Тайна пропавшей шкатулки

Нет, нас Лариса довезла, — поспешила сообщить Тома. — Но она уже уехала. С Тамарой Дмитриевной.

Ах ты, боже мой, — расстроилась мама Ларисы. — А я ей хотела картошечки послать, компотиков. Что ж она не заглянула?

Ее… эта женщина торопила, — Катя внезапно позабыла имя и отчество Васькиной бабушки.

А-а, — понимающе вздохнула Полина Аркадьевна. — Ну, ладно. Заходите. — И внезапно спохватилась: — А Василиса-то где?

Она с нашей собакой пошла куда-то. Вы не бойтесь, у нас пес очень умный, он лучше всех за ней присмотрит. Это же Лабрадор! — гордо пояснила Катя Ларисиной маме.

— Ну, если Лабрадор, — улыбнулась та и пригласила: — Проходите, вот сюда.

Вход в дом был с торца. Не слишком заметная дверь открывала проход к лестнице на второй этаж. Они поднялись по ней, и мама Ларисы показала им их комнату.

— Вот две кровати, для мальчика поставим раскладушку, а вот молодому человеку…

"Молодой человек", покраснев, сообщил, что он приехал только на день и вечером уедет.

А, хорошо, — успокоилась та. Но тут же добавила: — Хотя если хочешь, то оставайся. Можешь внизу переночевать, на диване. Там тебе место устроим. Передумаешь, скажи. Теперь так, — деловито объяснила Полина Аркадьевна. — Кухня внизу. Есть захотите, меня не ищи" те, что найдете в холодильнике и на плите — ваше. Обед я готовлю к двум часам, бригаду кормлю. Любите суп горячий — приходите к двум. Холодный хотите — приходите позже. Василиса встает в семь утра, а в десять вечера должна спать. Днем тоже пусть поспит, если уложить сумеете. Ест она все то, что и мы едим. Поняли?

Да, — дружно ответили ребята.

Вот и славно, — обрадовалась женщина. — Если бы вы знали, как меня выручите! Главное — чтобы она ни в какую историю не попала. На вас вся надежда. Ну, мальчики, вы за мной, раскладушку понесем.

И она ушла с Николкой и Мишей.

ГЛАВА XI.

ПРОИСШЕСТВИЯ В ПОСЕЛКЕ

Девочки подошли к окну и ахнули. Из окна открывался такой вид на речку, луг и дальний лес, что дух захватывало! Они переглянулись и кинулись обниматься.

Тут вошли ребята, причем Николка тащил раскладушку, а Мишка — ворох одеял. Он сбросил свою ношу на ближайшую кровать и рухнул рядом:

Это все — чтобы спать на раскладушке мягче было. Фу-у! Везет же вам, — с завистью оглядел Миша комнату и вид из окна.

Оставайся, — предложила Катя.

Я подумаю, — пообещал мальчик. — Но не сегодня. Сегодня мне надо домой. Отец в рейс завтра уходит.

Ага, — рассеянно кивнула Тома и встала. — Ну что, пойдем осматриваться?

— Пойдем, — вскочила Катя. — Все надевают купальники и плавки, и идем на речку!

И тут же вспомнила, что ее собственный и единственный купальник остался в доме отдыха. Придется сначала туда заглянуть. Надо же быть такой растеряхой! Сейчас бы сразу купаться пошла. Она чуть не расстроилась всерьез, но сообразила, что в доме отдыха можно повстречаться с Женькой, и настроение у нее сразу поднялось.

Полина Аркадьевна встретила их внизу:

Гулять пошли? А Василиса с собакой на заднем дворе. Не заблудитесь?

Нет, — покачала Катя головой. — В крайнем случае, Лорд выведет.

Ребята вышли из дома и завернули на задний двор. Там стояли несколько построек, похожих на сарайчики, и теплица. Дальше виднелись огородные грядки и ряды картошки. А еще на заднем дворе была огромная яма, на дне которой намечалось какое-то строительство.

Где же Лорд? — недоумевала Тома, оглядывая окрестности.

Вон, у кустов смородины, — увидела Катя рыжую собаку и рядом с ней маленькую девочку.

Давай пойдем гулять, — предложила Катя Василисе.

Пойдем! — обрадовалась Васька и тут же нахмурилась: — Меня одну не пускают.

А ты не одна, ты с нами, — улыбнулась Тома. — Вот мы. Я — Тома, это Катя, а это Николка и Миша.

А я — Василиса, — важно заявила девочка и спохватилась. — Ой, а бабушка где?

Она в Москву уехала.

А мороженое? Она обещала купить мне мороженое, — похоже, малышка собиралась заплакать. Губки скривились, в глазах слезы…

Мы купим, — поспешно сказала Катя, заранее пугаясь ее рева. — Пойдем, скажем тете Полине, что уходим.

Заглянули в дом, взяли сумку с полотенцами и надувным кругом и предупредили Полину Аркадьевну, что хотят пройтись по поселку.

Томка спросила Ваську, какое мороженое она любит, и та стала перечислять все подряд.

Кстати, — остановился Мишка. — А куда мы идем?

На речку, с заходом в магазин, — отозвался Николка, который шел по обочине дороги, загребая носками сандалий рыхлый песок.

А где речка? И где магазин? — посмотрел мальчик на Катю. — Ты же все тут знаешь, так? Далеко это?

В это время они уже подошли к развилке дороги, и Катя узнала этот поворот. Да, именно здесь они шли пешком к дому отдыха. Вон там, за поворотом, должна быть остановка…

Речка налево, поселок направо, — показала Катя рукой. — Сначала на речку?

Мороженое! — завопила несносная девчонка, и все со вздохом повернули направо. Конечно, от мороженого и они не отказались бы, но кто знает, где этот магазин? Может, полдня его проищешь, а Мишке, между прочим, вечером домой возвращаться.

Уныло добрели до остановки и там спросили у народа, где магазин, в котором продают мороженое. Им объяснили, и ребята отправились в путь.

Магазин оказался довольно большим, и в нем продавалось все на свете — от хлеба до мягких игрушек. Но и народа было полно. Васька мигом сориентировалась, вырвала свою руку из Томкиной и помчалась вперед, к прилавку с хлебом. Здесь же в лотках-холодильниках было и мороженое.

Очередь длинным хвостом упиралась почти во входную дверь. В Москве от таких они уже успели отвыкнуть, и тут, вздохнув, Катя пристроилась за какой-то бабушкой в ситцевом халате с пучком седых волос на голове. Васька все еще стояла у лотков, выбирая, что она хочет купить. Тома бдительно следила, чтобы девочка ничего не свалила со стойки, а ребята разбрелись кто куда по магазину, разглядывая, что продается. Катя поняла, что стоять в очереди ей придется одной, и смирилась с этим. За ней тут же заняла очередь какая-то тетка, за той — еще кто-то, и когда Катя оглянулась, то увидела за спиной приличный хвост.

Очередь двигалась медленно, народ основательно затоваривался хлебом и крупой. Тетка, стоявшая за Катей, вдруг окликнула:

— Ефимовна!

Бабушка, стоявшая перед Катей, оглянулась кивнула:

Здравствуй, Татьяна.

Что у вас там вчера было? — поинтересовалась Татьяна. — Прохожу вчера мимо вашего дома, а там народ гудит, милиция стоит. Ограбили, что ли, у вас кого?

Ограбили, — кивнула Ефимовна.

Народ оглянулся на нее и с интересом стал ждать продолжения.

И кого? — продолжала любопытствовать Татьяна.

Семеновых, со второго этажа. Они все на речку ушли, к ним и залезли. Взяли магнитофон и с серванта из вазочки колечки да цепочку золотую, — охотно делилась информацией старушка.

И кто — не известно?

Ни следочка. Дверь не ломали, это точно.

А их и ломать не надо, — вступила в разговор тетка, стоящая впереди Ефимовны. — Наши замки — известно, какие! Да и двери хлипкие. Чуть поковырять — они и откроются.

Точно-точно, — закивала головой еще одна. Она стояла где-то сзади, но подошла ближе, чтобы высказаться. — Эти двери плечом без разбега вынимаются. У нас вон соседей на той неделе ограбили, так весь подъезд себе двери железные поставил.

Так уж и весь, — ехидно возразила Ефимовна.

Ну, разве только алкаши со старыми остались. Так у них и тянуть нечего, им-то чего бояться! — поддержала тетку еще одна, видимо, знакомая.

Очередь загудела. Все наперебой вспоминали разные случаи, сетовали на то, что железная дверь обойдется в немаленькую сумму — две тысячи рублей! — но что поделаешь.

Катя неожиданно для себя оказалась в самом центре закипевшей беседы. Оказывается, до этого времени кражи в поселке были редкими — ну, там, по огородам полазят, у кого-то белье уволокут, которое на веревке во дворе сушили. Коляску из подъезда когда-то утащили. Велосипеды воруют — это да, это было. Но вот на той неделе.*. Катя насчитала семь случаев кражи из оставленных ненадолго без присмотра квартир. И это только те, о которых вспомнили стоящие рядом тетки. Хотя не исключено, что они были неплохо информированы обо всем, что происходит в поселке.

Еще одна особенность всех этих происшествий: брали вещи ценные, но небольшие. Ну, это понятно! Как правило, все происходило днем, а народ в маленьком поселке, вероятно, друг друга хорошо знает. И если средь бела дня воры начнут выгружать мебель из какой-нибудь квартиры, то их сразу поймают.

Катя заинтересованно прислушивалась. Она вспомнила, что неделю назад и в Москве прокатилась волна необъяснимых квартирных краж. Тогда еще выступали по телевизору и советовали укрепить свои двери, сделать их недоступными для воров.

Незаметно, обсуждая и возмущаясь, очередь дошла до прилавка и там сосредоточилась на покупках. Около Кати наступила тишина, хотя волна обсуждений прокатилась дальше, и теперь уже тетки далеко за спиной возмущались бездействием милиции.

Томка подошла к Кате, ведя за руку отчего-то присмиревшую Ваську:

Там есть такое мороженое, называется "Белые ночи", девять рублей стоит.

Давай возьмем на всех!

Через пять минут вся компания стояла на улице около магазина и активно шуршала обертками.

— Ну а теперь куда? — спросил Миша.

— Теперь? — Катя попробовала сориентироваться. Получилось, что надо идти прямо и направо. Но можно было попытаться пойти напрямик, и девочка махнула рукой. — Вот сюда пойдем, между домами.

— Не заблудимся? — засомневался он.

— Не должны. Заборов вокруг поселка нет, пройдем насквозь — и все.

ГЛАВА XII.

СТРАННЫЙ РАЗГОВОР

Все двинулись в путь.

Около одного дома стояла толпа народа.

Свадьба? — предположила Томка.

Сегодня понедельник! — возмущенно посмотрел на нее брат.

Ну и что? — машинально спросила Катя, всматриваясь в толпу.

Как что? — удивился Николка. — Кто понедельник женится?

А вот и милиция, — сообщил Мишка.

Где? — Николка так рванул вперед, что Тома не успела его поймать. Пришлось всем за ним идти, а то еще потеряется.

Николку нашли около какой-то компании. Мальчишки и девчонки лет семи-восьми бурно делились подробностями происшедшего, когда из подъезда вышел пожилой милиционер и с хмурым видом пошел к машине. Он достал рацию, о чем-то переговорил. В этот момент из подъезда вышла какая-то тетка, и народ зашумел, расспрашивая ее, что случилось.

Тетка отвечать не стала, а прямиком прошла к машине.

— Что же это делается! Василий Герасимыч!

Когда же этих нехристей найдете? — без предисловий начала она. — Ладно бы что-то там украли, так ведь паспорт у сына, кольца обручальные, серьги он невесте в подарок приготовил.

Свадьба ведь у нас в субботу, сам знаешь. Продуктов накуплено, уже и кафе сняли, теперь как же он без паспорта жениться будет? Что ж теперь, свадьбу отменять?

Оформим мы ему паспорт, — устало отбивался милиционер. — Пусть фотографии принесет к пяти часам.

А кольца?! — продолжала кричать женщина. — Денег и так нету, у всех заняли, у кого могли. Дима на работе кредит взял. Без колец какая свадьба?!

Ну, что я могу сделать! — не выдержал милиционер. — Восьмая кража в поселке, и никто ничего не видел. Что я — экстрасенс, что ли? Следите сами за своими дверями. Может, ключи теряли? В конце концов, вон — ставьте железные.

А где на все деньги взять?! — распалилась тетка. — Ты, что ль, мне три тыщи на дверь подаришь?

Милиционер махнул рукой, уселся в машину и уехал. Тетка посмотрела ему вслед, потом повернулась и пошла в дом. По дороге ее обступили любопытствующие соседи, но она не стала останавливаться, буркнула что-то на ходу и скрылась в подъезде.

"Паспорт еще ни у кого не крали", — припомнила Катя разговор в магазине.

Томка подошла к ней:

— Ты чего задержалась? Пошли, наши уже все ждут.

Ребята и в самом деле стояли на дорожке, и Васька сосредоточенно обсасывала палочку из-под эскимо.

Тетку обокрали, — сообщила Катя. — Восьмая кража в поселке за неделю.

Ого! — удивилась подружка. — Как на работу ходят.

Ну да, и очень похоже на то, что в Москве происходило, помнишь?