Шаг в будущее

– Что-то не похоже на приветствие, – заметила Луиза, услышав грозный вопль. Потом во главе с вождем в пернатом плаще, маори с внушающими страх боевыми криками и высунутыми языками исполняли свой бешеный ритуальный приветственный танец хака. Луизу это слегка напугало.

– Тойа маи, «тяните выше ваше каноэ», – перевел Фергус скандирование маори.

Церемония сопровождалась речью нынешнего вождя маори, человека с прямой гордой осанкой, его благозвучный голос сделал обращение на незнакомом языке приятным для слуха.

Когда этот ритуал окончился, официальная делегация направилась с причала на церемонию посадки дерева в колонии, Фергус поглядел на свои наручные часы.

– Теперь последует ханги. У нас едва хватит времени до начала матча.

Луиза посмотрела на него недоуменно:

– Матч?

– Регби. Главное событие дня. Должно быть хорошее зрелище – Вангареи против остальной части Нортленда. – В его тоне появилось воодушевление. – Вангареи ждет хорошая трепка. Вот увидите!

– Что такое ханги? – Этот никчемный вопрос дал ей время поразмыслить. Луиза хотела отказаться от случайно свалившегося на нее приглашения, но в сложившейся ситуации это было трудно. Возможно, ее родственники рассчитывали, что она останется с ним на весь праздничный день.

– Праздник с угощением, приготовленным по-маорийски, в земляных печах, – объяснил Фергус. – Так они готовили до появления белого человека, пакехи. Вы удивитесь, до чего вкусно!

– Не думаю… – Ее колебания были восприняты Фергусом как сомнение насчет качества еды на ханги, а не как нежелание докучать ему своим присутствием дольше, чем то строго необходимо.

– Не сомневайтесь, вам понравится, – заверил он. – Еда – высший класс. Пальчики оближете! Впрочем, всегда есть чай и сандвичи, если захотите.

Луиза не успела высказать своих соображений по этому поводу, потому что Фергус приказал кучеру ехать. Лошади тронулись, и карета пристроилась за машинами, ползущими по узкой, тенистой дороге.

Процессия свернула в широкие ворота просторного двора. Кучер пристроил карету между запыленным «лендровером» и «фордом» модели «Т». Оглянувшись, Луиза заметила невдалеке вырывающиеся прямо из-под земли клубы пара.

– Приехали! – Кучер снял высокую черную шляпу, пригладил красный жилет. – Я и сам не прочь съесть чего-нибудь. Найду человека последить за лошадьми. Никто не сравнится с маори, когда речь идет о свинине, приготовленной в земляных печах.

– Им нет равных, – согласился Фергус. Он повернулся к Луизе: – Выходите, Мари-Луиза, я подам руку.

– Луиза, – не утерпела и поправила она. Если этот тип вообразил, будто имеет право называть ее как угодно… Вдруг она вспомнила, что Мари-Луиза ее собственное имя. Все равно…

– Мне по душе Мари-Луиза, – с веселой усмешкой парировал Фергус. Ловко спрыгнув на высушенную солнцем траву, он предложил обе руки Луизе. – Ну же, прыгайте!

Он смотрел на нее, сильный, смеющийся, полный жизненных сил, но что-то в Луизе сопротивлялось волнующему ощущению, которое вызывал в ней этот мужчина. Сосредоточившись, она приказала себе не поддаваться его коварной силе.

– Я справлюсь, – слабо сказала она в замешательстве, сковавшем ее чувства. Преднамеренно избегая его протянутых рук, она стала спускаться, наклонившись вперед, но по дороге каблук белой туфли запутался в кружевной вуали. Луиза пропустила ступеньку и упала в трепещущих юбках на землю.

– Все в порядке? – В голосе Фергуса послышалось истинное беспокойство. Он наклонился помочь ей, но, разъяренная своей неуклюжестью, Луиза вскочила почти так же стремительно, как упала. И тут ее лодыжку пронзила ужасная боль.

«О нет»! – Девушке хотелось плакать от досады. Физическая боль отступила перед унизительным фактом: с ней произошло то, что она всегда считала аффектацией жеманных героинь викторианских романов.

Ни за что она не признается, только не ему.

– Конечно, – отважно солгала она.

Но Луиза не могла замаскировать бледность лица, и ее кривая улыбка выглядела неубедительно. Правда заключалась в том, что Луиза едва могла поставить ногу на землю, не испытывая при этом мучительной, раскалывающей боли.

– Просто легкий ушиб – идти можно, – выдохнула она. – Если вы только… – Она в отчаянии умолкла и тяжело навалилась на его руку. Ей все равно. Ей надо на что-то опереться.

Фергус посмотрел на нее в упор.

– Точно не хотите, – спокойно спросил он, – чтобы я отвез вас домой?

Луиза, стиснув зубы, вымолвила:

– Нет, нет, конечно нет! – Не хватало только его жалости. – Сейчас все пройдет. Я только присяду ненадолго. – Она с облегчением опустилась на сухую траву. – Через минуту я буду в порядке.

Фергус все еще задумчиво смотрел на нее:

– Ну, раз вы так думаете. Посидите немного, а я схожу, возьму еды, горячее питье…

Оставшись одна, Луиза принялась изучать поврежденную ногу. Лодыжка под ремешком туфли заметно раздулась. Хорошо, что боль немного утихла. Луиза сняла свой головной убор и осмотрела фату. К счастью, в месте, куда попал каблук, только крошечный разрыв. По крайней мере, своим глупым падением она не слишком испортила эту ветхую материю.

Луиза поглядела на окружающую ее компанию. Среди счастливых семей потомков колонистов было много улыбающихся лиц маори – темноглазые симпатичные родители с восхитительными малышами.

В следующий момент Луизу окружила шумная толпа – ее разыскали тетя Рени и дядя Джордж в сопровождении друзей и родственников. Тетя Рени воодушевленно махала рукой группе людей в старинной и современной одежде.

– Половина из них – твои родственники, – сказала она Луизе. Тетя разложила на траве коврик. – Чтобы драгоценное свадебное платье не испачкала земля. – Луиза торопливо спрятала в складках порванное место платья.

Все говорили одновременно, и Луиза заставила себя участвовать в общей болтовне и подшучивании. К счастью, никто не заметил, что смех Луизы звучит принужденно, а лицо такое же лилейно-белое, как у викторианской мисс Матильды, которую она изображала.

Вскоре подошел Фергус в сопровождении двоих мужчин. «Он большой, высокий и сильный, – думала Луиза, – выделяется среди прочих изяществом и достоинством». Вместе со спутниками он принес корзины, изготовленные из местной ивы, и раздал присутствующим. Кто-то предложил Луизе чашку горячего чая из термоса, которую она с благодарностью приняла.

Фергус наклонился к ней и указал на зеленую корзину, из которой шел пар.

– Попробуйте, – убеждал он. – Это лучше, чем вы думаете! – Фергус поднял зеленые листья, под которыми оказалась сочная свинина, приятные золотые кумеры, зелень. Все это выглядело весьма аппетитно.

Луиза испугалась того момента, когда снова придется идти, пусть даже совсем немного, к карете, поэтому ей показалось, что толпа потянулась к футбольному полю некстати скоро.

Девушка собрала все свои силы. Она не хотела признаваться Фергусу, что снова напортачила! Только бы другие не замечали и не тряслись над ее невзгодами, а она как-нибудь справится. Она должна. К счастью, матч пройдет неподалеку от этого места и ей не придется долго идти.

Когда компания тети Рени собралась покинуть пикник, пожилая женщина подняла остроконечный головной убор и попрощалась с Луизой с восхищенной улыбкой:

– Ты выглядела замечательно, Луиза. И Фергус тоже. Совершенная свадебная пара старых времен! Мы пойдем, но Фергус о тебе позаботится. Вы, по его словам, остаетесь на большой матч?

Луиза кивнула и помахала на прощанье, отчаянно надеясь, что сможет еще на какое-то время скрыть свое бедственное положение.

Она страшилась вставать на поврежденную ногу, но во время игры, по крайней мере, можно сидеть.

– Не забудешь поболеть за Нортленд? – И тетя Рени присоединилась к остальным.

– Нам, пожалуй, тоже пора, – сказал Фергус. – Как нога?

– Лучше, – солгала Луиза, – или почти.

Он изучил взглядом девушку:

– Уверены?

– Конечно уверена! – Луиза отважно поднялась, но ее тут же захлестнула волна ошеломляющей боли.

– Плохо, не так ли? Почему вы сразу же не сказали мне? – зарычал Фергус в своей властной манере, однако в этот момент Луиза была слишком встревожена, чтобы обращать внимание на грубость. – Я отвез бы вас назад.

– Все хорошо, – выдохнула она.

Но на самом деле было далеко не хорошо. Свадебная карета, как она теперь поняла, уже уехала. Луиза тяжело навалилась на сильную руку Фергуса и не выразила протеста, когда он поддерживал ее, а потом почти нес к красному фургону несколько ярдов.

«Слава богу, – подумала Луиза, – машина близко».

Быстрым движением Фергус распахнул дверцу, поднял девушку на руки со всеми белыми юбками, бережно усадил на пассажирское сиденье. Он подобрал фату и захлопнул дверцу.

Когда заработал двигатель, Луиза слабым голосом спросила:

– Куда мы едем?

Фергус усмехнулся:

– Не в операционную к доктору, уж точно! Бог знает, где он сегодня. Вероятнее всего, на матче.

Внезапно Луиза потеряла интерес к конечному пункту назначения. Боль в ноге резко усилилась. Ей показалось, что если она не снимет туфлю с больной ноги сейчас, то не сможет ее снять никогда.

Фергус стремительно гнал по усаженной деревьями дороге через город, и скоро они свернули на Бэррак-роуд. К великому удивлению Луизы, однако, они проехали мимо входных ворот Силверхилла.

Она положила руку на черный рукав его сюртука:

– Мы не…

Макдональд покачал темноволосой головой:

– Бесполезно, у вас дома еще долго никто не появится. Приехали!

Он свернул к широкому въезду, затененному густыми зарослями высокого бамбука. На ящике, прибитом к воротам, Луиза заметила табличку «Ф. Макдональд». В следующий миг они въехали на извилистую дорогу, обсаженную с обеих сторон цветущими кустами олеандра, она вела к старому деревянному дому хаотичной архитектуры, построенному на возвышении. Покрытый зеленью деревьев и кустарников, дом, как показалось Луизе, настоятельно требовал покраски и реконструкции.

У лестницы фургон затормозил, Фергус выпрыгнул из него и подошел к другой дверце, чтобы помочь Луизе выйти.

– Осторожно, держитесь за меня.

– Я могу… – Но в этот момент распухшей ногой Луиза коснулась красного гравия дороги и заметно пошатнулась – такой мучительной была боль. Ни слова не говоря, Фергус взял ее в охапку и понес легко, словно ребенка, делая широкие шаги. Когда они приблизились к веранде, Луиза почуяла волну запаха, исходящего от белых трубок мандевиллы, плети которой заполонили перила. Луиза не могла решить, что больнее – давление ремня, глубоко врезавшегося в распухшую ногу, или удар по ее гордости. Унизительно, что Луиза так беспомощна и вынуждена позволить Фергусу перенести себя через порог его дома в этом несчастном свадебном платье… Она отчаянно надеялась, что старая традиция, по которой жених вносит невесту через порог их нового дома, давно забыта поселенцами, покинувшими свои страны ради этих южных островов в Тихом океане.

Надежда быстро угасла. Луиза поняла ироническую усмешку Фергуса, когда он задержался на веранде, чтобы распахнуть ногой дверь с облупившейся краской.

– Добро пожаловать домой, Мари-Луиза!

У нее сложилось странное впечатление, что ее несут по бесконечно длинному темному коридору, потом через безукоризненно чистую кухню в большую гостиную со старомодным гардеробом, выцветшим ковром и потертыми кожаными креслами.

Удивительно бережно Фергус уложил девушку на низкую кушетку. Потом подошел к окну, распахнул широкие и тяжелые темные гардины, открыв путь потоку солнечного света.

– Теперь… – Он опустился на колени. – Давайте осмотрим вашу лодыжку.

Поскольку ничего другого не оставалось, Луиза протянула ногу. Увидев сильный отек, Фергус ошеломленно присвистнул:

– Вы, похоже, все это время готовы были от боли лезть на стену. – В его серых глазах снова возникло строгое выражение.

Даже в беде Луиза не могла сдержать самодовольных мыслей. Теперь Фергус просто обязан пересмотреть свое первоначальное мнение о ней. Ему придется признать, что, несмотря на раздраженность и острословие, она тем не менее невероятно храбра, стойка и достойна похвалы.

– Какого черта, – вернул ее к действительности резкий голос, – вы промолчали о том, что здесь все так ужасно? Я бы пулей доставил вас к доктору! Теперь вам придется обойтись моими услугами! Погодите, достану нож.

– Нож! – Луиза подскочила с тревогой, раскрыв широко глаза.

– Чтобы разрезать ремень. – Фергус подошел к каминной полке и вернулся со сверкающим лезвием в руке. Игнорируя опасливое выражение на лице Луизы, он снова опустился на колени. Сильный, целеустремленный и властный, как всегда, он навис над Луизой. – Замрите на мгновение.

Не осмеливаясь сдвинуться даже на миллиметр, она нервно покусывала прядь длинных волос. Ловкое движение ножом – и в следующий миг Луиза почувствовала внезапное ослабление давления и пульсирующую боль, когда кровь опять хлынула в распухшую ступню. С великой осторожностью пальцы Фергуса исследовали ушибленное место.

«Он действует так безразлично», – промелькнула у Луизы мысль. Обращается с ней так, словно она для него очень мало значит. А разве нет?

– Обыкновенное растяжение, – наконец произнес он, по мнению Луизы, довольно бесцеремонно. – Сначала я подозревал перелом, но это только сильное растяжение. Сделайте холодный компресс изо льда.

Луиза облегченно вздохнула. По крайней мере, она пострадала не слишком серьезно. И в самом деле, боль уже притупилась, и Луиза почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы заинтересоваться окружающей обстановкой. Оглядевшись, она поняла, что находится в типичной комнате холостяка. Несколько больших пепельниц расставлено на столе и комоде, в углу небрежно примостилась винтовка, на низком книжном шкафчике – высоченная гора газет.

– Вот почему вы пропускаете матч?

В дверях стояла та самая высокая девушка в плиссированной юбке и необычной шляпке, обратившая на себя внимание Луизы во время парада. Вблизи она оказалась еще привлекательнее. Или иллюзию красоты бесцветным глазам и неуловимой улыбке придавала аура уверенности в себе? Девушка с интересом взирала на развернувшуюся перед ее глазами картину: Луиза на кушетке, рядом Фергус на коленях.

– Все гадают, куда вы пропали, – зажурчал теплый голос. – Фургон исчез, поэтому я подумала, вернусь-ка и проверю, не случилось ли чего.

– В этом ты права! – Фергус встал, усмехаясь. – Несчастье с Луизой.

Ощущая холодный взгляд другой девушки, Луиза попыталась изобразить беспечную улыбку. Это нелегко, когда знаешь про свои взъерошенные волосы, распухшую ногу, к тому же этот смешной свадебный наряд, особенно перед той, что так явно уверена в своей безупречной внешности.

– Луиза, познакомьтесь с Кери, Кери Вермонт, – сказал в своей лаконичной манере Фергус. – Завтра вечером можете послушать ее пение в концертном зале. То есть если к тому времени будете достаточно подвижной, чтобы добраться туда. Полагаю, вы слышали о Кери?

– Нет. А должна?

Она заметила отсвет неудовольствия в глазах Кери и поняла, что попала впросак.

– Прости ей, – Фергус улыбнулся Кери, – она только сегодня прилетела из-за границы.

Кери небрежно кивнула, и Луиза подумала, не привиделся ли ей короткий колкий взгляд, в то время как широкий рот Кери разомкнулся до ослепительной улыбки. «Странно, – пришло в голову Луизе, – эта улыбка так внезапна и не затронула глаз…»

– Я отвезу вас домой, Луиза? – тут же предложила Кери своим бархатным голосом.

– Нет. – Взгляд Фергуса задержался на Луизе, которая осторожно опустила ногу на пол. – Полагаю, я обязан помочь Луизе, раз допустил ее падение с подножки кареты. Как только вернутся остальные…

– Уже вернулись, – быстро вставила Кери. – Я привезла компанию Лэйси с собой. В конце концов они передумали оставаться на матч.

– Не хочу вас задерживать. – Луиза поглядела на Фергуса. Внезапно ей пришло в голову, что второй раз за несколько часов ее небрежность и глупость отнимают у него время. Сначала она заставила его опоздать к началу праздника – ну, почти. Теперь он пропускал матч по регби, которого, похоже, очень ждал.