Королёв

– Все говорят, что Эми похожа на меня. – Арик повернулся к Розали и предложил ей еще кофе, но она покачала головой.

– Раз так, она, должно быть, очень хорошенькая, – даже такого невинного замечания оказалась достаточно, чтобы вогнать Розали в краску. Она вела себя так, будто не привыкла получать комплименты.

Неужели все австралийские мужчины слепые идиоты? Или она просто избегала их? Неужели отец ее дочери причинил ей такую боль, что она боится мужчин?

Учитывая ее поведение, это вполне возможно.

Арик решил отложить размышления на потом.

– Ваша дочка не с вами? – Розали покачала головой.

– За ней присматривает моя мать, так что всю эту неделю я предоставлена самой себе.

Арик с трудом скрыл свою радость. Целую неделю одна… И, возможно, немного одинока? Замечательно.

* * *

Розали наблюдала за тем, как Арик достает еду из сумки-холодильника. Она испытала огромное облегчение, когда он прекратил задавать ей вопросы и начал рассказывать о блюдах, приготовленных его поваром. Он не лез ей в душу, однако она насторожилась, словно боясь, что он мог обернуть полученную информацию против нее.

Какая нелепость! Разве это возможно? Она лишь открыла ему основные факты своей биографии. И все же молодая женщина чувствовала: за его вопросами кроется нечто большее, чем простое любопытство.

Арик Бен Хасан представлял угрозу для ее душевного спокойствия.

Не по этой ли причине она не сказала ему, что является свояченицей принца Куарума? Всюду, куда бы они с матерью ни пошли, местные жители, узнавая об их родстве с семьей принца, обращались с ними с формальным почтением. Наверное, ей просто захотелось снова стать просто Розали Уинтерз.

Даже сейчас ей казалось странным, что ее сестра вышла замуж за принца. Но ей понадобилось провести всего один час в обществе Рафика, чтобы понять, почему Белль в него влюбилась.

Сильный, надежный, красивый и, самое главное, без памяти влюбленный в свою жену. Розали сама всегда мечтала именно о таком мужчине, но такие мужчины – большая редкость. Повернув голову, она посмотрела на благородный профиль Арика.

Поразительно красивый мужчина.

Однако Розали чувствовала, что по характеру он был полной противоположностью мужу ее сестры. Она не могла себе представить Арика в роли примерного семьянина. Дразнящий блеск его черных глаз говорил о том, что он привык получать удовольствие от жизни. Бесспорно, у него было достаточно денег и свободного времени, чтобы удовлетворять любые свои капризы. Зачем ему относиться к жизни всерьез?

Розали наблюдала за тем, как Арик выставляет на стол тарелки и чаши с аппетитными местными блюдами – салатами, соусами, кунжутным хлебом и холодным мясом. Все выглядело безупречно и изысканно. Даже для человека, у которого есть свой шеф-повар, такие пикники навряд ли были обычным делом.

– Арик? – произнесла она и тут же пожалела, что назвала его по имени – он обвернулся к ней с полуулыбкой, усилившей его сексуальность.

– Что все это значит? – Розали указала на накрытый стол.

– Просто ленч на свежем воздухе, – в темных глазах мужчины плясали озорные огоньки, и Розали, несмотря на охватившее ее волнение, захотелось улыбнуться.

Но вместо этого молодая женщина лишь покачала головой.

– Нет, не только, – она не хотела выставлять себя полной идиоткой, но должна была знать все.

– Я не намерена играть ни в какие игры. Пожалуйста, скажите честно, чего вы от меня хотите?

Озорной блеск в его глазах сменился задумчивой Серьезностью, которой она не видела прежде. Это застало молодую женщину врасплох…

Как и его рука, накрывшая ее ладонь. Прикосновение было легким, но в, то, же время настойчивым. От него исходило приятное тепло. У Розали перехватило дыхание.

– Честно? – Арик погладил ее руку большим пальцем, и по телу молодой женщины пробежал электрический разряд.

– Я бы хотел ближе познакомиться с вами, Розали. Намного ближе. – От нового поглаживания ее бросило в дрожь.

– Я хочу стать вашим любовником.

Глава четвертая

Розали отдернула руку. В ее глазах Арик увидел ужас…

И что-то еще, доказавшее ему, что он прав. Она тоже чувствовала связь, установившуюся между ними. Она хотела его, и это ее пугало. В ее взгляде читалась незащищенность.

– Нет! – Ее глаза округлились.

– Я имею в виду…

– Вас не интересуют мимолетные романы?

Розали покачала головой, и ее длинные светлые волосы разметались по плечам.

– Да, не интересуют! – Ее грудь вздымалась и опускалась, руки сжались в кулаки.

Будь Арик тщеславным, ее отказ задел бы его самолюбие, но он видел за ним лишь боль, которую она не могла скрыть. Ему понадобится время, чтобы растопить лед, но он был готов ждать сколько угодно. Все равно победа будет за ним.

– Тогда простите меня за то, что смутил вас. – Она недоверчиво взглянула на него.

– Вы говорите искренне?

– По правде говоря, я был бы рад, если бы вы согласились. Мы могли бы доставить друг другу незабываемое удовольствие… – Когда Арик посмотрел Розали в глаза, на ее щеках вспыхнул румянец, и это восхитило его. В ее стыдливой неопытности была странная притягательность.

– Вы спросили, чего я хочу, и я ответил. И поскольку вы отказались стать моей любовницей, давайте продолжим наш ленч.

– Так просто? – В ее тоне слышалось недоумение.

– Так просто.

– Но… – Нахмурившись, Розали тряхнула головой, словно пыталась прояснить мысли.

– Пожалуй, будет лучше, если я уйду.

– Прошу вас, останьтесь, Розали. Мне хочется узнать ваше мнение о местной кухне, – мужчина потянулся за одной из тарелок.

– Все же мне следует уйти… – Она начала подниматься с ковра, и Арик с трудом подавил в себе порыв остановить ее.

– А ваша картина? Вы больше не хотите, чтобы я вам позировал?

На мгновение она замерла, но затем выпрямилась во весь рост.

– Вы абсолютно правы. К тому же у меня все равно бы ничего не получилось.

– Зачем вы так, Розали? Вам никто не говорил этого раньше? Разумеется, то, что вы делаете, – хорошо. Очень хорошо, – Арик достаточно разбирался в живописи, чтобы понять, что Розали по-настоящему талантлива.

– Тем не менее, это всего лишь картина. Она не стоит…

– Думаете, я предлагаю вам спать со мной ради картины? – В мужчине заговорила уязвленная гордость, и сомнение, промелькнувшее в ее взгляде, лишь распалило его гнев.

– Я не настолько сильно вас хочу, Розали.

– Я не хотела вас оскорбить, – тихо произнесла молодая женщина, глядя ему в глаза.

Арик кивнул.

– Даю честное слово, я не стал бы вас вынуждать вступать со мной в интимную связь. Если вам этого недостаточно, вспомните, я – человек публичный. О любом моем проступке рано или поздно узнаёт вся страна! – Розали казалась встревоженной, и Арик уже пожалел о том, что сказал ей о своем желании. Еще слишком рано.

– Я никогда не беру того, что мне не предлагают по доброй воле, – он красноречиво замолчал, дав ей время обдумать его слова.

Ее глаза по-прежнему были полны сомнения и тревоги, и Арик внезапно почувствовал себя так, словно получил удар в солнечное сплетение. Почему перед прощанием с ней его сердце так бешено стучит?

– Я хотела бы закончить картину… – Розали отвернулась и переключила свое внимание на бьющиеся о берег волны.

– Но это было бы неправильно. Теперь я знаю, вы хотите большего.

Испытав невероятное облегчение, Арик пожал плечами.

– Люди постоянно чего-нибудь хотят, но, к сожалению, не всегда получают это. – Правда, к самому Арику это не относилось. Он сделал целью своей жизни добиваться желаемого. Но Розали незачем об этом знать. Улыбнувшись, мужчина протянул своей гостье тарелку.

– Давайте получим удовольствие от еды прежде, чем она испортится. Каждое утро я буду приводить на пляж лошадь, и позировать вам, а днем мы будем осматривать достопримечательности. Вот так просто. И никакого секса.

Он сказал «просто»…

Глядя в окно автомобиля, Розали размышляла о том, насколько все непросто. На протяжении всего того времени, что они гуляли по старому городу, она отчаянно сопротивлялась магнетической притягательности Арика. Боролась с желанием, которое ослабляло ее решимость держаться от него на расстоянии.

Она проигрывала эту битву.

Ей следовало уйти тогда с пляжа. Устоять перед искушением, вновь испытать то волнующее ощущение, которое охватывало ее всякий раз, когда он заглядывал ей в глаза.

По правде говоря, это гнев Арика заставил ее остаться. Его черные глаза сверкали от ярости, подбородок взметнулся вверх, руки сжались в кулаки. Неужели он действительно думал, что она считает его способным на насилие? Она даже не сомневалась, у него и в мыслях не было подобного. Это шло вразрез с его кодексом чести. Он мог соблазнять и убеждать, но уважал ее желания. Она была в полной безопасности…

Пока сама этого хотела.

По спине Розали побежали мурашки.

Догадывается ли он, что я чувствую?

– Мне нравится, как новые здания в городе сочетаются со старинными постройками, – сказала Розали, чтобы прервать неловкое молчание.

– Проблемы жилищного строительства имеют для нас первостепенную важность.

– Вы занимаетесь проблемами строительства? – удивилась девушка.

Арик пожал широкими плечами.

– Само собой разумеется. Я же шейх. Розали знала – Арик богат и влиятелен, но, учитывая напряженный рабочий график мужа Белль, не думала, что положение Арика также подразумевает большую ответственность.

– Полагаю, служебные обязанности отнимают у нас много времени.

– Да, но гораздо меньше, чем работа. – Он еще и работает?

А Розали думала, что он лишь получает удовольствие от жизни, путешествуя по миру и меняя женщин как перчатки.

Он посмотрел на нее, в его глазах плясали озорные искорки, а губы искривились в сексуальной ухмылке, от которой ее бросило в жар.

– Вас удивляет, что я работаю? – Арик снова переключил внимание на дорогу.

– Я… Я полагала, у вас нет необходимости работать.

Мужчина кивнул.

– Да, но я не привык слоняться без дела.

– Чем вы занимаетесь?

– Управляю энергетической компанией.

– Добываете нефть?

– Не только. Мы вкладываем деньги в использование возобновляемых источников энергии, проектируем создание морской гидроэлектростанции.

– Вам не хватает денег от добычи нефти? – Розали слышала, что запасов нефти в Куаруме достаточно, чтобы эта страна оставалась одной из богатейших в мире в течение нескольких столетий.

– Мы – островная нация, Розали, и поэтому нам небезразличны изменения климата и повышение уровня моря. Кроме того, мужчина должен ставить перед собой цели и достигать их.

Кажется, он имеет в виду не только производство электроэнергии.

Розали почти физически ощущала на себе действие его обаяния. Может, все дело в широкой белозубой улыбке, озарившей его лицо?.. Кровь стучала у нее в ушах, заглушая шум уличного движения, кожу покалывало, грудь сдавило от напряжения.

Ей следует быть осторожной с этим мужчиной. Чувства, которые он в ней пробуждал, слишком сильны. Слишком волнующи. Слишком искушающи.

– Я отвезу вас в отель.

Розали хотела сказать: «Я остановилась не в отеле», но затем передумала. Лучше ему не знать, что она живет одна в доме, который снял для нее Рафик. Весь день Арик вел себя как настоящий джентльмен, но Розали чувствовала его нетерпение, прячущееся за маской внешней невозмутимости, и потому решила прислушаться к инстинкту самосохранения.

– Спасибо, – произнесла она, когда Арик подъехал к одному из отелей, расположенных на этой прибрежной улице.

– Можете высадить меня здесь.

– Я провожу вас до двери. – Розали глубоко вдохнула.