До встречи в Венеции

Мэри-Лу подождала, пока он закажет себе виски.

— У меня есть тайна… — начала она.

— У кого из нас их нет! Надеюсь, она никак не связана со мной… — Он зажег сигарету, не предложив ей закурить, и Мэри-Лу нахмурилась. Разговор начался не так, как она рассчитывала.

— Но я могу тебе не рассказывать, — заметила она.

— Ладно, не рассказывай, — ответил Беннет. — Кстати, это самый надежный способ сохранить тайну.

— Да, но это нечто такое, о чем тебе будет интересно узнать. — Не в силах сдержать нетерпение, она положила перед ним на столик мобильный телефон. — Взгляни на снимок.

Пожав плечами, Беннет взял телефон и нажал на кнопку. На экране высветился снимок. Скользнув по картинке равнодушным взглядом, он выключил телефон.

— Ну и что? — спросил он, потягивая виски.

Мэри-Лу наклонилась к нему над столом.

— Это ожерелье действительно существует, — тихо сказала она. — Тут дело не только в драгоценностях, хотя сами по себе камни стоят целое состояние. У этой вещицы удивительная история, что для настоящего ценителя искусства гораздо важнее. — И Мэри-Лу пересказала Беннету все, что знала о знаменитой жемчужине из гробницы Цыси. — Я могу хоть сейчас достать жемчужину, но прежде нужно найти покупателя. Вот почему я подумала о тебе, дорогой Беннет.

Она откинулась назад с довольной улыбкой победительницы. Но Беннет сухо заметил:

— Как я понимаю, ожерелье тебе не принадлежит. Ты что, предлагаешь мне стать скупщиком краденого?

— Не скупщиком, а партнером. У меня товар, а ты находишь покупателя.

Говорить о третьей части плана, о женитьбе, было преждевременно. Мэри-Лу решила подождать до того момента, когда объявится покупатель, готовый вручить им денежки.

Беннет пожал плечами:

— С какой стати мне ввязываться в это дело? У меня есть собственный бизнес.

Мэри-Лу уже разузнала о том, какой у Беннета «бизнес». Семья Юань доверила ему фирму, занимавшуюся экспортом мебели, но дела у фирмы шли из рук вон плохо.

— Послушай, мы оба разбогатеем на сделке с ожерельем. Тебе больше никогда не придется возиться со скучной мебелью.

Беннет залпом допил виски. Он по-прежнему считал Мэри-Лу очень привлекательной. Но встреча с ней так и осталась для него приятной интрижкой, не более того, и теперь пришла пора расстаться, он как раз собирался сообщить ей об этом. Он подозревал, что эту историю с жемчужиной она специально припасла, чтобы зацепить его на крючок. Впрочем, он сомневался в ее правдивости.

— Ладно. У кого сейчас ожерелье?

— Этого я не скажу.

— Неужели ты думаешь, что я стану продавать для тебя драгоценности, даже не зная, как они к тебе попали? Может, ты надумала убить кого-то, чтобы прибрать к рукам эту вещицу?!

Ее глаза гневно сверкнули.

— Может быть! — с вызовом ответила она.

Беннет нахмурился:

— Пока не ответишь, откуда у тебя ожерелье, я не стану работать с тобой.

— Я ничего тебе не скажу.

Мэри-Лу была упрямой, но он знал, что в конце концов она уступит.

Он взял ее за руку.

— Послушай, дорогая, — произнес он покровительственным тоном, который был так хорошо знаком Мэри-Лу. Примерно так говорили все ее богатые ухажеры, перед тем как бросить ее ради очередной смазливой девчонки. — Ты хочешь, чтобы я пошел на риск, не имея фактических данных. Спустись с небес на землю. Или ты обо всем рассказываешь, или мы расстаемся навсегда.

Как и рассчитывал Беннет, прекрасные глаза Мэри-Лу заблестели от слез.

— Нет, пожалуйста, не говори так! — взмолилась она.

Он равнодушно пожал плечами.

— Ты слишком много хочешь, — сказал он и попросил официанта принести счет.

Мэри-Лу тяжело вздохнула и призналась:

— Ожерелье у Лили, мы с ней работаем вместе. Но как оно к ней попало, я не знаю. Раньше у нее его точно не было, иначе она давным-давно продала бы его. Теперь она ищет покупателя.

Беннет подумал о Лили, о женщине, которую, по собственным словам Мэри-Лу, она готова была убить. Так, может, лучше наладить контакт с самой Лили, без посредников? Но прежде следовало прощупать почву.

— Мне нужно встретиться с Лили, — сказал он, оплачивая счет и оставляя официантке щедрые чаевые. — Я должен понять, с кем нам предстоит иметь дело, если мы с тобой действительно партнеры.

Беннет встал из-за стола и подал ей руку.

— Давай, партнер, звони Лили. Приглашай ее на ужин.

Лили сидела в крошечном дворике и кормила золотых рыбок. В тишине слышался лишь мелодичный плеск струй, переливающихся через каменную чашу фонтана. Когда раздался телефонный звонок, она поначалу не хотела брать трубку, но, увидев на дисплее номер Мэри-Лу, все-таки ответила.

— Ни слова о делах, — сразу предупредила она.

— Да нет, это личное. Я познакомилась с одним интересным человеком, и мне бы хотелось, чтобы ты на него посмотрела.

Голос подруги звучал вкрадчиво — очевидно, «интересный» человек в эту минуту стоял возле Мэри-Лу.

— А подождать нельзя? — спросила Лили, мечтая о том, как она нальет себе бокал прохладного красного вина и посидит в одиночестве у фонтана, слушая пение канарейки. В такие минуты все тревожные мысли о разграбленных могилах отступали на задний план, и она была почти счастлива.

— В общем, Лили, мы приглашаем тебя на ужин. Приходи, это очень важно.

«Для тебя, может, и важно», — подумала Лили. Но голос Мэри-Лу звучал чересчур взволнованно. В конце концов, почему бы не поддержать подругу, раз она так просит?

— Ладно, — вздохнула Лили. — Где и когда встречаемся?

— Итальянский ресторан в «Гранд-Хайат», через полчаса.

— Через сорок пять минут, — поправила Лили, подумав о дорожных пробках, неизбежных в этот час.

На самом деле дорога отняла целый час. Мэри-Лу с приятелем уже поджидали ее за отдельным столиком, скрытым за ширмой. На Лили было короткое платье цвета нефрита, открывавшее ее стройные ноги. Этот соблазнительный наряд дополняла атласная сумочка с классической вышивкой. Всем своим видом Лили внушала уверенность и спокойствие, хотя, честно говоря, в глубине души она испытывала лишь раздражение и досаду. Ну стоило ли наряжаться и ехать в час пик в такую даль, только чтобы посмотреть на очередного ухажера Мэри-Лу?

Беннет привстал из-за стола, приветствуя гостью. Он как-то сразу понял, что Лили Сун крепкий орешек, хотя до сих пор ни одна женщина не могла устоять перед его обаянием.

— Мэри-Лу мне много о вас рассказывала, — начал он с улыбкой, — но, признаюсь, я никак не ожидал увидеть столь очаровательную женщину.

Она в ответ лишь удивленно подняла бровь и молча протянула ему руку. Профессиональный обольститель, решила она, именно к такому типу мужчин Мэри-Лу всегда была неравнодушна.

Мэри-Лу с волнением смотрела на них обоих, удивляясь тому, что Лили, похоже, не узнает своего собеседника. Впрочем, Лили редко смотрела телевизор, а светские сплетни ее вообще не интересовали.

— Это Беннет Юань, — сказала она наконец и сразу заметила, как изменилось выражение лица Лили. Видимо, все же Лили кое-что слышала о трагической гибели Аны Юань.

— Добрый вечер, мистер Юань, — холодно произнесла Лили и бросила недоуменный взгляд на Мэри-Лу, как бы спрашивая, что она тут делает с недавно овдовевшим мужчиной.

— Беннет выручил меня, когда угнали мою машину, — объяснила Мэри-Лу. — Помнишь, я рассказывала тебе об этом?

— Да, теперь припоминаю.

Официант принес меню, и какое-то время все обсуждали, какие блюда стоит попробовать. После этого Беннет принялся откровенно ухаживать за Лили. Он завел речь о старых добрых временах, когда в Шанхае заправляли французы, и добавил, что ему очень нравится колониальный стиль.

— Мне тоже, — согласилась с ним Лили. — Ведь моя мама родилась в Париже. Она всю жизнь считала себя француженкой.

Беннет заказал бутылку кьянти. Официант наполнил бокалы, и Лили, поднимая свой бокал, заметила, что Мэри-Лу не сводит глаз с Беннета, следит за ним глазами охотничьей собаки, а он словно не замечает этого, держится раскованно и непринужденно.

— Вы, должно быть, хорошо знаете Париж, — заметил Беннет, но Лили его разуверила, объяснив, что в Париже она никогда не была.

И вдруг с удивлением обнаружила, что рассказывает ему историю своей семьи — о том, как ее мать сбежала из родительского дома с Генри Суном и в результате оказалась в Китае.

— Опрометчивый поступок, что и говорить, — прибавила она, грустно улыбнувшись. — Конечно, ей следовало остаться в семье Хеннесси. Это очень богатая семья, она мне не раз говорила об этом. У бабушки был замок в Австрии, битком набитый старинной мебелью и картинами, а еще они держали антикварную лавку. Так глупо, что мама от всего этого отказалась.

— И все это по-прежнему у них? — как бы между прочим спросил Беннет, поддевая вилкой кусочек жаркого и делая вид, что смакует блюдо. — Замок, антикварный магазин?

— Полагаю, что да. «Антикварная коллекция Хеннесси» — так она называлась. У мамы была еще сестра, ее дочь чуть моложе меня. Все мои родственники были очень богаты, вероятно, моей кузине досталось большое наследство, возможно, даже бабушкин замок в Австрии. Кузину зовут Прешес Рафферти. Может, вы навестите ее как-нибудь, когда окажетесь в Париже. Я слышала, что вы проявляете особый интерес к состоятельным женщинам.

Мэри-Лу сердито пнула ее под столом ногой, но Беннет лишь рассмеялся:

— А с несостоятельными какой смысл знакомиться? — и добавил, восхищенно глядя на нее: — Признаюсь вам, Лили, мы с вами в чем-то похожи. Мы независимы и стремимся к одному — преуспеть в жизни.

— За богатство, — предложила тост Лили, поднимая бокал.

Беннет тоже поднял свой бокал, подумав, что она забыла прибавить два слова: «любой ценой». В последнее время он отчаянно нуждался в деньгах, но мысль о том, чтобы заняться перекупкой краденых драгоценностей, его не слишком привлекала. Сейчас его мысли устремились в ином направлении — к жившей в Париже двоюродной сестре Лили, которой должно было достаться все состояние Хеннесси, в том числе и замок. Богатые наследницы больше соответствовали его стилю.

Сославшись на усталость, Лили не стала дожидаться десерта. Мэри-Лу проводила Лили до выхода.

— Ну? — нетерпеливо спросила она. — Что скажешь?

— Мне кажется, он слишком быстро оправился после смерти жены.

Мэри-Лу заметно помрачнела.

— Можно ли требовать, чтобы такой интересный мужчина сидел дома? Ему тоже нужна женская ласка…

— Это понятно. Но все дело в том, нужен ли тебе такой мужчина, как Беннет?

Лили вошла в лифт и поехала вниз.

Мэри-Лу быстро вернулась в зал, но Беннет уже расплатился по счету и явно собрался уходить. Она надеялась, что они еще посидят за чашечкой кофе, но он, похоже, куда-то спешил.

Беннет подвез Мэри-Лу до ее дома, но зайти отказался, сославшись на усталость.

— Но нам нужно поговорить! — в отчаянии воскликнула Мэри-Лу.

— Только не сейчас. Завтра я тебе позвоню, — ответил он.

Однако на следующий день Беннет не позвонил. Не позвонил он и через день. А когда Мэри-Лу сама набрала его номер, услышала в трубке лишь длинные гудки. Так прошла неделя, и Мэри-Лу не знала, что ей делать. Он был ее единственной надеждой, кроме того, она влюбилась.

Глава 3

Париж

Преш была счастлива. В Париж приехала Дарья. Ее мужа пригласили во Францию на научную конференцию, и Дарья прилетела вместе с ним. Том был так занят, что не мог выкроить время для встречи, Сильвия тоже не смогла прийти, потому что работала по вечерам, и Преш предложила Дарье вдвоем сходить в ресторан.

По такому случаю Преш надела бриллиантовые украшения, прекрасно дополнявшие «маленькое черное платье». Как всегда опаздывая, Преш сбежала по ступенькам, проверила, включена ли в магазине сигнализация, и поспешила к ресторану «Купол», одному из самых фешенебельных в Париже.

Ресторан поражал своей изысканной обстановкой, выдержанной в стиле двадцатых годов прошлого века: массивные колонны, стены, расписанные художниками-авангардистами, причудливые светильники в стиле ар деко, знаменитый на весь Париж бар, небольшие столики, покрытые белоснежными скатертями.

Было восемь часов вечера, посетителей в зале было еще немного. Гарсон провел Дарью и Преш к столику у стены. Столы здесь стояли так близко друг к другу, что можно было при желании услышать все, о чем говорят соседи. Дарья заказала рыбу, а Преш — бифштекс. Они сидели, болтали о том о сем, вспоминали общих друзей, как вдруг Дарья легонько толкнула Преш локтем.

— Ты только взгляни в ту сторону, — сказала она, понизив голос.

Преш повернула голову в сторону, куда указывала Дарья, и увидела его. Высокий, темноволосый, потрясающе красивый — не мужчина, а мечта любой женщины. В тот же миг он посмотрел на нее, их взгляды встретились. Преш почувствовала приятное волнение и смущенно потупилась.

Метрдотель провел было незнакомца в дальний угол, но тот остановился и сказал:

— Нет, я сяду здесь.

Незнакомец сел за соседний столик.

Преш больше не смотрела на него, однако всем своим существом чувствовала его присутствие. Это было приятное, волнующее, почти физическое ощущение. Он сидел так близко, что она могла бы при желании дотянуться до него рукой.

— Добрый день, дамы, — по-французски обратился к ним незнакомец, однако по акценту было ясно, что он американец.

— Добрый день, — тоже по-французски ответили Преш и Дарья, именно в эту минуту гарсон принес заказанные блюда.

— Прошу извинить меня. Не хочу быть навязчивым, но я не знаю, какое блюдо мне выбрать, хотя то, что вы едите, выглядит чрезвычайно аппетитно. Вы не скажете мне, что вы заказали?

Поскольку на столе перед ней стоял бифштекс с жареным картофелем, Преш бросила на мужчину быстрый удивленный взгляд и, кокетливо поправив прядь светлых волос, подумала, что не зря надела сегодня свое лучшее платье.