Смертельно влюбленный

— У меня есть телевизор. С плоским экраном.

— И все благодаря мне.

Диего оставил последнее заявление без комментариев. Бухгалтеру не стоило знать, что их отношения отнюдь не эксклюзивны. Иногда Диего делал кое-что и для других клиентов.

— Пушки, — с отвращением произнес Диего. — Они такие шумные. Да и зачем стрелять в помещении? Убрал бы Марсета бесшумно, и вам не пришлось бы теперь глазеть на этот цирк, в который превратился Тамбур.

— Мне надо было объяснить так, чтобы дошло до всех.

«Не пытайтесь надуть меня, или пожалеете», — примерно так могло бы звучать это объяснение. Диего не сомневался: все, кто имел дело с Бухгалтером, услышав о массовом убийстве, наверняка еще долго будут испуганно оглядываться через плечо. Несмотря на то, что операция по устранению Марсета была проведена непрофессионально, она, безусловно, оказалась весьма эффективной.

— Ли Кобурна до сих пор не нашли, — почти с издевкой произнес Диего.

— Не нашли. Я слежу за ситуацией. И надеюсь, его найдут мертвым. Если же нет, с ним надо будет разобраться. И со всеми, с кем он контактировал с тех пор, как покинул склад.

— Вы звоните мне за этим?

— Не так просто будет подобраться к человеку за решеткой.

— Я как раз и специализируюсь на том, что непросто. И подбираюсь обычно близко. Очень…

— Именно поэтому в случае необходимости будет поручено устранить Кобурна. А на Марсета ты бы только зря потратил свою квалификацию. В этот раз мне нужен был шум и море крови. Но теперь все по-другому. Никаких свидетелей.

Никаких свидетелей. И никакой пощады. Такова была мантра Бухгалтера. Всякий, кто чурался мокрых дел, обычно становился его следующей жертвой.

За несколько недель до расстрела в гараже одному мексиканскому парнишке удалось сбежать из переполненного фургона, на котором его ввезли в Штаты. Он и десяток таких же несчастных были обречены на рабство в том или ином смысле. Должно быть, подросток догадался, какое будущее ему уготовано. И пока водитель расплачивался за бензин на заправочной станции, он сумел сбежать.

К счастью, патрульный, состоящий на жалованье у Бухгалтера, обнаружил мальчишку, когда тот голосовал у обочины шоссе, ведущего на запад. Патрульный спрятал беглеца, затем ему было приказано решить проблему. Но тот вдруг дал слабинку, и Бухгалтеру пришлось нанять Диего, чтобы тот доделал грязную работу. Через неделю после того, как Диего убил мальчика, Бухгалтер поручил избавиться от водителя грузовика, по чьей небрежности стал возможен его побег, а заодно и от патрульного, который оказался жадным, но трусливым.

Никаких свидетелей. Никакой пощады. Бескомпромиссная политика Бухгалтера вселяла ужас и порождала послушание.

Но Диего не боялся никого.

Поэтому, услышав от Бухгалтера вопрос, нашел ли он девушку, сбежавшую из массажного салона, Диего небрежно ответил:

— Вчера ночью.

— Она больше не представляет проблемы?

— Только для ангелов. Или для дьявола.

— Тело?

— Я не идиот!

— Диего, единственное, что в этой жизни хуже идиота, — это умник, считающий, что он круче всех.

Диего показал телефону средний палец.

— Звонит кто-то еще, мне надо идти. Будь наготове.

Диего опустил руку в карман брюк и поиграл с прямым лезвием опасной бритвы, благодаря которой стал знаменит.

— Я всегда готов, — сказал он, хотя соединение с Бухгалтером уже прервалось.

5

Поглощенная детской передачей, Эмили не обратила внимания на Хонор и Кобурна, когда они проходили через гостиную.

Оказавшись в спальне, Хонор сбросила пальцы Кобурна с предплечья и потерла кожу, на которой остались следы.

— Я не хочу оказаться застреленной и, разумеется, не стану рисковать жизнью Эмили и не сбегу, оставив ее одну. Так что держать меня необязательно.

— А это уж мне решать, — Кобурн подошел к стоящему на письменном столе компьютеру. — Это компьютер твоего мужа?

— Мы пользовались им оба.

— Включи.

— Там ничего нет, кроме моей личной переписки, личных дел учеников и поурочных планов на каждый месяц.

Кобурн молча хмуро смотрел на Хонор, пока та не подошла к столу и не села перед монитором. Казалось, компьютер загружался целую вечность. Хонор смотрела на собственное размытое отражение в экране и все время чувствовала за спиной присутствие Ли Кобурна. Его выдавал запах болота, мужского тела и исходившая от этого человека угроза насилия.

Уголком глаза Хонор следила за его рукой, расслабленно лежавшей на бедре. Трудно было прогнать от себя мысли о том, что, если захочет, этой самой рукой Кобурн легко отнимет у нее жизнь. Ведь достаточно просто было сжать ей горло. При мысли о том, как эти грязные пальцы обвивают тоненькую шейку Эмили, Хонор начало мутить.

— Спасибо, мистер Кобурн, — прошептала она.

Прошло несколько секунд, прежде чем он спросил:

— За что?

— За то, что не причинили вреда Эмили.

Он ничего не ответил.

— И за то, что постарались спрятать от нее пистолет.

В комнате снова повисло молчание, которое прервал Кобурн, заявив:

— Запугивая ребенка, ничего хорошего не добьешься.

Компьютер потребовал пароль. Хонор быстро ввела свой. Буквы отобразились на экране черными точками.

— Стоп! — потребовал он, прежде чем Хонор успела нажать «ввод». — Сотри и напечатай еще раз. На этот раз медленно.

Хонор снова ввела буквы.

— Что означает Р?

— Розмари.

— X. Р. Джиллет. Не слишком оригинальный пароль. Довольно просто догадаться.

— Мне нечего прятать.

— Сейчас увидим.

Перегнувшись через плечо Хонор, Кобурн начал манипулировать «мышкой». Он просмотрел почту Хонор, даже те сообщения, которые были удалены, затем все ее документы, в которых для него ничего не представляло интерес, так как он давно уже не учился во втором классе.

В какой-то момент Хонор вежливо предложила:

— Не хотите присесть?

— И так хорошо, — буркнул Кобурн.

Может быть, ему и было хорошо, но только не Хонор. Кобурн склонился над ней и, когда перемещал по экрану «мышку», периодически касался ее спины, рук и плеч.

Убедившись наконец, что ни один из открытых файлов ему не интересен, Кобурн спросил:

— А у Эдди был свой пароль?

— Мы пользовались одним паролем и одним адресом.

— Что-то я не видел ни одного сообщения ему или от него.

— Я их удалила.

— Почему?

— Занимали много места на диске.

Хонор вдруг почувствовала, как на голове зашевелились волосы, и вдруг поняла, что Кобурн наматывает ее волосы, собранные в хвост, на кулак. Затем потянул так, чтобы лицо Хонор приподнялось.

— Открой глаза!

Вспомнив о силе его рук, женщина подчинилась. Теперь ее лицо оказалось на уровне пояса его брюк. Близость его тела к ее лицу предполагала нечто интимное, и от этого Хонор стало еще больше не по себе. Впрочем, на это Кобурн, видимо, и рассчитывал. Он хотел, чтобы у Хонор не осталось ни малейших сомнений относительно того, кто здесь заказывает музыку.

«Что ж, возможно, удастся извлечь из этого пользу», — промелькнула мысль у Хонор. Ее нос сейчас находился не более чем в десяти сантиметрах от пистолета, заткнутого у него за поясом. Ее руки были свободны. Сумеет ли она…

Нет. Хонор отбросила эту мысль еще до того, как она успела оформиться в ее голове. Эдди учил ее стрелить из пистолета, но Хонор никогда не умела обращаться с оружием. Она понимала, что ей не удастся даже зафиксировать руку с оружием, не то чтобы выстрелить. Потому что Кобурн успеет стукнуть ее по руке, меняя направление выстрела, или вовсе выбить оружие. Любая попытка подобного рода способна была только разозлить этого человека. И что тогда будет с ней и Эмили? Хонор не решалась даже на секунду помыслить об этом.

Кобурн, снова потянув за волосы, поднял голову Хонор так, чтобы женщина могла смотреть ему в лицо.

— Почему ты удалила все сообщения мужа?

— Он умер два года назад. Зачем мне их хранить?

— Там могла остаться важная информация.

— Но ее там не было.

— Как уверенно она это произносит!

— Потому что я действительно в этом уверена. Эдди не мог быть так неосторожен, чтобы оставлять важную информацию в электронной почте.

Кобурн прищурился и на несколько секунд задумался, словно мысленно оценивал весомость ее аргумента.

— Ты пользуешься на этом компьютере интернетбанком?

— Нет.

— Оплачиваешь какие-нибудь счета?

Хонор решительно покачала головой, насколько это позволяла рука Кобурна, сжимавшая ее волосы.

— Никто из нас не использовал этот компьютер для личных целей.

— А как насчет рабочего компьютера Эдди?

— Он принадлежал полицейскому управлению.

— И его тебе не отдали?

— Нет. Думаю, сейчас им пользуется другой офицер.

Ли изучал ее лицо еще несколько долгих секунд и вынужден был прийти к выводу, что женщина говорит правду. Он отпустил ее волосы и сделал шаг назад. Вздохнув с облегчением, Хонор встала и направилась к двери.

— Пойду посмотрю, как там Эмили.

— Стой, где стоишь.

Кобурн снова окинул взглядом комнату, и неожиданно его внимание привлекло кое-что, стоявшее на крышке туалетного столика. Быстро подойдя к нему, он схватил фотографию в рамке и сунул ее в руки Хонор.

Кто эти парни?

— Тот, что постарше, — Стэн.

— Папаша Эдди? А он в отличной форме для своего возраста.

— Он работает над собой. Рядом с ним стоит Эдди.

— А двое других? Близнецы?

— Фред и Дорал Хокинсы. Лучшие друзья Эдди, — Улыбнувшись воспоминанию о приятных ей людях, Хонор провела пальцем по стеклу фоторамки. — Они поехали на ночь порыбачить на Залив. А когда вернулись на следующее утро, решили попозировать на пирсе с уловом. Меня попросили их снять.

— Это та лодка, которую ты продала?

— Нет. Это была лодка Дорала, которая предназначалась для сдачи внаем. Ее разбил ураган «Катрина». Теперь Дорал работает чиновником в муниципалитете. А Фред — полицейский.