Фанфики на цикл "Еще не поздно"

04С . Шифроконтора

(oal)

Месяцев через восемь после произведшего фурор появления в "Шифроконторе" непонятно откуда добытых алгоритмов шифрования на абсолютно новых принципах, в ней же "всплыли" и совершенно другие алгоритмы. Официально "Шифроконтора" именовалась каким-то богом забытым специальным подразделением при -дцатом управлении КГБ, но все сколь-либо искушенные знали, что этот отдел занимается шифрованием и только шифрованием. Причем не банальным взломом чужих шифров, а разработкой своих. Да, эти области связаны друг с другом и каждое творение конторы проходило проверку своих заклятых коллег, но специализация была на лицо. И тут -- какое-то умножение! Нонсенс!

// "Шифроконтора" и ее специфика высосаны из пальца. О криптографии в 60-80-е годы в СССР известно очень немногое. //

Еще три года назад безвестный к. ф.-м. н., а теперь уже начальник отдела перспективных методов (так обозвали отдел асимметричной криптографии -- не называть же его прямо, на самом деле, когда сам факт существования таких алгоритмов -- гос. тайна!) Василий Соловьев был единственным, кому эта инициатива с Самого Верха очень понравилась.

-- Поймите же, -- увещевал он своего начальника, - это сейчас длинные цепочки блочных шифров перспективнее! Будущее за асимметричными методами! И если на нахождение подходящих параметров семейств эллиптических кривых нам нужно еще время, то похожий подход над конечными полями сам падает к нам в руки! Все, что нужно -- это вот эти алгоритмы. И наши товарищи их нам достали!

Соловьев несколько кривил душой. Причем дважды. Во-первых, по его оценке, эллиптические кривые "не взлетят" еще лет 10. И бОльшая часть этого времени уйдет на создание математической теории, а не обсчет параметров и реализацию алгоритма. Во-вторых же, там не только быстрое умножение нужно, но и много еще чего. Но не упускать же шанс еще раз утереть нос самому Колмогорову! Пусть даже тот об этом никогда не узнает.

Василий помнил, как 22-летним студентом он сидел на семинаре Великого Гуру. Колмогоров тогда как угорелый носился с гипотезой, что умножение принципиально нельзя реализовать быстрее, чем за квадратное время. Грубо говоря, для двух чисел длинной n бит нужно затратить примерно n^2 операций. И тут, через неделю после его пафосного доклада о этой гипотезе к нему подходит Толик Карацуба с каким-то вопросом. А еще через неделю орел наш, действительный член АН с перекошенной рожей докладывает о новом алгоритме, умножающем быстрее, чем за квадратное время. И досрочно закрывает семинар. Обиделся, сердечный.

// ТББ уже вышла? Кажется нет, надо убирать отсылку!

Так вот, алгоритм Толи, конечно, прост и неплох, но ему нужно примерно n^1.53 операций. Если то, что написано в этой не понятно где спертой и, кстати, не понятно почему вусмерть отцензуренной книжке -- правда, то это еще одна пощечина Гуру. А ведь оно похоже, похоже, таки работает, хотя там одно место еще надо бы прорешать...

Соловьев замечтался и не заметил, как с последним его словами лицо полковника Кузнецова начало наливаться багрянцем.

// Персонажи вымышленные

-- Достали! Достали, дурень! А ты не думал, где они это достали, а?

-- Но это как-бы не наше де...

-- Не наше дело? Да, вопросы задавать не твое дело! А ты не думал, что если эти алгоритмы где-то достали, то их где-то придумали?! Что где-то в Лэнгли или еще черт знает где сидит такая группа криптографов и математиков, которая эти все гениальные штуки придумывает и, заметь, -- не публикует! Они бурят науку на какую-то спец-службу, а мы об этом узнаем от каких-то варягов, которые сперли у кого-то со стола закрытую монографию и сидят, дырки для ордена вертят! Причем нам дали только выдранный из середины кусок! Уцензуренный в ноль! Почему об этом не узнали мы? Где радиоперехваты? Где шифрограммы? Где следы этих очень стойких шифров? Да даже на посольской линии их нет!

// Кузнецов намекает на вскрытие и перехват сообщений от американского посольства в МИД, идущих по специальному, защищенному кабелю. Аналогичный случай, но с советским представительством, был в Берлине, в 1953 году -- операция "Золото". Считается, что тоннель-подкоп обнаружили до официального скандала и гнали по этому кабелю дезинформацию и маловажные данные.

-- Эээ...

-- Бэ! Задумался, наконец! Оно хоть работает, Вася? Это не деза?

-- Да вроде нет, Александр Васильевич...

-- Вроде?! Опять твое "вроде"! Ты мне точно скажи! Срока тебе -- неделя!

У Соловьева оставалось семь дней, чтобы понять, как этот чертов алгоритм работает так быстро и почему "+1", а не "-1" по модулю _так_ важно для этого чертового быстрого умножения с помощью преобразования Фурье.

// Быстрое умножение с помощью преобразования Фурье, о котором идет речь тут было опубликовано Шёнхаге и Штрассеном в 1971 году. Умножение двух целых чисел выполняется за O(n log n log log n) операций. В 2007 году Мартин Фюрер опубликовал работу, в которой умножение выполняется "почти" за O(n log n) -- O(n log n 2^O(log* n)).//

05. ElTab

(dimka)

Социализм - это учет и контроль. А распечатка текстов с ноута - процесс хлопотный и нервный. Файлов много, печатаются параллельно, то сбойнет что-то, то просто пропустишь. Чтобы ничего не пропустить Катя вела учет. В Excel. Простенькая табличка - когда, какой файл, сколько страниц , в какой ящик и на какой полке спрятали. Плюс название и описание - иногда кусок вступления, иногда содержание, иногда еще что-нибудь. Все это периодически допечатывалось и пряталось в отдельную коробку. И вот Кате потребовалась простенькая доработка - чтобы при начале печати нового файла его имя автоматически добавлялось в табличку. Сделал за два часа, добавив кроме имени файла еще и дату начала печати, и количество страниц. Казалось бы, сделал и сделал, но в голове возникла мысль и не давала покоя. Excel популярен, более того преподаватель в институте как-то сказал, что электронные таблицы были очень популярны еще до возникновения майкрософт.

А ведь микропроцессор обещают уже летом. И ЭВМ на нем будет ну никак не позже нового года. Конечно, в СССР это будет, прежде всего, управляющая ЭВМ. Но очень хочется выйти и на западные рынки, прежде всего американский. И для этого программа, позволяющая позиционировать компьютер не только как игрушку, была бы исключительно полезна. Вопрос в том насколько сложно ее сделать и что, собственно, она должна уметь. Обдумывание последнего заняло почти неделю, по истечении которой я решил обсудить результат с Федором и Иванами. Они не программисты, но обсуждать это с ребятами Староса или с ТЭЦ пока не хотелось.

Идея не то, чтобы не встретила энтузиазма, она оказалась просто не понята, и только вера в своего директора заставила отнестись к ней полностью серьезно. Добавив по результатам обсуждения в ТЗ синус, косинус, экспоненту и логарифмы, я передал его тем же программистам с ТЭЦ, которые адаптировали тетрис для геологов. С нашей стороны содействие оказывали два Ивана.

Управились неожиданно быстро, всего через четыре месяца гордая команда демонстрировала мне результат своих трудов. Результат не впечатлял. Это был совсем не Excel. Даже через час после начала показа я все еще не понимал можно ли на этом делать что-то полезное и востребованное. Хотя на словах все было красиво. 63 столбца, 254 строки и максимальная длина текста в ячейке 63 символа. Куча разных функций, включая логические и агрегирующие. Пересчёт таблицы с учётом зависимостей между ячейками. И все это требовало для работы всего лишь 46к оперативки. И две Спирали. На одной хранилась сама таблица, а другая использовалась для хранения программы и дополнительных функций. Можно было обойтись и одной, но тогда все время приходилось переставлять диск. Для снижения объема занимаемой памяти хранилась только информация в ячейках, содержащих данные, а также сведения о том, какие ячейки являются пустыми. Еще было много разных слов, но их смысловая нагрузка от меня ускользала. Судя по рассказу, в ходе разработки возникла целая куча проблем, для решения которых активно привлекались друзья, знакомые и знакомые знакомых. Вопрос генератора случайных чисел обсуждался консилиумом двух докторов, пяти кандидатов и неизвестного количества не титулованных участников. Первоначальная идея оптимизации нового и популярного алгоритма RANDU под восьмибитное слово привела к неожиданным выводам - существует линейная зависимость между тремя соседними элементами последовательности и, как следствие, этот алгоритм вообще использовать нельзя. В результате получилось две функции генератора: одна использует линейный конгруэнтный метод, результат которого назвать случайным - это сильно погрешить против истины, и вторая на методе Фибоначчи с запаздываниями, алгоритм хороший, но уж очень медленный. В общем, по результатам работы, десять статей для журнала 'Радио' уже написано и еще чуть больше на подходе. Пришлось слегка остудить горячие головы, отложив все публикации на период после опытной эксплуатации. Предложив подготовить на завтра десяток демонстрационных примеров, вернулся в кабинет и попытался уложить скачущие мысли. Мыслей было много и все на разные темы. Как практически применить новую программу так и не придумалось, но заметный, хотя и не совсем понятный энтузиазм всех разработчиков вселял некоторый оптимизм. Затем мысли зацепились за случайные числа. О том, что проблемы с этим были еще и в 90х я знал все от того же преподавателя, который похоже очень любил приводить их в примет того, как все бывает непросто. Подробностей я ,конечно же не помнил, точнее говоря даже и не знал никогда, но зато знал где посмотреть. Еще разбирая завалы всякого мусора на винте, я нашел и несколько жемчужин, в то числе и широко известное, но мало кем читаное "Искусство программирования" Кнута. Руки до него до сих пор так и не дошли, но похоже настало и его время, может найдется что-то интересное. Шесть часов спустя стало понятно - интересного действительно очень много. Но чтобы понять, что именно, нужны специалисты. Нет, не смотря на то ли тяжелый язык изложения, то ли удачный перевод, понять, что к чему было вполне возможно. А вот решить, что же с этим делать и, что это дает, было гораздо сложнее. Кое-что было понятно сразу. Например, о возможных проблемах с RANDU была публикация еще в 65 году, но на нее никто особо не обратил внимания. Гораздо интереснее оказалось, что генераторы последовательности Фибоначчи с запаздыванием успешно применявшиеся с 1958 года, фактически провалились на крайне простом критерии случайности. Выяснилось это, правда, только в 90х, тогда же предложили методы решения этой проблемы, отбрасывая ненужные элементы последовательности. Все это, а так же и другие методы, достаточно подробно описывалось, местами даже с кодом на каком-то странном ассемблере. Не меньший интерес представляли и задачи с решениями.

Пытаясь оценить новизну, быстро пробежался поиском по всему тому. Нашлось много ссылок на публикации или открытия 70х,80х и 90х годов. Но что же делать со всем этим богатством? Почистить от дат, ссылок и опубликовать? Слишком уж много косяков и не стыковок может вылезти. Разбить на части или, даже повыдергивать отдельные алгоритмы? Но для этого надо хорошо понимать, что там к чему. И как ни крути, риск вызвать пристальный интерес и подозрения очень велик. А объяснить необходимость такого риска я не могу. Как объяснить какая польза от хорошего генератора случайных чисел или от полиноминальной арифметики. Если о последней я только из самого Кнута и узнал, а для чего она используется - темный лес. Все же, собравшись с мыслями, сел писать письмо Шелепину, возможно он или Семичастный смогут придумать ,как легендировать столько новинок и как добиться чтобы они принесли пользу, причем нам, а не тем же американцам.

Придя не выспавшимся на работу и отправив письмо, в поисках возможности практического применения электронных таблиц позвал на просмотр главбуха. Как ни странно она проявила больше интереса. Возможно, ей понравилось наличие колонки и строки с итогами. Позвонив в бухгалтерию, она вызывала девочку с каким-то отчетом. Усадив девочку за компьютер при мощной поддержке разработчиков, попытались ввести отчет. Ровно через пятнадцать минут программа зависла. Повторная попытка привела к аналогичному результату. Разошлись, оставив программистов разбираться. В 12 часов ночи позвонил радостный Иван старший с сообщением, что разобрались и исправили. Оказывается, одна ячейка ссылалась на другую, та на третью, а третья на первую. Чтобы избежать зависания ввели предварительный контроль и вывод сообщения об ошибке. Очень радостно похвалил Ивана и пошел досыпать. Проблемы на этом не закончились. Ошибки под руками бухгалтера лезли сплошным потоком. Только через месяц удалось добиться стабильной работы с результатами похожими на правильные. Дополнительно Иваны протестировали работу математических функций. Очередной показ прошел более-менее успешно. Впрочем, перспективы практического применения оставались крайне туманны. Список замечаний и пожеланий включал в себя свыше 40 позиций. Но основной проблемой были 40к Спирали. Большие таблицы не лезли в них несмотря на все ухищрения. Еще бухгалтерия очень хотела хотя бы 100 знаков на ячейку, а лучше 120. И печать псевдографики. А так же сортировку по строкам и по столбцам и фильтры. И если в оперативную память по прикидкам это еще лезло, то с долговременное хранение становилось все более и более узким местом. Нужен, как минимум, нормальный дисковод килобайт хотя бы на 160, да и жесткий хоть на пятерочку был бы очень кстати.(тут можно по поводу дисков что-то вставить в зависимости от того, что планируется).

Сам же я, в это время занимался, в основном, Кнутом и его искусством. Шелепин переключил этот вопрос на Семичастного, а тот предложил подготовить, для начала, подробный список затронутых в книге вопросов. Специалисты КГБ подготовят обзоры текущего положения, а потом к ним, может быть, добавим кусочки из книги и передадим для оценки отечественным математикам на экспертизу. Все под грифом, конечно. Без грифа в СССР идут только такие тайны за которые сразу исчезнешь если что.

Через неделю после показа стало понятно, чем вызван энтузиазм разработчиков. И рассказал мне обо всем Анатолий. Во всех технических вузах есть курсовые или расчетные работы на симплекс-метод. Считать их вручную долго и муторно. А посчитать на ЭВМ мало кому доступно. Побывав в процессе разработки в нескольких вузах, ребята завели полезные связи среди студентов, преподавателей и научных сотрудников. Таблички для типовых примеров они сделали за два дня. Даже дописали несколько специальных дополнительных функций. Работу целиком они не делали, только расчет, все остальное делали или старшекурсники или аспиранты. За расчет брали скромно — 5 (тут сложно сказать какая сумма адекватна. В конце 70х, начале 80х за сложный курсовой с расчетами брали 100+) рублей. Кроме симплекса добавили еще несколько типовых расчетов, и венцом стала задача оптимизации графика движения, методом последовательных приближений к каким-то средним квадратам. За месяц на четверых получилось больше тысячи. Причем не только без отвлечения от основной работы, но и с пользой для программы. Основным потребителем выступали заочники. Первый отдел отслеживал ситуацию прямо с начала консультаций, но не вмешивался. Я не стал спрашивать почему, а Анатолий и не сказал. Программу решили назвать ЭлТаб. ElTab на американском. Я так и не смог смотреть на нее без содрогания, но у мира был свой взгляд. И если в СССР она просто шла в стандартной поставке Денди2 (условное название), то в тех же штатах за нее приходилось доплачивать. Цену поставили $149 за одну копию и $129 при покупке от трех и выше, а неограниченную лицензию продавали за $20000. И покупали. За пять лет пользовательская база программы превысила 200000 установок. Ее портировали на все популярные ЭВМ начиная ПДП11 (думаю ПДП все равно взлетит). Она стала корпоративным стандартом во многих крупных компаниях. И фактически эволюционировала в привычный мне вид с появлением графического интерфейса.

06. Про советский лунный трактор

(hcube)

Задача хоть в чем-то, но опередить американцев, очевидно, стояла перед Шелепиным в полный рост, потому что, объявив курс на исследование Луны автоматами, СССР начал эти самые автоматы проектировать в три смены. И, конечно, директор НИИ Интел не остался в стороне от этого увлекательного процесса.

Про Луноходы я помнил только то, что они были. Поскольку программу свернули чуть не до моего рождения, о машинах я помнил только приблизительный внешний вид - черепашка на шести... или восьми? колесах. Вроде там еще реактор был. И третий Луноход, который в музее.

Зато, как и любой завсегдатай Интернет, я отлично был знаком с американской программой исследования Марса - в 2012 о пройденных километрах и преодоленных препятствиях рапортовали примерно так же, как в СССР - о повышении удоев и выплавки металла. Надо сказать, что хвалили программу не зря - при расчетном сроке эксплуатации в 6 месяцев, парочка марсоходов прожила на поверхности аж два марсианских года - 4 земных - и несмотря на обилие мелких неисправностей, продолжала накручивать на колеса марсианский грунт.

Примерный вид марсианских роверов я хорошо помнил - 6 колес на длинноходовой подвеске, широкие раскладные панели солнечных батарей, и торчащая вверх штанга панорамной камеры. Без, правда, конкретных размеров, помнил только, что запустили марсоход ракетой среднего класса Атлас-5, с российским ракетным двигателем на первой ступени.

Этот дизайн и взяли за основу советские луноходостроители, сочтя, что песчаная пустыня Марса не сильно отличается от такой же на Земле. Или Луне.

Конечно, шасси получилось упрощенным - все-таки, ни такой производственной базы, как у американцев, ни вычислительной техники такой мощности, в наличии не было. Но внешне оно оказалось весьма похожим, разве что от поворотных узлов на колесах отказались в пользу 'танкового' разворота, при котором все правые колеса крутились в одну, а левые - в другую сторону. И число колес также увеличили до 8 штук, мотивируя это тем, что при отказе какого-то колеса будет достаточно поднять его активной подвеской над уровнем грунта, и ехать на оставшихся.

Кстати, с вычислительной техникой неожиданно помогли... танкостроители. Оказалось, что вычислительный комплекс для управления танком, и вычислительный комплекс для управления луноходом - имеют очень много общего. То же самое дублирование, те же самые сложные условия эксплуатации... та же защита от всего и вся, включая взрыв ядерной бомбы в пределах прямой видимости.

Параллельно с Луноходом, на базе взлетной ступени теперь уже никуда не летящего ЛК, сделали посадочную платформу Е-8. Запускаться система должна была Протоном, в четырехступенчатой конфигурации, четвертую ступень представлял позаимствованный с Н-1 блок Д. Вроде бы, ракетостроители Челомея, разрабатывали под Протон разгонный блок на тех же компонентах топлива, что и сама ракета, но пока что - использовали что есть.

При испытаниях на околоземной орбите, запущенный Союзом посадочный комплекс успешно выдал тормозной импульс, и прикрепленная на него вместо Лунохода тонна балласта красиво сгорела в атмосфере над Тихим океаном. Посадку же на поверхность Луны, увы, в земных условиях было никак не отработать, поэтому было решено свернуть серию Лун, и заняться отработкой новой посадочной платформы.

Первый блин, как водится, вышел комом. РН отработала, разгонный блок отработал, посадочная ступень вышла на расчетную траекторию, и... пропала. Радиоконтакт прервался в ходе работы тормозного двигателя (станции, как и Луна-9, применяли схему 'прямой посадки', без выхода на орбиту Луны, это позволяло контролировать весь процесс посадки земными вычислительными средствами). По всей видимости, отказал радиовысотомер, потому что в телеметрии высота над грунтом отсутствовала вплоть до пропадания сигнала.

Производителя платформы наскипидарили, заставив установить два высотомера, мажоритировать их показания (благо, платформа получила единый с Луноходом бортовой вычислительный комплекс на аж трех микропроцессорных блоках, причем с дополнительными средствами управления и контроля через низкоскоростной всенаправленный канал - мои записки о потерянном из-за отсутствия такого, Фобос-Грунте, также дошли до руководства космической отрасли), и выбирать из них наиболее достоверные.

Платформу несколько раз сбросили в казахской степи с вертолета на парашюте, просмотрев работу вычислительного комплекса. Вроде бы все работало, и даже выдавало корректные команды на включение двигателей и изменение их тяги, в зависимости от высоты и скорости сближения с поверхностью.

Второму луннику также не повезло. Взорвался разгонный блок при включении двигателя. Как ни странно, вычислительный комплекс выжил - диагностика показала работоспособность двух из трех бортовых вычислителей. Команды по низкоскоростному каналу на развертывание солнечных батарей и панорамной камеры также прошли успешно, но через трое суток, из-за невозможности поддерживать ориентацию на Солнце, аккумуляторы сели, и аппарат также был потерян.

Теперь выволочку получили разработчики разгонного блока, а Челомею ушло указание ускорить разработку собственного разгонного блока повышенной энергетики, на базе второй ступени новой МБР УР-100. Конечно, с другими баками, того же диаметра что на Протоне, и с другой управляющей электроникой, от МБР оставался только двигатель.

Наконец, третий раз оказался успешным - Бог троицу любит, хотя члены ЦК его существование и не признают. РН успешно ушла со старта, разгонник успешно отработал, посадочная ступень успешно села, и станция успешно перешла в рабочее положение, развернув СБ, радиаторы, штангу панорамной камеры, и антенну для высокоскоростной связи с Землей. За несколько месяцев, вся окрестность точки посадки была отснята с максимальным разрешением, которое мог дать варифокальный объектив панорамной камеры, что позволило собрать из снимков панораму с невиданным по тем временам разрешением 15000х1500 точек. Многократная съемка и наложение кадров позволила отстроиться от помех на канале передачи, и добиться высокого качества изображения.

Тем временем, в КБ Лавочкина, закончили работу над полноценным шасси Лунохода. Машина была оснащена мощным вычислительным комплексом, изотопным генератором с системой жидкостного поддержания температуры начинки Лунохода, серебряно-кадмиевыми аккумуляторами, солнечными батареями установочной мощностью в полкиловатта, термоэлектрическим генератором с приводом от изотопного генератора, мощностью еще в 300 ватт, сбросовым теплом которого как раз нагревалась электроника, шасси высокой проходимости с автоматической системой удержания горизонтали (которая использовала активную подвеску), двумя панорамными и двумя ходовыми камерами, при этом обе ходовые передавали стереокартинку напрямую, в реальном времени, а разнесенные почти на два метра панорамные - так же как на ранее испытанной станции, с накоплением кадра высокого разрешения в памяти БЦВМ. Луноход испытали в камере, имитирующей дневную (+150) и ночную (-100) поверхность Луны. В обоих случаях, система термостабилизации справлялась, перенаправляя на радиаторы большую или меньшую часть тепла реактора, так что систему признали годной для запуска.

7 ноября 1970 года, уже вполне отработанная РН Протон, снабженная новым челомеевским разгонным блоком повышенной энергетики, упершись в стартовую площадку 6 струями лилового пламени, вынесла на дорогу к Луне первый экземпляр серийного Лунохода. Прототип был оснащен по минимуму, чтобы оставить запас массы, и все равно - по сравнению со стационарной станцией, масса выросла почти вдвое - на поверхность Луны планировалось посадить примерно полтонны советского хайтеха. Видимо, магия коммунистических свершений сработала, потому что в ходе полета не случилось ни одного сбоя, перезагрузка по очереди всех трех вычислителей при прохождении радиационного пояса - не в счет. Станция успешно (хотя и несколько жестковато - скорость касания поверхности оказалась выше расчетной на 2 м/с) прилунилась, успешно раскрыла съездную аппарель, и Луноход успешно по ней скатился на поверхность, открыв тем самым новую страницу в исследовании небесных тел.

Машинка оказалась весьма удачной - несмотря на многочисленные отказы, она проработала на поверхности почти 4 года, к концу эксплуатации, перемещаясь на 5 выживших колесных блоках, 'поджав' остальные, вышедшие из строя, обломав о скалу одну из четырех консолей солнечных батарей, что снизило мощность на 20%, получив отказ одного и постоянные сбои второго вычислителя, и наконец, из-за недооценки пропускания тепла конструкцией, электроника порой перегревалась до сотни и охлаждалась до -20 градусов Цельсия - несмотря на работу системы термостабилизации на полной мощности. Луноход прошел по поверхности почти тысячу километров, побывал на месте посадки двух Сюрвейеров и Аполлона-12, и, в последней точке, был оставлен на вечную стоянку, за полной выработкой ходового ресурса (последние 50 километров преодолевались со скоростью менее 1 километра в час, притом что в начале эксплуатации, машина разгонялась до 6 километров по ровной поверхности).

Но он оказался не единственным представителем своей породы. Запуски Протонов с Луноходами продолжались по 2 раза в год вплоть до 1990 года, и по поверхности спутника порой ползало до 10 роботов, снабженных лазерными спектрометрами, буровыми установками, экспериментальными устройствами переработки реголита... да что только на эту платформу не цепляли, расширив шасси еще на один каток, полную массу до тонны, и увеличив суммарную мощность СБ и изотопного генератора до двух киловатт. Еще надо упомянуть побочную ветвь, которая пошла от той самой, первой, посадочной платформы - систему возврата грунта. Первоначально, ее хотели сделать автономной, но видя успех программы Луноходов, провели парный запуск - возвратная платформа села на маяк посадочной платформы Лунохода-3, доставленный которой аппарат уже произвел к тому моменту пробное бурение в нескольких точках, а также собрал специальным манипулятором образцы лунных камней. Все это было загружено в люк взлетной капсулы, которая успешно вернулась на Землю, доставив лунный грунт почти одновременно с Аполлоном-11.

07. Бизнес-комиссары или Mba по-советски

(Mekhanoid)

Осенний день 1971 года в Лужской северо-западной экономической зоне выдался на удивление ясным и спокойным. Солнечные лучи пробивались сквозь высокие витражи актового зала и освещали многочисленные кресла, красиво украшенную сцену и ослепительно белые стены. К приятным запахам нового помещения примешивался тонкий аромат свежего моря.

Вчерашний вечер для Юкио Касио прошел весьма бурно, а последствия употребления крепкого саке, которое русские называли vodka, сказывались в виде легкой головной боли. Несмотря на это, Юкио внимательно слушал вступительную речь одного из лидеров СССР.

- Уважаемые товарищи и зарубежные гости! - начал свое выступление товарищ Шелепин, - Я очень рад объявить об открытии первой советской бизнес-школы, созданной совместно с нашими коллегами из французской бизнес-школы INSEAD.

Не буду скрывать от вас, решение о создании данной школы было непростым. Современный мир требует от нас гибкого подхода и новых методов управления. Опыт работы свободной экономической зоны показывает, что между капиталистическими и коммунистическими странами возможно успешное и взаимовыгодное сотрудничество. Однако для управления совместными предприятиями нам необходимо новое поколение руководителей, способных эффективно выстраивать свою работу в условиях рыночных отношений с нашими зарубежными коллегами.

Именно поэтому в состав ваших групп входят не только представители социалистических стран, но и амбициозные молодые руководители из стран западной Европы. Полагаю, что совместное обучение позволит вам укрепить и в дальнейшем развить деловые отношения на благо всего мира.

Вы все прошли тщательный отбор и обладаете необходимыми навыками для успешного завершения обучения и построения дальнейшей карьеры. Фактически, я сейчас выступаю перед будущими руководителями; именно от вас будут зависеть наши экономические успехи в ближайшие десятилетия. Все это требует от вас ответственности и преданности своему делу.

Для того чтобы обеспечить непрерывный процесс подготовки будущих квалифицированных руководителей ежегодно из стен этой школы будет выпускаться свыше ста специалистов. Ваш выпуск очень важен для нас, через год, я надеюсь, мы встретимся снова на вручении дипломов. Спасибо.

В зале раздались аплодисменты, а взгляды присутствующих устремились к человеку, вышедшему к трибуне.

- А теперь, перед вами выступит с приветственной речью декан INSEAD мистер Диан Берри, - передал слово Александр Николаевич.

- Уважаемые слушатели, - начал господин Берри, - сегодня мы открываем новый этап в развитии наших взаимоотношений с Советским Союзом. Последние годы показали, что развитие мировой экономики невозможно без международной кооперации. Мы очень рады и гордимся тем, что первая советская бизнес-школа открывается в сотрудничестве с INSEAD здесь, в северо-западной экономической зоне, где уже успешно функционируют несколько десятков совместных предприятий. Создание специального учебного заведения является логическим ответом на потребности компаний в современных и эффективных менеджерах.

На протяжении следующего учебного года вы будете изучать не только экономические модели, но и методы управления совместными предприятиями. Отдельно я хотел бы упомянуть специальный курс по логистике. Думаю, с учетом территории Советского Союза и его обширных международных связей, данный курс будет востребован.

Также вы пройдете ряд тренингов по управлению коллективами и получите навыки построения международной команды для решения поставленных перед вами задач.

По настоянию советской стороны мы включили в программу обучения курс по вычислительным технологиям. Вы увидите и лично опробуете последние достижения в области автоматизации. На конкретных примерах вам будет продемонстрировано, как кардинально может измениться деятельность компании при внедрении современных средств связи и средств вычислений.

В конце обучения у нас запланирована двухнедельная стажировка. Слушатели из стран социалистического блока будут проходить стажировку на ведущих западноевропейских предприятиях, и наоборот, слушатели из европейских стран - на совместных предприятиях в Лужской свободной экономической зоне.

...

Вечером, прогуливаясь по территории кампуса под необычно ясным и звездным небом, Юкио невольно вспоминал причины своего решения получить дополнительное бизнес-образование с Советском Союзе. Скажи он кому об этом даже пять лет назад, его бы приняли за сумасшедшего.

В первый раз буклет о новой международной бизнес-школе попался ему на глаза в приемной их совместного советско-японского предприятия. Продуманный и красивый стиль сразу привлекал внимание, также как и содержание, оформленное на русском и английском языках. Как раз весной этого года проводился открытый семинар с представителями новой школы. Несмотря на первоначальный скепсис, Юкио не удержался от посещения семинара.

Новое трехэтажное здание, построенное в неоклассическом стиле, производило благоприятное впечатление. Кроме самого здания, на отведенной территории завершалось строительство жилого квартала для будущих студентов и преподавателей, а с другой стороны уже был готов небольшой спортивный комплекс.

Но самое поразительное находилось внутри. Часть здания была выделена под мощный вычислительный комплекс. На каждом (!) месте слушателя в аудиториях были установлены последние модели персональных компьютеров Орион, а все рабочие места были соединены между собой и машинным залом локальной сетью. Отдельная группа специалистов и преподавателей с гордостью продемонстрировала посетителям новые программы для автоматизации и моделирования бизнес-процессов.

Последним аргументом стал факт участия в учебном процессе профессоров из французской бизнес-школы INSEAD, а также состав слушателей. В равной степени в группах присутствовали перспективные менеджеры из западных компаний и молодые руководители из стран социалистического блока. Последние метко прозвали себя бизнес-комиссарами, явно делая отсылку на бурные революционные годы на заре советской власти.

Действительно, происходящие перемены в стране советов были больше похожи на небольшую революцию. Хотя в целом в стране сохранялся коммунистический политический строй, с экономической точки зрения происходил кардинальный разворот в сторону рынка. Особенно это было заметно в свободной экономической зоне, где казалось, что вопросы мировой революции никого не волнуют, а основными факторами успеха для коммунистов становится прибыль и доля на рынке.

....

"... и это позволит укрепить и в дальнейшем развить международные отношения на благо всего мира", - дочитал новости в последнем номере "Правды" тов. Суслов.

- Тьфу, вот ведь подлец, Сашка, - сплюнул главный идеолог партии, - и как только совесть позволяет.

Совсем обнаглели эти комсомольцы, - думал про себя Михаил Андреевич, - мало того, что вернули НЭП в отдельном регионе, так развели тут дружбу народов с проклятыми капиталистами. И еще прикрываются интернационалом, хотя по факту самые что ни на есть перерожденцы и ревизионисты. Надо что-то с этим делать, еще не поздно ...

В одном из кабинетов Кремля раздался звонок. - Алло, Леонид Ильич? - раздался тихий ровный голос на другом конце трубки, - Нужно переговорить …