Помоги проекту - поделись книгой:
29 августа начата операция по разоружению боевиков в селах Карамахи и Чабанмахи.
4 сентября теракт в Буйнакске: в результате взрыва пятиэтажного дома, в котором жили семьи военнослужащих 136-й бригады Минобороны, погибли 64 и ранены 120 человек.
В ночь с 8 на 9 сентября взрыв жилого дома в Москве на улице Гурьянова: погибли около 90 человек.
12 сентября руководство федеральных войск заявляет об установлении полного контроля над селами Карамахи и Чабанмахи.
13 сентября в день траура по жертвам взрывов в Буйнакске и Москве взорван жилой дом на Каширском шоссе: погибли более 120 человек.
15 сентября министр обороны Игорь Сергеев докладывает Высшему руководству страны: территория Дагестана полностью очищена от боевиков.
17 сентября взрыв жилого дома в городе Волгодонске Ростовской области: 17 человек погибли, около 150 ранены.
20 сентября начато создание «санитарной зоны» вокруг Чечни.
24 сентября на пресс-конференции в столице Казахстана Астане российский премьер-министр заявил, что «российские самолеты наносят и будут наносить удары в Чечне исключительно по базам террористов. Мы будем преследовать террористов всюду. Если в туалете поймаем, то и в сортире их замочим».
30 сентября российские войска при поддержке авиации начали крупномасштабную наземную операцию в Чечне.
3 октября боевики сбили российский штурмовик Су-25.
4 октября боевики сбили российский бомбардировщик Су-24.
6 октября Аслан Масхадов ввел в республике военное положение.
10 октября Аслан Масхадов отстранил от должности муфтия Чечни Ахмада Кадырова, отказавшегося объявить России джихад.
11 октября Аслан Масхадов предложил план мирного урегулирования конфликта. Российское руководство отказалось вести какие-либо переговоры до выдачи террористов.
12 октября российские войска перешли Терек под предлогом блокирования Шамиля Басаева в поселке Горагорский.
15 октября полномочным представителем Правительства Российской Федерации в Чеченской Республике назначен Николай Кошман.
16 октября начало «второго этапа антитеррористической операции» — освобождения правобережной Чечни.
22 октября в Москве задержан полномочный представитель президента Чечни в России Майрбек Вачагаев.
25 октября чеченцы объявили о начале операции «Джихад-2», которая должна привести к полному вытеснению федеральных сил из Ичкерии.
29 октября Ахмад Кадыров объявил три восточных района республики «зоной, свободной от ваххабизма».
2 ноября Аслан Масхадов объявил амнистию лицам, в годы первой чеченской войны сотрудничавшим с завгаевским правительством и федеральными войсками.
5 ноября российскими федеральными властями помилован и освобожден из заключения Бислан Гантамиров.
7 ноября Аслан Масхадов обратился к США и ООН с призывом стать посредниками в урегулировании чеченского конфликта.
10 ноября российские войска начали штурм села Бамут.
11 ноября российские войска без боя вошли в Гудермес по приглашению Ахмада Кадырова и Сулимы Ямадаева.
16 ноября в Саратове сформирован Грозненский райотдел милиции.
18 ноября чеченская делегация во главе с официальным посланником Аслана Масхадова Саид-Хасаном Абумуслимовым не была допущена на саммит ОБСЕ в Стамбуле.
26 ноября объявлено о начале третьего этапа антитеррористической операции — штурме Грозного и Урус-Мартана.
27 ноября Николай Кошман начал формирование временной администрации Чечни.
8 декабря начался штурм Урус-Мартана, в котором вместе с российскими войсками участвовали ополченцы Бислана Гантамирова.
10 декабря лидеры Европейского союза на саммите в Хельсинки предупредили Россию о возможности введения против нее санкций, если боевые действия в Чечне не будут прекращены.
13 декабря Государственная Дума приняла постановление об амнистии «в отношении лиц, участвовавших в противоправных деяниях, связанных с вооруженным конфликтом» в Чечне.
14 декабря российские войска начали блокировать Грозный и заняли его восточное предместье — Ханкалу.
23 декабря на заседании Правительства было объявлено о начале мирного этапа операции в Чечне — восстановлении экономики; в Москву приехал Ахмад Кадыров.
9 января боевики захватили Шали и Аргун.
В ночь с 17 на 18 января начался реальный штурм Грозного.
24 января отправлен в отставку главком внутренних войск Вячеслав Овчинников, на его место назначен Вячеслав Тихомиров.
26 января Министерство обороны огласило данные о потерях: с августа 1999-го убиты 1173 и ранены 3487 военнослужащих.
1 февраля полторы тысячи боевиков, оборонявших Грозный, покидая город, попали на минные поля.
3 февраля журналист радио «Свобода» Андрей Бабицкий, арестованный федеральными властями, «передан боевикам».
6 февраля было объявлено о завершении операции по освобождению Грозного.
18 февраля Генеральная прокуратура возбудила уголовное дело против Аслана Масхадова по статье «вооруженный мятеж».
29 февраля российские войска взяли Шатой — последний город, остававшийся во власти сепаратистов.
29 февраля — 2 марта 84 десантника из Псковской дивизии погибли в бою у села Улус-Керт, сдерживая прорыв крупного отряда боевиков в Дагестан.
2 марта в пригороде Грозного расстреляна колонна подмосковного ОМОНа (20 человек убиты, 31 ранен).
13 марта Генпрокуратура предъявила обвинение Салману Радуеву, захваченному в результате спецоперации.
21 марта завершились двухнедельные упорные бои с отрядом Руслана Гелаева в селе Комсомольское.
29 марта расстреляна под Джаной-Ведено колонна ОМОНа из Перми.
18 апреля Аслан Масхадов заявил о своей готовности к мирным переговорам.
21 апреля Аслан Масхадов отдал приказ о приостановке боевых действий.
24 апреля командование федеральной группировки в Чечне заявило, что Грозный полностью разминирован.
3 мая в Гудермесе арестован Хожахмет Яриханов, которого рассматривали как возможного посредника для переговоров с Асланом Масхадовым.
16 мая Аслан Масхадов объявил о начале широкомасштабного наступления с 20 мая.
27 мая в Грозном обстреляна мобильная группа Иркутского ОМОНа, на фугасе подорвался «Урал» с бойцами Ставропольского ОМОНа.
28 мая в Веденском и Ножай-Юртовском районах началась крупная войсковая операция по уничтожению «остатков бандформирований».
8 июня Президент России подписал указ «Об организации временной системы органов исполнительной власти в Чечне».
12 июня главой администрации Чечни назначен Ахмад Кадыров.
26 июня в Веденском ущелье под Сержень-Юртом возобновились крупномасштабные боевые действия против отряда Хаттаба.
2 июля практически одновременно в Аргуне, Гудермесе и Урус-Мартане водители-камикадзе на грузовиках, начиненных взрывчаткой, подорвали военные казармы и отделения милиции.
18 июля отряд милиционеров Бислана Гантамирова блокировал резиденцию Ахмада Кадырова в Гудермесе. Представитель президента в Южном федеральном округе Виктор Казанцев получил распоряжение примирить конкурентов.
29 июля полномочный представитель Президента России в Южном федеральном округе Виктор Казанцев заявил, что в Чечне следует договариваться с полевыми командирами небольших бандформирований.
30 июля в Грозном возобновлена подача электроэнергии; подразделения российских войск 11 раз подвергались обстрелам. Погибли двое и ранены 10 сотрудников МВД.
31 июля при проведении подразделением МВД РФ спецоперации в селе Октябрьское убит помощник Аслана Масхадова по финансовым вопросам Умар Пашаев. В районе селения Шалажи, по данным российских военных, произошел бой между группами боевиков под командованием полевых командиров Арби Бараева и Руслана Гелаева.
2 августа в Урус-Мартане убит взрывом глава администрации Магомед Шамсуев. В Чечне обезврежено 18 взрывных устройств. Российское военное командование привело данные о том, что с начала контртеррористической операции на Северном Кавказе — со 2 августа 1999 года — федеральные силы уничтожили около 14 тыс. боевиков.
Первый заместитель начальника Генерального штаба ВС РФ генерал-полковник Валерий Манилов заявил, что за время контртеррористической операции на Северном Кавказе потери федеральных сил составили 2585 погибшими и 7505 ранеными. По его словам, потери федеральных сил в ходе первой чеченской кампании в 1994–1996 гг. составили 3826 погибшими и 17 892 ранеными, 1906 военнослужащих пропали без вести.
10 августа Министерство по делам Федерации, национальной и миграционной политики РФ опубликовало сведения о числе беженцев из Чечни: начиная с 1 сентября 1999 года свои жилища вынуждены были покинуть 502 803 человека.
Что касается командования вооруженных сил, то оно восприняло войну как возможность реабилитировать себя после поражений в Афганской войне (1979-89) и первой чеченской войне (1994-96). Российские военные также хотели показать как соседям России, так и НАТО, что Россия будет бороться с исламскими мятежниками твердо и безжалостно, не реагируя на критику западных правительств и международных организаций по правам человека.
Наконец, это был сигнал другим национальным республикам и областям Российской Федерации, что сепаратизм будет сокрушен железным кулаком. Таким образом, военный успех в Чечне обещал политические дивиденды по нескольким направлениям одновременно, включая восстановление территориальной целостности, укрепление национального единства, повышение морального духа вооруженных сил и отстаивание авторитета России на международной арене. Сепаратизм может продолжать тлеть в умиротворенной Чечне в течение некоторого времени как политическая тенденция, но он вряд ли возродится как военно-террористическое движение.
Однако цена успеха оказалась слишком высока: тысячи мирных жителей, российских солдат и чеченских боевиков были убиты на войне, тысячи человек стали беженцами. Тем не менее, война оставалась популярной в России. К началу 2001 года российские генералы выполнили боевую задачу, разбив главные формирования мятежников. В конце января контроль над операцией был передан от Министерства обороны к спецслужбам, но при этом подчеркивалось, что военная кампания продолжится. План состоял в том, чтобы уменьшить присутствие федеральных войск в республике с 80 000 человек до постоянного гарнизона приблизительно в 20 000 военных.
Как бы там ни было, вновь созданные чеченские органы власти стали играть важную роль в нейтрализации нападений не смирившихся с поражением сепаратистов. Новая правительственная структура стала постепенно выстраиваться в республике. В марте 2003 года был проведен референдум по конституции республики. Чеченцы одобрили новую конституцию, которая положила конец сепаратистским стремлениям и твердо провозгласила Чечню неотъемлемой частью Российской Федерации.
Референдум открыл путь выборам президента республики. На выборах в октябре 2003 года Ахмад Кадыров, который являлся фактическим чеченским правителем, назначенным тремя годами ранее Центром, официально стал президентом. Представители республики снова заняли свои места в Государственной Думе и Совете Федерации. Чечня медленно возвращается в политическое и правовое пространство России.
В мае 2004 года президент Кадыров погиб от бомбы террористов. После его гибели его сын, Рамзан, быстро выдвинулся на роль наиболее влиятельной политической фигуры в республике. Более того, высшее руководство России всячески способствовало его возвышению. Рамзан Кадыров был назначен чеченским премьер-министром при новом президенте Чечни Алу Алханове, поддержанным Кремлем. Кадыров быстро стал фактическим верховным правителем республики.
В марте 2007 года Рамзан Кадыров был избран президентом Чечни. Он получил в свои руки фактический контроль над чеченской нефтедобывающей промышленностью и над большими денежными потоками, направляемыми Москвой на восстановление экономики республики. Кремль настаивает, что он принес стабильность и обеспечил стремительное восстановление разоренной войной столицы республики города Грозного.
Правовой процесс восстановления конституционного порядка в республике завершается. Но твердого убеждения в том, что «чеченизация» сможет твердо гарантировать долгосрочную стабильность в республике или что Кремль сделал ставку на правильного местного политика, к сожалению, нет. Кадырова критикуют за молодость и нехватку образования. У многих наблюдателей нет уверенности, что Кадыров, получив неограниченную власть, сумеет избежать искушения большей независимости от Кремля.
Сегодняшняя лояльность Чечни основана не столько на государственной, сколько на личной лояльности (личной унии) местных лидеров и представителей федеральной элиты. При такой политике не происходит реальной интеграции республики в общенациональное пространство (правовое, социокультурное, управленческое). Сама же лояльность оплачивается политическими привилегиями.
Пока еще рано говорить, что Чечня превратилась в оазис мира, процветания и стабильности. Многие положительные изменения носят здесь поверхностный характер, поскольку они нацелены на решение тактических (а нередко и просто сиюминутных) проблем. Многие положительные тенденции куплены неимоверно высокой ценой — ценой формирования фактически самостоятельного квазигосударства.
Напоследок снова обратимся к опыту царской России. И вспомним Ермолова. Он составил план действий исходя из того, что «установить мирные отношения при существующих условиях совершенно невозможно. Надо было заставить горцев уважать русское имя (вы, читатель, представляете эти слова в устах наших высших чиновников?), дать им почувствовать мощь России, заставить себя бояться. А этого можно было добиться лишь силой, ибо горцы привыкли считаться только с силой». И не только горцы, Алексей Петрович! — добавим мы.
Воюя в горах, генерал Ермолов брал на вооружение методы, принятые здесь испокон веку. В частности, взятие аманатов, заложников, которые должны были быть казнены в случае обмана, нарушения или предательства со стороны своих соплеменников. Алексей Петрович считал, что «снисхождение в глазах азиатов — знак слабости, и я прямо из человеколюбия бываю строг неумолимо. Одна казнь сохранит сотни русских от гибели и тысячи мусульман от измены».
Однако не только огнем и мечом проходит генерал Ермолов по землям горцев, но и претворяя в жизнь целую систему мер по благоустройству покоренного края, развитию в нем самоуправления, обеспечению нормальной мирной жизни. Его политика сводилась, в общем-то, ко вполне понятному правилу: будь честен, уважай законную власть — и будешь жить хорошо, потому как великая Россия будет заботиться о тебе.
«Смирись, Кавказ, идет Ермолов!» — писал Пушкин. А когда плененный имам Шамиль — герой уже последующего этапа Кавказской войны — был привезен в Москву и его спросили, что он желает здесь увидеть, он отвечал: «Прежде всего — Ермолова». Они встретились и имели долгую беседу.
«Великодушие, бескорыстная храбрость и правосудие — вот три орудия, которыми можно покорить весь Кавказ, — писал Казем-Бек, мусульманский ученый, — одно без другого не может иметь успеха. Имя Ермолова было страшно и особенно памятно для здешнего края: он был великодушен и строг, иногда до жестокости, но он был правосуден, и меры, принятые им для удержания Кавказа в повиновении, были тогда современны и разумны».
Иной подход пахнет гнилым компромиссом. И не подходит ни России, ни Кавказу как её части.
Читающий да разумеет!..
Когда все русские беженцы из Чечни вернутся на свои временно ставшие «ичкерийскими» земли и будет восстановлен памятник великому русскому генералу, тогда и станет окончательно ясно, что стремление современной Чечни оставаться в составе России — искренне.
Прецедент Косово
Новый мировой беспорядок, который после 11 сентября 2001 года расползается по планете, ломая устоявшиеся международно-правовые стандарты, национальные границы, остатки этических норм во внешней политике, не может быть осмыслен без анализа его теневой, скрытой части. По сути, теневая политика, теневая экономика, теневая война, как никогда в истории, определяют мироустройство и мировое развитие ХХI века.
Мир тени заслонил мир легитимности. Война этих миров уже проиграна миром легитимности. Сами события 11 сентября из легитимного объяснения провалились в мир заговора, который и составляет суть мира тени. И получили емкое народное название: «Самострел в Нью-Йорке». Но речь не о них, а о демонах мировой деструкции, которых взрывы «башен-близнецов» в очередной раз выпустили в мир людей.
Два взаимоисключающих принципа заложены в международном праве: принцип территориальной целостности государств и право наций на самоопределение. Заложены, видимо, неслучайно. Во времена двухполярного мира баланс более-менее соблюдался. Но с уничтожением СССР этот баланс нарушен. И всё решается с позиции силы, в которой РФ в ее нынешнем положении априори отказывают. А ведь если при решении территориальных вопросов опираться хотя бы на Хельсинкский Акт 1975 года, провозгласивший нерушимость послевоенных границ Европы, то сам распад Советского Союза выглядит вопиющим, вселенским беззаконием. А существование постсоветских государств — призрачным, нелегитимным. Точно так же обстоит дело и с объединением двух Германий, и с распадом Югославии, и с делением Чехословакии на Чехию и Словакию…
А кто сказал, что так ставить вопрос можно и должно? И кому? Только тем, кто сильнее? Тогда к чему фиговые листочки, из которых состоит международное право? Банда, именуемая «цивилизованными странами», пропустила мимо ушей ссылку Президента Медведева на Хельсинский акт, когда он обосновывал право на признание независимости Абхазии и Южной Осетии. А могла бы возразить! Но тогда все территориальные изменения в Европе, включая распад СССР, предстанут нелегитимными…
Очевидно, что с 2007 года эпицентром рассмотрения политических событий с позиций теории заговора становится «независимость» Косово, вокруг которой разворачивается сразу несколько теневых глобальных проектов.
Первый проект: исламистский.
Кто первым признал самопровозглашение «независимости» косовскими сепаратистами? Это был оккупированный войсками НАТО Афганистан — член Организации Исламской Конференции (ОИК). Главным «резервом» международного признания «независимости» Косово выступили именно страны-члены ОИК, в которую входят 57 государств. Генеральный секретарь ОИК Экмеледдин Ихсаноглу заявил: «Нет сомнений, что независимость Косово явится ценным вкладом в исламский мир и ещё больше укрепит общемусульманское дело».
Поделиться книгой: