Герой для дракона

Мама его обожала. Она ведь родилась в городе и пошла за отца замуж, хотя вся родня была против: виданное ли дело, отдавать единственную дочь неизвестно откуда явившемуся авантюристу. А она просто сбежала с ним, чтобы поселиться в жуткой глуши, самой вести хозяйство и больше никогда не видеть родных. Когда же отец исчез, мама вела себя как-то странно: не плакала, не голосила, словно заранее знала, что такое может случиться. Она просто ждала, когда он вернется. Она у меня очень красивая, и возраст её совсем не портит. Многие хотели взять её замуж, пусть даже у неё уже был взрослый сын. А она ни за кого не пошла. До сих пор ждет отца и говорит мне, что я всё больше и больше становлюсь похож на него…

В родной деревне я надолго не задержался, снова отправился в путь. Ещё немного повоевал, потом ухитрился ввязаться в очередную неприятную историю, так что мне снова пришлось бежать и скрываться. На этот раз я отсиживался у одной знакомой вдовушки на затерявшемся в лесах хуторе. Как-то незаметно визит затянулся на несколько лет, я слегка обленился и заделался заправским крестьянином. Вдовушка была отличной хозяйкой, доброй, но немного невезучей. Муж умер, дети, только-только став совершеннолетними, разлетелись из родного гнезда кто куда, вовсе не желая всю жизнь торчать в лесу, а она осталась одна. Я её пожалел – одной ей трудно было управляться с большим хозяйством, – да и остался жить.

Спокойная жизнь меня вполне устраивала. То есть, мне так казалось. В одно прекрасное утро я ощутил знакомый зуд в ногах и, недолго думая, собрал вещички, чмокнул спящую вдовушку в лобик, оседлал коня и был таков.

Путь мой лежал в ближайший городок. Там я намеревался прибиться к чьей-нибудь команде, а то и набрать свою, да и отправиться на заработки. По слухам, доходившим даже до лесного хутора, в королевстве намечалась очередная заварушка, и я не мог в ней не поучаствовать.

В первом поселке мне не повезло, не отыскалось никого из знакомых, так что я отправился дальше. Уже на подступах к очередному городку я наткнулся на здоровенную толпу, в которой было немало и хорошо вооруженных людей. Кое-какие лица были мне знакомы, так что я рискнул завязать разговор.

– Что происходит-то? – лениво спросил я, перекинувшись приветствием с одним из знакомых типов. Его, кажется, звали Мухоловом, уж не знаю, почему.

– Ерунда, – столь же лениво отозвался Мухолов, щурясь на яркое солнышко. – Дракона изловили. Теперь в город тащат…

– Что-что? – Я подумал, что он шутит. Уж я-то знал, каких размеров бывают драконы, а в толпе ничего такого не возвышалось. Да и сомневаюсь я, чтобы толпе крестьян удалось изловить дракона, да ещё и живьем…

– Мелкого, – презрительно сплюнул Мухолов. – Чуток побольше осла. Их там двое было, да одного упустили…

– Чудеса, – хмыкнул я, подпустив в голос здорового скепсиса. – Поглядеть бы, а?

– Завтра его в королевский зверинец отправят, там и поглядишь, – зевнул Мухолов. – Сегодня, думаю, показывать не станут…

– Подожду, – вздохнул я. – Хотя в столицу мне соваться что-то не хочется.

Мухолов смерил меня пристальным взглядом, неожиданно ухмыльнулся и заявил:

– Ты, если надумаешь, приходи в «Золотую кружку», наши все там собираются. Если хочешь, пойдем со мной, у меня команда маловата, а такой, как ты, лишним не будет…

– Идет, – кивнул я. – Столкуемся…

Надо же, какая удача! Ребята Мухолова отлично зарабатывают, потому что он умеет выжать из клиента куда больше, чем тот был намерен заплатить изначально. Одна беда: Мухолов при этом всегда умудряется влипнуть в такую гадкую историю, что кто другой предпочел бы с ним не связываться. Но то нормальный человек, а у меня уже давно сложилась репутация психа, наплевательски относящегося к деньгам и к собственному драгоценному здоровью. Вот, например, в данный момент меня чрезвычайно заинтересовал факт поимки дракона. Казалось бы: я радоваться должен вместе со всеми. Ан нет! Мне почему-то страшно хотелось удостовериться, что пойманный дракон вовсе не тот… то есть та… о которой я изредка вспоминаю… Неудовлетворенное любопытство – страшная вещь, так что я решил пойти на поводу у своих желаний и прогуляться ночью в загон для дракона…

Ночь, как назло, выдалась ясная, лунная. Хорошо ещё, стражники, призванные охранять пойманное чудовище, на радостях напились и теперь храпели во всю силу здоровых легких. Впрочем, один ещё шевелился.

– Ты… хто?! – грозно спросил он меня, цепляясь за алебарду и пытаясь приподняться.

– Я твой пьяный бред, сынок, – ласково ответил я и стукнул его по темечку. Я ничего не имел против конкретно этого стражника, просто я не люблю их как класс.

Загон, если мне не изменяла память (и обоняние) предназначался для зимнего содержания крупного рогатого скота. Сейчас стадо находилось на выпасе, а в загон немалыми усилиями затащили огромную клетку из толстых железных прутьев. Кажется, раньше она стояла в зверинце, в ней держали пещерного медведя… Однако как ни была велика клетка, для дракона она всё же оказалась маловата…

Впрочем, сам дракон ни в какое сравнение не шел с тем… с той… гм… особью, с которой я имел сомнительное удовольствие близко познакомиться. Пожалуй, он был раз в пять меньше и выглядел каким-то хиловатым. Да и чешуя его отнюдь не поражала взор металлическим блеском, а слух – мелодичным бряцаньем. Больше всего этот экземпляр смахивал на пустынную ящерицу-переростка, по недоразумению обзаведшуюся перепончатыми крыльями и крокодильей головой.

Кстати о крыльях. Как ни было тесно в клетке, одно крыло дракон не сложил. Присмотревшись я понял, что с ним что-то неладно: перепонка была странно скомкана, а плечевая кость торчала под неестественным углом.

– Ну ты, тварь! – раздался пьяный голос, и я чуть не шарахнулся от неожиданности. Впрочем, я тут же сообразил, что окрик был адресован не мне.

Из темного угла, распространяя миазмы, выбрался ещё один стражник. Подойдя к клетке, он бесцеремонно потыкал тупым концом алебарды в дракона и довольно осклабился.

– Что, тварь… ик! Не нравится? То-то… – Парень зашатался, но устоял на ногах. – Будешь теперь наших овец воровать, сволочь, а? Будешь? Будешь?

Каждое «будешь?» сопровождалось тычком копья. Дракон затравленно сверкал глазами, но попыток сопротивляться не делал.

Я вздохнул. Я хоть и сделал своим ремеслом войну, но к животному миру отношусь не в пример теплее, чем к иным представителям рода человеческого. И не я один. Помнится, Сивый, как-то лично запытавший до смерти нескольких пленных, рыдал в голос после того, как пришлось прикончить его коня, сломавшего ногу…

Разговаривать с пьяной скотиной я не стал, просто подошел сзади, даже особенно не таясь, и треснул стражника по башке. Тот икнул, рухнул на пол и затих. А я встретился взглядом с драконом… Мне уже доводилось смотреть в глаза дракону и, помнится, впечатление было не из приятных… Но у этого заморыша взгляд был совершенно человеческий, затравленный, настороженный, но ещё не сломленный…

– Ты меня не бойся, – сказал я тихо. – Я не из этих…

Дракон смотрел на меня подозрительно и зло, стараясь не шевелиться: видимо, вывернутое крыло доставляло ему немало неудобств.

– Слушай, – сказал я. – Я отлично знаю, что драконы умеют говорить. И я знаю, что вы можете становиться людьми. Я хочу тебе помочь…

Дракон глянул насмешливо и презрительно. Удивительно богатая палитра взглядов.

– Можешь не верить, – продолжал я, – но я был крайне близко знаком с одной особой из вашего племени, и у меня нет ни малейших поводов для обиды. Собственно, она свободно могла меня прикончить, но не сделала этого, за что я ей искренне благодарен. Не то чтобы я так уж вас любил, вы, конечно, те ещё созданьица… Но это никому не дает права сажать вас в клетку и тыкать палкой в морду…Ты меня понимаешь?..

Дракон смотрел недоверчиво, но к недоверию примешивалась малая толика надежды.

– Короче, – свернул я свою речь. – Если ты хочешь, чтобы я тебе помог, становись человеком. В нынешнем твоём виде мне тебя отсюда не вытащить. Давай. Я пока замком займусь…

Я снял засов с клетки, повозился с замком. Не замок, а слёзы, только больно уж ржавый. Он поддался со второй попытки.

Я приоткрыл узкую дверцу. Чтобы пропихнуть через неё дракона, наверно, пришлось немало потрудиться…

Я взглянул, наконец, внутрь клетки, и обмер. Мой дракончик стал-таки человеком и теперь смотрел на меня с неприкрытым вызовом.

На вид ему было лет двенадцать, может, чуть меньше. Худой, но жилистый. Смуглая кожа, темные глаза и при этом – неожиданно светлые волосы. Когда вырастет, станет настоящей грозой для женщин всех возрастов… Как говаривал мой отец, девицы будут так и падать к его ногам, да сами в штабеля укладываться… Лицо у мальчишки оказалось, будто у наследного принца: тонкое, правда, не очень красивое, скуластое и невыносимо надменное. Сейчас, однако, надменность как-то поблекла, парень был таким бледным, что смуглая кожа казалась серой.

– Выходи, – сказал я. – Давай поживее, не ровен час, кто нагрянет…

Мальчишка торопливо шагнул из клетки, зацепился плечом за дверцу и сделался вовсе уж пепельным.

– Иди сюда, посмотрю, что у тебя с рукой, – велел я.

Ну, ничего страшного. Перелома вроде нет, только вывих.

– Терпи, – сказал я, – будет больно. Если боишься заорать, лучше рукав зажуй, что ли…

Мальчишка сверкнул глазами и фыркнул, но как-то неуверенно. Тем не менее довольно болезненную процедуру вправления плеча он стерпел, не пикнув, хотя вид у него был – краше в гроб кладут.

– Чем тебя так? – спросил я, на всякий случай перевязывая ему плечо.

– Ногами… топтали… – неожиданно отозвался пацан. Голос у него был сиплый и глухой.

– А с голосом что? – поинтересовался я, не особенно надеясь на ответ.

– Горло сжег, – тихо пояснил он. – Мне рано ещё огнем дышать… а пришлось…

– Что ж сразу не улетел, пока мог? – спросил я, поднимаясь на ноги и отряхивая руки. – Зачем вообще в драку ввязался? Подвигов захотелось?

Мальчишка испепелил меня взглядом, но всё же проговорил сквозь зубы:

– Там сестра моя была… её подстрелили, я ждал, пока она улетит подальше…

– Извини, – сказал я, помолчав. – Я не хотел тебя обидеть. Честно.

Мальчишка важно кивнул, даруя мне прощение. Я чуть не прыснул со смеху, но успел сдержаться.

– Ладно, – вздохнул я. – К делу. Не будь ты покалеченным, на твоём освобождении моя миссия бы закончилась. Но лететь, как я понимаю, ты не можешь. Так, парень? Так… Тогда у нас два варианта: или я прячу тебя в надежном месте до тех пор, пока плечо не заживет… – Пацан недовольно сморщил породистый нос. – Или я провожаю тебя до дома. Дом-то у тебя есть, а, парень?

– Есть, – нехотя буркнул он. – Я покажу дорогу. Только не зови меня парнем.

Я хмыкнул:

– Могу звать иначе. Выбирай: пацан, малец, юнец, приятель, дружок, сынок, салага…

– Это всё? Бедная же у тебя фантазия, – ехидно усмехнулся мальчишка.

– Я всего лишь наемник, – вздохнул я. – Но если тебя ничего из списка не устраивает, можешь сказать мне, как тебя зовут.

Мальчишка немного помолчал, потом всё же хмуро сказал:

– Ладно… Можешь звать меня Граром.

– А меня приятели зовут Санди, – сообщил я.

– Что за имя такое? – удивился пацан.

– Вообще-то меня зовут Александер, – пояснил я. – Но это слишком длинно, так что выбирай: Санди, Сандер, Алекс, Лекс, даже Ксан…

– Я подумаю, – важно кивнул мальчишка.

– Думай на ходу, – сказал я. – Пошли-ка отсюда!

Как ни странно, из города мы выбрались беспрепятственно. Судя по всему, на радостях народ упился до бесчувствия. Интересно, обрадуются ли они, обнаружив поутру в клетке тех, кто был приставлен охранять добычу? Надеюсь, там их и оставят…

Грар сообщил мне примерное направление, и я прикинул, что ехать нам совсем недолго. Вообще, я практически не рисковал. Во-первых, вряд ли стражники, проспавшись, смогут меня опознать. Во-вторых, я вез не дракона, а мальчишку, до которого никому не будет дела. Ну а в-третьих, я не собирался попадаться стражникам на глаза…

– Слушай, Грар, а мать с отцом у тебя есть? – спросил я, когда надоело молчать.

– Только мать, – нехотя отозвался мальчишка, высунув голову из-под моего плаща. – Отца я не знаю.

– Погиб?

– Не знаю, – помолчав, ответил Грар. – Просто у нас так принято…

– А почему мать за вами не смотрела? – продолжил я допрос.

– Она улетела на охоту, – отозвался Грар. – Надолго.

– Понятно, а вы с сестренкой решили пошалить и поохотиться самостоятельно, так? – усмехнулся я.

– Это Гранна, – вздохнул Грар. – Я же не мог отпустить её одну, правильно?

– А дома ты её удержать не мог? – довольно резко спросил я.

– Нет, не мог, – серьёзно отозвался Грар. – Я не имею права ей приказывать или держать её силой. Она же женщина…

– Девчонка сопливая, – пробормотал я. – Ладно, а что же ваша мамаша никак на помощь не нагрянет, а?

– Если она нас дома не застанет, то решит, что мы отправились куда-нибудь в горы, – сообщил Грар. – Мы так часто делаем. Гранна, конечно, всё расскажет, но я не знаю, когда она доберется домой… Её же подстрелили, она не сможет быстро лететь…

– Ясно, – вздохнул я. – Всё мне ясно…

Как я и предполагал, мною и Граром никто не заинтересовался. По дороге шныряли озверевшие стражники, искали следы дракона (всё же сообразили, что лететь он не смог бы), но так ничего и не нашли. Вскоре поиски прекратились.

Плечо у Грара вроде бы пришло в норму, но рисковать и пробовать полетать я ему запретил. Ещё не хватало, чтобы он сверзился с высоты и сломал шею – тогда его мамаша вполне может сделать из меня гуляш. Голос к нему тоже вернулся, оказавшись неожиданно низким для мальчишки его возраста.

Вообще Грар мне нравился. Если не обращать внимания на некоторые его закидоны и пробелы в воспитании, он был куда приятнее в общении, чем большинство его сверстников. И, надо отметить, гораздо умнее. Не преувеличу, если скажу, что мог разговаривать с ним на равных… По-моему, мы даже немного подружились.

К вечеру пятого дня пути мы выехали на смутно знакомую мне дорогу, довольно широкую, но чудовищно запущенную. Пришлось спешиться и вести лошадь в поводу: не хватало ещё моей кобыле переломать ноги… Озираться по сторонам было некогда: стоило оступиться, мигом бы оказался по колено в грязи. Поэтому искомое я заметил только когда Грар сказал:

– Вот мой дом…

Высящееся впереди сооружение тоже показалось мне смутно знакомым. Где-то мне уже встречалась подобная чудовищная архитектура…

– Гранна! – воскликнул Грар, взмахнув здоровой рукой, и тут только я заметил кружащего над замком дракона. То есть дракончика.

Гранна неуклюже спикировала, чуть не сунувшись носом в грязь – я невольно фыркнул, – мигом обернулась человеком и бросилась к брату. Они были до того похожи, что я решил – они близнецы. Вот только некрасивость, у Грара почти незаметная, у его сестренки оказалась явной. Впрочем, это её ничуть не портило.

Увлекшись мыслями, я не заметил, что брат с сестрой как-то подозрительно притихли. И только когда моя лошадь, жалобно заржав, рванула повод так, что я чуть не упал, я сообразил посмотреть вверх. Зрелище было по меньшей мере ошеломляющим. Сердце моё – а я никогда не считал себя трусом! – ушло в пятки, и, подозреваю, я сильно побледнел. Да и кто бы не побледнел, увидь он взрослого дракона, стремительно летящего в его направлении!

В полете этого дракона не было ни капли неуклюжести, только мощь, стремительность и невероятная грация… Я не успел и глазом моргнуть, а чудовище уже приземлилось прямо на дорогу. К счастью, лошадь моя оцепенела от страха, иначе бы я её никогда не поймал…

Чудовищная башка развернулась в мою сторону, из ноздрей показались струйки дыма, а в глазах вспыхнул недобрый огонек. Я уже приготовился получить сполна всё причитающееся за доброе дело (которое, как известно, никогда не остаётся безнаказанным), как Грар вдруг смело кинулся наперерез дракону, оказавшись между ним и мной.

– Мама! – крикнул он. – Постой!

О боги, это и есть его мамаша?! Надеюсь, она хотя бы выслушает сыночка, а не начнет сразу показывать на моём примере, что бывает с непослушными детьми!

Однако драконица вполне спокойно выслушала своё чадо, наградила дочку таким взглядом, после которого лично я навеки бы зарекся идти против воли родительницы, и обернулась ко мне.

– Александер? – пророкотала она.

– Да, – ответил я коротко, чтобы голос не слишком дрожал. Интересно, почему-то Грар предпочитал звать меня полным именем, не признавая сокращений…

– Ты спас моего сына. Почему?

– Если бы ты сделала это сама, – усмехнулся я, – от города остались бы одни головешки, разве не так?