Лошадиная компания

— Ладно, — сурово прервал ее Кирилл. — Потом будешь радоваться. Значит, точно ваши?

— Конечно! Я уж и не думала, что найдутся! — Даша обняла Зорьку и гладила ее, гладила…

— Тогда уходим! Сергей, поехали?

— Вам не надо ехать, — тревожно сказала Томка. — Пусть Даша — она хозяйка, и…

— И я! — перебил ее Андрей. — Я умею ездить без седла, вы не думайте. А если что — дети увели лошадей, подумаешь, преступление! К тому же нас тут в селе никто не знает, а если и скажут, что это мы, то все равно не найдут.

— Да, а вы тут живете все-таки, вам лучше не впутываться, — поддержала его Катя. Томка грустно молчала. Похоже, она прощалась с последними мечтами насчет дальнейших отношений с Андреем.

— Ладно, — сказал Кирилл, переглянувшись с Сергеем. — Мы вас прикроем. На машине. Вы по лесу, мы по дороге, рядом. На всякий случай. Идет?

— А жеребенок? — встревожилась Томка.

— Добежит, — уверенно сказала Даша. — Мы не быстро пойдем.

Кобыл вывели из строения, Сергей с Кириллом подсадили на них ребят, и Даша с Андреем поспешили к дороге верхом. Жеребенок, смешно подбрасывая тонкие ножки, следовал за матерью.

— А мы — по короткой дороге. Девчонки, показывайте! — скомандовал Кирилл.

Даша с Андреем не стали их ждать — они торопились быстрее проехать по поселку, пока не остановил кто-нибудь и не спросил, что они тут делают, и откуда у детей такие лошади. Сергей с Кириллом мигом домчались к своему дому, завели машину и отправились следом.

Катя с Томкой остались одни — в который раз за этот день.

На душе у Кати было неуютно. Вроде бы все хорошо — лошади найдены, их вернули хозяевам. Те типы, что их украли, остались с носом и не получат свой миллион долларов. Мало того — лошади, которые после всех махинаций скорее всего погибли бы, — живы.

Так почему ей кажется, что ничего еще не закончено?

— Кать, а как ты думаешь, что сделают эти типы, когда поймут, что лошади исчезли? — внезапно спросила Томка. Девочка повернулась к ней — значит, она тоже думает, что ничего еще не кончилось?

— Не знаю… Пойдут искать?

— Пойдут искать, — кивнула Томка.

— Ну и пусть ищут. Второй раз украсть им лошадей не дадут.

— А кто им помешает?! Ты же знаешь — когда впереди маячит миллион долларов, всякие отморозки запросто с ума сходят! Им же ничего не стоит поджечь конюшню и спасти из огня только одну лошадь — Ласточку!

— Но там наверняка дежурить кто-то будет, — неуверенно сказала Катя.

— А что им люди, когда такие деньги! Ты что, с такими не встречалась, что за сто баксов кого угодно искалечить могут? А тут — миллион! — волновалась Томка все сильнее.

— И что делать? — растерялась девочка. — Получается, надо было лошадей не угонять, а наоборот, заявить в милицию и ловить типов на месте преступления?

— Теперь уже поздно, — махнула рукой расстроенная Томка. — Их не догонишь и обратно не вернешь. Ладно, пошли домой…

Девочки пошли по шоссе — не спеша. Через несколько шагов Томка вздохнула:

— Главное — дождаться, пока Антика за границу не уедет. Тогда они подменить ее не смогут и оставят Ласточку в покое.

— Ага, а потом будут другие соревнования, — покачала головой Катя. — Ты думаешь, они так легко откажутся от хорошей идеи неплохо заработать? Да им, может, один раз в жизни мысль в голову приходит!

— Да, — засмеялась Томка. — И оттуда ее уже не выгонишь.

— Значит, их надо как-то изолировать от Ласточки.

— И от всего мира тоже. Есть идеи?

— Не-а, — честно призналась Катя.

Они еще помолчали. Когда дошли до Варькиного дома, Катя предложила:

— Зайдем? А то болеет ребенок, скучает.

Томка кивнула.

Варька действительно скучала и очень им обрадовалась. Не меньше Варьки им обрадовалась ее бабушка — видимо, внучка совсем достала своим нытьем и причитаниями. Бабушка тут же накрыла стол в саду, принесла варенье, налила чай и села с девочками — поговорить. Гостьи охотно рассказывали про речку, лес и ягоды, но про лошадей — ни слова! Не хватало еще хороших людей в криминальные истории впутывать.

— Забота у нас, — вдруг пожаловалась бабушка. — Соседка на несколько дней к дочери уехала и нам свою козу оставила. А коза злющая, вредная! Доить можно, только если привязать как следует. А кормить — прямо из рук все хватает, того и гляди — без пальцев останешься.

— Ну и характер! — посочувствовала Томка.

— Коза-дереза, — хихикнула Варька.

— Соседка с ней тоже замучилась, давно бы избавилась, да молоко у нее очень вкусное, и дает много. Как-никак заработать можно. А теперь мы мучаемся, — бабушка покосилась на сарай, в котором, видимо, и содержалась гостья.

— Она рогатая? — поинтересовалась Катя. Она недавно только узнала, что козы бывают с рогами и без рогов. Те, что безрогие — не такие вредные.

— Однорогая.

— Это как? — рассмеялась Томка. — Единорог, что ли?

— Да нет, обычная коза. Просто ей один рог уже сломали когда-то. Сосед год назад по дурости ее увел — съесть хотел, вот только забить не успел, а хозяйка отыскала. По голосу. Говорит, моя кормилица одна так кричит. Она к соседу — отдавай, мол. Тот — ни в какую. Говорит, моя эта коза, мне ее подарили. Дурной, вот и чудил.

— И как она выручила свою козу? — заинтересовалась Катя.

— Милицию вызвала. Василий Кузьмич приезжал с помощником, парня арестовали, а с козой намаялись. Она с перепугу орет, никого, даже хозяйку, не подпускает. Милицию нашу доблестную чуть не забодала. Помощника рогами зацепила, потом даже зашивали вроде. А Василий Кузьмич — он крепкий орешек. Как дал козе по рогам — один рог и треснул. Месяц с треснутым проходила, потом отпилили.

— И надолго парня арестовали?

— Посадили года на три вроде, пока еще не вышел — а что вы хотите, злостное хищение частной собственности. — Бабушка покачала головой и перевела разговор. — Варенья еще надо? Я сейчас вам ежевичного принесу.

И ушла в дом. Варька уплетала варенье и болтала ногами, а Катя с Томкой переглянулись.

— Слушай, а это идея, — медленно сказала Томка.

— С козой? — поняла ее Катя. — Но вообще-то разве это хорошо — так подставлять людей? Они же козу не воровали!

— Зато лошадей украли, — зашипела Томка, оглядываясь на дом — не услышала бы бабушка. — Какая разница — коза или лошадь?

— Разница! — твердо сказала Катя.

Тут вернулась бабушка, и разговор пришлось прекратить. Хорошо еще, Варька увлеклась вареньем и не обратила внимания на странную беседу.

До самого поселка Томка огорченно молчала. Катя ее понимала — ей и самой хотелось упрятать за решетку этих гадов хотя бы года на три. Но что тут будешь делать — не могла она сажать их таким способом! Это же значит — соврать. Причем милиции. А врать милиции она не любила.

Уже у самого дома Томка с печальным вздохом сказала Кате:

— Наверное, ты права. Мне тоже это не нравится, вот только не знаю, что делать?

— Давай подождем, — предложила обрадованная Катя. Все-таки классная у нее подружка!

— Подождем. А чего? — пожала плечами Тома.

— Увидим. И знаешь еще что — пошли к Насте! А то она еще не в курсе, наверное.

Настя еще ничего не знала и маялась от неизвестности. Она прямо-таки накинулась на девочек:

— Рассказывайте, что там у вас! Андрей Дашкин адрес взял и умчался. Никто не звонит, я сижу тут — не знаю, что маме врать, если он задержится. Ему звонила — он не отвечает.

— Мы лошадей нашли, — сообщила Катя. — Дашка приехала — говорит, их лошади. И они ее узнали, представляешь! Кирилл с Сережей дверь взломали и лошадей вывели. Так что Андрей с Дашкой на них сели и погнали в Архангельское! А Сережа с Кириллом их сопровождают — на машине.

— Классно! — обрадовалась Настя. — А эти типы что?

— А этого мы не знаем, — помрачнела Томка. — Мы их не видели и, если честно, встречаться что-то не тянет.

— В самом деле — зачем с ними встречаться? — рассмеялась Настя и стала расспрашивать, как выглядит жеребенок, и как это стало понятно, что лошади узнали Дашу. Девочки сидели у нее еще долго, но Андрея так и не дождались: он позвонил и сообщил, что заехал в Москву за своими вещами и будет очень поздно.

На следующее утро Катя проснулась не слишком рано. Солнце светило прямо в окошко, и солнечные зайчики путешествовали по стенам важно и неторопливо, подолгу задерживаясь на одном месте. Вот такой одинокий заяц, застряв на лице девочки, в конце концов, ее и разбудил.

Томка уже встала. По крайней мере, кровать у нее была заправлена — видимо, она просто не хотела будить подружку.

Катя встала, тоже застелила постель и спустилась вниз.

И тут ее ждало потрясение: на кухне Полины Аркадьевны, кроме Томки, сидел еще и Андрей, и — это же надо! — Кирилл с Сергеем!

— О, встала, красавица! — обрадовалась хозяйка дома. Девочка слегка покраснела и подошла ближе:

— Здравствуйте.

— Доброе утро, — пробасил Сергей.

— А мы тебя ждем, — весело сказал Кирилл. — Нас пригласили в Архангельское, и Полина Аркадьевна не возражает.

— Привет Леночке передавайте, — улыбнулась она.

Катя терялась в догадках — что за Леночка, почему в Архангельском их ждут всех вместе, и что вообще происходит?!

Но ждать объяснений долго не пришлось: когда они все вместе поехали в Архангельское на машине Сергея, девочки все и узнали.

…Вчера до Архангельского добрались без приключений. Лошади шли спокойно, машин не пугались, и даже жеребенок не отставал. Сергей вел машину ровно, медленно, не обгоняя и не отставая.

В общем, не дорога, а сплошная благодать.

А что творилось в Архангельском, когда ребята приехали туда верхом на пропавших неделю назад лошадях! Андрей рассказывал об этом с особенным удовольствием. По его словам, только орудийной пальбы не хватало.

— Салют наций! Все кричат, лошадей обнимают…

— Не только лошадей, — хохотал Серега. — Его тоже обнимали.

— Да ладно… — смутился Андрей.

А дальше… Сергей с Кириллом отправились вовсе не домой, как можно было бы предположить, а в ту конюшню, где стояла Антика, и работал конюх по имени Виктор. И когда они приехали на эту конюшню и нашли конюха, то ему небо показалось с овчинку и жизнь с копейку. Потому что прижали они его с двух сторон к стенке денника и вежливо, но очень настойчиво спросили, не знает ли он молодых людей по имени Вася и Сема.

Сначала тот, побледнев как полотно, все отрицал — мол, и не знает он никого и ничего, и вообще — он тут ни при чем, это все они!

Стали спрашивать, что он знает. И выяснили удивительные вещи, о которых, впрочем, Катя с Томкой уже догадывались, — о подмене лошадей. Правда, конюх божился, что ничего плохого лошадям никто бы не сделал, но Сергей с Кириллом ему не поверили.

Потом двоюродные братья достали диктофон и предложили Виктору повторить признание в микрофон. Тот заюлил, заерзал, начал жаловаться на безденежье, даже слезу пустил… Видимо, он боялся, что после того, как его признание будет записано, жить ему останется совсем мало — либо Кирилл с Сергеем его прикончат, либо Вася с Семой с ним разделаются. Но, поныв минут пять, все послушно повторил. Затем сказал, где можно найти Васю с Семой, после чего вылетел из распахнутых дверей конюшни головой вперед — и упал прямо в навозную кучу во дворе.

Такая неприятность!

А Кирилл с Сергеем отправились искать горе-бизнесменов. Нашли. О дальнейшем рассказывали скупо, без подробностей. Главное, чего они добились от этой встречи — Вася с Семой крепко пожалели о том, что затеяли такую авантюру. Им тоже пришлось рассказать о своих несостоявшихся планах на диктофон. И о том, как лошадей угнали из Архангельского, — тоже.

— Как вам удалось их уговорить? — удивилась Томка.

— Слово знать надо, — туманно сообщил Сергей. И прочно замолчал.

— Какое слово? — поинтересовалась Катя.

— Ласковое, — засмеялся Кирилл. — Да вы не бойтесь, целы они. Ну, может, пара синяков и есть, но главное — мы пообещали их к Принцу отвезти. Он их еще с прошлого раза не переносит. И удар у него…

Он покрутил головой и засмеялся.

— Значит, они больше не будут к вам приставать? И в Архангельское не поедут?

— Да, трудновато им теперь это будет сделать, — многозначительно сказал Кирилл.

Дело в том, что после беседы с этими гадами Сергей и Кирилл поехали к знакомому следователю. Катя и Томка переглянулись — оказывается, не только у них есть знакомые следователи. И передали ему пленку, сообщив при этом все данные незадачливых похитителей.

— Так что теперь ими вплотную занимается весь следственный отдел, — рассмеялся Кирилл, — и ребяткам не до нас. По предварительным данным, они пытались слинять из страны, но им это не удалось. Кстати, им и без лошадей есть что предъявить — пара разбойных нападений, попытка ограбления магазина, ну и всякое такое — по мелочи.

— Так что им не до нас, а нам, соответственно, не до них, — засмеялся Сергей.

И девочки тоже рассмеялись — легко и свободно: как хорошо, что эти типы больше ничего плохого не сделают. По крайней мере, ближайшие несколько лет.

Машина свернула у Архангельского и остановилась около служебных ворот.