Недруги по разуму

- Передам.

Патриция медленно отступила к раскрывшейся перед ней стене, остановилась на пороге и вдруг тихо промолвила:

- Знаешь, Керр, ты не так уродлив, как мне казалось. Наверное, я начинаю к тебе привыкать.

Она исчезла, а Язон, повернувшись к Непоседе, сидевшему под креслом на подушке, заметил:

- Ну, малыш, теперь ты понял, что общее между людьми и ругами?

- Я давно понимать, мой добрый сэр. Два глаза, два рука и два нога, кислородный обмен, отсутствие волосы на теле и…

- Это все пустяк и мелочь. Главное, что женщинам обеих рас нравится, когда им льстят.

- Что есть лесть? То, что отличаться от истины и звучать для женщина приятно?

- Определение, достойное философа, - сказал Язон. - А теперь давай попробуем соорудить для леди Пат пару сногсшибательных нарядов. Что-нибудь такое, чтобы она позеленела от восторга! Рост у нее приличный, и я полагаю, что длинное платье ей к лицу. Такой, знаешь ли, вечерний туалет с декольте до пояса, какие носят аристократки Поргорсторсаанда. Только вырез мы сделаем сзади.

- Сэр меня простить, я не понимать этот длинный слово. Что есть Поргорсторсаанд?

- Планета, на которой я родился.

- Но прежде ты утверждать, что твой родина - планета Пирр!

- Родина и место рождения - разные вещи, приятель. Родиться можно где угодно, а родина - там, где ты нашел свой дом. А заодно и себя самого.

- Разве ты теряться, мой благородный друг?

- Время от времени, - заметил Язон и, обратившись к компьютеру, велел представить точную модель одежды ругов. На экране тут же возникло трико: вид спереди - лямки с пряжками и нагрудный карман, вид сзади - вырез до нижнего края спинной щели. Простое одеяние, убогое и скучное, как исповедь безгрешного монаха… Ткань, правда, была отменной; ее прикосновение ласкало кожу, рождая вовсе не монашеские мысли.

Погладив рукав и подивившись мягкой упругости материала, он задрал голову и произнес:

- Память! Сейчас мы сконструируем платье для дипломатических приемов. Рассчитано на самочек желтого возраста. Модель под названием Визг Пустоты.

- Готов выполнять, - сообщил компьютер.

- Хорошо. Соедини-ка штанины в одну и расширь ее в четыре раза. Нагрудный карман и пряжки убери, вытяни подлиннее рукава, вокруг шеи и вдоль спинного выреза приторочь ленту, изогнутую в форме синусоиды. Подол надо украсить точно так же, а пояс… - Не заметив на экране перемен, он сделал паузу и спросил:

- Что случилось, приятель? Есть вопросы?

- Да. Эта конструкция рассчитана на ругов?

- Уточняю еще раз: на желтых самок. Что в этом непонятного?

- Приказ соединить штанины в одну. У ругов, независимо от поколения, две нижние конечности.

Язон сел в кресле, заложил ногу за ногу, взъерошил волосы, откинулся на спинку и мрачно уставился в потолок.

- Это терминал неограниченного доступа? Или я ошибаюсь?

- Не ошибаешься. Статус терминала подтвержден.

- Тогда не пререкайся, щель поперек! Делай, что приказано!

Работа двинулась вперед, но, изучив с десяток моделей, Язон отбросил мысль о платье. То, что у ругов две ноги, его, конечно, не смущало, однако платье с юбкой - слишком внезапный зигзаг для местной моды; в этом деле, как и везде, эволюция лучше революции. Поразмыслив, он остановился на брючном костюме и изготовил два варианта, женский и мужской. Первый - в бледно-желтых тонах, с широкими штанинами и буфами у плеч, с изящным пояском и украшениями из золотистой ленты; второй костюм был алым, более строгого фасона, с отделкой пурпурными вставками на рукавах и на груди. Компьютер зафиксировал модели, а опытные образцы были развешаны в гостиной: желтый, изготовленный по размерам леди Пат, и красный, для благородного сэра Джека. Глядя на них, словно рыбак на аппетитных червячков в ожидании клева, Язон пробормотал:

- Великолепно! Что до меня, я был бы в восторге от таких нарядов. Думаю, и наш Хозяин с подружкой не откажутся… - Он наклонился и заглянул под кресло. - Ты как считаешь, Непоседа?

Вытянув зрительный стебель, мрин поглядел сначала на желтое одеяние, потом на красное, и сообщил:

- Я вспоминать и вспомнить! Вспомнить, что еще общее между люди и руги. Кроме два глаза и все остальной.

- Да? И что же ты вспомнил?

- Вы иметь два родителя, этот и этот! - Тонкая ручка Непоседы протянулась к алому, а затем к желтому костюму. - Два! Удивительный феномен!

- Разве у мринов иначе?

- Иначе, мой драгоценный сэр. У мрин все правильно: один Безымянный Папа, один родитель. Зачем два, когда хватать один?

- О спиногрызах ничего сказать не могу, а что касается людей, так пожелал наш Безымянный Папа. Спорить с ним бесполезно, малыш; по воле его мы таковы, какие есть. - Язон погладил мягкую шерстку Непоседы. - А ты у нас, выходит, не мальчик и не девочка? Или то и другое вместе?

- То и другое, - пискнул Непоседа.

- Надеюсь, ты еще не ждешь потомства? Я, видишь ли, неважный акушер.

- Пока не ждать. Я очень мало лет, мало развитии для потомства. Как говорить человеки, еще неокрепший организм.

- Но прыгаешь ты здорово, - утешил его Язон.

- Мой родитель, который служить Великий Навигатор, прыгать лучше, много лучше! Прыгать, как твой рост! И говорить на тридцать языках! Знать все оборот вежливости, все угроза, оскорблений и вызов к поединок!

- Настоящий джентльмен! Прилетим в Рой, познакомишь.

С этими словами Язон повернулся к большому экрану и вызвал список еще не просмотренных лент. Титулы, почетные звания и соответствие меж ними в разных кланах… Порядок и право наследования… Стандартные процедуры планетарной разведки… Поощрения и наказания… Кодекс Войн в Пространстве… Должностные инструкции для высших чинов - Координаторов, Советников, Посредников… Благородные семейства клана Куа… Заветы Первого Навигатора…

Он выбрал эту ленту, но к ней прилагалось столько исторических материалов, что беглое знакомство с ними потребовало четырех-пяти часов. После сна и трапезы (паштет из рогоноса, сладкий пудинг и лимонад с глюкозой и подкислителем) занятия продлились до обеда, когда был сделан перерыв: “Звездный зверь” вынырнул в реальном пространстве и после недолгих расчетов снова скрылся в гипере. Последний прыжок, отметил Язон, вернувшись к своим лентам. Он уже добрался до разделения Первого Роя и наступившей затем Эпохи Перемен, Конфликтов и Изгнаний, когда в стене образовалась щель, а в ней - фигура леди Пат.

Прервав трансляцию, он встал и поклонился.

- Я не помешала, Керр?

- Твое появление желанно, как вид Гнезда в конце утомительной дороги, - ответил Язон ритуальным приветствием.

- Дорога скоро завершится. Мы вошли в последний прыжок.

- Я знаю. - Он покосился на экран. - Теперь у меня терминал с неограниченным доступом.

- Значит, ты можешь увидеть, как встречают корабль в Рое. Вызови нужную ленту и посмотри.

- Какая-то особая процедура?

- Обычно нет. Каждый цикл дюжины дюжин кораблей уходят в миры хадрати и возвращаются с грузами, и это никому не интересно, кроме Координаторов хранилищ. Но наш случай - особый. Мы нашли планету для керр’вадака, бились с кланом Зи, проложили путь к иной галактике, и у нас на борту ее посланец и возможный союзник. Нас будут встречать Творители-Посредники. Может быть, даже один из Великих Навигаторов… Это большая честь!

- Я понимаю, - сказал Язон. - Фанфары, фейерверк и взвод почетного караула… Я должен произвести хорошее впечатление?

- Да. Это очень важно! Важно, чтобы тебя считали союзником и посланцем, а не хадрати, и важно, чтоб постарались понять и оценить. Мы - вернее, Красные, эрдж и Советник, - отправили в Рой информацию о тебе… не совсем объективную, Керр… Мы не можем скрывать факты, которые хранятся в Памяти, но дать им определенное истолкование в наших силах. Все остальное зависит от тебя. Если Посредники засомневаются в твоем статусе…

- Наши беседы продолжатся в ку’рири, - закончил Язон. - Постараюсь, чтоб этого не случилось. Гореть мне в плазме! Я очень постараюсь! А теперь взгляни сюда.

Леди Пат повернула голову и, с задумчивым видом пошевеливая клапаном, осмотрела желтый и красный костюмы. Странный блеск возник в ее глазах. Удивление?.. Недоумение?.. Восторг?:. Язон затруднялся определить это чувство, но ментальный дар подсказывал, что в нем нет отрицательных эмоций. Скорее, наоборот!

- Ты приготовил еще два одеяния? Но первое, в котором цвет Творителей, больше тебе подходит.

- Эти одежды не для меня. Ты ведь хотела убедиться, что одеяния могут быть разнообразны и красивы? И, кажется, я обещал тебе подарок? Вот он! Желтое - твое, красное - Хозяина-Навигатора… Попробуешь примерить?

Секунду она колебалась, потом расстегнула пряжки и сбросила комбинезон. Стыд, связанный с наготой, был ругам неизвестен, к тому же мужские и женские особи не слишком различались - по крайней мере в человеческих глазах. Их тела не обладали внешними половыми признаками - пожалуй, только родовая щель на животе у самок была рельефней и заметней, чем у самцов. Щель являлась выводным отверстием родовой сумки, органа, который, собственно, и обеспечивал размножение. К моменту зрелости в сумках женских особей формировались две или три яйцеклетки, готовые к оплодотворению, а сумки самцов наполнял аналог спермы, продуцируемой под действием нижнего нервного узла. Зачатие происходило в водной среде, куда самцы изливали животворящий субстрат, после чего их собственная жизнь заканчивалась. Самки впадали в кому на три дюжины дюжин циклов, после чего разрешались от бремени и тоже погибали - само собой, за редким исключением. Причина смерти была неизменной у всех: эякуляция и акт деторождения вели к усиленному кровотоку, и оба сердца не выдерживали. В привычных Язону терминах это называлось обширным инфарктом.

"Не самый плохой конец, быстрый и без лишних мук”, - думал он, глядя, как Патриция вертится в новой одежде перед экраном. Сканеры Памяти передавали разом четыре ее изображения - вид спереди, сзади и с обеих сторон, так что Язону чудилось, что перед ним выплясывает прима-балерина с кордебалетом, хоть небольшим, но повторявшим каждый наклон и пируэт с удивительной четкостью и синхронностью. Правда, танец не походил на человеческий - движения резковаты, изгибы тела невероятны, руки с шестью пальцами слишком длинны, а шею вовсе не разглядишь. Зато - блестящие глаза, вихрь золотистых лент и ощущение восторга, которое накатывало на Язона, чередуясь с радостным удивлением. Кажется, леди Пат была очарована.

- Красиво… да, красиво… - прощебетала она. - Теперь я понимаю твои слова о красоте одежды… Хотя это одеяние не так удобно, как типовой комбинезон. Работать лучше в нем.

- Разумеется. Эта одежда - для торжественных случаев. Например, когда мы встанем в Гнездо и выйдем навстречу Великому Навигатору.

Патриция замерла, вихрь золотистых лент прекратил свое вращение.

- Мне не хочется ее снимать… Как ты думаешь, Керр, сейчас тоже торжественный случай?

- Несомненно, юная леди. И торжество будет еще великолепней, если все на “Звездном звере” облачатся в такие же прекрасные одежды.

- Почему?

- Потому, что вы приобщитесь к красоте, - сказал Язон, протягивая ей алое облачение. - Не забудь, это костюм благородного эрджа. Для остальных я тоже что-нибудь придумаю.

Патриция упорхнула, и он, проводив ее взглядом, прошептал:

- Ева… Ева с дарами от змея-искусителя…

- Отчего ты назвать ее так? - полюбопытствовал Непоседа, выкатываясь из-под кресла.

- Свободная ассоциация на темы древней мифологии, - объяснил Язон, но этого Непоседе было мало.

- Если она быть Ева, если дары - твои, то ты - искусительный змей?

- Правильный вывод, дружок. Сегодня я ввел ее в большой соблазн, а через нее - все племя спиногрызов.

- Но она есть/быть довольна! Я это чувствовать!

- А что тут удивительного? Так уж устроены женщины! Красота, пусть даже грешная, манит их гораздо больше, чем уродливая добродетель.

С этими словами Язон вернулся к прерванному делу, то есть к Эпохе Перемен и Заветам Первого Навигатора.

Эта личность, правившая самым первым Роем и разработавшая изначальный Кодекс, не была мифической и не входила в когорту божеств. Боги непогрешимы и всеведущи, а Первый - достойный прародитель, но все-таки не бог - одно предвидел верно, в другом ошибся, а третьего вовсе не знал. Он не являлся создателем Роя; эта конструкция существовала до него - большой орбитальный комплекс, который строили тысячелетиями, строили с той целью, чтоб разместить энергостанции, пункты управления погодой, космические доки и всевозможные производства. Место для труда, привязанное к умирающей планете, чьи океаны пересыхали, ресурсы были исчерпаны, а климат катастрофически менялся… Первый сделал Рой местом для жизни и далеких странствий. Принцип гиперскачка был уже известен, и огромная конструкция двинулась в путь, на поиски миров, пригодных для Обряда Зрелости, и инопланетных рас, которые станут со временем данниками и будут названы хадрати.

В этом Первый Навигатор не ошибся - то и другое нашлось. Ошибочным был прогноз дальнейшего развития: ему казалось, что Рой будет расти и крепнуть, странствуя как единое целое среди покоренных миров, однако в реальности все получилось иначе.

"Так же, как у людей”, - думал Язон, слушая комментарии Памяти к мелькавшим на экране кадрам. Центробежные силы, ведущие к размежеванию и разделу, исправно трудились в эпохи и времена - на древней Земле и в начале экспансии в космос, в звездной Земной Империи и в Галактической Лиге, воздвигнутой на ее руинах. Впрочем, эти силы пока что служили прогрессу, с каждым столетием, десятилетием и даже годом расширяя подвластный людям регион Галактики. За колонизацией нового мира неизменно следовали периоды развития и процветания - конечно, если планета была богатой и безопасной; затем происходил демографический взрыв, население достигало критической массы, появлялись толпы недовольных с собственными лидерами и начиналась кровавая схватка за власть. Ее рядили в разнообразные одежды: сторонники диктатуры сражались с демократами, пролетарии - с богачами, южное полушарие - с северным, брюнеты - с блондинами или с рыжими, и это считалось борьбой за равноправие и свободу. Кончалось же всегда одинаково - изгнанием побежденных в какой-нибудь дикий мир, после чего наступала эпоха сравнительного спокойствия.

Руги тоже подчинялись этой закономерности, хотя и с некоторыми оговорками. Рой был стабилен при численности населения от двух до трех миллиардов; миллион-полтора Творителей прекрасно управлялись с ним, порождая в своей среде пару десятков бесспорных лидеров. Критическая масса, равная четырем-пяти миллиардам, достигалась редко, ибо руги размножались медленно; как правило, самка приносила двух детенышей, а в исключительных случаях - трех. Но при благоприятных обстоятельствах (деталей Язон не уловил) численность Роя все же росла, и наступал период неустойчивости, который мог завершиться добровольным или насильственным Разделением. Вероятность мирного или немирного исхода зависела от многих обстоятельств, но прежде всего от личных качеств вождей-Творителей и равноценности миров для керр’вадака, что отходили к той и другой стороне. Мирный вариант порождал Рои-союзники, насильственный - непримиримых врагов; впрочем, и союзники через десять тысяч лет и пару Разделений могли оказаться по разные стороны баррикады.

Численность Роя по непонятным Язону правилам определялась условиями керр’вадака, то есть параметрами планеты, избранной для размножения. Подобный мир, новый и еще никем не занятый, обеспечивал независимость отпочковавшегося Роя, а в дальнейшем - его процветание и рост или, наоборот, стагнацию и упадок. Слишком малочисленный Рой погибал, не в силах защитить свои владения от конкурентов; его флоты уничтожались, его вассальные миры захватывал враждебный клан, а Рой изгонялся в межгалактическое пространство, в Великую Пустоту, откуда не было возврата. Эта динамика побед и поражений, захватов и изгнаний, развития и гибели казалась Язону загадкой, но все же он извлек из хаоса неясности вполне определенный результат: клан Куа ослабел, а Зи усилился, и это было связано с мирами керр’вадака. “Видимо, Куа достался дрянной товарец”, - подумал он и пожелал увидеть эту дыру.

Качество голографических фильмов, хранившихся в Памяти, было превосходным, но вид планеты порождал лишь неизбывную тоску. Атмосфера - десять процентов кислорода и азот, температура - пять-восемь градусов по Цельсию; поверхность - равнины, засыпанные песком, каменистые плато и жалкие остатки гор; на месте океанов - впадины, кое-где в них плещется вода, а рядом - что-то похожее на низкорослый бамбук или высокую траву. Каждое такое озеро было заполнено куполами, низкими, плосковатыми и явно искусственными; их ряды вылезали на берег, простирались во все стороны по пересохшему морскому дну и, тесня бамбуковые заросли, смыкались с шеренгами таких же сооружений около соседних водоемов.

- Что это такое? - спросил Язон. - Для чего тут купола?

- Удерживают воздух, насыщенный кислородом, и создают необходимый тепловой режим, - громыхнуло в потолочном куполе. - В тех, что на суше, - бассейны. Процесс воспроизводства потомства требует много тепла, воды и кислорода.

Разглядывая этот гигантский родильный дом в пустынном мире, Язон поморщился.

- Унылое местечко… Разве другого не нашлось?

- Процесс воспроизводства потомства требует гравитации не ниже… - Компьютер назвал величину, равную полутора “же”. - Планеты с кислородной атмосферой и высоким тяготением - редкость. Этот мир с нужным уровнем гравитации и небольшим количеством воды и кислорода. Дополнительные ресурсы, включая органику, необходимую для питания Творительниц, поступают из Роя.

- Должно быть, большие расходы, - заметил Язон.

- Очень большие, - отозвался компьютер и умолк.

Взгляд Язона, скользивший по куполам, напоминавшим барханы, и зеркалу скудных вод, внезапно стал мечтательным. Здесь - холодная пустыня с редкими оазисами, а на Пирре - буйство красок и цветов, щедрый жизненный круговорот, избыток воды и тепла и к тому же - более мощное тяготение… Бескрайний океан, моря экваториального пояса меж Южным и Северным континентами, лесные массивы и реки, то затаившиеся в джунглях, то петляющие по равнинам… Озера, большие и малые, в горах и степях, и масса кислорода - прекрасный воздух, если не приближаться к вулканам!.. Ну, и с органикой полный порядок… Хватит, чтоб прокормить пару миллиардов ругов!

Он усмехнулся, глядя на экран, и пробормотал вслух:

- Хватит, чтоб мне позеленеть! На Пирре им не понадобятся купола и привозной кислород. Там у них будут совсем другие проблемы!

Глава 19

Не играйте с хадрати! Нарушителю забьют щель.

Дополнение к Кодексу Первого Навигатора, сделанное

Размышляющей в Свете Звезд, Творительницей Куа.

Размышляющая в Свете Звезд, старейшая и самая влиятельная из трех Великих Навигаторов Куа, не пришла встречать корабль, что возвратился из Голубой галактики. Не ее забота. Приветствовать ругов, свершивших героические деяния, полагалось Навигатору-Блюстителю или Навигатору-Стратегу. Блюститель, носившая имя Тень над Роем, ведала в Совете внутренними делами клана, Стратег, Шесть Пальцев в Излучателе, отвечал за внешние, в том числе за оборону и экспедиции в дальний космос. Что касается Размышляющей, то она, Навигатор-Аналитик, руководила тем, что в человеческом обществе назвали бы службой перспективного планирования. В данный момент, ввиду проигранной войны, острой нехватки ресурсов и угрожающих действий противника, роль этой службы была особенно важна - ей предстояло взвесить три варианта отступления и выбрать оптимальный. С этой целью штат сотрудников Размышляющей уже занимался обработкой данных, полученных с вернувшегося корабля, но кое-что в них так поразило старую Творительницу, что она, оторвавшись от графиков и цифр, пожелала ознакомиться с процедурой встречи. Точнее, с записью, сделанной пару циклов назад, когда корабль-разведчик лег в Гнездо на семьдесят третьем периферийном Рукаве.

Представить запись полагалось двум подчиненным Размышляющей, ругу-Советнику Летящему в Пустоте и ругийе-Координатору Одинокая Звезда. Советник-Творитель Летящий присутствовал на встрече от ведомства планирования, а значит, был очевидцем событий; Звезда, Творительница с незаурядным логическим даром, просматривала ленту много раз, сопроводив ее полезным комментарием. Оба они, Звезда и Летящий, расположились в креслах у экрана, тогда как Аналитик висела в воздухе над антигравом, выпрямив спину и придерживаясь пальцами о невысокий пюпитр. Размышляющая была поколением старше своих сотрудников, кости у нее побаливали, и креслам она предпочитала невесомость. Кроме них троих в просторном цилиндрическом отсеке, запрятанном в глубинах Роя, присутствовало еще одно существо, пушистый серый шар на тонких ножках, с огромным глазом на гибком зрительном стебле. Особой необходимости в переводчике не было, но Размышляющая привыкла к тому, что личный мрин всегда находится при ней. А желание Великого Навигатора равно закону.

- Начинаем, - произнесла она, сложив ладони на пюпитре. - Мрин, пищевую капсулу!

Серый шар подпрыгнул, метнулся к синтезатору и тут же отскочил обратно с протянутой рукой. Размышляющая, не спуская глаз с экрана, бросила таблетку в рот.