Звездный сфинкс: Космические тайны пирамид

Строго говоря, Плуг не является созвездием. Некоторые астрономы полагают, что его следует называть астеризмом, поскольку он представляет собой часть более крупного созвездия, которое мы называем Большой Медведицей. Но случайному наблюдателю видны только эти семь звезд, а не вся Большая Медведица, и именно они расположены в виде плуга, или ковша. Поэтому многие люди используют название Большая Медведица, тогда как на самом деле имеют в виду Ковш. Особенно неприятна эта ошибка у египтологов, потому что она становится причиной путаницы. В любом случае древние египтяне, как и большинство людей, наблюдали на небе лишь узор из семи звезд, который для них напоминал не плуг, а бедро быка. Это созвездие они называли Месхётиу, и оно часто встречается в религиозных текстах и погребальных рисунках в связи с загробной жизнью царей и знати. Это было одно из трех хорошо различимых созвездий (наряду с Малой Медведицей и Драконом), которые в древности непрерывно вращались вокруг северного полюса неба, подобно колесу. Звезды в этих созвездиях назывались ихему-сет, что означает "вечные" или "неразрушимые"[22].

Современные астрономы называют их околополярными звездами, потому что они постоянно вращаются вокруг северного полюса неба, что делает их превосходной метафорой для "вечной жизни" - они никогда не заходят и всегда видны на ночном небе. Еще в 1912 году влиятельный американский египтолог Джеймс X. Брестед писал, что "именно на этих звездах, которые назывались "вечными", египтяне помещали обитель мертвых. Говорили, что мертвые пребывают на севере неба, и вполне возможно, этим местом были околополярные звезды, которые никогда не заходят и не исчезают"[23].

Сегодня взгляды Брестеда являются общепринятыми. Более того, британский египтолог Р.Т. Рэндл Кларк развил их, указав, что "ни один другой древний народ не испытывал такого сильного влияния вечного вращения звезд вокруг северного полюса неба.

Вероятно, именно здесь находилась ось вселенной, центр управления"[24]. Ему вторит археоастроном Е.К. Крапп, известный специалист в этой области, который также указывал, что египтяне связывали Плуг "с вечной жизнью, поскольку эти звезды являются околополярными. Это неумирающие, вечные звезды. После смерти царь возносится в их околополярный мир, и там он сберегает космический порядок"[25]. Представление о том, что царь сохраняет "космический порядок", или гармонию вселенной, при помощи околополярных звезд как "центра управления", вызывает серьезный интерес, поскольку может объяснить космическую функцию статуи ка в сердабе, а также направление ее взгляда на эти звезды. Космический порядок, о котором говорит Крапп, древние египтяне называли Маат. Маат представляла собой основу религиозной доктрины древних египтян и олицетворялась сидящей богиней со страусовым пером - "пером правды" - в волосах.

Нередко фараоны изображались преподносящими маленькую фигурку Маат богам как жест верности и уважения, а их самих называли "возлюбленный Маат". Богиня Маат играет важную роль в так называемых "сценах суда", когда души умерших взвешиваются при помощи пера правды. Не будет преувеличением сказать, что Маат была той религиозной доктриной, на которой базировалась теократическая власть фараонов.

Обычно египтологи определяют Маат как "правда, справедливость и равновесие", но более тщательный анализ показывает, что это понятие было неразрывно связано с гармонией и порядком космоса, к которому относилось движение звезд и их воздействие на природный цикл. Египтологи Йен Шоу и Пол Николсон поясняют:

"В космическом масштабе Маат также представляла божественный порядок вселенной, возникший в момент сотворения мира. Считалось, что Маат управляет сменой сезонов, движением звезд, отношениями между людьми и богами. Таким образом, понятие Маат стояло в центре представлений египтян о вселенной, а также определяло свод этических правил"[26].

"Царство определялось в основном ролью царя в наведении порядка и предотвращении хаоса. Функция царя как представителя богов состояла в поддержании изначальной гармонии вселенной, и поэтому большая часть иконографии египетских храмов, гробниц и дворцов связана именно с этой общей целью, а не с событиями в жизни конкретного правителя"[27].

Из этих определений становится очевидным, что египтяне верили в божественную силу, или власть, которая управляет движением созвездий на небе и сменой времен года на земле, а также в то, что царь может каким-то образом оказывать воздействие на эту силу. С этой верой было связано представление, что когда-то небо и земля были едины и пребывали в совершенной гармонии. В так называемом гелиопольском мифе творения богиня неба Нут и бог земли Геб при зарождении вселенной были сплетены в жарком объятии, и плодом их любовного союза стали близнецы Осирис и Исида, которые были первыми божественными правителями Египта и родили первого Гора-царя. Но затем Нут "проглотила" своих детей, чтобы сделать их "звездами" в своем теле. За это детоубийство она была обречена на вечные муки - отец Нут, бог воздуха Шу, разлучил ее с мужем[28]. Теперь гармония неба и земли нарушилась. Циклы движения звезд на небе уже не совпадали с природными циклами на земле. Для египтян, жизнь которых полностью зависела от регулярности разлива Нила, это было серьезной проблемой. В следующей главе мы покажем, что ежегодный разлив Нила должен был быть предсказуемым и "хорошим" - в противном случае на эти земли и населявших их людей обрушатся неисчислимые бедствия. Следствием этого постоянного страха стала вера в то, что космический порядок на небе, совершенный и предсказуемый, может быть спущен на землю при помощи магической силы обрядов. Только строгим соблюдением Маат фараон мог гарантировать благополучие Египта, а также регулярный и правильный разлив Нила.

Существует древнее египетское учение, датирующееся первым веком новой эры и известное как "Герметический свод". В нем, как мы уже упоминали выше, изложены основы мировоззрения, предполагавшего связь между циклическим движением звезд, а также людьми и всем, что происходит на земле:

"И Бог устроил Зодиак в соответствии с циклами природы… (и)… создал тайный механизм (то есть систему звезд), связанный с непогрешимой и неотвратимой судьбой, которой должно подчиняться все в жизни людей, от рождения до самой смерти; и все другие вещи на земле также управляются этим механизмом…"[29]

Размышляя над этими архаичными представлениям и о видимом мире, я пытался каким-то образом проникнуть в мышление древних египтян. Я должен был перестать думать как ученый и почувствовать себя человеком космоса. Мне нужно было поверить, как вери-ли древние, что созвездия являются колесами космического механизма, который может влиять на земную жизнь. Подобно египтянам, я должен был поверить, что царь и его ка способны управлять работой этого космического механизма. И наконец, мне требовалось поверить, как верили они, что комплекс ступенчатой пирамиды был не кладбищем, а таким "центром управления", из которого царь мог управлять космосом. Я понимал, что это единственный способ понять древних египтян и их наследие из пирамид и храмов.

Другая надпись из сердаба Рауэра дает еще один недостающий фрагмент этой необычной и сложной загадки. По словам Блэкмена, над скосом на северной стороне сердаба была вырезана надпись: "Глаза дома ка"[30]. Однако, по мнению египтологов, термин "дом ка" относился не только к сердабу, а ко всему комплексу мастабы, к которой был пристроен сердаб. Это значит, что два смотровых отверстия в северной стене сердаба Джосера также считались "глазами" всего комплекса ступенчатой пирамиды. Из своих предыдущих исследо-ваний я знал, что пирамиды отождествлялись не только со звездами на земле, но и с самим фараоном. В "Текстах пирамид" имеются многочисленные утверждения о том, что душа, или ба, фараона превратилась в "звезду"[31]. Кроме того, как указывал Ричард Уилкинсон, "Нут (богиня неба) тоже была неразрывно связана с идеей воскрешения в погребальных верованиях египтян, которые считали, что мертвые становятся звездами в теле богини"[32].

Эта интригующая связь между звездами, царем и его пирамидой становится еще более очевидной после знакомства с надписями и рисунками на замковом камне (пирамидионе) царской пирамиды из Дашура, принадлежащей фараону Двенадцатой династии Аменемхету III. На каждой стороне пирамидиона вырезаны большие "глаза" и строчка иероглифов: "Да откроется лицо царя, чтобы он мог видеть Господина Горизонта, когда тот пересекает небо; да воссияет царь, словно бог, господин вечности и нерушимости"[33]. На этом замковом камне было также вырезано название пирамиды: "Аменемхет прекрасен". Такое имя не должно вызывать удивления, поскольку, как отметил египтолог Марк Ленер, "подобно названиям пирамид… глаза (на пирамидионе) свидетельствуют о том, что пирамиды являлись персонификацией похороненного в них фараона"[34]. Американский египтолог Александр Пьянков, известный своими переводами текстов из пирамиды Унаса (фараона Пятой династии, который построил пирамиду в Саккаре), также писал, что "забальзамированное тело царя лежало внутри или под пирамидой, которая вместе со всем комплексом считалась его телом. Пирамиды персонифицировались…". Кроме того, Пьянков показал, что пирамида царя отождествлялась с титулом, который носили царицы Шестой династии. В качестве примера он приводит титул дочери Унаса: "Царская дочь тела "Прекрасны Места Унаса" - последний эпитет является именем пирамиды Унаса. По мнению Пьянкова, умерший царь покоился в пирамиде или под ней, "как Осирис в загробном мире, и его существование поддерживалось при помощи сложного ритуала"[35].

Как мы уже видели, названия нескольких пирамид явно связаны со звездами, например, "пирамида Джедефры - звезда Сехед", "Небка - звезда", "Гор - звезда во главе неба".

Мы также упоминали о том, что Александр Бадеви утверждал, что другие пирамиды, отождествлявшиеся с ба, или душой царя, тоже должны считаться "звездными", потому что после смерти ба превращается в звезду на небосводе. Простое правило: если А равняется В, а В равняется С, значит, А должно быть равно С. Другими словами, если царь становится звездой на небе и одновременно пирамидой в Мемфисском некрополе, из этого следует, что звезда должна считаться его пирамидой - и, наоборот, пирамида звездой. Это значит, что определенные группы пирамид, такие, как в Гизе и Абусире, могут являться отражением групп звезд, то есть созвездий. Однако давайте на время оставим эту интригующую возможность и вернемся к двум смотровым отверстиям в сердабе Джосера.

Внимательно изучив материалы, связанные с сердабом Джосера, я с удовлетворением обнаружил, что многие видные ученые независимо друг от друга пришли к совпадавшему с моим выводу о том, что два смотровых отверстия в сердабе связаны со звездами. Так, например, французский египтолог Кристиана Зиглер заключила, что "через два смотровых отверстия царь смотрел на "вечные звезды" в окрестностях Северного полюса"[36]. Не касаясь причин, почему эти два отверстия были обязательной чертой комплекса, Зиглер тем не менее признавала их "звездную" функцию. С ней был согласен Марк Ленер, писавший:

"На северной стороне своей ступенчатой пирамиды в Саккаре Джосер поднимается из гробницы в виде статуи в специальной комнате, или сердабе, снабженном всего двумя смотровыми отверстиями, позволяющими выглянуть наружу…[37] Глаза статуи Джосера, в которые когда-то были вставлены кристаллы горного хрусталя, смотрят через смотровые шахты сердаба, наклоненные под углом 13° к северной части неба, где царь присоединился к околополярным созвездиям…"[38]

Аргументируя этот вывод, Ленер приводил отрывок из "Книги мертвых", где умерший говорил: "Да откроются мне двойные врата неба, да откроются мне двойные врата земли. Да откроются мне двойные врата Геба, да покажется мне крыша… и Двойное Смотровое Отверстие". Дополняя выводы Зиглер и Ленера, известный российский астроном профессор Александр Гурштейн писал: "На северной стороне ступенчатой пирамиды Имхотепа имеется маленькая каменная комната, ориентированная на север, с двумя крошечными отверстиями в фасаде - скорее всего, для астрономических наблюдений умершего фараона"[39].

Опыт исследований подсказывал мне, что, если несколько ученых независимо друг от друга приходят к одному выводу, это верный признак того, что они находятся на правильном пути. И действительно, нельзя не признать убедительности доказательств - письменных, астрономических и архитектурных - звездной функции сердаба. Остается выяснить, на какую именно звезду северного полушария неба были направлены смотровые отверстия. И почему.

Отметка на небе

Чтобы увидеть сердаб Джосера, нужно пройти вдоль восточной части ступенчатой пирамиды и в дальнем ее углу повернуть налево. Отсюда уже можно различить сердаб, а через застекленное окно в верхней части его боковой стороны даже статую ка. Оказавшись перед сердабом, вы увидите смотровые отверстия.

Прислонившись спиной к северной стене и устремив взгляд в ту точку неба, куда направлены смотровые отверстия, можно мысленно поставить там "крестик", отмечая это место. Даже при свете дня нетрудно представить, как созвездие Плуг проплывает над этой отметкой, совершая свой ежедневный цикл. Если угол наклона сердаба и азимут известны с достаточной точностью, совсем нетрудно вычислить, какая из семи звезд Плуга совпадала с отмеченной точкой в период постройки сердаба, то есть в 2650 году до н. э. Эти данные легко найти в книгах и статьях, посвященных Древнему Египту. Однако задача эта оказалась гораздо сложнее, чем я предполагал.

Проще всего было выяснить азимут, вдоль которого ориентирована северная сторона сердаба. Для этого достаточно знать ориентацию северной грани ступенчатой пирамиды, к которой пристроен сердаб. Я знал, что самое последнее исследование астрономической ориентации египетских пирамид было выполнено немецким египтологом Йозефом Дорнером в начале 80-х годов двадцатого века. К сожалению, Дорнер не опубликовал результаты своей работы, а лишь предоставил тезисы университету в Инсбруке. Совершенно случайно у итальянского астронома Джулио Магли из Миланского политехнического института, с которым я был хорошо знаком, оказалась копия тезисов Дорнера, и он с готовностью сообщил мне необходимые данные, касающиеся ступенчатой пирамиды. Я обнаружил, что, согласно измерениям Дорнера, грани ступенчатой пирамиды "не являются точно ориентированными по сторонам света и северная грань отклонена на 4° 35' на восток по отношению к истинному северу"[40]. Дорнер и другие египтологи были склонны объяснять это довольно большое отклонение от истинного направления на север либо небрежностью древних строителей, либо неточностью их инструментов. Однако при ближайшем рассмотрении это объяснение не выдерживает критики. Хорошо известно, к примеру, что египтяне, жившие в эпоху пирамид, умели ориентировать пирамиды с точностью, на несколько порядков превышающей эту погрешность.

Ярким примером могут служить пирамиды Гизы, точность ориентации которых составляет 20 угловых минут. У Великой пирамиды отклонение от истинного направления на север составляет 3 угловых минуты (0,05'), что почти в сто раз меньше, чем у ступенчатой пирамиды (275 угловых минут, или 4° 35'))! Однако нет никаких причин полагать, что проектировщики ступенчатой пирамиды обладали меньшим опытом, чем их непосредственные наследники, или не имели таких же приборов и методик измерения. И действительно, у мастаб, построенных раньше ступенчатой пирамиды, погрешность ориентации не превышала Г. Более того, любой практик подтвердит, что погрешность можно предполагать лишь при отклонении меньше 1,1°, тогда как отклонение 4° 35' слишком велико и не может быть просто ошибкой. Даже самый неопытный топограф с самыми примитивными наблюдательными инструментами не совершит такой грубой ошибки.

Возможны лишь два правдоподобных объяснения такого серьезного отклонения: либо строителей не интересовало истинное направление на север, либо, что кажется мне более вероятным, они ориентировались на некий небесный объект, расположенный на 4°35' восточнее. Интуиция подсказывала мне, что верным должно быть второе объяснение. В процессе исследований я неоднократно имел возможность убедиться, что строители пирамид ничего не оставляли на волю случая.

В связи с этим я просто не мог не вспомнить об очень важном и очень древнем обряде, связанном с астрономической ориентацией пирамид и храмов. Со все возрастающим волнением я начал понимать, что еще один недостающий фрагмент загадки может находиться в руках одной очень необычной и высокоученой дамы, отвечавшей за землемерные работы.

Госпожа звезд

Самые древние из дошедших до нас египетских текстов рассказывают о религиозной церемонии "протягивания шнура", которая предназначалась для ориентации священных построек. В этой церемонии участвовал царь и довольно привлекательная жрица, олицетворявшая богиню Сешат. Среди многочисленных богинь Древнего Египта Сешат слыла настоящим эрудитом. Некоторые даже считают ее первой женщиной-библиотекарем и инженером-строителем. Высокой, стройной и необыкновенно привлекательной богине поклонялись царские писцы в "Доме Жизни" (храмовой библиотеке), поскольку она, помимо всего прочего, считалась покровительницей священных текстов и хранительницей царских анналов, рассказывающих о коронациях и юбилеях царей[41]. У нее была еще одна, более конкретная функция - помогать царю в определении четырех углов будущих храмов и пирамид и ориентации их по звездам. Как это ни странно, но в учебниках египтологии вы найдете очень мало сведений о богине Сешат.

Так, например, Марк Ленер совсем не упоминает о ней в своей последней книге "Все о пирамидах", а в работе Ричарда X. Уилкинсона "Боги и богини Древнего Египта"[42] о ней упоминается лишь вскользь. Другие египтологи или вообще игнорируют Сешат, как Марк Ленер[43], или ограничиваются краткими упоминаниями, видимо, не считая ее значительной фигурой египетской мифологии. Но даже в тех редких случаях, когда о ней рассказывают более подробно, она представляется в виде красотки, которая помогает царю во время церемонии "протягивания шнура" лишь для того, чтобы придать красоту и пикантность этому действу. И это очень прискорбно, потому что, если рассказать о Сешат правду, как это сделал в 1940 году один из египтологов, эта неуловимая богиня предстанет пред нами не просто как хорошенькое личико в египетском пантеоне, а как обладающая огромной властью женщина, которая определяла время пребывания царя на троне и, как считает один из видных египтологов, даже продолжительность его жизни[44].

Как бы то ни было, богиня Сешат всегда изображалась в одежде из леопардовых шкур, облегавшей ее стройное тело. По моде того времени глубокий вырез открывал ее округлые груди. Желтые пятна на леопардовой шкуре, иногда имевшие форму звезд, вероятно, символизировали способность леопарда и Сешат видеть в темноте[45]. На голове богиня носила золотую тиару с похожим на антенну стрежнем, увенчанным семи-конечной звездой, или розеткой. В египетском пантеоне она считалась супругой Тота, бога мудрости, изобретателя священных иероглифов и основоположника наук, особенно астрономии.

Неудивительно, что многочисленные пышные эпитеты Сешат указывали на их близкие отношения с Тотом: "Первейшая в Библиотеке", "Госпожа Письма в Доме Жизни", "Хранительница Царских Записей" и так далее[46]. Очень часто Сешат и Тот изображались вместе - они вели записи юбилеев и коронаций царей на веерообразных пальмовых листьях. В этом качестве они были равными по значимости божественными хранителями времени и астрономами, записывавшими ежегодный небесный цикл и календарь.

Французская исследовательница Анна-Софи Бомард, известный специалист в области древнего египетского календаря, расширяет тему:

"Признание годового цикла и его определение, связывание небесных явлений с земными событиями служат важными предпосылками для создания любого календаря. Это требует длительных наблюдений за небом и звездами, а также записей этих наблюдений, чтобы была возможность сравнивать их за долгие периоды времени. Поэтому совершенно естественно, что божественными наставниками в области времени и календаря должны быть Тот, бог науки, и Сешат, богиня письменности и ежегодных записей[47].

В качестве одного из божественных наставников, отвечавших за время и календарь, а также хранителя царских анналов Сешат отвечала за вычисление даты отдаленных юбилеев.

Британский египтолог сэр Уоллис Бадж обращает внимание на барельеф эпохи Нового Царства, где богиня изображена

"…стоящей перед колонной из иероглифов, обозначающих "жизнь", "власть" и "тридцатилетние праздники", которая опирается на сидящую фигуру, держащую в каждой руке "жизнь" и олицетворяющую "миллион лет". В связи с этим следует обратить внимание на отрывок текста, в котором она объявляет царю, что записала в своей книге длительность жизни царя в "сотни тысяч тридцатилетних периодов" и предопределила, что его годы на земле будут подобны годам Ра (бога солнца), то есть что он будет жить вечно"[48].

Египтологи обычно соглашаются, что первый юбилей (или праздник хеб-сед, как его называли древние) царя праздновался в тридцатый год его правления. Однако некоторые специалисты полагают, что тридцатилетний период был календарным, то есть этот цикл не зависел от того, сколько лет царь пребывает на троне. В любом случае из текста, процитированного Баджем, становится ясно, что термин "тридцатилетний юбилей" представляет собой эвфемизм для царских юбилеев. Кроме того, упоминание "тридцатилетних периодов" вместе с "годами Ра" должно убедить нас, что вычисление этого периода как-то связано с солнцем или, скорее, с годичным циклом, а значит, и с солнечным календарем. Подобная связь с небом и обязанностями Сешат в отношении царя просматривается в церемонии "протягивания шнура", потому что, как мы увидим, эта церемония предполагала наблюдение за положением и движением околополярных звезд. И действительно, эта роль Сешат объясняет такие ее эпитеты, как "Госпожа Строителей", "Богиня Строительства", "Основатель Архитектуры" и, вероятно, самый точный, "Госпожа звезд". Короче говоря, Сешат можно представить как царского библиотекаря, царского писца, царского астронома, царского архитектора, царского герольда и, возможно, царского советника в одном лице[49] - нечто вроде Кондолизы Райе для фараонов.

Хорошо известно, что церемония "протягивания шнура" проводилась как минимум начиная со Второй династии (ок. 2900 года до н. э.). Египтолог Джордж Харт поясняет: "Еще в эпоху Второй династии она (Сешат) помогала правителю… забивать граничные колышки во время церемонии "протягивания шнура". Это важная часть церемонии закладки храма"[50].

Точности ради следует признать, что все наши знания о церемонии "протягивания шнура" основаны на поздних источниках, в основном - надписях в храмах Эдфу и Дендеры. Более древние свидетельства дошли до нас только в виде рисунков, без каких-либо пояснений. Тем не менее И.Е.С. Эдвардс утверждает:

"Несмотря на относительно позднюю датировку надписей, относящихся к церемониям закладки зданий, нет никаких причин сомневаться в древности этой традиции. Свидетельством того, что подобная церемония существовала еще в эпоху пирамид, могут служить фрагменты барельефа, найденные в храме солнца фараона Пятой династии Ниусерры, на котором изображены царь и олицетворяющая Сешат жрица, причем каждый держит деревянный молоток и колышек с привязанным к нему мерным шнуром. Эта сцена полностью соответствует тексту из храма в Эдфу, передающему слова царя: "Я беру колышек и ручку молотка. Я держу шнур с Сешат…"[51]

На многочисленных изображениях церемонии "протягивания шнура", найденных на территории Египта, Сешат всегда стоит лицом царю, и оба они в одной руке держат колышек, а в другой молоток. Короткий шнур привязан к колышкам, и главные действующие лица определяют ось симметрии храма или пирамиды, натягивая шнур, ориентируя его на некий удаленный объект, а затем фиксируя направление при помощи двух вбитых в землю кольев. Ниже приводятся несколько надписей из храмов в Эдфу и Дендеры, описывающих этот обряд:

"[Царь говорит:] Я держу колышек. Я сжимаю ручку молотка и беру шнур для обмера вместе с Сешат. Я обращаю взор к движениям звезд. Я направляю взгляд на бедро быка [месхетиу, Плуг]… я устанавливаю углы храма…"[52]

"[Жрец говорит:] Царь радостно протягивает шнур, повернув голову к бедру быка, и закладывает храм, как в древние времена"[53].

"[Царь говорит:] Я держу колышек и молоток; я протягиваю шнур вместе с богиней Сешат; я наблюдаю за движением звезд, и мой взгляд прикован к бедру быка; я был богом, который указывает время при помощи инструмента Меркет. Я установил четыре угла храма"[54].

"[Жрец говорит:] Царь… наблюдая за небом и звездами, обращает взор к бедру быка…"[55]

Не так давно британский египтолог из Кембриджского университета Кейт Спенс предложила метод, отличный от "протягивания шнура", который тоже могли использовать древние строители; она назвала его "метод одновременного переноса"[56]. Ее теория вызвала живой интерес средств массовой информации - отчасти из-за того, что впервые была изложена в основной статье популярного научного журнала "Nature", а отчасти из-за горячей поддержки, которую получила Спенс со стороны известных ученых, таких, как астроном из Гарварда Оуэн Джинджерич и египтолог Бетси Брайан из Университета Джона Хопкинса[57].

По мнению Кейт Спенс, древние топографы ориентировали оси пирамид не по одной звезде, а посредством "одновременного переноса" двух околополярных звезд при помощи отвеса, прикрепленного к примитивной деревянной раме, и светильника, который позволял работать ночью. Ранее я уже подробно комментировал теорию Спенс и поэтому не буду повторяться[58]. Моя позиция такова: я высказывался против теории "одновременного переноса" по той простой причине, что этот метод требовал от египтян дважды в день определять направление на звезды, когда они находились на одной вертикали (с погрешностью 20 угловых секунд), прежде чем медленное вращение растащит их в разные стороны. С учетом того, что в древности не было оптических приборов и что процедуру следовало проводить в полной темноте, я полагаю, что при помощи этого метода египетские астрономы не могли добиться такой невероятной точности, какую мы наблюдаем в ориентации Великой пирамиды. Другими словами, метод Спенс работает в теории, но не на практике.

Как бы то ни было, мне хотелось бы привлечь внимание к одной из двух звезд, на которые, по мнению Спенс, ориентировались древние топографы: Мицар в созвездии Плуг (вторая звезда - это Кохаб из созвездия Малой Медведицы). Независимо от достоверности предложенного метода, Спенс не ошиблась с созвездием. Она нисколько не сомневалась в истинности главного допущения: что основной целью строителей пирамид была максимально возможная точность в их ориентации на север. Ради справедливости стоит заметить, что не только Спенс, но и все остальные не подвергали сомнению это утверждение.

Поэтому любое отклонение оси от истинного направления на север объяснялось Спенс исключительно одной причиной: медленным дрейфом звезд в результате прецессии, которая, как она пыталась математически доказать, более или менее соответствовала ориентации пирамид. Спенс была настолько уверена в истинности своей теории, что вместе со своими сторонниками считала неопровержимым фактом утверждение, что египтяне были плохими астрономами, потому что якобы не заметили явление прецессии, как это сделали греки много веков спустя. Поэтому Спенс утверждала, что высокая точность астрономической ориентации Великой пирамиды объясняется тем, что "Хуфу просто повезло"[59].

Меня не перестают удивлять подобного рода умственные упражнения египтологов, пытающихся подогнать факты под теорию. Любой, кто изучал Великую пирамиду и восхищался этим великолепным образцом инженерного искусства древних, никак не может прийти к заключению, что точностью своей ориентации она обязана счастливой случайности. Совершенно очевидно, что такая точность входила в планы строителей пирамиды. Однако в рассуждениях Спенс было нечто такое, что заставило меня задуматься над объектом, на который древние топографы действительно ориентировали пирамиды.

Может быть, они выдерживали направление не на север, а на звезды? Может, счастливая случайность действительно имела место - но не для Хуфу? Возможно, удача улыбнулась истинному направлению на север, потому что звезды оказались именно в этой точке, когда древние строители делали свои измерения? Взглянув на проблему с этой точки зрения, я обнаружил, что ни в "Текстах пирамид", ни в других источниках нет ничего, что указывало бы на важность истинного направления на север для египтян. С другой стороны, можно привести огромное количество примеров, подтверждающих, что околополярные звезды имели огромное значение для загробной жизни царя.

Их интересовал не сам север, а звезды на севере. Можно согласиться со Спенс, что дважды в день линия, соединяющая околополярные звезды, указывает точно на север, однако длится это лишь несколько секунд. Все остальные 24 часа эти звезды видны восточнее или западнее истинного направления на север. Может быть, именно поэтому ориентация всех пирамид, за исключением Великой пирамиды Хуфу, слегка отклоняется к востоку или западу? Но в таком случае как определялось время наблюдений, а значит, и положение звезды, которая служила ориентиром? Ключ к ответу на последний вопрос невольно дают египтологи Йен Шоу и Пол Николсон, которые отмечают, что во время церемонии "протягивания шнура" наблюдения велись не только за звездами созвездия Плуг на севере, но и за созвездием Ориона на юге[60]. Естественно, я не мог не обратить внимания на это утверждение, поскольку я, как никто другой, знаю, что Орион играл важную роль в "звездной" религии строителей пирамид[61]. И вдруг мне стало ясно, что ответ лежит прямо передо мной. Я понял, почему Великая пирамида ориентирована точно на север - и более того, я был убежден, что эта же причина объясняет существенную "ошибку" в ориентации ступенчатой пирамиды[62].

Орион и Я

Сказать, что у меня особый интерес к Ориону и к Великой пирамиде, - значит ничего не сказать. Но если откровенно, то этот интерес возник у меня довольно поздно, когда мне было уже далеко за тридцать. В 1967 году, когда я покинул свой родной Египет и переехал в Англию, мне было всего девятнадцать лет. В то время я даже мечтать не мог о том, что стану автором бестселлера об Орионе и Великой пирамиде. В 1973 году после окончания Университета Саут-Банк в Лондоне я работал строителем на Ближнем Востоке и в Африке, ничего не зная об исследованиях, связывающих астрономию и Великую пирамиду. В Саудовской Аравии я неожиданно открыл для себя связь между Орионом и пирамидами Гизы, которая изменила всю мою жизнь. Однажды ночью, разглядывая три звезды пояса Ориона в безоблачном ночном небе пустыни, я вдруг подумал, что расположение этих звезд по отношению друг к другу и к Млечному Пути в точности совпадает с взаимным расположением трех пирамид в Гизе и долине Нила.

Я заинтересовался этой странной корреляцией, и мой интерес усилился после того, как я узнал, что фараоны эпохи пирамид считали окрестности Ориона небесным загробным миром, который носил название Дуат[63]. Я также выяснил, что в 1964 году двое ученых из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе доказали, что в 2500 году до н. э., когда была построена пирамида, шахта внутри Великой пирамиды была направлена на пояс Ориона. Мне потребовалось двенадцать лет, чтобы мои исследования оформились в книгу, которая была издана в Лондоне в 1994 году. Поддержанная документальным фильмом, книга заняла первую строчку в списке бестселлеров[64].

К настоящей дискуссии имеет отношение одно конкретное утверждение, сделанное мной в 1994 году: при помощи двух рисунков, изображающих созвездия Плуг и Орион, я показал, что созвездие Плуг пересекает северный меридиан в тот момент, когда над восточным горизонтом восходит пояс Ориона. Я сделал вывод, что древние строители ориентировали Великую пирамиду на звезду из созвездия Плуг не потому, что она указывала истинное направление на север (хотя в то время именно так и было), а потому, что она использовалась как метка времени, точно указывавшая, когда на востоке восходит пояс Ориона. Интерес для них представляло не само по себе северное небо, а околополярные звезды как индикаторы восхода пояса Ориона на востоке. Другими словами, при ориентировании пирамиды на звезду Кохаб или Мицар (или обе звезды, как предположила Спенс) конечной целью был пояс Ориона, появляющийся над восточным горизонтом.

Поэтому незначительное отклонение в ориентации Великой пирамиды объяснялось не вертикальным рассогласованием этих звезд (как считала Спенс) во время "одновременного переноса", а желанием жрецов, чтобы пирамида была привязана во времени и пространстве (в 2500 году до н. э.) к моменту и месту восхода (то есть "возрождения") Ориона на востоке.

Таким образом, Великая пирамида посредством звездной механики навечно привязывалась к дате "возрождения" Хуфу как воплощения Осириса-Ориона. Теперь у меня сложилось твердое убеждение, что эта же причина даст верное объяснение "ошибки" в ориентации ступенчатой пирамиды в Сак-каре. Другими словами, не могла ли причина смещения в 4°35' у ступенчатой пирамиды и пристроенного к ней сердаба заключаться в восходе звезды на востоке?

Как мы отмечали выше, считается, что ступенчатая пирамида была построена приблизительно в 2650 году до н. э., хотя большинство исследователей определяют погрешность в 150 лет в ту и другую сторону. Данные об ориентации пирамиды я получил из работы Дорне-ра. Теперь мне требовался точный угол наклона сердаба, и после этого я мог вычислить, на какую из звезд Плуга он ориентирован. В своей последней книге, посвященной пирамидам, Марк Ленер писал, что сердаб наклонен на 13 градусов в сторону северного полушария неба[65]. Я не стал бы сомневаться в этой цифре, если бы вскоре не выяснилось, что мнения ученых относительно угла наклона сердаба расходятся.

Жан-Филипп Лайер, которого многие считают главным специалистом по ступенчатой пирамиде, приводит другую цифру, нежели Ленер. По словам Лайера: "Два круглых отверстия, просверленные в северной стене сердаба, стороны которого наклонены параллельно граням пирамиды, позволяют статуе сообщаться с внешним миром…[66] Угол наклона по отношению к вертикали составляет около 16°…"[67] То же значение, около 16°, приводит сэр И.Е.С. Эдвардс, еще один известный знаток пирамид. Еще больше запутывает ситуацию видный французский египтолог Жак Вандье, называя значение 17°[68].

Я понял, что единственный надежный способ - это самому измерить угол наклона.

Такая возможность представилась мне в 2002 году. После нескольких попыток использовать простейший уклономер с отвесом, а также спиртовой уровень с большим угломером я пришел к выводу, что наклон сердаба составляет около 16°, что соответствует данным Лайера и Эдвардса[69].

Реконструкция

Воспользовавшись мощной астрономической программой "StarryNight Pro v.4" (и "SkyMap Рго7" в качестве основы), я ввел координаты ступенчатой пирамиды: 29°49' северной широты и 31°15' восточной долготы, а затем дату - 2650 год до н. э. Через несколько секунд я смотрел на звездное небо, каким оно было над только что построенной ступенчатой пирамидой. Затем я перевел взгляд на северное полушарие неба и установил курсор по азимуту 4°35' под углом 16° к горизонту. Теперь я смотрел в ту точку, от которой не отрывала взгляда статуя ка в сердабе. Затем я включил вращение неба со скоростью х 300 и стал ждать. Несколько раз проследив за траекторией Плуга, я пришел к твердому убеждению, что искомая звезда - это Алькаид, "копыто" Месхетиу, или Бедра Быка[70].

Введя разные даты в диапазоне плюс-минус 150 лет, я убедился, что наблюдения были сделаны примерно в 2800 году до н. э. Затем я "остановил" небо на этой дате в тот момент, когда звезда Алькаид смотрела прямо на сердаб, и переключил экран на восточный горизонт.

Ярче всех других звезд на горизонте сиял Сириус - звезда Гора!

Затем я вспомнил, что архитектор Имхотеп, который проектировал комплекс ступенчатой пирамиды и, по всей видимости, определял его астрономическую ориентацию, также являлся верховным жрецом Гелио-поля. Хорошо известно, что с самого зарождения египетской цивилизации в Гелиополе велись наблюдения за Сириусом и что именно благодаря циклическому движению этой звезды в Гелиополе был изобретен календарь.

Произошло это приблизительно в 2800 году до н. э. - именно эта дата отображалась на экране моего компьютера. Не подлежит сомнению, что Гелиополь был посвящен богу солнца Ра, однако профессор И.Е.С. Эдвардс отмечает:

"Титул Имхотепа "глава наблюдателей", который стал титулом всех верховных жрецов Гелиополя, сам по себе мог предполагать занятие, связанное с наблюдением не за солнцем, а за звездами… Примечательно, что верховный жрец культового центра бога солнца в Гелиополе носил титул "глава астрономов" и облачался в мантию, украшенную изображением звезд"[71].

Может быть, Имхотеп изучал циклическое движение Сириуса, "звезды во главе" всех остальных звезд на небе? И встроил эти циклы в конструкцию комплекса ступенчатой пирамиды?

Но зачем?

Глава Вторая. Поиски бессмертия