Все мои прежние пары – и спортивные, и по жизни – увы, были однополюсными, поэтому не могли надолго удержать. Мне по жизни чего-то не хватало. Я всегда получался безумнее: удовлетворять и уравновешивать меня было трудно. Если вообще возможно…. При всём уважении. И при всей моей жгучей благодарности!
А с тобой вышел совсем другой случай. Не спрашивая разрешения, ты сразу забрала роль лидера, чему я, к своему полному удивлению, нисколько не сопротивлялся.
– Улыбаешься? Отлично! Улыбайся!
Я-таки понял: состояться и раскрыться мы способны только вместе. Причём – ОЧЕНЬ ВМЕСТЕ, на близком расстоянии.
– Примерно в один микрон!
В синергической, то есть двухполюсной паре, энергия партнёров НЕ рассеивается, если их, как вода, скрепляет обоюдное чувство. Они приобретают абсолютно новое качество, как цемент и песок, которые, проникая друг в друга, превращаются в бетон. Объединив энергии, такие люди способны творить чудеса. Так вот это мы и есть! Результат совмещения двух избыточных потенциалов потрясает воображение, в чём бы он ни выражался. Например, по количеству и интенсивности оргазмов мы с тобой – абсолютные чемпионы мира!
– Без ва-ри-ан-тов!
Да. Без вариантов.
Вечерний диалог
– Знаешь, у мужчины ведь по жизни всего две функции.
– Правда? И какие же?
– Носить женщину на руках и дарить ей цветы.
– О! А СЕКС???
– Это не функция. Это способ выразить благодарность!
– Хорошая мысль. В таком случае благодари меня как можно чаще! А что насчёт женщины? У неё есть функции?
– У неё есть Богом данная способность вдохновлять мужчину на подвиги… Во имя её самой. Вот, посмотри-ка, что я недавно написал. Тебе первой покажу!
– Не сомневаюсь. Давай сюда… Заголовок мне уже нравится!
Каждый раз, когда мы занимаемся любовью, рождается новая вселенная
Маршрутный лист получаю непосредственно перед вылетом. Едва успеваю проверить плазменный заряд в гравитроне. Хорошо, что не с кем прощаться: всё равно бы не успел. Мой путь лежит через созвездие Огненного Льва к Астероиду 813. А-813, если короче.
На голографической Панораме 21-й Туманности он обозначен как маленькая голубая точка между двумя только что появившимися сверхновыми зелёными звёздами, у которых ещё нет ни названия, ни порядковых номеров. И миссия как раз в том, чтобы рассмотреть звёзды с ближайшего расстояния, не опускаясь на их поверхность: кто знает, что там творится…
Вот и проверим.
Это мой первый полёт в 21-ю Туманность. Прежде в Супергалактику не заносило ни разу. Теперь вот придётся. Ну что ж, работа есть работа… Поехали!
В иллюминаторе тёмно-синий космос. Всё как всегда. До цели сорок одна тысяча световых лет; которую мой синхронофазор отсчитает за двадцать семь условных биочасов. Принимаю вазомускулярный стабилизатор и ввожу себя в электросон. Да, мы всё ещё пользуемся электричеством, хоть это и жуткий атавизм.
Просыпаюсь, когда вхожу в первый Блок стыковки.
Космопорт на А-813 невелик, корабли здесь по пальцам пересчитать можно. Нечасто сюда заглядывают. Супергалактика – не место для толпы. Очень хорошо: давно пора отдохнуть и от людей, и от роботов. Достали уже все.
Есть стыковка! Сенсорные датчики гаснут, вход в Блок открыт. Пора. Сигнал разгерметизации. Переборка отошла. Шагаю вперёд, в кабину термолифта.
Ну, привет, восемь-тринадцать, счастливый ты мой! Чем удивишь?
Женщина. Она неподвижно стоит на входе в Уровень , и первое, что я вижу, распахнув призмодверь, – её нереально огромные полноцветные глаза.
Это вообще-то большая редкость для текущего века: теперь на всех планетах Биумвирата у людей, как правило, монохром. Мне говорили, что в Супергалактике полноцвет ещё встречается, а я не верил. Лицезрею такое впервые. Очень впечатляет!
– Иди за мной, – говорит она безо всякого приветствия. Слушаюсь. Джинсы и футболка – одежда навсегда. Несмотря на любые самые навороченные технологии, это для человечества непреходящая тема. Таки будет, поскольку удобно. И подчёркивает фигуру. Особенно женскую. А такую, как у неё, грех не подчеркнуть: талия в три обхвата моей ладони, идеально прямые ножки, хорошо прокачанные ягодицы – наверняка жим одной ногой эта леди делает регулярно (я же специалист), чётко поставленная осанка, серебряные вьющиеся волосы до плеч, от которых исходит лёгкое неоновое сияние. Просто сказка. Мне даже как-то сразу не по себе.
– Ты мне тоже понравился, – она поворачивает голову на ходу. – И у меня есть идея.
Телепатка!
Минуем половину Уровня и входим в ЦУКС – Центр управления космической сущностью. Это – самое сердце А-813 и всей Супергалактики. Здесь, опять же, судя по рассказам, можно творить настоящие чудеса. Даже вообразить не мог; что когда-нибудь сюда попаду… Но все желания рано или поздно сбываются.
Внимательно оглядываюсь по сторонам. Моя визави блокирует двери входа и протягивает руку:
– Давай ЭмЭл…
Вытаскиваю флеш-карту с файлами сканирования. Она небрежно кидает её на полку у дверей и мило улыбается:
– Оставь эту глупость на потом.
Её улыбка обезоруживает. Она смотрит на меня в упор – ее глаза поразительно быстро меняют цвет: я заметил оттенки всего диапазона цветовой гаммы. На лице выражение полной открытости и безмятежности.
Она притягивает; как магнит; гипнотизирует. В ней есть что-то, чему я не способен сопротивляться. Никто прежде не производил на меня такого впечатления.
– Смотри, – она показывает на овальный металлический пульт с разноцветными тумблерами, который торчит из стены рядом с датчиками блокировки входа. Пульт издаёт тихий ритмичный писк.
– Что это?
– Генератор Времени. Неужели не слышал? Он может ускорять и замедлять его течение во Вселенной. Временем постоянно нужно управлять. А сейчас знаешь, что я сделаю? Выключу его.
– И что случится?
– Какой у тебя коэффициент интеллекта? Время остановится! Мы сможем заниматься чем угодно и как угодно долго вне времени. А после включения время продолжит течение с той точки, в которой было прервано. Всё просто!
Она щёлкает красным тумблером вниз, и хитроумный агрегат утихает. Взмахнув искрящимся в неоновом свете серебряным облаком волос, поворачивается ко мне с той же кроткой улыбкой:
– Всё. Во Вселенной времени нет. Теперь оно только у нас. Теперь моё время – это ты.
– Звучит красиво.
– И это правда. Давай, кое в чём признаюсь. Я люблю есть, спать и заниматься любовью. Это три моих главных слабости.
– A.. самая?
Она делает шаг ко мне, медленно тянется губами прямо к уху и шепчет:
– Да.
Её дыхание обжигает кожу, пульс зашкаливает за пределы зоны адекватного восприятия. С трудом переведя дух, я осторожно обнимаю её за твёрдую талию. Она прижимается ко мне всем телом и отрывисто говорит:
– Мне нужно инсталлировать в твой процессор мою базовую сексуальную программу. Надеюсь, у тебя хватит для этого мощности. Целуй! Быстро!
Её полураскрытые влажные губы оказываются прямо перед моими. Она закрывает глаза.
Бог мой! Вот это поцелуй! Она нежно раздвигает мои губы своими, а её мягкий язык скользит вдоль моего, погружаясь внутрь всё глубже и глубже… И вдруг словно натыкается на невидимую преграду, а нас обоих сотрясает мощная судорога, похожая на короткое замыкание.
– Прервать инсталляцию, – с досадой говорит она, моментально отстранившись. – Нет, давай ещё раз попробуем. Расслабься. Должно получиться. Ты что – зря летел?
Второй глубокий поцелуй: она снова закрывает глаза и тает в моих объятиях, нежно обнимая за шею. За всю мою не слишком короткую жизнь меня ещё никто так не целовал. Её язычок проникает настолько далеко, что у меня бесповоротно сносит крышу. Мой рассудок потерян. Люди останутся людьми и в двадцать втором веке… И всегда.
– Готово! – довольно сообщает она, и глаза вспыхивают, как два маленьких ослепительных прожектора. – Вот ты и мой!
Всё. Сознание отключено.
Со мной одни рефлексы. Инстинкты. Я быстро снимаю с неё футболку – лифчика нет.
Она без тени стыда смотрит на меня сумасшедшими пьяными глазами. Её ровненькие аккуратные груди дрожат от желания, и, стоит мне прикоснуться ладонями к твёрдым набухшим соскам на атласной коже, как она сразу кончает. Зрачки резко расширяются, она кричит и впивается ногтями мне в спину.
Потом её пальчики быстро перемещаются на мои ягодицы и крепко их сжимают, а уже через секунду – хотя она не права, времени больше нет вообще нигде, – отключают нижний фиксатор биоскафандра – тот, что находится между ног, – и проникают внутрь, овладевая моей безмерно восставшей плотью.
И она говорит, одновременно и нежно и требовательно:
– Дай мне его!
Толчком она опрокидывает меня на стоящий рядом ортостат; двумя движениями освобождает от одежды и начинает целовать – очень нежно, в одно касание – вначале грудь, потом живот, потом медленно-медленно опускается губами к промежности.
Мой любовный жезл никогда ещё не был таким огромным, как сейчас. Ощущение, что кожа на нём вот-вот лопнет! И я так её хочу, что с трудом удерживаюсь на спине, предоставляя партнерше полную инициативу.
Её глаза полуоткрыты. Она медленно проводит вздрагивающим язычком у основания моего горячего сталагмита, затем по стволу снизу вверх, и останавливается у самой вершины. И ещё раз, с другой стороны. И ещё, и ещё, и ещё… Наклоняет голову то вправо, то влево, и её бархатные волосы щекочут мой живот… И, лишь доведя меня до полного исступления, она быстро охватывает губами головку и заглатывает её – раз, второй, третий, четвёртый… Я теряю остатки сознания, сердце выпрыгивает из грудной клетки: стучит в висках, долбится в горло, ищет выход во всех уголках раскалённого тела. Но это лишь начало моего безумия. Главные ощущения начинаются, когда волны приближающегося экстаза всё сильнее накатывают изнутри с каждым новым движением.
Её губы скользят по моей пульсирующей плоти всё быстрее и быстрее, и взрыв оргазма трясёт тело одной мощной конвульсией.
На пике сумасшедшего блаженства она заглатывает моего великана ещё глубже и безапелляционно высасывает его до капли, не размыкая рта. Я стону; визжу и рычу; как стадо диких зверей! Это единственное, что мне теперь доступно. Ибо дар речи пропал, как мне кажется, насовсем. Она отрывается от своего захватывающего занятия и мягким солёным ртом, только что выпившим меня до самого дна, жадно целует в губы:
– Я хочу тебя!
И откидывается на спину, закрыв глаза, неистово лаская одеревеневшие соски.
Ступор.
Один миг – и я сверху. Мои руки стаскивают с неё джинсы, чтобы обнаружить под ними белоснежные стринги, едва прикрывающие тщательно выбритый лобок. Она раздвигает свои чудесные ножки и глубоко выгибается. Глажу её пальчиками через насквозь промокшую ткань, она извивается подо мной, шумно дыша и кусая губы. Потом, не снимая трусиков, резко сдвигает их и открывается:
– Иди ко мне! Я больше не могу!
Я целую её горячий розовый бутон, истекающий терпкой влагой. Она громко стонет при каждом прикосновении. И кричит; когда я вхожу в неё целиком. На максимальной глубине останавливаюсь, чтобы продлить это невероятное ощущение. Она широко распахивает глаза и смотрит на меня в упор, обжигая частым дыханием. Её любовные мышцы крепко сжимают пик моей страсти.
Рука тянется к стене и шарит по ней в поисках выключателя. Понимаю: хочет выключить освещение в руме. Но ошибаюсь: она его добавляет.
– Пусть будет так! Мне нужно тебя видеть! – шумно шепчет Богиня.
И не закрывает глаз, когда я начинаю наступление. Таки смотрит в упор, каждый раз втягивая воздух сквозь стиснутые зубки и выдыхая его со сладким стоном в такт моим движениям. Потом просит:
– Подожди! Я ногу перекину! – и ловко поворачивается на бок; подставив мне свою сногсшибательную попку.
Но и теперь остаётся верной себе: повернув голову налево, внимательно смотрит на меня широко раскрытыми глазами, взгляд которых пронизывает буквально насквозь. Целую её в губы. Отвечает очень слабо – целиком сконцентрирована на другом.
– Посмотри!!! – горячо шепчет она перед оргазмом. Её распахнутые губы подёргиваются в такт моим быстрым движениям. – Посмотри мне в глаза!!!
И, едва встретившись со мной взглядом, тут же кончает в длинной и сладкой конвульсии.
И всё это время смотрит; не отрываясь и не мигая. Она находится во мне взглядом так же, как я в ней своей плотью. Абсолютно физическое ощущение! Наше тотальное взаимопроникновение, полное единство. Никогда, ни в одной жизни, ни на одной планете не испытывал ничего похожего!
– Ты бесподобна, – удивительно, но ко мне возвращается дар речи.
– Я знаю, – улыбается она.
И это лишь начало.
У нас безумный секс. Нет достойных терминов, чтобы пытаться описать его. Мы оба теряем собственные личности при каждом слиянии. Она – невероятна. В тот момент, когда у меня один оргазм – у неё их бессчётное количество, один за другим, беспрерывно!
Она заходится в судорогах, теряет способность двигаться и говорить. У неё деревенеет лицо, округляются губы, зрачки расширяются так, что закрывают весь глаз целиком. Она может только смеяться. Такого безудержного, безумного, бессовестного смеха я не слышал ни в одном воплощении. И он сейчас для меня – лучшая музыка во всём Космосе.
А сразу после этого она опять шепчет мне прямо в ухо: «Я хочу тебя!» И это продолжается. Снова. И снова. И снова. Это инфернальный секс, это секс за пределами осознания. Мы не только вне времени – мы вне пространства, вне материи, вне всего сущего.
Мы разбиваемся на наноатомы, чтобы мгновенно сотворить новую Галактику. Мы умираем от невыносимого блаженства и тут же воскресаем с новой, ещё сильнейшей страстью.
Мы!
…Потом, медленно-медленно вернувшись в самого себя, я тихо скажу ей:
– Ты моя Богиня. Ты всё знаешь, всё видишь, всё чувствуешь. Ты – сама Бесконечность!
А она также тихо ответит:
