Оды на злобу дня. Часть 2

Шестнадцать лет! А ведь его вот-вот (все знают, но злословить некрасиво) военкомат поставит на учет и строго обозначит день призыва. Его побреют и поставят в строй, научат по команде есть, молиться, стрелять и лаять. Через год-другой наш дурик в человека превратится и выйдет на гражданку молодцом — лояльный, исполнительный, толковый. И женится. И станет вдруг отцом какой-нибудь из технологий новых. Где будет ржач и дружба без конца, где будут воровать и материться, где будет всё шокировать отца. И всё опять по кругу повторится.

7. Про генплан

События недели таковы: один доброжелатель утром рано мне приволок отличного Генплана по реорганизации Москвы! В Москве бардак и пробки, грязь и понт. Зачем нам содержать ее такую? В ней нужно все расставить по фэн-шую и провести решительный ремонт.

Прошло чуть меньше девяти веков с тех пор, когда от удали и скуки какой-то Юрий с кличкой Долгорукий провел самозахват семи холмов. И там, где петли делала река, на берегу, на глиняных откосах вдруг пожелал обосновать без спроса фактически прообраз «Речника». Вонзил в крапиву острое копье, воскликнул: «Это поле из бурьяна застроим мы без всяческого плана, поскольку место вроде бы ничье!»

И ошибался — видно по всему. Как результат — страдают миллионы. Ему бы утвердить проект района и получить лицензию ему. Назначить тендер, в нем же победить. Нарисовать проект застройки, смету, согласовать с чиновниками это, слегка завысить, после откатить, проехать по инстанциям по всем — районным, водным, газовым, пожарным — и способом простым, элементарным, добиться утвержденья этих схем.

Когда все утвердят — увидеть вдруг, как на площадку вышли миллионы кузнечиков ядреных и зеленых с плакатами «не смейте трогать луг!». А вскоре постучится саранча. Одна. В очках. Большая как корова. И скажет, что кузнечики готовы все разломать тут в щепки сгоряча. И сразу же, присев на край стола, озвучит сумму: сколько миллионов ей нужно, чтоб кузнечиков зеленых забрать туда, откуда привела. Затем раздастся глас из потолка и скажет убедительно и ровно: «Для стройки покупать ты должен бревна у нашей тещи брата-лесника.» Затем — добро пожаловать в тюрьму. С женой, детьми и личным адвокатом. И тут уж дело даже не в откатах — проект каким-то чудом не ему принадлежит по документам всем: чужие по площадке разъезжают, на бересте печать стоит чужая и имя незнакомое совсем.

Но нет! Москву построили тогда с большим пренебреженьем к процедуре. А нарушитель — Долгорукий Юрий — укрылся от Басманного суда в седых веках. Ну, бог ему судья. У нас — ремонт Москвы. Пусть я не мастер, но я сегодня в руки взял фломастер, нарисовав, как это мыслю я.

Вот это — Кремль. Он идет под снос. Со всем, что там внутри. Он слишком старый. Еще в нем существует риск пожара и нет парковок. Так что не вопрос. Вопрос, что делать с теми, кто в Кремле. Там, говорят, живут толпой огромной. Мы всем дадим квартиры под Коломной — на ровной незастроенной земле. Взамен Кремля построим стадион. Но не простой, а сорокаэтажный. Политикам он может и не важный, но горожанам очень нужен он. Там будет все: кино, футбол, хоккей, каток, концертный зал и пиво в баре, и цирк, и зоопарк, и дельфинарий, и вход один, и стоит пять рублей.

Вот этот круг — Садовое кольцо. Все сносим, что внутри, и все, что рядом: Садовое кольцо должно быть садом! И всех машин, что дышат нам в лицо, не нужно. Только сад, и огород! И парк, и сад камней, и детский садик, и просто там березок понасадим — чтоб к нам в Москву вернулся кислород. А всех, кто на Садовом жил, в кольце, (сто человек и офисов сто тысяч) торжественно собрать, прилюдно высечь, и всех в промзону: Вязьма, сектор «Це». И всю Госдуму с мэрией Москвы — перенести подальше от столицы. Взамен построить школы и больницы, которых не хватает нам, увы.

Затем под землю уберем шоссе, а над землей построим эстакады: чтоб ехали машины, где им надо, без пробок по свободной полосе. Река Москва — за МКАД ее скорей! Она сейчас отстойник и уродство. А так — на ней возникнет судоходство и снова будет порт пяти морей.

Теперь, когда проблемы решены, мы спальные районы перестроим — там будут небоскребы ровным строем, чтоб дать квартиры хоть для всей страны. А всей стране — пора менять людей. На трезвых, честных, добрых, работящих! Но не китайских. Русских, настоящих! Где взять — не знаю. Нет пока идей.

8. Ода вулкану Эй-яфь-ят-лай-о-кудль

Муж предупредил супругу, что на выходные дни едет он на дачу к другу корчевать на сотках пни. И воспользовавшись шансом, искрометная мадам с личным тренером по танцам улетает в Амстердам.

Воскресенье и суббота пролетели как в раю. И пора уж на работу да в родимую семью. Но обратный рейс отложен, и, похоже, навсегда. Кот не сыт — он ссыт в прихожей. В кухне капает вода, унитаз бурчит в уборной, не горит на кухне свет: в понедельник и во вторник никого в квартире нет.

В разных городах и странах все, кому не повезло, ждут в тоске на чемоданах, глядя в черное табло. На работу все забили, нету денег на звонок: деньги кончились в мобиле и кредитка тоже — йок. Сам начальник вон из кожи лезет, брызгая слюной. Только что он сделать может в зале вылета Ханой? Все толкутся, беспокоясь, как в ведерке караси. Дайте нам автобус, поезд! Дайте денег на такси! В поездах забиты полки. Поезд в общем-то не плох, только дорого, и долго, и сидишь в купе как лох. А лохов-то миллионы — в каждом аэропорту. Где же столько взять вагонов вместо боингов и Ту?

Муж, набравшись вдруг отваги, кается по SMS: он с любовницею в Праге, и у них отложен рейс… И в ответ ему два слова: «Поздравляю. Молодец». Вот картина для Брюлова под названием «Пипец»! Это ж гребаный и жуткий и невыразимый стыд! Данте курит самокрутки, и Шекспир в помойке спит!

Всмятку графики и планы, жизнь остановилась вся. В мире действуют вулканы, человека не спрося! Показав былую удаль и покинув свой астрал, вдруг Эй-яфь-ят-лай-о-кудль атмосферу нам засрал!

График рвется сплошь и рядом! Все пропало! Все горит! Олигархам в Лондон надо! Блогерам — на остров Крит! Бизнесменам — по работе! Проституткам — на курорт! А вулкан пространство портит, и взлететь не может борт! Самолеты не летают, над землей зависла тень. Визы тают, тают, тают — как пломбир в горячий день. Те пилоты, кто отважен, приземлились, как могли: крылья биты, стекла в саже — как на МКАДе «Жигули».

Ишь, проснулся! Он в ударе! А Европа вся — в золе! Выдал, сцуко, больше гари, чем все трубы на Земле! Ладно, пепел! В атмосферу мегатоннами пошли клубы газа, хлора, серы — круче всех промзон Земли! Это ж химия какая и канцероген какой! Человек сидит, икая, — потрясенный, никакой.

Мы-то бьемся за природу, а она нам — хрен в лицо! Мы в машинках год от года выхлоп меряем «Це-О». Мы на митинг ходим строем, голосуем за Байкал. Мы на трубах фильтры строим. А вулкан-то хер поклал! Мы боролись, драли попы, прогибались, как могли, мы все лампы и лаптопы выключали в «Час земли»! Мы всю жизнь стыдим науку, ставим счетчики на ТЭЦ. А вулкан проснулся, сцуко, деловой такой — пипец! Мы качали по ютубам репортажи про бельков, мы отказывали шубам из погубленных зверьков, а безумцы экстра-класса ради всех зверей Земли прекратили кушать мясо и на сою перешли. А уж как дрались за сою! Мы же все — и бомж, и чмо — шли на митинг ровным строем против подлых Гэ-Мэ-О! Экология все крепла, набирала голоса! И чего? Чтоб слоем пепла все засыпать в полчаса?

Это ж надо быть уродом, чтоб загадить мир дотла! А в Исландии природа тоже, так сказать, была! Там такие звери жили — папы, мамы, малыши! Там бакланы гнезда вили и шумели камыши! Это ж был волшебный остров — жить да жить, цвести ему! А теперь остался остов — в черной саже и в дыму. Что там остров! Вся Европа — и в дыму и взаперти! Ждет читатель рифму «жопа»? А другой и не найти!

Мы ж цари и боги вроде, иже си на небеси. Это ж мы вредим природе — так нас лечит Би-би-си. Мы не вши, не тараканы! Мы не плесень! Мы не мох! Запретим чадить вулкану Эй-яфь-ятль… да шоб ты сдох! Мы составим манифесты и петиции в ООН! Наших подписей протеста скоро будет миллион! Мы наделаем плакатов, лозунгов «Позор, вулкан!». Мы потребуем откатов у правительств разных стран! Мы пройдем чеканным строем по Садовому кольцу! Голодовку мы устроим — в знак протеста подлецу! По статье осудим гада! Чтобы знал! Боялся чтоб! В общем, что-то делать надо. Блогеры, выводим в топ!

9. Ода российскому флоту

Это было на юге, на заливе Аденском, где бомжует в кораллах разноцветный минтай. Русский танкер гражданский плыл в потоке вселенском, перегруженный нефтью для продажи в Китай. Ходовые моторы капучинили воду. Выхлопные надстройки извергали озон. И динамик на мачте благородил природу, исполняя российский современный шансон. Колосились на солнце полосатые майки, экипаж среди палуб совершал променад. И бросали приветы дружелюбные чайки на отмытый до блеска заводской ламинат. Море мялось волнами, как меха у гармошки, копошились под килем килобайты плотвы. И под пальцами кока создавалась окрошка из российского кваса и суданской ботвы.

Вдруг исчезло блаженство и растаяла нега, и попрятались в иле стайки маленьких шпрот. И удушливый запах сомалийского негра появился в пространстве, заменив кислород. На дощатом баркасе, расчехлив пулеметы, приготовив опасный бронебойный патрон, с нецензурною бранью в адрес русского флота, подплывал сомалийский воровской гегемон. Затрещали затворы, заскрипели канаты, над спокойным заливом потянуло войной. Так российское судно захватили пираты, чтобы требовать выкуп по привычке дурной. Неопрятные, злые, и тупые, как ложка, разбрелись по каютам, у бортов залегли. И руками как звери стали кушать окрошку, будто в жизни не ели ничего в Сомали.

Но недолго резвилась темнокожая раса, сотворив беззаконье и устроив пальбу: ощутив диарею от российского кваса, заметались по судну, проклиная судьбу. А тем временем с видом неземного укора, разрезая пространство, как ножовка картон, из седого тумана вышел крейсер «Аврора», что как раз недалече совершал моцион. И с таким зарядил угрожающим видом в колоссальную пушку мегатонный тротил, словно ею намедни утопил Атлантиду и Венецию следом ни за что опустил.

Побледнели пираты, став предательски серы. Побросали патроны и на пол залегли. И связали пиратов господа офицеры, объяснив, что Россия — это не Сомали. В многоместной каюте без удобств и окошка повезут их по морю в те края, где Москва. И кормить всю дорогу будут только окрошкой, и учить просыпаться по команде «раз-два».

Стрекот аэропланов, звуки автомобилей, и огромные джипы — городской экипаж. Будет счастье пиратам, что их всех не убили, а напротив, свозили, в кругосветный вояж. И в Басманном суде, в зале слушаний прямо, где мундиры конвоя золотит эполет, пожилая судья — престарелая дама — с интонацией МХАТа даст четырнадцать лет. А затем подо Ржевом, в безымянном болоте, в исправительной зоне, в мастерских трудовых, старшина по бараку их научит работе, и за годы обучит русской грамоте их.

Но никто не забыт и ничто не забыто, и вернутся пираты, словно в хлев короли: исполинами духа и культурной элитой, и прослойкой эстетов посреди Сомали. Это будет у моря, где ажурная лента, где резвятся омары, где кораллы вокруг: прекратятся разбои, и почти без акцента зазвучат Розенбаум, Шуфутинский и Круг.

На газетных страницах, в шумном обществе дамском, я мечтою заветной поделился в письме: век бы так у России — ананасы в шампанском, ананасы в шампанском, пидарасы — в тюрьме.

10. Ода Назарбаеву

На Земле идут за годом годы, но повадки прежние, как встарь. Есть такие мудрые народы, для которых очень нужен Царь. Царь — суров, безжалостен и быстр. Царь — умен, велик и всем пример. Это вам не вшивенький министр! Это не задроченный премьер! Это вам не вопли и дебаты, жалобы и слюни в микрофон: безмятежны царские палаты, где внутри сидит на троне Он. Шапка из песца и ворот лисий, золото, рубины и янтарь. Хрен вам, председатели комиссий, — все решит как надо мудрый Царь. Хрен вам, депутаты из Гордумы, хрен вам, представители палат. Все решает тот, кто самый умный, кто завернут в шелковый халат. Все его: леса, поля и горы, реки, океаны и моря. Бездуховен тот народ, который не способен выдвинуть Царя!

Выборы — процесс дурной и жалкий: в них играет только детвора, сочиняя глупые считалки на площадке посреди двора. Царь — не шут, не мода поколений. Вдумайтесь, какой ужасный бред: Вождь народа, Бог, Отец и Гений избран сроком ровно на пять лет! А потом чего? Другого ищем? Нового великого царя? А тому — куда девать умище? Где приткнуться, проще говоря? Выборы — отстой и злая шутка. Царь страны — один, как флаг и гимн! Это не народ, а проститутка, если то с одним, а то с другим!

Это дикость, это срам, ребята! Смерть страны, духовности обвал! Это нам Евросоюз и Штаты впаривают чуждый идеал! Отрицая и царя и бога, превратив политику в говно, развели у власти демагогов и уже запутались давно. Демократы, педерасты, споры, дрязги, компромат, возня в углу… Нет у них Царя. Царя, который кулаком бы стукнул по столу!

Должен быть владыка всех селений, мудрый Вождь простых народных харь. Сам народ, причем, Царю до фени: это нам, народу, нужен Царь! Сиротливы стены кабинета, одиноки лавочка и куст, если в кабинете нет портрета, если в парке не поставлен бюст. Скучно детям в школе на уроке, если посреди учебных дней их зубрить не заставляют строки, сказанные Тем, Кто Всех Умней.

Кто невинным людям даст прощенье? Кто врагов определит в тюрьму? Видео, простите, обращенья в интернет выкладывать — кому? Должен быть герой для всей культуры, тема книг и песен, цель труда! В честь него мы возведем скульптуры! Переименуем города! И в душе у каждого холопа есть мечта. Мечта такая: чтоб целовать не просто чью-то жопу — Наивеличайшую из Жоп! Жопу ту, которой равных нету! (Бог тут, разумеется, не в счет). Целовать публично, чтобы это видел окружающий народ! Даже не Царю с его короной — все тебе завидуют слегка, если ты, счастливчик, рядом с троном сел на расстоянье языка!

И чтоб закрепить навечно славу, нет, не Царь — придворные должны дать Царю пожизненное право прямо в Конституции страны! Нас такими создала природа: в стае должен быть один вожак. Лишь к Царю у нас любовь народа! К президенту — нет, уже не так. Вспомните порядочное слово, в чем была любовь народных душ в адрес, скажем, Миши Горбачева? Или в адрес Джорджа, тот, что Буш? Как им, соплякам, доверить руль-то? Чем гордиться может их страна, если нет ни личности, ни культа, только демократия одна? Славься Царь, Великий и Безгрешный! Слов любви не хватит у меня…

Мы про Назарбаева, конечно. Это ж он сегодня тема дня?

11. Ода виртуальной политике

Мне нравятся события недели — мы вышли на клинический виток: сегодня Чавес пригласил Фиделя в свой «Твиттер» — современный микроблог. Который не сказать, чтоб первый самый, но, Чавес, ты давай, давай, давай! Твой «Твиттер» станет круче, чем у Ламы (который, как вы помните, Далай). Ты в рейтинге растешь со страшной силой! Засунь подальше занятость и лень! Ты обогнал недавно Гейтса Билла по скорости подписки в первый день! Да что там этот Гейтс и этот Лама? Забудь о них, не думай ни о ком! Твой главный конкурент — Барак Обама! «Баракобама твиттер точка ком»!

Перевороты, войны, бунты, иски — сегодня никого уже не прут. Померялись размерами подписки — и выяснили, кто реально крут. Грядет эпоха радости и счастья! Об этом мы мечтали столько лет! И вот оно: стоящие у власти активность переносят в интернет!

Какое наслаждение, о боги! Народ живет спокойно как в раю, пока глава страны тусует в блоге, «В контакте», «Скайпе» или «Ай-си-кью». Никто не скажет, будто он тиранил и множество народа истребил. Не нравится — пошел да и забанил. А нравится — пошел да зафрендил.

Клянусь, любому жителю планеты понравится локальная война, в которой враг кидает не ракеты, а просто в комментарии говна. Забанил Югославию с Ираком — и будешь молодец, а не злодей. А жителей не надо ставить раком — они ведь там живут, растят детей. Страна — она ни в чем не виновата, отныне все решается без слез. Пускай Саакашвили в «Скайпе» НАТО пошлет авторизации запрос. И не получит, как всегда, ответа. И, как всегда, решит, что лишь пока. А Грузию тем временем за это Россия удалит из подзамка. А в подзамки Чечню запишет вместо. Поставит симпу и возьмет в приват. С условием: разбой, грабеж и зверства хотя бы кое-где убрать под кат.

Идите в сеть, стоящие у власти! Ведите в интернете разговор! Пусть Путина Медведев копипастит, шлет Янукович Ющенко в игнор, пусть в блогах на глазах у миллионов (примерно как у наших у ворот) с утра френдит Каспарова Лимонов, а с вечера — уже наоборот. Пусть террористы, воины ислама, кидают спам и попадают в рай. Пускай создаст аккаунт «анти-лама» и будет в нем паясничать Китай.

Пусть кто герой, а кто последний пидор, кого в Госдуму, а кого в музей, определят не выборы, а «Твиттер» — просмотры и количество друзей. Вот это будет честно и культурно. А выборы — средневековый бред: кидать бумажки с галочками в урну, когда у всех домашний интернет!

Пусть и у нас, и в Штатах, и в Европе, и в Азии — короче, здесь и там политиков волнует место в топе и счетчик комментариев к постам. Ты сделал глупость — видишь, рейтинг тает. Исправился — и вырос за два дня. Я президент, а кто меня читает? Я депутат, а кто френдит меня? Никто? Одна жена и два министра? Четыре подхалима и холоп? Ну все, чувак, попал. А ну-ка быстро придумай что-то, чтоб подняться в топ!

Издай закон какой-нибудь полезный, отдай сиротам пару лишних дач, глядишь — и сразу карма вверх полезла, и поутих в каментах лютый срач. Не расслабляйся! Сочини программу, создай экономический подъем — и на тебя подпишется Обама, и сам Медведев (с Путиным вдвоем). Народ страны начнет толпой ломиться, глядишь: пройдет четыре-пять недель, а там и Кастро в «Твиттер» постучится (который, как вы помните, Фидель). И будет краток, словно телеграмма, оставит комментарий: «Молодца!» Ведь все они (особенно Обама) по рейтингу четвертые с конца, и этот факт для них немым укором… Идиллия! Скорей бы, дай нам бог! Уж очень симпатичен мир, в котором политики заводят микроблог.

12. О значении и предназначении мигалок

Машины «Почты России» собираются оснащать мигалками. И пусть они будут не синими, а оранжевыми, на слово «мигалка» у блогеров в последнее время настоящая аллергия. Леонид Каганов решил, что пора высказаться по этому поводу.

Носит петух гребешок цвета алого, носит олень на макушке рога. А для людей — им достаточно малого: просто светить ярким светом, ага. Носит индюк морду красную, страшную, хочется всем пропустить индюка. А у людей — чтобы выглядеть важными, надо светить ярким светом слегка.