Все это происходило только в пределах моей квартиры (я живу один в комнате в коммунальной квартире с соседями). Ни на улице, ни в других помещениях ничего подобного не случалось ни днем, ни ночью. Меня удивило, что услышанные мной обрывочные фразы иногда совпадали с текущей ситуацией или моими действиями, например: днем я не поехал к родственникам, а всю ночь работал за письменным столом. Встав из-за стола под утро, я услышал как бы из-за стены мужской и женский голоса: один сказал: «Он всю ночь просидел за столом», а другой: «И к родственникам не поехал». Я решил, что это либо соседи за стеной меня обсуждают, либо случайное совпадение.
Примерно в то же время, когда все это началось, у меня возник конфликт с одной серьезной и богатой частной фирмой. Я совершил действия и готовился предпринять другие, которые могли доставить этой фирме серьезные неприятности. При наших предшествующих контактах, где мы выступали как противоборствующие стороны, они вели себя корректно, никогда не угрожали мне, но тем не менее я не исключал возможности применения в дальнейшем ко мне каких-либо мер. Они знали, где я живу (ко мне ранее приезжали без приглашения руководитель этой фирмы и начальник его службы безопасности — бывший высший офицер спецслужбы, и мы встречались у моей парадной), а я не имел возможности даже сменить на время место жительства.
Через три недели после начала вышеописанных явлений я случайно встретил руководителя этой фирмы и его сотрудника, с которым был знаком. Тот непосредственно занимался нашим конфликтом. Он подошел ко мне и спросил: «Как долго ты будешь нас «доставать»?» На что я ответил: «Сколько будет нужно для решения вопроса», после чего он посмотрел на меня очень удивленным взглядом и отошел.
Проходя после этого несколько раз мимо меня, он внимательно и удивленно смотрел на меня. Мне не понравилась эта встреча и его взгляды, и после этого я держался настороже, но ничего необычного не замечал.
Через одну ночь после этой встречи, когда я лежал и читал, я услышал музыку, которая звучала громче, чем обычно. Я положил книгу, заткнул пальцами уши и поразился — музыка не стихла, а даже стала немного громче. Имея некоторые познания в области техники и медицины, я сообразил, что идет какое-то воздействие на мой мозг или слуховой аппарат неакустического характера. Но не мог понять, как, откуда и почему это происходит. За последний месяц в мою комнату заходил только один человек, причем визит был необычный, и мне не оставалось ничего другого, как предположить, что именно он принес и оставил у меня какие-то устройства (позднее оказалось, что он ни при чем). Я вспомнил, где он сидел, куда подходил, и начал искать сам не зная что.
В это время я как будто с улицы услышал обрывок фразы: «Приезжали сразу четыре полковника», которая подтвердила мои догадки. Во время своих поисков я вдруг услышал женский голос: «Да он же догадался», а затем мужской и женский голоса начали со смехом комментировать мои действия: «Холодно… горячо… теплее…», и тому подобное.
Затем я обыскал коридор и туалет, куда заходил мой утренний посетитель, но ничего подозрительного не нашел. В замкнутом и ниоткуда не просматриваемом пространстве туалета во время осмотра бачка я услышал: «Бачок сломаешь!» Голоса были молодыми, и они явно развлекались.
Я не мог понять, как они видят мои действия, так как если голос в голове я как-то еще мог объяснить, то наблюдение за мной в замкнутом помещении было необъяснимо. Я подошел к окну и услышал: «Подошел к окну, смотрит». Выглянув во двор, я пытался найти машину во дворе или окно, откуда шло воздействие. Опять женский голос: «Смотри выше… выше», но ничего необычного я нигде не увидел. Я отошел от окна, выругался и услышал: «Не ругайся!» Я спросил:
— Так вы меня слышите?
— Да, слышим.
— А где вы?
— В окне напротив (и описали это окно, но я думаю, что наврали).
— Кто вы, что здесь делаете и для чего?
— Тренировка.
— Как давно вы здесь?
— Около трех недель (посовещавшись).
— Сколько вам лет?
— Нам по шестнадцать (со смехом, опять наврали…)
— Вы гэбэшники?
Молчание…
— Кто вам доверил такую технику?
— Мы ее на улице нашли.
Беседовали мы довольно долго, я негромко вслух задавал вопросы, они негромко (для меня) отвечали короткими фразами. Мне показалось, что для них это тоже было ново и интересно. Я решил, что это курсанты школы ФСБ на практике. Голоса я слышал тихо, но разборчиво, слышал тембр голосов, слышал хлопанье дверей машины, звуки подъезжавшего и отъезжавшего автомобиля, обрывки их разговоров между собой (неразборчиво). Похоже, что они еще сами толком не умели работать на этой технике.
У меня сложилось впечатление, что в городе в это время работали с аппаратурой несколько таких групп и кто-то их периодически с целью контроля объезжал. Они мне дали понять, что я выбран для воздействия не случайно, а для того, чтобы напугать и показать, что я «под колпаком», то есть начальник службы безопасности конфликтующей со мной фирмы воспользовался своими старыми связями и использовал тренировку спецслужбы для давления на меня (слава богу, так, а не заточку в бок в парадной). «Курсанты» (назовем их так) сказали, что воздействие направленное, весь дом не затрагивает, а только нашу квартиру и может быть соседние, и соседи тоже могут слышать то, что они мне говорят, но соседи сейчас спят. Кроме того, «курсанты» говорили тихо и короткими фразами, чтобы соседи не смогли уловить смысл нашего разговора.
Я спросил, слышит ли их соседский кот, который сел у меня перед дверью и не уходил, на что они посмеялись и сказали, что не знают этого. Они сказали, что музыка, которую я слышал, «молитвы» и обрывки фраз исходили от них, причем музыку и «молитвы» они «пёредавали» специально, а обрывки их разговоров прорывались случайно.
Во время нашего общения они иногда начинали повторять в разном темпе и на разные мелодии отдельные слова или бессмысленные фразы, то есть, видимо, они это делали с помощью аппаратуры. Я назвал это «бубнилками».
Например, я сказал:
— Вместо болтовни лучше включите музыку.
— Какую?
— Пугачеву.
— У нас нет.
И начали «бубнить»: «Пугачева… Пугачева» на разные мелодии, потом еще «бубнили» бессмысленные фразы типа: «В чем опасность для хирурга, в чем опасность для хирурга», «Нужно верить нужным людям, нужно верить нужным людям», «Пей, как люди, пей, как люди».
Выйдя в коридор, я встретил соседку, которая шла в туалет, напевая одну из этих бубнилок!!! Значит, она тоже слышала «передачи» «курсантов». Через некоторое время я продолжил чтение книги, иногда отвлекаясь на разговоры с «курсантами». В шутку я спросил: «Может, вы и видеть можете?» — и тут же услышал, как мужской голос читает вслух мою книгу! Я стал экспериментировать: начал трясти головой над книгой так, что не видел текста, но голос все равно продолжал читать текст. Я снял очки и не мог разглядеть букв, но голос продолжал читать (текст был именно тот, который я держал в руках, — потом проверил). Он перестал читать только тогда, когда я закрыл глаза.
Я был поражен такими возможностями и продолжил изучение. Я спросил: «Может, вы и мысли читать можете?», на что женский голос ответил: «Задумай про себя слово» — и правильно назвал все задуманные мной слова. Но воображаемые мной зрительные образы и непроговариваемые мысли они читать не могли. В какой-то момент кто-то из них сказал: «Так ОН же нас изучает, а не МЫ его!»
В ответ на мой очередной вопрос они сказали, что рассказывать про них можно и нужно, повторив это несколько раз (я не понял почему), что воздействие в данный момент не приносит вреда, но в принципе может. И продемонстрировали это: когда я вопреки их требованию начал разговор по телефону, они что-то сделали — и у меня начали подергиваться пальцы на руках и заплетаться язык, что прекратилось после того, как я положил трубку. После этого я обиделся, взял визитку начальника службы безопасности, по чьей просьбе, как я полагаю, на меня наехали эти «курсанты» со своей аппаратурой, и, глядя на эту визитку, сказал, что я иду ему звонить. Они оба сразу закричали: «Не звони ему!!!», и я не стал этого делать. Я думаю, что, вступив со мной в контакт, они нарушили приказ или инструкцию и могли быть наказаны за это.
Утром, попрощавшись с ними, я ушел из дома по делам. На следующую ночь я слышал негромкую музыку, обращался к ним, но никто не отвечал. Утром я встал и напечатал документ, который снимал проблемы с «наехавшей» на меня фирмы. Затем я сказал негромко: «Подъем, Большое Ухо, — так я в разговоре называл их, — включай музыку и читай эту бумагу!» Почти сразу я услышал негромкую музыку и мужской голос, который читал находящийся перед моими глазами документ. Я сказал: «Передай начальству, что от меня им проблем больше не будет».
С конца этого дня я до настоящего момента больше не замечал никаких признаков воздействия (ни звуков, ни «пятен»). То есть практически двухсторонний контакт длился всего одну ночь. В эту ночь, как и задолго до нее, я не пил, не принимал никаких лекарств, а наркоту вообще в жизни никогда не употреблял. Все эти дни я работал, общался с людьми как обычно безо всяких отклонений. Кроме того, эти голоса слышала и моя соседка, правда, она не поняла, что они вызваны не акустическим воздействием, а чем-то другим.
После этих событий я залез в интернет и просмотрел кучу материалов по прихотронному оружию. В основном — одна болтовня дилетантов между собой, но встретилась и интересная информация одного из разработчиков такой техники. Он почти на сто процентов «один к одному» описывает то, что происходило со мной, и говорит о том, что это делается с помощью так называемого торсионного генератора, который создает торсионное поле, и об этом известно еще с 1980-х годов. Также он сказал, что никто не может объяснить, что это такое, но несмотря на это, такие приборы практически используются, в том числе и в технике.
Обращаю ваше внимание на то, что большую часть ресурсов по психотронному оружию и торсионному генератору регулярно и оперативно удаляют из интернета. Кто и зачем это делает?
Лично у меня все эти манипуляции вызвали смешанные чувства. Biofeedback может дать человеку возможность быстро и эффективно научиться контролировать множество функций своего организма. Однако я уверен, что во время сеансов biofeedback’a человек вполне может контролироваться и со стороны, а значит, стать чрезвычайно уязвимым для того, что в народе называют «зомбированием» (прошу прощения, сам терпеть ненавижу этот термин). Боюсь, однако, что к вашему случаю все это не имеет практически никакого отношения, так как вы, по вашим словам, подвергались воздействию на расстоянии.
Кстати, разработки были начаты еще Германией вместе с Италией во Вторую мировую. Впервые, насколько я знаю, прибор был опробован на китах и дельфинах, но может быть, это «утка». Есть химические препараты, вызывающие различные психоделические синдромы. Но они действуют по убывающей, и всего лишь часы-дни. Есть препараты, которые действуют однократно и вызывают потом длительные (месяцы) психические расстройства (но само действие не заметить невозможно).
Все же, если дело серьезно, надо — к компетентным лицам.
1) спиритические сеансы конца VIII и начала XIX века;
2) контакты с внеземными цивилизациями конца XX века;
3) раздвоение личности (одно другому не мешает).
Могу посоветовать понаблюдать за тем, что происходит у ВАС в голове, и попытаться контролировать. Вернее, не контролировать, а понять природу происходящего. Попробуй «нащупать» тот импульс, из-за которого «это» происходит в твоей голове. Думаю, что это не воздействие, а просто «раскрытие мировосприятия». Причина может быть в тебе самом.
На самом деле тут могут сыграть свою роль несколько факторов:
1) направленное воздействие электромагнитными волнами;
2) воздействие на вживленные в мозг электроды (стимулирование активности конкретных зон головного мозга);
3) изменение химического состава пищи или воды.
Это не может быть односторонним воздействием, иначе бы я, находясь в полном сознании и полностью контролируя себя, слышал голоса, не связанные с текущей ситуацией, либо отключился бы полностью, посмотрел и послушал переданный мне «сон» (как в фильме «Матрица»), проснулся и помнил бы этот сон как реальность. Но дело в том, что мои действия в момент контакта оставили материальные следы: вымытая посуда, съеденная еда, записанные в компьютер файлы (с указанием времени их создания!), напечатанные документы, разговор с соседкой, купленные ночью в ларьке сигареты…
Все говорит о том, что это был именно двусторонний контакт.
Я разложил все воздействие на меня на составляющие.
1. Я слышал звуки при заткнутых ушах.
2. Я видел «пятна» (но только с открытыми глазами).
3. Они распознавали слова, которые я мысленно произносил.
4. Они видели то, что было у меня перед глазами.
Как видите, все воздействие производилось не в сфере высшей психической деятельности мозга (простите за непрофессиональную терминологию — я не медик и не биолог, а если таковые есть, подскажите, как это назвать), то есть не было воздействия на эмоции, память, волю, психику.
Меня не пытались заставить выполнить какие-либо действия против моей воли.
Фактически было только их взаимодействие с моей периферийной нервной системой (извинения и просьбу см. выше), то есть на те нервные комплексы, которые заведуют передачей зрительных и звуковых сигналов и движением мышц.
Видели то, что я видел, — считывали электрические сигналы, идущие из глаза в мозг. Слышали то, что я слышал, — аналогично. Передавали зрительные и слуховые образы — все, как указано выше, только наоборот: передавали сигналы на эти нервные комплексы. Читали мысли — читали не мысли, а считывали сигналы, которые я производил при мысленном проговаривании фразы. (Попробуйте читать, мысленно проговаривая текст, у вас сразу замедлится скорость чтения до скорости чтения вслух, то есть вы так же, как при чтении вслух, вырабатываете сигналы для «говорильных» мышц, но в какой-то момент их блокируете.) То есть, возможно, ларчик просто открывается.
Конечно, это очень высокий уровень технологий: выявить, распознать и выделить сигнал, принять, расшифровать и воспроизвести его. Но, как мне кажется, это не намного сложнее, чем сделать то же самое при работе с беспроводной видеокамерой и с роботом в космосе.
Снимают же энцефалограмму с мозга. А вот одностороннее воздействие, то есть вложение в мозг заданного «сна» и внушение того, что это было в действительности, объяснить намного сложнее. Химические препараты отпадают: сам я их не принимал, а незаметно дать их мне было невозможно.
Вообще, было интересно участвовать в таком контакте, хотя присутствовали и моменты страха (вдруг заставят выпрыгнуть из окна или остановят сердце). Но ребята попались веселые, мы даже долго читали вместе смешную книгу. Немножко жалко, что все закончилось (уже две недели никаких признаков).
Кстати, у меня была мысль попробовать экранировать воздействие, но не нашел ни фольги, ни подходящей металлической емкости. И еще я представил реакцию соседей на меня, сидящего с ведром на голове… А жаль, что не сделал этого.
Исследования академика Бехтеревой показали, что определенные алгоритмы модуляции могут оживлять давно забытые воспоминания и симулировать несуществующие.
Я имел отношение как физик к расчету мощности полей, достаточных для этого. Ни в коем случае речь не идет о мощности, сравнимой с СВЧ-печкой. (В Германии проводились эксперименты по исследованию СВЧ-генератора как пыточного приспособления — при этом излучатель помещался в рот человека. Это вызывало страшные мучения, которые несопоставимы с обычной болью. Извините за подробности.) Так вот, существует область очень низких энергий СВЧ электромагнитного поля, в которой наблюдается максимум специфического воздействия. При больших энергиях преобладают неспецифические генерализованные реакции. Другое дело, что КПД подобных устройств крайне низкий, и это исключало до сих пор энергонезависимые портативные варианты. Но ничто не стоит на месте.
Инфразвук (4–8 Гц) влияет очень грубо и при больших мощностях. Весь квартал повыскакивал бы из окон. И там преобладают соматические нарушения. Я не вижу противоречий в описанных вами явлениях по сравнению с тем, что знаю сам. Конечно, бывают совпадения, но в таком случае нужно хотя бы одно отличие. Их я не увидел. Что касается осмысленной передачи мыслей — однозначно нет такого. Но вопрос гораздо сложнее. Можно на основе манипулирования эмоциями «подстегнуть» определенные мыслительные процессы, к которым реципиент готов. Например, связать чувство страха с тем, что человек не хочет идти сдаваться. Вызвать депрессивное состояние, когда ему становится все равно — хранить нечто в тайне или нет.
А почему вы не верите, что в кустарных условиях можно изготовить вполне рабочий психотронный прибор? Другое дело, что секретны именно параметры модуляции, их сложно воспроизвести. Но ведь можно начать эксперименты и получить результат.
Не вижу ничего сложного в том, чтобы научиться вызывать у себя галлюцинации, — это плевое дело. Хуже, когда они возникают сами.
Вообще, это очень сложный вопрос, но если упростить, то галлюцинации начинаются, когда «Я» перестает контролировать подсознание. Если человек сильно устал (обкурился, ведет неправильный образ жизни), у него запросто могут начаться галлюцинации. Тут ситуация немного другая: мало того, что «Я» перестает контролировать свои мысли (а галлюцинаторные голоса — это и есть мысли), оно еще и «размывается» таким образом, что перестает отождествлять свои мысли с собой и, напротив, не имеющие отношения к себе вещи может отождествлять с собой. Это называется «нарушение функции самосознания». Тут открывается дорога к весьма своеобразному мышлению, причем его «бредовость» напрямую зависит от того, насколько нарушено самосознание.
Тот уровень психоза, который выдает Спрашивающий, называется «паранойяльный бред», это сравнительно легкий уровень расстройства, тут сохраняется логическая связанность событий, хотя лежащие в основе их факты являются ложными. Это «паранойяльное» состояние нестабильно и далее может развиваться в разных направлениях.