниками, которые сосредоточивали в себе и власть царскую. ([104]) «Древнейшиe жители Скандии, говорит Далин, в истор. Швеции, поклонялись Единому Богу в трех лицах, но вымыслы Одена и поэтов, замечает он, изказили это учение. Чтоб понравиться более населенцам Скандии, Асы, или Готы, принимали имена их божеств и сами вперяли народу, что это истинные боги».

Но до Христианства, инстинктуальное сознание тройственности божества, принадлежало, как мы уже объяснили, только Сайванскому верованию; следовательно Оден, котораго презирали язычники, ([105]) вносил с собою деизм, облекая его, для язычников Сайван, в наружные аттрибуты их тримуртизма, точно также как в последствии, но уже невольно, тот же деизм Готов укрывался от Христиан, под названием Арианизма, облекаясь притворно в аттрибуты верования в Св. Троицу.

Таким образом смешение того и другаго верования, в темных понятиях прозелитов, образовало и в преданиях народных ту мнимую «МиӨологию севера», в которой прежде всего следует отделить Единого в тройственности, от Адонаи Готовь.

Обратимся теперь к древней Истории Дании, или лучше сказать острова Зеландии; ибо до времен Яромира или Ерманарика, ([106]) Дания, или Северная Дация, только временно выходила из пределов этого острова.

Уклоняясь от соображений историков и хронологов, по которым основание Датскаго королевства ([107]) относится и ко временам Даная, и ко временам Дана современника Царя Давида, и к 1038 году до Р, X., и наконец к 60-му году до Р. X., когда, по Торфею, совершилось «Asianorum in has terras transmigratione,» мы знаем только предание, что до переселения Одена, т. е. Готов на север, не существовало Дации или Дании, и следовательно полагаем основание оной около 98-го года по Р. X.

До основания Дании, на Кимврийском т. е. Сербском полуострове были известны следующие Князья или Жупаны: ([108])

Segub или Segud. — Его столица была в Кимврии.

Adtze(r). — (Ацо).

Truidus. — Тройдо, Тройдень.

Thielvar. — Тслемир, Тербел (?). Перенес столицу на остр. Зеландию.

Osfred. — Острад, Острой.

Gulhius. — Годой.

Truidus. и. — Тройдо и-й.

Toreld. — Туро (?)

Jelling. — Иело, Иелашин

Viset. — Вичо, Воица.

Bogh. — Богой.

Зять Богои, Вичан (Witton), владел городом и областью Sleeswig на p. Slye; жители области были Sigulones или Slievones. ([109]) Острова же: Зеландия, Langeland и Моне, назывались Withasloth, ([110]) или Wideslete.

Bcе эти имена могли сохраниться в предании только по отношениям к Готам переселенцам.

Кимвры т. е. Сербы полуострова, часто отправлялись на преследование морских разбойников, живших в скалистых островах над Фризией, и известных Риму под названием Saxones, от saxum — cкала.

Во время морскаго похода Князя Богоя против Саксонов и Фризов (Франков приморских), по влияния Зеландскаго вельможи, ([111]) называемаго Humblus, или Humlus, и женатаго на дочери Вичана (Witton), Витеслотские острова (Withasloth) отложились от Сербии, и избрали Князем своим Дана, сына. упомянутаго Гумли. ([112]) С этого времени Готы (Зеланские) приняли названиe Данов. ([113])

После Дана избран был сын его, также называемый Humli; но, мирный нравом, он лишен был престола братом своим Люто (Lothe, Lother), котораго и предание называет, сообразно смыслу имени, лютым, жестоким.

По некоторым сказаниям, поcле Люто царствовал пять лет сын Гумли, Богой (Bogh); но Саксон не упоминает об нем ([114]) в своей истории Дании. По Саксону следует сын Люто Скиольд; по Торфею же и Резению ([115]), Скиольд есть чистая кровь самого Одена; потому что в Langfedgatal значится: первый царь Дании Odin, за ним следует Skiold filius ejus, от котораго и начинается династия Скиольдунгов (Skioldungar).

По Langfedgatal следует Fridleif, сын Скиольда, или Чильда, потом Фродо; а по Саксону и Meypcию следуют: Gram, Suipdag, Guthorme (Годомир) и Hading (Годечь), который был женат на Рогнеде (Ragnilda собст. Райна, Райница) дочери Русскаго Князя, называемаго по летописям Hugon, Haquinus, от которой имел сына Frotho (Врато, Вратой, Вратислав) и дочь Swanthuite (Световиду).

Фродо был славолюбив, и ему кажется обязаны, так называемыя военныя хитрости своим началом. Чтоб победить Драно (Dorno) Князя Куров, или Куронов, он засадил часть своего войска под землю, и навел на него неприятеля, отступая, как побежденный. Чтоб разбить флот Драно (Tranno) Князя Руссов, он употребил в дело водолазов, которые просверлили корабли неприятельские. Чтоб взять хитростию (Íсаpere (первая буква неразб.) astu usus) город Плесков (Peltisk) или Пултуск, он притворился умершим. Жители города, видя что неприятель сыплет могилу и строит тризну по своем короле, с радости начали по обычаю праздновать Васпасу, ([116]) за избавление от злаго врага, ни сколько не воображая, что мертвый Фродо явится к ним на праздник.

Haldan. — Хладень.

Roé. — Рао, Райо.

Helgo, в древ. квидах Holgi. — Олъг. В его время на княжении Скандинавскаго полуострова Atislus (Атислав), сын Годобрата (Hothebrad).

Rolvo, Roolw, Rolvon или Harald-krage — Рален , прозванный Коряга (Krage, пo Датс. знач. по объясн. Саксона: «пень с полуобрубленными корнями» — «truncus cujus rami semicesi sunt)». По Далину, он прозывается Vendil-krake, т. е. Вендская корга, или ворона (крагуй — ворон).

Hothe(r) (Haudo). — Годо, Годой. Убит в сражении с Boйo, или Богоем (Bous) ([117]), сыном, т. е. последователем Одена, и погребен по Рускому обряду. ([118])

Roric (Roderic, Hraerech) Slangvanbaugi. — Pao, Roar. В его время князем Сербскаго полуострова (Cimbria) был Яровит — Horwendil, Hordenwil.

Vigleth — Воибор. Основанный им город в Сербии (Cimbria) прозван по имени его Wiburg.

Следуют: Weremund, Ulfo или Olaf, Dan II, Hugleth, Frotho II, Dan III, Friedlev II наконец Frotho III.

До вступления Frotho III в совершенный возраст, государством управляли 12 Диаров, и в числе узаконений были следующия: «кто желает быть допущенным к королю, тот платит за эту честь пошлину Диарам. — Кто желает выдать дочь свою в замужство, тот обращается к ним же, для получения разрешения, внося известную плату. — Neque fas virginibus nubere, nisi quas experiundo tales esse ipsi prius cognovisseni»

В его время, по Саксону, Славяне, а по Меурсию Вандалы, под предводительством князя Струнича (Strunico), напали на Сербский полуостров (Cimbria), которым владели уже Готы Дацияне.

Возникла война на суше и море; Славяне были побеждены, и знаменитейшие из них распяты. Но чтоб извести войсковое сословие Вандал (т. е. Славян между Лабой и Одером) и покорить совершенно Вандалию, Фродо III-й употребил военную хитрость, не уступающую его предку Фродо I-му. Под видом предпринимаемой великой войны, он велел клич кликать и звать к себе на службу всех князей, витязей и бояр с их дружинами, обещая и злато и славу и богатую добычу. Обычай Славянскаго войсковаго сословия, как описывает и Тацит (гл. XIV) был таков: «если в родной стране водворялся продолжительный мир, то большая часть юнаков (nobilium adolescentium), отправлялась добывать славы в чужия земли.»

На этом основании собрались они и к Фродо, нисколько не подозревая, что вероломство у так называемаго добраго народа, составляет маленькое орудие для больших успехов. Заманив на бойню, их перерезали, передушили и перевешали. После этoro подвига Фродо, разумеется, покорил беззащитную и обезоруженную Вандалию и принял титул короля Датскаго и Вандальскаго.

Фродо, по совету своих 12 Диаров, женился на дочери Гано (Hun) князя Гуннов, Янице или Гануце ([119]) (Hannunda). К Гано отправились послы, которые по обычаю, до объявления причины посольства, три дни угощались. Так как княжна Гануца ни за что не соглашалась выходить за муж за Фродо, то послы употребили в дело колдунью, которая приворожила ее к Фродо, описав его молодцом на обе руки. ([120]) От этого союза Дроттары и Диары ожидали великих благ. Но не так сбылось; при дворе было две стороны: Гануцу оклеветали, и обратили внимание Фродо на Альвильду, дочь Готара владетеля Норицкаго (Норвежскаго).

Затронутый Гано, князь Гуннов, собрал огромную сухопутную и морскую рать; с ним поднялись, по одним сказаниям 69, а по другим 170 и даже 200 князей с дружинами своими, составлявшими 900,000 воинов. Морскими силами начальствовал Русский князь Олимир (Olimaг). ([121])

Семь дней продолжалась битва. Чрез три русския реки можно было переходить по трупам, как по мосту. Наконец, с помощию воеводы своего Эрика Норицкаго, Фродо успел разбить силу Русскую. Но после победы милостиво пожаловал во владение Олимиру Холмоград (Holmgardia, ошибочно Holingardia), Яну (Önev) Коногардию (Conogard, Känugard — Kиевград); другому Яну, брату царя Гуннов Саксонию; Pao (Revillum — Равуле, Раул) Оркадские острова; Деjамиру (Dimar) Гельзингию, Яробор, Ямтор, и Лаппию; Русскому князю Доко (Dago) Эстию. Таким образом, как говорит Саксон Грамматик, преобладание Фродо к востоку распространилось на Руссию (Rusciam), а на запад ограничивалось Рейном, Но из этого исчисления пожалованных стран, мы видим только имена владетельных Русских князей, воевавших с Фродо; а из продолжения Истории Дании, увидим, что упомянутое преобладание, как вымысл, не наследовано его преемником.

От союза с Альвильдой Фродо не оставил наследника: сын же его Фридлев (Fridlev, Friþleif, Frialaf) от перваго брака с Гануцей, дочерью Гунскаго князя, воспитывался в России. ([122]) Так как об нем не было ни слуху, ни духу, то Датчане решились избрать, из среды своей, достойнейшаго, а именно такого, который лучше всех сочинить эпитафию на память великаго Фродо.

Из всех скальдов, соревновавших на право приобретения престола, честь пала на Иарна ([123]) (Hiarn); но царствование поэта недолго продолжалось. Фридлев, которого по Руски вероятно звали Преславом, ([124]) узнав о смерти отца, прислал в Данию послов с объявлением Иapнy, что «таки как у Руссов нет закона, чтоб какой нибудь гусляр за свои вирши прииобретал чужое наследиe, то он предлагает ему уходить, добром, или готовиться к войне.»

Иарн, полагаясь на свой народ, собрал было войско, и вышел на встречу Фридлеву; но меч был не его орудие, и он принужден был бежать в Сербию (Кимв. полуостр.), а потом на остров, который и прозвался его именем Hiarnoa.

Фридлев вступил на престол Дании. Оп был женат на Юрице (Juritha), дочери некоего Грубана ([125]) (Grubbo, Grubbon), и имел от нея сына Олега (Olav), который всем был одарен от природы, но был скуп. Вероятно за малолетством его после Фридлева следуют: Frotho iv и Ingell (Ingiald, Jngon), ([126]) дядя его

Ситонский, присоединил к Свевии (Sveathiod, SvavalanJ), или Славонии Скандинавской, Датския владения.

Olo, Olon, Olaus — Ольг. Omund.

Siward (Siurit, Siurd). В его время князь Ситонский возвратил Сканию, которая подпала власти Датчан; а Изимир (Ismar) князь Вандальский или Славянский, ([127]) овладел Сербским полуостровом, и преследуя Сиварда на острова, взял в плен его сына Яромира (Jarmerio), известнаго Иcтopии под именем Эрманарика. По смерти Сиварда, область Данов, Датчан, или Дациян, ограничилась снова Зеландией.

39 исчисленных Саксоном владетелей Дании, по источникам Исладским сокращаются на половину, ([128]) так что время царствования их от Скиольда, поставленнаго самим Оденом, до Эрманарика, никак не может превышать 250 леть,

Кроме этого соображения, подтверждающаго показанное нами время переселения Готов на север, следуют выводы:

1. Водворившиеся на острове Зеландии Готы-Дацияне, окружены со всех сторон Русскими областями и племенами Славянскими. Они распространяют сперва влияние свое на Кимврийский или Сербский, полуостров, потом на Славян-Вандалов или Вендов, на Славяно-Ситунския владения в Скандинавии; потом на приморскую Холмоградскую Русь, и Русь Коногардскую, или Гунугардскую; непрерывная борьба идет с Сербами, Славянами, Вандалами, Руссами, Гуннами, и все эти общия прозвания часто заменяются одно другим.

Сказание или песнь о Бове ([129]) (в ист. Дании Bous-Bojo) подробнее исчисляет народов враждебных Готам и Дациянам. ([130]) Этмюллер, в предисловии к своему переводу этой песни, замечает: «Готы и Даны (Дацияне) являются в поэме родственными; все прочие народы (севера) в враждебном против них отношении.» ([131]) Эти враждебные Готам народы следующее: Свеоны (Swëon), которые вообще прозываются Scilflngas (Словене), Франки, Фризы, Гунны (Hugas), Хорваты (Hätwere), Hëadubearna (?), Вильцы (Wilfinge), Wiahinge, Merewioinge, Gifthen (Житяне?), Бродичи, или Брановцы (Brondinge), Brentinge, Gundskilfinge или Gundmannen (Gundi=Huni), ([132]) Вандалы (Венды) — Wendla leod, Vendlas.

2. Почти все исчисленные владетели Дании носят Славяно-Сербския собственныя имена. Причины этого понятны. Поселясь на землях прозелитов своих и овладев ими нравственно, Готам необходимо было для вещественнаго преобладания прививаться к родовым именам, с которыми соединены были все права на землю и на покорность народа. Этим только и поясняются слова Иорнанда, что у Готов в обычае носить Гунския имена.

Спросим теперь, какия были отношения Свевонов Скандинавии к Готам? — Ненависть и постоянная борьба, которых не могла утаить История, при всем желании историков сроднить пришельцев с туземцами.

«Они (Свеи) были в постоянной войне с владетелями Готскими» — говорит Гейер, в Истории Швеции; но, не решаясь отступать от водвореннаго мнения, что древние Sveuoni одного происхождения с Готами, Гейер прибавляет: «эти постоянно-враждебныя отношения Свевонов к Готам, доказывают, что единство происхождения (!) и верования (!) этих двух народов не истребило их независимости и взаимной ненависти (?).»

Подобныя ипотезы, противныя истине, почти всегда обличают сами себя: «однако же, говорит на другой странице Гейер, эти народы (Свевы и Готы) смешиваемые ныне, были долгое время различны; но издавна уже единство Өеократическаго правленшя соединило их (?).» ([133])

Изчислим первых владетелей Скандинавии и посмотрим, не вопреки ли смыслу и ходу Истории сроднили их с Готами. На древе рода, как и на простом дереве нельзя скрыть рубец прививки.

Владетельный род Свевонии был Инговский, или, выражаясь по Сербски, Иановский, происходящий от родоначальника Yngae — Инко, Ианко. ([134]) По другим сказаниям этот родоначальник был Ivar; ([135]) по отчинному же роду прозывался Сигурдским — Sigurdska atten. Но отбросив обычное придаточное окончание на г, Ivar обращается к Иво, Иово, Иван, Иано — Inge; Sigurd, же или Sjurd, есть Готское произношение Кимврийскаго или Сербскаго ЂурЂе — Georges; следовательно, Инговский или Иановский род составлял ветвь Юрьевскаго рода, от котораго произходили все великие и удельные Pyccкиe князья. Свевонские князья и известны были Истории под названием Fylkis-Kuningar, т. е. великие князья, и князья удельные (Skilfingar), ([136]) точно также как удельные великие князья подвластные Русскому В. К. Олегу. ([137])

Очень естественно, что историческое предание об этом роде началось с князей современных водворению и усилению Готов на севере, когда витязная Русская песнь стала славить князей воевавших с пришельцами.

За упоминанием о родоначальнике, первый князь Словении Скандинавской является Fiolmer, Велемир ([138]). В его время «пронеслись слухи о победах иноземцев Готов на восточных берегах моря.»

После него, по Inglinga Saga, следует опять мифическое лицо Svegdur или Sigurd; а по Langfedgatal или родословию королей, не следует. По Стурлезону, он ездил в Годгейм т. е. в Готию. Приехав в Tirkland (þydskland?) и великую Свевонию или Скифию (Swithiod ena mikla), сочетался там с Ваной, княжной Ванской. Потом ездил в другой раз в великую Свевонию, где находится «Bör mikil at Steina» т. е. великая обитель в скале. В эту обитель заманили его карлы (духи) и в ней заперли. ([139]) Это сказание, кажется, составляет повторение предания о Гильве, первом прозелите Готов на севере.

После Сигурда, вступил на престол сын его, прозванный по матери Wanlandr т. е. Ванский. Он оборонял области свои Сканию и Голандию, которыми намеревались овладеть Дацияне, и вообще вел счастливо войну против Яромира или Эрманарика, который проник победами своими в великую Славонию (Swithiod hin mikla) или Скифию.

Ванский умер, по расчетам сомнительной хронологии, около 315 года, и был по обычаю сожжен, а прах его похоронен на берегах р. Скутунги.

Сын его Воибор, или Вышебор (Visbur) наследовал войну с Готами.

Домальд (Дамльян?) сын Вышебора, продолжал эту войну победоносно и был прозван Iota-dolge, т. е. гонителем Готовь.

При нем, говорит Дáлин, владетели Скандии, хотя не имели уже столько дела с могучим Эрманариком, как Холмоградское княжество, ([140]) которое он теснил; но во всяком случае принимали участие в храбром сопротивлении Холмоградцев и Гуннов. ([141])

Этих преданий достаточно, чтоб понять до какой степени Готы-Дацияне были чужды всему древле-Германскому и Скандинавскому миpy.

Нужно ли говорить, что сила их заключалась в духе, распространявшемся со всеми условиями язвы, нарушавшей снасти отчиннаго быта Славян. Отпадавшие члены, как ренегаты обращались в злейших врагов своих родичей.

С преобладанием Рима покоренныя племена Славян уживались. Это преобладание приобреталось не коварством, а подвигами мужества, уважаемаго побежденными. Но иго Готов — ледяныя оковы, от которых промерзала душа, были невыносимы. Жестокость их прославилась. Описывая победы Эрманарика, Тьерри говорит: «Готы сравнивают Эрманарика с Александром Великим; но Визиготский герой не проявил в себе ни великодушия, ни мудраго правления героя Македонскаго, который умел быть столь милосерд с покоренными. Эрманарик и вообще победоносцы Готов, не тем прославились. Покоренный народ не смел у них пошевельнуться, боясь чтоб не звякнули оковы: иначе безчеловечныя казни возстановляли в нем мертвую неподвижность. То на ряду поставленных крестов, распинали они целые владетельные роды; то, без всякаго милосердия, мыкали по полю женщин, привязанных к хвосту коней. Но когда эти жестокости отозвались возстанием Руссов, и Гунны хлынули на них потопом, тогда Готы придумали оправдание поражению своему в предразсудках суеверия, распространяя слухи о появлении чудовищ порожденных демонами.»

«Имя Готов, пишет Шафарик, ([142]) по причине их жестокаго обращения с Жмудью, соделалось ненавистным. По сие время сохранилась древняя общенародная песнь:

Perkunas Diewâitis Nemuszk Zemâylis, Bel musz Cudu, Keip szunin rudu, Перун, Боже, Не мучь Жемайта, Мучь Гота, Рудаго пса! ([143])

Враждебные успехи Готов проявили себя в лице Эрманарика, когда посеянные раздоры и междоусобия могли уже служить главным орудием побед. Ктож помешал Готам при помощи тех же средств, овладеть и всей Европой, когда Западная Империя уже падала по их влиянию, а Восточная едва только возникла, и уже боролась с арианизмом?

Русь Германская стойко противоборствовала Риму, покуда в недрах не завелся червь; но бороться с внутренней болезнью, было уже трудно. Эрманарик, покорив Германию, отдыхал, в ожидании разложения организма Римскаго посредством посторонней силы водворившейся в Аквитании, и падения духовных христианских сил Греции посредством арианизма, или деизма под личиной христианства.

Казалось не было уже спасения от Готов; но Провидение нежданно негаданно готовило на них грозу в недрах преобладания.

Наставший на северe голод, двинул большую часть Луганских войсковых поселений от Рейна и с прибрежий Балтийскаго моря к Днепру на Волынь, независимую от Готов. Здесь скопилась громовая туча так называемых Гуннов, и в лице Аттилы явился бич Божий.

II

НЕУРОЖАИ И ГОЛОД НА ВСЕМ СЕВЕРЕ ГЕРМАНИИ, В IV-М СТОЛЕТИИ

ВЫХОД ИЗ ВЕЛИКОЙ (СЕВЕРСКОЙ) РУСИ (1[144]) ЧАСТИ НАРОДА, НА ПОИСК НОВЫХ ПОСЕЛЕНИЙ

Повсеместные неурожаи, продолжавшиеся несколько лет в Лидии, были причиною выселения части народа, по жребию, на поиск новых земель. Под предводительством царскаго сына (Tυρσηνός) ([145]), переселенцы прибыли на кораблях к берегам Италии.

Владетели Лидии принадлежали к роду Ираклидов, ([146]) происходившему oт божества войны и победы, т. е. по Сербскому наречию к роду Þуровскому, или Юрьевскому. На новоселье, удел Лидян в Италии и получил название Туринскаго.

В Италии, в областях Савин или Савлиан (Savini, Sabelli) настали также голодныя времена, и народ, потому же исконному своему обычаю, принужден был в годовой народный снем, в празднество Vera sacra (зеленые сватки, Гурьев день), решить по жребию выселение молодаго поколения туда, куда Бог, приведет. Тут также предводителем выселеленцев был Тур — родоначальный миө посвященных богу побед, или витяжству.

В IV-м столетии, около 365–370 года по Р. X., подобное же бедствие повсеместнаго неурожая постигло север Германии. В Ситуне — (Situna, Sigluna) собравшийся народ на сбор ([147]) также принес богам в очистительную жертву быков или туров. Это не помогло. На второй год, подобно как некогда и в Kиеве «реша старцы и бояре: мечем жребий на отроки и на девици», принесли людскую жертву из молодаго поколения. Но боги не умилостивились. Очищены жертвой животныя, очищен народ, а гнев богов продолжается. Жрецы и старейшины решили, что черед следует бросать жребий на княжеский род, и — жребий пал на самого князя Домальда. ([148]) И принесли в жертву гневным богам князя гонителя Готов.

В это-то самое время, по словам Проспера Аквитанскаго, выступили Лонгобарды из отдаленных пределов Германии, от прибрежий океана и из Скандинавии, добывать новых земель, под предводительством Ивора и Иано (Iborejus et Ajonus).

Павел Варнефрид также пишет, что неурожаи и голод вынудили Лонгобардов, живших в Вандалии, решить по жребию, которой трети способных носить оружие придется оставить свои земли и добывать новыя.

Не излишним считаем напомнить здесь объясненное уже нами существенное значение прозвища Longobardi, ([149]) которое принадлежало войску, занимавшему пограничный Луг, или по древнему произношению Лг, называвшийся по городу, станице, или вечу Брдо (Bardovicus, Bardorum vicus), на левой стороне Эльбы. ([150])Луг тянулся и по правой стороне Эльбы и по названиям станиц были Луги, Леси, или Лугане: Дечанские (Λογγα Διόοϋνα), Гоманские или Уманские (Λοϋτα οί Ομανςι), Боровские (Λοϋτα οί βοϋρα) и пp. ([151])

Σούβα Λογγοβαρδα, т. е. Славяне Лго-Бардские, ([152]) как, пограничное войско, составляли без всякого сомнения чередные полки, выходившие на стражу в Брдо (борт, граница) из всех прочих станиц Великаго Луга; но, со времени побед Германика, Луг Бардоский отошел к Риму, и образовал из себя замирных, Римских Longobardi, вольное войско, известное в, последствии под названием Франков (Hranican).

С самаго переселения Готов из Дации на север, и именно со 2-го столетия, вообще Славяне были прозваны ими Вендами, ([153]) а соседняя им набережная Wendland, WendIan, ([154]) откуда образовалась Вандалия. ([155]) Таким образом и Лугане Бардовские или Лонгобарды прозвались вместо Славян Vinili, а Бургунды — Vindili.

Последуем теперь за обреченными на выселение и отправившимися на восток Луганами или Лугарями, под предводительством Главарей, воевод, или князей Ивора и Иaнa.

Варнефрид, дьяк последняго воеводы Ломбардского Дезидерия, ([156]) вместе с ним был взят в плен Карлом великим; но он умел заслужить и пользоваться благосклонностью победителя. Вероятно при Дворе Карла он и писал Историю Лонгобардов. Но обычаю того времени вести происхождение всех народов с оконечностей севера, из Скандинавии, Варнефрид приводит, оттуда и Лонгобардов в Вандалию. Отсюда, как уже мы упомянули, неурожаи и голод вынуждает часть народа отправиться на поиск новых земель для поселения.

У древних Руссов все совершалось по увечанью матери родной земли; у Лонгобардов выход воевод Ивора и Иана также решила родная их мать Gambara ([157]).

Выступив из Вандальской области Scoringa (? — вопрос автора), они пришли в страну Mauringa. По Географу Равенскому страна на восток за Эльбой называлась некогда Maurungani. По нашему мнению под этими названиями следует полагать Поморскую землю.

Здесь они должны были добывать право поселения оружием; но чтоб избежать кровопролития, то, по обычаю, решили с владетелями земли бой единоборством, как водилось на Руси: «не оружьем ся биeвe, но борьбою.»

По Варнефриду, Лугане, Лугари, или Лонгобарды, остались победителями, но не остались в Maurunga; а пошли в Golande т. е. по всему веpoятию в Галиндию, которая, без сомнения, и выговорена была в условиях боя. В Галиндии они занимали города или области Anthabel, или Anthaib, Banthaib и Vurginthaib. Трудно уже объяснить эти названия; но Barlhen, Barthonia, напоминает Бpdo, Bardungau; Vurginthaib — Phrugundiones; а Бракибор, Angerburg, как будто переселяются сюда вместе с ними, с Рейна и Эльбы.

На этой стоянке, два воеводства сводились в одно княжение. Князем был избран, Агельмонд, ([158]) сын Айяна или Иана, из рода Gungine (вер. Gurgine), считавшагося знаменитейшим по происхождению. ([159])

Дальнейший поход к Дону, Лугари продолжают под предводительством Агельмонда и Ламича (Lamisso). ([160])

Следуя, разумеется путем-дорогой, они пришли к одной реке, чрез которую надо было переправляться. Но тут жили Амазонки и переправа была в их руках. Без бою не обошлось. Ламич вступает в единоборство с главной и храбрейшей из Амазонок, вплавь, посреди реки. Условием победы — перевоз чрез реку; а без сомнения, и право селиться на землях Амазонских. Ламич побеждает, переправляется с своими полками чрез реку, и занимает земли за рекой.

Тут несколько времени Лугари жили безпечно; воевать было не с кем; от нечего делать они забавяллись как предки, описываемые Тацитом, азартной игрой в шашки или в кости. ([161]) Но в одну ночь внезапно напали на них Булгары, убили их князя Агельмонда и похитили его дочь.

Ламич однакоже отмстил Булгарам за смерть князя, преследовал их и разбил. Победа доставила Лугарям богатую добычу.

После Ламича княжил Люто (Lethus), потом Хлюдович (Childeoc); а потом Годович или Тодеч (Godeoc); но здесь у Варнефрида начинается смешение Лонгобардов, отправившихся за Днепр, с Лонгобардами, оставшимися на месте в Бардовской области. ([162]) Для нас важно только предание и переход части Лугaнcкагo войска от Рейна к Дону.

Еще Страбон упоминает о переселении перед его временем (след. в исходе 1-го века, до Р.X. т. е. после побед Цесаря в Галлии), за Эльбу, Евмондоров (Εϋμονδορα: — Hermunduri) и Ланкосаргов (Λαγπόσαργοι), вероятно Лугарей Козар.

Новоселье Hermunduri, т. е. Хорватов, ([163]) поясняется Карпатскими Белыми Хорватами, вышедшими без сомнения из Белгии (древней Бело-Руссии), которых Иорнанд и называет по Гальской форме Hermunduri, Ланкосарги же Страбона, определяют время перваго передвижения Луга от Рейна за Эльбу, и соответствуют Лугарям (Ligii, Ligiones) Лужицкой области.

Что же касается до описываемаго Варнефридом выхода Бардовских Лугарей в IV столетии, и поселении между Амазонками и Булгарами, то оно дает возможность определить новую их Украйну, обнявшую при Аттиле и всю Ungarn.

При описании стран занимаемых Славянами и Скифами, Иорнанд помещает Булгар за воинственными Козарами (Agazziri, Chazares). ([164]) «За ними (за Козарами) простираются по Черному морю поселения Булгар, которые за грехи наши соделались столь известными. Здесь, — продолжает Иopнaнд, — некогда возникали могущественныя племена Гуннов, как густая трава, чтоб в два пpиeмa подавить всех народов.»

В числе этих Гуннов, особенно замечательны Hunnugari, которые вели торговлю мехами с Херсоном.