Зов отчаяния

Ольга Мигель

Зов отчаяния

Я бежала — быстро, долго, задыхаясь. Что-то далеко позади меня преследовало и неумолимо приближалось. Хотелось схватиться рукой хоть за что-то — просто чтобы не упасть, ощутить эфемерную точку опоры хотя бы на миг!..

Она оказалась перед моими глазами ровно за секунду до того, как рука ухватилась за нее — тонкая белая ветвь. Одна из тысяч, миллионов ветвей, в паутине которых я сейчас стояла, чудом не задевая ни одну другую, кроме этой, единственной. Алый шелк легкого платья развевался в невесомости, завлекаемый тоненькой веточкой. Белая кора пульсировала под моей кожей, притягивала, впитывала мой разум, словно губка, и уносила к яркому свету.

Звонкий, ритмичный стук заставил молодого мужчину, до этого спавшего лицом на разбросанных по столу бумагах, подскочить и поспешить к входной двери небольшой квартиры, в стенах которой царил полный хаос.

— Это ты? — поинтересовался мужчина, почесав густую черную бороду.

— Нет, Королева драконов! — раздался смешок в ответ. Ухмыльнувшись, хозяин квартиры отворил дверь и тут же оказался в радостных объятиях молодого шатена приятной, открытой наружности.

— Сколько лет не виделись! — радостно проговорил мужчина, жестом приглашая гостя войти. — И кто бы мог подумать, что встретимся по такому поводу.

— А чем тебе не повод? — подмигнул тот.

— Брось, это же бред! — отмахнулся хозяин.

— Непривычно слышать подобное от тебя.

— Вот как раз я имею полное право так говорить! Рафтан, я неудачник, которого никто не воспринимает всерьез! Клоун научного мира. И если уж какая теория или метод исследования кажутся мне очень удачными, будь уверен, их засмеют! Зачем тебе это?

— Затем, что никто никогда не делал раньше ничего подобного и, поверь мне, мы войдем в историю!

— Но как ты вообще собираешься провести такое исследование? — нахмурил черные брови мужчина.

— Наука не стоит на месте, Лалиор, — улыбнулся он. — Буквально на днях закончилось тестирование нового препарата, с помощью которого возможно продлить сон до шести месяцев! Полгода! Этого вполне достаточно, чтобы найти их.

— Но ведь официальная цель экспедиции…

— Да-да, исследования мира снов, я помню. Именно под таким предлогом я и выбил бюджет. Но ведь одно другому не мешает, правда ведь! А если я окажусь прав — а я не сомневаюсь в том, что прав, — мы перевернем все с ног на голову!

— И ты правда веришь, что сможешь найти бога? Да ведь даже Праматерей оборотней никто, кроме самих оборотней, и не видел, не смотря на то, что они ЯКОБЫ существуют в мире наяву! Помилуй, это же…

— Что ты теряешь? — перебил Рафтан. — Все равно ведь сейчас без человеческой работы…

— Тебе, видимо, тоже захотелось узнать каково это — быть ни кому не нужным безумным ученым, которого не берут в научные учреждения даже лаборантом.

— Повторяю свой вопрос: что теряешь ТЫ? Я в любом случае сделаю это, но в подобном деле мне нужен напарник — тот, на кого я смогу положиться в основной цели экспедиции; тот, кому я смогу доверить вторую группу. Послушай, ты отличный ученый, мышление которого меня всегда восхищало, и плевать на остальных! Я в тебя верю и знаю, что вместе мы добьемся успеха. Ну так что скажешь?

— Ладно, я подумаю, — отмахнулся Лалиор, тщетно пытаясь скрыть азарт в загоревшихся глазах.

— Тогда жду тебя завтра после обеда в моем кабинете. И ради Стихий, сбрей ты эту бороду! — засмеялся мужчина напоследок, прежде чем исчезнуть за захлопнувшейся дверью.

Внезапно я почувствовала, как земля под ногами исчезла. Маленький просвет в омуте сновидений быстро затягивался, и меня снова уносило у глубины мертвой, холодной, непроглядной черноты.

ГЛАВА 9 Тень из снов

Первая неделя полевой практики подошла к концу незаметно для всех. И прошла она даже интереснее, чем я представляла! Каждый день Феланна водила нас в лесную чащу, где отыскивала необходимую нечисть, проводила инструктаж, а затем давала простое, но очень ответственное задание: поймать и уничтожить подходящим для вида способом. Начали мы с различной мелочи и постепенно пришли к нечистой силе шестой категории. Но самое интересное в программе — нежить пятой и четвертой категории — еще оставалось впереди, и ловить нам ее предстояло группами по пять человек.

На этом этапе я могла разве что посочувствовать Малиссе. Несмотря на то, что эта с первого взгляда неприметная девушка способна была за считанные секунды уничтожить мозг своего собеседника… она оказалась не только невероятным параноиком, но и редкой трусихой, которая вдобавок зеленела от отвращения, когда видела слизь, грязь, кровь или мертвечину. Вся парадоксальность этой девушки заключалась в том, что она, несмотря на это, активно искала приключений на свое мягкое место. Стоило рассказать ей о таинственной нечисти, которая выползает из норы ровно в полночь, чтобы спеть брачную песню, которая, по поверьям, принесет удачу тому, кто ее услышит… и на двери домика бесполезно было даже замок вешать: Малисса все равно нашла бы способ выбраться, чтобы побежать в чащу искать ту нечисть.

После этого оставалось только два возможных варианта развития событий. Первый — Малисса с визгом пробежала бы дорогу назад, разбудив весь лагерь, закрылась в домике и спряталась под одеялом. Второй — Малисса, заблудившись, всю ночь пробегала бы по лесу не прекращая кричать, пока утром ее не нашли бы преподаватели.

Так что в ближайшем будущем нас ожидало нечто невероятно фееричное!

Ну а на завтра была назначена обычная практическая вылазка, на которой после лекции мы должны будем ознакомиться с разной нечистью. Поэтому я поскорее дописала в конспекте несколько строк и легла спать…

Но почему, почему я до сих пор не могла спать спокойно? Даже Лаиза с Малиссой уже места себе не находили, готовя для меня зелья, которые должны успокаивать перед сном. Но ничего не помогало, я продолжала видеть этот сон. Та самая тьма, ледяной смех и ощущение бесконечных прикосновений холодного ветра, слизи, льда… когда это прекратится? Когда я наконец перестану просыпаться с потом на лбу?..

Очередное ледяное прикосновение вырвало меня из сна. Мои глаза открылись, но мерзкое ощущение все еще меня не покидало… Минуточку! Это не воспоминание о прикосновении, это и есть прикосновение!

Когда я перевела взгляд на свое плечо, то увидела на нем бледную, холодную руку с черными ногтями и отсутствующим кончиком мизинца! Взгляд побежал вверх и мгновение спустя остановился на обрамленном прядями темно-русых волос, белом как смерть лице — с синяками под карими глазами и пустым, стеклянным взглядом.

— Дилла, что случилось? — тихо спросила я, даже не шелохнувшись. — Разве ты не знаешь, что тебе нельзя покидать свой домик…

Я не успела договорить. Слова прервал дикий крик Диллы, которая кинулась на меня… но я успела оттолкнуть ее заклятием.

— Что происходит? — проснувшись, закричала Лаиза.

— Дилла!.. — чуть ли не сквозь слезы прокричала я, указывая на одногруппницу кончиком выхваченного из ножен меча.

Продолжать не пришлось: когда Лаиза и Малисса увидели бледное лицо, искаженное бешенным оскалом, то сами поняли страшную правду: Дилла стала нежитью!

Никто не решался хоть что-то сделать, мы только удерживали вокруг нее барьер и смотрели на девушку со слепой надеждой, что все это окажется сном, и что-то еще можно сделать…

— Для нее все кончено, — вдруг проговорила Малисса. Раньше я ни разу не видела на ее лице такого холодного, сосредоточенного выражения. Казалось, что в ее янтарных глазах вспыхнули языки пламени. Она равномерно набрала в грудь воздуха, медленно подняла руку на уровень лица…

— Матушка родная! — закричала Феланна, ворвавшись в домик через открытые двери. — Дилла!

В ответ девушка зарычала и бросилась на куратора, но натолкнулась на наш барьер. Малисса вздохнула с облегчением и опустила руку.

Несколько секунд длилась немая сцена. А потом Феланна поднесла руку и выпустила в зомби упокаивающее заклятие. Тотчас Дилла задрожала, а после упала на землю с умиротворенным выражением лица.

Не прошло и минуты, как на шум сбежались все студенты и преподаватели… а заодно и половина жителей Каласа. Поднялась суматоха, какой я уже давно не видела. Борцы с нечистью всадили в тело Диллы несколько контрольных заклинаний. Феланна отправила письма ее родственникам и начала хлопотать о доставке тела в крематорий ее родного городка. Преподаватели же отнесли труп в пустой домик, где спрятали от глаз любопытных студентов.

…А мы с Лаизой и Малиссой сидели на крыльце и смотрели на чистое ночное небо, в котором ярко сиял месяц. Дышать было трудно. Не только из-за трагедии, которая произошла. Но и потому, что никакая сила не могла приглушить в моем сознании мучительного, горького понимания: в гибели Диллы виновата я.

* * *

— Как спалось? — криво ухмыльнулся Вадим, когда утром весь курс собрался для похода в лес.

Отвратительный пацан!

— Твоя совесть спит лучше! — огрызнулась я, поправила наплечную сумку и подошла ближе к Феланне, которая на ходу начала читать лекцию.

На днях этот недомерок начал шпионить за мной и обнаружил, что у меня проблемы со сном. Естественно, к утру об этом узнали все студенты. А благодаря тому, что Вадим приукрасил рассказ подробностями и теориям о причинах моего беспокойного сна, практически все считали меня неизлечимо больной психопаткой из параллельного мира, о чем уже успели настрочить по оде координаторам. Те же, в свою очередь, по графику как раз должны были рассказывать последнему непросвещенному студенту в университете страшную историю о первокурснице-вурдалачке.

— Сегодня мы изучим вид нечистой силы под названием «лартагок». Его классифицируют как нежить шестой категории, уровень В. Живет под землей. Имеет щупальца, которыми затягивает под землю тех, кому не повезет. Но защититься от него не составит труда даже тем, кто не владеет магией: это существо боится щекотки. Поэтому если вас затянет, просто пощекочите его, и через мгновение оно вас выплюнет вместе с тем, что переловило за последние сутки. Особенность этого вида в том, что лартагок способен пробуждать в одержимых духовных существ, которые до этого были инертными. Поэтому попадись ему таковой, и духовный паразит начнет активно действовать. Как именно — это уже вопрос специфики конкретного существа.

Пока Феланна продолжала лекцию, я рассматривала осенний лес. Гулять здесь мне оставалось недолго: через три дня предстояло отправляться обратно в Фетесарин.

Хоть гибель Диллы и стала для всех нас трагедией, омрачившей путешествие, но собственно практикой я оставалась довольна. Отыскивать и ловить нечисть оказалось гораздо интереснее, чем я представляла. А в придачу, это занятие помогало отвлечься от грустных мыслей. Поэтому необходимость возвращаться к аудиторным занятиям наводила на меня уныние.

Мои размышления прервал тихий звонкий смех, который раздался неподалеку.

— Что это? — воскликнула я, указав пальцем на дерево, из которого по пояс вылезла покрытая корой девушка. Когда она заметила, что на нее обратили внимание, то тряхнула волосами-листьями и нырнула в дерево, будто в воду, а через мгновение вынырнула уже в другом месте! Больше всего меня удивило то, что это «другое место» находилось на дереве в нескольких метрах от предыдущего.

— Не удивляйтесь, — улыбнулась Феланна. — Это ладара — разновидность мавок. Живут внутри деревьев и способны передвигаться из одного в другое при условии контакта корней или ветвей. Классифицируются как нечисть второй категории, уровень С, хотя некоторые выделяет их как светлых лесных духов. Изучить их возможности не было, но в пользу этой теории служит то, что ладары не враждебны к людям.

— Они дружелюбные? — переспросила Арра. Да, именно Арра! Несмотря на опасения, с девушкой все было в порядке. Конечно, ее еще ждало полное обследование в Фетесарине, но в том, что она выживет, теперь почти не сомневались.

— Я не говорила «дружелюбные», я сказала «не враждебные». Для них все люди одинаковы. Они не делают им зла, но и не выбегать встречать тебя на полянке с хлебом-солью. Однако есть заклинания, с помощью которых можно заставить их сделать или сказать то, что тебе нужно. Ладары очень редкие, честно говоря, я удивлена,??что мы ее увидели. А еще больше меня удивляет то, что увидев ладару, мы до сих пор не можем найти обычного лартагока…

Я перебила Феланну тем, что нашла лартагока… точнее, лартагок нашел меня. А еще точнее — щупальца лартагока нашли меня и потащили под землю, а уже мой визг и перебил Феланну!

Человечество, наверное, еще не придумало такого нецензурного слова, которое могло бы описать всю мою радость, когда я оказалась в узком, темном, скользком брюхе нежити, которое сразу присосалось ко мне сотнями маленьких присосок и ясно дало понять, что сейчас начнет переваривать! Ну нет уж, не на ту нарвался! Сейчас я тебе такое несварение устрою!..

Мои пальцы начали быстро шевелиться, щекоча отвратительную плоть желудка чудовища. Через несколько секунд его стенки стали вздрагивать и я даже не заметила, как пулей полетела вверх и упала на землю, вместе с десятью литрами желудочного сока, дохлой птичкой и двумя неизвестными лесными животными, которые уже давно окоченели. Все, что видели мои однокурсники, можно описать единственным словом: мерзость!

— Алиса, с тобой все в порядке? — озабоченно спросила Феланна когда я, шатаясь, поднялась.

— Нет… — простонала я, прежде чем снова упасть на землю и провалиться в бездонную черную пустоту, где меня, словно змеи, обвили холодные скользкие щупальца.

* * *

Что такое время? Когда-то я знала ответ, но теперь я просто не ощущаю его. Возможно прошли века, а может и считанные секунды. Я не чувствую ничего, кроме холода. Вокруг меня пустота. Кажется, я лежу на каменном полу в огромной холодной зале, а воздух наполняет один только ледяной смех.

— Добро пожаловать, Центр Теней! — услышала я и открыла глаза… хотя есть ли у меня глаза?

Надо мной склонился темный силуэт. Я видела его силуэтом не потому, что было недостаточно света. Лица как такового действительно не существовало, только черный барельеф на передней части головы. То же самое касается и остального тела — черная масса в форме человека.

Я села, но черной тени уже не было возле меня, оно стояло в луче красного света так далеко, что казалось, будто это игрушечная фигурка, пластмассовый солдатик.

— Так что, тебе здесь нравится? — спросило Тень, оказавшись позади меня. Не успела я и глазом моргнуть, как мой собеседник снова, лишь за мгновение, удалился. Я поняла, что также сижу в луче света, только мой был невероятно слаб, поэтому правильнее было бы назвать его полумраком.

— Кто ты? — наконец решилась спросить я. И впервые услышала ответ:

— Тьма, которую породило разрушение. Часть ничего. Я выскользнуло из нитей, сплетающих реальности, и проникло в спящий Центр Теней через дыру в пространстве.

— Континтарда, — прошептала я.

— Да, это окно, через которое я прошло. Но оно появилось лишь как следствие.

— Что тебе нужно?

— Все что мне нужно — разрушать. И не просто разрушать, а превращать в ничто, затягивать в пустоту, сливать с чернотой все, что попадется мне на пути. А на пути мне попалась ты.

Прекрасно, просто прекрасно, лучше некуда! Получается, я сейчас превращаюсь в пустоту благодаря вот этому. Еще один подарочек прорехи — запакован и с бантиком!

— И как скоро я стану ничем?

— Ты уже давно должна была им стать, но что-то удерживает твою душу.

— Интересно, почему ты такое откровенное со мной?

— Не вижу смысла скрывать что-то от того, что скоро все равно исчезнет бесследно.

Замечательная перспектива! Остается только жизнерадостно упасть на пол и в истерике начать бить кулаками по каменному полу!

— Так, может, тогда скажешь, из-за чего возникла прореха между мирами?

— Я результат процесса, мне неизвестны причины, — проговорило Тень, на мгновение появившись прямо возле меня.

Интересно, где-то я уже это слышала… «Разрушает не процесс, а причина». Значит, эти слова что-то вроде лозунга этой штуки и подобных ей? А в том, что подобные есть или скоро появятся, я почти не сомневаюсь.

— Хорошо. А ты знаешь, что удерживает меня? — поинтересовалась я, наблюдая, как Тень снова и снова появляется подле меня, протягивает руки пытаясь прикоснуться и разлить по моему телу черные потоки, которые срываются с кончиков пальцев… но растворяются в том слабеньком свете, который не дает мне окончательно утонуть в вязкой как смола темноте.

— Понятия не имею. Но не сомневайся, вечно держать тебя ничто не сможет, под постоянным натиском любая сила рано или поздно ослабеет. Здесь я главный, я могу все! Скоро ты тоже присоединишься к этой тьме, — проговорило Тень, обведя рукой по кругу.

Кровь в моих жилах едва не превратилась в лед: в бескрайней темноте один за другим зажглись сотни холодных как лед огоньков глаз, а в луч моего слабенького света попали несколько щупальцев, когтей и лап, пытавшихся дотянуться до меня. Но переступить эту границу они не могли.

— Оно не будет охранять тебя до старости, в конце концов, сломается что угодно. Поэтому можешь сдаться сразу, этим ты сохранишь и мое, и свое время… хотя лично для меня время не имеет значения.

— НЕТ! — рявкнула я в ответ.

— Нет так нет. Тебе не удастся прятаться в этом луче вечно, даже звезды рано или поздно гаснут.

Мне страшно. Неужели отсюда действительно не выбраться? Где я, и что же происходит? Как спрятаться от этих сотен глаз и Тени, которое не прекращает ходить вокруг меня как ворон, ожидающий смерти изнуренного путника?

— Довольно, — резко проговорил мой собеседник, внезапно появившись прямо передо мной. — На что ты надеешься, Центр Теней? Неужели не хочешь прекратить свои страдания? Не создавай иллюзий, это даже существованием назвать нельзя: все время бояться, сидеть сложа руки в полумраке и трястись от страха, зная, что сделай ты лишнее движение, и тебя затянет мрак. Ты боишься даже открыть глаза и посмотреть вперед; говоришь себе, что надежда еще есть, но ее нет, ибо ничто, ничто не в силах вытащить тебя из плена тьмы. Чернота берет верх над всем, всегда перекрывает все цвета, обращая их в такую??же монотонную тьму без всякого оттенка. Смирись, сдайся, отдай свою проклятую душу тьме и прекрати наконец свое существование!

Силы уходили от меня так быстро, что я не могла даже понять этого. Их не осталось не только на то, чтобы сказать слово, но даже подумать. С каждым словом Тени из темноты ко мне выползали змеи-щупальца, и я ничего не могла сделать, когда они начали обвивать меня одна за другой! Луч света почти угас, я практически исчезла под ними…

— Это все, что мы можем сделать, — будто издали, раздался хриплый мужской голос. Казалось, я лечу вверх, выплываю на поверхность с морского дна. — Вытащить ее не в наших силах, равно как и помочь. Ты видишь, эти блоки непробиваемые.

— Я знаю, — ответил другой голос, который заставил мое сердце дрогнуть. — Мы можем только удерживать ее, но выбраться она должна сама. Ну же, девочка моя, — ласково проговорил он, когда я почувствовала на щеке нежное прикосновение ладони. — Ты сможешь.

Все звуки стихли, меня снова потянуло вниз, на черное дно…