Инкассатор: Слезы из черного золота

Сняв рабочую одежду и берцы, он первым делом направился в ванную, где долго и тщательно принимал душ. Мытье после трудного дня или по возвращении с задания было особенным ритуалом. Смывая грязь и пот с тела, он смывал весь негатив прошедшего дня. В эти минуты Юрий не думал ни о чем, получая удовольствие от очищения, как внешнего, так и внутреннего.

Выйдя из ванной, завернутый в «обломовский», как он называл, халат, Филатов прошел на кухню, нагрел воду, заварил зеленый чай и с дымящейся кружкой вошел в зал. Для полного расслабления остался последний штрих – Юрий погрузился в мягкое кресло, взял дистанционный пульт и включил музыкальный центр. Тихо заиграла музыка Вивальди.

Сделав первый глоток, Филатов зажмурился от удовольствия, словно объевшийся в праздник кот, затем поставил чашку и принялся рассуждать, перебирая в уме события прошедшего дня.

Выходной получился, что называется, выдающимся. Вместо того чтобы проводить профилактические работы в гараже, а к обеду, как и договаривались с соседом, хлопнуть по рюмке за здоровье всех инспекторов ДПС, пришлось участвовать в перестрелке, которая изрядно потрепала не только нервы, но и бесценный автомобиль – коллекционную модель, которую с таким трудом Юрий доставал непосредственно с завода. В результате половина заработанных денег уйдет на заплатки в корпусе и замену стекол.

Однако предложение, сделанное дядей Сережей, выглядело заманчиво. Конечно, нынешняя работа вполне устраивала Филатова. Максимальные неприятности, которые доставлял развоз богатых клиентов, были капризы некоторых из них. Одним не нравилась медленная езда, другим – чересчур быстро. Кого-то раздражал антураж машины, кто-то даже спорил из-за денег, пытаясь доказать, что такая перевозка требует меньших затрат.

Но даже небольшие по московским меркам доходы нельзя было сравнить с тем спокойствием, которое получил Юрий в последние месяцы тихой и размеренной жизни.

И вот – новая история, в которую он со своим неуемным характером влипает. С другой стороны, за один день заработать семьсот долларов не так уж плохо, поэтому, когда со стороны незнакомца поступило предложение на повторную поездку вечером, Филатов не стал долго думать.

В конце концов то, что это был обыкновенный бизнесмен, сомнений не вызывало, как и то, что сегодняшнее нападение – типичной воды ограбление. Из двух минут разговора с дядей Сережей стало ясно, что во время его отсутствия охрана, находившаяся в Москве, наняла проходимца. Узнав, что шеф везет крупную сумму денег для фирмы, он решил кинуть хозяина при помощи четырех отморозков, которые вместе с заказчиком наверняка уже находятся в районном морге. Иными словами, второго нападения за этот день не предвидится. Но тогда зачем дядя решил воспользоваться его услугами? Ответ был очевиден – не хотел светить перед начальством сегодняшнее приключение. В принципе, это разумно и подозрений не вызывало. Сотрудник, который не имеет проблем, всегда на хорошем счету.

Дядя Сережа снял трубку телефона и, набрав московский номер, облокотился на спинку крутящегося кресла.

– Костя, это ты? – спросил он.

– Да, добрый вечер, дядя Сережа. Вы уже в гостинице?

– Нет, Костя, пока в офисе. Только-только вопросы решили. Сейчас буду выезжать в аэропорт.

– Мне к вам подъехать?

– Нет, Костя. Я тебя вот о чем попрошу. Ты мог бы быть в Шереметьево немного раньше меня? И еще – найди где-нибудь грузовик, легковую машину и несколько молодых ребят.

– Что-то я не понимаю вас, дядя Сережа.

– Хочу одного парня обкатать по дороге. Есть идея взять его водителем.

– А Володя?

– Володю Андрей выгнал за пьянку. Честно говоря, я и сам давно хотел это сделать.

– И что, Андрей сам не мог найти в Москве водилу?

– Нашел. Только водила этот уже мертв.

– Не понимаю, а где Андрей?

– Там же, где и водила. Слушай, Костя, поговорим при встрече, а пока сделай моему кандидату ближе к аэропорту маленькую засаду, как ты умеешь. Только не переборщи. У него ствол, так чтоб никто не пострадал. В его меткости я сегодня убедился. Хочу проверить его верность. А заодно и водительские навыки.

– Сделаем, дядя Сережа.

В трубке раздались короткие гудки. Сегодняшний день сильно потряс Ванштейна, но подавать виду он не стал. Спокойно отчитавшись перед столичным начальством, дядя Сережа еще раз проанализировал ситуацию сегодняшнего дня.

Оказаться подсадной уткой Филатов не мог. Вряд ли кому-то нужно было ломать комедию с участием пяти трупов, чтобы внедрить в филиал «своего человека». Втиснуть водителя можно было и более простым способом. Сегодняшний пример это наглядно продемонстрировал. Охранники плохо проверили человека и поплатились за это жизнями.

А столкновение с Филатовым на презентации перед отлетом в Европу? Случай? В принципе, здравомыслие не исключало этого. В любом случае нового человека надо проверить. И здесь Ванштейн был спокоен. Днем раньше в Москву прилетел сын начальника нальчикского филиала, который возглавляет службу безопасности, сканируя любого человека или предприятие, входящее в контакт с филиалом.

Как профессионал за несколько часов он устроит отличную проверку Филатову, и если тот выдержит испытание, Ванштейн сделает Юрию предложение, от которого тот вряд ли откажется.

Уже знакомая дяде Сереже «Волга» подъехала к подъезду ровно в семь вечера. Пунктуальность Юрия бизнесмен не мог не отметить.

– Вы точны, как часы, молодой человек, – похвалил он водителя.

– Время такое, – ответил Филатов, заводя автомобиль, – опоздаешь на минуту – потеряешь миллион.

– Справедливо, – согласился Ванштейн. – Ну что, в аэропорт?

«Волга» плавно тронулась с места и, тихо шелестя двигателем, отправилась к месту назначения.

– А я угадал, «Макаров» трофейный? – спросил дядя Сережа после того, как машина прошла десять минут по кольцевой дороге.

– Наградной.

– Не понял, – удивился дядя Сережа, – сейчас что, в российской армии снова оружием награждают?

– Нас нет, – с этими словами Юрий достал пистолет и протянул его Ванштейну, – а «чехов» да.

– Хамзату за боевые заслуги, Грозный 1995 год, – дядя Сережа прочитал выгравированную надпись на рукоятке пистолета.

– В этом же году на вокзале я его «приобрел». Эта сволочь, хозяин его, не одну сотню наших ребят лично завалил.

– А где обойма? – спросил Ванштейн, просовывая указательный палец в пустое отверстие.

– Извините, оружие даю только разряженное. Привычка.

Машина свернула под указатель на аэропорт и отправилась по второстепенной дороге. Через минуту на первый же перекресток совершенно неожиданно выехал самосвал, перегородив дорогу, и Филатов резко затормозил. В ту же секунду сзади подъехал темно-зеленый ВАЗ девятой модели, из него вышли трое парней с монтировками в руках и направились к «Волге».

«Многовато для одного дня», – подумал Филатов, моментально оценивая обстановку. Слева от него прямо возле обочины выступали деревья березовой рощи. Они были хорошо видны даже в сумерках осеннего вечера. Справа – небольшая искусственная насыпь. Решение само пришло в голову.

– А вот теперь держитесь, дядя Сережа, – глухо произнес Юрий и, резко рванув вправо, проехал по насыпи, наклонив машину боком, практически перпендикулярно земле. Проревев на первой передаче, двигатель легко справился с задачей. И через двадцать минут они были в аэропорту.

– Ну и что это могло быть? – сурово спросил Ванштейна Филатов, когда оба вышли из машины.

– Я вам вот что скажу, – начал дядя Сережа, но продолжить не успел. Темно-зеленая девятка снова показалась в поле зрения и в одно мгновение подлетела к «Волге».

– Пистолет! – скомандовал Филатов, протягивая руку Ванштейну. Он только сейчас вспомнил, что оружие осталось у пассажира.

– Не горячитесь, – одернул Юрия дядя Сережа.

В этот момент из «Жигулей» вышел невысокий коренастый мужчина, лет тридцати на вид и вплотную направился к Филатову.

– А ты молодец, – произнес он, – дядя Сережа был прав, рекомендуя тебя, – он сделал еще несколько шагов и замер. – Я сплю или это?..

– Костя? – прищурил глаза Филатов. – Ты, жив?

– Старлей! – Костя с криком бросился на шею старому знакомому. – То-то я смотрю, кто от меня так легко уйти мог! Брат!

– Костя, живой! – обнимая друга, вздыхал Филатов.

– Так, я не понял, вы что, знакомы? – прервал друзей дядя Сережа.

– Это мой командир, – пояснил Костя, поворачиваясь к Ванштейну.

– Что ж ты сразу не сказал? А я ему испытания устраиваю.

– Испытания? – теперь уже Филатов внимательно посмотрел на бизнесмена.

– Так, настало время для паузы, – смутился дядя Сережа и пригласил троих за собой.

Вскоре они сидели в том же баре аэропорта, в котором еще утром дядя Сережа и трое охранников пили за благополучный перелет.

– Я хотел предложить вам, Юрий, работу в нашем филиале, – начал разговор Ванштейн. – Деньги, уверяю, будут большие, климат в Нальчике, надеюсь, вам привычен.

– Что-то подобное я и предполагал, – равнодушно ответил Филатов. – А зачем весь этот маскарад с Костей?

– Извините, Юра, – пожал плечами дядя Сережа, – после сегодняшнего утра я уже ни в чем не уверен.

– Да, дядя, так что произошло? – вмешался Костя.

– Новый водитель, которого взял Андрей, решил меня ограбить, устроил нападение, перебил всех троих. Меня по счастливой случайности спас Юрий.

– Круто, – покачал головой Костя. – А я на Андрюху большие планы строил. С ментами, теперь, наверное, проблемы? Заявления, протоколы, опознания?

– Нет, Костя, этого не будет. Мы с Юрой уехали оттуда, да простят меня парни. Ты аккуратно свяжись с органами, родным ребят, конечно, сообщить надо, да и тела в Нальчик отправить, но я в эту историю впутываться не хочу.

– Ладно, решим, – заверил Костя. – Ну, так что ты решил, командир? – обратился он к Филатову, внимательно следившему за разговором.

– Пока не знаю, – ответил тот. – Я так понимаю, что если придется мне на поприще вашем голову сложить, не факт, что меня даже похоронят достойно?

– А на Кавказе у тебя мало было шансов пропасть без вести? Согласись, работа у нас более спокойная.

– Тут тебе в здравом смысле не откажешь, – согласился Юрий. – А ты сам как сюда попал? После того, как меня в Гудермес отправили, от тебя никаких вестей. Я думал – несчастье.

– Наоборот. Батя мой на ноги встал. Вот, вместе с дядей Сережей филиал в Нальчике открыли, ну и меня вытащили. Тут я, по крайней мере, больше пользы Родине приношу.

– Торгуя отечественной нефтью за границу? – съехидничал Филатов.

– Работая в государственной нефтяной компании, – парировал Костя, – а значит, решая государственные задачи. Ты думаешь, «Роснефть» только продает богатство наших недр?

– В отличие от жидов, вроде Березовского или Ходорковского, мы страну не разворовываем, – вмешался дядя Сережа.

– Ладно, – кивнул головой Филатов, сделав глоток сока, – у меня есть время подумать?

– Несколько дней, – отрезал дядя Сережа. – Пока Костя в Москве. А там следом за ним вылетаете в Нальчик.

– Круто, – поднял брови Юрий.

– Так вы сами говорили: опоздаешь на минуту – потеряешь миллион. Тут каждый день дорог.

– И то верно, – согласился Филатов.

Некоторое время бывший офицер ВДВ пребывал в раздумье. В жизни каждого человека есть моменты, когда приходится принимать судьбоносное решение. Правда, иногда судьбу может изменить случайная встреча на курорте или простой поход в магазин. Судьба непредсказуема, и до сих пор неизвестно, сам ли человек ее хозяин, или же правят его жизнью неведомые силы.

Как любой самоуверенный человек Юрий не верил в судьбу. Одна мысль о том, что кто-то «дергает» его за веревочки, словно в кукольном театре, была ему противна. Именно это объясняло его порой безрассудные поступки и постоянное участие в различных авантюрах. Не плыть по течению – вот основной девиз Юрия Филатова. Работая водителем в спокойной фирме «Такси-Элита», он все равно был уверен, что рано или поздно соберет дорожную сумку, прыгнет в машину, поезд или самолет и окажется в новых, еще неведомых ему краях, где работа не будет столь безопасной и спокойной. И даже в те минуты, когда Филатов отдыхал, расслабляясь в мягком кресле под классическую музыку, он ловил себя на мысли, что радость спокойной жизни – не что иное, как лицемерие перед самим собой. Юрий всегда говорил, что тело без движения подобно стоячей воде, которая закисает, плесневеет и портится, а жизнь без движения подобна коме.

Вот и пришел шанс изменить жизнь, добавив ей драйва. В сущности, что он теряет, переместившись в Нальчик? Московскую квартиру можно продать или сдать в аренду, а все имущество, кроме телевизора, музыкального центра и холодильника, можно действительно упаковать в дорожную сумку. Так и быть, скудная мебель пойдет в нагрузку тем, кто купит эту конуру.

Размышления Филатова оборвал телефонный звонок. Юрий протянул руку к трубке радиотелефона.

– Ну что, старлей, решение принято? – раздался бодрый голос Кости.

– Решение? – потянул Филатов. – А оно и не обсуждалось.

– Так мы вылетаем?

– Разумеется.

– Значит, я за тобой заеду ровно в четыре вечера.

Как и договаривались, два бывших сослуживца выехали в аэропорт и уже через час пили кофе в мягких самолетных креслах, обсуждая работу и выстраивая планы.

– Дядя Сережа хотел взять тебя водителем, – объяснял Костя, – но я переговорю с отцом. Пойдешь моим замом на место погибшего Андрея.

– У вас там сейчас горячо?

– Нет. Близость Кавказа на бизнес мало влияет. Есть, конечно, внутренняя конкуренция. У Кабардино-Балкарии трения с чеченами, но все проходит цивилизованно. Как говорится, в рамках доверия.

– То есть не стреляют?

– Как и везде. Но сейчас, ты же знаешь, не девяностые. Бизнес поделен. Тем более «Роснефть» – компания государственная. И от нее во многом зависит наш ВВП.

– ВВП в смысле «продукт» или в смысле «президент»? – улыбнулся Юрий.

– От ВВП в смысле «президент» зависит сама компания. По-моему, он после второго срока ее и возглавит, – слегка понизив голос, сообщил Костя.

– И станет президентом России пожизненно, – добавил Филатов.