Дремлющий страх

Она задумалась и в конце концов решила не говорить Ли про потерю памяти. Во всяком случае, пока. Она была настолько независима, что даже Бишоп не смог подобрать ей постоянного напарника, а независимость требовала прятать теперешнюю уязвимость как можно дольше.

К тому же, она соблюдала простую, разумную осторожность, пока не сможет хорошенько подумать над тем, что здесь происходит.

Ли снова посмотрела на нее.

— Знаешь, начиная с прошлой недели, ты стала какой-то жутко таинственной.

— Неужели? — это был скорее вопрос, а не ответ, но Райли надеялась, что Ли этого не поймет.

— Вроде бы Гордон тоже так думает. Он считает, что ты уже обнаружила или поняла что-то. И из-за этого чувствуешь себя не в своей тарелке.

— Он так сказал?

— Прошлой ночью в душе и снова утром за завтраком. Он о тебе беспокоится, Райли.

«Разумеется. Гордон всегда был падок на рыжеволосых; вот почему я могу доверять Ли. У них отношения, и Гордон поручился за нее».

Вслух она небрежно заметила:

— Гордон беспокоился обо мне годами.

Ли усмехнулась.

— Да, он говорил об этом пару раз. Сказал, что ты такой человек, который продолжает копать, когда любой нормальный человек уже отбросил бы лопату. Вот зачем он вызвал тебя сюда, даже понимая, что всё время будет переживать. А теперь произошло убийство. По моему мнению, ставки только что возросли, и может быть, нам всем есть из-за чего волноваться.

— А шериф уверен, что это убийство?

— Даже я уверена в этом, а я видела убийства только в учебниках. Поверь мне, Райли. Это — убийство. Парень свисал с дерева над импровизированным алтарем в лесу. И он повесился не сам.

— Кто жертва?

— Мы вообще-то еще точно не знаем. И пройдет какое-то время, прежде чем мы узнаем. Там, — у него, — не было головы.

Райли посмотрела на помощницу шерифа, чувствуя холодок, скользящий по спине. Это было очень знакомо.

— И эту голову не нашли где-нибудь поблизости?

Ли поморщилась.

— Когда я уходила, еще не нашли. Мы искали, но лишь на небольшом участке леса, ты же знаешь. И мне кажется, если мы не нашли ее до настоящего момента, то уже не найдем. Во всяком случае, в этом лесу.

Кивнув, Райли снова посмотрела вперед. Что-то вертелось у нее в голове, но она понятия не имела, было ли это воспоминание, или просто подходящие сведения.

Или просто что-то, разумеется, не относящееся к делу и бесполезное, как это часто бывает.

— Ли, шериф всё еще считает, что я приехала сюда отдохнуть, верно?

— Насколько мне известно.

— Тогда почему он вызвал меня на место преступления?

— Очевидно, он знает, что ты работаешь в ООП. И он считает, что именно это преступление — особое, так как у нас тут не было жестокого убийства уже около десяти лет или даже дольше. Конечно, люди умирали. Даже была парочка убийств, но такого, как это, — ничего похожего.

Райли не слишком была довольна тем фактом, что шериф знает, и любой офицер правопорядка мог узнать, о том, что она работает в ООП.

Однако она проследит, что он ему будет известно только это.

Она не успела задать вопрос, как Ли заговорила:

— Судя по тому, как он говорил, я поняла, что он не в курсе твоей специализации. То есть, оккультизма. Потому что это должно быть связано с оккультизмом, но он не сказал, что именно по этой причине желает видеть тебя на месте преступления. Только из-за того, что у тебя есть опыт расследования преступлений. Он лишь знает, что ты — агент ФБР, работающая в отделе, использующем нестандартные методы расследования необычных преступлений. А это преступление точно необычное.

— Он знает, что я — экстрасенс?

— Он не верит в экстрасенсов. Но осенью намечаются выборы, и Джейк Бэллард хочет переизбираться. И не желает, чтобы его избиратели винили его в том, что он не воспользовался возможной помощью в расследовании жестокого убийства. Агент ФБР в этом районе — очень ценный источник, независимо от того, к какому отделу он принадлежит и какими экстрасенсорными талантами обладает, — Ли покачала головой. — Мне кажется, что вам обоим стоит поговорить обо всём этом.

— Зачем?

— Ну, как два копа на свидании.

«Вот, дерьмо».

— Вот опять, — продолжала Ли, явно не понимая, что ее собеседница в шоке. — Кажется, вы, бывшие армейские дружки, не так разговорчивы, как мы, по крайней мере, не распространяетесь о своей работе. Я уже год сплю с Гордоном, практически живу с ним, и он всё еще не рассказал мне, что заставляет его просыпаться в холодном поту по ночам.

— Он не хотел, чтобы ты узнала кое-что скверное, — прошептала Райли. — То, что он видел. Вот и всё.

— Да, я понимаю. Мне кажется, что он не пускает меня в большую часть своей жизни.

— Прошлое. С ним всё кончено. Вперед, — Райли улыбнулась, когда другая женщина посмотрела на нее. — Один совет: я знаю, что ты не просила, но всё равно. Чудовища под кроватью и в чулане? Пусть остаются там. Если он захочет тебе их показать, то покажет. Но не так скоро, если вообще он когда-нибудь решится.

— А это не вопрос доверия?

Райли покачала головой.

— Дело в шрамах. И надо дать им время исчезнуть. А шрамы, накопившиеся за двадцать лет, исчезнут не так быстро.

— Если вообще когда-нибудь исчезнут.

— Хорошие люди крепко держаться за плохие воспоминания. Я бы скорее переживала за него, если бы он не просыпался в холодном поту.

— Тебе известно, что он пережил, — заметила Ли.

— Кое-что. Далеко не всё.

— Но это его истории. Он сам должен мне рассказать.

— В этом всё дело. Прости.

— Нет, всё в порядке. Я понимаю.

Райли подумала, что, вероятно, Ли действительно поняла. Она работала в полиции, и даже у нее в маленьком прибрежном городке, скорее всего, будет парочка страшных историй в карьере.

Скорее всего, это преступление вполне может стать первой подобной историей.

Женщины молчали, Райли хотела нарушить это молчание, но не могла придумать хорошего, разумного способа перевести разговор к ее возможному свиданию с шерифом.

«Свидания? Иисусе, что черт побери ее побудило ввязаться в подобное?»

Принимая во внимание, что у нее уже был надежный источник в департаменте, вряд ли она познакомилась с ним, когда собирала факты, особенно еще и потому, что он знал, кем она была.

То, чем он мог поделиться в профессиональной области деятельности, он вряд ли доверил ей, если бы у них завязались личные отношения. Если он такой же, как и всё ее знакомые полицейские.

«Личные отношения? Она пренебрегла обучением и своими жизненными принципами, чтобы встречаться с офицером правопорядка во время расследования в этом городке?»

«Вероятно, она исследовала именно его?»

«Что заставило ее совершить такой нехарактерный для нее поступок? С ее насыщенной жизнью она практически не ходила на свидания, не говоря уже о том, чтобы встречаться с кем-то во время расследования…»

В ее мыслях появилось неловкое подозрение, когда она задумалась о том мимолетном воспоминании о тихих голосах и нежном прикосновении, о том, что происходило на веранде ее дома.

«Разумеется, она бы не стала… разумеется, Бога ради, она же встречалась с ним лишь пару раз и ничего больше? Она же не завела любовника. Нет. Нет, это настолько на нее не похоже, настолько нехарактерно для нее».

«Но что если это так? В такой нестабильной ситуации, как она может отбросить подобную возможность?»

Часть 2

Лес был настолько густым, что подъехать на машине к поляне было невозможно. Так что Ли припарковала джип рядом с другими полицейскими машинами.

Опять вспышка воспоминания, и Райли сказала:

— Тело нашла чья-то собака, верно?

— Да, как и то, что мы нашли на этой же поляне на прошлой неделе, — подтвердила ее подозрения Ли. — Хотя и не та собака, что в прошлый раз.

Райли остановилась, чтобы осмотреть дыру в заборе, не обращая внимания на скучающего помощника шерифа, которого там поставили, чтобы не дать праздношатающимся любопытным зайти в лес в этом месте. Забор был не слишком прочным, что говорило о том, что он скорее считался границей между парком и лесом, а не удерживал какое-то животное с той или с другой стороны.

Она, нахмурившись, осмотрела то место, куда хозяева выводили гулять своих домашних животных.

— Странно, — прошептала она.

— Что странно? — спросила Ли.

Райли продолжила очень тихо.

— Ритуалы не должны проводиться на виду. Особенно оккультные ритуалы, если собираешься принести что-то в жертву или убить кого-либо. Другие не должны увидеть или узнать, что происходит.

— Разумно.

— Да. Тогда зачем делать это в таком месте? Есть же леса подальше от города, где обеспечено полное уединение. Те леса с большей площадью предоставят полную секретность. В тех местах не заметят костра. И туда не выводят гулять домашних животных каждый день.

— В этой части леса есть что-то особенное? — предположила Ли. — Ты же говорила, что камни напоминают естественный алтарь. Или древний алтарь, которым пользовались давным-давно. Может быть, в этом всё дело?

— Может быть, — Райли это показалось неубедительным. Она прошла за Ли через дыру в заборе, направляясь в лес.

Она очень старалась сконцентрироваться, успокоиться, чтобы не показать себя дурочкой, и справиться с тем, что ждало ее впереди. И не выдать себя.

Ей следует показать себя профессионалом. Холодной, отстраненной, сосредоточенной на работе. По какой бы причине она не стала встречаться с Джейком Бэллардом, он ожидает, что на месте преступления Райли поведет себя профессионально, несмотря на то, что она здесь неофициально.

Райли вспомнила о сексуальном белье и поморщилась.

Христос, она надеялась, что он ожидает увидеть агента ФБР, а не любовницу.

Она бы безусловно помнила, что завела любовника за эти пару недель.

Безусловно.

— Настоящее столпотворение, — пробормотала Ли, когда они вышли на поляну.

Ладно, тут велась бурная деятельность, Райли почувствовала мимолетное, смиренное желание увидеть это место до того, как столько людей тут потопталось. Они, разумеется, были обучены. Но, судя по всему, не слишком хорошо.

Не подходя к толпе, Райли осталась на краю поляны, засунув руки в карманы джинсов, и просто смотрела несколько минут. Она не обращала внимания на помощников шерифа в гражданской одежде и техников, разгуливающих повсюду, не обращала внимания на разговоры, закрылась от всего, кроме самого места преступления.

Ли оказалась права: всякий, увидевший это, понял бы, что имеет дело с убийством.

Райли смотрела на то, что оставил убийца. Обезглавленное тело всё еще висело, привязанное за запястья над заляпанными кровью камнями. Рядом оказались остатки костра, и техник их как раз фотографировал.

Это было… ей знакомо.

— Райли… спасибо, что пришла.

Она повернулась на голос, стараясь казаться профессионально отстраненной. «Красивый голос. Симпатичная упаковка: высокий, темноволосый, красивый. А проницательные голубые глаза лишь украшали его».

«Ладно, это человек был роскошен. Может быть, именно поэтому она стала с ним встречаться».

Шериф Джейк Бэллард носил форму с таким видом, словно знал, как она ему идет. Власть, которая исходила от него, была истинной, а не просто самодовольством. А его улыбка, — даже здесь и сейчас, — способна была очаровать любую женщину.

Вряд ли у Райли был иммунитет.

— Привет, — сказала она. — Хорошенькие дела творятся в таком небольшом городке.

— И не говори, — он покачал головой, и добавил. — Прости, что вызвал тебя из отпуска, но, честно говоря, я хотел узнать твое мнение, ведь ты разбираешься в подобном больше любого из нас.

— И ты подумал, что я могла бы помочь?

Он выглядел скромно, и Райли попыталась не верить, что он так делает потому, что так ему кажется удобным.

— Ладно, я навел о тебе справки, когда ты только приехала. Я только не упоминал об этом, потому… потому что думал, что ты сама всё мне расскажешь в своё время.

— Всё?