Чего хотят демоны

Андрей Белянин и его друзья

ЧЕГО ХОТЯТ ДЕМОНЫ

От составителя

Итак, вот он, наш третий сборник. Лично для меня это и третья победа, и повод серьёзно задуматься о будущем. Хотя вроде бы если победа, так о чём, собственно, думать-то? Праздновать надо! Почивать на лаврах, надевать друг другу веночки из той же лаврушки и, попивая нектар (фернет, сливовицу, горилку, гжеч, мавруд, столичную и т.д.), небрежно следить с высот литературного Олимпа за фэнтезийной суетой на Земле...

Тем паче что компания наша разрастается от книги к книге, и я от всей души рад представить вам новых лиц. Об уже известных авторах надо говорить? Ладно, не проблема. От меня не убудет, а любому писателю всегда приятно лишнее упоминание его имени в положительном контексте.

Сначала пройдём по странам дальним, славянским, братским, а значит, родственным. Болгар у нас двое – Христо Поштаков и Николай Теллалов. Христо знают уже все поклонники фантастики, кто-то бла годаря блистательным рассказам в стиле жёсткой НФ, кто-то по лёгкому пародийному «Меч, магия и челюсти». Кстати, продолжение этого романа готовится в нашем издательстве. Николай Теллалов проявил себя сначала как переводчик, а теперь мы представляем его как самостоятельного и интересного автора. Рекомендую.

А вот поляки подвели. То есть традиционно польская фантастика очень сильна и своеобразна, но в этот раз за всю шляхту отдувается один пан Анджей Пилипик. Правда, он настаивает на том, что мы неправильно произносим его фамилию, по-польски она произносится как Пилипьюк. Но, по-моему, так ещё смешнее, а Анджей писатель блистательный, создавший не только культового Якуба Вендеровича, но и ещё ряд великолепных романов в жанре исторического фэнтези. Он мой друг, всегда зовёт в гости в Краков, а в последний раз гордо демонстрировал собственную реконструкцию казачьей шашки. Читать его надо! У нас подобного автора пока нет.

Чехи показали тихую и, я бы даже сказал, интеллигентную литературу. Франтишка Вербенска – учёный, филолог, хранитель архивов, человек изумительной образованности и деликатности. Её пересказы старинных чешских легенд возвращают нас в мистический и жутковатый мир европейского Средневековья, но читается на одном дыхании.

Теперь о нашей матушке-России, которая «всему свету голова!». Николая Басова представлять не нужно. В том плане, что достаточно произнести имя и фамилию, чтобы любой знаток фантастики сразу восхищённо захлопал в ладоши. Басова знают все, как все знают его знаменитого Лотара и кучу восхитительных романов в стиле фэнтези и научной фантастики. Рассказы Николая редки, пишет он их нечасто, так что мне повезло, что успел ухватить.

Наташа Татаринцева дебютировала в прошлом сборнике, и вроде бы довольно успешно. Она пишет для нашего издательства роман, а сейчас продолжает линию приключений уродливой девицы Анжелики, нолей судьбы ставшей штатным психологом всей городской нечисти. Это забавно и актуально...

А вот её мама, поэтесса Элеонора Татаринцева, как автор фантастики появляется впервые. Рассказ у неё сложный и неожиданный. Я бы обратил внимание...

Елену Бычкову и Наталью Турчанинову тоже особо рекламировать не надо. Или всё-таки надо, учитывая вечные сплетни вокруг этого творческого тандема в мире фэндома? Глупейшая ситуация – молодые интересные авторы, обаятельные и умные девчонки, периодически кому-то встают поперёк горла. Слишком молоды или слишком талантливы?! Дайте судить о них по их творчеству. И я с удовольствием представляю их рассказ в нашем сборнике, одновременно козырнув за храбрость. Вы не поверите, но сейчас, чтобы открыто назвать себя другом Белянина, нужно немалое мужество...

Александр Рудазов – лауреат «Меча Без Имени», молодой и перспективный писатель, умеющий создавать свои миры и мастерски работающий как в большой, так и в малой форме. Мне и самому было жутко интересно: кого же «боятся маги»? Сначала подозревал, что Конана-варвара, он с ними особо не церемонился, оказалось, ответ иной – и посложнее, и поинтереснее...

Екатерина Шашкова – моя землячка, из Астрахани. Её роман «Марготта» вышел в свет в прошлом году. Реалии местные, кто не был в Астрахани, всего вкуса произведения, увы, не ощутит. Сейчас она упорно трудится над новой вещью и представляет свой рассказ. Скорее всего, и он тоже выльется в отдельную книгу. А пока добро пожаловать в магический мир братьев наших меньших.

Виталий Зыков – один из самых популярных и тиражных авторов нашего издательства. В прошлом году бросил перчатку всем «титулованным» фантастам России и ближнего зарубежья, вызывая их на открытый литературный поединок. Ответить «титулованные» не рискнули до сих пор... Сам Виталий очень волновался, подойдет ли его рассказ по стилю в наш сборник? По-моему, отлично подходит!

О нас с Галиной говорить не буду. Во-первых, сложно – вдруг перехвалишь? Во-вторых, вряд ли нужно – работаем вместе уже более шести лет, и популярность «Оборотней...» пока всё ещё на высоте. В ближайшее время мы сдадим в издательство цикл коротких рассказов о шумной Алине, героическом Алексе и их вечном спутнике, говорящем коте с двумя университетами за плечами, агенте 013, Стальном Когте, Профессоре, или просто Пусике! Тема да Винчи сейчас так популярна, что мы не удержались... простите.

О себе не буду говорить тем более. Разве что признаюсь – идею моего коротенького рассказа самоотверженно подарила всё та же Галина Чёрная. Сам бы я не догадался...

Ну вот вроде бы и всё. Теперь о проблемах. Они, конечно, есть. Оказалось, что в одиночку поднимать литературное единство наших славянских народов очень сложно. Хотелось бы надеяться хоть на какую-то помощь. Вот Евгений Харитонов, например, помог переводами Христо Поштакова – благое дело! Не оставайтесь в стороне, а?

Я был в Сербии как раз перед отделением Косово, знаете, они всерьёз считают себя русскими! Говорят, мы такие же русские, как и вы, выходцы из Сибири, поэтому – сербы. И язык похож, и пишут кириллицей, и вера православная. Очень хочу, чтобы в нашей следующей книге была и сербская фантастика. Поэтому поеду туда снова. Мы братья, и если фэнте- чи – сказка, то сказка не худший способ напомнить нам о зове родственной крови...

Присоединяйтесь! В конце концов, «АРМАДУ – АЛЬФУ» больше всего и критикуют (как, впрочем, и хвалят) именно за то, что она даёт дорогу молодым и неизвестным авторам.

Искренне ваш, АНДРЕЙ БЕЛЯНИН

Андрей Белянин

ЧЕГО ХОТЯТ ДЕМОНЫ

Я – Абифасдон. Демон. Л юбить и жаловать не прошу. Всё понимаю, не послали матом, уже спасибо. Работа адская – судебный пристав, то есть кредитор проданных душ. Внешность соответственная – высок, мускулист, кожа бледно-зелёная, нечешуйчатая, профиль греческий, волосы чёрные, язык нераздвоен. Дресс-код – строгий костюм-тройка, галстук в тон и туфли без пошлого блеска.

Короче, стандартный демон, не «демонстратор измерений» по Асприну. В меру удачлив, в меру непопулярен, карьерным ростом не избалован, а если и есть серьёзные проблемы, то только в личной жизни.

Нет, с женой как раз всё в порядке. Азриэлла умна и красива, мы вместе уже четыре тысячи лет или больше, она скажет точнее, женщины всегда проявляют трогательное внимание к датам. Проблема в ином...

Впрочем, неважно. Вам уж наверняка нет дела до судьбы обыкновенного демона. А если и есть, то чем мне можете помочь вы, люди?

...Я автоматически перечитал адрес, уже не надеясь на свою память за столько-то лет. В этом городе названия улиц меняют едва ли не через каждое столетие. На пустырях растут новые микрорайоны, а старые купеческие особняки сносят ради строительства очередной автозаправки или мини-маркета с едой в пакетиках, по вкусу мало чем отличающейся от своей же упаковки.

А какой там продают кофе-э-э... Шеф хвастался, что состав был разработан в наших секретных лабораториях и первоначально позиционировался как стимулятор желудочных и сердечных заболеваний. Несколько молодых демонов-аспирантов серьёзно отравились при испытаниях, но люди же пьют! Людей ничем не выведешь...

– Надеюсь, что ты дома, смертный,– неуверенно вздохнул я, нажимая клавишу соответствующей квартиры на пульте домофона.

Замигал красный огонёк, противно запищал зуммер, один звонок, другой, третий... Вельзевулова задница, да открывай же!

– Кто там? – послышался мужской голос из динамика.

– Абифасдон. По вашу душу. Здравствуйте.

– Не понял... Это кто?!

– Константин Петрович,– всё ещё безукоризненно вежливо начал я,– вас беспокоят из налоговой службы. Будьте добры, откройте дверь.

– А чего от меня надо налоговой? – как-то подозрительно искренне удивился он.

Неужели за этим типом ещё какие-то грешки, кроме Договора? Ладно, не моё дело.

– В прошлом году вы продали мотоцикл и...

– Я за всё заплатил! По двум квитанциям! А мне, между прочим, пришла третья, с угрозой штрафа, суда и пеней! Вы что там, совсем обалдели, да?

– Не нарывайся, человек! – не сдержавшись, рявкнул я. Быть вежливым утомительно, но надо, работа такая...– Прошу прощения, я хотел сказать, не могли бы вы всё-таки открыть дверь? Нам будет куда удобнее переговорить наедине, а не обсуждать иски государственных служб на радость вашим соседкам.

– Ну... это... логично,– похоже, сдался он.– Только я очень занят, не могли бы вы зайти завтра?

– Убью... никаких нервов с ними не хватит,– тихо пообещал я и громче добавил: – Разумеется, как вам будет удобнее, но завтра я приду с милицией и ордером.

– За что?!

– За всё!!!

– Чёрт с вами, заходите...

Вот это другое дело. Когда тебя благословляют таким образом – грех не зайти. Общеизвестно, что демон не может по собственной воле войти в человеческое жилище, его надо пригласить. Причём не один раз!

Как вы понимаете, нас не так уж часто приглашают. А в последние лет двадцать народ ещё взял моду освящать квартиры. Плюс, до кучи, яхты, дачи, машины, компьютеры и даже сотовые телефоны. Как работать в таких условиях, а?

...Лифт был относительно новый, но стены уже исписаны англо-америкосовской сленговой дрянью. Граффити не искусство, а акт спонтанного уличного вандализма. Тоже наши придумали. Особенно упоительно баллончиковая роспись смотрится на старинных храмах и памятниках архитектуры. Мы поощряем современную молодёжь, надо идти в ногу со временем.

Шестой этаж, сорок восьмая квартира. Теперь надо, чтобы он сам попросил меня войти. Нажимаю кнопку звонка. Тупо жду. Или он оглох, или в туалете, или передумал общаться. Зря, смертный, демоны редко позволяют себя игнорировать.

– Константин Петрович, будьте любезны, откройте дверь. В противном случае я её просто подожгу. Мне несложно, а вы ничего не докажете...

За дверью раздалось напряжённое сопение, и кто-то с той стороны прилип к глазку. Я расслабил плечи, поправил галстук и позволил расползтись по своему лицу самой дружелюбной улыбке.

– Дверь металлическая,– зачем-то сообщил он.

Не хочет пускать...

– Зато обшивка деревянная,– напомнил я. Не хочет он, как же...

– А ваше удостоверение?

Я молча достал из кармана типовую корочку младшего сотрудника отдела по вопросам кредитования и вплотную приставил её к глазку. Всё равно там ни черта не разберёшь. С верхнего этажа неслышно спустилась не в меру любопытная кошка. Вот ведь знает, мерзавка, что их губит, а лезет...

Мгновением позже наши взгляды встретились, шерсть на кошке встала дыбом, по спине пробежали зелёные искры, и, задрав хвост, она с дурным воплем бросилась в атаку. Отработанным пинком ноги я отшвырнул её об стену. У дуры девять жизней, не помрёт, а мне абсолютно не улыбалось заявиться после работы домой расцарапанным. Азриэлла начнёт не в шутку задавать разные вопросы на интимные темы, если вы понимаете, о чём я. А у нас и так проблемы...

– Ладно,– хмуро раздалось из-за двери,– толкайте, незаперто.

– Хм... э-э-э, не уверен, что понял вас правильно, вы точно хотите, чтобы я вошёл?

– Ну да. Куда от вас денешься...

– Э-э-э, тогда не могли бы вы сами открыть мне дверь? Как-никак вы хозяин дома, я – гость, и всё такое...

– Я ж сказал, незаперто! – огрызнулся он, но всё равно повернул дверную ручку, раздражённо посмотрел на меня и махнул рукой, нарочито негостеприимным жестом приглашая войти.

– То есть могу заходить?

–  Да.

– Пожалуйста, скажите это сами.

–  Что?

– Что вы предлагаете мне зайти.

– Да вы чё, издеваетесь, что ли?! – едва не сорвался он, явно испытывая жгучее желание захлопнуть дверь перед моим аристократическим носом.– Блин, когда не надо, мы тут прям все такие вежливые! Ни шагу без разрешения! А чуть что не так – сразу милицию вызовем, дверь подожжём, удостоверением помашем... Входите же наконец, входите!

Это был его последний шанс и последний случай, когда он повысил на меня голос, потому что в следующую минуту я вошёл. Все формальности соблюдены, имею полное право, теперь он мой – меня пригласили!

– Пройдём на кухню, у меня не прибрано. Чаю не предлагаю.

– А кофе?

– Только растворимый.

– Из супермаркета?! Нет, увольте, тогда лучше не надо...

Он сопроводил меня из узкой прихожей в маленькую кухню, плюхнулся на табурет и, зевая, поскрёб небритый подбородок. Совершенно невзрачный мужчина, лет тридцати– тридцати пяти, в белой майке и бывших когда-то синими спортивных трениках, пузырящихся на коленках. Крестика на шее нет, татуировка «МФ – навсегда!» с кривым Андреевским флагом, две металлических коронки во рту (и как только таких типов женщины любят?). А главное – за что? И почему так результативно?!

– Ну чего у вас там, в вашей налоговой? – буркнул он, кивком указав мне на вторую табуретку.– Предупреждаю, квитанции у жены, а жена с детьми у тёщи, приедет только завтра. Господи, один выходной хотел провести спокойно, и нате вам...

– Я не из налоговой.

– Не понял...

– Всё гораздо более неприятно, Константин Петрович,– Я откашлялся, на мгновение прикрыл глаза, сконцентрировался и принял свой истинный облик.– Трепещи, смертный! Ибо пробил час, и я пришёл забрать твою бессмертную душу!

Хозяин придушенно пискнул, попытавшись вжаться спиной в стену, редкие волосы на голове дружно встали дыбом, а в голубых квадратных глазах застыл неподдельный ужас. Хорошо пугается мужик, уважаю...

– Вы...ы...ы...и-у-у-у!

Я сидел перед ним совершенно обнажённый, с буграми тренированных мышц под бледно-зелёной кожей, впечатляющими когтями, пронзительным взглядом и небольшими толстыми рогами на лбу. Рога, кстати, были лишними, редко кто их сейчас носит, но для людей они по-прежнему главный аргумент в идентификации демонов. Можно было, конечно, добавить ещё копыта и хвост, но я сторонюсь дешёвых спецэффектов.

– А-а-а-и-и-ых-кых-ой! – перешла жертва на непереносимую смесь визга и нервного хрипа.

Нет, не предсмертного – в таких делах я разбираюсь...

– Моё имя Абифасдон, смертный! В прошлом году ты предложил свою душу в обмен на велосипед для младшего сына. Твой зов был услышан...

– Я... я... не...– Он умоляюще покосился на шкафчик над холодильником.

Получив мой снисходительный кивок, вскочил с места, выудил непочатую бутылку дрянного виски и свернул ей крышку. Наверняка подарок коллег из серии «натебеубожечтонамнегоже». Мужик сделал долгий глоток прямо из горла, едва не задохнулся и уставился на меня кристально трезвыми глазами. Парадокс, не находите?

– Вспомнил?

– Нет.

– Вспоминай. Двадцать второе августа, вечер, ты с друзьями и любовницей Катей сидел в уличном кафе на набережной. Вышел в туалет и нашёл в кабинке на полу кошелёк с пятнадцатью тысячами рублей. Этого как раз должно было хватить на велосипед.

– Да, но...

– Но ты их тут же пропил, лишенец! Нам пришлось подкидывать тебе необходимую сумму ровно шесть раз, пока ты не сдержал обещание, данное ребёнку. Срок вышел, пора платить по счетам.

Он дёрнулся, икнул, приложился к виски ещё раз и вдруг спросил:

– А чем докажете? Где договор? Договора-то у вас нет, ничего я не подписывал, а значит...

– Цыц.

– Чего?! Я законы знаю! Если нет договора, то нет и...

– Цыц, смертный! – рыкнул я, для острастки из- рыгая меж зубов оранжевое пламя.

Хозяин дома снова влип в стену, но бутылку из рук не выпустил. Тоже мне, нашёл Священный Грааль, ага...

– Слово высказанное есть озвученная мыслефор- ма, отпущенная на энергетическом уровне в информационное поле Земли,– не заморачиваясь с более тонкими материями, пояснил я.– Короче, хотел – получил! Факт подтверждён и нотариально заверенного Договора не требует. Можешь глотнуть ещё раз, и в путь. Преисподняя ждёт. Последнее желание?

– Чтоб ты ушёл и никогда не возвращался!

– Неумно. Я-то уйду, не проблема, но через три минуты за тобой явится другой демон, менее вежливый и обходительный, а последнего желания уже не будет.