Волшебник в голубом вертолете

Мама снова опустилась на диван.

– Ева… – сказала она плачущим голосом. – Ну что же это за наказание? Я кручусь изо всех сил, чтобы ты могла ни в чем себе не отказывать, а ты такие фортели выкидываешь! Что тебе, нормальных мальчиков мало?! Нет, приличных ты гоняешь, а всякую дрянь…

Я, честно говоря, не ожидала подобного поворота.

– Да при чем тут это?! – вспылила я. – Какие, к черту, мальчики? Тай попал в беду, и я просто хотела ему помочь!

– А ты знаешь, чем заканчиваются подобные истории?! – К закрытой двери кто-то подошел, но мама не обратила внимания. – Он попал в беду! А ты подумала о том, что с тобой может случиться?Этиже все ненормальные! Этот твой… Чтоб ноги его здесь не было!!

– Знаешь что, мама! – начала я, свирепея, но дверь внезапно приоткрылась.

На пороге стоял Тай.

– Извините, – сказал он моей маме. – Вы абсолютно правы. Эва не совсем отдает себе отчет о возможных последствиях. Я тоже поступил не совсем честно по отношению к вам, придя сюда. Я ухожу. Спокойной ночи.

– Тай!! – заорала я, дернувшись вслед.

– Классная пижама, Эва, – сказал Тай. Хлопнула входная дверь. Через некоторое время бухнула железная дверь внизу, в подъезде. Рванувшись к окну, я увидела маленькую с такой высоты фигурку Тая, пересекающую слабо освещенный двор. Тай обернулся, безошибочно отыскал моё окно и помахал рукой. И исчез в темноте.

– Ну вот… – Я чуть не села мимо стула. – Ну… ну зачем? Как теперь…

– Ева… – Я не видела маму в темноте, но голос у неё был обескураженный. – А… что у него за неприятности?

– Не знаю… – ответила я. – Правда, не знаю.

Внезапно в голову мне пришла несколько запоздавшая мысль: как это Николай так быстро догадался, что Тай – изэтих?Зачем ему было ловить меня на вранье? Ну, подумаешь, привела дочь коллеги приятеля… Вывод напрашивался сам собой – Николайзнал,знал наверняка, что Тай – изэтих.И теперь…

– Нет… – прошептала я. Тай ушел… А если это ловушка?!

– Ева, куда ты?! – Мама бросилась вслед за мной, но она могла и не торопиться. Выход мне загородил Николай.

– Не спеши так, – сказал он. – Иди, оденься. Потом поедешь со мной.

– Куда?.. – еле вымолвила мама.

Николай сунул ей под нос удостоверение. Так я и знала – особое подразделение, целиком и полностью преданноеэтим.Господи, что же натворил Тай?! Почему за ним охотятся все подряд?

– Не волнуйтесь, – мягко сказал Николай. – Ева всего лишь свидетельница обвинения. С ней всё будет в порядке…

У подъезда нас ждала зловещего вида черная машина. Меня посадили на заднее сиденье и куда-то повезли. Я честно пыталась запоминать повороты, но… заснула.

Сквозь сон я слышала голоса.

– Очень интересная девчонка, – говорил один.

– Самая обычная. – Я узнала Николая.

– Да не скажи… я сперва было испугался… Помнишь, предсказывали появление мутантов, не восприимчивых кнашемувоздействию? Вот на неё, например, гипноз вообще не действует.

– И что?

– Но она, судя по всему, не мутант.

– А кто?

– А кто ее разберет. Стас говорил, может оказаться ведьмой, прирожденной.

– Что, тоже изнаших? Ерунда, давно бы вычислили.

– Да нет, что ты. Ведьмы существовали задолго донас. А прирожденные – такая редкость… одна на миллион.

– А что значит – прирожденная?

– То и значит. Есть ведьмы потомственные – им бабушки и матери знания передают… Это ведь всегда по женской линии идет. А есть прирожденные, вот как эта. О своей силе они обычно ничего не знают, не то что потомственные, и пользоваться ей не умеют. Так, иногда прорвется что-нибудь… К тому же их и обнаружить практически невозможно.

– Ты ей скажешь?

– Нет, конечно. Зачем портить девчонке жизнь? Ей и так достанется…

Я опять заснула. Впрочем, не уверена, просыпалась ли я. Может, разговор мне приснился?

3

– Эй, спящая красавица, очнись! – Кто-то тряс меня за плечо. – Заседание проспишь!

– Какое… заседание? – Я с трудом разлепила глаза.

– Судебное, какое же ещё. – Будил меня Николай. – Иди вон, умойся, да пошли, пора уже.

Меня проводили в большой мрачный зал. Кресла полукругом, что-то вроде кафедры…

– Сиди тут. – Николай усадил меня на стул за низким барьерчиком.

Зал быстро наполнялся людьми. И что-то подсказывало мне, что здесь – сплошьэти.

– Введите подсудимого, – бесстрастным голосом приказал один из троих, занявших места на «кафедре».

Двое в форме ввели, вернее, втащили в зал… Тая. В жизни не видела его таким злым.

– Слушается дело, – сказал второй. – С его подробностями вы все, надеюсь, ознакомились. Но всё же поясню вкратце. Подсудимый, известный под именем Тай Ири, неоднократно отклонял приглашения к сотрудничеству. Между тем он активно взаимодействовал с некоторыми субъектами, объявленными нами вне закона. Также подсудимый проводил многочисленные опыты, запрещенные частным лицам. При задержании подсудимый оказал сопротивление. Теперь главный пункт. Тай Ири обвиняется в убийстве магистра.

По залу пронесся возмущенный вздох.

– Подсудимый. – Говоривший повернулся к Таю. – Вы признаете себя виновным?

– Нет, – нагло ответил Тай и хотел по привычке сунуть руки в карманы, но помешали наручники.

– Однако есть свидетели вашего нападения на магистра Эрика Терна, он же Эрик Тернопольский. Они утверждают, что вы, обвиняемый, отдали магистру – замечу, в нарушение всякой субординации! – заведомо невыполнимый приказ, что повлекло за собой смерть этого уважаемого человека. С какой целью вы отдали этот приказ?

– В смысле, послал его… куда подальше? – усмехнулся Тай. – Да от плохого настроения. Видите ли, этот уважаемый старый хрыч тащил к себе домой девчонку лет тринадцати, уж не знаю, с какими целями. А когда я поинтересовался, не под гипнозом ли сия юная особа, мне посоветовали заниматься своими делами, причем в крайне резкой форме. Извините, я не стерпел. Кто же мог подумать, что этот достойный магистр не знает, где находится то место, куда я его послал?

В зале раздались сдержанные смешки.

– Иными словами, вы признаете себя виновным, – кивнул судья. – Тай Ири, официально заявляю вам, что вы можете искупить свою вину, вступив в ряды нашей организации. Нам известно, что вы уже отказались сотрудничать с оппозицией. Рассматривать ли это как готовность присоединиться к нам? Нет, не отвечайте сразу. Подумайте как следует.

И судья повернулся ко мне.

– Свидетельница Ева Петровна Скарченко… – начал он.

– Эва Скари, – дерзко перебила я. Терпеть не могу своё полное имя. Отвратительно звучит!

– Эва Скари, – кивнул судья. – Вы находились в обществе подсудимого некоторое время. Вы знали, что он принадлежит к числу Избранных?

Избранными называли себяэти,видимо, для пущей важности.

– Знала, – ответила я.

– Вы были в курсе его дел?

– Ни фига подобного, – фыркнула я. – Из Тая слова клещами не вытянешь!

– Однако вы стали жертвой похищения.. Вы помните события, связанные с… – Судья едва заметно поморщился. – С районной баней?

– А то! – сказала я. – Мне так звезданули, голова до сих пор болит, и…

Судья меня уже не слушал.

– Подсудимый, – сказал он. – Вы готовы дать ответ? Вы присоединитесь к нашей организации?

В зале повисла тишина.

– Нет, – ответил Тай.

– Вы отдаете себе отчет о возможных последствиях?

– Да.

– Хорошо. – Судья прокашлялся, а мне ужасно захотелось вскочить и заорать «Судью на мыло!!!». Всё это очень походило на заранее отрепетированный спектакль. – Избранный Тай Ири, вы признаетесь виновным в убийстве магистра, содействии силам оппозиции, произведении запрещенных опытов, сопротивлении властям. Суд должен приговорить вас к высшей мере наказания.

В зале зашумели. Тай побледнел, но ничем не выдал испуга. Если, конечно, он действительно боялся.

– Однако… – Судья жестом призвал зал к тишине. – Однако, учитывая ваши выдающиеся способности, суд принимает иное решение. Наша организация не может позволить себе утратить подобный потенциал. Поэтому, Тай Ири, вы приговариваетесь к полному уничтожению личности. Ваше тело вкупе с вашими возможностями будут использоваться магистрами в различных экспериментах.

Судья вдруг повернулся ко мне.

– Свидетельница Эва Скари, – произнес он. – Вы приговариваетесь к частичному стиранию памяти. Вы будете лишены всех воспоминаний, связанных с Таем Ири и другими Избранными. Привести приговоры в исполнение!

Тая поволокли на выход. Я вскочила, но меня заставили сесть.

– Тай!!! – заорала я на весь зал.

Тай обернулся, нашел меня глазами… и улыбнулся.

Нет… Тая больше не будет… будет только подопытный кусок плоти, и больше ничего. Я никогда больше не увижу эту улыбку, я даже не смогу вспомнить Тая…

– Нет!!! – закричала я. – Нет!!! Тай!.. ТАЙЙЙЙЙЙЙЙЙЙ!!!

Мой вопль перешел в визг. Такого я от себя не ожидала – но остановиться не могла. Чертовы судьи зажимали уши, спасаясь от моего пронзительного визга, а я… я себя не контролировала. Что-то вырвалось из меня наружу, и загнать это обратно не представлялось возможным. Зашатались стены, посыпались куски побелки, а потом и камни… Люди разбегались с криками… Что-то ударило меня по голове, потом… потом ничего не помню…

4

Я очнулась в больнице. Около меня суетилась встревоженная мама. На одеяле сидел пушистый черный котенок. Как выяснилось, у меня было легкое сотрясение мозга. А чего ещё можно ожидать, когда тебя то и дело бьют по голове?

Мама ни черта не помнила о происшествиях последнего дня. А я помнила. Это радовало – мой приговор так и не привели в исполнение. Но что стало с Таем?

Когда через несколько недель меня выписали из больницы, и я смогла ненадолго избавиться от маминой опеки, я наведалась в квартиру на пятом этаже, под самой крышей. Но… Тая там не было. Теперь там жили совсем другие люди.

Больше я не встречала Тая. Он никак не дал мне знать о себе.

Прошло время. Я закончила институт, нашла себе отличную работу по специальности. На эту должность облизывалось около полусотни претендентов, куда более опытных, чем я. Но мне довелось лишь поговорить с будущим работодателем – и из всех кандидатур он выбрал мою. Потом он признавался, что и сам не знает, что подвигло его на такой шаг. Но он не пожалел. Я была отличным сотрудником, я быстро делала карьеру. У меня появилась репутация человека, способного уговорить кого угодно на какую угодно сделку. Никто, даже я сама, не знал, как это у меня получается.

Черный котенок вырос и превратился в здоровенную злющую кошку. Я дала ей имя Тайка, но чаще её звали Злюкой. Злюка-Тайка не подпускала к себе никого, кроме меня, и наотрез отказывалась со мной расставаться. Приходилось таскать подлую кошару за собой по всему свету. Вдобавок подлое животное повадилось охранять меня, да почище любого бультерьера.

Что касаетсяэтих…Оникак-то подозрительно притихли. Потом начались совершенно непонятные кадровые перестановки в верхах, были организованы новые службы, где задействовалиэтих.Ничего не могу сказать, тушили пожары они и впрямь эффективней, чем обычные пожарники, но ведь и деньги за это брали куда большие! Вот спасатели изэтихдействительно получались хоть куда: во-первых, они были способны мгновенно засечь ментальный сигнал бедствия – просто чувствовали, что кто-то попал в экстремальную ситуацию, – и так же моментально реагировали. При необходимости любой изэтихмог заменить бригаду врачей. А больше, как водится, никто ничего не знал…

…Мы с шефом направлялись в один северный город. Там у нашей компании был серьёзный денежный интерес, и следовало как можно скорее заключить контракт, пока его не перехватили конкуренты. Летели мы маленьким частным самолетом, внизу тускло поблескивало затянутое льдом побережье. Мне вдруг показалось, что мы чересчур быстро снижаемся…

Потом был крик пилота, страшной силы удар, скрежет металла… Тишина.

Я пришла в себя от холода и от того, что моя кошка Тайка, встревоженно мурча, лизала мне физиономию. В полуметре от меня по пояс в ледяной воде лежал мой шеф, осколок металла пробил ему висок. Пилота я не увидела.

Не знаю, как мне удалось выжить в этой катастрофе. Возможно, мне стоило погибнуть на месте, потому что теперь меня ожидала смерть от холода. Спасатели найдут нас нескоро… А я даже не смогу выбраться из воды, потому что не чувствую ног и, честно говоря, не горю желанием узнать, что с ними случилось!..

Я помню адский, пронизывающий холод. Помню, что мне страшно хотелось спать, а я заставляла себя бодрствовать, потому что уснуть значило умереть. А я не хотела умирать! И хотя не было никакой надежды, что меня найдут вовремя – я продолжала надеяться… А Тайка, стоило мне закрыть глаза, начинала душераздирающе вопить.

Когда над затянутым льдом берегом пронесся грохочущий вихрь, я решила, что у меня начались галлюцинации. Потом заставила себя приподнять голову.

Над самой водой завис громадный ярко-синий с оранжевой полосой на борту вертолет. Спасатели…

– Не успели… – проворчал кто-то, под чьими ногами хрустели льдинки. – От пилота одно месиво осталось…