Танковый блицкриг

3-я немецкая армия под командованием генерала Г. Кюхлера встретила на рубеже реки Нарев и в районе г. Млава упорное сопротивление польских соединений. Только 4 сентября после сильных боёв немцы захватили Млаву, а 7 сентября вышли к реке Нарев на фронте Остроленка, Ружаны, Пултуск. Армия «Модлин» с боями отступала за Вислу и Нарев в район Модлин, Вышкув.

Стремительно развивались события и на юго-западе Польши. Группа армий «Юг» начала наступление на широком фронте, намереваясь совершить глубокий прорыв, осуществить охватывающий манёвр в глубине обороны польских армий, навязав им сражение западнее рек Сан и Висла. В ходе его намечалось сомкнуть кольцо окружения польских войск в большой излучине Вислы, где предполагалось соединение группы армий «Юг» с группой армий «Север».

Солдаты одной из частей СС, входящей в состав танковой группы «Кемпф», выталкивают застрявший грузовик «Опель-блиц». Польша, сентябрь 1939 года.

На правом крыле войск Рундштедта наступала 14-я армия генерала В. Листа, наносившая удар из Верхней Силезии в направлении Кракова. Соединения армии «Краков», занимавшие позиции в непосредственной близости от границы, упорно оборонялись. По оценке генерала Э. Манштейна, бывшего в то время начальником штаба группы армий «Юг», первые бои за польские приграничные укрепления приняли ожесточённый характер. Успех 14-й немецкой армии принёс 22-й армейский корпус, который прорвал оборону на стыке польских армий «Краков» и «Карпаты» и стал развивать наступление на Тарнув. Польские войска под угрозой окружения начали отступление. 6 сентября гитлеровцы овладели Краковом и стали продвигаться к реке Сан.

Во время Польской кампании в пехотных дивизиях Вермахта использовалось и такое средство «моторизации».

Севернее 14-й армии на главном направлении действовала 10-я армия генерала В. Рейхенау. Она наносила удар по левому флангу польской армии «Лодзь» и правому флангу армии «Краков». Особенно упорные бои завязались на том участке фронта, где 10-я армия наносила удар 16-м моторизованным корпусом. 4-я танковая дивизия с 8:00 в районе железнодорожной станции Мокра атаковала Волынскую кавалерийскую бригаду. Немецкий передовой отряд был решительно отброшен спешенным 21-м уланским полком. Через два часа тот же полк отразил артиллерийским огнём повторную танковую атаку. Около полудня немецкие части вновь перешли в атаку без разведки. Танки двигались густыми массами и попали под огонь польских батарей и бронепоезда «Смелый». Немецкие потери превысили 100 человек и несколько орудий. Бой первой половины дня показал, что не имеющие боевого опыта немецкие командиры бросают в сражение танки, не ведя разведку, что, несмотря на большие потери, они продолжают фронтально атаковать позиции обороняющихся.

Командирский танк Pz.Bf.Wg.III Ausf.D1. Польша, сентябрь 1939 года.

Во второй половине дня 4-я танковая дивизия возобновила атаки Волынской бригады. Компактная масса немецких танков и мотопехоты при поддержке огня шести батарей атаковала 12-й и 21-й уланские полки восточнее деревни Мокра и вскоре достигла района Клобуцка. Командир кавалерийской бригады организовал контратаку. Смелая контратака и меткий огонь принесли успех. В боевых порядках немецких танков произошло замешательство. Танки, наступавшие сзади, продолжали двигаться вперёд, в то время как головные машины стали поворачивать назад. Дошло до взаимного обстрела. В это же время бронепоезд «Смелый» обнаружил колонну немецких танков, остановившихся для дозаправки. Открыв ураганный огонь, он сумел уничтожить несколько танков и бензозаправщик, что ещё более усилило замешательство в немецких частях. Точных данных о потерях немецких войск в этом бою нет, однако достоверно известно, что только один 35-й танковый полк 4-й танковой дивизии потерял под Мокрой 11 танков Pz.I.

Командующий польской армией «Лодзь» генерал Руммель, переоценив успех первых оборонительных боёв, не выполнил указания главного штаба начать отвод армии на основные рубежи обороны по рекам Варта и Видавка. Он оставил армию на передовых позициях. Это решение Руммеля привело к серьёзному ухудшению положения войск.

Именно развитие наступления 10-й германской армии на варшавском направлении в конечном счёте оказалось решающим для дальнейшего хода войны. Именно в ходе этой наступательной операции был осуществлён первый в истории Второй мировой войны танковый прорыв, ставший в дальнейшем основой тактики германских сухопутных войск.

Бронеавтомобиль Sd.Kfz.232 (8-Rad) из состава моторизованного полка СС «Лейбштандарт СС „Адольф Гитлер“» ведёт бой на улице г. Сохачев. Польша, сентябрь 1939 года.

16-й немецкий моторизованный корпус прорвал польскую оборону в районе Ченстоховы на стыке армий «Лодзь» и «Краков». В результате прорыва обе армии были лишены возможности взаимодействовать и вынуждены были свернуть внутренние фланги. В образовавшуюся брешь, называвшуюся в немецких штабах «ченстоховской брешью», устремились немецкие подвижные соединения. 1-я танковая дивизия, например, продвинулась на 40 км северо-восточнее Ченстоховы. Вечером 2 сентября армия «Лодзь» вынуждена была начать отступление на рубеж обороны по рекам Варта и Видавка, но удержаться на них уже не смогла. Немецкие войска, используя прорыв, стали продвигаться к северу на Пётркув, заходя в тыл армии «Лодзь».

8-я армия генерала И. Бласковица, действуя на северном крыле группы армий «Юг», развернула наступление на Лодзь. Усилиями 10-й и 8-й армий сопротивление польских армий «Краков» и «Лодзь» было сломлено. Вермахт существенно превосходил польскую армию в подвижности. Поэтому немецкие войска раньше, чем отступающие польские части, выходили на промежуточные рубежи. Массированные удары авиации завершали дезорганизацию обороны.

Танки Pz.II 36-го танкового полка 4-й танковой дивизии Вермахта во время уличных боёв в Варшаве. 8–9 сентября 1939 года.

Против немецких войск, наступавших на главном направлении, польское командование могло использовать резервную армию «Прусы», которая развёртывалась в районе Кельце, Томашув-Мазовецки, Радом. К 4 сентября она ещё не закончила сосредоточение и не была готова осуществить контрудар. Штаб этой армии не имел связи с армиями «Лодзь» и «Краков» и не сумел правильно оценить обстановку. Неожиданно для командования войска армии «Прусы» подверглись в районе Пётркува атакам немецких танковых соединений. Польское главное командование отдало приказ об отступлении армии, но её соединения уже были втянуты в бои. Штаб армии «Прусы» потерял управление, и армия не смогла выполнить поставленные перед ней задачи. Немецкие войска вышли на рубеж Кельце, Пётркув, а 7 сентября подошли к реке Пилица.

Под городком Пётркув (полное название — Пётркув-Трыбунальски) состоялся первый в истории Второй мировой войны встречный танковый бой. Танки 1-й немецкой танковой дивизии встретились со 2-м батальоном лёгких танков, на вооружении которого состояли танки 7ТР. Командир оперативной группы «Пётркув» направил этот батальон на помощь 146-му пехотному полку 44-й резервной дивизии, занимавшему оборону по реке Прудка. Около 15:00 4 сентября два взвода 1-й роты вступили в бой с противником, пытавшимся переправиться через реку. Однако к 18:00 немецким лёгким танкам и бронеавтомобилям удалось осуществить форсирование. В районе д. Ежув их атаковали танки 1-й роты, прикрывавшей отход 146-го полка. Полякам удалось подбить три вражеские машины, но и сами они потеряли один танк сгоревшим и два повреждёнными. 2-я рота действовала левее и также атаковала противника, потеряв два танка, которые, правда, удалось отбуксировать в тыл. Ночью 1-я рота отошла на соединение с 3-й, а 2-я осталась в одиночестве.

Лёгкий танк Pz.II Ausf.b одного из подразделений 4-й танковой дивизии, подбитый на улицах Варшавы. Сентябрь 1939 года.

На следующий день 1-я и 2-я роты атаковали части 1-й танковой дивизии, двигавшиеся по шоссе на Пётркув. Застав немцев врасплох, поляки подбили четыре бронеавтомобиля. Однако немцы, используя своё численное преимущество, обошли польские танки с флангов и заставили их отойти на север. При этом были подбиты восемь танков 7ТР. 2-я рота в свою очередь пыталась остановить вражескую колонну, переправившуюся через р. Прудка. Поляки подбили три немецких бронеавтомобиля, но потеряли при этом 10 танков, пять из которых сгорели.

Всего же за два дня поляки подбили 15 танков и бронеавтомобилей противника. Но 2-й батальон потерял половину своих танков и перестал существовать как единая часть. 6 сентября остатки батальона — 24 танка, из которых шесть двигались на буксире — вновь собрались вместе. Под командованием командира 2-й роты танкисты начали отходить на северо-восток, бросая по дороге выходившую из строя технику.

К этому времени передовые части 10-й армии Рейхенау оказались в 60 км юго-западнее Варшавы. Вечером 8 сентября 4-я танковая дивизия 16-го моторизованного корпуса вышла к предместьям польской столицы.

Тяжёлый танк Pz.IV Ausf.А из состава 1-й танковой дивизии. Польша, сентябрь 1939 года.

Таким образом, к концу первой недели войны польская оборона была прорвана на всю глубину и дезорганизована. Армии понесли большие потери и не имели сил для воссоздания обороны. 7 сентября главнокомандующий польской армией маршал Э. Рыдз-Смиглы со своим штабом укрылся в крепости Брест. Оставшийся в Варшаве с группой офицеров начальник главного штаба генерал В. Стахевич не имел необходимых полномочий для принятия ответственных решений и не располагал устойчивой связью с войсками. Правительство Польши, потеряв контроль над событиями, 6 сентября тайно покинуло Варшаву и перебралось в Люблин, а через два дня бежало на юг в Кременец. Начались переговоры о возможности эмиграции правительства во Францию через Румынию. Управление страной было парализовано.

Бои за Варшаву начались 8 сентября. Около 17:00 передовой отряд 4-й танковой дивизии ворвался с юго-востока в город. Танки двинулись по Груецкому шоссе и атаковали оборонительный район «Охота». Здесь они неожиданно встретили активное сопротивление, в результате которого четыре танка оказались подбитыми. Два из них уничтожили отряды добровольцев. На следующий день в 7:45 30 танков 4-й танковой дивизии при поддержке артиллерии вновь атаковали тот же район польской обороны. Несколько танков, которым удалось проникнуть на улицы предместья, попали в ловушки, вырытые жителями города накануне. Облитые бензином, они были сожжены вместе с экипажами. Ещё два германских лёгких танка подверглись нападению вышедшей из домов толпы. Очевидцы свидетельствуют, что, несмотря на яростный огонь, который вели экипажи из пулемётов, танки были буквально погребены под массой напавших на них горожан. Варшавяне в буквальном смысле разбили вражеские машины и убили немецких танкистов ударами ножей и дубин. Ещё две немецкие танковые атаки 9 сентября и попытки прорваться в город 10-го и в ночь на 11-е также закончились неудачей.

Оценив прочность обороны города и сложность ситуации в районе г. Кутно, командующий группой армий «Юг» отказался от дальнейших попыток взять Варшаву сходу. Для осады Варшавы 4-я танковая дивизия 10-й армии была 12 сентября сменена 31-й пехотной дивизией.

Что касается ситуации у Кутно, то к 8 сентября здесь сосредоточилась группировка польских войск в составе восьми пехотных дивизий и двух кавалерийских бригад из армий «Познань» и «Поможе». 9 сентября специально созданная группа в составе трёх пехотных дивизий и тяжёлого артполка из района Кутно нанесла внезапный контрудар по открытому флангу 8-й немецкой армии. В этих боях принимали участие 62-й и 71-й бронедивизионы и 31-я и 71-я роты разведывательных танков. Действия этих немногочисленных бронетанковых подразделений сводились только к поддержке пехоты. Никаких самостоятельных задач они не решали, да и не могли решать. Несмотря на первоначальный успех польского контрудара, именуемого в польских источниках «битва над Бзурой», он не мог оказать решающего влияния на исход сражения в центральной Польше. Немецкое командование, не испытывая затруднений на других участках фронта, подтянуло резервы и нанесло концентрические удары по польской группировке. Численное и техническое превосходство немцев было подавляющим. Их самолёты непрерывно бомбили и обстреливали на бреющем полёте польские позиции и районы сосредоточения войск. Пылали леса и деревни. Мужество польских солдат в бою поражало немцев, приводило их в замешательство. Польская кавалерия, вооружённая пиками и саблями, неоднократно бросалась в отчаянные атаки, а пехота с песнями шла вперёд и попадала под удары артиллерии и авиации. Польская группировка пробилась в Кампиносские леса восточнее Варшавы, но здесь была полностью окружена и расчленена. Лишь незначительная её часть прорвалась в Варшаву и Модлин. К 18 сентября немцы захватили около 100 тыс. пленных.

Немецкие солдаты возле польского танка 7ТР, брошенного на обочине дороги (вверху). Этот же танк крупным планом (внизу). Польша, сентябрь 1939 года.

Несмотря на ожесточённое сопротивление, участь Польши была решена. 15 сентября немецкие войска захватили Брест и Люблин. На следующий день соединения 3-й армии, наступавшие с севера, в районе Влодавы соединились с войсками 10-й армии. Сомкнулось кольцо окружения польских сил восточнее Варшавы. Немецкие войска вышли на линию Львов, Владимир-Волынский, Брест, Белосток.

Последним относительно успешным эпизодом действий польских танковых сил стало их участие в «сражении» у г. Томашув-Любельски. Оказавшиеся здесь в котле польские части были реорганизованы в так называемую оперативную группу генерала Пискора. В неё вошла и Варшавская броневая моторизованная бригада, вобравшая в себя остатки польских бронечастей: 1-го батальона лёгких танков, 11-го и 33-го бронедивизионов, 11-й, 61-й и 62-й отдельных рот лёгких танков. Генерал Пискор видел выход в прорыве на Львов, но для этого было необходимо захватить Томашув-Любельски. 17 сентября был сформирован танковый отряд прорыва, в котором насчитывалось 22 танка 7ТР, несколько бронеавтомобилей и 15 танкеток. Пехотную поддержку обеспечивал личный состав 1-го полка конных стрелков. На следующий день отряд атаковал немецкие войска и, потеряв только один танк, занял село Пасеки и двинулся на Томашув. Отбросив контратаковавшие немецкие лёгкие танки, поляки достигли предместий города, а танкетки 33-го дивизиона ворвались на его улицы. Тут, однако, ситуация изменилась: польские боевые машины оторвались от своей пехоты и были контратакованы танками 2-й немецкой танковой дивизии. Полякам пришлось отойти. В этом бою польские танкисты сумели подбить 10 немецких танков, четыре броневика, восемь грузовиков и пять противотанковых пушек. Собственные потери поляков составили восемь боевых машин.

Бронеавтомобиль Sd.Kfz.231 (8-Rad), уничтоженный попаданием крупнокалиберного снаряда (по-видимому, 75 мм) польской артиллерии. Сентябрь 1939 года.

На следующий день большинство польских танков и танкеток из-за отсутствия топлива использовались в качестве неподвижных огневых точек. На 19 сентября в Варшавской бригаде осталось семь танков 7ТР, один «Виккерс» и четыре танкетки. В ночь на 20 сентября они поддерживали попытку прорыва польских войск из котла, закончившуюся неудачей. Повторная атака на рассвете также была отражена немцами. Вслед за этим генерал Пискор сообщил немцам о согласии на капитуляцию.

Пожалуй, единственной крупной польской танковой частью, так и не побывавшей в бою, был 21-й батальон лёгких танков, который был вооружён французскими лёгкими танками «Рено» R35. Его формирование завершилось 7 сентября 1939 года в Луцке. Имея в своём составе 45 танков, батальон находился в подчинении верховного командования. 14 сентября в Дубно часть танков батальона погрузили на железнодорожные платформы и отправили на фронт. Но эшелон с танками дошёл только до Радзивиллова. Польское командование решило использовать эти танки для обороны так называемого «румынского предместья» — территории, прилегавшей к румынской границе. Впрочем, «оборонялся» батальон недолго, уже 18 сентября 34 танка R35 перешли румынскую границу и были интернированы. Оставшиеся исправные танки свели в полуроту и все они были потеряны в стычках с немецкими и советскими войсками.

Трофеи польской кампании. На переднем плане танкетки TK-3 и TKS.

Следует, однако, признать, что польское правительство, бежав в Румынию 16 сентября, опередило своих танкистов. Продолжавшаяся вплоть до 28 сентября оборона Варшавы в стратегическом плане уже ничего не решала, точно так же, как не стал решающим для обороны Польши ввод советских войск в Западную Белоруссию и Западную Украину 17 сентября 1939 года. К этому дню Польша уже потерпела полное поражение. Темп же продвижения немецких танковых и моторизованных группировок достигал в это время 25–30 км в сутки и занять всю Восточную Польшу (Западную Украину и Западную Белоруссию) они могли в течение 4–8 суток, то есть к 21–25 сентября.

Подводя итоги Польской кампании, можно констатировать, что внезапный, мощный удар крупных масс немецких танков и моторизованной пехоты обеспечил прорыв слабо подготовленной обороны польских войск.

При этом, правда, немцам удалось рассечь войска противника на отдельные части, но полностью окружить их и уничтожить, как это было запланировано, они не смогли.

Немецкие солдаты осматривают танкетку TKS, захваченную вместе с перевозившим её грузовым автомобилем «Урсус». Сентябрь 1939 года.

Тактика германских танковых войск основывалась в большей степени на быстроте действий, чем на огневой мощи. Основная задача заключалась в том, чтобы внести смятение. Узлы сопротивления, укреплённые районы, противотанковые препятствия, леса и деревни обычно обходились; германские командиры старались найти линии наименьшего сопротивления, ведущие в тыл противника. После прорыва успех развивался также в глубину, вместо того чтобы следовать более осмотрительному методу, разработанному французами: расширять прорыв по фронту. Для наступления немцами создавались высокие плотности танков, которые на направлении главного удара достигали 50–80 машин на 1 км участка прорыва. Тактика развития прорыва в глубину была рискованной, так как энергичный противник мог отрезать прорвавшиеся части. Успешные же действия танковых дивизий и высылаемых от них на удаление до 50 км передовых отрядов в значительной степени объяснялись неподготовленностью польских войск к ведению оборонительных действий в условиях массированных танковых атак, отсутствием у поляков достаточного числа противотанковых средств и слабым управлением войсками. Применение в германо-польской войне большого количества танков придало наступательным операциям стремительность, скоротечность и большую глубину. Массированное применение танков и взаимодействующей с ними авиации ставило обороняющегося перед необходимостью иметь глубокоэшелонированную оборону, способную выдержать мощный танковый удар, и подвижные резервы для борьбы с танковыми группировками. Вместе с тем в действиях корпусов и дивизий Панцерваффе отмечалось стремление к нанесению фронтальных ударов, недостаточное применение манёвра на поле боя, недостаточно хорошо организованные управление и взаимодействие между танками, пехотой и артиллерией. Однако немцы быстро учились на своих ошибках.

Потери бронетанковой техники Вермахта в ходе Польской кампании

СТРАННАЯ ВОЙНА

3 сентября в 11:00 Великобритания, а в 17:00 Франция объявили Германии войну. На следующий день был подписан франко-польский договор о взаимопомощи. Однако это не поколебало уверенности Гитлера, который считал, что, «если они и объявили нам войну, то это для того, чтобы сохранить своё лицо, к тому же это ещё не значит, что они будут воевать». И действительно, после формального объявления войны на франко-германской границе ничего не изменилось. Немцы продолжали возведение укреплений, а французские войска, передовым частям которых было запрещено заряжать оружие боевыми снарядами и патронами, безучастно взирали на германскую территорию. Главнокомандующий французскими войсками генерал Гамелен говорил: «Стрелять по работающему противнику? Тогда немцы ответят стрельбой по нашим!» В случае попыток групп противника наступать через Рейн приказывалось первоначально стрелять в воздух или в воду. Электростанция Канб, сияя огнями, продолжала работать между передовыми линиями французов и немцев на «ничейной» земле. Её никто не трогал ни с той, ни с другой стороны. У Саарбрюккена французы вывесили огромные плакаты с надписью: «Мы не произведём первого выстрела в этой войне!» На многих участках границы французские и немецкие военнослужащие обменивались визитами, продовольствием и спиртными напитками.

Лёгкий танк «Рено» FT31 — модернизированный FT17 периода Первой мировой войны. Франция, 1938 год.

Вместе с тем, будет ошибочным считать, что девять месяцев «странной войны» не использовались противоборствующими сторонами для накапливания сил и подготовки к возможным будущим сражениям. Вот только процесс этот шёл с разной интенсивностью и с разными целями.

Так, предмобилизационные мероприятия во Франции начали проводиться ещё летом 1939 года, когда были призваны резервисты в 49 специальных крепостных батальонов и 43 специальные артчасти, составлявшие войска прикрытия на «Линии Мажино». 23 августа во Франции началась скрытая мобилизация и были введены в действие планы обеспечения безопасности Парижа и границ с Бельгией, Италией и Швейцарией. До 27 августа было отмобилизовано 3/4 французских вооружённых сил — 1895 тыс. чел., 8 тыс. орудий и миномётов, 2,5 тыс. танков и до 2 тыс. самолётов. 27 августа было призвано ещё 725 тыс. человек, и вооружённые силы достигли численности 2674 тыс. человек. 1 сентября, когда во Франции была объявлена открытая мобилизация, на её территории уже находились 72 пехотные (кадровые, резервные, североафриканские, колониальные и крепостные войска, равноценные 15 дивизиям), 3 кавалерийские и 2 лёгкие механизированные дивизии и 39 отдельных танковых батальонов.

Против Германии французское командование развернуло Северо-Восточный фронт в составе 1-й, Арденнской, 2-й, 3-й, 4-й, 5-й, 7-й и 8-й армий, в которых к 3 сентября насчитывалось 78 дивизий. Уже 4 сентября мобилизация во Франции завершилась, а войска были развёрнуты на позициях. К 10 сентября французские вооружённые силы закончили развёртывание по штатам военного времени и насчитывали почти 5 млн. человек.

Зенитная установка 8-мм пулемёта «Гочкис» на мотоцикле Rene Gillet G1. На коляске мотоцикла эмблема 6-й разведывательной группы (6е GRDI) 3-й моторизованной дивизии. Эмблема напоминает о том, что группа когда-то была 6-м полком алжирских спаги. Франция, 1940 год.

К началу Второй мировой войны французская армия располагала внушительным танковым парком, значительно хуже обстояло дело с организационным строительством танковых войск. По ряду причин первой к развёртыванию механизированных соединений приступила кавалерия. С 1931 по 1940 гг. в её составе были сформированы три лёгкие механизированные кавалерийские дивизии — Division Legere Mecanique (DLM), которые по существу представляли собой танковые дивизии от кавалерии. Каждая из них включала штаб, разведывательный полк (два батальона в составе эскадрона мотоциклистов и эскадрона бронеавтомобилей), танковую бригаду (два танковых полка — 160 машин), механизированную бригаду (более 3000 человек и 60 танков), артиллерийский полк, противотанковый батальон (20 орудий), зенитную батарею (6 пушек), сапёрный батальон и др.

Свои механизированные части получили и пять лёгких кавалерийских дивизий Division Legere de Cavalerie (DLC). Классическая конница была представлена в них кавалерийской бригадой. Механизированные же части, сведённые в лёгкую бригаду, состояли из разведывательно-танкового полка, моторизованного драгунского полка, эскадрона 25-мм противотанковых пушек и ремонтно-технического эскадрона. Каждая из DLC имела 44 танка и бронемашины.

Бронетранспортёры Scout Carrier во время тактических занятий. Франция, весна 1940 года. Обе машины вооружены противотанковыми ружьями Boys, а вторая ещё и пулемётом Bren.

Все эти соединения кавалерии находились в составе армии метрополии и принимали участие в боевых действиях в 1940 году. 6-я лёгкая кавалерийская дивизия находилась в Тунисе, а 4-я лёгкая механизированная кавалерийская дивизия так и не вышла из стадии формирования.