На край Вселенной. В мирозданья щель глубинную. Тригей
Зачем же здесь забыли одного тебя? Гермес
Да стерегу я барахлишко божее: Горшочки, ложки, плошки, сковородочки! Тригей
Но почему все божества уехали? Гермес
На эллинов озлившись. Поселили здесь Они Раздор, чудовищного демона, И все ему на расточенье отдали, А сами удалились в выси горние, Чтобы не видеть ваших непрестанных свар И жалоб ваших не слыхать назойливых. Тригей
Зачем же боги с нами поступили так? Гермес
За то, что вечно воевать хотели вы, Хоть боги устроили мир. Удача чуть Склоняется к лаконянам, кричат они: «Уж всыплем мы афинянам, почешутся!» Когда ж победа снова за Афинами И просят мира посланцы лаконские, Тут вы орете снова: «Нас надуть хотят! Палладою клянемся мы! Не верьте им! Придут опять. Ведь Пилос – наш. Наплачутся!» Тригей
Все наши разговоры узнаю точь-в-точь. Гермес
И потому едва ль еще увидите Богиню мира – Тишину. Тригей
Да где ж она? Гермес
Ее низверг Раздор в пещеру страшную. Тригей
Да где ж пещера? Гермес
Вон, внизу, каменьями, Ты видишь, завалил ее он доверху, Чтоб Тишину никак вам не добыть. Тригей
Скажи, А что он с нами делать собирается? Гермес
Одно лишь знаю. Он намедни под вечер Чудовищную ступку приволок домой. Тригей
А с этой страшной ступкой что же сделает? Гермес
Все города он хочет в порошок стереть. Но я пойду. Мне слышится, выходит он. Ужасный шум донесся изнутри. (Уходит.)
Слышится ужасающий грохот.
Тригей
(в страхе)
Ай-ай! Давай бог ноги! Побегу. Почудилось Мне грохотанье ступки истребительной. (Прячется.)
Эписодий второй
На орхестру выходит исполинский Раздор с огромной ступкой в руках.
Раздор
Ио, народ, народ, народ несчастнейший! Вот скоро кости затрещат и челюсти. Тригей
(спрятавшись)
Чудовищная ступка! О, владыка Феб! А взгляд его – как гибель. Страшен он, Раздор! Так вот кого боимся, вот кто душит нас, Доспехами грозящий, леденитель ног! Раздор
(над ступкой)
Вам, Прасии чесночные, конец пришел,[10] Пятижды, трижды, десять раз проклятые! (Бросает в ступку чеснок.)
Тригей
А нам, друзья, до Прасий дела вовсе нет! Лаконяне пусть плачутся. Несчастье – их. Раздор
Мегара, а Мегара! Изотру тебя! (Бросает в ступку луковицу.)
Столку, приперчу, станешь кашей луковой. Тригей
Ой-ой-ой-ой! Тяжелые и горькие Мегарцам тут слезищи приготовлены. Раздор
Сицилия, эгей, и ты раздавлена![11] (Бросает в ступку сыр.)
Тригей
Страна какая на творог размолота! Раздор
Аттического меда подолью еще. (Льет в ступку мед.)
Тригей
(в испуге)
Другого меда поищи, прошу тебя! А этот дорог! Пожалей аттический! Раздор
Эй, мальчик, Ужас! Ужас
(выбегает)
Звал меня? Раздор
Наплачешься! Зевал без толку? Кулаки забыл мои? (Бьет его.)
Тригей
(про себя)
Кулак сердитый! Ужас
Сжалься, господин, ай-ай! Тригей
(про себя)
Натер он луком кулаки, наверное! Раздор
Достань толкач покрепче! Ужас
Толкача еще Не завели. Вчера ведь только въехали. Ужас
Тогда беги, в Афинах раздобудь живей! Ужас
Бегу стрелою. А не то побьют опять. (Убегает.)
