Нереальное приключение

— Мне шестнадцать.

— Этого мало, чтобы начинать жить самостоятельно.

— Моя мама в этом возрасте уже вышла замуж и родила первого ребенка.

— Грандиозно!

Элизабет пожала плечами:

— Ничего особенного.

Она оглядела комнату.

— Слушай, а ты не будешь возражать, если я на эту ночь рухну у тебя? Мне бы… как тебе объяснить… не хотелось бы выходить на улицу, пока не начнет светать.

«Пусть она и старше меня на два года, — подумала Ти-Джей, — но я, по крайней мере, темноты не боюсь».

— А я люблю ходить на улицу по ночам, — произнесла она. — Я иногда удирала из дома, чтобы просто посидеть на свежем воздухе и поглядеть на небо. Но это было там, в старом доме. На ферме. А здесь даже небо какое-то скучное.

— Это из-за загрязненного городского воздуха, — пояснила Элизабет. — А темноты я совсем не боюсь.

— Тогда почему ты не можешь уйти прямо сейчас?

— Я не говорила, что не могу этого сделать. Просто для меня это небезопасно, если вспомнить про лис, сов, кошек и так далее.

— Ах, да, теперь понятно.

— Кстати, надеюсь, ты не собираешься спать на полу? Лично мне хочется поскорей лечь, и было бы нежелательно, если б ты перекатилась среди ночи прямо на меня.

— Нет, конечно, нет.

Ти-Джей закинула подушку на кровать и быстро скатала спальный мешок, стараясь при этом не задеть малявку.

— Мне нужно на минутку зажечь свет, — сообщила она. — Ты не против?

— Это же твоя комната. Действуй.

Яркий свет поначалу ослепил обеих. Ти-Джей подошла к тумбочке и убрала с игрушечного кресла старенького плюшевого мишку. Потом поставила кресло на низенький журнальный столик возле кровати и повернулась к Элизабет.

— Можешь пользоваться вот этим, — пояснила она. — В виде дивана. Тебе как раз подойдет по размеру.

— Спасибо.

— Тебе помочь забраться сюда?

— А я, что, похожа на инвалида? — презрительно фыркнула Элизабет.

— Нет, но я просто…

Ти-Джей не успела договорить, потому что в этот миг Элизабет достала из рюкзачка моток веревки с привязанным к ее концу тройным крюком, напоминавшим крохотный якорь. Крутанув им в воздухе пару раз, она лихо закинула его на кровать Ти-Джей. Затем дернула за веревку, проверяя ее на прочность, подхватила рюкзачок и ловко вскарабкалась вверх.

— Ух ты! — искренне восхитилась Ти-Джей. — Да ты, оказывается, такая сильная! А я в школе на уроках физкультуры с канатом никак не научусь справляться.

Элизабет ухмыльнулась. Ей было приятно, что она сумела произвести впечатление на хозяйку спальни.

— Нас с детства учат, как справляться с трудностями, — пояснила она.

Малявка вынула крюк из кровати, смотала веревку и перепрыгнула на журнальный столик. Ей пришлось преодолеть всего несколько сантиметров, но когда Ти-Джей прикинула рост незваной гостьи, то расстояние получилось приличным. Самой Ти-Джей такие прыжки даже не снились.

Элизабет же повела себя так, будто ничего особенного не произошло. Она бросила веревку и рюкзачок на столик, а сама с удовольствием растянулась на игрушечном кресле. Оно оказалось не таким большим, как хотелось бы, и все же Малявка почувствовала себя в нем достаточно уютно.

Ти-Джей легла на кровать и повернулась лицом к Элизабет.

— И все же я никак не могу поверить, что ты настоящая, — призналась она.

— Привыкай. Как говорит мой папа, мир — штука большая и очень странная, и если ты еще чего-то не видела, совсем не значит, что этого не существует.

— Верно.

Как забавно! Элизабет утверждала, что ненавидит родителей, но когда она вспомнила про отца, то говорила о нем с гордостью.

— А они не будут тебя искать? — спросила Ти-Джей. — Ну, твои родители?

— Сомневаюсь. Они наверняка до смерти перепугались оттого, что ты меня увидела. И в данный момент, пока мы тут разговариваем, уже собирают вещи, чтобы съехать отсюда всем семейством куда-нибудь подальше.

— Это уже лишнее. Я же никому ничего не расскажу.

— Они тебе не поверят. Несмотря на твои клятвы, они все равно подумают, что ты все растреплешь. «Никогда не доверяй верзиле». Это одно из наших самых главных правил.

Слова Элизабет серьезно задели девочку.

— Эй, только не вздумай на меня дуться. Я же не имею в виду именно тебя. Но ты еще ребенок, а они почему-то считают, что дети могут прилично себя вести только в том случае, если находятся под каблуком у родителей. И упаси Господи иметь ребенку какие-то собственные мысли!

— Ну, это мне хорошо знакомо.

— А это твоя лошадь? — поинтересовалась Элизабет, указывая большим пальцем на фотографию Огонька, стоявшую на журнальном столике вместе с ее креслом и ночником.

— Когда-то была моей лошадью, — уточнила Ти-Джей.

— Понятно. Я слышала, как ты сердилась на родителей по этому поводу. Ужас! — понимающе кивнула Малявка. — А знаешь, прикольно получается. Ты думала, что мы мыши, а у меня и в самом деле была когда-то ручная мышка. Ее звали Реджи.

Глаза малявки погрустнели, и Ти-Джей осознала, что только теперь эта взбалмошная девчонка стала чуточку помягче. До этого момента она вела себя так, будто все в этом мире ополчились против нее и ей всю жизнь приходилось сражаться с врагами.

— И что же случилось с твоей мышкой?

— То же, что и с твоей лошадью. Родители велели мне избавиться от нее.

— Почему?

— Ты что, мышей не знаешь? Они писают и какают где придется. И дрессировать их в этом смысле невозможно. Я, конечно, выводила ее на улицу, мы подолгу гуляли. Но родители постоянно ругали меня за нее. Они считали, что верзилы обязательно заметят мышиный помет, вызовут специалиста, он начнет применять свои средства… И где тогда окажемся все мы?

— А я люблю мышей, — призналась Ти-Джей, и ей тут же стало жалко всех тех мышек, которые погибли в мышеловках там, в доме на ферме.

— Как их можно не любить? Ну, если, конечно, не считать, что они постоянно писают и какают. Я обещала убирать за Реджи, но родители мне не поверили. В общем, им было на меня наплевать. Но я бы обязательно сдержала слово. — Элизабет вздохнула и добавила: — Я так любила этого мышонка, правда. Наверное, именно тогда я и возненавидела родителей.

— Так уж и возненавидела?

— Вот именно. — Выражение лица малявки снова стало жестким. — Я только удивляюсь, как ты еще своих не начала ненавидеть. Учитывая все то, что они с тобой сделали. Неужели нет?

Ти-Джей задумалась. Родители частенько бесили ее, и она не могла смириться с тем, как они с ней поступили. Но чтобы ненавидеть их?.. Нет, да и как вообще можно ненавидеть собственных родителей?

— Нет, — ответила она малявке.

— Ну, дело твое.

— Хватит обо мне. Неужели ты сама действительно собираешься уйти из дома? Ведь тогда весь мир узнает о твоем существовании.

— Нет, конечно. Все не так просто. С ума я еще не сошла. Я представляю, что бы тогда началось. Кошмар наяву. Шоу ужасов какое-то… Когда ты такая маленькая, как я, тебе приходится постоянно скрываться и прятаться. Это вполне естественно, а то какой-нибудь верзила обязательно пришибет тебя, спутав с тараканом.

— Так что же ты теперь будешь делать?

Элизабет пожала плечами:

— Сама не знаю. Наверное, попытаюсь найти новый дом, в котором буду спокойно жить. Какое-нибудь уютное местечко, где смогу завести ручного мышонка.

— Можешь оставаться у меня, — предложила Ти-Джей. — Правда, насчет мышонка ничего обещать не могу, но зато предоставлю тебе кукольную мебель и одежду. И кормить, конечно, буду.

— Значит, я стану чем-то вроде твоего ручного животного?

— Нет, ничего подобного я не говорила. Просто я подумала, что так будет удобней и безопасней для тебя. И мне не так скучно.

Элизабет отрицательно замотала головой.

— Нет. Только не это. Ты для меня слишком уж хорошенькая и послушная девочка. Маменькина и папенькина дочка. К тому же я решила всем доказать, что стала взрослой и способна позаботиться о себе сама. В этом и заключался смысл моего побега.

Ти-Джей не стала обижаться на «маменькину и папенькину дочку». Девочка прекрасно понимала, что так оно и было на самом деле. Она слушалась родителей, старалась хорошо себя вести и учиться на «отлично». Она носила аккуратную прическу — волосы до плеч — и, конечно, никогда не позволила бы себе надеть такую коротенькую юбочку, как у Элизабет.

— Но что ты сможешь доказать и кому, если твои переедут отсюда? — поинтересовалась она.

— Глупый вопрос, — фыркнула Элизабет.

Правда, в глазах ее на мгновение блеснуло что-то, напоминающее удивление и сомнение одновременно. Блеснуло и тут же погасло.

— Тебе придется выключить свет, — заявила Малявка. — Я хочу хоть немного поспать перед тем, как утром уйду отсюда.

— Хорошо.

Ти-Джей потянулась к ночнику, но замешкалась:

— Я, наверное, буду еще спать, когда ты уйдешь. Я не очень-то рано встаю. Поэтому хочу пожелать тебе удачи. Надеюсь, у тебя все будет хорошо.

— Как только я уйду отсюда, у меня все сразу станет хорошо.

— А если тебе захочется оставить родителям записку или передать что-то… ну, хотя бы то, что я никогда никому про вас не расскажу… или чтобы они отсюда не переезжали никуда, ты же понимаешь…

— Как будто они стали бы тебя слушать!

— М-да… Наверное, ты права. Ну, спокойной ночи.

— И тебе тоже. Кстати, ты погасишь когда-нибудь свет?

Ти-Джей щелкнула выключателем, и комната погрузилась в темноту.

Она уже почти заснула, как вдруг ей послышалось тихое бормотание Элизабет: «Пусть ты и маменькина и папенькина дочка, но ты отличная девчонка, и с тобой можно иметь дело».

Возможно, эти слова ей только почудились, потому что именно их Ти-Джей очень хотелось услышать от своей гостьи.

* * *

Когда Ти-Джей проснулась, она обнаружила, что субботнее утро давно началось. Солнце поднялось высоко, а на игрушечном кресле никакой малявки уже не было. Впрочем, не оказалось ее и нигде в комнате. Да и вообще признаки ее ночного посещения в спальне полностью отсутствовали.

«Ты просто спала, и все это тебе приснилось», — решила девочка.

Хотя она чувствовала, что все происходило на самом деле.

Она лежала в постели и вспоминала малявку ростом в пятнадцать сантиметров с голубыми неоновыми волосами, но с таким гонором, что хватило бы и на полдюжины настоящих девчонок.

А здорово было бы, если бы эта гордячка существовала на самом деле!

Ти-Джей еще немного повалялась в постели и встала. Она сразу же прошла к компьютеру и включила его. Пока он загружался, девочка опустилась на колени возле стены, где ночью в плинтусе открывалась крохотная дверца. На этот раз никакой дверцы там не обнаружилось. Ти-Джей удалось найти лишь маленькую щелочку на плинтусе. Но в этом месте заканчивалась одна доска и начиналась следующая. Только и всего.

Она вернулась к компьютеру, вошла в Интернет и в строке поиска напечатала слово «Малявка», Экран очистился, а в следующую секунду на нем появились первые десять ссылок из предлагаемых нескольких миллионов.

Ти-Джей тут же поняла, что по одному слову выяснить ей вряд ли что-нибудь удастся.

Она возобновила поиск, но теперь к слову «Малявка» добавила «народность». Ей тут же предложили посетить всевозможные археологические и этнические сайты и даже продемонстрировали статью о найденных на одном индонезийском острове останках крохотной женщины. Правда, череп ее напоминал по размерам грейпфрут, а значит, к малявкам ее причислить было невозможно. Ти-Джей просмотрела еще несколько страниц, но ничего полезного не нашла. Хотя на этот раз количество ссылок значительно снизилось: их предлагалось уже не миллионы, а тысячи.

Но Ти-Джей не отчаивалась. В следующий раз она напечатала в строке поиска «Маленькие волшебные человечки», и компьютер выдал всего тридцать семь ссылок. Правда, и тут никого похожего на Элизабет она не увидела.

«А чего ты вообще ждала? — мысленно спросила она себя. — Ты хотела, чтобы Интернет показал что-то из твоих собственных снов, что ли?»

Она напечатала «Малявки», но и это не помогло.

Наконец, она выбрала более подробное описание и ввела в строку поиска буквально следующее: «Маленькие человечки, живущие за плинтусом», и очень удивилась, когда на экране вспыхнуло приглашение посетить сайт под названием «Существа, наделенные волшебными силами, призраки и монстры». Поначалу она решила, что там описаны какие-нибудь дурацкие мальчишеские игры, но все же щелкнула мышкой. Оказалось, что сайт принадлежит профессору, когда-то преподававшему в одном из местных университетов, и содержит странную смесь из рассказов очевидцев, научных статей и трактатов.

Пролистав несколько страниц, Ти-Джей дошла и до малявок в разделе «крохотные человечки, прячущиеся от людей». Здесь, как и следовало ожидать, перво-наперво предлагалось вспомнить о литературных персонажах из «Путешествий Гулливера», книг Мэри Нортон и даже из давно забытых комиксов. Кроме того, Ти-Джей нашла упоминания о каких-то «коротышках» и «недомерках», придуманных писателями, о которых она раньше ничего не слышала.

Нашла Ти-Джей и две забавные байки о народце, живущем за плинтусами. В одной рассказывалось о «человечках-пенни», которые превращались в монетки, когда на них падал взгляд человека. Вторая посвящалась малявкам. Их описание совпадало с тем, что успела рассказать ночью Элизабет. Кроме того, оказывается, существовала и детская книжка с картинками. Она называлась «Малявки-путешественники», а написала и проиллюстрировала ее некая Шери Пайпер. Кстати, она, так же как и профессор — обладатель сайта, жила в этом городе.