Психология любви

Однако отношение к любви у великих умов разное. Для одних любовь — бесценный дар для человека: «Только любовь делает человека самим собой», — писал Платон, а И. Гете полагал, что счастлив лишь тот, кем владеет любовь.

В душе померк бы день и тьма настала б вновь, Когда бы из нее изгнали мы любовь. Мольер

Любовь — это самая интимная точка соединения природы и разума, это единственное звено, где природа вторгается в разум, она, стало быть, есть превосходнейшее среди всего природного.

Г. Фихте

Для других же любовь — отрицательное явление: «Любовь — заболевание, вроде наваждения, похожа на меланхолию» (Авиценна), «Любовь часто отнимает разум у того, кто его имеет» (Д. Дидро), «Когда мы любим, мы теряем зренье» (Лопе де Вега).

Неудивительно, что это двойственное отношение, проповедуемое на протяжении многих веков философами и писателями, проникло и в массовое сознание.

В конце XIX в. была издана небольшая книжка: «Любовь конца века». Составители ее предложили многим писателям, художникам, ученым и артистам высказаться о любви. Вот подборка этих высказываний, приведенная философом и публицистом М. О. Меньшиковым (1899).

«Любовь так же велика и таинственна, как смерть», — заявляет один поэт, адвокат и критик. «Любовь — царица мира! Она все», — восклицает один актер. «На свете одна любовь сама по себе, an und fur sich, — все остальное только для нее», — пишет один редактор и беллетрист. «Любовь это тот центр, то солнце, вокруг которого теснятся все побуждения человеческой души, все проявления человеческой воли», — заявляет другой писатель. «Что такое любовь? — захлебывается от восторга один автор исторических романов, седой и древний старец. — Для полноты этого ответа недостаточно исчерпать все лексикальное богатство всех языков, наречий, подречий и говоров всего мира. Любовь — это мировой закон, такой же неизменный и непостижимый, как закон мирового тяготения… Любовь это основной закон жизни, дыхания всего живущего» и пр. и пр. Один старый газетный критик коротко, но внушительно заявляет: «Я признаю любовь силою, равною теплу, свету, электричеству». Видите ли, даже не подобною силе, а равною! «Любовь, как инстинкт, единственный фактор жизни», — кричит одна пожилая беллетристка, а старый профессор истории и публицист впадает просто в какие-то конвульсии восторга, в какой-то бред о любви, который я даже и разобрать не в состоянии.

Всех правильнее отнесся к любви один талантливый русский фельетонист. «В жизни каждого из нас, — говорит он, — любовь играет самую незначительную роль, и то в ранней молодости… Но в разговорах, в условной лжи нашего существования, в области “нас возвышающего обмана” это по-прежнему великое, значительное и чуть-чуть не святое дело. Для того чтобы поддерживать обман и сгущать туман нашего сознания, существуют целые и многочисленные организации. Одни этот отживший вздор, который едва ли тысячного из нас сбил с пути или на путь направил, перелагают в стихи и прозу; другие облекают его в яркие краски; третьи — в музыкальные звуки; четвертые изображают на сцене; пятые разжигают критическим анализом и пр. Все это искусства, которые кормятся около любви, а все они в общей сложности не составляют для нас того, чем была любовь в доброе старое время, — искусства жизни».

Мало что изменилось и в наше время. При опросе, проведенном студенческим журналом, более половины студенток пожелали страстной любви. В своей статье в журнале «Семейная жизнь» Пол Попено описывает, что большинство людей думает о романтической любви: «Любовь — это непостижимое наваждение, что приходит ниоткуда и сразу полностью овладевает тобой, как корь. Ты узнаешь ее интуитивно. Если это настоящее чувство, тебе не придется долго гадать. Ты разглядишь ее, без сомнений. Любовь настолько важна, что ты должен отказаться от всего ради нее. Мужчине простительно бросить жену ради любви, женщине простительно оставить дом и детей, королю — трон. Она приходит совершенно неожиданно, и ты ничего не можешь поделать. Она не подвластна человеку».

Однако, как это ни покажется странным, имеется не так уж мало противников романтической и половой любви. Еще в XIX столетии за рубежом и в России среди писателей, журналистов, философов разгорелась бурная дискуссия о том, следует ли превозносить любовь, как это делается в литературных произведениях.

Английский философ Бэкон ставит любовь наряду с самой гнусной страстью — завистью, говоря, что, подобно зависти, «любовь повергает человека в бессилие». Любовь представляет самый обыкновенный предмет комедий, а иногда даже и трагедий, но она причиняет много бедствий в обыкновенной жизни, в которой играет роль то сирены, то фурии.

Немецкий философ Шопенгауэр писал о любви: «Она захватывает в свои сети всю молодую часть человеческого рода, составляет часто последнюю цель всех человеческих стремлений, вредно влияет на важнейшие дела, прерывает самые серьезные занятия, вводит иногда в заблуждение величайшие умы, смело и бесцеремонно вторгается со своими мелочами в советы государственных людей и кабинеты ученых, пробирается в виде локонов и любовных записочек в министерские портфели и рукописи философов, служит ежедневно причиной мерзких и запутанных тяжб, разрушает самые дорогие отношения, разрывает самые прочные связи, нередко губит целые состояния и карьеры, делает честных и добрых людей бессовестными и жестокими, одним словом, она всюду является демоном, производящим гибель и разрушение».

Я отрицаю то царственное место, которое дают любви в жизни, и отрицаю ее самодержавную власть.

Герцен А. И.

Об этом же писал М. О. Меньшиков (1899): «Если вспомнить, какое бесчисленное множество людей — все молодое человечество — страдает явно — и еще более тайно — от этой страсти, если вспомнить глубокое расстройство всех жизненных отношений влюбленных, расстройство дел, полное забвение ими нравственного долга, забвение всего на свете ради столь мимолетного счастья, которое почти всегда оказывается призраком, если вспомнить все эти жгучие страдания, невольно охватит глубокая жалость к жертвам и вырвется вопрос: да что же такое любовь? И отчего она так жестока? И неужели нельзя облегчить никакими средствами — если не теперешнему, то хоть будущим поколениям — эту страшную тиранию?»

И в наше время среди ученых имеются расхождения во взгляде на феномен любви. Например, Л. Каслер (Casler, 1973) говорит, что любовь — это свидетельство слабости и несовершенства человека. Он отмечает три причины, заставляющие одного человека полюбить другого. Во-первых, это потребность в подтверждении своих установок и знаний о мире. Любимый человек служит источником их валидизации. Во-вторых, любовь дает возможность удовлетворять сексуальную потребность, не испытывая при этом стыда. В-третьих, является конформной реакцией по отношению к нормам общества. Среди эмоций, сопровождающих чувство любви, главенствующую роль занимает страх потерять источник удовлетворения своих потребностей. Поэтому влюбленность делает человека несвободным, тревожным, мешает развитию человека как личности. Влюбленный человек относится к объекту своей страсти амбивалентно: с одной стороны, он испытывает к нему позитивные эмоции как к источнику жизненно важных благ, а с другой — ненавидит его, потому что он зависим от него. Действительно свободный человек, считает Л. Каслер, тот, кто не испытывает чувства любви.

Поистине, любовь стала настолько внутренне противоречивым явлением, что некоторые исследователи семейной жизни пришли к заключению, что любовь — это просто название способа подчинения более сильными членами семьи более слабых. Рональд Лэинг попросту утверждает, что любовь является прикрытием для насилия.

Роберт А. Джонсон в своей книге «Мы. Глубинные аспекты романтической любви» высказал такое мнение: «Любовь уже превращена в религию. Человеческая любовь настолько омрачена чрезмерными страданиями и переживаниями романтизма, что мы лишаемся возможности относиться к ней так, как она того заслуживает».

О том, до какого абсурда современная культура довела понятие «любовь», обозначает Ролло Мэй в книге «Любовь и воля»: «Любви как средству решения житейских проблем придается такое большое значение, что самоуважение человека зависит от того, обрел он ее или нет. Люди, которым кажется, что они нашли ее, готовы лопнуть от самодовольства, уверенные в том, что располагают неопровержимым доказательством своего спасения, подобно тому как кальвинисты считали богатство зримым свидетельством своей принадлежности к избранным. Те же, кому не удалось обрести любовь, не просто считают себя в большей или меньшей степени обездоленными, но утрачивают самоуважение, а это влечет за собой более глубокие и опасные последствия».

С любовными перегибами человечество уже сталкивалось. Тысячу лет назад, в конце первой эры, это любовное чувство вспыхнуло как эпидемия, захлестнуло всю арабскую поэзию, проникло в искусство Персии, Средней Азии, трубадуров. «Любовь-манию» открыли человечеству арабы с их горячими чувствами и фанатическим сгущением всех сил души в узкий пучок. «Я из племени Бен Азра, полюбив, мы умираем» — так отпечаталась в поэзии эта фанатическая любовь. Испытав ее, любящий становится меджнуном — безумцем и почти буквально — а то и буквально — теряет рассудок.

Литвак М. Е.

Другая точка зрения на любовь имеется у А. Маслоу. Любовь здорового человека характеризуется отсутствием тревожности, ощущением полной безопасности и психологического комфорта. Удовлетворенность психологической и сексуальной сторонами отношений у любовных партнеров с годами не уменьшается, а возрастает. Партнеры испытывают постоянно растущий интерес друг к другу, у них нет искажения восприятия, свойственного романтической любви. Трезвая оценка партнера сочетается у них с осознанием его недостатков и полным принятием его таким, каков он есть, что и обеспечивает психологический комфорт. Партнеры редко употребляют слово «любовь» для характеристики своих отношений. Но при этом испытывают большое удовлетворение от секса друг с другом. Они не изменяют друг другу, их отношения равноправны, без деления на мужские и женские роли.

Как и во многом другом у А. Маслоу, это описание любви — скорее идеал, так как эти характеристики любви были получены им на нерепрезентативной выборке самоактуализировавшихся личностей. И все же большинство людей признают: любовные переживания обогатили их духовно и эмоционально. Когда группе взрослых, несомненно обладающих опытом любовных отношений, предложили ответить на вопрос, счастливее или несчастливее они стали, испытав любовь, три четверти признались, что стали счастливее. Остальные ясно определить свое отношение не могли.

По данным Ю. Щербатых (2002), на вопрос анкеты «Сильная любовь — это награда или наказание?» большинство студентов (62 %) ответили «награда», 23 % — «наказание», 15 % — «и то и другое». Таким образом, в основном опрошенные считают, что любовь приносит людям большей частью положительные эмоции, и тем не менее почти четверть признает за этим чувством способность приносить несчастье, а одна шестая часть студентов оценивает любовь как «коктейль» из положительных и отрицательных эмоций.

Сорок семь процентов россиян предпочитают быть объектом любви, нежели дарить ее. И сильный, и слабый пол в большинстве своем признаются, что гораздо важнее ощущать, что тебя любят, чем страдать самому. Однако потребность чувствовать себя объектом привязанности сильнее у женщин: 53 % представительниц прекрасного пола считают, что «может, это и эгоистично, но страдать от неразделенной любви куда хуже», и дело не только в эгоизме — они убеждены, что «когда человек чувствует любовь от окружающих, он раскрывается полностью, а это дает ему возможность реализовать себя». Мужчины же (41 %) мотивируют свое желание быть любимыми по-другому: они боятся разочарований и предпочитают быть объектом страсти, нежели мучиться от неразделенной любви.

«Это так здорово — испытывать любовь самому!» — считают 31 % опрошенных. Прекрасное чувство окрыляет и волнует кровь. Тридцать четыре процента мужчин готовы дарить свою любовь, но не могут удержаться от замечаний: «Неплохо бы еще верить, что тебя тоже любят». Комментарии женщин более жертвенны: «Любовь — свет, который открывает дорогу, жизнь. Любовь не ради себя, а ради любимого, любимых. Это невероятное счастье». Но вот процент женщин, согласных на такую любовь, все-таки меньше: только 28 % представительниц прекрасного пола выбрали фразу: «Для меня важнее самому испытывать любовь» как вариант своего ответа.

Поздняков В. А. Психология любви // По материалам Интернета (сайт психолога об искусстве любви). 2004

Не случайно поэтому при опросах различных групп любовь называют среди наиболее значимых для человека терминальных ценностей, причем у девушек и юношей она стоит соответственно на первом и втором месте, отходя на более дальние позиции у взрослых обоего пола (А. А. Игнатьева, 2001). Как показано в исследованиях ряда авторов (Ч. А. Шакеева, 1996; Е. Ф. Рыбалко, Н. Г. Крогиус, 1998; А. И. Пеньков, 2000), любовь занимает средние места в структуре терминальных ценностей взрослых молодых людей, а по данным Т. В. Андреевой (1998), в ценностях мужчин любовь занимает четвертое место, а в женских ценностях — даже шестое.

Причина этого, как писал Э. Фромм, в огромных количествах «ширпотребных фильмов» о счастливой и несчастливой любви, а также в «низкопробных песенках» о любви, в демонстрировании поверхностного и легковесного отношения к любви. Хотя публика до предела насыщена информацией «вроде бы о любви», мало кто имеет представление о «настоящей любви», не умея ее отличить от «любви фальшивой». Ныне на Западе считается «модной» любовь в истоке — внезапно нахлынувшее чувство, эмоциональная спонтанность, необузданная страсть, чаще всего исключающие ответственность, человеческую серьезность, духовно-нравственное родство и взаимопонимание между партнерами. Несмотря на то что все горят «страстным желанием любви», практически в обществе потребления «почти все считается более важным, чем любовь: успех, престиж, деньги, власть; вся энергия тратится на достижение этих целей, и почти ничего не делается для того, чтобы научиться искусству любви».

Что же мешает людям жить в любви, иметь счастье в супружеских отношениях? Б. Рассел (1929) писал по этому поводу: «В современном мире существуют в каком-то смысле враждебные отношения между религией и любовью. Я не считаю их непреодолимыми; просто они обусловлены тем фактом, что христианская религия — в отличие от некоторых других — упорно поддерживает аскетизм <…> Сознание греховности [половой] любви, даже любви супружеской, приобретенное в процессе традиционного воспитания, подсознательно сохраняется как у мужчин, так и у женщин; оно наблюдается и у тех, кто имеет свободные от предрассудков убеждения, точно так же, как и у тех, кто придерживается традиционных взглядов. Последствия этого отношения к любви различны: у мужчин это выражается в том, что их любовные усилия (love-making) носят грубый и неприятный характер, поскольку они не способны сказать слова нежности и тем поддержать чувство женщины, ни должным образом прийти к последнему мгновению, которое так важно для получения женщиной удовольствия от полового акта. Более того, они часто и не осознают, что женщине необходимо получать удовольствие и что если этого не происходит, то в этом виновата не она, а ее партнер. В то же время у части женщин, получивших традиционное воспитание, наблюдаются холодность и большая сдержанность и нежелание перейти к физической близости. Искусный любовник, наверное, может побороть эти недостатки, но мужчина, который восхищается ими как признаками честной женщины, на это неспособен, так что в результате многолетние брачные отношения остаются очень сдержанными и более или менее формальными. Наши дедушки никогда не видели своих жен обнаженными, и их жены пришли бы в ужас от одной лишь мысли об этом. Такое отношение гораздо чаще встречается, чем можно подумать. Даже у тех, кто преодолел эти недостатки, кое-что сохранилось от старой сдержанности <…> Но в современном мире у любви есть враг гораздо более опасный, чем религия, для которого евангелием являются работа и экономический успех. Часто можно услышать, особенно в Америке, что любовь не должна мешать карьере, и если она кому-то мешает, то этот человек глупец. Однако здесь, как и в других вопросах, необходимо стремиться к достижению равновесия. Было бы глупо, хотя в некоторых случаях это может показаться героическим поступком, полностью пожертвовать карьерой ради любви; но было бы не менее глупо — и в этом нет ничего героического — полностью пожертвовать любовью ради карьеры. Тем не менее такое случается — и при том неизбежно — в обществе, организованном на принципе всеобщей погони за деньгами. Посмотрите на жизнь обычного бизнесмена, например в Америке. Сразу после окончания юности все его мысли и вся его энергия устремлены на достижение финансового успеха. Пока он еще молод, он удовлетворяет свои половые потребности, посещая время от времени проституток; наконец он женится, но все его интересы лежат в другой плоскости, чем интересы его жены, и между ними никогда не возникают по-настоящему интимные отношения. Он, усталый, поздно приходит домой из своего офиса; рано утром, когда жена еще спит, уезжает на работу; в воскресенье он играет в гольф, чтобы быть физически крепким, так как это необходимо, чтобы успешно делать деньги. Все, что интересует его жену, кажется ему таким женским, что он не хочет разделять ее интересы, хотя в принципе одобряет их. Для незаконной любви у него просто нет времени — впрочем, как и для законной, — и он лишь во время деловых поездок иногда посещает проституток. Его жена остается сексуально холодной, и это ничуть не удивительно, поскольку он никогда не ухаживает за ней. Подсознательно он все время живет с чувством неудовлетворенности, но не знает, откуда оно у него. Он забывает об этом чувстве во время работы или же когда с садистским вниманием следит за боксерским матчем или принимает участие в кампании преследования левых радикалов. Его жена, которая тоже испытывает чувство неудовлетворенности, борется со скукой, поддерживая второсортную культуру; оставаясь верной своему мужу, она участвует в преследовании тех, кто живет благородно и духовно свободным».

По мнению Б. Рассела, есть еще одно психологическое обстоятельство, препятствующее полному развитию любовного чувства в современном мире, — страх потерять целостность своей индивидуальности. Это, конечно, глупо, но — увы! — очень современно. Индивидуальность не есть нечто такое, что ценно само по себе, потому что она постоянно обновляется благодаря контактам с миром и уже в силу этого не может сохранять целостность и замкнутость. Индивидуальность, которая замкнулась бы в самой себе, как в стеклянной клетке, скоро зачахла бы; в то время как индивидуальность, все более и более вовлекаемая в контакты с людьми, становится все богаче и богаче. Любовь дает огромные возможности плодотворного общения индивида с остальным миром.

1.4. Возрастные особенности отношения к любви

Люди молодого и среднего возраста воспринимают любовь и ведут себя в отношении любви по-разному (М. Г. Зибзибадзе, 2011). Молодые считают любовь более важной стороной жизни, чем люди среднего возраста, и склонны полностью погружаться в любовь (влюбленность); у людей среднего возраста любовь более зрелая, основана на дружбе и предполагает гармоничные отношения. Для них ощущение любви со стороны партнера важнее, чем для молодых.

С возрастом потребность быть любимым уступает место желанию испытывать любовь самому. Сорок три процента респондентов старше 50 лет мечтают дарить любовь окружающим и только 34 % — быть объектом чьей-то любви. «Не бойся, если вдруг тебя разлюбят. Куда страшней, когда разлюбишь ты», — цитируют песню Марка Бернеса представители старшего поколения. С возрастом приходят мудрость и понимание, что необходимо «дарить любовь людям, чтобы они испытывали такие же чувства по отношению к другим людям. И тогда, может, мир станет хоть чуточку добрее!» Двадцать два процента россиян затруднились ответить на поставленный вопрос. Они считают, что в отношениях важна гармония и взаимность, а односторонняя любовь — это удел несчастных людей.

Поздняков В. А. Психология любви // По материалам Интернета (сайт психолога об искусстве любви). 2004

Молодые отмечают, что готовы жертвовать собой ради любви, тогда как представители среднего возраста отрицают такую жертвенность. Для молодых в большей степени характерна неуверенная позиция в романтических отношениях, чем для людей среднего возраста. Последние же ориентированы на любовь-дружбу, основанную на долгом привыкании друг к другу. Общим для тех и других является мнение, что женщина не может быть инициатором любовных отношений и занимать в них лидирующую позицию.

Кларк и ее коллеги предположили, что любовные отношения по своей природе могут быть либо обменными (exchange relationship), либо коммунальными (communal relationship) (Clark, Mills, 1979). Партнеры, состоящие в обменных отношениях, учитывают все связанные с ними издержки и выгоды, поэтому в основе этих отношений лежат принципы социального обмена. В таких отношениях хороший поступок одного партнера должен быть вознагражден другим партнером и ведется строгий количественный учет того, кто и что делает. Коммунальные отношения качественно отличаются от обменных. Главное место в этих отношениях занимает не «бухгалтерия» социального обмена и не вознаграждения и издержки, а потребности партнера. Поэтому эта форма отношений требует большего самопожертвования. Вы делаете что-то для любимого человека, не ожидая, что за вашим поступком обязательно должно последовать вознаграждение. Хотя в коммунальных отношениях тоже может происходить обмен взаимными услугами. Эти два типа отношений отличаются скорее своими правилами, чем фактическими выгодами, которые они дают партнерам (Clark, Mills, 1979).

Фернхем А., Хейн вен П. 2001. С. 152

Особенности отношения к любви субъектов разного юношеского возраста (старшеклассники и студенты) были изучены Е. Вараскиной и Л. Деминой[6].

Контент-анализ ответов на вопрос: «Зачем мужчина и женщина любят друг друга?» позволил им выделить пять наиболее важных функций любви с точки зрения современной молодежи: любовь позволяет «обрести близкого человека и не быть одиноким», дает «ощущение счастья», учит «отдавать и получать заботу, понимание, нежность, поддержку, доверие», является основой «создания семьи и рождения детей», наконец, любовь ощущается молодежью как ценная сама по себе: «мы любим, чтобы любить». Для женской ментальности эти пять категорий являются основными как в школьные, так и в студенческие годы, меняется только их иерархия. Так, в школьные годы на первом плане была потребность иметь близкого человека, а в студенческие самым важным стало умение получать и отдавать в любви. У молодых людей в студенчестве потеряла свою значимость категория, которая была на четвертом месте в школьные годы, — «любить, чтобы было весело, не было скучно». Повысился рейтинг категорий «делать любимого человека счастливым, отдавать заботу, поддержку, понимание» и «любить, чтобы испытывать любовь», но вместе с тем снизилось значение любви для создания семьи.

Анализ результатов психосемантического дифференциала позволил авторам выделить три вида любви для женской ментальности.

Счастливая любовь — ориентирована на «чувство Мы» в отношениях, в ней девушки хотят получать нежность и поддержку от мужчины и сами стремятся делать его счастливым, уважать и заботиться о нем. Они чувствуют себя нужными, а свою жизнь считают полной смысла. Счастливая любовь рассматривается как основа создания семьи и рождения детей. Такие отношения не предполагают ревности, измен, легкого разрыва отношений, игры в любовь, власти над партнером или любви от скуки. Однако в подобных отношениях слишком мало свободы для творчества и самореализации. Именно счастливая любовь максимально соответствует смыслу любви для девушек в данном возрасте.

Любовь как у всех — в такие отношения, по мнению девушек, женщины вступают от страха быть одинокой.

Любовь ради секса — позволяет иметь власть над партнером, может быть средством улучшения материального положения и социального статуса, не предполагает сильных переживаний и страданий от любви.

Последние два вида любви выделяются на основе анализа социального опыта и не входят для девушек в смысл любви. Поскольку смыслообразующей моделью любви является только счастливая любовь, то можно констатировать, что смысл любви для девушек в данном возрасте практически не меняется.

Представления молодых людей, напротив, резко меняются в период студенчества. Если в школьном возрасте выделяются три вида любви: счастливая любовь, творческая любовь и секс, то в студенческом — это любовь-власть, любовь как у всех и любовь-самоотдача. В школьные годы все три вида любви ассоциируются с собственным пониманием любви школьниками (счастливая любовь). Это любовь, в которой царит «чувство Мы», в которой молодые люди готовы много отдавать и так же много получать, которая делает людей счастливыми, а жизнь — полной смысла. В студенчестве смысл любви для молодых людей опирается на вариант любви-самоотдачи. В таких отношениях молодые люди стремятся сделать женщину счастливой, ориентируются на «чувство Мы» в отношениях, чувствуют свою жизнь осмысленной, не признают измен, легкого разрыва отношений и любви ради секса. Таким образом, сексуальные отношения в данном возрасте по-новому включаются в понимание любви: критерием настоящей любви становится готовность отказаться от быстрых сексуальных отношений и в первую очередь сделать женщину счастливой.

У девушек и молодых людей, отмечают Е. Вараскина и Л. Демина, в школьные годы существует общая модель счастливой любви, что, безусловно, полезно для построения гармоничных отношений, однако эта модель сильно идеализирована. От такой любви школьники ждут только ощущения счастья и смысла жизни, исключая возможность в таких отношениях ревности, легкого разрыва отношений, измены, любви от скуки, власти или корысти в любви. Интересно, что молодые люди уже в школьные годы ощущают недостижимость этого идеала: по их представлениям, мужчина в таких отношениях не только «любит, чтобы быть счастливым», но и «страдает, любя эту женщину». Для девушек эта модель отношений остается значимой и в студенческие годы; сохраняется идеализация любви и близких отношений. У молодых людей в период студенчества происходит резкая смена представлений о любви, при этом разрушается прежняя модель счастливой любви.

Следующей проблемной установкой является противопоставление любви ради творчества и самосовершенствования и любви, предполагающей создание семьи, в сознании старшеклассников и девушек-студенток и незначимость творчества и самосовершенствования в любви для юношей-студентов. Еще одна проблема — разрушение связи любви с созданием семьи в сознании юношей-студентов.

Наконец, важной проблемной зоной в представлениях о любви является связь любви с сексуальными отношениями. Молодые люди в школьные годы выделяют сексуальные отношения как отдельный значимый вид отношений между полами, не связывая их ни с какими смыслами любви. В период студенчества происходит интеграция сексуальных отношений и понимания любви, но через отрицание: критерием любви для молодых людей становится готовность отказаться от быстрых сексуальных отношений и в первую очередь «делать девушку счастливой, уважать и заботиться о ней». Девушки в школьные и студенческие годы соединяют сексуальные отношения и любовь лишь в модели поведения роковой женщины, любящей ради секса, которая имеет власть над партнером, для того чтобы улучшить материальное положение и социальный статус, играющей в любовь, при этом не испытывая никаких страданий от любви.

1.5. Стадии любви

Как показали американские психологи, человек проходит через три стадии, присущие любви: вожделение, страстное увлечение и привязанность[7]. Причем каждая из этих стадий может оказаться последней.

Первая стадия — вожделение, напрямую связана с сексуальным возбуждением, с потребностью организма в сексе. Длится она может от нескольких часов до нескольких дней — пока не сменится гормональный фон, пока организм не «насытит» свою сексуальную жажду.

Многие молодые люди, не достигшие еще сознательной стадии выбора одного постоянного партнера, застревают на первом этапе, не стремясь к остальным двум. Если на этом этапе партнеры не разошлись и довольны друг другом, то наступает вторая стадия любви — страстное увлечение. «Весь мир разделен для меня на две половины, — говорит Андрей Болконский, который любит Наташу. — Одна — она, и там все счастье, надежда, свет; другая половина — все, где ее нет, там все уныние и темнота».

По мнению М. Самыгина, «любимый человек делается для того, кто любит, мировой величиной. В душе любящего странные весы, на чашах которых одинаково весят один человек и весь земной шар, одно существо и все человечество. Любимый человек и в самом деле равен для любящего всему человечеству: только он один на земле может утолить самый глубокий голод любящего. Он для него абсолютная ценность — ни с чем не сравнимая, важнее всех важных, главнее всех главных. Но для других людей он такой же, как все, ничем не лучше других. Любимый на весах любящего делается бесконечной ценностью, его ощущают как частичку, искорку “абсолюта” — частичку наивысшей ценности, которая остается наивысшей на любых весах. И возможно, любовь — единственное зеркало, в котором, пусть странно, но видна эта настоящая цена человеческой жизни», — резюмирует С. Самыгин.

Человек, испытывающий страстную любовь, выражает ее физически: его глаза говорят и о том, что он в восторге от своего партнера, и о том, что он считает их отношения исключительными.

То, что это действительно так, доказал Зик Рубин (Rubin, 1970). Он разработал некую «Шкалу любви» и применил ее в эксперименте, участниками которого стали сотни влюбленных пар из Мичиганского университета. Через стекло с односторонним зеркальным покрытием Рубин наблюдал за участниками эксперимента, находившимися в приемной, обращая внимание на зрительный контакт между «слабо любящими» и «сильно любящими» друг друга парами. Вывод, к которому он пришел, не удивит вас: «сильно любящие» пары выдавали себя тем, что подолгу смотрели друг другу в глаза.

Майерс Д. 2004. С. 533

Мурштейн (Murstein, 1999) тоже выделяет три стадии предбрачного ухаживания. На стадии стимула, когда мужчина и женщина впервые встречаются друг с другом, складывается первое впечатление друг о друге, и если оно благоприятно, пара переходит ко второй стадии — сравнения ценностей, когда из совместных бесед мужчина и женщина должны понять, согласуются ли их интересы, установки, потребности. Если обнаруживается их совместимость, то ухаживание переходит в заключительную ролевую стадию, во время которой возможные партнеры выясняют, насколько совместимо выполнение ими своих ролей в браке.

Адамс (Adams, 1979) делает дополнение к описанию стадий ухаживания. Он пишет о стадии укрепления отношений, когда молодые люди приобретают для окружающих статус пары и ощущают уют и спокойствие в присутствии друг друга, а также о последующей за этим стадии взаимных обязательств и близости, которая создает платформу для принятия решения о вступлении в брак.

1.6. Языки любви

Исходя из своего двадцатилетнего опыта консультирования по проблемам брака и семьи, Г. Чепмен пришел к заключению, что существуют пять способов (языков), при помощи которых люди выражают и воспринимают эмоциональную любовь. Чтобы адекватно выразить свою любовь, человеку важно говорить на том языке любви, на котором говорит объект его любви.

Формирование языка любви начинается в детстве. У детей, которые чувствуют любовь своих родителей и своих сверстников, формируется основной язык любви, основывающийся на их индивидуальном психологическом окружении и на том, как их родители и другие важные для них люди выражали им свою любовь. Они будут владеть одним основным языком любви, говорить на нем и понимать его. Позже они, возможно, выучат и другой язык любви, но наиболее комфортно они всегда будут чувствовать себя лишь с основным. У детей, которые не чувствуют любви со стороны своих родителей и сверстников, тоже разовьется основной язык любви. Однако он будет в какой-то мере искажен.

Посколько любящие друг друга чаще всего воспитывались в разной социальной среде, очень редко бывает так, что их основные языки любви будут совпадать. И это может приводить к тому, что, например, супруг или супруга не будут понимать того, что стремится выразить партнер. Он выражает свою любовь, но послание не доходит до адресата, поскольку то, о чем он говорит, звучит как на иностранном языке. Для того чтобы установить взаимопонимание, нужно определить свой основной язык, а также основной язык любви своего супруга или супруги.

Языками любви, по Г. Чепмену, являются слова одобрения, качественное время, получение подарков, акты служения и физические прикосновения. Автор дает подробные примеры и оптимальные способы использования этих языков, и желающие узнать о них больше могут обратиться непосредственно к его книге. Здесь же я изложу наиболее важные положения, характеризующие значение каждого из этих языков любви. Конечно, они отражают некоторые, я бы сказал, идеализированные отношения между любящими, а в реальной жизни все сложнее. Кроме того, некоторые заключения, делаемые Г. Чепменом, не безупречны. Например, он полагает, что если жена говорит: «Как ты думаешь, у тебя получится почистить водосточный желоб в выходные?», то она проявляет любовь, высказывая просьбу. А жена, которая говорит: «Если ты в ближайшее время не почистишь водосточный желоб, то он упадет нам на голову. В нем уже деревья растут», — перестала любить и превратилась во властную маму. Думается, что авторитарный стиль общения одного супруга с другим не свидетельствует об отсутствии любви. Другое дело, что он затрудняет поддержание любовных отношений.

Одобрение действий и поступков друг друга. Психолог У. Джеймс утверждал, что самой большой потребностью человека, скорее всего, является потребность в одобрении. Поэтому слова одобрения, поддержки являются мощными коммуникаторами любви. Однако многие семейные пары так и не поняли огромную силу вербальной поддержки друг друга. А между тем комплимент оказывает гораздо более сильное мотивирующее воздействие, чем ворчание.

Лучше всего одобрения выражаются в простых и незамысловатых фразах поддержки.

Можно использовать слова одобрения не прямо, а через «посредников» — родственников, друзей. Для этого надо хвалить своего супруга или супругу перед другими и в их присутствии.

Бывает, что одному из партнеров трудно произнести слова одобрения, так как это не является его основным языком любви. Возможно, для того чтобы овладеть этим вторым языком, ему потребуется приложить большие усилия. Это будет особенно трудно сделать тем, у кого привычными являются слова осуждения и критики.

Так, многие мужья оказывают давление на своих жен с тем, чтобы они занялись похудением. Муж говорит: «Я ее подбадриваю», а для жены это звучит как осуждение. Подбадривать ее целесообразно только тогда, когда она сама решит сгонять вес. До тех пор пока у нее не возникнет такого желания, слова супруга будут восприниматься как проповедь, как слова, которые выражают не любовь, а скорее отвержение.

Очень важно то, как партнеры выражают свои желания. Если это требования, то тем самым они перекрывают путь к близким отношениям. Любовь просит, а не требует.

Качественное время. Ключевым аспектом качественного времени, пишет Г. Чепмен, является близость, которая определяется сфокусированным вниманием. Некоторые мужья и жены думают, что проводят время вместе, в то время как в действительности они просто живут по соседству друг с другом. Муж, смотрящий футбольный матч по телевизору во время разговора с женой, не уделяет ей качественного времени, так как она не получает его внимания полностью.

Однако качественное время не означает совместное времяпрепровождение, уставившись в глаза друг другу. Это значит, что мы что-то делаем вместе и отдаем все свое внимание другому человеку, что мы заботимся друг о друге, что нам нравится быть друг с другом, что нам нравится делать что-либо вместе.

Качественное время включает в себя качественную беседу. Под ней Г. Чепмен подразумевает симпатический диалог, во время которого два индивидуума делятся своим опытом, мыслями, чувствами, желаниями — делятся по-дружески, не перебивая друг друга. Большинство людей, жалующихся на то, что их половина не разговаривает с ними, не подразумевают того, что он или она в буквальном смысле не произносит ни слова. Имеется в виду то, что они редко принимают участие в симпатическом диалоге.

Качественная беседа существенно отличается от первого языка любви. Слова одобрения сфокусированы на том, что мы говорим, в то время как качественная беседа сфокусирована на том, что мы слышим.

Научиться слушать необходимо, если человек хочет выражать свою любовь. И это особенно важно, если основной язык любви у одного супруга — качественное время, а диалектом другого является качественная беседа.

Вот несколько практических советов, по Г. Чепмену:

1) когда ваш супруг или ваша супруга говорят, поддерживайте с ними зрительный контакт. Это не позволяет вам отвлекаться и сообщает, что все ваше внимание полностью направлено на него/на нее;

2) нельзя делать два дела одновременно — слушать свою супругу и делать что-либо еще. Помните: качественное время — это внимание, отданное кому-либо безраздельно. Если вы читаете, смотрите телевизор или делаете что-либо другое, в чем вы остро заинтересованы и от чего вы не можете немедленно оторваться, то скажите своей супруге или своему супругу правду. Положительный подход может быть следующим: «Я знаю, что ты хочешь поговорить со мной, и мне это интересно, но я хочу, чтобы меня ничто не отвлекало. Я не могу уделить тебе все свое внимание прямо сейчас, но если ты дашь мне десять минут для того, чтобы я закончил это дело, я сяду и выслушаю тебя». Большинство супругов нормально отреагируют на такую просьбу;

3) следите за языком телодвижения. Стиснутые кулаки, дрожащие руки, слезы, нахмуренные брови и движение глаз могут дать вам ключ к тому, что чувствует другой. Иногда язык телодвижений говорит об одном, в то время как слова говорят о другом. Попросите разъяснений для того, чтобы убедиться в том, что вы знаете, о чем супруг или супруга действительно думает и что он (она) действительно чувствует;

4) не перебивайте. Исследования показали, что в среднем человек слушает только в течение семнадцати секунд, прежде чем перебить собеседника и вставить свои собственные соображения.

Говорят: «Любовь — добра». Поэтому если мы хотим словами передать чувства любви, то необходимо использовать добрые слова. Важна также и манера речи. В зависимости от того, как вы произносите свои слова, одно и то же предложение может иметь разные значения. Супруг обычно интерпретирует послание исходя из тона, каким оно было произнесено, а не исходя из значения употребленных слов.

Один из мудрецов древности сказал: «Мягкий ответ отворачивает гнев». Поэтому если супруг зол и расстроен, если он сгоряча выпаливает вовсе не то, что вы хотели бы слышать, то не следует отвечать ему в той же раздраженной манере. Рассматривайте то, что вы услышали, только как информацию о его эмоциональном состоянии, позвольте ему высказать свои боль, злость и восприятие происшедшего. Попытаетесь поставить себя на его место и увидеть события с его точки зрения, а затем, мягко и по-доброму, выскажите свое понимание того, почему он так себя чувствует. Если вы обидели его, то вам следует признаться в этом и попросить прощения.

Существует еще один диалект, который Г. Чепмен называет качественной деятельностью. Качественная деятельность может включать в себя все, что интересно обоим супругам или одному из них, — прогулки, работа на садовом участке и т. д. Основной акцент делается не на том, что вы делаете, а на том, почему вы это делаете. Цель — пережить что-либо вместе, закончить это с чувством: «Он заботится обо мне. Он хотел делать вместе со мной то, что приносит мне удовольствие, и делал это с позитивным отношением». Для многих людей это самое громкое проявление любви.

Получение подарков. Подарки — это визуальное олицетворение любви, это то, что можно подержать в руках и подумать: «Он думал обо мне» или «Она вспоминала обо мне». Если основным языком любви супруги является язык получения подарков, то практически все, что вы ей подарите, будет воспринято как проявление любви, и денежная стоимость подарка не имеет большого значения. Однако если миллионер будет каждый день дарить своей жене подарки стоимостью в один доллар, то она вправе сомневаться, являются ли они проявлением любви. А если финансовые возможности семьи ограничены, то подарок стоимостью в один доллар может говорить о любви стоимостью в миллион.

Если супруга критично относится к тому, что вы дарили ей в прошлом, если почти все, что вы ей дарили, не воспринималось, то тогда получение подарков почти наверняка не является ее основным языком любви.

Существует и неосязаемый подарок, который иногда говорит громче, чем любой подарок, который можно держать в руках. Г. Чепмен называет его дарением самого себя, или подарком присутствия. Быть рядом тогда, когда вашему супругу это необходимо, — очень сильный сигнал тому, чьим основным языком любви является язык получения подарков.

Если ваш супруг говорит вам: «Я действительно хочу, чтобы ты была со мной здесь сегодня вечером, завтра, сегодня днем», отнеситесь к этому серьезно. С вашей точки зрения, это может не иметь большого значения. Не откликнувшись на эту просьбу, вы, возможно, передадите то послание, которое не собирались передавать.

Акты служения. Под актами служения Г. Чепмен подразумевает выполнение тех действий, которых желает ваш супруг или ваша супруга.

Пример выражения любви через акт служения показал Иисус Христос, омыв ноги своим ученикам. В цивилизации, где люди носили сандалии и ходили по грязным улицам, существовал обычай, когда слуга хозяина дома омывал ноги гостям, когда те приходили в дом. Иисус, учивший своих учеников любить друг друга, показал им пример выражения любви, взяв лохань и полотенце и омыв им ноги. Таким простым проявлением любви он вдохновил своих учеников последовать его примеру.

Лучшими актами служения мужа является помощь своей жене в домашних делах, что требует от супругов пересмотра стереотипов своих ролей.

Служите друг другу в любви.

Апостол Павел

Физическое прикосновение. Физическое прикосновение, как уже говорилось, является мощным средством для передачи любви. Держаться за руки, обниматься, целоваться, совершать половой акт — все это пути передачи эмоциональной любви своему супругу. Для многих людей физическое прикосновение является основным языком любви, без этого они не чувствуют себя любимыми.

Любовные прикосновения могут быть явными и длительными (например, сидеть, прижавшись друг к другу, и смотреть любимую передачу по телевизору) или завуалированными и кратковременными, как, например, рука, положенная на плечо, когда вы наливаете супругу кофе, касание своим телом его тела, когда вы проходите мимо него в кухне, или поцелуй либо объятие супруга, когда вы уходите из дому и когда возвращаетесь обратно. Если вы увидели, что основной язык вашего супруга — это прикосновение, то способы выражения вашей любви к нему могут ограничиваться лишь вашим воображением. В тот момент, когда супруга плачет, самым важным для нее являются объятия мужа. Его слова могут не значить почти ничего, но прикосновение покажет, что ему не безразличны переживания жены.

Как определить свой основной язык любви. Г. Чепмен предложил три способа определения основного языка любви.

1. Что из того, что ваш супруг делает или не делает, говорит или не говорит, больнее всего ранит вас? Противоположное тому, что причиняет вам наибольшую боль, возможно, и является вашим основным языком любви.

2. Чего вы чаще всего требовали от своего супруга? То, что вы просили чаще всего, весьма вероятно, и является тем, что даст вам почувствовать себя любимой.

3. Каким образом вы регулярно выражаете любовь своему супругу? Ваш способ выражения любви может быть индикатором того, что может помочь и вам чувствовать себя любимой.

Если два языка представляются вам равными, т. е. они оба громко говорят вам о любви, то вы, возможно, двуязычны.

Глава 2

Виды любви

2.1. Классификации видов любви

Имеется несколько подходов к классификации видов любви. Л. Н. Толстой выделял любовь деятельную и любовь красивую: первая заключается в стремлении удовлетворить все желания, прихоти, даже пороки любимого существа; вторая — в любви красоты самого чувства и его выражения. В первом случае проявляется эмоционально-ценностное отношение к человеку, во втором — к переживаниям, которые она вызывает.

Хатфилд (Hatfield, Rapson, 1996) тоже выделяет два вида любви: сострадательную и страстную. Первая характеризуется обоюдным уважением, привязанностью и доверием. Вторая связана с интенсивными эмоциями, сексуальным влечением и тревогой.

Э. Фромм, К. Изард и другие исходят из объекта любви и говорят о любви родителей к своим детям (родительская, материнская и отцовская любовь), детей к своим родителям (сыновняя, дочерняя), между братьями и сестрами (сиблинговая любовь), между мужчиной и женщиной (романтическая любовь), ко всем людям (христианская любовь), любовь к Богу. Кроме того, Э. Фромм ввел и объяснил новые, квалифицирующие термины и понятия: подлинная любовь, плодотворная любовь, зрелая любовь, братская любовь, неплодотворная, или иррациональная, любовь, любовь-поклонение, фальшивая любовь, сентиментальная любовь, невротическая любовь (Д. Бьюдженталь), незрелая форма любви, или симбиотический союз.

Т. Кемпер (Kemper, 1978) при выделении типов любви опирался на соотношение двух факторов — власти (способности силой заставить партнера сделать то, что ты хочешь) и статуса (желания партнера по общению идти навстречу требованиям субъекта). Он выделил семь типов любовных отношений, которые представляются несколько надуманными, не соответствующими реальной жизни:

1) романтическая любовь, в которой оба партнера обладают и статусом, и властью (поскольку каждый может лишить проявлений своей любви);

2) братская любовь, основывающаяся на высоком статусе у каждого и низкой власти — отсутствии возможности к принуждению;

3) харизматическая любовь, в которой один из партнеров обладает властью и статусом, а другой — только статусом; это любовь между партнерами, сильно различающимися по возрасту и статусу;

4) «измена» — один из партнеров обладает властью и статусом, а другой — только властью. Примером таких отношений может быть измена одного из супругов, который сохраняет власть, но теряет в глазах партнера статус;

5) влюбленность — у одного из партнеров есть и власть, и статус, а у другого нет ни того ни другого; это вариант «безответной» любви;