Миф и правда о "Сталинском голодоморе". Об украинской трагедии в 1932-1933 годах

Для примера можно ещё процитировать письмо упомянутого секретаря партийного комитета Центральной Контрольной Комиссии КП (б) Украины Киселёва из Харькова.

«За последнее время, в связи с выявившимися фактами грубейшего извращения линии партии, нарушения революционной законности, злоупотребления, голого администрирования и издевательского отношения к крестьянам-единоличникам, колхозникам, а кое-где и к рабочим, имевшими место в ряде районов при проведении истекшей хлебозаготовительной кампании, мобилизации средств, подготовке к весеннему севу и т. д. — мы особенное внимание уделили расследованию заявлений и жалоб на незаконные действия чл. партии, а также разбору дел об искривлении и извращении линии партии.

…Наиболее характерным является дело Глуховской верхушки.

В Глухове начиналось, как будто с пустяковкого то финотдельские работники неправильно обложили налогом, у кого то поспешно изъяли, за неуплату, имущество и т. д. Когда же мы по одной жалобе выслали члена ЦКК для расследования и немного покопали на месте, то выявили настоящий гнойник и разложение ряда районных работников. Кампания по мобилизации средств (да и другие) в Глухове проводилась исключительно мерами административного нажима и репрессиями. На этой почве — пышно расцвело своеволие, массовые репрессии, присвоение вещей, незаконные конфискации, разбазаривание, хищения, взятки и т. д. Причём работники финотдела и финчасти РИК'а,[31] чтоб обеспечить себя и прикрыть свои уголовные преступления втянули в дело разбазаривания и конфискованного за неуплату имущества некоторых районных ответственных работников. Таким образом оказались замешанными пред. РИК'а Гречко, член партии с 1919 г., пред. горсовета Ланге, член партии с 1928 г. нач. райотдела ГПУ Наклонов, член партии с 1919 г., уполномоченный ГПУ Горбачов, член партии с 1924 г., прокурор Кузьминский, врид. нач. райотдела ГПУ, отчасти и зам. пред. КК-РКИ т. Францев, член партии с 1907 г. и ряд других — всего 25 челов.

За короткий срок было разбазарено и расхищено имущества на 50 тысяч рублей. Доходило до того, что когда пред. РИК'а т. Гречко захотелось иметь качающееся кресло, то работники финотдела начали усиленные поиски, нашли такое кресло у какого-то инженера, придрались за что то к нему, обложили налогом, дали весьма ограниченный срок для оплаты, потом описали кресло и доставили его Гречке. Инженер подал в РИК жалобу на незаконное обложение, РИК конечно налог снял, но кресло финотдел не возвратил, мотивируя, что оно продано с торгов и неизвестно кому…».[32] (Стиль и орфография оригинала).

Проворные работники финорганов втянули в разбой «несмышлёнышей» — старых членов партии, тех самых, о которых В. Маяковский образно писал, что они были «с Лениным в башке и с наганом в руке».

Именно о таких на XVII съезде партии в январе 1934 года И.В. Сталин говорил:

— Это люди с известными заслугами в прошлом, люди, ставшие вельможами, люди, которые считают, что партийные и советские законы писаны не для них, а для дураков… На что они рассчитывают, нарушая партийные и советские законы? Они надеются, что Советская власть не решится тронуть их из-за их старых заслуг. Эти зазнавшиеся вельможи думают, что они незаменимы и что они могут безнаказанно нарушать решения руководящих органов. Как быть с такими работниками? Их надо без колебаний снимать с руководящих постов, невзирая на их заслуги в прошлом. Их надо смещать с понижением по должности и опубликовывать об этом в печати. Это необходимо для того, чтобы сбить спесь с этих зазнавшихся вельмож-бюрократов и поставить их на место.[33]

Позже эти и другие ветераны из-за своих «художеств», о которых так подробно рассказал Киселёв, будут ярыми противниками альтернативных выборов, которые в 1936 году предложил Сталин. Разве смог бы за этих ветеранов проголосовать инженер, из-под которого выдернули единственное в округе качающееся кресло, да и вся округа, об этом инциденте прекрасно осведомлённая?

Чтобы такие выборы не состоялись, именно «гречки» — настоящие враги ни в чем не повинного народа на всех уровнях партийной власти, будут организовывать репрессии этого народа в 1937 году.

Пример далеко не единичен и показывает наиболее мягкие «искривления», творившиеся на местах.

Архив Центральной Контрольной Комиссии ВКП(б) и Народного Комиссариата Рабоче-крестьянской инспекции (ГАРФ. Фонд Р. -374) полон свидетельств страшных бесчинств и издевательств властей над простыми людьми. Именно местные власти доводили политику центра до абсурда и намеренно озлобляли народ.

Для того чтобы знать, что «искривляли» на местах такие районные руководители, необходимо сказать о порядке государственных хлебозаготовок в то время.

До 1932 г. заготовки хлеба и других сельскохозяйственных культур производились на основе т. н. «контрактации». С колхозами или единоличными хозяйствами государство через организации Колхозцентр, Заготзерно или Тракторцентр заключало договора (контракты) на сдачу хозяйствами продукции по утвержденной Комитетом по заготовкам цене. В этих договорах предусматривались выплата аванса, сроки сдачи продукции, обеспечение хозяйств хлебом или промтоварами через сеть потребкооперации, сев под будущий урожай и другие условия.3'

До 1932 года во многих районах распределения натуральных доходов в колхозах фактически не производилось. Колхозники получали хлеб лишь в порядке авансов от обмолота. Хлеб, полученный колхозниками в счет трудодней, заготовлялся для покрытия обязательств колхоза перед государством и на семена. В таких случаях страдал в первую очередь лучший колхозник-ударник, получивший большое количество хлеба на трудодень, а торжествовал лентяй, у которого нечего было заготовлять.

В связи с тем, что эта схема была достаточно громоздка, запутанна, не была эффективной, и не стимулировала хозяйства, 19 января 1933 года Совет Народных Комиссаров Союза ССР и Центральный Комитет ВКП (б) приняли Постановление «Об обязательной поставке зерна государству колхозниками и единоличными хозяйствами», которым отменили существовавшую договорную (контрактационную) систему хлебозаготовок зерновых культур и установили для колхозов и единоличных хозяйств твердые обязательства по сдаче зерна по установленным государственным ценам.[34]

При такой системе нормы сдачи хлеба составляли от 1 /4 до 1 /3 валового сбора зерна каждого хозяйства при среднем урожае. Причём это зерно не отбиралось у колхозов и единоличников, а покупалось (что подтвердил в приведённом письме с Украины Киселёв) для обеспечения хлебом рабочих шахт, заводов и фабрик. Украина не была исключением.

Все, что колхоз или единоличник собирал сверх полагавшегося к сдаче государству, т. е. более 2/3 урожая, оставалось в их полном распоряжении. Твердые обязательства, имеющие силу налога, были просты и понятны для каждого колхозника и единоличника.

Среди колхозников и единоличников была неуверенность, — не будет ли встречных планов. [35].

Жесткая борьба Центра с самого начала с кампанией против встречных планов и рекордсменства укрепила в массах колхозников и единоличников уверенность в том, что закон действительно тверд, и что у них не будет заготовляться хлеба сверх того, что они обязаны сдать по закону. Эта уверенность людей в твёрдости закона была важнейшим средством, которое мобилизовало колхозников и единоличников на ускоренное выполнение своих обязательств. Уже к середине августа 1933 г. наличие зерна и муки в системе Заготзерно более чем в 5,5 раз превышало наличие зерна и муки 1932 года.

Раньше особое недовольство хлебосдатчиков вызывала несвоевременная расплата за сданное зерно. Отсутствие кредитов у хлебозаготовителей и недостаток денежных знаков на местах часто приводили к тому, что расчет со сдатчиками задерживался на несколько дней, а иногда и на недели.

В этой связи интересен документ, направленный циркулярно Комитетом по заготовкам сельскохозяйственных продуктов при Совете Труда и Обороны 11 июня 1932 г. в Заготзерно, Заготхлопок, Заготлён, НКСнаб, НКЛегпром, НКВнешторг, Наркомзем СССР в копии в Госбанк:

Для обеспечения заготовок сельскохозяйственных продуктов денежными знаками на местах просим все заготовительные планы, тотчас по их утверждении Комзаг-сто, сообщать в копии Госбанку, сектор кассового плана, давая при этом денежную оценку плана, или, в крайнем случае, сообщая одновременно заготовительные цены по районам. Квартальные планы должны содержать разбивку по месяцам. Госбанк просит сообщать эти планы 20-му числу предыдущего месяца. Все эти планы должны даваться в территориальном разрезе (по областям) и с разбивкой по социальным секторам, так как порядок финансирования и расчётов различен по секторам.[36]

В 1933 году денежная расплата за зерно была поставлена таким образом, что жалоб на несвоевременную оплату Госбанком сданного хлеба не было.

После засыпки семенных и страховых фондов в колхозах начиналась колхозная и индивидуально-крестьянская торговля хлебом. Колхозы, колхозники и трудящиеся единоличники осуществляли свое право торговли хлебом, как кооперативным организациям, так и на городских, сельских базарах и на станциях железных дорог. Продажу своего хлеба на базарах и станциях они вели по ценам, складывающимся на рынке.

В 1933 году весь хлеб, заработанный колхозником, стал действительной собственностью колхозника, и никто, в том числе и правление колхоза, не могло обратить его на какие бы то ни было цели, в том числе и на семена.[37]

Годовой план 1933 года колхозами и единоличными хозяйствами был выполнен к 20 ноября не только в целом по СССР, но и по каждой республике, краю и области.

Совхозы, как государственные хозяйства, были обязаны сдавать государству все количество хлеба, которое они имели сверх своих семенных и продовольственных потребностей.[38]

Резюмируя эти изменения, произошедшие после отмены контрактации зернопоставок, положение колхозников и единоличников, при внимательном рассмотрении, не представляется плохим на фоне утверждений о «звериных» методах хлебозаготовок, когда зерно якобы «выметалось под метёлку». Более того, эти утверждения прямо противоположны действительному положению, существовавшему тогда в отношениях государства и хлебопашцев. Получение денег за треть сданного урожая и распоряжение остальной его частью по собственному усмотрению вряд ли соответствуют прежним знаниям об угнетении и невыносимой жизни сельских тружеников.

Однако в 1932–1933 гг. положение с обеспечением населения Украины продовольствием сложилось катастрофическое, что поставило руководство страны перед необходимостью оказывать срочную помощь нуждающимся.

Несколько пояснений.

Столицей Украины в 1932 году был г. Харьков. После переезда в 1933 году с 1934 г. — Киев.

Руководство УССР: генеральный секретарь Центрального Комитета Коммунистической Партии (большевиков) Украины [39] С.В. Косиор, председатель Совета Народных Комиссаров [40] (правительства) В.Я. Чубарь. О других участниках событий сказано в конце книги в Именном указателе.

Судя по ниже приведённому документу от 11 июля 1932 г., украинские руководители не были лишены чёрного юмора, представив на утверждение в Москву секретарём ЦК КП (У) по снабжению т. Голода. Скорее всего, это просто совпадение. Но знаковое.

Семссуда — семенная ссуда — сельскохозяйственные культуры, предназначенные для сева, которые предоставлялись колхозам, совхозам или единоличникам.

Один пуд = 16 кг. Один центнер = 100 кг.

В документах, касающихся голода на Украине и обеспечения республики продовольствием центральной властью в 1932–1933 гг., сохранена их орфография, правописание и стиль.

В настоящей работе использованы не только рассекреченные документы тех времён, но и документы, опубликованные в официальном издании Государственного комитета статистики Украины в 2001 году.

Публикуемые документы весьма важны тем, что они отражают цифры, которые официально признаны украинской стороной.

Как следует из этих документов, несмотря на трудности с обеспечением продовольствием, на Украине в 1932 году, поданным Государственного комитета статистики Украины, валовый сбор зерновых культур составил 146571 тыс. центнеров.[41] Эта цифра подтверждена статистическим справочником.[42]

Как мы теперь знаем, треть урожая колхозы и единоличники должны были продавать государству.

В постановлении ЦК ВКП (б) от 24 января 1933 г. об итогах хлебозаготовок на Украине сказано, что партийная организация Украины не справилась с возложенной на неё партийной задачей по организации хлебозаготовок и выполнением плана хлебосдачи, несмотря на троекратное сокращение и без того сокращенного плана.[43]

По хлебозаготовкам государству была продана одна треть валового сбора зерновых культур. Допустим, что без корректировок плана это составило бы 146571 — (146571:3) = 97714тысяч центнеров зерновых культур. (С корректировками больше).

Численность населения Украины на 1 января 1933 г. была 31901,4 тыс. человек.[44] Если исходить из этих цифр, в пересчёте на душу населения обеспечение зерном должно было составить более 800 (839) граммов вдень. Эта цифра подтверждается приведённым ниже расчётом, с учётом скорректированного плана на 1932 г.:

Из Решения Политбюро от 7 января 1933 г. 65/45 — О плане хлебозаготовок:

Уменьшить план хлебозаготовок из урожая 1932 г. на 28 млн. пудов.

В соответствии с п.1 постановления утвердить, как окончательный, подлежащий безусловному и полному выполнению годовой план хлебозаготовок (без гарнца):

…Украина -280 млн. пудов[45]

Вместе считаем: По данным украинского источника (сноска 42) валовый сбор зерна в 1932 г. составил 146 571 тыс. центнеров или 14.657.100.000 кг. Делим на 16 кг = 916 068 750 пудов. Округлённо -916 млн. пудов. Из этого количества вычитаем план -280 млн. пудов. Получается, что для пропитания остаётся 636 млн. пудов. Делим это количество на население 31.901,4 тыс. человек (на 1.1.1933) и на количество дней в году. Получаем 873, более 800 грамм зерна в день на душу населения. Эта цифра почти точно совпадает с расчётом, который учитывал продажу 1/3 валового сбора зерна государству.

Совпадение цифр при расчёте зерна на душу населения свидетельствует о том, что исходные данные украинских источников и данные Центра весьма близки и соответствуют действительному тогда положению дел.

Постановлением Политбюро № 129 от 10 января 1933 г. для УССР на 1933 год был установлен план 256 млн. пудов зерна (в т. ч. 232 колхозам и 24 единоличникам). Отдельным пунктом для подстраховки выполнения плана в целом по СССР для Украины было установлено ещё 9,5 млн. пудов. Таким образом, общая цифра плана хлебосдачи составила 265,5 млн. пудов (42.480 тыс. центнеров).

По тому же украинскому источнику[46] валовый сбор всех зерновых культур в 1933 году составил 222 965 тыс. центнеров зерна. С учётом плана на 1933 год в республике осталось (222.965 -42.480) 180.485 тыс. центнеров зерна.

Население на 1 января 1934 г. составляло 30.051,1 тыс. человек [47].

В пересчёте на душу населения 180.485 тыс. центнеров -1,6 кг зерна в день.

Для того, чтобы узнать, сколько получается из зерна хлеба, обратимся к специальной литературе, которая хоть и современна, но отражает многовековой опыт приготовления этого продукта.

При переработке зерна в зависимости от его качества и влажности получается приблизительно 78–83 % муки. Во время выпечки с добавлением в муку воды, соли и дрожжей выход хлеба получается в среднем на 35 % больше веса исходных продуктов.[48]

Применяя эти расчеты, получается, что из 800 г зерна можно испечь около 900 г хлеба.

Положение защитников Ленинграда в 1941–1943 гг. во время блокады города, получавших по рабочей карточке от 500 до 800 граммов хлеба в сутки,[49] было несравненно хуже. При этом необходимо учитывать, что люди не просто выживали, но и работали, производили продукцию, ремонтировали танки, воевали. Тот, кто получал по иждивенческой карточке 150–400 граммов хлеба, зачастую был обречен на смерть. И это тем более ясно, если учесть, что блокадный хлеб делался не только и не столько из муки, сколько из различных малосъедобных наполнителей. И кроме такого хлеба есть было просто нечего.

Вспомним из Брокгауза и Ефрона, что «в России 14 пудов в год (чуть более 600 граммов в день) были признаны достаточными для продовольствия души в течение года».

На Украине в 1932 г., как следует из украинского источника и приведенных расчетов, на одного человека должно было приходиться более 800 г хлеба в день. В 1933 г. в два раза больше.

Помимо собственного обеспечения Украина оперативно получала из Центра в 1932–1933 гг. помощь продовольствием.

Поставки осуществлялись не персонально колхозам, совхозам и единоличникам, а централизованно для всех жителей республики.

Обеспечение продуктами всех союзных республик, в том числе и Украины, краёв и областей осуществлялось в соответствии с государственными народно-хозяйственными планами Совета Народных Комиссаров СССР, а на Политбюро рассматривались вопросы особые, экстраординарные. Эти документы находились в Особых папках Политбюро, которые являлись высшей степенью секретности.

Особые Папки Политбюро за 1931–1933 годы хранятся в РГАСПИ в фонде 17, опись 162, единицы хранения 11, 12, 13, 14 и 15. В публикуемых ниже документах после каждого из них в скобках указаны номера дел и листов. Здесь же приводятся цитаты из протоколов заседаний Политбюро и постановлений партии и правительства. В этих случаях реквизиты документов указаны полностью. Стиль и орфография оригиналов.

Объём приведенных документов значителен, но вопрос стоит того, чтобы на нём остановиться подробно — дело слишком серьёзное — обвинение И.В. Сталина, СССР, теперь России и, в конечном счёте, русского народа в причастности к намеренной гибели своих братьев (последние цифры достигают 15 миллионов человек. Они иллюстрируются, как выяснили эксперты, подложными фотографиями, которые сделаны не на Украине и в другое время).

Эти документы в таком объеме публикуются впервые. Они рассекречены сравнительно недавно — в декабре 2003 г., и, представляется, повлияют на сложившееся за многие годы видение этой проблемы.

В тексте приводится несколько документов, казалось бы напрямую не связанных с обеспечением Украины продовольствием, но они лишь оттеняют отношение Центра к республике.

При ознакомлении с публикуемыми в большинстве своём впервые документами необходимо обратить внимание на то, что, как увидит читатель, поставка зерна для продовольственных нужд и для посевных работ предусматривалась и осуществлялась Центром не только колхозам и совхозам, но и единоличным хозяйствам.

п. 32/32 от 2.04.1931.

Об увеличении плана снабжения хлебом Украины и ЦЧО. Увеличить план снабжения хлебом на II квартал Украины на 20 тысяч тонн и ЦЧО на 3 тысячи тонн.

(ф. 17, он. 162, ед. хр. 10, л. 3). п. 38/1 от 15.V.1931. О наводнении на Украине. Отпустить из резервного фонда СНК СССР 10 миллионов рублей на помощь пострадавшим от наводнения на Украине.

(ф. 17, он. 162, ед. хр. 10, л. 43). п. 37/7 от 19.IX.1931. Телеграмма т. Чубаря. Удовлетворить просьбу т. Чубаря о том, чтобы ему произвели оперирование аппендикса и о посылке в Вену для присутствия на операции Харьковского хирурга Бельца.

(ед. xp.ll, л. 11). п. 4 от 10.XI.1931. О закупке сельдей в Англии (т. Сталин).

а) Послать Торгпредству в Англии следующую телеграмму:

«Хотя мы в сельдях не очень нуждаемся, так как своих сельдей у нас в настоящее время несравненно больше, чем в прошлом году, однако, учитывая настоятельную просьбу известных политических кругов в Англии, мы согласны импортировать 50 тыс. бочек сельдей по цене максимум 28 шиллингов за бочку, желательно дальнейшее снижение цены и, если возможно, увеличение срока кредита.

б) Поручить комиссии в составе тт. Куйбышева (председатель), Лобова и Зеленского представить к 15 ноября конкретные предложения по распределению сельдей, как внутренней добычи, так и импортных».

(ед. хр. 11, л. 46). п. 41/1 от 24.XII.1931.

О хлебозаготовках и завозе промтоваров на Украину.

Утвердить следующие предложения комиссии т. Молотова:

Для усиления фонда промтоваров по стимулированию хлебозаготовок на Украине в течение января месяца, Политбюро постановляет:

Предложить НКСнабу СССР обеспечить отгрузку в конце декабря месяца и в течение января месяца промтоваров для сёл Украины в общей сумме по отпускным ценам на 36 млн. руб. за счёт:

Отгрузки до 1 января из фонда Комитета Резервов при СТО на 11 млн. руб. товаров, из них: хлопчато-бумажных тканей на сумму 3 млн. руб., обуви на 3,5 млн. руб., папирос на 3 млн. руб., махорки на 1/2 млн. руб. и мыла хозяйственного на 1 млн. рублей.

Коммерческого фонда хлопчато-бумажных тканей на 1 млн. руб. с отгрузкой до 1 января;

Сокращения январского плана товароснабжения всех остальных районов (за исключением Сев. Кавказа) на 10 млн. руб., из которых 5 млн. руб. за счёт фонда коммерческих продаж, а остальные за счёт планового снабжения.

4) Январский план снабжения товарами Украины перестроить между городом и селом с таким расчётом, чтобы увеличить снабжение села за счёт города до 14 млн. руб. с отгрузкой всего этого количества до 20 января 1932 г.

(ед. хр. 11, л. 110).

Уровень цен 1932 года:

Ситец набивной -2 р. 17 к.

Кашемир-2 р. 13 к.

Ситец № 4–1 р. 30 к.

Ситец № 5–1 р. 31 к.

Ситец № 1–1 р. 12 к.

Бязь отбеленная -1 р. 66 к.

Пальто дамское -50 р. 50 к.

Брюки шерстяные -21 р. 79 к.

Полупальто на вате -34 р. 16 к.

(ф. 17, он. 163, д. 948, л. 20) п. 24 от 16.1.1932.

Об образовании резерва по сельдям.

а) Констатировать, что НКСнабом не выполнено постановление от 20 ноября и не обеспечено выполнение этого постановления.

б) Предложить Наркомснабу, под личную ответственность т. Микояна, принять меры к тому, чтобы резервная сельдь была полностью завезена в склады Москвы, Ленинграда и Донбасса не позднее 5 февраля и чтобы освежение хранящихся запасов ни в коем случае не вело к уменьшению резерва.

в) Предложить т. Микояну наложить взыскания на лиц, на которые им была возложена персональная ответственность за создание резерва.

(ед. хр. 11, л. 156). п. 2 от 3.III.1932.

Об отпуске валюты на оплату проектов Харьковского театра, составленных иностранными архитекторами (т. Куйбышев)

Утвердить решение валютной комиссии от 25.11. с.г. об отпуске УССР 2 тыс. рублей инвалюты для оплаты иностранным архитекторам за проектировку Харьковского оперного театра с тем, чтобы 10 тыс. рублей из этой суммы шло за счёт валютных контингентов в УССР на 1932 год.

(ед. хр. 11, л. 192). п. 44/4 от 19.111.1932.

О семссуде Украине.

Ввиду исключения отпустить УССР беспроцентную семссуду ячменя 1 млн. 350 тыс. пудов сверх ранее отпущенных 100 тыс. пудов, из коих 750 тыс. пудов за счёт централизованных ресурсов в самой Украине, 350 тыс. пудов, из резерва СНК в ЦЧО, 250 тыс. пудов из резерва СНК в Западной области.