Приключения мышонка Десперо

Глава восьмая

К КРЫСАМ

Услышав барабан Лестера, остальные члены Мышиного совета — двенадцать Почтенных мышей и один Самый Главный Достопочтенный Мышан — собрались в тайной норке, располагавшейся прямо под тронным залом короля Филиппа. Они расселись вокруг доски, опиравшейся на катушки с нитками, и с ужасом внимали Лестеру, который принялся пересказывать им всё, что услышал от Ферло.

— У ног короля, — говорил Лестер.

— Её палец у него на макушке, — говорил Лестер.

— Смотрел на них без всякого страха, — говорил Лестер.

Члены Мышиного совета разинули рты, печально опустили усики и прижали уши к спинам. Почтенных мышей обуревали гнев и страх.

Когда Лестер закончил свой рассказ, повисла растерянная мрачная тишина.

— С твоим сыном что-то не так, — выразительно произнёс Самый Главный Достопочтенный Мышан. — Он нездоров. И дело не в том, что у него бывает жар, что у него непомерно длинные уши и что он совсем не растёт. Дело в том, что он не от мира сего. И его поведение подвергает опасности нас всех. Людям нельзя доверять. Это — истина, которая обсуждению не подлежит. И если мышонок якшается с людьми, если мышонок садится у самых ног человека, если мышонок позволяет человеку до себя дотронуться… — На этих словах все члены Мышиного совета содрогнулись от отвращения. — …такому мышонку тоже нельзя доверять. Таков закон жизни. Нашей жизни. Собратья, я всем сердцем надеюсь, что Десперо не заговорил с этими людьми. Но в данной ситуации нельзя полагаться на одну лишь надежду. Нужна твёрдая уверенность.

Лестер согласно кивнул. И остальные члены Мышиного совета тоже одобрительно закивали.

— У нас нет выбора, — продолжал Главный Мышан. — Придётся отправить его в подземелье. — Он стукнул кулаком об стол. — К крысам! Без промедления. Итак, члены Мышиного совета, прошу голосовать. Кто за то, чтобы отправить Десперо в подземелье, пусть скажет «да».

Грянул многоголосый хор.

— Кто против, пусть скажет «нет».

Тишину ничто не нарушило.

Почти ничего. Потому что Лестер тихонько всхлипнул. Двенадцать Почтенных мышей и один Достопочтенный Мышан тактично отвели глаза.

Читатель, как думаешь, твой папа проголосовал бы за то, чтобы тебя заточили в темницу к крысам? Твой папа тоже не сказал бы ни слова в твою защиту? А папа мышонка Десперо только плакал. Тогда Самый Главный Достопочтенный Мышан снова стукнул кулаком по столу и произнёс:

— Пусть Десперо Тиллинг предстанет перед всем мышиным сообществом. Ему предъявят список его прегрешений и дадут возможность их оспорить. Если же он признает, что виноват, пусть публично покается, чтобы очиститься от грехов и отправиться в подземелье с чистым сердцем. Призвать сюда Десперо Тиллинга!

Что ж, Лестер хотя бы омыл своё предательство слезами. Знаешь ли ты, читатель, что такое предательство? Думаю, уже знаешь, поскольку понял, что произошло только что под тронным залом. Но всё равно — посмотри-ка ты значение слова предательство в толковом словаре. Не повредит.

Глава девятая

ВОПРОС В ТОЧКУ

По велению Мышиного совета Ферло отправился за братом. Он нашёл Десперо в библиотеке. Стоя на большой раскрытой книге, крепко обвив хвостиком ножки, он дрожал всем своим маленьким тельцем.

Десперо читал себе вслух знакомую сказку. Он решил перечитать её с самого начала до самого конца, чтобы убедиться, что рыцарь и прекрасная девушка никогда не расстанутся, что они станут жить-поживать и добра наживать.

Десперо ужасно хотелось прочитать эти утешительные слова: станут жить-поживать. Он отчаянно хотел произнести их вслух, удостовериться, что это чувство, эта любовь, которую он испытывает к принцессе Горошинке, обязательно будет со счастливым концом. Он читал сказку точно заклинание, точно стоит произнести слово — и оно непременно сбудется.

— Вот-вот, — пробормотал Ферло себе под нос. Он то смотрел на брата во все глаза, то негодующе отводил их в сторону. — Именно это я и имел в виду, именно это. Ну и фрукт! Что он тут, спрашивается, делает? Бумагу вроде не жуёт… Нет, он с ней разговаривает! С бумагой-то! Это неправильно! Так не положено!

— Эй! — окликнул он Десперо.

Тот продолжал читать.

— Эй, ты! — крикнул Ферло. — Десперо! Тебя ждут на Мышином совете.

— Что? Прости, не расслышал. — Десперо оторвался от книги.

— Тебя вызвали на Мышиный совет.

— Меня?

— Тебя, тебя.

— Но я сейчас занят, — сказал Десперо и снова склонился над книгой.

Ферло вздохнул.

— Ну и фрукт! Обалдеть! Ничем его не проймёшь! Ничем. Я был прав, что сдал его отцу. Этот парень больной на всю голову.

Ферло проворно вскарабкался по ножке стула и, перепрыгнув на книгу, уселся рядом с Десперо. Постучал лапкой ему по голове. Разок. Другой.

— Послушай! Члены Мышиного совета не из тех, кто ждёт-дожидается. Они требуют, чтобы ты явился. Это приказ. Ты обязан идти со мной немедленно.

Десперо повернулся к брату.

— Ты знаешь, что такое любовь? — спросил он.

— Что?

— Любовь?

Ферло покачал головой.

— Нашёл о чём спросить! На твоём месте я бы спросил, почему меня вызвали на Мышиный совет. Вот это было бы в точку.

— На свете есть кто-то, кто меня любит, — не унимался Десперо. — И я тоже её люблю. И важнее этого просто ничего не бывает.

— Тебя кто-то любит? Ты кого-то любишь? Да какая теперь разница? Мышиному совету на это плевать. У тебя очень серьёзные неприятности, братец.

— Её зовут Горошинка.

— Ты о чём?

— Ту, что меня любит, зовут Горошинка.

— Ну ты и фрукт! Ты чего, вообще не врубаешься? Не понимаешь, что родился мышью? Не сечёшь, что тебя вызвали на Мышиный совет? Давай двигай ногами. Таков закон. Таков приказ.

Десперо вздохнул. Потом он протянул лапку к словам прекрасная девушка и нежно погладил каждую букву. А потом поднёс эту лапку к губам.

— Ты что, вовсе сбрендил? — возмутился Ферло. — Топай за мной!

— Я вас боготворю, — прошептал Десперо. — Клянусь честью.

А после этого, читатель, он последовал за Ферло. С книги на стол, со стола на стул, вниз по ножке, потом по полу библиотеки и — в конце концов — туда, где ждали его члены Мышиного совета.

Десперо шёл за братом навстречу своей судьбе.

Глава десятая

СЕРЬЁЗНЫЕ ПРИЧИНЫ

К этому времени — согласно решению Самого Главного Достопочтенного Мышана — всё мышиное сообщество действительно собралось за стеной бального зала. Члены Мышиного совета восседали на трёх положенных друг на дружку кирпичах, а перед ними толпились все жившие во дворце мыши — умные и глупые, от мала до велика.

И все они ждали Десперо.

— Дорогу, дорогу! — кричал Ферло, проталкиваясь сквозь толпу. — Вот он. Я его веду. Дайте дорогу!

Десперо держался за хвост брата.

— Вот он! Вот он! — пронеслось над толпой.

— Совсем маленький!

— Говорят, он родился с открытыми глазами.

При виде Десперо некоторые мыши с отвращением пятились, зато другие, любители острых ощущений, наоборот — протискивались поближе, стремясь коснуться преступника усиком или лапкой.

— Его потрогала пальцем сама принцесса!

— Говорят, он сидел прямо у ног короля!

— Таких мышат просто не бывает! — перекрывал общий гул голос тётушки Флоренс.

— Дорогу! Дорогу! — покрикивал Ферло. — Я его доставил. Я привёл Десперо Тиллинга, которому велено предстать перед Мышиным советом. — Он вывел Десперо на середину. — Глубокоуважаемые члены Мышиного совета! — начал он. — Как вы и просили, я доставил сюда Десперо Тиллинга, которого вы вызвали на своё заседание. — Покосившись через плечо на брата, он процедил: — Отцепись от моего хвоста.

Десперо отпустил хвост. И посмотрел на тринадцать Почтенных мышей и Достопочтенного Мышана. Встретился взглядом с отцом, но тот покачал головой и отвёл глаза. Тогда Десперо повернулся лицом к толпе — к целому морю мышей.

— В подземелье его! — крикнул кто-то. — Отправьте его в подземелье.

Затуманенное сознание Десперо, в котором роились мелодичные фразы — жить-поживать, бархатные ушки, я вас боготворю, — внезапно прочистилось.

— В подземелье! Туда ему и дорога! — крикнул другой голос.

— Прошу соблюдать порядок, — строго сказал Самый Главный Достопочтенный Мышан. — Суд будет проведён по всем правилам. Мы же цивилизованные существа. — Он откашлялся и обратился к Десперо: — Сын мой, повернись-ка и посмотри на меня.

Десперо повернулся. И посмотрел в глаза Главного Мышана. Глаза оказались тёмными, глубокими, в них таились печаль и страх. Сердце Десперо ёкнуло.

— Десперо Тиллинг! — громко произнёс Главный Мышан.

— Да, сэр? — отозвался Десперо.

— Мы, четырнадцать членов Мышиного совета, обсудили твоё поведение. И решили, что, во-первых, предоставим тебе возможность оспорить вопиющие обвинения, выдвинутые против тебя. Отвечай: сидел ты возле ног человеческого короля или нет?

— Сидел, — ответил Десперо, — но я просто слушал музыку, сэр. Я пришёл послушать песню, которую пел король.

— Что послушать?

— Песню, сэр. Он пел песню о густом сумраке, окутавшем сонные садовые изгороди.

Главный Мышан покачал головой.

— Это к существу дела не относится. Вопрос предельно прост: ты сидел у ног человеческого короля?

— Да, сэр.

Все мыши разом застучали хвостами, засучили лапками, зашевелили усиками. И снова смолкли в ожидании.

— А девочке, человеческой принцессе, ты позволил до себя дотронуться?

— Её зовут Горошинка.

— Не важно, как её зовут. Так ты позволил ей до себя дотронуться?

— Да, сэр, — ответил Десперо. — Позволил. Это было очень приятно.

По толпе пронёсся неодобрительный ропот.

Десперо различил голос матери:

— Mon Dieu, разве это преступление? Ну потрогала, и что из этого?

— Не положено! Не положено! — отозвался голос тёти Флоренс.

— В подземелье! — орали мыши, выбившиеся в первый ряд.

— Тихо! — рявкнул на них Самый Главный Достопочтенный Мышан. — Тишина!

Он снова взглянул на Десперо:

— Десперо Тиллинг, осознаёшь ли ты всю значимость тех священных, нерушимых законов, которыми должны руководствоваться все члены мышиного сообщества?

— Да, сэр, думаю, что осознаю, но я…

— Ты нарушил их?

— Да, сэр… Но у меня были серьёзные причины. Всё дело в музыке, сэр. И в любви.

— В любви? — Достопочтенный Мышан даже опешил.

— Вот заладил, — охнул Ферло. — Ему теперь точно крышка.

— Я люблю её, сэр, — сказал Десперо.

— Мы собрались здесь не для того, чтобы говорить о любви. И судят тебя не за любовь, а за то, что, родившись мышью, ты ведёшь себя неподобающим образом, — провозгласил Самый Главный Достопочтенный Мышан с верхнего кирпича.

— Да, сэр, — кивнул Десперо. — Я понимаю.