Недруги по разуму

- Погоди, не торопись! - Керк махнул на нее рукой и повернулся к Ресу. - Твое мнение? Есть в этой ахинее хоть крупица правды?

Тучи разразились дождем, и мутноватая плотная пленка влаги мгновенно затянула окна. Рес, размышлявший над всякой мыслью с присущей корчевщикам основательностью, молчал так долго, что дождь успел перейти в ливень. Наконец он произнес:

- Я не разбираюсь во всех этих ботах, скиммерах, экранолетах и воздушных подушках. Может быть, Мета права, может, нет… Но мы ищем Язона целый месяц, мы осмотрели архипелаг, облазили восточное побережье и не нашли даже заклепок от его скафандра… Значит, его там нет и не было. - Он покосился на эколога. - Я сомневаюсь, чтобы дракон, пусть самый прожорливый, слопал его с башмаками, скафандром и пистолетом.

- Что скажешь? - Взгляд Керка переместился на Бруччо.

- Скажу, что я - эколог, а Мета - техник. Мне мерещатся драконы, а ей - звездолеты и скиммеры, - с философским видом заметил тот. - Однако не стану отрицать, в ее идее есть нечто привлекательное… Рес, разумеется, прав: мы ищем целый месяц, и полагалось бы найти хоть что-нибудь - к примеру, пистолет. Металлоискатели, кстати, у нас отличные.

Тучи за окном сгустились, и ливень превратился в снегопад. С неба сыпались не снежинки, а валились целые снежные сугробы, заметая город белой плотной пеленой. В комнате похолодало, но Керк оставил это без внимания, как и его собеседники, привыкшие к капризам пиррянской погоды.

- Ты что-то толковала о косвенных уликах? - он снова повернулся к Мете. - Ну, давай, выкладывай! Я слушаю.

Женщина отбросила со лба прядь белокурых волос.

- Ты ошибаешься, утверждая, что не осталось никаких следов. Вот первый след: твое самочувствие в миг пробуждения. Слабость и эти провалы в памяти, отсутствие координации… А ведь ты, Керк, здоров и крепок, как дорим!

В окна забарабанили градины, каждая размером с два кулака. Керк недовольно фыркнул, нашарил кнопку под столом; у потолка вспыхнули светильники, а на окнах сомкнулись бронированные ставни.

- Да, с моим пробуждением история странная, - согласился он. - Бруччо считает, что…

- Я слышала мнение Бруччо, - Мета скрестила руки на груди. - Слышала и не согласна с ним! Есть более разумные предположения, чем шипокрыл-телепат или дракон, начиненный сонным газом. Газ, наверное, был, да только драконы и шипокрылы тут ни при чем!

Бруччо скривил рот, двое остальных переглянулись. Затем Рес сказал:

- Думаю, она права. Не приходилось мне слышать о этаких тварях, а появись новая погань, меня бы непременно известили. Фермеры, а в первый черед - говоруны… От них никакому зверю не укрыться!

- Кроме того, есть и другие факты, да только вы их не видите, - продолжила Мета с язвительной усмешкой. - Зверь хитер, опасен, но неразумен: видит двоих заснувших на берегу и терзает обоих или одним завтракает, а другого уносит на ужин. А Язона выбрали!

Керк дернулся в кресле.

- Почему ты так считаешь? И почему выбрали его, а не меня? Не понимаю!

Усмешка на губах Меты сделалась еще язвительней.

- Что же здесь непонятного, Керк? Подумай, кому ты нужен? Да никому, кроме нас, пиррян! А Язон динАльт наследил в половине Галактики! Конечно, теперь он человек богатый, влиятельный и уважаемый, с ним даже водятся шишки из Лиги Миров, но не везде и всюду он желанный гость… то есть желанный, но только в наручниках! Я чувствую, что он жив, но сидит, наверное, в холодной камере, связанный, голодный и избитый… мой… мой Язон! - Злые слезы вскипели в глазах Меты. Она грохнула кулаком по столу и энергично закончила:

- Мы должны его спасти! И лучшее средство для этого - пушки “Арго”!

Керк крякнул, нажал кнопку под столом, ставни сдвинулись, и в окна хлынул ослепительный солнечный свет.

Снежные сугробы таяли, по городским улицам текли ручьи, а площадь напоминала небольшое озеро. В нем уже копошилась какая-то тварь, то ли птица-пила, то ли хищная, похожая на птеродактиля летающая жаба.

Приоткрыв окно, Керк снес выстрелом уродливую голову монстра и буркнул, поворачиваясь к Мете:

- Ну, хорошо, ты меня почти убедила. Пусть так, его похитили! И я, само собой, согласен с тем, что пушки - лучший аргумент. Язон - мой друг, а также личность, ценная для Пирра, и ради него наш крейсер и команда бойцов сотрут в порошок любую планету! Вот только какую? Какую, я спрашиваю? - Он поднял палец и покачал им перед носом Меты. - Ты ведь сама нам напомнила, что в Галактике тридцать тысяч обитаемых миров. Так с какого начнем? С Кассилии, Дархана или Поргорсторсаанда? А может, с Гарибора или планет Полярной Зоны? Где нам его искать? Что нам делать, черт побери?

Всхлипнув, Мета спрятала лицо в ладонях. Мужчины помрачнели, отвернулись от нее и с угрюмым видом уставились в пол. В комнате повисло тяжкое молчание.

Глава 16

Долг синего поколения - расти, долг зеленого - учиться, долг желтого - работать, долг красного - множить полученное от предков Потом наступит керр’вадак, и каждому воздается по заслугам.

Кодекс Первого Навигатора.

- Ты поместил его в апартаменты для самых высоких гостей, - сказал Советник Пи’тхау, когда стена за ушедшими сдвинулась. - В каюту для Творителей!

Это не было ни вопросом, ни обвинением, ни знаком возмущения или других чувств; просто констатация факта. Но факт сам по себе являлся многозначительным, необычным и даже невероятным! Впервые за всю историю ругов чужак-хадрати, существо иной породы, стал не пленником на борту корабля, не рабом и слугой, а почетным гостем. Верно заметила Па’тари - времена меняются!

- Он оказал нам большую услугу, - произнес Дже’кана. - Даже две: помог избавиться от Зи и возвратил корабль. И потому, смиривши гордость, я воздаю ему должное. - Он прикрыл глаза и добавил:

- Мы могли погибнуть в схватке и не долететь до Роя, но этого не случилось - мы живы, и мы возвращаемся. Теперь представьте, что мы вернулись в Рой на корабле, который принадлежит хадрати… Что бы произошло? Как минимум мы сделались бы объектом насмешек, и это перечеркнуло бы величие свершенного - то, что мы побывали в другой галактике, и то, что мы нашли планету для керр’вадака и выстояли в битве с Зи.

- Ну, не перечеркнуло бы, а лишь подпортило, - заметила Па’тари. - Но ты, конечно, прав, и я готова согласиться, что Керр избавил нас от неприятных проблем.

- Зато возникла новая, - пробормотал Советник.

- Что ты имеешь в виду? - Дже’кана открыл глаза.

- Статус почетного гостя, который ты ему присвоил. Это значит, что мы доставим в Рой не пленника, которого будут допрашивать в ку’рири, а… - Пи’тхау в недоумении всплеснул руками. - Я даже не знаю, как его назвать!

- И я не знаю, - подтвердил Му’занг, глава Измерителей. - Таких ситуаций не было никогда! - Он оттопырил клапан и мечтательно произнес:

- Какой необычный объект… какой интересный, странный и многообещающий…

Рот Па’тари раскрылся в усмешке.

- Зовите его Керр динПирр, - произнесла она. - Керр, представитель расы, обитающей в Голубой галактике. Существо, которое предлагает нам союз и помощь. И эта помощь, как мы недавно убедились, станет для нас не лишней.

"Как всегда, она формулирует вопрос с предельной ясностью”, - подумал Навигатор. Реальность ее не пугает; она готова к переменам и реагирует более гибко, нежели Пи’тхау и он сам. Хороший наследник для “Звездного зверя”! Для чуть не потерянного, но возвращенного корабля!

Он оглядел сидевших за столом. Пи’тхау, Му’занг и Па’тари… его командный секстет - правда, без Помощников… Ди’кло слишком импульсивен и вряд ли дал бы полезный совет, а вот об отсутствии Ту’барга можно пожалеть…

Дже’кана почувствовал, что стоит на пороге великих решений. Вот если б заручиться поддержкой Играющей Молниями… Ее уважали в Совете, где слово Играющей считалось веским; быть может, после этой экспедиции ей дали бы титул со’рати и пост Великого Навигатора. Увы, ее не спросишь и не попросишь ни о чем! Прах ее развеян в Пустоте, и сделал это Зи, потомок кривой Творительницы!

Холодная ярость охватила Дже’кану; он жаждал возмездия и был готов вступить в союз даже с хадрати из Голубой. Этот Керр динПирр не лгал: сила их расы была не в знаниях, не в боевых кораблях, не в тысячах колонизированных миров, а в воинском искусстве и беспощадности к врагам. Ценные союзники! И эта ценность подтверждалась опытом, дюжиной дюжин Защитников Зи, которых перебил их пленник… Нет, не пленник - гость!

Навигатор выпрямился в кресле и произнес:

- Я разделяю твою озабоченность, Пи’тхау, однако проблема, о коей ты упомянул, не наша: ею займутся Посредники-Творители. А здесь и сейчас, на моем корабле, Керр динПирр является почетным гостем. Он может ходить везде, кроме командной рубки и боевых отсеков, и пользоваться терминалом неограниченного доступа. - Дже’кана поднял лицо к потолку:

- Память, зафиксировать!

- Исполнено! - лязгнул металлический голос.

Му’занг и Па’тари сделали жест одобрения, и Советник, поколебавшись, присоединился к ним. После чего сказал:

- Я думаю, ты прав, почтенный эрдж: пусть Творители решают, необходим ли нам союз с хадрати и что означает та игра, которую Керр назвал торговлей. Может быть, в этом есть какой-то смысл… Но здесь и сейчас, используя твои слова, нам надо рассмотреть другой вопрос. А потому закончим с хадрати и перейдем к делам серьезным. К Зи!

- Да, - согласился Дже’кана, - тут есть о чем поговорить. - Он поглядел на лица Па’тари и Му’занга, сразу ставшие напряженными, и повернулся к Советнику. - Начинай, Пи’тхау! Первым я хочу выслушать тебя.

Тот сморщил клапан, что служило признаком раздумья.

- Я вижу несколько проблем, Хозяин, и постараюсь обозначить их в хронологическом порядке. Первое: что с кораблями, которые Совет послал к другим галактикам? Зи перехватили нас, и надо думать, подобная судьба ждет и остальные экспедиции. Видимо, Стратег-Творитель Зи интересуется полученными сведениями… клянусь Пустотой, я даже уверен, что это так! Значит, оба корабля, “Двойное светило” и “Спиральный луч”, будут найдены и атакованы превосходящими силами; их захватят и, вероятно, уничтожат. Можем ли мы предотвратить такой исход?

- Сомневаюсь, - произнес Дже’кана, делая жест сожаления. - Еще один прыжок, и Рой будет доступен для связи. Я сообщу о случившемся, и Навигаторы вышлют корабли поддержки… Или не вышлют - ведь “Луч” и “Светило” далеко, и помощь не поспеет вовремя. Тратить энергию, чтобы найти их прах в пространстве? Вряд ли это понравится Совету… В Рое не так много ресурсов.

"Пусть Звездное Чрево примет тебя, Ри’ат, и тебя, Бро’тинли”, - подумал Дже’кана. - “Вам не повезло, но что тут поделать? Только не забывать о вас и свершить возмездие…” Сердца его дрогнули, а нервный узел спазматически сжался.

Лицо Советника омрачилось; видимо, он испытывал сходные чувства. Но голос его оставался бесстрастным.

- Второе: почему нас отпустили Зи? Одна причина - то побоище, которое устроил Керр; другая - гибель “Луча” и “Светила”, которая произойдет непременно, поскольку мы не можем им помочь. Лишь “Звездный зверь” долетит до Роя и принесет информацию. А это значит…

- …что нас выталкивают в Голубую, - закончила Па’тари. - Самая молодая из галактик и самая ближняя, в ней легче за нами следить. А то, что ее населяют кровожадные хадрати, лишь дополнительный фактор предпочтения. - Раскрыв в усмешке рот, она добавила:

- Конечно, с точки зрения Стратега Зи.

- Разумно, - согласился Пи’тхау. - Будем считать, что с этим вопросом мы разобрались. Тогда третье: что собираются делать Зи? Чтобы следить, как сказала Па’тари, необходимы не четыре корабля и не дюжина, а целый флот! Так где он?

- Ждет на границах наших владений, - снова заговорила Па’тари и тут же поправилась:

- Бывших владений… Этот Стратег с титулом со’рати - слишком важная персона, чтобы командовать дюжиной кораблей. Значит, есть флот… И Творитель Зи вернется к нему, покончив с “Лучом” и “Светилом”, и проследит, куда отправится наш Рой. Собственно, - закончила она с протяжным свистом, - выбора у нас нет.

- Это мне очень не нравится. - Дже’кана, повернув голову, смотрел на переливы чешуи дракона над полюсом планеты Джуд. - Я понимаю, что нападения на Рой не будет, но враг, который подбирается со стороны дыхательной щели… Знать об этом неприятно! Знать, и ничего не делать!

- Возможно, Великие Навигаторы решат покончить с этим флотом, - пробормотал Измеритель My. - Это ведь не все Зи, а лишь одно соединение… Мы можем сражаться с ними и победить!

- На это Рой израсходует такие энергетические ресурсы, что никогда не доберется в Голубую, - возразил Дже’кана. - Сейчас Навигатор-Стратег способен отправить лишь пару дюжин кораблей, которые Зи распылят за время теба. Другое дело, когда мы окажемся у щедрых солнц галактики… новой галактики, открытой нами…

- В мире керр’вадака… - мечтательно протянул Советник. - В этот раз потомство будет обильным! Высокая гравитация, много воды, много органики…

- И много кровожадных хадрати, - добавила Па’тари. - Таких, как Защитник Керра, оставшийся на острове. Не думаю, что их удастся переселить или истребить.

- Да, - мотнул головой Дже’кана, - эта идея была… кргх… несколько фантастичной. Но почему ты вспомнила о ней?

- По той причине, что времена меняются. Наш Рой ушел, покинув прежние владения, но Зи идут за нами. Они воюют с нашим кланом в Пустоте! Они желают знать, куда переберутся Куа, они подталкивают нас к определенному решению, они намерены следить за нами… Такого раньше не бывало! Это новая стратегия, и мы должны ответить адекватно. Чем-то столь же новым, неожиданным, ломающим схемы привычных реакций.

- Не понимаю, о чем ты, кайо Па’тари, - насторожился Советник. - Пока я слышу общие слова и слишком туманные рассуждения. Что-то за ними стоит? Или, как говорит наш гость, мы просто стегаем дохлую лошадь?

- Он говорил не только это. Он предложил союз, военный союз и выгодный обмен, который называется торговлей. Обмен различных предметов на сырье и на другие предметы, которые есть у хадрати, обмен концепциями и идеями… Мы так нуждаемся в новых идеях, необходимых нам сейчас! Если бы мы согласились… если б вступили в союз, не применяя силу там, где можно договориться… если бы решили сыграть в игру, которую Керр называет торговлей… Это было б хорошим ответом! Таким, которого Зи не ждут!

- Возможно, возможно, - Пи’тхау огладил безволосый череп. - Однако напомню, Па’тари, что ты еще не член Совета Навигаторов и даже не Творительница. Ты - Желтая, и путь, который выбирает Рой, вне твоего разумения! Как, впрочем, и нашего, - Советник бросил взгляд на Дже’кану - Наше дело - трудиться и собирать факты, а если нужно - воевать. Что же до остального… Ты знаешь не хуже меня, кто управляет кланом и кто принимает решения.

- К решениям можно подтолкнуть, - с улыбкой возразила Па’тари. - К определенным решениям… Давайте забудем, что Керр попал сюда как пленник, что он - хадрати из дикого мира, несовершенное существо со множеством странных привычек. Его организм выделяет отходы, и три двенадцатые цикла ему необходимо спать; он говорит загадками, кормит кровососущих паразитов и платит огромную сумму за мрина. Согласна, все это странно! Но вспомним другое - то, что он благороден, открыт для контакта и готов помочь. Вспомним об этом и попробуем представить его в Рое как Творителя.

Пи’тхау резко хлопнул клапаном.

- Но… но… Ты предлагаешь перевернуть истину!

- Нет. Только кое-что забыть и переставить акценты. Ну, и добавить немного блеска - торжественная высадка в Гнезде, почетный караул Защитников и все такое… Чтоб мне позеленеть! Это совсем не повредит!

Слушая их спор, Дже’кана думал, что минует много Оборотов, и когда-нибудь Па’тари будет править Роем, сделавшись Творительницей. Великой Творительницей, щель поперек! Из тех, что открывают новые пути, и о которых помнят дуо поколений! Какое имя она изберет? Какие свершит деяния? За что удостоится наград? Он понимал, что никогда не узнает об этом, ибо их разделяло целое поколение, и значит, слава Па’тари придется на те времена, когда его прах, дрейфуя в течениях космоса, будет лететь в Звездное Чрево.

Но это свершится’ Дже’кана свято верил, что его подруге суждены величие и власть, пост Навигатора Роя и титул со’рати. Так и будет, будет непременно!

Разумеется, если она переживет керр’вадак.

Глава 17

Если судьба вручает вам кислый лимон, сделайте из него лимонад.

"Мысли и мнения, или Как сделать свой первый миллиард”, “ТСА-букс”, Терра-Марс.

Древнее пособие, авторство которого приписывается легендарному Язону динАльту.

За первый цикл после переселения Язон, сопровождаемый Непоседой, облазил свой президентский люкс, как говорится, от киля до клотика. Выглядели апартаменты шикарно - само собой, по тем понятиям, какие имелись у ругов, так что на персидские ковры, хрустальные люстры и ложки из серебра рассчитывать не приходилось. Каюта была просторной и состояла из трех отсеков, двух побольше и одного поменьше, величиной с прежнюю камеру Язона. Первый из них, не уступавший площадью командной рубке крейсера “Арго”, являлся чем-то вроде приемной или гостиной; тут размещались дюжина кресел и пара шестиугольных столов, а темно-коричневые стены имитировали бугристую поверхность скалы, над которой простирался небесный купол, он же - компьютерный терминал. Между двух скалистых выступов мерцал большой экран, на котором отмечалось положение корабля - правда, в непонятной Язону системе координат; ниже располагалась панель с многочисленными циферблатами и отверстиями, к которой он старался не приближаться, чтобы не поддаться искушению сунуть палец в какую-нибудь дыру.

Второй отсек был поменьше и, вероятно, играл роль кабинета. Стол, два кресла с овальными вырезами на спинках, массивный корпус персонального синтезатора, движущиеся картины и встроенные в стены шкафы придавали ему определенный уют, и, стремясь сохранить подобное ощущение, Язон добавил к обстановке утилизатор, а в шкафах разложил свое имущество. Ему вернули абсолютно все, включая хронометр, вновь собранный и вполне исправный, а также аптечку и скафандр. Этот скафандр не предназначался для космических прогулок, а был обычным защитным одеянием, предохранявшим в какой-то степени от ядовитой пиррянской флоры; в нем можно было путешествовать по джунглям или, подключив баллоны с воздухом, спуститься под воду метров на двадцать. Язон, однако, его ценил - удобный и красивый скафандр, напоминавший серым цветом облачение Творителя, являлся той одеждой, в которой не стыдно появиться в Рое. Не мог же он выйти из корабля в своем изодранном и окровавленном комбинезоне!

Что касается третьего отсека, самого небольшого, то он являлся совершенной загадкой, как для Язона, так и для Непоседы. Здесь находилось ложе, довольно мягкое и весьма широкое, - но зачем? Ведь руги не спали и не имели привычки отдыхать в горизонтальном положении; для отдыха после больших физических нагрузок они использовали кресла и создающие невесомость антигравы. Правда, гравитацию в малом отсеке можно было регулировать от нуля до двух “же”, но опять-таки с какой целью? При низком тяготении можно расслабиться, но о двойном, аналогичном существовавшему на Пирре, Язон вспоминал без всякого удовольствия. Может быть, данный отсек предназначался не только для отдыха, но также для спортивных тренировок?

Остановившись на этой гипотезе, Язон заглянул в стенные шкафы и обнаружил, что один из них, собственно, не шкаф, а некое подобие душа с дырчатым потолком, сливом и аэратором, нагнетавшим при включении теплый воздух. Эта находка была драгоценной, хотя воды хватало на десять минут; он вымылся, выстирал комбинезон и ощутил, что родился на свет недаром.

Картины, мерцавшие на стенах, были другим приятным открытием. Их насчитывалось полдюжины, и они демонстрировали виды разнообразных планет, меняясь каждую двенадцатую цикла и никогда не повторяясь. Непоседа рассматривал их часами, мечтая увидеть родные ручьи и холмы, но это, скорее всего, было занятием бесполезным - рожденный в Рое, он представлял свой мир только по смутным описаниям старших мринов.

Язон, не преследуя подобных целей, просто любовался пейзажами, убеждаясь, что хоть Запечатлители ругов небогаты фантазией, однако не лишены чувства прекрасного; их творения - видимо, голографические снимки - были поразительно реальны, разнообразны и радовали глаз то яркими, то приглушенными оттенками. Морские и горные виды, нагромождения туч, волшебные замки облаков, смерч в каменистой пустыне, равнинные реки и водопады среди скал, леса, луга и твари невероятных форм… Все это не было застывшим, мертвым, все двигалось, переливалось и перемещалось - смерч кружил песок и щебень, в тучах сверкали росчерки молний, в облаках то воздвигались, то обращались в руины сказочные города, моря и океаны блистали синей, изумрудной, серебристой гладью или ярились бешенством штормов. Возможно, в этих картинах был налет тоски по недоступной ругам красоте живой природы? Возможно, думал Язон, разглядывая их; они сияли, будто окна, раскрытые в тысячи миров, чарующих или ужасных, но одинаково удивительных.

Душ и картины несли наслаждение телу и сердцу, но позаботиться о желудке тоже казалось нелишним. Он у Язона почти атрофировался; питательные вещества из капсул, давая клеткам все необходимое, гасили чувство голода, и только. Ни удовольствия, ни настоящей сытости! Он с грустью вспоминал о свиных отбивных, о бифштексах, сочащихся кровью, о курице на вертеле и даже о консервах из мяса бронтозавров, которые импортировали на Пирр с планеты Мезозой. Но кажется, сейчас его мечты были близки к осуществлению - ведь в этих роскошных покоях имелся персональный синтезатор!

Это устройство совсем не походило на панель, которой он таранил стену. Огромный шкаф от потолка до пола и соответствующей ширины; вверху - голографический экран, внизу - большая ниша, в которой мог бы разместиться человек, и никаких отверстий с огоньками. Синтезатор был предназначен для производства бытовых предметов и, разумеется, пищи; управляли им через Память, голосом, и весь процесс программирования сводился к набору определенных команд. Выслушав объяснения Сура, Язон решил, что справиться с этой штуковиной нетрудно: изображение нужной вещи возникало на экране и поддавалось изменению путем корректировки материала, цвета и очертаний. Одним из основных приемов программирования был способ аналогий: сделать нечто, похожее на известный предмет, но меньшей или большей величины, а затем изменять его, добиваясь необходимого эффекта.

При помощи этой методы, под любопытным взглядом Непоседы Язон изготовил тарелку, ложку и бокал. Все из прозрачного пластика, а что касается процесса, то он не вызвал никаких проблем: тарелка - полый диск, разрезанный в плоскости диаметра; ложка - та же тарелка, но поменьше, с длинной ручкой; бокал - усеченный конус. Этот успех вдохновил Язона, а вид тарелки вызвал глотательный рефлекс и усиленное слюнотечение. Наполнить бы ее, а заодно и бокал… Вот только чем?

- Память! - он поднял голову к потолку. - Как насчет бифштекса? Это мясо, подвергнутое тепловой обработке. Размер - покрупнее моей ладони и примерно такой же конфигурации. Нагревать при температуре вдвое большей, чем у моего тела, в течение двух сибов… Да, и не забудь посолить!

В потолочном куполе началась стремительная пляска огоньков. Непоседа, выдвинув зрительный стебель на всю длину, поинтересовался:

- Зачем тебе этот горелый мясо, мой прекрасный сэр? Ты делать химический опыт? Или религиозный обряд? Или…

- Или, - прервал мрина Язон. - Я его съем!

- О! - Тонкие ножки Непоседы подкосились, и он шлепнулся на пол. - Это есть/быть такой обычай у твой народ?

- Не обычай, а нормальная практика. Мы не едим таблеток, мы питаемся овощами, фруктами, перемолотым зерном, рыбой и мясом. Коровами и овцами, свиньями и гусями, утками и цыплятами.

- А мрином вы тоже питаться? - осторожно поинтересовался Непоседа. - Когда нет корова и гусь?

- Не болтай ерунды, - буркнул Язон, с надеждой всматриваясь в глубину экрана. Но ничего похожего на бифштекс там не возникло, а с потолка раздался голос: