Зов крови

— Признайся, мы были быстрее и выиграли состязание!

На лице Франца Леопольда появилось его обычное высокомерное выражение.

— Но я вижу вашего толстячка внизу, и он жалостливо смотрит на нас, словно пес.

— Да, и он стоит там вместе с Карлом Филиппом…

— …и оба готовы в любое мгновение начать драку, — добавила Иви и спрыгнула назад, на платформу.

Но Сеймоур уже встал между двумя юными вампирами, рыча и скаля клыки.

— Посмотрим, как мой кузен переработает маленького толстячка на кашу, или вмешаемся? — спросил Франц Леопольд. — Как думаешь, Алиса?

Она не ответила ему, а молча последовала за Иви. Франц Леопольд пожал плечами и тоже элегантно спрыгнул вниз.

— Никто не одержал победы! — сказала Иви.

Когда другие закричали, протестуя, она заставила их замолчать, решительно подняв руку. Она была самой маленькой, но от нее исходила сила, которая делала ее могущественнее и заставляла забывать о хрупком телосложении.

— Алиса и Франц Леопольд дотронулись до статуи Ангела одновременно. Мы все остались позади. Значит, если и есть победители, то они оба, а мы шли прямо за ними. Я думаю, это состязание показало, что наши семьи не очень-то и отличаются. Да, у нас разные силы, но они все полезны, и мы можем бороться с их помощью не только друг против друга, но и вместе, бок о бок. Давайте еще немного насладимся великолепным видом Вечного города, освещенного луной. А потом нам нужно возвращаться домой, так как свет уже скоро начнет гасить звезды на востоке.

— Что за речь! У меня даже закружилась голова, синьора профессорша, — сказал Франц Леопольд, но его слова даже наполовину не прозвучали так насмешливо, как, очевидно, этого хотел вéнец.

— Да, вид действительно великолепный, — подтвердила Алиса, подойдя к брустверу.

Тибр медленно тек меж илистых берегов. На баржах и рыбацких лодках самой северной городской гавани горели фонари, свет которых отражался в воде. Несколько человек с факелами двигались по лабиринту переулков на другом берегу к площади Навона. Теплый свет огня отражался на стенах плотно стоящих домов. Но большая часть римлян в это время отдыхала, в то время как первые рыночные торговцы скоро должны отправиться со своим товаром на разные площади города. Юных вампиров охватило мирное настроение, пока Карл Филипп грубо не прервал его.

— Еще ничего не решено! Может, мы и выиграли первую часть без значительного преимущества, но обратный путь станет решающим!

Он схватил за плечо Франца Леопольда, который стоял рядом с Алисой и Иви и смотрел вместе с ними на крыши города.

— Давай, не стой здесь, как пень, словно тебе нужно завыть на луну. Состязание продолжается.

Глаза Анны Кристины азартно заблестели.

— Да, состязание продолжается!

И они втроем уже поспешили вниз по лестнице и исчезли за поворотом.

— Эй! Что это значит? — крикнул им вслед Лучиано. — Мы не договаривались о втором состязании! — Он возмущенно фыркнул. — Я не смогу пробежать через весь Рим во второй раз!

— Что?

Алиса посмотрела на него широко раскрытыми от изумления глазами.

— Ты же не хочешь подарить этим Дракас победу, позволив им опередить нас на обратном пути? Ты не можешь так поступить! И только потому, что тебе не хочется напрягаться?

— Лучиано слишком устал, — сказала Иви, и, хотя в ее голосе не было упрека, Лучиано запротестовал.

Лучше уж он упадет без сил на дороге, чем допустит такой позор! Он решительно расправил плечи.

Алиса просияла.

— Тогда вперед! Показывай нам самый короткий путь.

И римлянин побежал вниз по лестнице, которая вела с террасы на крыше к галерее, затем во двор и мимо комнат Пап.

— Направо или налево? — крикнула Алиса, от нетерпения переминаясь с одной ноги на другую, как только завидела Лучиано.

— Направо, вниз по рампе!

Они выбежали из крепости и поспешили вдоль внешней стены к маленьким воротам, которые Лучиано знал, как открыть.

— Сейчас мы пойдем по другому берегу, так путь короче, — прохрипел он. — Через мост!

Когда они забежали на мост — Сеймоур был впереди, — то увидели, что трое вампиров из Вены уже пересекли Тибр и исчезли в лабиринте переулков.

— Тебе нужно помыть руки, — сказал Кармело.

Латона посмотрела на запачканные кровью ладони.

— Наверное, будет лучше, если в следующий раз ты наденешь еще и черные перчатки.

Его голос был абсолютно бесстрастен.

— Наверное, — тихо произнесла она, стараясь не смотреть на тело, которое неподвижно лежало в углу двора. — Теперь я могу идти?

Выражение его лицо стало мягче. Он положил руку ей на плечо.

— Да, иди в комнату и переоденься. А я тем временем избавлюсь от следов. А потом мы вместе перекусим. Я знаю маленький бар, там готовят еду даже в такое позднее время.

Латона молча кивнула. Она пока еще вообще не могла себе представить, сможет ли проглотить хоть что-нибудь. В этот раз ей было плохо. Хуже, чем всегда? Или она просто с каждым разом становится чувствительнее? Она думала, что со временем чувства притупятся, она охладеет, особенно по отношению к старикам и тем, у кого безобразная внешность, но ее надежда не оправдалась. Она все время говорила себе, что они имеют дело с монстрами, что вампиры не люди, что им нечего делать на земле, но это не очень помогало.

Кармело чуть сжал ее руку.

— Это всего лишь трюк, знаешь ли. Они могут влиять на наше сознание. Делать нас беззащитными, боязливыми или бесчувственными, чтобы мы обо всем забывали. А когда ситуация становится опасной для них, они в качестве последнего козыря используют свое умение вызывать жалость, чтобы спастись.

Латона посмотрела на тело в углу.

— Сегодня это не совсем сработало.

— Да, не сработало.

Латона потерла окровавленные руки.

— Тебе еще нужно все убрать здесь и почистить. Ты будешь отрубать ему голову?

Кармело кивнул.

— Ты знаешь, что это необходимо. Но сначала мне нужен камень.

Он склонился над холодным телом и засунул пальцы между жакетом и рубашкой. Ничего. Он расстегнул золотые пуговицы и расшнуровал шелковую рубашку. Он открыл белоснежную грудь, которая даже немного блестела в свете луны. Рану, которую оставил его меч, прикрывала темная ткань жакета. Но рубина, который другие носили на кожаных шнурках или изысканных золотых цепочках, на шее не было.

— Пойди и помойся, — резко сказал Кармело. — Мне придется полностью осмотреть его, пока я не найду камень. А потом уже я займусь уборкой. Жди меня в комнате.

Он сорвал с вампира жакет и рубашку. Латона отвернулась. Эти жесты показались ей еще более грубыми, чем удар мечом в сердце жертвы. Нет, мысленно поправила она себя. Вампир был хищником, а люди — его жертвами. Она поспешила в их комнату в маленьком отеле напротив полуразвалившейся церкви Сан-Никола-де-Цезарини. Навстречу ей вышли две кошки и стали с мяуканьем тереться об ноги.

«Удивительно, как много в мире кошек», — подумала она и сосредоточилась на черных кошках с рыжеватыми пятнами, чтобы не думать об окровавленном теле, которое дядя Кармело сейчас широким размахом меча окончательно уничтожит. И освободит душу…

Она погладила кошек по спинкам, а потом взлетела по лестнице наверх в их комнату. Вода в тазу для мытья давно остыла, но Латона полностью разделась и стала обтирать тело тряпками, ополаскивая их в воде. Она терла кожу, на которой уже давно не было крови и которая даже покраснела от ее чрезмерных усилий. Наконец она замерла, взяла простыню и промокнула воду. Девушка как раз успела накинуть тонкую сорочку, когда Кармело без стука ворвался в комнату. Казалось, он совершенно не замечал того, во что она одета.

— Я обследовал его с головы до ног. Ничего! Я обыскал с факелом все место. И опять никакого результата! Да и не терял он его во время нашей борьбы.

Кармело поднял руки и снова опустил их. На его всегда таком сдержанном лице появилось отчаяние, а вместе с ним и ярость.

— У него просто не было с собой этого рубина!

Латона набросила на плечи накидку.

— Может, не все вампиры носят такой камень.

Кармело набросился на нее, схватил за плечи и затряс.

— Неужели ты не понимаешь, что это означает? Мы не получим ни одной серебряной монеты. Ничего! Кардинал платит только в обмен на камень.

Латона осторожно убрала его руки, которыми он больно впился в ее плечи.

— Досадно, но что можно с этим поделать? Я предполагаю, что ничего.

— Да, ничего! — сердито крикнул Кармело. — Мы подвергли себя опасности и освободили Рим от еще одного кровопийцы совершенно бесплатно. И не приблизились к нашей свободе ни на шаг.

— Значит, нужно продолжить, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно мягче.

— А что, если до сих пор нам просто везло? Что, если большая их часть ходит без камней и мы будем зря искать и охотиться ночь за ночью?

Латона обхватила себя руками. Внезапно ей стало холодно. При этом ее кожа горела огнем и она чувствовала себя одинокой и беззащитной.

— Тогда нам остается лишь молиться и надеяться на то, что Бог направит нас по правильному следу.

Кармело презрительно хмыкнул.

— Бог? Да уж скорее кардинал дьявола!

В ЗАПАДНЕ

— Куда теперь?

Алиса стояла в конце моста и ждала Лучиано, который бежал к ней, прерывисто дыша. Она даже не пыталась скрыть своего нетерпения. Как Иви могла оставаться такой спокойной, словно ничего не было поставлено на карту?!

— А что же такое поставлено на карту? Наша честь в глазах Франца Леопольда?

Иви улыбнулась, заметив возмущенный взгляд Алисы, и пояснила:

— Догадаться, о чем ты думаешь, совсем не сложно. Ты прямо дрожишь от волнения. Почему тебе так важно показать ему свое превосходство?

Лучиано наконец добрался до берега и сразу же завернул в узкий переулок. Алиса и Иви последовали за ним. Сеймоур бежал впереди, время от времени возвращаясь к ним, а затем снова вырывался вперед.

— Мне нужно не это, — негодующе ответила Алиса. — Речь идет не только о Франце Леопольде, а обо всей его семье, которая считает, что они лучше других, а к остальным относится с презрением и оскорбляет.

— И тебе важно исправить ситуацию в соответствии с твоими представлениями?

Иви продолжала настаивать на своем. Алиса уже почти не обращала внимания на окружение. Все переулки, узкие и кривые, полные мусора, были похожи друг на друга. Повсюду бегали крысы, которые, едва заслышав их шаги, бросались в разные стороны. На фоне бледнеющего ночного неба серые стены домов с осыпающейся штукатуркой казались особенно унылыми.

— Да, я считаю, что Дракас должны наконец понять, что они не стоят над нами. Нельзя позволять им думать, будто они сильнее всех, иначе они будут продолжать отделяться и, возможно, даже бороться с другими семьями, чтобы завоевать господство над всеми кланами. Ты посмотри только, как они обращаются со своими нечистокровными! Слуги — их рабы, которых они уничтожат не моргнув и глазом, если это послужит их удобству!

Иви нерешительно наклонила голову.

— К сожалению, суть твоих размышлений верна, даже если ты в своем суждении склонна к преувеличению.

Алиса не стала это обсуждать.

— Но если они увидят, что у них есть не только сильные стороны, но и слабости, которые они могут преодолеть лишь с помощью других семей, им придется принять идею общего обучения для молодого поколения. И тогда мы сможем получить от этой школы все возможное, а также сумеем выжить и основать общую сильную линию крови!

Иви кивнула.

— Вот как раз поэтому я и сомневаюсь, является ли устроенное нами состязание правильным способом. Разве это соперничество не должно выявить, кто над кем стоит? Разве оно не предполагает завоевание права втоптать другого в грязь и посмеяться над его поражением?

Они снова обогнали Лучиано, который довольно сильно отставал. Иви немного сбавила скорость, давая ему возможность догнать их на ближайшей развилке.

— О да, так я и сделаю! — прохрипел он. — Буду наслаждаться их поражением и дам сполна прочувствовать этим воображалам, что значит потерпеть неудачу. Одна только эта мысль подгоняет меня и дает мне силы выдержать это напряжение!

Они обменялись взглядами.

— Да, до этого еще идти и идти, — признала Алиса. — Может, мне поклясться, что я отброшу всю враждебность и всегда буду приветливой с этими… Дракас?

Иви звонко рассмеялась.

— Я не поверю в твою клятву. Ты ведь даже не сможешь произнести это вслух!

Они пересекли площадь Кампо де Фиори, что буквально с итальянского означало «Поле цветов», на которой уже скоро должны были появиться рыночные ряды с рыбой, приправами, овощами, фруктами, а также с цветами, благодаря которым эта площадь и получила свое название. Раньше, когда на этом месте был луг, здесь регулярно проводили казни. Старшие среди вампиров еще помнили эти зрелища с пылающими кострами. Сегодня запах крови уже давно выветрился.

Лучиано повел их мимо закрытых в это время гостиниц, и они вышли с площади с восточной стороны. Внезапно Сеймоур остановился, навострил уши и уперся взглядом в переулок слева.

— Что случилось? — спросила Иви и добавила еще несколько слов по-гэльски. В ее голосе появилось беспокойство.

— Наверняка он учуял других, — предположил Лучиано. — Значит, им не удалось уйти от нас. Бежим! Нам нужно побыстрее добраться до Капитолийского холма.